Текст книги "Клинок Гармонии (СИ)"

Автор книги: Илья Кишин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 80 страниц)

– Что ж, Джозеф…

– Принимай сразу – он чист, – перебил меня Илия. – Только давай договоримся, Джозеф, шаббата в этом доме нет, придется изменить своим религиозным принципам, если к тебе в субботу вдруг приползет полумертвое тело.

– Н-но, мастер Кишин…

– Никаких «но», Джозеф, я прекрасно знаю, что ты давно не придерживаешься еврейских запретов, а просто любишь косить от работы под видом шаббата, потому давай без этого, хорошо?

– Хорошо, мастер Кишин, вы видите меня насквозь, – улыбчиво похихикал он.

– Молодец, будем рады поработать с тобой, – Илия довольно похлопал его по плечу. – Ну, Тайкон, каков ваш вердикт?

– Принят, – утвердил я.

– Тайкон, – обратился ко мне Илия, – я достал из его головы кое-что важное для тебя.

– Слушаю.

– Помнишь Дэниела Фишера из телепередачи? Он является главой третей исследовательской лаборатории отклонений и патологий, а, значит, приходится тебе врагом.

– Так и есть, в клиниках нету Бога и хороших людей тоже.

– Отнюдь, можешь выбросить это имя из списка врагов, – удивил меня Илия. – Дэниел Фишер в самом деле прекрасный и светлый человек, коих еще поискать нужно. А еще я узнал, что Юмико когда-то тоже была там – проходила обследование по инициативе родителей.

– Ого, вы знаете малышку Юми? – удивился Джозеф. – Она пробыла у нас около года, такая классная девчонка была, они с Каспером много времени проводили вместе с нами.

– Рад, что вы за ней присмотрели, хотя она мне об этом ничего не рассказывала, – вздохнул я. – Вы сможете увидится, когда Юмико вернется, тем более, что работать будете в одной комнате.

– С нетерпением буду ждать возвращения Юмико, а пока, не смею вас задерживать – сейчас же очередь Натальи.

– Ох, я думала вы про меня уже совсем забыли, – очнулось знакомое лицо, которое я очень рад был видеть. – Кхм, Наталья Рейх, когда-то я была главой в преступной группировке под названием…

– «Гидра», – перебил я, уже зная всю область ее специализации. – Затем она распалась, и вы остались без работы, Наталья. Однажды я повстречал вашего босса Уильяма Дэвидсона, тогда-то он мне все и рассказал. Можешь не продолжать, Наташа, ты принята, только дай Илии закрепить твою благонадежность контрольной проверкой.

– Не препятствую, вперед, – улыбнулась она.

– Так-с, – заговорил Илия, последний раз за день просканировав память кандидата, – никаких претензий, человек светлый, только будь добра, объясни госпоже Ишимару почему тебе приходится выкуривать по пачке сигарет в день.

– Это все? – опешила она.

– Ничего более нового из твоей биографии мы не узнаем, ты уже хорошо знакома с нашим боссом и, уверен, он очень хочет с тобой перетереть.

– Я только за, хоть и не знаю, где мы могли пересечься, но сейчас о сигаретах, – начала объясняться Наташа. – Да, я курю и курю много, но не без причин. Судя по всему, среди вас нет ренегатов-неудачников, потому вам следует знать, что иногда на свет появляются люди не с силой, а со слабостью.

– Ты – ренегат? – вдруг осознал я.

– В точку, босс, – подмигнула она. – Изначально я попала в злополучные 30 % мертворожденных детей. Мой отец с горя позабыл о запретах в стенах родильных домов, достал сигарету и закурил прямо в родильном зале. Вы бы видели лица акушерок, когда я вдруг ожила и начала брыкаться, как здоровый ребенок, – Наташа засмеялась. – Как выяснилось, чтобы жить, мне нужен никотин и системные яды из табачных листьев, потому с самого рождения я вынуждена курить, иначе умру.

– Ого, – застыла в замешательстве Хорнет. – В таком случае «Спектр» выделит тебе деньги на сигареты, а, вот, что касается курилки, то у нас ее еще нет, потому курить придется на улице, либо в вентилируемой части подвала.

– Я не стану жаловаться на условия, но в любом случае, спасибо вам за заботу о моем «здоровье», – саркастично усмехнулась Наташа. – Ну-с босс, мы закончили, можем поговорить наедине?

– Да, все свободны, – подтвердил я. – Шин, Николас, можете не отчитываться, Мисато передаст нам ответ по рации. Джозеф, твое рабочее место находится в дальней части крыла «А». Добро пожаловать, по комнатам вас раскидает Хорнет, а пока можете познакомиться с остальными.

– В таком случае я пойду по своим делам, – произнес Илия, уже направляясь к выходу.

– Мастер Кишин, постойте! – послышался возглас Николаса. – Я бы хотел извиниться!

– Отвали, педик, – отстранился Илия, выйдя из кабинета.

Узнаю рогатого, такие проблески старых консервативных устоев у него бывают нередко – я с ними в какой-то мере солидарен.

Закончив собеседование, мы с Натальей уединились снаружи дома, зайдя в переулок подальше от лишних глаз. Она привычно вынула из кармана пачку сигарет, ловко закинула одну из них в рот и принялась поджигать.

– Слушаю, босс, о чем вы хотели со мной поговорить? – заговорила она, освободив губы от груза разговорной помехи.

– Я скучал, Наташа, – где-то под маской улыбнулся я.

– Не поняла, – опешила она.

Я не стал ничего отвечать, а лишь молча отдернул капюшон и медленно стянул с себя маску, оголив радостное от теплого воссоединения лицо.

– Да ну нахрен, – Наташа впала в состояние шока. – Ашидо, это ты?

– Он самый, королева мафии, – я расплылся в искренней улыбке, найдя место для насмешки.

– Охренеть, сколько лет, сколько зим, успела даже упустить момент, когда ты стал совать в глаза цветные линзы. Иди-ка сюда, дай обниму тебя! – она подошла вплотную и крепко вцепилась в меня.

– Я тоже рад тебя видеть, – ответил я теплом, проигнорировав издевку над глазами.

– Подумать только, как так вышло, что я оказалась в подчинении у подчиненного?

– Чудеса случаются.

– Слух, ты же не будешь меня душить? – замялась она.

– В каком плане? – оторопел я.

– Ну, типо, знаешь, я тебя частенько обзывала и гоняла по всяким мелочам. Вдруг ты на меня обижен и захочешь оторваться на мне.

– Да ну, брось, – обнадежил я, похлопав ее по плечу, – ты запомнилась спасителем, с чего бы мне душить человека, который уберег меня от голодной смерти?

– Чики-брики, я рада, что запомнилась тебе хорошим человеком.

– Потому пришло мое время возвращать добро, Наташа.

– Будучи хорошим боссом?

– Именно, добро пожаловать в «Спектр».

Глава 31: Одна большая семья

Собраться вместе есть начало, держаться вместе есть прогресс, работать вместе есть успех – мы наконец добились того, к чему так долго шли. Поначалу орден «Спектр» представлял из себя всего лишь кучку недовольных положением внутренних дел Гармонии сопляков, но сейчас я вижу, что все мы стали сильнее.

За эту неделю наши новые сотрудники уже успели прижиться и показать первые результаты своего труда. Наш подвальный компьютерный клуб превратился в настоящее логово вне сети интернет, ибо Николас постарался и обеспечил нас надежной системой защиты, шифрованием и серверами. Эту комнату оккупировали в основном бездельники, любящие прожигать время впустую за просмотром сериалов или синглплеерными баталиями, но были и те, кто ответственно относился к своей работе, делая для ордена все возможное.

Речь идет о Наташе, она вкладывала всю себя в общее дело, благодаря чему мы узнали много интересных подробностей о наших врагах и о мотивах короля в некоторых грязных делах прошлого. Таким образом мой бывший работодатель стал нашим ведущим координатором, сместив со своего места Амелию, которая не нашла ничего лучше, чем утонуть в озере бездельничества. Решение о приеме Натальи на новую должность одобрили все, ибо та отлично знала город, особенности улиц, злачные места и неблагополучные переулки, пути отхода и хорошие стрелковые позиции, а также свободно поддерживала связи со старыми знакомыми, что позволяло ей с ужасающей эффективностью раскапывать информацию.

Джозеф в основном сидел без работы, но времени зря не терял, то ли дело проводя опросы внутри ордена для формирования индивидуального подхода к каждому потенциальному пациенту. Полезное дело окупилось сразу же, как только в медкабинет заглянул первый пострадавший – Итачи, которая жаловалась на боли в спине. Как выяснилось, она не очень здраво оценила свои силы, таская тяжести, думая, что, раз уж у нее есть крутые стальные руки, никакой нагрузки от этого на позвоночник не будет. Наш дедуля в тот день хорошо скооперировался с Илией и Мисато, договорившись на плановую операцию по вживлению имплантов между позвонков кошечке-киборгу, но никто пока не спешил заниматься реализацией.

Что касается Шина, Мисато все-таки приняла его в свою команду, тогда-то она и выделила в нем главное умение, которое в наших кругах значилось уникальным – выводить из себя главу инженерного отдела. Да, она была недовольна его умственными способностями, каждый раз фыркая мол «вот такие дебилы незаслуженно занимают места гениев». От части я понимаю такое недовольство, ведь Шин имеет высшее образование, которое он получил, будучи студентом-бюджетником, в то время как Мисато пришлось распрощаться с карьерой признанного гения в угоду своим идеалам и принципам.

– Ашидо! – дверь моего кабинета с грохотом распахнулась, взору предстала та самая особа, о которой в данный момент идет речь.

– Только о тебе вспоминал, – ухмыльнулся я, не заприметив на ее лице следов непредвиденного бедствия, потому не смог определить, по какому поводу она сюда пришла.

– Что там по Хомуре? – неожиданно вопросила Мисато, будучи непричастной к этому делу.

– Ну, – задумался я, – у меня есть около двух часов на то, чтобы вырвать кого-нибудь с рабочего места, после чего мы пойдем к ней в гости – в Трущобы.

– Возьми меня с собой! – радостно что-то предвкушала Мисато, пытаясь спрятать приличный по своему размеру неизвестный аппарат за спиной.

– Откуда такое рвение?

– Во, зацени! – она ловким движением вынула из-за спины какую-то причудливую пушку с неадекватно большим дулом и сферической укрепленной колбой посреди корпуса. – Новая малышка, мне нужно ее протестировать в подходящих условиях.

– Допустим, по кому ты собралась там стрелять? – поинтересовался я, находясь в полной готовности отправить ее обратно в подвал.

– Не по кому, а по чему, товарищ! Она стреляет гелевой пеной, которая быстро раздувается и затвердевает, – пояснила Мисато. – Материал диэлектрический и сам по себе довольно огнестойкий.

– Это что-то вроде монтажной пены? – предположил я.

– Хрень твоя монтажная пена, – возмутилась Мисато, – она хорошо горит и выпускает едкий дым, не говоря уже о том, что режется любым острым предметом. Моя крошка намного круче – любую халупу залатает!

– Хочешь пойти со мной в Трущобы, чтобы помочь людям что-нибудь починить? – звучит странно, но благородно.

– В яблочко, товарищ! Отличная возможность, скажи же!

– А что насчет остальных, кто-нибудь еще желает пойти?

– Nah, не думаю, – отрицательно покачала головой Мисато. – Все заняты своими важными делами. Кстати, Ринна никогда не говорила, что она была потрясным химиком до событий в «GenTask». Ты прикинь, торчит сейчас круглыми сутками с Кишином и донимает его вопросами, а он с удовольствием на них отвечает!

– Проводит время с пользой, – развел я руки в стороны. – В таком случае захватим с собой главную бездельницу, ей все равно нечем себя занять.

– Войд? – попыталась угадать Мисато.

– Ай-ай-ай, что за дедукция у тебя, – удивительно, как она не смогла с первого раза угадать. – Я про Лаффи.

– А-а-а, у нас же есть Лаффи, точно! – опомнилась Мисато, будто видела ее единожды за все это время.

– Готовность через пятнадцать минут – тебе хватит?

– Я тебе что, улитка? Десяти хватит, – ответила Мисато, всем видом показывая то, как она собой довольна.

– Вперед, встречаемся в холле – пойдем пешком.

– Оке, босс, только сам не задерживайся! – удаляясь от меня, прокричала она.

Так-с, теперь нужно найти в себе силы самому встать со стула и спрыгнуть с третьего этажа вниз, но для начала…

– Лаффи, – произнес я в переговорное устройство, – ты идешь со мной и Мисато в Трущобы, ждем тебя в холле.

– Вас тут нет! – послышался недовольный возглас.

Надо же, только позвал, а она уже на месте – все такая же резвая. Поднявшись со своего места, я вышел из кабинета и, встав перед перилами балкончика, заприметил в холле томительно ожидающую фигуру Лаффи. Хотел было я спуститься, как вдруг на перилах неожиданно для меня мелькнуло тело некогда стоявшей внизу девушки, от чего я даже немного испугался и отшатнулся.

– Приветик! – довольно гаркнула Лаффи, сидя на перилах, контролируя равновесие всеми конечностями сразу.

Для меня было неожиданностью то, как активно она стала использовать свою способность, летая по коридорам ордена с бешенной скоростью. Мы уже обсуждали с Илией потенциал Лаффи, он тогда сказал, что с таким маленьким объемом энергии будет крайне сложно создавать вымышленные объекты и регенерировать, но, к счастью, учить девушку телепортации не пришлось – она и до нас ей пользовалась, но с некоторой парой нюансов.

Мы все гадали, как Лаффи не смогла дать отпор своему обидчику, даже умея пользоваться телепортацией, и никто из нас так и не смог докопаться до истины, пока наш любимый рогатик не развеял все выдуманные к тому времени мифы, заявив о том, что Лаффи попросту мыслит иначе и телепортироваться без рук не могла.

Как выяснилось, рисунки на руках Лаффи существуют не просто так – она немашинально поддерживает их через собственную энергию, а они в свою очередь служат ключом для телепортации. Из всех членов ордена суть смогли уловить только Илия и я. С ним все понятно, а в моем случае все благодаря случайно вспомнившемуся фильму, который мы вместе смотрели в детстве. У главного героя «Обезображенного» на руках имелись подобные узоры, данные Богом, которые позволяли телепортироваться, а сами в момент до и после перемещения ярко светились – Лаффи прониклась этим персонажем настолько, что благодаря ему смогла реализовать свою собственную силу. Примечательно то, что она в совершенстве владеет уже заученными техниками так, что все мы в этом плане ей уступаем, но ничего нового та придумать не в силах, ибо по степени оценивания человеческого воображения Луной, Лаффи стоит где-то на первой ступени, если только речь идет не о моем оголенном торсе.

– Готова? – задал я контрольный вопрос, оклемавшись от ее резкого появления.

– С тобой хоть на край света, – широко улыбнулась она.

– Хорошо, ждем Мисато и выдвигаемся.

***

Через некоторое время мы уже пешим ходом двигались в сторону Трущоб через улицы Промышленного района. В этот день я впервые увидел Мисато в одежде с длинными рукавами, под которые она запрятала одно из многих неизвестных мне изобретений, крепящиеся на руки. Если говорить об одежде Лаффи, то та не стала забивать голову возможностью столкнуться с местной грязью – нацепила на себя обтягивающие штаны и майку без рукавов. Стоит отдать ей должное за то, что догадалась хотя бы лифчик надеть, иначе ее грудь неумолимо притягивала бы случайные взгляды.

Цель наших испытаний хорошо улеглась в чехле для гитары, который Мисато выкупила у музыканта в метро еще вчера, потому все мы выглядели вполне естественно и неподозрительно.

Когда Трущобы наконец были достигнуты, оставалось только распределиться между основными и второстепенными задачами, потому я предложил Мисато заняться испытаниями, пока мы с Лаффи ищем Хомуру. Мисато с трепетом приняла предложение, аргументируя свою реакцию тем, что команда должна разделять обязанности между участниками для достижения наибольшей эффективности.

Стоило Мисато скрыться в толпе неотличимых друг от друга местных обитателей, мы с Лаффи тут же впали в ступор, думая о том, с чего бы начать. В голову не пришло ничего лучше, чем просто задавать один и тот же глупый вопрос проходящим мимо людям в надежде получить хоть какой-то результат.

– Извините, можно задать вам вопрос? – обратился я к седому мужчине, еле плетущемуся по грязной дороге.

– Мотай отсюда, чужак, тебе здесь не рады, – презрительно фыркнул он, после чего демонстративно продолжил свой нелегкий путь.

Стоило ожидать такого приветствия, ведь люди в Трущобах далеко не простые – все с приветом. Бог с ним, стариком этим, у нас впереди целый день, потому рано опускать руки, едва начав опрос.

– Извините, можно вопрос? – обратился я к прохожей девочке возраста Лаффи на вид.

– Что вам надо? – отчужденно вопросила она.

– Где я могу найти девочку по имени Хомура, зовущую себя «Ангелом Трущоб»?

– Не знаю такую, уходите, – вновь отстранилась она, спешно удаляясь от разговора.

– Что за дела? – возмутился я, глядя в спину убегающей девушке.

– Чего они тут все такие неприветливые? – задалась тем же вопросом Лаффи.

Какой-то промежуток времени ушел на уличное пустословие, пока мы не осознали, что такой подход абсолютно безнадежен – никакой информации из этой прослойки не выудишь. Я уже хотел было обратиться за помощью к Илии, но вовремя остановился, поняв, что, если буду в любой ситуации звать его на помощь – сам никогда не научусь решать проблемы.

Немного пораскинув мозгами, я пришел к выводу, что проще всего было бы вытянуть информацию из человека в состоянии алкогольного опьянения, ведь такие индивиды практически не следят за своим языком, потому разговорить обычного пьяницу будет проще пареной репы. Мысль в самом деле казалось блестящей, но для ее реализации сначала нужно было отыскать трактир, с чем у нас тоже возникли небольшие сложности:

– Извините, не подскажете, где здесь можно найти трактир? – в сотый раз за день задал я вопрос проходящему мимо человеку.

– Какой еще нахрен трактир? – завелся незнакомец. – Такие места принадлежат нам, жителям Трущоб, а не черни вроде вас двоих! Идите шастайте по своим барам, а к нам не лезьте!

– Что ж, всего доброго, – молниеносно выкинул я, желая поскорее выйти из этого бесполезного и до боли шаблонного диалога.

Что уж тут говорить о какой-то Хомуре, если здешний контингент не способен даже на трактир указать, видя в нас лишь городскую чернь – так жители Трущоб называют всех представителей вышестоящих прослоек. Не могу сказать, отклоняемся мы от плана или все-таки укладываемся во временные рамки, но такое времяпрепровождение сильно выматывает.

Около двух часов мы просто слонялись по улицам, пытаясь разузнать хоть что-то, пока в поле зрения не мелькнул заветный трактир, к которому мы вышли сами, изрядно потрепавшись и утратив всю надежду на информацию о Хомуре. Скольких бы мы не опросили, а все как один настойчиво отрицали само существование девочки, будто бы ее никогда и не было в этом мире ни для них, ни для нас, но больше всего поражала упертость пьяниц, которые в той же манере наотрез отказывались отвечать на вопросы, даже будучи в таком состоянии, когда сопли сами собой льются из носа, а тело не слушается от слова совсем.

План по опросу выпивших мог с треском провалиться, в очередной раз оставив нас ни с чем, но в какой-то момент довольно трезвый мужчина среднего возраста окликнул меня, после чего подошел на расстояние для диалога.

– Хомуру ищете? – полушепотом пробормотал он, наклонив свою голову поближе ко мне.

– Все верно, нам нужна Хомура, зовущая себя «Ангелом Трущоб», – подтвердил я, вкусив аромат потенциального сговорчивого собеседника.

– Идемте, я отведу вас, – в той же манере сказанул он, после чего поплелся к выходу, подзывая нас за собой.

Мы наконец почувствовали, что нить между «Спектром» и Хомурой оказалась натянута до предела – оставалось только убедить ее примкнуть к нам, но чем дальше мы шли, тем подозрительнее казался этот лысый мужчина. Всю дорогу он молчал, только лишь нервно цокал время от времени, что добавляло в и без того неловкую ситуацию излишнего дискомфорта. В большинстве своем путь пролегал по людным улицам разной ширины, но в какой-то момент наш сопроводитель решил свернуть в узкий переулок, тогда-то я напрягся всерьез, почувствовав неладное.

По мере продвижения между стен появились очертания высокого забора в виде вертикальных стальных прутьев, по которым никто не смог бы взобраться, посередине сооружения виднелась дверь той же стилистики. Я поздно заметил, что таких заборов там было два, к моменту моего осознания дверь перед нами уже захлопнулась, а следом за ней громко хлопнула и та, что стояла позади – нас поймали в клешни.

– Итак, тупые дебилы, перейдем к вопросу ваших карманов, – заговорил мужчина, явно не предполагая, кого же он все-таки загнал в ловушку.

Переднюю калитку захлопнул он, а вот с задней уже помогли дружки, вовремя выпрыгнувшие из окна. Очевидно, этот маневр был спланированной тактикой вымогательства у таких наивных людей, как мы, но вместо денег сегодня бандиты получат только жизненный урок.

– Прямо над вами висит ведро с голодными крысами, – с довольной ухмылкой тыкал пальцем вверх бандит, предвкушая наживу, – один лишь укус, и вы долгие месяцы будете проходить дорогущее лечение, после которого можете и не выжить. Каждый день будет начинаться с симптомов тифа, с каждым потраченным кредитом надежды на выздоровление будет все меньше и меньше, пока ее совсем не останется. Я могу отнестись к вам снисходительно, избавив от страданий, потому предлагаю выбор: деньги или жизнь – что же вы выберете?

– А крысы за яичко больно кусают? – дерзнул я.

– Хочешь проверить, дебил? – прорычал он, резко дернув веревку, поддерживающую ведро, от чего металлическая емкость слегка загремела.

– Да, хочу, скидывай крыс, – ухмыльнулся я, предвкушая свой зловещий план «научи бродягу манерам».

– Что ж, раз ты такой смелый – наслаждайся! – бандит вынул из кармана свою финку, лезвие которой тут же пронеслось по веревке, отправив ведро с крысами в свободный полет.

– Лаффи, наверх! – приказал я, предполагая, как на ней может отразиться укус, который для меня был бы безвреден. Она хорошо поняла меня и тут же вцепилась в прутья забора так, будто росла в семье пауков.

Ведро рухнуло, из него в самом деле вывалились противные вонючие черные крысы, которые сразу же бросились в мою сторону, вцепившись зубами в ногу. Не скажу, что это было приятно, но бывало и хуже – вспомнить только сосульку, разрубившую мое тело напополам.

– Надо же, совсем плевать на жизнь, – промямлил мужчина, глядя на то, как я непоколебимо стою в окружении вредителей.

Я не стал ничего отвечать, а лишь сконцентрировал в своих ногах побольше разряженного энтропиума, который оказал чудодейственный эффект на крыс, заставив их замертво падать на землю. Увидев это, бандит растерялся и лишился дара речи, но то, как я оголил «Нами» и перерубил крепкий стальной замок на разделяющей нас двери, заставило его действительно сильно занервничать. Лаффи тоже не стала просиживать ягодицы и разобралась с остальными, дав мне возможность сконцентрироваться.

– Перейдем к вопросу о яичках, – грозно проговорил я, сократив расстояние, стоя перед некогда довольным собой бандитом, держа в руках последнюю живую крысу.

– Стой-стой! Я дам тебе деньги, забирай все! – вдруг затрясся он так, что грошовые наличные Гармонийские кредиты посыпались из рук.

– Где Хомура? – задал я единственный вопрос, ожидая все-таки получить на него ответ.

– Не знаю! Хоть убей – не знаю!

– Убить говоришь? – улыбнулся я, застыв в прицельной позе с крысой в руках.

– Ладно-ладно, погоди, давай решим все миром! – взмолился он. – Я не знаю, где эта Хомура, но я знаю того, кто знает! Повар по имени Марвин – она работала с ним в уличном общепите!

– Ты уверен в своем ответе? Мой маленький дружок может подсказать, врешь ты или нет, – подтрунивал я над ним.

– Клянусь, говорю правду!

– В таком случае я могу тебя отпустить.

– Ох, мистер, благодарю вас за то, что сохранили мне жизнь! Обещаю встать на путь искупления – мамой клянусь! – неумело врал бандит.

– Что ж, я в тебя поверю, бывай! – аналогично неумело солгал я, бросив в его сторону крысу, которая неслабо припугнула неблагополучного гражданина, после чего двинулся прочь, подав напоследок знак Лаффи.

Секунду спустя прямо перед моим лицом на огромной скорости пролетел короткий и аккуратный клинок, вонзившийся придурку прямо в лоб, прикончив на месте. Я лишь с облегчением вздохнул, получив от него хоть какую-то информацию, а подошедшая в этот момент ко мне Лаффи была в явном замешательстве.

– Думаешь, стоило его вот так убивать? – вопросила она.

– Стоило – он этого заслужил, – утвердил я, глянув на некогда живое тело в последний раз. – Вымогание денег у бедных людей таким жестоким способом рано или поздно погубило бы его жалкую душу – идем.

***

Несколько часов плутаний зря не прошли, ведь мы все же получили наводку на Хомуру, сделав при этом доброе дело. Найти палатку общепита было несложно – приятный запах здешних супов за километр притягивал к себе посетителей. Мы с Лаффи сблизились с оживленной толпой, стоящей перед орудующим поварешкой мужчиной, который, вполне вероятно, мог быть тем самым Марвином.

– Здравствуйте, Марвин? – обратился я к уличному повару.

В этих местах были довольно распространены палатки с бесплатным питанием для всех нуждающихся, но для получения своей порции приходится долгое время стоять в длинной очереди, а, если ты не вкладывался в общую кастрюлю – будешь вынужден остаться голодным или эгоистично хрустеть объедками дома в одиночестве.

– В очередь, – прорычал мужчина в фартуке с глубокими залысинами, к которому мы обратились.

– Простите, мы не за едой – ищем девочку по имени Хомура.

– Не знаю никакой Хомуры, проваливайте, не мешайте работать.

– Он же врет, – подметила Лаффи.

– Закрой рот, чернь, тебе в Трущобах не рады, – осекся мужчина.

– Следи за языком, – прорычал я.

– Проваливайте, гвардейские шавки! – послышался крик престарелой женщины из очереди.

Меня такие слова задели за живое и я на секунду застыл, но сразу же опомнился, осознав, что все эти люди просто напросто обижены на весь мир, а кто-то вроде нас – как бельмо на глазу. За этот день мы уже успели всем надоесть, потому люди стараются поскорее выгнать нас отсюда. Идея применения насилия утонула вместе с обидой, а я решил все-таки попытаться докопаться до совести неблагополучного, но дружного люда.

– Вы ошибаетесь! Мы не из гвардии! – громко отрицала Лаффи, опередив меня.

– Проваливайте! – продолжала настаивать толпа.

– Произвол! – послышался крик бабули, приближающейся с совсем другой стороны, которая ошеломила нас картиной того, как столь же внезапно появившейся Мисато приходится держать ее под руки. – Что за пустая клевета, народ? Постыдились бы – гости к нам с добром, а вы им клыки показываете!

– С каким еще добром, Нюра? – опешил уличный повар. – Опять нюхают, гады, Хомуру какую-то ищут! В какой раз уже приходят!

– Дебил тупорылый, посмотри на них! – негодовала бабуля Нюра. – Те все в форме были, всюду кулаками размахивали, да пукалками своими во всех тыкали, а тут, вон, девочка мой дом спасла – фонарь тот косой починила! Где совесть твоя, Марвин?

Вот оно как – мы не ошиблись, подумав, что этот человек может быть тем самым Марвином.

– Это правда? – косо посмотрел на Мисато мужчина по имени Марвин.

– Ну, а чего кота за хвост тянуть? – в простенькой манере ответила Мисато. – Фонарь криво стоял, через пару лет раздавил бы избу, а я-то пришла сюда пушку испытать – вот и залатала его, пока не выдерут с корнями.

– Эти двое с тобой? – все еще недоверчиво вопросил он.

– Да, – подтвердила она, встав в привычную довольную собой позу, – мой босс и коллега.

– Спасибо, конечно, – отстраненно мямлил Марвин, – храни вас Господь за вашу доброту, но я все равно вам не доверяю – уходите.

Общаться с этими людьми было крайне тяжело, все они давно отреклись от жизни вне проверенного надежного круга, потому мы все равно были бы здесь чужими, даже если бы удалось слиться с толпой.

– Хрен с тобой, Марвин, – пробухтела бабуля. – Я сама познакомлю вас с Хомурой, забудьте про этих, вот, олухов.

– Нюра, спасибо вам, но мы уже знакомы с Хомурой, – раскрыл я небольшую тайну. – В последнюю нашу встречу она пригласила меня в гости, но я не ожидал встретиться здесь с такими неприветливыми людьми, коих она называла семьей – просто скажите, где можно найти эту девушку.

– Ох, милок, она…

Слова бабули хотел было прервать Марвин и разъяренная к этому моменту толпа негодующих нищих, но всех их опередил сокрушительный по своей мощности взрыв, прогремевший со стороны дамбы. Окружающие нас люди мгновенно запаниковали, поднялся неконтролируемый гул и крики ужаса.

– Лаффи, иди вперед, доложи обстановку! – приказал я, перекрикивая людей.

– Поняла! – молниеносно ответила она, после чего за долю секунды скрылась из виду, устремившись в направлении взрыва.

– Мисато, идем! – подозвал я ее к себе, будучи уже на бегу, тогда-то она без лишних слов побежала вместе со мной.

Двигаться по слякоти было сложно, ноги тонули в грязи, свободно перемещаться, не спотыкаясь и не запинаясь, совсем не выходило.

– Нам нужно подняться на стену! – скомандовал я.

– Как?! – непонимающе проворчала Мисато.

Это было лучшим решением – Трущобы прилегали к городской стене вплотную, потому добраться до дамбы удобнее всего было по нижнему ярусу стены-пристройки, растянувшейся по всему северному периметру района.

– Использую «крюк», только давай быстрее! – приказал я, после чего мы повернули на девяносто градусов в сторону пункта назначения.

Когда стена была достигнута, мы расположились рядом, готовясь к сложному и тяжелому прыжку, тогда-то к нам вернулась Лаффи.

– Аши, плотину прорвало! – прокричала она, едва появившись в поле зрения. – Там какая-то девочка в одиночку сдерживает напор воды!

– Твою мать, – вдруг осознал я. – Это Хомура, нужно ей помочь!

Никто более не мог бы защитить Трущобы от килотонн океанской воды – только Хомура. Действуя под резким наплывом волны адреналина, я зацепился сразу двумя «крюками» за края стены, а затем резко оторвался от земли с висящей на спине Мисато, к весу которой добавлялся груз пушки.

Стоило взобраться на стену, как с нашей позиции уже можно было разглядеть мутную фигуру вдалеке. Не теряя ни минуты, мы пошли на сближение, пока наконец не достигли заветной героини Трущоб.

– Хомура! – прокричал я с расстояния, на котором она могла бы услышать мой возглас.

– Ашидо? – растерялась Хомура, обратив на меня внимание. – Что ты здесь делаешь?

– Потом поговорим, сейчас нужно заделать дыру в плотине, – отрезал я.

– Я не продержусь долго! Если можешь помочь – помогай! – ослабевшим голосом проговорила она.

– Мисато! – обратился я к нагнавшей меня коллеге. – Ты сможешь заделать дыру своей пушкой?

– Там вода – она не даст гелевой пене раздуться и затвердеть! – пояснила Мисато. – Нужно как-то убрать воду с поврежденного места!

– Я не могу, мне не хватит сил, мышцы итак надрываются! – прокричала Хомура.