Текст книги "Эхо 13 Забытый Род. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Арон Родович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 51 страниц)

Глава 5

Я чувствовал, как Эхо наполняло тело Максима Романовича: ноги тяжелеют от силы, мышцы бёдер и икр натянуты, словно канаты; спина, плечи, кисти – всё подчинено одному рывку. Даже кожа – не кожа больше, а тонкий гибкий доспех, готовый встретить удар.

– Воздушник, шестой ранг, в толпе, – сказал я негромко.

Максим бросил на меня быстрый взгляд. Короткий, почти незаметный. Ни вопросов, ни колебаний.

Сначала он сделал шаг – будто самый обычный, размеренный. Но в следующий миг шаг перерос в прыжок. Его фигура вытянулась вперёд, и на глазах размылась, как удар молнии в грозовом небе. Василёк прорезал толпу, и журналисты даже не успели понять, что произошло.

И именно в этот миг я почувствовал другое.

В стороне. Нет – далеко. Почти в километре.

Вспышка Эхо, не громкая, а будто отражённый удар.

Выстрел.

Мой взгляд сам изменил фокус, ушёл от толпы. Я ощутил дрожь воздуха в той точке, где мир даже не заметил бы перемены. Ни один маг не уловил бы этого. Даже одиннадцатый ранг Максима – и тот не почувствовал. Это не магия, не плетение, не узор. Это оружие.

Я понял сразу: пуля уже в воздухе.

Обычный человек не узнал бы её. Подумал бы, что это просто колебание Эхо, что кто-то в толпе пошевелил силой. Но я видел разницу. Слишком прямое, слишком резкое движение. Это не Эхо мира. Это выстрел, замаскированный в его ткань.

Расстояние… около километра. Нет, ближе. Девятьсот пятьдесят метров.

Скорость. Я помнил цифры из своего прошлого мира. Снайперская винтовка. Пуля летит примерно восемьсот пятьдесят метров в секунду.

Значит, у меня – чуть больше секунды. Одна и одна десятых, если точнее.

Моему мозгу этого достаточно. Целая вечность для моих мыслей. Достаточно, чтобы решить: как спасти себя.

И вместе с этим во мне включилось то, что я когда-то называл режимом сверханализа. Это не магия, не дар Эхо. Это моя старая привычка из прошлого мира, из лабораторий, где мы играли с энергией, которая могла взорвать город, если ошибёшься в цифре.

В этом состоянии тело отсекается. Я не двигаюсь. Ни один мускул не слушается. Всё уходит внутрь мозга.

Сознание работает как вычислительная машина, прожигая миллионы вариантов за доли секунды. Время кажется остановленным, но оно идёт. Всегда идёт. Просто я думаю быстрее.

Я включался так редко, только когда не оставалось другого выхода. Когда счёт шёл на секунды, и нужно было решить – выключить реактор или перегрузить, отключить установку или взорваться вместе с ней. Тогда этот режим спасал жизни. Иногда чужие, иногда мою.

И вот он включился снова.

Хм. Даже в этом состоянии я могу думать. Отвлечься. Рассуждать о чём угодно. Но толку?.. Пуля всё равно летит.

Почему я решил, что это именно пуля?

Начнём с того, что я хорошо знаю, как выглядит магическое плетение. Любое заклинание – это схема, построенная из линий и узлов Эхо. Я вижу их всегда, вижу настолько чётко, что различаю даже незначительные искажения. Но сейчас передо мной не узор.

Передо мной – сгусток, который движется по прямой линии, без каких-либо признаков построенной формы. Никаких узлов, никакой симметрии. Это не магия. Это физика.

Да, вокруг пули есть Эхо, но и оно распределено необычно. Обычно чары маскировки должны скрывать предмет, сделать его невидимым для восприятия магов и воинов Пути Силы. Здесь же наоборот – Эхо словно обволакивает пулю и подчёркивает её существование. Для обычного мага или бойца она растворилась бы на фоне мира. Но для меня эти линии сделали её только заметнее.

Я почти уверен: если бы это был простой свинец или сталь, я бы её не заметил. Она прошла бы мимо, и я понял бы всё только в момент удара. Но с Эхо вокруг неё она выделяется, как чёрная черта на белом листе.

И ещё одна деталь. В момент выстрела я уловил не звук и не вспышку, а разрыв. Что-то оборвалось, словно плоть сорвали с кости. Я почувствовал это в Эхо так же ясно, как когда монстр умирает в бою. Когда его тело рассекали, Эхо всегда вздрагивало, реагировало всплеском. То же самое я ощутил и сейчас – пуля, вырываясь из дула, словно оборвала кусок живого.

Вероятнее всего, здесь использовали не заклинание, а часть чудовища, встроенную в оружие. И именно в момент выстрела я почувствовал, как это «живое» умерло.

Выстрел был полностью заглушён – ни пламени, ни дыма, ни хлопка. Но для меня эта смерть прозвучала ярче салюта. На высоте метров тридцати над землёй Эхо вспыхнуло, как ночной фейерверк, и я увидел этот сигнал.

На сам факт анализа – на то, чтобы определить, что это именно пуля, – я уже потратил часть времени. Она пролетела около пятидесяти метров.

Значит, осталось девятьсот.

Хорошо. Если это пуля, значит, от неё теоретически можно защититься. Вопрос – чем именно?

Первое, что приходит в голову любому магу или воину, – поставить щит. Сосредоточить всё Эхо в одной точке и встретить удар. Простое решение. Но именно простое – значит, бесполезное для меня.

Я сразу понимаю, что этот вариант невозможен. Даже если бы я точно знал, куда целится пуля, у меня не хватило бы ни сил, ни времени. Чтобы собрать всё, что есть во мне, в одну единственную точку, потребуется как минимум две – три секунды. Мой ранг слишком низок, я просто не способен сделать это быстрее. А у меня есть всего секунда. Не больше.

Даже если бы я успел, я всё равно не верю, что щит выдержал бы. Вокруг этой пули есть струны Эхо. Я не могу их описать. Я не понимаю их очертания, не вижу закономерности, но ощущаю результат. В них есть свойство пробивать. Обходить то, что создано для защиты. Это я понимаю. Откуда? Не знаю. Я уже сталкивался с подобным и раньше: смотришь на Эхо – не видишь сути, но сразу понимаешь итог.

Итог здесь прост. Моего щита не хватит. Щит не выдержит.

Значит, вариант с прямой защитой отпадает.

Что ещё?

Второй вариант – сбить траекторию.

Вспомним физику. Теоретически всё просто: любое тело можно отклонить, если придать ему поперечное усилие. Для этого достаточно ветра или удара по линии движения. Но практическая сторона говорит обратное: у меня нет времени.

Даже если я попробую работать не телом, а напрямую через Эхо, результат будет тот же. Я уже проверял подобные вещи. В этом режиме мозг работает быстрее, но сами струны Эхо подчиняются моим приказам почти с той же скоростью, что и обычно. Да, чуть быстрее, но не в десятки раз. Этого недостаточно, чтобы я успел сплести хоть какое-то заклинание за оставшуюся секунду.

Можно попробовать другое: не создавать собственное, а перенаправить чужое. Например, дотянуться по струнам воздуха до заклинания мага в толпе. Теоретически это возможно. Но силы и контроля не хватит. Я не смогу вырвать у него управление и заставить его плетение сработать так, как нужно мне. Даже если попробую, время уйдёт, а результат окажется нулевым.

Значит, этот путь закрыт.

Остаётся искать варианты снаружи. Не в себе, а вокруг.

Вокруг меня два мага восьмого ранга. Одиннадцатый ранг Максим. Все они уже начали движение. Я фиксирую их Эхо, отмечаю направления, но не глазами – памятью. Моё тело не может двигаться, но картина окружения осталась во мне.

Нужно построить 3D. Вспомнить, что я видел до выстрела, и зафиксировать тот момент, когда Максим сорвался.

Он уже развернулся и смотрел в мою сторону. Слишком быстро. Настолько, что я подумал: он движется почти с той же скоростью, с какой я сейчас думаю. Почти мой режим.

Это многое объясняет. И одновременно создаёт новый вопрос: успеет ли он?

Между мной и пулей уже около восьмисот пятидесяти метров, то у него меньше секунды, примерно восемь десятых. Встать на моём пути или сместить траекторию за это время – почти невозможно. Но для него теоретически возможно. Всё зависит от того, понял ли он. И как мне ему сказать что делать.

Этого мало, чтобы рассчитывать только на него.

Следующий шаг – проверить другие варианты. Я уже пробовал дотянуться к чужим заклинаниям, но силы не хватило или времени. Значит, остаётся поискать в окружении то, что я мог упустить. Какие струны Эхо проходят рядом со мной? Что я зафиксировал до того, как время для меня замедлилось? Может быть, есть источник, который можно использовать.

Интерлюдия. Максим

Я сорвался сразу, без задержки, и толпа для меня превратилась в замедленный поток лиц и движений. В боевом режиме всё всегда выглядело так: люди словно вязли в воздухе, шаги становились тяжёлыми, слова – медленными. Мало кто мог двигаться в таком ритме. Разве что другой одиннадцатый ранг.

Но когда я посмотрел на господина, понял, что-то не так. Его глаза двигались быстрее, чем я сам. Зрачки метались во все стороны, так стремительно, что я даже не успевал их отследить. Я привык, что моё зрение опережает движение противника, что я первым вижу замах и первым делаю шаг. А сейчас его глаза ускользали от моего взгляда, как будто он жил в ещё более ускоренном времени.

Я подумал, что для толпы это должно выглядеть странно. Наверняка никто даже не понял, что происходит. Для них его взгляд сейчас – просто сплошная тьма. Чёрные провалы вместо глаз, потому что они не успевают различить движение зрачков. Но я видел. И от этого мне стало только тревожнее.

Я пытался уловить, что именно он видит. Его взгляд был направлен в сторону, и я невольно проследил за ним. Для обычного человека там не было ничего – лишь даль, облака и деревья. Но мои глаза позволяли больше. Одиннадцатый ранг давал возможность выхватывать из воздуха мельчайшие детали, видеть то, что для остальных остаётся пустотой.

И тогда я заметил её.

На расстоянии около восьмисот метров. Маленькая, почти невидимая точка, летящая прямо к нам.

Я сразу понял – пуля.

Её нельзя было почувствовать. Моё чутьё, отточенное годами Пути Силы, молчало. В ней не было ни Эхо, ни формы, ни массы. Она не принадлежала ни магии, ни обычной материи, с которой мы привыкли иметь дело. Но глаза позволяли её различить, и этого хватило.

Я понял то же самое, что и господин: шестой воздушник не был главной угрозой. Да, он плёл заклинание, и оно должно было оказаться мощным. Он собирал силы слишком долго, значит, готовился ударить на пределе возможностей. Его магия могла снести половину толпы. Но всё это было уже неважно. Даже если журналисты падут, это не имеет значения, если пуля достигнет господина.

Я начал просчитывать варианты. Успею ли я встать на её пути? Успею ли хотя бы сместить траекторию?

Пока я думал, она уже сократила расстояние.

Восемьсот превратились в шестьсот. Двести метров пролетели мгновенно.

Времени оставалось всё меньше.

Аристарх. Около сотни метров назад.

Я начал собирать карту происходящего. Не глазами – памятью. Всё, что почувствовал ещё до того, как время замедлилось, теперь всплыло передо мной в виде линий и всплесков Эхо. Люди, струны, потоки – всё заняло своё место.

Первым я отметил мага восьмого ранга, который стоял в глубине, за спинами журналистов. Он уже сплёл заклинание и вплёл его в меня. Я чувствовал это отчётливо. Оно должно было сработать как защита. Не только от магии – от чего-то большего. Я не понимаю, каким образом его щит способен удерживать и физику, но чувствовал: маг сделал всё, что мог.

Затем – второй восьмой ранг, тот, что был ближе, в первых рядах. Его заклинание не было направлено на меня напрямую. Оно было направлено на то, чтобы сбить первый щит. Контр-ход. Он готовил разрушение защиты, чтобы открыть меня для удара.

Я складывал пазл дальше и понимал: схема проста и опасна одновременно.

Шестой воздушник должен был ударить по толпе, зацепить меня в том числе. Удар должен был выглядеть как теракт, хаос, случайность. В этот момент я погибаю. Толпа тоже несёт потери. Паника. Всё выглядит естественно.

Но на этом дело не заканчивалось. Потому что сразу после этого второй восьмой ранг – тот, что рядом, – должен был добить воздушника своим заклинанием. Сделать вид, что он спасает остальных. Закрыть линию, оборвать след, чтобы никто не вышел на настоящего заказчика.

Это не просто нападение. Это тщательно выстроенная комбинация.

Один создаёт хаос. Второй прикрывает. Я – мишень, но и приманка, и свидетели должны исчезнуть вместе со мной.

Я видел это ясно, как ходы на шахматной доске. Только один вопрос – зачем кому-то меня защищать.

Расстояние уже сократилось до семисот метров. Пуля летела всё быстрее для глаз, хотя время в моей голове всё ещё тянулось вязко, почти неподвижно.

И тогда я увидел Василька. Максим Романович тоже понял. Его взгляд уже смещался в сторону полёта. Для меня это выглядело медленно, но факт был очевиден: он тоже осознал, что главная угроза сейчас не шестой воздушник.

А значит, шанс остаётся. Пусть и маленький.

Я не знаю, почему, но во мне возникла уверенность: он успеет. Его ранг, его скорость, его опыт – всё говорило, что если кто-то и может встать на пути пули, то именно он. Чутьё подсказывало мне: времени у него должно хватить.

Тем более, что воздушник ещё не успел завершить своё заклинание. До выплеска эхо, удара оставалось не меньше четырёх секунд, может быть, даже пять. Для обычного человека это ничто. Для Василька – целая вечность. Этого времени хватило бы не только на то, чтобы убить мага, но и воскресить его, и снова убить, если бы возникла такая необходимость.

Значит, если он остановит пулю, то с остальным он справится.

Я хотел бы верить, что всё уже решено, что Василёк успеет. Но я не могу быть уверен на сто процентов. И поэтому продолжаю считать дальше.

Мельком отметил: нас всё это время охраняли ещё четверо дружинников. Молодцы. Я их не заметил раньше – значит, маскировка у них была отличная. Они сливались с Эхо так, что даже моё зрение пропустило их. Но, увы, это ничего не меняет. В этой ситуации они бесполезны. Физически они не успеют добраться до меня и закрыть. Пуля быстрее.

Нет, в бой они вступят. И помогут справиться с остальными. С магами. Тут сомнений нет. Более того, я уже чувствовал за спиной всплески Эхо – дружина переходила в боевой режим, десятки бойцов поднимали силу и скорость одновременно. В скором времени они будут здесь, но даже их рывок даст максимум пятьдесят, может быть сто метров до ворот. Этого недостаточно. Пуля войдёт в моё сердце или голову задолго до того, как они вмешаются.

Остаётся один вариант.

Тот восьмой ранг, что ближе всех. Он готовит контр-заклинание против щита, который поставил маг из глубины. Если его плетение не будет завершено, защита может продержаться. Она не спасёт от всего, но, возможно, даст хотя бы шанс.

Я могу попробовать вмешаться.

Даже в моём режиме это будет мучительно медленно, но шанс всё же есть. С Эхо я работаю здесь чуть быстрее, чем обычно. Не быстро– нет, но всё же быстрее обычного. Возможно, этого хватит, чтобы попытаться зацепить хотя бы одну из линий его плетения.

Если я собью хоть один узел, маг может не успеть завершить заклинание. А значит, защита восьмого ранга из глубины останется на мне, и тогда вероятность выжить вырастет хоть немного.

Проблема в том, что он плетёт быстро. Слишком быстро. Разница между шестым и восьмым рангом ощущается колоссально. У воздушника шестого ранга заклинание кажется огромным, ярким, опасным. Но рядом с ним контр-плетение восьмого выглядит, как огромный манускрипт из стены текста. Оно массивно, тяжело, и в нём чувствуется такая сила, что я едва могу понять его структуру.

Я не способен это удержать. Этот ранг далеко за пределами моего уровня.

Но, может быть, я сумею хотя бы сдвинуть один символ. Одну линию. Нарушить стройность.

Возможно, после этого я потеряю сознание – слишком велико напряжение, слишком далеко я лезу. Но если это позволит защите удержаться ещё миг, если это даст мне хотя бы тень шанса, то оно того стоит.

Интерлюдия. Максим

Выставить ладонь? Нет. Это глупость. Ладонь она прошьёт так же легко, как ткань. Даже если я вложу туда всю силу, пуля просто разорвёт мышцы и выйдет насквозь, не отклонившись ни на миллиметр.

Две руки? Тоже не вариант. Если прыгну с двумя, я не смогу вывернуть тело в нужный угол, не успею встать точно на траекторию. Тогда я лишь зацеплю край, и толку не будет.

Значит, остаётся одно. Кулак.

Сжатая кисть – это кость. Костяшки, суставы, то, что я бил и набивал годами. Если пуля войдёт именно туда, через кость, есть шанс, что траектория сместится. Не настолько, чтобы полностью уйти от барона, но хотя бы по касательной. Пусть заденет плечо, пусть скользнёт – это всё равно лучше, чем прямое попадание в сердце или голову.

Я представлял это ясно. Прыжок. Максимальный угол. Кулак выведен вперёд так, чтобы вся масса удара пришлась именно на костяшки. Пусть её прошьёт насквозь, пусть вырвет кость, но тогда у меня будет шанс отклонить её ход.

Это единственный вариант. Другого у меня нет.

Аристарх.

Я тянусь к плетению восьмого ранга.

Оно огромное, тяжёлое, чужое. Каждая линия давит, каждая струна рвёт меня на части. Но я ухватываюсь. И двигаю. Совсем чуть-чуть. Один узел. Одна линия.

Вроде получилось.

В тот же миг моё сознание начинает рушиться. Скоростной анализ гаснет, как лампа накаливания, выжженная слишком сильным током. Мысли замедляются, возвращаясь в реальное время, тело становится неподъёмным.

Последнее, что я вижу – Максим. Он взлетает, разрывая воздух рывком, и прыгает прямо в траекторию пули. Рука выведена вперёд, кулак сжат, вся сила собрана в кости. Правильно. Да, кулак – единственный шанс.

И в этот миг на мне поднимается щит. Я чувствую его плотно, тяжело, как стену. Всё складывается в одну точку.

Удар.

Глава 6

Не звук – удар.

Ровный, тяжёлый, будто грудную клетку прошила стальная балка. На миг я даже не понял, что произошло, – а потом дыхание оборвалось, и я почувствовал: пуля.

Не сердце. Левее. Максим всё-таки успел – сместил траекторию на пару сантиметров. Этого хватило: сталь пробила лёгкое и вышла наружу.

Воздух сорвался в хрип, внутри тут же зашумело: кровь. Я знал, что будет дальше – лёгкое заполнится, альвеолы захлебнутся, дыхание превратится в вязкий плеск. Сквозное ранение: вход под ключицей, выход под лопаткой.

Но хуже было не это. Я уже видел, как это тело заживляет царапины – мелкие раны затягивались за минуты. Здесь же регенерации не будет. Я чувствовал, как края раны остаются открытыми, будто сама ткань отказывается срастаться. Пуля была пропитана чем-то, что убивает восстановление. Даже если помощь подоспеет, шансов мало.

Я успел отследить и саму траекторию. Пуля ушла насквозь, ударила в камни у ворот, отрикошетила и исчезла в небе. Сила выстрела чудовищная – я не был уверен, выдержал бы даже Максим, если бы встал полностью на пути. Скорее всего, прошило бы и его.

Грудь горела, дыхание рвалось хрипом. Стрелок добился своего – пробитое лёгкое не заживёт само. Шансов выжить почти нет.

Максим уже рядом. Весь в крови, с тяжёлым дыханием, но сел прямо рядом со мной. Один удар – и всё. В том месте, где только что плёл заклинание воздушник, теперь лежало тело без головы. Он вложил туда всю ярость. Правильное решение: сначала убрать угрозу, потом – ко мне. Он воин, а не маг, и вряд ли сможет мне помочь.

Он склонился, подхватил меня за плечи. Мир дрогнул, но я всё ещё видел. Кровь текла по его руке и по моей одежде, сливалась в одно.

Толпа за воротами разорвалась на части. Журналисты кричали, кто-то бежал, кто-то продолжал снимать, вспышки били прямо в глаза. У них даже сейчас инстинкт нажимать кнопку оказался сильнее страха.

Я чувствовал, как жизнь уходит из меня. Каждое сердцебиение становилось короче, тяжелее, будто внутри качали не кровь, а свинец. Но вместе с этим я ощущал другое – десятки всплесков Эхо, быстрые, тяжёлые. Люди Пути Силы. Моя дружина. Они мчались к воротам, но я уже знал: они не успеют.

Ни один из них не маг целитель. У меня вообще нет в подчинении ни одного, кто способен залатать такую рану. Да, Максим прижал её с двух сторон, оторванной тканью моей рубашки– пальцы вдавились в плоть так, что я услышал треск ткани. Но это не остановит кровь. Нельзя остановить то, что рвёт изнутри лёгкое. Здесь нужна магия, и не простая, а высокого ранга.

Всё, что Максим мог сделать, – это подарить мне несколько лишних вдохов. Этого хватало лишь для того, чтобы услышать, как кровь булькает в лёгком.

Я уже почти смирился, но в тот же миг мир дрогнул – прозвучал второй выстрел. Я увидел его так же ясно, как и первый: резкий всплеск, прямая траектория, ни узора, ни плетения – чистая физика, обёрнутая в чужое Эхо. Убийца понял: я могу не умереть от первого попадания, и потому решил добить. И он был прав. Ни я, ни Максим уже ничего сделать не могли. Я видел, что он истощил все силы на то, чтобы остановить первую пулю и снести мага шестого ранга одним ударом. А я… я вообще уже не мог ничего.

И именно в этот миг я почувствовал всплеск. Тот же самый, что тогда, когда мы уходили от восьмого ранга. Такой же густой, плотный, как удар по самому миру.

Я усмехнулся – или мне только показалось.

– ты поздно…

И в тот же миг всё залило ярким светом.

Цвета у него не было – ни белого, ни золотого, ни какого-либо ещё. Просто чистое выжигание зрения, ослепляющее и вместе с тем странно мягкое. Глаза можно было не закрывать: веки уже не имели значения. Свет проходил сквозь них, сквозь плоть, будто сам мир раскрылся изнутри.

Интерлюдия Максима

После удара я приземлился и понял: нужно убрать вторую угрозу. Времени было достаточно – полторы секунды. Этого хватало, чтобы убить мага шестого ранга.

Я вложил в здоровую руку всю силу, что у меня осталась, и ударил. Прямо в голову. Та лопнула, как переспевший арбуз, разлетевшись кровью и костями.

Сразу же метнулся обратно к господину. Сорвал с него рубашку, чтобы прижать и закрыть раны. Да, пуля попала. Не в сердце – чуть левее. В грудь. Есть шанс, что он выживет. Но нужен маг. Лекарь. Срочно.

В толпе их не было. В дружине тоже. Я знал это. Значит, единственное, что я могу – держать кровь внутри. Прижать, закрыть. Дать время.

Может, Яков придёт. Может, он что-то сделает.

Глаза господина расширились. Я понял – второй выстрел. В тот же миг дёрнулся вперёд, стараясь закрыть его своим телом. Силы почти не осталось, но хотя бы так… Если пуля войдёт в меня, может, это даст шанс. Может, хотя бы вскроет стрелка.

И именно в этот момент он прошептал:

– Ты поздно.

И всё вокруг залило светом. Без цвета, без формы – тем самым светом…

Интерлюдия. Безликая Смерть

Успели.

Я думал, не успеют.

В его стиле. Подставить кулак. Какой умный. Какой… глупый.

Пуля не вошла в сердце. Сместилась. Я всё рассчитал: даже если дёрнется, всё равно пробьёт. Всё рассчитал. Но не рассчитал Максима. Он успел. Подставил руку.

Я не думал, что кто-то додумается подставить кулак. Хруст костей вместо сердца. Не хватило мощи, чтобы прошить обоих. Неприятно.

Но ничего.

Я не пойду на услужение. Я не дам тебе выжить.

Ты не возьмёшь меня к себе, мальчик.

Я не буду тебе служить.

Второй выстрел.

Я не дам тебе шанс на выживание.

Этот выстрел даже Максим не остановит.

…И тут – вспышка света.

Без цвета, без формы. Мир выгорел дотла.

А через миг – шёпот у самого уха:

– Не забудь свои обещания.

Тьма.

Потеря сознания.

Интерлюдия. Кто-то

Я стоял у прилавка. Свёкла, капуста, редис. Торговка заворачивала овощи в бумагу и что-то приговаривала – мелочь, повседневность. Я позволил себе на минуту расслабиться.

Он не должен был выходить сегодня. Я не думал, что решится так быстро. Я был уверен – ему понадобится больше времени. Его привычка анализировать, продумывать каждую деталь – я рассчитывал на неё. Думал, она удержит его ещё на день-два. Я мог предугадать, должен был предугадать. Но промахнулся.

И вот – выстрел.

Мне нужно две секунды.

Но их нет.

У меня – чуть больше одной. Этого недостаточно. Недостаточно, чтобы остановить пулю. И всё же… слишком поздно отводить взгляд.

Я хотел увидеть конец. Но, похоже, мне это не позволят.

Мир вокруг застыл. Торговка замерла с поднятой рукой, покупатель так и остался с протянутым кошельком, ветер перестал трепать навесы. Даже тени остановились.

Я двинулся.

Если бы кто-то смотрел сверху, он увидел бы прямую линию, прорезающую пространство. Линию света. Без цвета. Без формы. Просто движение.

Но никто не увидел. Слишком быстро. Слишком молниеносно. Для всех остальных ничего не произошло.

Максим молодец. Он сумел остановить… нет, не остановить, а лишь перевести пулю. Но этого хватает, чтобы он всё еще жил.

И всё же я продолжаю задаваться вопросом: кто решился стрелять? Из чего был произведён этот выстрел? Почему я не смог предугадать его заранее? Почему этот человек оказался настолько незаметным, что сумел скрыться даже от меня?

Ответ оказался прост. Слишком много модификаций. Слишком чужой, слишком нечеловечный, чтобы я мог разглядеть его вовремя.

– Это мой последний раз, – сказал я себе. – Теперь точно.

Придётся уйти.

Я уже мчался сквозь лес. Ветки едва успевали качнуться от порыва, и тут же застывали в воздухе, словно боялись признать, что движение произошло. Я заметил берёзу, тонкую, гнущуюся от моего рывка. Она успела треснуть, как от сильного ветра, но мгновение спустя тоже остановилась, замерла вместе с остальным миром. Всё вокруг словно подчинилось моему бегу, но не видело его.

Только я чувствовал, как шаг за шагом прожигаю землю, срываясь в линию света.

Второй выстрел. Этот я успею остановить, я уже рядом. Сначала пуля. Я прыгнул и оказался почти вплотную к ней. Она летела мимо меня, и на мгновение показалось, что я завис в воздухе, рассматривая её. Хорошая пуля. Именно поэтому её никто и не заметил. Никто, кроме него. Он увидел её, и потому всё ещё остаётся жив. Я думаю, он и Максим уже успели понять, что происходит. Если бы он не заметил бы прошлую, то уже был бы мёртв.

Теперь – к убийце. Вот наглец. Мысли его я уже узнал. Он сам выдал то, что мне было нужно. И всё же… надо напомнить ему об обещаниях. Не стоит забывать свои слова.

Я склонился к самому уху и произнёс тихо:

– Не забудь свои обещания.

Лёгкий тычок – и он провалился в темноту. Не упал, его удержал собственный хвост. Я посмотрел на него и только усмехнулся. Как же он себя изуродовал.

Время уже не имеет значения. Я успел. Но это всё. Больше меня здесь не будет. Пойду хотя бы попрощаюсь.

Интерлюдия. Утка

Лечу я себе, лечу… в тёплые края.

Нет, не спорю, мир у нас хороший. Везде тепло, везде всё есть. Но зима в Красноярске – такое себе удовольствие.

А вот где-нибудь в районе Мальдив было бы куда лучше.

Я-то птица, могу лететь. И лечу. И от этого радуюсь.

– Кря! – сказала я сама себе.

И меня подержал хор других «кря» – ведь мы летели стайкой, тринадцать небольших птиц. Весёлый перелёт, шумный.

И тут – БАХ!

Темно.

Неужели я так и не увижу Мальдивы? Первый раз решилась туда слетать… и всё равно не увижу.

Охотничий же сезон закончился. Кто же в меня выстрелил?

Рикошет нашёл свою вторую цель. Под номером тринадцать.

Конец. Интерлюдий

Ну, если он здесь… значит, тот, кто стрелял в меня, уже мёртв. В этом я даже не сомневался. Он не оставляет врагов в живых.

Значит, можно и мне спокойно умирать.

Хотя бы за мою вторую смерть я был отомщён. Пусть и в этом мире.

Тьма.

Я закрыл глаза и начал тонуть в ней.

И в этой тьме он появился.

Стоял, как всегда, спокойно, руки за спиной, взгляд прямой и невозмутимый.

– Ну что же вы, господин, – произнёс Яков, – куда вы собрались? Вы только начали жить, а мне вот пора уходить. Я пришёл попрощаться. Честно говоря, очень глупо всё это вышло. То, что я сделал. Я так хотел увидеть финал, хотел увидеть конец… но видно, не в этот раз. И не в этом мире.

– Как? Зачем? Почему? – вырвалось у меня. – Зачем ты меня спас? Я ведь прекрасно понимаю, что ты не отсюда. Не из этого мира. Как и я. Ты не похож ни на одного, кого я здесь видел. А я видел уже многих.

Яков слегка усмехнулся уголком губ, но голос его оставался ровным:

– Понятно, что я не могу ответить вам на эти вопросы. Единственное, что я мог вам дать, я уже дал. Даже больше, чем следовало бы. Но это, господин, уже мои проблемы.

Он выдержал паузу и добавил чуть мягче:

– А вам я желаю лишь одного: покажите этому миру, каким он должен быть. Гениям всегда сложно. Особенно здесь. Может быть, мы ещё увидимся, господин. А теперь вам пора просыпаться.

Он не дал мне задать вопрос. Я не успел даже сказать до встречи. Яков лишь слегка взмахнул рукой – привычно, спокойно, будто закрывал за собой дверь.

И всё померкло.

…Я открыл глаза. Резкий вдох обжёг лёгкие, я повернул голову и увидел свой чёртов светильник на столе.

Я у себя в комнате.

И я жив.

Это был сон или Яков действительно покинул меня?