Текст книги "Клинок Гармонии (СИ)"

Автор книги: Илья Кишин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 72 (всего у книги 80 страниц)

Глава 67: Люди

Бой продолжался, не прерываясь ни на секунду ради заветной передышки и возможности расслабиться, что особенно ярко выражалось на постепенно сдающихся под давлением гвардейцев. Не так давно эти хорошо обученные и закаленные тяжелыми тренировками бойцы располагали преимуществом на своей стороне, но в конечном итоге все равно оказались подвержены перелому сил. Гвардия могла быть непобедимой и устрашающей без приукрашиваний, будь у них больше практической части с участием в реальном бою, однако немногим приходилось сталкиваться с кем-то помимо мелких нарушителей или едва пробудивших в себе силу дилетантов.

Представители противостоящей стороны же, напротив, были вынуждены расти и стремиться к вершине только из соображений выживания, и этим они многократно превзошли военную структуру Гармонии. Наверное, альянс орденов особо не задавался вопросом замещения сил после окончания бойни, однако бывшие гвардейские служащие и отступники комплекса прекрасно понимали, что их период доминирования над народом прошел, и теперь сам народ решает судьбу гвардии, выбирая то наказание, которое они заслужили.

Эмили хорошо представляла в своей голове реальные последствия происходящего, ведь за свою недолгую жизнь она успела побывать на обеих сторонах баррикад, испытав на себе природу давления противоборствующих взглядов. Как и генерал Кафка, девушка выбрала для себя иной путь, выбор которого означал предательство и смерть. Сегодня она была как-никогда близка к наказанию, выложив на стол все карты и признав себя врагом нынешнего режима, и огонь в сердце уже готов был угаснуть вместе с тем бушующим пламенем «Спектра», затухающим лишь с последними вздохами его бойцов, но с прибытием подкрепления чувства воспылали с новой силой и уверенностью в победе.

Так, двигаясь бок о бок со своими новыми союзниками, Эмили на собственном примере показывала, с какой яростью нужно сражаться, заглушая звуки боя раскатами молний, что беспощадно врезались в незащищенные тела беспомощных гвардейцев. Морроу была одним из главнейших козырей «Спектра», и только сейчас она начала это подозревать, осознавая, что остальные не только не смогли себя защитить, но и сбежать им не удалось. Одно радовало – Ашидо каким-то чудным образом выжил, и уже к этой минуте сумел восстановить силы, чтобы повести людей вперед вновь.

– Потрясающий человек, – подумала про себя Эмили, продолжая продвигаться вглубь.

Гвардейцы падали один за другим, их облаченные в форму тела буквально светились от столкновения с желтой молнией, которая игнорировала столь тонкий защитный пошив, проникая сначала к коже, а следом и к внутренним органам, сжигая их изнутри, словно разогревая человечину в микроволновке. Неудивительно, что девушку сторонились и враги, и союзники, ведь природу молнии трудно предугадать, а неудачно подобранное положение в бою грозит подставиться.

Удивительным фактом о персоне Морроу служит логическое объяснение того, почему молнии вокруг нее всегда передают желтый оттенок. С точки зрения физики такая картина возможна только при взгляде на раскат издали во времена сухих гроз, однако ее цвет обусловлен небольшими расстояниями между носителем и точкой удара, что и вызывает яркий желтоватый всплеск, не говоря уже о том, что атака формируется из множества мелких разрядов, стекающихся в один.

Очевидно, такому противнику практически никто не мог ничего противопоставить, не считая ныне покойной Хомуры Эверби, потому сама Эмили без задней мысли и предостережений самой себе рвалась вперед и вперед, пока не наткнулась на первые странности, причину которых нетрудно было разглядеть. Коротко говоря, молния игнорировала впереди стоящие цели, соприкасаясь с более дальними, что вызывало много вопросов, ведь, как многим известно, ток стремиться к цели по кратчайшему пути. Выжившие же гвардейцы, недолго думая, поворачивали назад и старались отойти подольше от разрушительной силы, но, вопреки надеждам, натыкались на других представителей вражеских сил, будучи неготовыми принять на себя удар.

Лишь после нескольких неудачных атак Эмили остановилась на месте и осмотрелась, стараясь зацепиться взглядом за кого угодно, лишь бы оправдать свои подозрения видом не вовремя появившегося противника, и этот акт пристального внимания принес свои плоды, но нельзя было сказать, что результат привнес облегчение, ведь посреди гор трупов и все еще живых бойцов стояла персона, которая без прочей активности и излишних телодвижений заставила Эмили стиснуть зубы от злости.

– Нашла, – с ехидной улыбкой на лице проговорила элегантная девушка с длинными красными волосами.

– Хватит преследовать меня! – вспылила Морроу, едва распознав насмешки в свою сторону, а затем тотчас перешла в нападение.

Вытянув руку вперед, Эмили быстро зарядила очередную атаку, которая устремилась в сторону врага, однако та желтая молния, которая должна была с легкостью настигнуть цель, снова отклонилась в сторону, столкнувшись не с кем-то, а с одним из представителей союзных сил альянса орденов, отчего тот, будучи не в силах двигаться после внутреннего ожога, упал наземь.

– Что? – ошарашенно произнесла вслух Эмили, даже близко не подозревая, почему могло случиться что-то подобное.

– Крошка, я не могу так просто отпустить тебя, – с той же ухмылкой протянула Виви. – И дело даже не в приказе Эдварда.

– Ты меня из могилы достать готова, тупая сука? – столь же озлобленно заголосила Эмили, сжав в кулаки руки.

– Ох, разве так разговаривают с давними подружками? Я к тебе со всем трепетом, а ты вот так…

– Заткнись! – в очередной раз дерзнула Эмили, приготовившись атаковать.

Следом за словами майора-отступника сверкнули сразу две поочередные молнии, но они столь же неудачно пролетели мимо и столкнулись уже с гвардейцами позади Вивианы, без проблем поразив их, но лишь после трех промахов по основной цели Эмили задумалась о том, кто и каким образом препятствует ей, но девушка напротив опередила доводы Морроу.

– Ты не сможешь задеть меня, как бы сильно не старалась, – усмехнулась Виви, нарисовав на лице вид невинности и девичьего ребячества. – Надо было учить физику в академии, чтобы понимать, почему ты сейчас так бессильна.

– Спасибо за упрек, Виви, – немного успокоившись, проговорила Эмили, – я и сама уже обо всем догадалась.

– Обидно признавать, что даже для тебя найдется рыбка покрупнее, да?

– Не увлекайся, – тотчас оборвала Морроу. – У меня в запасе уйма способов избавиться от тебя, пока это не сделали другие.

– Могу сказать тоже самое, Эмили, – нахмурилась Виви, слегка склонив голову. – Хватает не только способов, но и причин.

– И каковы же твои мотивы? – невзначай задалась вопросом девушка, не до конца понимая, почему ее давняя подруга так на нее озлоблена. – В какой момент я стала твоим врагом, м? С тех пор, как предала дворец и примкнула к «Спектру»?

– Ох, как же наивно ты заблуждаешься, Эмили Морроу, – натянуло улыбнулась Вивиана. – Я с самого начала видела в тебе врага, и по сей день желаю показать свое превосходство, оторвав тебе голову.

– Хочешь сказать, что наша дружба в академии была ложью? – внезапно закричала Эмили. – Вся эта взаимная поддержка и теплые дружеские отношения были ненастоящими? Совместные прогулки, секреты и соперничество были частью твоей большой лжи?

– Именно, – подтвердила Виви, слегка улыбнувшись. – Только соперничество было искренним, ведь я всегда хотела превзойти тебя и посмотреть свысока на того, кто раньше казался чуть ли не идолом. Не могу не поблагодарить за все сделанное для меня, но лишь дух соперничества принес свои плоды, и я стала той, кем всегда мечтала быть.

– Тупой сукой? – ловко подколола Морроу.

– Высшим гвардейцем, сраная ты дырка на ножках, – теперь уже сама Вивиана завелась. – Я прошла через адский труд и бесчисленные унижения, но смогла преодолеть все трудности мира, в котором все были против меня. Даже ты со своими привилегиями и блестящим умом не смогла прыгнуть выше майора, а это значит, что я давно победила в нашем бою, и осталось только макнуть тебя лицом в дерьмо, чтобы окончательно воплотить мечту в реальность!

– Привилегиями? – возмутилась Эмили. – Ты называешь мою родословную привилегией? Да что ты вообще знаешь обо мне!

– Достаточно, чтобы ненавидеть и презирать, – однозначно ответила Виви. – Сейчас ты лишь мусор, валяющийся под ногами! О чем я вообще думала, когда заводила с тобой друж…

Внезапно прямо перед лицом Вивианы мелькнула яркая желтая вспышка, за которой хорошо различалось озверевшее от гадкого предательства лицо Эмили, желавшей всем своим естеством заставить бывшую подругу пожалеть о своем выборе. Конечно, натиск оказался крайне неожиданным, но Виви вовремя среагировала и оттолкнула девушку потоком плотного воздуха, отчего Эмили резко потеряла преимущество, однако, даже не успев соприкоснуться с землей, майор выпустила очередной разряд молнии, повторивший судьбу предыдущих.

– Ты вообще бошкой не думаешь, идиотка? – закричала Виви, едва Эмили соприкоснулась с землей. – Молния не преодолеет сухой воздух, тупица!

Эта фраза казалась оскорблением, однако именно такие слова из уст Вивианы убедили Эмили в том, что она думает в правильном направлении. Как и было озвучено, ток предпочитает путь к дальнему объекту, распространяясь в виде молнии по влажному воздуху, как бы игнорируя объект без прямого контакта. Тактика Виви была простой и эффективной – окружить себя наиболее сухим воздухом, влажность которого приближена к нулю, чтобы отгородиться от потенциальных атак, и этот способ ведения боя давал ей полное преимущество и шанс на безоговорочную победу, если бы не отягощающий фактор, который теперь имел место быть.

Вивиана все еще не была защищена от прямых атак Эмили на расстоянии ближнего боя, где преимущество было уже на стороне соперницы, ведь Морроу не только идеально владела техниками вольного боя, но и, вкупе со своей скоростью и способностью электризоваться, представляла реальную угрозу. Поняв это, Эмили резко сменила тактику ведения боя с дальних атак на ближние, сблизившись с Виви за такой короткий промежуток времени, что та даже писка издать не успела. Последовал удар сразу двумя руками, одна из которых целилась в голову, а другая в область живота, и только владеющий знаниями о природе тока человек понимал, зачем атаковать именно так.

Виви как раз была из числа тех, кто изучил своего противника досконально, потому первая же скользкая мысль о защите пришла в исполнение. Так девушка выпустила очередной поток воздуха к отстающей ноге Эмили, воспользовавшись ее уязвимостью, отчего лишь один удар смог настигнуть цель, в то время как резкая «подножка» вынудила Морроу в разы тверже опереться на единственную ногу, лишь бы остаться в строю, компенсировав резкое блокирование движений левой ноги и руки.

Удар кулаком пришелся Вивиане прямо в нос, и следом за ним среди звуков боя прозвучал глухой взмах всколыхнувшегося ветра, и резкая ударная волна вновь отбросила Эмили назад, рассекая одежду на фронтальной части до ошметков, задевая даже кожный покров. Стоило девушкам разделиться, Виви вновь усмехнулась, утерев текущую из носа кровь, словно она подставилась не под сокрушительную атаку, а под удар ребенка.

– Даже не думай, Эмили, – предупредила Вивиана. – Я вижу тебя насквозь.

– Впечатляет, – глухо произнесла Морроу, медленно поднимаясь на ноги и прикрывая неглубокие порезы на оголенном животе близ ребер. – Ты хорошо подготовилась к нашему бою – видно давно его запланировала.

– А ты, в свою очередь, оказалась совсем неготовой к столкновению, – упрекнула девушку в глупости Виви, презрительно фыркнув. – Однако, признаю, умение критически думать на ходу ты не растеряла, подруга. Но это все бесполезно, можешь сдаваться и ожидать смерти.

В голове Вивианы все складывалось в ее же пользу, ведь с самого начала боя она не допустила ни одной ошибки, а блокирование последнего удара добавило колоссальной уверенности в победе, ведь Эмили оказалась разбитой. Обе девушки прекрасно понимали, что из себя представляет удар, который не просто так подбирал мишени. Очевидно, Морроу попыталась пропустить ток от одной руки к другой, и он должен был пройти через тело Виви от головы до таза, задев собой все самые важные органы, но разрыв цепи означал полный провал, и красноволосая стерва это прекрасно осознавала, оттого прерванный удар смог лишь сломать переносицу и слегка «щелкнуть» током.

– Мне всего лишь нужно тебя задеть, – с небольшой долей неуверенности проговорила Эмили, настроившись на очередной натиск.

– Можешь попробовать, – напротив, без сомнений ответила Виви. – С этой секунды я больше не буду поддаваться.

Так Эмили бросилась на очередное сближение, используя все преимущества своей скорости, но теперь уже нельзя было подойти вплотную так же просто, как и до этого, ведь на пути ее встречали те же взмахи воздухом, вынуждая обходить и умело маневрировать, отчего сам темп продвижения замедлялся, ведь ценой скорости была замедленная реакция относительно происходящего вокруг. Как бы сильно Эмили не хотела подобраться поближе, задача становилась все сложнее и сложнее, и пик ее неотвратимости настиг девушку уже практически вплотную, когда Виви резко отбросила нападавшую, настигнув огромным числом острых как бритва взмахов, буквально изрешетив Эмили, которая с тяжестью приземлилась на гору трупов, даже не став проводить тех же неожиданных атак.

– Ты уже достигла своих лимитов, Эмили, – более спокойно и бесчувственно сказала Вивиана. – Будешь продолжать в том же духе, вскоре умрешь от потери крови. Смирись, ты проиграла в нашем соперничестве.

Такие слова оказывали большое давление на ослабевшую Эмили, потому что они были от части правдивы, ведь девушка так и не смогла ударить противника сильнее, чем ребенок взрослого, в то время как Виви удалось лишить ее первоначального настроя и сил, ведь все эти воздушные удары нельзя было ничем заблокировать или предсказать. Они были не такими сильными и опасными, но чем больше Эмили подставлялась, тем больше ранений получала, и на данном этапе уже все ее тело было усеяно порезами, из которых обильно сочилась кровь. Порванные колготки, стертая в труху накидка и доведенная до состояния ошметков рубашка, длинные и неглубокие порезы на ногах, спине, животе, груди, руках и даже лице: все это говорило о неспособности девушки продолжать бой напрямую. Если та планировала выйти из боя победителем, оставалось только прибегнуть к радикальным решениям.

– Знаешь, Виви, я очень дорожила нашей дружбой и всегда считала, что делаю все правильно, – с намокшими от нахлынувших чувств глазами промямлила Эмили. – Я знала о твоем желании прыгнуть выше меня, знала, как подогревать дух и помогать нам обоим расти, но я даже не подозревала, что все вот так обернется.

– Мы никогда не были равными, Эмили, – все еще презрительно пробормотала Вивиана. – Ты получила свое место по воле отца, которому никто не мог перечить, в то время как я рвала задницу, лишь бы переступить предрассудки о женщине в армии. Он покрывал твои неудачи и всячески способствовал развитию карьеры гвардейца, а я изо дня в день терпела издевательства ото всех, молча впитывала и ночами рыдала в подушку. Сейчас я довольна всем, чего достигла, ведь я собственными силами пробилась на самую вершину Гармонии, оставив тебя позади в твоем никчемном мирке привилегий.

– Хах, отчасти ты права, – нервно усмехнулась Эмили, стараясь встать, облокотившись на тело рядового гвардейца, – но в моей жизни все было не так радужно, как ты думаешь.

– О чем ты? – опешила Виви, не подав виду. – У тебя все было на блюдечке, оставалось только жрать и не возмущаться.

– Нет, Виви, все не так, – поникшим голосом отрезала Морроу. – Ты могла лишь следить за тем, что происходит на поверхности, но никогда не пробовала смотреть вглубь. Генерал Морроу был тем человеком, которого я искренне ненавидела, даже несмотря на то, что он был моим отцом.

– А ты, вижу, избалованный ребенок, – ухмыльнулась девушка-гвардеец.

– Пойми, Виви, я тоже могла стоять с тобой бок о бок в рядах высшей гвардии, но именно отец не давал мне шанса показать себя. Все экзаменаторы занижали меня по первому его свисту, все комиссии отклоняли мою кандидатуру на повышение, а все подобные тебе лишь смотрели со стороны и смеялись над моей никчемностью.

– Хочешь сказать, Морроу, который дал тебе будущее, специально препятствовал его же осуществлению? Ты сама себе веришь, Эмили?

– Это правда, – заверила девушка. – Пусть он и дал мне будущее – я его не выбирала. Я всегда мечтала о спокойной жизни там, где моей гвардейской рутины не существует. Все, что у меня было – перспективы будущего генерала, но я никогда не удовлетворяла требованиям отца, который всегда меня принижал, аргументируя это тем, что в конечном итоге из меня вырастет самый лучший наследник, который в разы превзойдет его, даже не смотря на все предрассудки о женщинах, о которых ты говорила.

– И ты решила предательски сбежать от своего будущего в угоду идеалов «Спектра»? – в малом недоумении вопросила Вивиана.

– Даже не будь в этом мире «Спектра», я бы все равно сбежала, – соскалив зубы, прорычала Эмили. – Последней каплей стало то, как мой собственный отец всадил мне в шею пулю, лишь мельком заподозрив в предательстве. Даже этот шрам на левом глазу достался мне не в бою, а был нанесен его рукой еще в детстве. В тот день я хорошо усвоила для себя, что не была для него дочерью и родной кровью, а только продолжением рода и марионеткой, которой суждено было занять его место. Для него я была лишь мешком с костями без личности, человеческих чувств и права выбора. Если спросишь о том, жалею ли я о том, какую судьбу выбрала – отвечу «нет». На стороне «Спектра» я могу сразиться за свое право на жизнь и наличие выбора, и никто из этих людей меня не осудит и не назовет аутсайдером. Я сделала свой выбор, Виви, и ни о чем не жалею.

– Даже не знаю, что сказать, – на секунду задумалась Вивиана, стараясь уложить в голове все сказанное. – Очевидно, разойтись мирно не выйдет, поскольку ты предала дворец и в моих интересах рассудить тебя за измену, однако, должна сказать, мне близки твои чувства, покуда не лжешь.

– Это уже не имеет значения, – глухо произнесла Эмили, твердо встав на ноги и засияв мелкими разрядами вокруг тела. – Знаю, тебе тяжело поверить в правду после всего, что между нами произошло. Я всегда была рада тому, как ты со своей волей стремительно летишь вверх по карьере, и корила себя за то, что не могу достигнуть того же, но все это в прошлом – пришло время уйти.

– Прости, Эмили, но я не готова прощаться со своей жизнью, – фыркнула Виви, завидев очередную угрозу. – Придется заново все осмыслить уже после твоей смерти.

На этом моменте Эмили уже достигла пика своей яркости, облачив все тело в беспорядочные и большие молнии, которые то ли дело отрывались и соприкасались с землей и лежащими на ней трупами. Даже зрачки в глазах девушки потеряли свой пигмент, став неким подобием прежних, залившись цветом тех же желтых молний. Виви в свою очередь, ожидая прямой и сильной атаки, подхватила откуда-то из толпы несчастного гвардейца и случайную девушку в форме ордена «Юнити». Недолго думая, она разоружила их и выставила в виде щита, направляя удар током через этих двоих куда-то в толпу, не позабыв о прежней защите из сухого воздуха, которого стало в разы больше, о чем говорил характерный шум и висячая рябь.

– Нет! Пожалуйста! – заливалась слезами девушка.

– Госпожа Лэнгхольц, что вы делаете? – столь же испугано кричал рядовой гвардеец. – Я же свой!

Очевидно, их крики мало трогали Вивиану, которая хотела защитить лишь себя. Для нее эта атака была очередной выходкой Эмили, но для Морроу, напротив, все должно было закончиться здесь и сейчас.

– Лэнгхольц означает «высокое дерево», да? – вопросила Эмили, – иронично. Знаешь, Виви, я нисколько не сомневаюсь в твоих блестящих знаниях физики, однако, несмотря на ответственную учебу и выдающиеся результаты, один предмет в академии ты всегда игнорировала.

– И какой же? – заинтересовано сморщилась Вивиана.

– Технику безопасности, – однозначно ответила Эмили, после чего по полю боя пронеслась вспышка и последовал грохот.

Вивиана была уверена в своей неприкосновенности до последнего, ведь она учла все тонкости поведения тока, и эти двое бедолаг могли с легкостью уберечь даму от поражения молнией любой силы, перенаправив всю ее мощь в толпу даже не позади, а где-то сбоку, но свою оплошность она заметила слишком поздно. Виви ожидала прямой удар и была к нему готова, но лишь заприметив сомкнутые израненные ноги Эмили, она догадалась о том, что сейчас произойдет.

Некогда светящаяся как лампочка Эмили собрала всю свою силу воедино, смеркнув так же быстро, как удар настиг свою цель. Молния сверкнула на поле боя, и устремилась она не куда-то, а прямиком в землю точно под ногами Эмили Морроу, мгновенно образовав вокруг небольшой кратер и осветив землю по направлению движения из глубины, а уже через секунду тело Виви в судорогах замерло на месте, невольно сияя изнутри, и на ее оголенных руках, ногах и шее проявились характерные для пораженных ударом молнии древовидные ожоги. Тела обезоруженных людей тотчас освободились от крепкой хватки и рухнули наземь, избежав любых повреждений и отделавшись лишь испугом.

– Ах, разность потенциалов, – последнее, что произнесла Вивиана, перед тем, как замертво упасть на землю.

Следом за ней в подобную гору трупов упала и Эмили, но ее повреждения визуально не казались такими серьезными, хоть и высокое напряжение, прошедшее через тело девушки, все равно не оставило бы ей шансов на выживание.

– Переборщила, – ослабевшим голосом протянула Эмили, будучи не в силах пошевелиться.

Одежда невольно дымилась от внезапных возгораний, в то время как у Вивианы она буквально горела прямо на теле, заливаясь кровью из лопнувших сосудов и артерий изорванного обезображенного тела. Глаза убежденной в себе стервы невольно закатились, верхний слой кожи отошел от ожогов, обоняние и слух пропали, мышцы потеряли контроль, сердце утратило ритм, а мозг полностью отключился, и уже на этом моменте можно было вне всяких сомнений констатировать смерть.

Почему же так произошло? Ответ лежит в той самой технике безопасности, которую досконально изучала Эмили, и которую в свою очередь игнорировала Вивиана. «При угрозе удара током, распространяющимся по земле или токопроводящей поверхности, покиньте область маленькими шагами или вприпрыжку, но ни в коем случае не разводите ноги» – примерно так звучало это правило. Ошибкой Виви стало ее положение с раздвинутыми ногами, служащее более пригодным для последующих вынужденных перемещений, но теперь эти ноги уже никогда не сомкнутся, ведь из-за разности потенциалов между левой и правой ногой молния преодолела весь путь через ее тело, поразив каждый его уголок, в то время как Морроу отделалась меньшим по мощи ударом, но все равно оказалась пораженной.

Это трюк стал последним выкинутым козырем из рук Эмили Морроу, и она вышла из схватки победителем – но можно ли было назвать это победой? В этот день некогда лучшие подруги с первых курсов гвардейской академии в череде человеческого недопонимания сцепились за право на превосходство перед друг другом, хотя их мог ждать совсем иной исход, если бы они раньше пришли к пониманию.

– Эй, вы в порядке? – заголосил рядовой гвардеец, сблизившись с ослабевшей и недвижимой Эмили.

– Стоять! – тотчас вмешалась девушка из «Юнити».

– Что ты делаешь? – возмутился мужчина. – Не видишь, что ли? Она спасла нам жизнь! Хватит тыкать в меня моей же пушкой! Лучше помоги отнести ее в безопасное место!

– С какой стати? Ты же мой враг! – даже не думая отступиться, прокричала девушка.

– Уже нет, – спокойно ответил гвардеец, стянув с лица маску, скинув капюшон и представ в виде бородатого русого дядьки. – Меня предали мои же союзники… Теперь я понимаю поступок майора Морроу…

Недолго думая, гвардеец подхватил Эмили на плечи, а затем быстрым шагом устремился в сторону комплекса, где по информации гвардии находился пункт оказания первой помощи. Девушка же, осмыслив произошедшее, вызвалась сопровождать мужчину, защищая от любого вмешательства.

На этом моменте Эмили уже не подавала признаков жизни, лишь вяло болтаясь в руках гвардейца. Она ни о чем не жалела, и этот последний удар был не столько обычной атакой, сколько последним криком в знак скорого прощания с мечтой. Девушка знала, что ради своих желаний придется сражаться, что сделанный за нее выбор не может остаться без последствий и что из гвардии нет пути назад в обычную жизнь. Этот человек был поистине силен духом и сражался до самого конца, пока подступающая смерть не разлучила ее не только с будущим, но и с любимой подругой, которая, несмотря на свою стервозность и беспощадность, была не таким уж и плохим человеком.

Жизнь делает нас такими, какие мы есть, и люди невольно влияют на становление каждого человека, но до тех пор, пока есть выбор, все мы в праве сами выбирать свою судьбу. Эмили была той, кому изначально не дали права выбора, но в борьбе за него девушка наконец обрела себя и смогла насладиться теми остатками жизни, которые ей были даны. Она ни о чем не сожалела, ведь впервые за долгое время смогла почувствовать себя человеком, испытав все тепло от внимания новой семьи, которая приняла ее со всеми минусами и позволила быть той, кем она хотела быть, не требуя ничего взамен.

«Спектр» стал спасением для заблудшей души, и даже несмотря на то, что Эмили так и не достигла мечты о мирной жизни в кругу любящей семьи, она была счастлива от того, что хотя бы сделала шаг.

– Надеюсь, я не попаду к тебе в ад, – напоследок протянула девушка, после чего ее глаза навеки сомкнулись.

***

На другом фронте бой шел своим ходом, и среди многих вооруженных до зубов бойцов хорошо выделялась высокая машина смерти, оглушающая всех окружающих звуками выстрелов крупнокалиберного минигана и яростными восклицаниями сидящей в кабине девушки.

– О, да! – голосила Мисато. – Жрите свинец, ублюдки!

Разрушительной мощи никто ничего не мог противопоставить, и девушка словно находилась на собственной игровой площадке, выпуская снаряды один за другим без задней мысли лишь потому, что находилась в самые гуще событий в первых рядах наравне с Ашидо, за которым поспевали лишь немногие. Она была восхищена результатом кропотливой работы над своим самым крупным проектом и радовалась одной лишь мысли о возможности выместить на горе гвардейцах всю свою скопившуюся многолетнюю злобу.

Огромная махина выглядела как робот с подобием человеческих рук и ног, но его голова, в роли которой выступала кабина, словно вдавливалась в грудь робота. Он выглядел совершенным, и имел право называться таковым, ведь это изобретение было первооткрывателем в области скрещивания Гармонийских технологий с трудами алхимиков прошлого, отчего тот работал не на каких-то непригодных для проектов Мисато батареях, двигателях или генераторах, а на чистой природной энергии, преобразующейся в ток благодаря одной из линз Кишина, которая служила самым сердцем машины, будучи спрятанной под толстым слоем брони с редкими отверстиями для лучшего всасывания эссенции.

– Нравится, сучки? – продолжала лепетать девушка. – Меня на всех хватит!

Внезапно прямо перед кабиной мелькнула фигура витающей в воздухе Луны, которая загородила весь обзор и очевидно попыталась что-то донести до ума Мисато, но та не была настроена что-либо слушать.

– Мисато! – взывала Луна.

– Уйди, не закрывай обзор! – возмутилась Хагашида. – Не видишь? Я стреляю по свинкам!

– Мисато, послушай, это очень важно! – настойчиво путалась под ногами девушка, пока занятой инженер наконец не обратил на нее внимание.

– Ну что еще? – вопросила Мисато.

– Посмотри назад! – подсказала Луна. – Эта гвардейская машина всех игнорирует и прет напролом к Разлому! Нужно ее остановить!

Мисато оглянулась и застала далеко позади ту самую гусеничную машину с ковшом, которую альянс орденов уже успел прозвать «трактором», окруженную кучей людей, тщетно пытающихся повредить непреступную крепость.

– Ты хочешь, чтобы я разобралась с ними? – уловив намек, уточнила Хагашида.

– Прошу, мы не справляемся! – заверила Луна. – С твоей мощью машина в миг остановится!

– Найди мне замену, скоро буду! – недолго думая, согласилась Мисато, резко развернувшись и пустившись на сближение с «трактором».

Управлять большим роботом было крайне сложно в условиях боя, но его создатель быстро приспособился к типовым движениям, теорию которых сам и создавал. Другой проблемой были препятствующие движению люди, чтобы разогнать которых пришлось включить встроенный рупор:

– В сторону, дайте дорогу, иначе задавлю! – кричала Мисато, продолжая продвигаться к «трактору».

По мере сближения людей становилось все меньше и меньше, а оттого появлялось больше пространства для маневрирования, и уже вскоре Мисато перешла на ускоренный темп, добравшись до пункта назначения за какие-то считанные минуты. Так девушка столкнулась с гвардейской машиной в несколько раз превосходящей по размеру робота, но не внушающей ничего опасного своими маленькими пулеметами в узких щелях на стенках.

– Уходите, я разберусь! – вновь воскликнула в рупор девушка, обращаясь к мелким по сравнению с ней союзникам, которые подобно муравьям на буханке хлеба копошились на корпусе «трактора».

Недолго думая, люди постепенно очистили место для деятельности подоспевшей машины смерти, пустившись в сторону остальных наступающих, минуя опасность быть пораженными выстрелами из пулеметов, которых не было на тыльной стороне вражеской техники. Мисато же, едва люди оказались на безопасном расстоянии, резко кинулась к фронтальной части «трактора», схватив его левой рукой робота за ковш и подставив правую со встроенным миниганом помочь, в то время как ноги робота твердо уперлись в землю, создав сильнейшее сопротивление движению.

– Выходите по-хорошему, суки! – обратилась к экипажу Мисато. – Коли сдадитесь, я вас не трону. Считаю до десяти: десять, девять, восемь…

Еще какое-то время она считала, однако трактор не только не сбавлял ходу, но и нагло таранил преграду впереди, невольно таща перед собой робота, чьи ноги больше раздирали землю, чем участвовали в опоре. Возмутившись несгибаемостью гвардейцев, Мисато отпустила ковш и резко сместилась на боковую сторону техники, заприметив на ней толстый каркас антенны. Мысль сама собой пришла в голову, и некогда стойкий металлический прут антенны оказался оторван от корпуса, а затем вонзился в гусеницу по левой стороне «трактора». По воле удачи металлическая конструкция зажевалась между гусеницей, вращающей ее колесами и боковым крылом над ними, лишив машину передвижения.