Текст книги "Искупление 6-го (ЛП)"

Автор книги: Хлоя Уолш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 47 страниц)

Перерыва.

Он выглядел совершенно не впечатленным тем, что говорила мисс Лейн.

Когда она указала на красную книгу на своем столе, Джоуи просто протянул ей ручку,

И скрестил руки на груди, ожидая подписи.

И затем он выбрал именно этот момент времени, чтобы окинуть взглядом все вокруг комнаты. Я почувствовала тяжесть его взгляда, как только он остановился на мне.

Воздух вокруг меня был заполнен, из-за чего мне действительно было трудно дышать. Дрожа от напряжения, я выдавила легкую улыбку.

Как еще можно было поприветствовать мальчика, которого ты любила годами?

Мальчик, чей отец пытался приставать к тебе.

Мальчик, которому ты вырвала сердце, когда видела его в последний раз.

Господи.

Я видел, как Джоуи напрягся, его глаза загорелись и полностью сосредоточились на мне.

Он не улыбнулся.

Он не помахал рукой.

Он просто смотрел на меня.

Это было слишком.

Это было чертовски много.

Было так много невысказанных слов, так много вопросов без ответов, висящих в воздухе, между нами, обоими.

Я знала, что он тоже это чувствует.

Выражение его лица ничего от меня не скрывало.

Он показывал все это прямо сейчас, каждую унцию замешательства, боли и раздражение.

В конце концов учитель вернул Джоуи красную книгу, и я наблюдал, как он

Подошел к нашему столу, все еще глядя на меня и не улыбаясь.Бросив сумку на землю возле стола, он отодвинул стул и опустился на свое обычное место рядом со мной.

В ту минуту, когда он сел, свежий и до боли знакомый запах Lynx и мыла затопило мои чувства, заставив меня дрожать.

– Джоуи, – прохрипела я, настороженно наблюдая за ним, не зная, как реагировать из-за того, как мы расстались в прошлый раз, когда разговаривали.

– Моллой, – произнес он, касаясь моего плеча, поправил свое стул, отодвинул его назад, чтобы освободить себе больше места для ног.

– Милая рубашка, – прошептала я, подталкивая его плечо к своему плечу, держа себя в руках и ждал его ответа.

Скажи это.

Пожалуйста, скажи это.

Два слова.

Это все, что мне нужно.

Вздох, который он выпустил, был настолько глубоким, что его плечи заметно поникли.

Поднимаясь и опускаясь, прежде чем он покачал головой, казалось, не охотно сдаваясь.

– Классные ножки.

Спасибо Господи.

– Я надеялась, что ты сегодня будешь здесь.

– Где еще мне быть?

– Тебя не было в школе на прошлой неделе.

– У меня было много дел.

Да, с его матерью. – Как твоя мама?

Он уклончиво пожал плечами и полез в карман своих школьных брюк, достал телефон и положил его на свою сторону стола.

– Ты оставила это.

– Да, я, э-э, я знаю. – Глубоко сглотнув, я быстро схватила телефон и положила его в карман. – Спасибо, что вернул.

В ответ он коротко кивнул мне. – Без проблем.

– Я также оставила там свою цепочку, – прошептала я. – В твоей комнате. Та, что ты подарил мне на день рождения в прошлом году.

– Я верну это тебе.

– Спасибо, – выдохнула я, ненавидя преграду, между нами. – Итак, с тобой все в порядке?

Сухо кивнув, он не сводил глаз с двери перед нами. – А ты?

– Ага. – Я слабо пожала плечами. – Я имею в виду, я так думаю.

– Это хорошо. – Его челюсть сжалась, и я увидел, как он глубоко сглотнул. – Я рад. Я беспокоился о тебе.

– Я беспокоилась о тебе. – Дрожа, я протянула руку под нашу парту и положила руку на его твердое, мускулистое бедро. – Боже, Джо, как ты мне не хватал.

Через него прошла глубокая дрожь, но он не проявил никаких движений в ответ или не вернул физического внимания. Вместо этого он наклонился вперед, оперся локтями на парту, опустил голову в руки и бормотал что-то неразборчивое под нос.

– Ты так и не вернулся, – услышала я себя, глаза устремлены на его спину.

– Ты хотела пространства, – был его плоский ответ.

– Я хотела, чтобы ты вернулся.

– Как я должен был знать об этом?

– Ты не должен был, – вздохнула я. – Просто… неважно.

Между нами установилось ужасное молчание, которого я отчаянно хотела избавиться.

– Джо?

– Хм?

– Мы можем поговорить?

– Мы и говорим, – был его автоматический ответ, почти роботизированный, когда он опустился на парту, голова в руках.

– Правильно, – уговорила я, выпрямляясь. – Наедине.

С вялостью он пожал плечами, выдавив мучительный вздох, но не ответил.

– Можем ли мы провести время вечером?

– Мне нужно работать. Я уже пропустил неделю. Я не могу больше пропускать.

– А завтра?

Он не ответил.

– Я хотела узнать, есть ли у тебя планы на обед в пятницу? – Я услышала себя хрипло, ладони потели, когда паника охватила меня. – Потому что есть место, где мне нужно быть, и я, эм, ну, я действительно надеялась, что ты сможешь пойти со мной.

Больше молчания.

– Джо?

Поднимаясь вверх, он посмотрел вокруг, кажется, испуганным, прежде чем опять опуститься на локти. – Хм?

– У тебя есть планы на пятницу?

– А-а, я не знаю, – пробормотал он, звуча больше изнуренного. – Не уверен.

– Ну, а ты занят сегодня днем? – Я попробовала снова. – То есть, у тебя тренировка или что-то вроде этого? Потому что мне действительно нужно поговорить с тобой наедине кое о чем.

– Я не хочу говорить наедине, – тихо ответил он. – Не сегодня, Моллой.

– Но ты даже не знаешь, о чем я хочу с тобой поговорить, – выдавила я. – Это важно.

– Что бы это ни было, я не хочу обсуждать это прямо сейчас.

– Почему?

– Потому что я чертовски устал, Моллой.

– Ты должен знать, что я не имела в виду, – я буркнула, обращаясь к слону в комнате.

– Вся эта дрянь, которую я высказала в последний раз, когда мы были вместе? Это был не я, Джо.

Он напрягся.

– Я не имела в виду этого, хорошо? – Поднимаясь, я положила руку ему на спину, нахмурившись, когда почувствовала тепло, излучающееся от его тела. Господи, он был раскален. – Клянусь, Джо. Ни слова из того, что я сказала, не было правдой.

– Да, ты сказала. – Мускулы на его спине сжались тугим узлом под моим касанием.– И это нормально. Я тебя не виню.

– Я не виню тебя в том, что произошло, Джо, – сказала я ему, чувствуя себя мучительно уязвимой в этот момент. – И я не хочу пространства. Я никогда не хочу пространства от тебя.

– Я тоже, – тихо ответил он. – Но просто потому, что мы не хотим чего-то, не значит, что нам это не нужно.

Тревога кипела внутри меня. – Что это значит?

– Это значит то, что значит, Моллой.

– Посмотри на меня.

Он этого не сделал.

– Джо.

– Просто отпусти, Моллой.

– Джо Линч, тебе лучше посмотреть на меня.

Выдыхая мучительный вздох, он откинулся на спинку стула, опер ладони на колени и неохотно посмотрел на меня.

Вдруг все стало ясно.

Сонливость.

Вялость.

Пылающая горячая кожа.

Глаза, чёрные, как уголь.

– О боже. – Я вдохнула острым вздохом. – Что ты принял?

– Ничего.

Он попытался отвернуть лицо, но я схватила его подбородок между пальцами и заставила посмотреть на меня. – Что ты принял?

– Ничего, – он спорил, прежде чем выдохнуть стоном. – Сегодня.

– Вчера?

Он медленно кивнул.

– А позавчера?

Ещё один кивок.

Моё сердце разбивалось ещё сильнее.

– Когда это началось?

Тишина.

– Когда это началось?

– После того как я ушёл из твоего дома.

О боже, нет…

– Так что, речь идёт о неделе?

– Примерно.

– Что это было?

Я заставила себя спросить. – Что ты принял?

– Не то, о чём ты думаешь.

– Что ты взял, Джо?

– Не то.

– Я не спрашивала, что ты не принял, – шипела я, разбитая и яростная. – Скажи

Мне, что ты принял, черт побери.

Его глаза застыли на моих, и остались там, фокусируясь на мне настолько, насколько это было возможно, учитывая, что он явно был под чем-то. – Просто несколько таблеток и так далее.

– И так далее? – Я нахмурилась на него. – Из чего состоит так далее? Потому что я достаточно долго была с тобой, чтобы знать, что, когда ты говоришь слова «таблетки и так далее», твоё значение может сильно варьироваться.

– Моллой.

– Так о чём идёт речь? Трава, порошок или чертов шприц?

Показалось, что меня перенесло назад во времени в место, которое мне не хотелось бы повторно посещать. – О боже. – Я замерла, дыхание застряло в горле. – Почему, Джо, почему?

– Почему ты думаешь? – он шептал, разбито, всё так же подчиненно удерживая взгляд на мне, пока я держала его подбородок в руке. – Я сломал тебя.

– Нет, Джо, ты не сломал меня. – Я покачала головой и моргнула, отгоняя слёзы, жалящие глаза. – Ты сломал себя.

– Это моя вина. – Он отвёл взгляд, освобождая своё лицо. – То, что случилось с тобой, по моей вине.

– Ты ничего не сделал не так.

– Я привёл тебя в тот дом, – шипел он, снова переводя взгляд на меня.

– Я оставил тебя в опасности, и опасность тебя настигла.

– Я в порядке, – выдавила я, протягивая руку, чтобы коснуться его щеки, но почувствовала ощущение отторжения, когда он отклонился от моего прикосновения. – Не делай этого. Не выбрасывай всё, над чем ты так тяжело работал.

– У меня ничего нет, Моллой, – был его безжизненный ответ. – И никогда не было.

– У тебя есть я, – я вздохнула, грудь поднимаясь и опускаясь быстро, борясь с собой в классе, окружённой сверстниками. – У тебя все еще есть я, Джо. Я не виню тебя, хорошо? Нет.

– Я он.

– Нет, ты не такой.

– Да, я такой. – Он пожал плечами. – Ты сама сказала.

– Это была боль моего сердца, – выдавила я. – Я не имела в виду.

– Это был твой разум, – он поправил. – Это была твоя правда.

– Джоуи, ну давай же.

– Я не могу.-Я видела, как вновь по нему прошла дрожь. – Я не могу это сделать сейчас,Ифа.

– Не могу что? – Я вырвала из себя, щеки полыхали, когда мой пульс подскочил. – Не можешь поговорить со мной? Не могу посмотреть на меня? Не можешь быть со мной? Что?

– Я не могу этого сделать, – сказал он, выражая свое раздражение, проводя руками через волосы. – Да, я определенно не могу этого сделать, – бормотал он, отталкивая стул и схватывая свою сумку с пола, поднимаясь на ноги. – Я ухожу.

– Сядь, Джозеф, – приказала мисс Лейн со своего стола. – Урок начинается.

– Да, без меня, – ответил он, направляясь к двери класса.

– Даже не думай выходить из этого класса, – приказала она, поднимая руку в предупреждении. – Ты уже на красной книге. Не ухудшай себе положение.

– Как и то, что я скажу, идти к черту, не ухудшило бы? – насмешливо сказал он, ударив ладонью по двери, заставив ее распахнуться с шумом. – Ну, вот, кажется, я это сделал, а?

– Джозеф!

– Иди к черту, мисс, – крикнул он через плечо, и затем исчез, удаляясь.

– О Боже. – Опустив голову в руки, я сдерживала желание бежать за ним. Мне удалось продержаться целых три минуты, пока я не поддалась, выбежав из-за стола и направившись к двери, как если бы от этого зависела моя жизнь.

– Куда ты думаешь идти, Ифа?

– Думаю, она собирается потрахаться, мисс, – предложил Алек с хихиканьем. – В буквальном смысле, на этот раз.

– Язык, – предупредила мисс Лейн Алека, прежде чем вернуть свое внимание ко мне.

– Это не урок драмы, Ифа. Нет нужды в переигрывании сцены из Бонни и Клайда. Вернись на свое место.

– Но…

– Сейчас, Ифа.

– Ах, мисс, не будьте злючкой, – вмешался Алек, поощряемый классом парней. – Вы видели большую бычью голову Линча? У вас всего лишь один урок с ним; остальные из нас будут под прицелом весь день. Пусть она пойдет и разберется с ним. Он будет в намного лучшем настроении на оставшийся день.

– Ты можешь выйти из моего класса, – приказала мисс Лейн, сверкая гневом на Алека.

– Прямо в офис, чтобы забрать свою красную книгу.

Решив, что это была моя идеальная возможность сбежать, я побежала к двери.

Игнорируя смех, который доносился за моей спиной, не говоря уже о голосе нашего классного руководителя, когда она кричала за мной, и последующих словах Алека всегда пожалуйста, я поспешила из класса, оставив свою сумку позади, доверяя, что Кейси упакует ее за меня в конце урока.

Мой первоначальный план был направиться к задней части зала для физкультуры, зная, что это одно из мест, где предпочитал пребывать Джоуи, и если это не сработает, то я бы попробовала старые сараи школы. Но мой план быстро рухнул, когда я достигла фронтального входа в школу и мои глаза увидели Мэри Линч, выходящую из кабинета директора.

– Ифа. – Как только она заметила меня, она двинулась в моем направлении, направляясь к выходу, к которому я отчаянно пыталась добраться. – Пожалуйста, можем ли мы поговорить?

Мои ноги неохотно замедлили шаги, прежде чем резкое остановилось, в то время как моя голова говорила мне продолжать движение. – Что ты здесь делаешь?

– У меня была встреча с директором, – сказала она, когда она сократила расстояние, между нами, встретив меня у дверей. – Я знаю, что я последний человек, с кем ты хочешь разговаривать.

– Предпоследний.

– Прошу прощения?

– Ты предпоследний человек, с которым я хочу разговаривать.

У нее был достойный вид. – Да, ты не против пройтись со мной, мне нужно с тобой поговорить. – сказала она, проходя через двойные двери, – Пожалуйста. Это важно.

Решив, что мама Джоуи, это человек, которого я не могу избежать навсегда, я жестко кивнула и последовала за ней на улицу, угрюмо вступив в шаг рядом с ней.

– Как у тебя дела?

– Хорошо, – ответила я, сохраняя напряженный тон.

– Ты уверена?

– О чем ты хочешь поговорить, Мэри?

Когда она поняла, что она не получит ничего из этой линии вопросов, она тяжело вздохнула и потерла лоб своей маленькой ладошкой. – Я беспокоюсь о Джоуи.

– Да, и я тоже. Почему?

– Думаю, что он снова впадает в плохие привычки.

– Да, – вздохнула я. Плотно обхватив себя руками, мы продолжали идти, игнорируя ливневый мартовский дождь. – Я заметила.

– Так что он здесь? – Облегчение наполнило ее глаза. – Он пришел в школу?

– Он был здесь, – поправила я тоном без эмоций. – Он покинул класс практически сразу после прихода.

– О Боже, вот чего я боялась, – задыхаясь, она произнесла. – Не знаю, что делать с ним, Ифа. Я действительно не знаю. – Она покачала головой. – Не знаю, как ему помочь.

– Без обид, но вам невозможно помочь ему, когда вы источник его боли.

Она подала знак того, что она почувствовала укол от моих слов, но не поспорила.

Потому что она знала так же хорошо, как и я, что она сыграла огромную роль в том, чтобы ее сын сорвался с пути.

Снова.

– Я заслуживаю это.

– Это не о том, что ты заслуживаешь, Мэри, – я отрывисто сказала. – Это о правде.

– Он сказал мне, что ты попросила его дать тебе пространство, – она неуверенно уточнила. – Что ты не хочешь видеть его больше.

Паника охватила меня. – Я сказала ему много вещей, которые я не имела в виду. Но почему ты рассказываешь мне об этом?

– Тогда у нас есть что-то общее, – она грустно ответила. – Мы обе виноваты в направлении своей злости и боли на неверного человека.

– Почему ты говоришь мне об этом? – Я резко остановилась, когда мы добрались до края автостоянки, и мой взгляд упал на машину ее мужа. С самим мужем за рулем.

О Боже.

Сам вид этого человека заставил меня физически дрожать, и я отступила на шаг назад.

– Что ты от меня хочешь?

– То, что я тебе сказала, когда мы впервые встретились, – она вырвала, вступив передо мной, предположительно пытаясь защитить меня от его вида. – О том, как я думала, что тебе нужно держаться подальше от моего сына? Ну, я ошиблась.

Мои брови нахмурились. – Ты ошиблась?

– Ты нужна Джоуи, – продолжала она, голубые глаза были полны одиночества и искренность, а настойчивость в ее тоне росла. – Большую часть своей жизни мой сын так стремился уйти от своего разума, что он никогда не думал о том, чтобы уничтожить себя в этом процессе. Но с тобой, с тех пор как мой сын с тобой, он другой. Это не только то, что он присутствует, но и то, что он хочет быть. Ты успокаиваешь что-то внутри него, что мы, его отец и я, ответственны за разрушение, и я не хочу видеть, как это отнимают у него снова.

– Почему ты это говоришь? – спросил я, переводя взгляд с ее лица на машину.Я могла видеть через ее плечо. Тревога грызла меня изнутри, и потребовалось все мое мужество, чтобы стоять на своем и не убегать.

– Потому что я совершила ошибку, Ифа, – ответила она дрожащим тоном. – Я

Совершила много ошибок, когда дело касалось моего сына, но я надеюсь, что именно эту я могу исправить. Затем она посмотрела мне в глаза, умоляя меня услышать ее,когда она сказала, – Не отказывайся от него, Ифа. Пожалуйста, не отказывайся от моего мальчика.

Искренность в ее голосе поразила меня, и мне потребовалось несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями, прежде чем я смогу ответить.

– Ничто из того, что ты сказала о Джоуи, для меня ничего не изменило, – услышал я себя.

– Я знаю, что твой сын достоин любви, стоит того, чтобы его спасти, даже если остальной

Мир не может этого увидеть.

Даже если он сам этого не видит. – Я знаю, кто он, Мэри…какой он человек – и я знаю ему цену, так что можете быть уверены, что ничего ты, – я остановилась и с отвращением посмотрел в сторону их машины. Прежде чем продолжить, – твой муж или кто-либо еще, если уж на то пошло, когда-либо сказанное или сделанное было близко к тому, чтобы подорвать мои чувства к нему.

Несмотря на то, что мое отношение к ней было ехидным, и мой тон был явно стервозный, я наблюдал, как его мать заметно обмякла от облегчения.

– Спасибо, – прошептала она. – За любовь к моему сыну. Я знаю, что это не так временами легко.

– Любить своего сына легко, – прервала я ее, убирая влажные волосы с моих глаз.

– Сложнее всего заставить его полюбить себя.

Конечно, ее муж решил, что сейчас идеальное время, чтобы опустить окно машины и крикнуть: – Мэри, прекращай это к черту.У меня есть места, где нужно быть.

Страх затопил женщину, и я видела, как она заметно отпрянула перед тем, отпрянуть, пожав плечами.

– Мне жаль за то, что он пытался с тобой сделать, – прошептала она. – Так жаль.

– Ты меня услышала, женщина? – рявкнул он. – Я сказал, тащи свою дырку сюда, или

Ты пойдешь обратно в дом.

Его внимание переключилось на меня, и в его глазах мелькнуло признание.Ощущение, будто у меня по коже побежали мурашки от одного его взгляда на меня, но

Отказываясь отступать, я прищурился в ответ на его гневный взгляд своим собственным и идеально отполированным средним пальцем.

Именно в этот момент Джоуи решил появиться из-за

Зал физкультуры, и, как я могла только предположить, это был конец совместной игры между его губы.

Сделав последнюю затяжку дыма, он бросил окурок на землю и выдохнул из легких впечатляющее облако дыма, когда его мутный взгляд приземлился на нас.

Моргнув в замешательстве, Джоуи перевел взгляд с матери на меня, а затем на его отца припаркованного неподалеку.

Растерянность в его глазах быстро переросла в ярость.

– Какого черта!

– О боже, нет, – задохнулась его мать, чувствуя потенциальную опасность ситуация. – Нет, Джоуи, нет!

– Что я тебе говорил насчет того, чтобы смотреть на нее?

– Джо, подожди. Все нормально.

– Что я тебе говорил насчет того, чтобы приближаться к ней?

– Джоуи, пожалуйста.

– Выходи из этой чертовой машины, старик!

Двигаясь полностью инстинктивно, я обошла Мэри и побежала прямо на ее сына, когда он бросился к их машине.

– Нет. – Перехватив Джоуи до того, как он добрался до отца, я положил рукина его груди. – Нет.

– Двигайся.-Все его тело вибрировало от напряжения, когда он напрягся, внимание было сосредоточено на его отце. – Прочь с дороги.

– Нет, – отрезала я, а затем, прежде чем он успел ответить, я сдвинула свои руки ему на грудь, не останавливаясь, пока я крепко не схватила его за шею. – Я сказала нет, – повторила я, грубо притягивая его лицо к своему. – Посмотри на меня и положи свой рот на мой.

– Что? – Он разочарованно покачал головой, когда на нас полил дождь. – Нет,

Моллой, мы не можем просто черт…

Что бы он ни собирался сказать, оно было проглочено, когда мои губы разбились.

Против своего.Прижавшись губами к его и сжав в кулак перед его школьной рубашкой, я протянул другую руку и направил одну его руку к себе на бедро, прежде чем положить другую себе на задницу.

Напряжение, исходившее от него, было немного пугающим, но я знал, что с этим мальчиком мне ничего не угрожало.

Через несколько тревожных моментов неподвижности я почувствовала перемену в нем, когда он неохотно отпустил свой кулаком сжатый в гневе и ответил на мою ласку. Звук заведенного двигателя и скрипящих шин наполнил мои уши, и я слегка осела в облегчении. Он ушел.

Погружаясь в наш поцелуй, его рот двигался против моего, как наши губы раскрывались, и наши языки боролись между собой с враждебностью. Джоуи был ранен, и он давал мне знать об этом в уничтожающем, карающем поцелуе, который бросил мои гормоны в полный беспорядок. Напрягая свою руку на моей заднице, он усилил хватку на моем бедре, грубо таща мое тело к себе, забирая от моего тела все, что ему было нужно в этот момент, чтобы стабилизироваться и приземлиться.

Нуждаясь в нем с такой же отчаянностью, я взбиралась на кончики пальцев, зацепившись за его шею, и возвращала губами все, что он предлагал мне. Одним мгновением он был здесь, а в следующем его не было; отдаляясь от меня, как будто мой поцелуй вызвал у него физическую боль.

– Не поступай так со мной, – предупредил Джоуи, тяжело дыша, вытирая остатки блеска для губ своим большим пальцем и насмехаясь на меня. – Не играй с моей головой.

– О чем ты говоришь? – задыхаясь, я была полностью сбита с толку его реакцией. – Я не пыталась играть с твоей головой.

– Поцелуй, – рявкнул он, отступая на несколько шагов. – Манипулирование моими чувствами, Моллой. У меня этого хватило на целую чертову жизнь.

– Ты серьезно? – Я узко прищурила глаза в ответ. – Как поцелуй может быть формой манипуляции?

– Это манипуляция, когда ты используешь мои чувства к тебе против меня, – он ответил, непоколебимый. – Ты сделала это той ночью, и ты делаешь это снова.

– Ты винишь меня в том, что случилось?

– Нет, я виню себя в этом! – он рычал, яростно проходя рукой по волосам. – Я виню себя за то, что слишком сильно забочусь о том, что ты хочешь, и позволяю своим чувствам к тебе ослепить меня, чтобы не сделать правильное.

– Я сказала тебе, что хочу забыть об этом.

– И я сказал тебе, что я сделаю все, что ты захочешь. – Вена пульсировала на его шее, когда он смотрел на меня. – Но это не значит, что молчание меня не поедает.

– Джоуи, не позволяй ему разрушить нас. – Я приблизилась к нему и потянула его за руку. – Не дай ему победить.

– Ты ведь понимаешь, Моллой? – Джоуи вырвал руку из моей и отступил. – Ему всегда удается побеждать.

Наблюдая, как Джоуи отступает и уходит от меня, я поняла, что какой-то важный кусок его был погашен той ночью, и, если я отпущу его сейчас, я, возможно, не смогу его снова достичь.

– Я люблю тебя, – услышала я саму себя кричащей, и я видела, как напряглись плечи Джоуи, и его шаги замедлились.

Двигаясь инстинктивно, я сократила расстояние между нами и вырвала его руку, не желая отпустить его второй раз. – Я влюблена в тебя, и это нечто, что он никогда не сможет у тебя отнять.

Дрожь прошла сквозь него. – Моллой.

– Ему не удалось победить, Джо. – Не останавливаясь, пока я не оказалась плотно прижата к его груди, с кулаками, вогнанными в переднюю часть его школьной рубашки, я крепко дернула за ткань, радуясь, когда он уступил и опустил лицо к моему. – Ты победил.

Издав стон от боли, когда мои губы столкнулись с его, на этот раз он меня не оттолкнул; вместо этого он обвил меня своими руками и прижал меня ближе. Наши губы слились вместе, мы неуверенно двигались в сторону здания, прежде чем исчезнуть за задней частью спортзала. Мгновение спустя моя спина ударилась о стену, за ней последовало его массивное тело, врезавшееся в меня.

– Я больше не знаю, где я для тебя, – признался он, перебивая мои губы, толкая бедрами вперед и опустив руки к себе на бока. – Твои перепады настроения сводят меня с ума.

– Я знаю, жеребец, – Я шептала, протягивая руку, между нами, чтобы быстро расстегнуть его ремень и отпечатать пуговицу на его серых школьных брюках. – Я в беспорядке.

– Я Тоже, – он хрипло произнес, голос густой от желания, глядя, как я освобождаю его член из тесных черных трусов. – Я облажался, королева. Я снова тебя подвел.

– Все в порядке, – я выдохнула, протягивая руку под юбку, чтобы быстро сбросить трусики по ногам. – Мы разберемся.

– Твои волосы, – вместо ответа он изучал меня глазами, расширенными почти до черного. – Их нет.

Меня охватила внезапная тоска, и я быстро прижалась к нему, губами, пытаясь избежать разговора о том решении.

– Черт, – издавая стон боли, он схватил мои бедра и поднял меня в одном движении. Обвивая ноги вокруг его талии, я провела рукой между нами и направила толстую головку его члена внутрь меня.

– Ты снова отправишь меня прочь? – спросил он в том, нестерпимо уязвимом тоне, погружаясь глубоко внутрь меня. – Скажи мне сейчас, чтобы я был готов.

Мое сердце пропустило удар.

– Нет, Джо. – Обхватив его щеку с щетиной, я приблизила губы к его губам. – Я больше никогда не отправлю тебя прочь.