355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дэвид Брин » Академия. Вторая трилогия » Текст книги (страница 22)
Академия. Вторая трилогия
  • Текст добавлен: 17 октября 2016, 01:53

Текст книги "Академия. Вторая трилогия"


Автор книги: Дэвид Брин


Соавторы: Грегори (Альберт) Бенфорд,Грег Бир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 100 страниц)

– И что, никаких исключений? Юго вздохнул.

– Дорс раскопала для меня нечто по-настоящему древнее. Знаешь, была такая легенда о древнем мученике, а звали его Ису. Слыхал когда-нибудь про такого?

– Какой-то старинный миф с оживлением умершего?

– Дорс считает, что этого Ису на самом деле скорее всего не было. О нем говорится в разрозненных, неполных, очень древних текстах. Наверное, весь этот миф – коллективная психофантазия. Ты угадал – его и вправду однажды оживили после смерти, но все равно он долго не протянул.

– Кажется, он вознесся на небо?

– В любом случае, он в спешке покинул поселение. Людям не по душе, когда рядом бродит парень, который надул Старуху с косой. – Юго указал на кривые, отражающие неминуемые бедствия. – По крайней мере, мы теперь понимаем, почему в большинстве культур распространено мнение о том, что человеку не следует жить слишком долго.

Гэри изучил график.

– Кстати, а кто распространяет это мнение?

– А? Люди – так или иначе.

– Но ведь ни один отдельно взятый человек не может знать вот об этом, – он постучал пальцем по схождению кривых.

– Знание сохраняется и передается в моральных запретах, легендах, законах.

– М-м-м…

Здесь крылось что-то очень важное. Гэри интуитивно чувствовал это, но когда попытался осмыслить – догадка ускользнула. Придется подождать, когда она вернется, – пусть даже в эти тревожные дни у Гэри просто не было времени прислушаться к тихому, осторожному голосу, который проскальзывал в его сознание и нашептывал что-то, похожий на призрачную фигуру посреди затянутой туманом улицы…

Гэри встряхнулся.

– Ты неплохо поработал. Впечатляет. Опубликуй это.

– Но ведь мы сохраняем психоисторию в тайне.

– Небольшое частное исследование. Люди будут думать, что все слухи, которые ходят о психоистории, просто перевирают вот это.

– Но ведь психоистория не сработает, если люди будут в ней разбираться, разве нет?

– Не волнуйся. Все примутся обсуждать твое исследование о средней продолжительности жизни и перестанут докапываться до главного.

– Значит, публикация нужна для прикрытия, чтобы защититься от имперских пролаз, которые любят совать нос в чужие дела?

– Совершенно верно. Юго усмехнулся.

– До чего потешно, эти проныры шпионят даже за «украшением Империи» – так Клеон обозвал тебя перед Императорским приемом на прошлой неделе.

– Правда? Я как-то это пропустил.

– Ты был слишком занят распределением бонусов. Тебе надо поскорее разделаться с этой бодягой.

– Для психоистории нужны дополнительные ресурсы.

– А почему бы тебе просто не вытянуть немножко денег у Императора?

– Если Ламерк пронюхает, постарается использовать против меня. Пойдут разговоры о том, что в Верховный Совет пропихивают любимчиков и все такое прочее. Дальше можешь придумывать сам.

– Ну… Да, наверное, так и было бы. Хотя могло и обойтись.

– Покамест наше дело маленькое – сидеть и не высовываться. Избегать любых скандалов. И пусть Клеон спокойно пляшет свой дипломатический танец.

– А еще Клеон сказал, что ты – «цветок разума». Я записал, специально для тебя.

– Забудь об этом. Цветы, которые вырастают слишком высоко, теряют голову и попадают в вазу.

Глава 10

Дорс удалось добраться до парадного вестибюля Дворца, но здесь имперские стражники ее завернули.

– Черт побери, но ведь она – моя жена! – разозлился Гэри.

– Прошу прощения, таков Высочайший Приказ, и он не подлежит обсуждению, – сказал равнодушный служащий. Сказал так, что Гэри услышал заглавные буквы в словах. Фаланга гвардейцев, окружавших Гэри, нисколько не устрашила чиновника. Гэри подумалось: а может ли вообще хоть кто-нибудь его устрашить?

Он предложил Дорс:

– Послушай, до приема осталось еще несколько минут. Давай прогуляемся.

Дорс недоверчиво спросила:

– Ты… не пойдешь на прием?

– Я думал, ты понимаешь… Не идти я не могу. Меня пригласил Клеон…

– По наущению Ламерка.

– …и наверняка разговор пойдет о проблеме далити.

– А тот человек, которому я сломала руку на прошлом приеме, – его ведь тоже мог подговорить…

– Правильно, Ламерк. – Гэри улыбнулся. – Все пути ведут к Ламерку.

– Не забывай и об академике Потентейт.

– Но она на моей стороне!

– Гэри, она сама метит в премьер-министры! Сейчас все только об этом и шепчутся.

– И у нее очень даже может получиться, – проворчал Гэри.

– Я не пущу тебя туда одного.

– Послушай, Дорс, это же Дворец, – Гэри повел рукой, показывая на шеренгу затянутых в роскошные синие с золотом мундиры гвардейцев. – Здесь повсюду охрана.

– Мне это не нравится.

– Мы ведь договорились, что я попробую устроить скандал и провести тебя внутрь, – и это не сработало. Так или иначе, тебе все равно не пройти сквозь дворцовые детекторные экраны.

Дорс прикусила нижнюю губу и ничего не сказала. Возразить было нечего: ни одно нечеловеческое существо не способно обмануть детекторные экраны Дворца.

Гэри спокойно сказал:

– Итак, я пойду туда, поспорю, а потом мы с тобой встретимся здесь…

– Ты не забыл карты и справочник, который я подготовила?

– Не беспокойся, чип на месте. Я могу прочитать все в любой миг.

У Гэри был вживлен в шею блок для чтения информационных чипов – неоценимое подспорье на математических конференциях. Это было широко распространенное приспособление, очень простое и удобное. Лазерный микропроектор передавал изображение непосредственно на сетчатку – трехмерное, в цвете, с прекрасным воспроизведением любой графики. Дорс вложила в чип множество карт-схем и разнообразных сведений об Империи, о Дворце, о том, чем последнее время занимается Верховный Совет, о самых заметных из последних событий, обо всем, чего может коснуться разговор на этом приеме.

Строгое выражение постепенно исчезло с лица Дорс, она стала мягкой и женственной.

– Я только… прошу тебя… будь осторожен. Гэри поцеловал ее в нос.

– Непременно!

Они прохаживались по вестибюлю, стараясь не замечать толпу всевозможных просителей и прихлебателей, которые в ожидании лакомились изысканными угощениями, в изобилии разложенными на плавающих в воздухе огромных блюдах.

– Империя скоро обанкротится, и не без помощи вот этих граждан, – фыркнул Гэри.

– Это старинный обычай, – сказала Дорс. – Бомунн Щедрый терпеть не мог, когда пищу доставляли с задержкой – а обжорство было его основным занятием. И он приказал, чтобы в каждом его владении всегда готовили еду четыре раза в день – чтобы он всегда мог поесть без задержки, даже если нагрянет неожиданно. А невостребованные излишки ликвидировались вот таким образом.

Гэри ни за что бы не поверил в такую не правдоподобную историю, если бы услышал ее не от профессионального историка. А ведь огромное количество людей только этим и жили – они исполняли при дворе незначительные поручения только для того, чтобы наслаждаться непрерывным потоком роскошной еды. Гэри и Дорс избегали внимания чревоугодников благодаря включенным рефракторным испарителям, которые несколько изменяли внешний вид носителя. Если Селдона узнают – можно снова нарваться на неприятности.

– А ты даже среди всего этого безобразия не перестаешь думать о Вольтере, ведь правда? – прошептала Дорс.

– Я попытался представить, что будет, если кто-нибудь скопирует его с наших файлов.

– И кто-то уже пытался это сделать, несколько часов назад – да? – Дорс нахмурилась. – Если ты откажешь им – они захотят просто украсть у нас записи.

– Может, это были имперские агенты?

– Не похоже. Иначе они еще раньше попытались бы втянуть тебя в Юнинский скандал.

– И все-таки старое табу на симы больше не восстановишь. – Гэри предложил жене выпить стимулятора. – И давай забудем. Сейчас такое время: что сим, что стим…

Купол вестибюля служил сейчас крышей для нескольких тысяч человек. Чтобы проверить, не следит ли кто-нибудь за ними, Дорс повела Гэри по залу, то и дело меняя направление. Гэри очень быстро устал от такого «челночного бега». Дорс, которая всегда изучала общество, на ходу показывала Гэри разных знаменитостей. Возможно, ей казалось, что это настолько увлечет Гэри, что он забудет о приеме, на который ему нужно явиться…

– Тебе пора идти, – предупредила Дорс.

– Ну что, выследила шпионов?

– Как минимум троих. Если они потащатся за тобой внутрь Дворца, я сообщу капитану твоих гвардейцев.

– Пожалуйста, не надо так беспокоиться. Не забывай, во Дворец никто не может войти с оружием.

– Важно, что на тебя готовится покушение, и не важно, что во Дворце для этого меньше возможностей, чем где-нибудь еще. На тебя слишком долго не нападали – и ты перестал всерьез воспринимать угрозу. А я из-за слишком долгого затишья все время была на взводе – потому и обрушилась на того академика.

– Из-за чего теперь тебя не пускают во Дворец, – Гэри закончил фразу за нее. – Ты даешь людям богатую пищу для любопытных догадок.

– Ты ведь не очень много прочитал из истории имперской политики, правда? – спросила Дорс.

– Слава богу, нет.

– И правильно – ты бы только беспокоился понапрасну, – сказала Дорс и с неожиданным пылом поцеловала мужа в щеку. – А беспокоиться за тебя – это моя работа.

– Увидимся через несколько часов, – сказал Гэри как можно радостней, невзирая на дурные предчувствия. А про себя добавил: «Надеюсь».

Перед входом во внутренние помещения Дворца Гэри, как всегда, прошел процедуру досмотра – его придирчиво проверили гвардейцы Имперской службы безопасности. На вооружении У службы безопасности было огромное множество многофункциональных детекторов, которые отследили бы даже углеродный нож или взрывчатый кристалл. В минувшие тысячелетия покушения на жизнь Императоров случались так часто, что их можно было сравнить со своеобразным спортом. Ныне же традиции и технология объединились для того, чтобы сделать все официальные события с участием Императора исключительно безопасными. Верховный Совет должен был предстать перед Императором для отчета, а значит, в зале неминуемо будут присутствовать неисчислимые легионы секретарей, советников, адвокатов и, конечно же, разномастных прилипал. У подобных паразитов была великолепно отработанная тактика навязывания своих «услуг» власть имущим.

За Лицеем Селдона ожидало традиционное для таких случаев «изобилие и щедрость» – изначально это был один длинный стол, а теперь – множество отдельных небольших столиков, ломившихся от изысканных кушаний.

Щедрое угощение даже перед обычными деловыми встречами было непременной и обязательной частью программы и воспринималось как императорский дар. Игнорировать банкет считалось не просто дурным тоном, а настоящим оскорблением в адрес Императора. Проходя сквозь анфиладу залов Дома Стрельца, Гэри набрал себе закусок, понемногу с разных блюд. Шумное сборище непрерывно перетекало из комнаты в комнату, но в основном гости толпились в крытой арочной галерее, которая тянулась вокруг всего свода Дома Стрельца. Каждая секция галереи отделялась от прочих не только арками, но и акустическими барьерами.

Гэри нырнул в уголок, защищенный барьером, и ощутил огромное облегчение от того, что шум исчез. Он быстро просмотрел заметки Дорс о заседаниях Верховного Совета, поскольку не желал выставлять напоказ собственную неосведомленность в этих вопросах. В Верховном Совете косо смотрели на любое отступление от регламента и повестки дня. И хотя представителей прессы в Лицей не допускали, в средствах массовой информации после каждого заседания неделями подробно обсуждали каждое, пусть даже крохотное происшествие. Гэри терпеть не мог мышиной возни, но раз уж он ввязался в игру, придется в нее играть. И играть так, чтобы выиграть.

Гэри вспомнил, как Дорс ему рассказывала об одном из древних Императоров, Леоне Распутнике, который однажды устроил для своих министров банкет с сюрпризами. Например, на столах лежали аппетитные фрукты, которые можно было только надкусить – а потом зубы неосторожного лакомки надежно застревали в ловушке, которая отпускала жертву только по особому паролю. Естественно, пароль знал один Император, но он освободил попавших в ловушку министров только после того, как всласть натешился их униженными мольбами и заставил их исполнять свои нелепые прихоти в присутствии остальных гостей. Ходили упорные слухи, что в личных покоях Император Леон Распутник с помощью подобных же ловушек развлекался гораздо более мрачными шутками.

Гэри вышел из-под арки со звуковым барьером и направился в сторону более старой части Дворца, к Лицею. Чип-карта высветила на его сетчатке именно этот маршрут – по старинным, плохо обустроенным переходам – потому, что там вообще мало кто ходил. Сопровождающие Селдона дворцовые слуги послушно последовали за ним, хотя по их помрачневшим лицам было ясно, что им это не по душе.

Гэри уже успел неплохо изучить людей этого сорта. Им нравилось быть на виду, точно так же, как и другим простым исполнителям. А что за удовольствие – красться следом за Селдоном полутемными и пустыми старинными коридорами, где совершенно не перед кем покрасоваться?

В конце одного из узких переходов стояла статуя Леона Распутника с традиционным клинком в руке. Статуя была размером в нормальный человеческий рост. Гэри остановился и повнимательнее рассмотрел скульптурное изображение мрачного человека: брови нахмурены, на правой руке, с клинком, вздулись толстые жгуты вен, вторая рука сжимала сферу с дымчатым вином-стимулятором. Скульптура была безупречна и наверняка представляла Леона в немного приукрашенном виде. А вот кинжал в его руке выглядел вполне реалистично, и даже мог похвастаться двусторонней заточкой.

Некоторые считали, что именно с правления Леона Распутника начались в древности «старые добрые дни», когда существующий порядок всем казался естественным, а Империя стремительно расширяла свое влияние на все новые и новые миры во всех концах Галактики. Леон был крайне жестоким правителем, но его почему-то все любили и чтили. Гэри хотел, чтобы психоистория явилась на свет и начала действовать, но что, если она превратится в инструмент, с помощью которого в мир возвратится такое вот прошлое?

Гэри пожал плечами. Раз уж психоистория на самом деле существует, то у него хватит времени просчитать, возможно ли вообще спасти Империю.

В сопровождении эскорта дворцовых слуг Гэри Селдон вошел во внутренние покои Дворца. Его ждали Клеон, Ламерк и Верховный Совет.

Селдон знал, что зрелище должно было произвести на него впечатление. Однако, непонятно почему, но, оказавшись в окружении множества высокопоставленных персон, Гэри только еще острее захотел по-настоящему понять Империю. И, если возможно, изменить ее судьбу.

Глава 11

Селдона слегка пошатывало, когда он вышел из Лицея три часа спустя. Совет был еще в самом разгаре, но Гэри нужно было немного передохнуть. Заместитель министра по вопросам межсекторного урегулирования предложил Селдону принять освежающую ванну, и Гэри с благодарностью согласился.

– Просто не знаю, сколько еще я смогу выдержать, – признался Селдон.

– Вам просто нужно пообвыкнуться, – доброжелательно сказал замминистра.

– Наверное, я все-таки сбегу.

– Ну, что вы! Давайте лучше передохнем. Церемониальные одежды Селдона, приличествующие Лицею были тесными и за три часа успели насквозь пропитаться потом! Витиеватая пряжка пояса больно впивалась в живот. Пряжка была большая и тяжелая, с хромированным футляром для ритуального жезла, соответствующим образом изукрашенного и ни для чего, кроме голосования, не пригодного.

Замминистра завел какой-то разговор об интригах Ламерка, но Гэри постарался отмолчаться. И все же ему пришлось по крайней мере как-то объяснить свою позицию. Он всегда старался делать свои выступления короткими и понятными, но в Лицее такой стиль был не в моде. И замминистра прозрачно намекнул Селдону, что тот допустил досадный промах.

Они приняли освежающую ванну. Со дна поднимались струйки голубоватых ионных пузырьков. Гэри порадовался, что хоть в ванной не нужно ни с кем разговаривать, и включил электростатический струйный массаж. Сперва массаж очень понравился Гэри, но вскоре выяснилось, что массажер настроен исключительно на эротику. Очевидно, члены Верховного Совета предпочитали держать своих заместителей готовыми к употреблению.

Замминистра углубился в интимные переживания, на его лице появилось блаженное выражение. Гэри решил, что лучше ему не знать, что там будет дальше, и прошел дальше, в парилку. Он сел, расслабился и стал смотреть, как ярко-оранжевая мочалка самостоятельно чистит ванну, в которой он только что купался. Ничего особенного – обычная биотехнология бытового обслуживания. Мускулы Гэри напряглись, когда он подумал о бездне, разделяющей его и профессионалов из Лицея.

Гэри считал, что человеческие знания в основном состоят из неоформленных в систему крупиц жизненного опыта мириадов обычных людей – и лишь в незначительной степени из официальной науки. Рыночная торговля в такой форме, какая наблюдалась в историческом прошлом, была своеобразным выражением предпочтений и желаний большинства. В целом же это было высшее выражение грандиозной политики, которой заправляли очень немногие – с помощью мудрости и таланта. Однако для логики Империи важен вопрос «полезно ли предпринимаемое действие?», а не «приемлемо ли оно?» или «насколько оно желаемо?».

Гэри и в самом деле не понимал, как лучше обращаться с этими людьми. Сегодня ему удалось ловко вывернуться за счет умных словесных оборотов и искусных речевых уловок, но надолго его не хватит.

Эти размышления вызвали у Гэри неприятные чувства, и он подумал-что давно пора вернуться в зал.

Выйдя из помещения для водных процедур, Гэри свернул с дороги, по которой они с замминистра сюда пришли, – там ошивалась толпа секретарей и любопытных чиновников. Он укрылся в нише, за акустическим барьером, и просмотрел чип-карту Дворца. Микрочип, который подготовила Дорс, сегодня очень пригодился: Гэри пользовался его подсказками не меньше десятка раз, чтобы успевать следить за быстрыми, иносказательными обсуждениями в Совете. Трехмерная микролазерная карта Дворца проецировалась ему на сетчатку, она поворачиваясь, когда Гэри поворачивал голову, и даже обозначала перспективу. В этой части Дворца людей было не так уж много – в основном все стеклись в комнаты и коридоры вокруг Лицея.

Гэри дошел до конца коридора, где стояла статуя Леона Распутника. Он мельком взглянул на статую и увидел, что ритуального кинжала нет на месте. Зачем кому-то понадобилось…

Гэри быстро развернулся и поспешил обратно той же дорогой. Но едва он добрался до цепочки ниш с акустическими барьерами, из дальней, сквозь переливающуюся плоскость цвета слоновой кости, вышел человек. В этом человеке вроде и не было ничего необычного, кроме того, что его взгляд быстро бегал по сторонам и в конце концов остановился на Гэри Селдоне.

Их разделяло около тридцати метров. Гэри сделал вид, что в восхищении разглядывает причудливо украшенные в стиле барокко стены, повернулся и пошел прочь. Незнакомец с беспокойным взглядом последовал за ним – Гэри отчетливо слышал его тяжелые шаги.

Может, он становится параноиком? А может, и нет. Гэри сказал себе, что нужно всего лишь дойти туда, где полно народу, – и все страхи развеются сами собой. Шаги за спиной стали громче, приблизились.

Гэри повернул за угол и нырнул в боковой коридор. Впереди – ритуальная комната. Тяжелые шаги за спиной участились – неизвестный преследователь пошел быстрее. Гэри быстро проскочил проходную ритуальную комнату и древнее фойе. Вокруг – по-прежнему никого.

В конце длинного коридора стояли двое мужчин и деловито разговаривали. Гэри направился к ним, и тут оба прекратили разговор и уставились на него. Один достал из кармана комм и начал что-то говорить.

Гэри рванул обратно, отыскал какой-то боковой проход и устремился туда.

А как же камеры автоматического наблюдения? Они должны быть во всех дворцовых коридорах. Но на глазке камеры в конце этого коридора Гэри обнаружил необычную накладку, с помощью которой, как он понял, через камеру передавалось ложное изображение.

Самые древние части Дворца были не только бедно украшены – они были еще и безлюдны, поскольку в них уже давно никто не жил. Гэри проскочил еще одну странную ритуальную комнату. Ботинки незнакомца грохотали уже совсем рядом, и преследователь быстро приближался. Гэри повернул направо и увидел на площадке уровнем ниже целую толпу людей. – Э-эй! – закричал Селдон.

Но никто даже не глянул в его сторону. Гэри понял, что они стоят за акустической перегородкой. Тогда он поспешил вниз.

Из бокового алькова вышел мужчина и пошел навстречу Гэри. Этот был высоким и стройным и двигался с плавной грацией сильного, тренированного человека. Как и остальные, он ничего не говорил и не старался привлечь к себе внимание. Он просто шел к Гэри, и все.

Гэри шарахнулся влево и побежал. Впереди были комнаты отдыха – Гэри сделал круг, пока крутился по коридорам. Там, в этих комнатах, полным-полно народу. Только бы до них добежать.

Один длинный коридор вел прямиком в комнаты отдыха. Гэри побежал туда, и на полпути заметил трех женщин. Они стояли в нише с акустической перегородкой и болтали. Гэри замедлил шаги, и женщины замолчали. На них была униформа, которая показалась Гэри знакомой. Наверное, они работают в банном комплексе или в комнатах отдыха.

Женщины разом повернулись к Селдону, на их лицах появилось удивленное выражение. Гэри открыл рот, чтобы объясниться, но тут ближайшая подскочила к нему и схватила его за руку.

Гэри стал вырываться. Но женщина оказалась на удивление сильной. Она повернулась к своим напарницам и сказала, улыбаясь:

– Надо же, сам свалился прямо нам в…

Гэри резко дернулся в сторону и вывернулся из ее цепких пальцев. Женщина потеряла равновесие, а Гэри воспользовался случаем и толкнул ее на двух других. Одна попыталась его лягнуть – круговым движением вскинула ногу, – но из-за тесноты ей негде было развернуться, и потому удар получился коротким и слабым.

Гэри рванулся прочь. Женщины, несомненно, были прекрасно тренированы, и можно было даже не надеяться, что ему удастся от них убежать. Но Гэри изо всех сил бежал вперед по длинному коридору. Однако, оглянувшись на бегу, он увидел, что все три женщины спокойно стоят возле ниши и смотрят ему вслед.

Это показалось ему настолько странным, что он даже замедлил шаги и призадумался. Ни женщины, ни мужчины на него не нападали – а только блокировали выходы, вынуждали двигаться туда, куда нужно им.

Стоп. Эти коридоры находятся в обитаемой части Дворца, и здесь в любое мгновение могут появиться случайные свидетели.

А преследователи наверняка хотят загнать его в какое-нибудь уединенное место.

Гэри включил обзорный вид трехмерной карты Дворца. Сам он был на карте маленькой красной точкой, которая сейчас находилась где-то в нижних уровнях здания. Впереди коридор разветвлялся на два боковых прохода…

…Из которых как раз появились двое мужчин. Они оба прогуливались, сложив руки на груди, словно не замечая Гэри.

Два пути к бегству еще оставались. Он повернул налево, в узкий проход. Вдоль стен стояли статуи с древними священными письменами. Когда кто-то проходил мимо, статуи подмигивали и начинали рассказывать о великих делах и грандиозных победах, ныне похороненных под тысячелетиями безразличия. Повествования сопровождались красочными трехмерными голопроекциями. Звучные голоса статуй назойливо лезли в уши. Гэри устал, запыхался и из последних сил старался собраться с мыслями.

Впереди показался перекресток. Гэри проскочил его и увидел, что справа к нему приближается какой-то человек.

Гэри скользнул в узенькую дверцу бокового выхода – к мавзолею Императора Элинора Четвертого – и быстро побежал в сторону ряда дверей, которые показались ему знакомыми. Это были комнаты для водных процедур, простые двери отличались одна от другой только номерками. Замминистра говорил, что здешние ванные комнаты прекрасно приспособлены для любых, самых интимных целей.

Гэри помчался к ближайшей двери. Почти одновременно из правого коридора выбежал какой-то человек. Он тоже молчал. Гэри толкнул первую дверь – она оказалась закрытой. Вторая тоже. Человек уже почти настиг его, но ручка третьей двери вдруг повернулась, и Гэри впрыгнул внутрь.

Это были обычные двери на подвесных петлях. Гэри всем весом навалился на дверь, стараясь ее захлопнуть. Человек из коридора налег со своей стороны и просунул руку в щель. Гэри напрягся. Нападавший попытался выдернуть руку, чтобы ее не придавило, и вставил носок ботинка между дверью и рамой.

Гэри нажал изо всех сил – ему удалось прищемить руку противника.

Но тот, другой, был очень сильным мужчиной. Он рыкнул, напрягся, и щель между дверью и рамой снова чуть расширилась.

Гэри уперся ногами в пол. У него не было под рукой ничего подходящего, чтобы заклинить дверь, а нелепые церемониальные одежды только мешали. В ванной тоже не видно было ничего полезного, никакого подручного инструмента…

Тут рука Гэри наткнулась на тяжелую пряжку пояса, и в ладонь ему скользнул древний жезл для голосования. Гэри переложил жезл в правую руку и немного изменил позицию, освобождая правое плечо. А потом изо всех сил ударил жезлом по руке, зажатой в дверном проеме.

Жезл, конечно, был весь покрыт резьбой и прочими украшениями, но наконечник у него был довольно узкий, почти острый. Гэри вонзил жезл в руку незнакомца, прямо в середину ладони – быстро и сильно.

Наверное, наконечник жезла повредил небольшую артерию, потому что из раны тотчас же брызнула ярко-алая струя, оставив на стене широкую извилистую полосу. Человек за дверью громко вскрикнул от боли и отшатнулся.

Гэри тотчас же захлопнул дверь и закрыл на замок. Магнитные защелки мгновенно встали на место. Тяжело дыша, Гэри повернулся и принялся исследовать ванную комнату.

Это действительно была одна из лучших комнат банного комплекса. Две душевые кабины, высокая кушетка, ящик со свежими полотенцами и бельем. Несколько роскошных бассейнов с разными минеральными водами, в которых, говорят, можно великолепно провести время. Возле дальней стены был устроен специальный уголок для атлетических упражнений. А еще в комнате было небольшое узкое окно, которое выходило в традиционный садик. Окошко тоже было данью традиции, сохранившейся с древних времен, когда специально устраивали лазейки, чтобы было куда бежать, если окажешься в ловушке.

Гэри услышал за дверью негромкий звук. Наверное, это приставляют к двери деполяризатор, чтобы открыть задвижку магнитного замка. И Селдон направился к окну.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю