Текст книги "Во мгновение ока (СИ)"

Автор книги: Nataniel_A

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 35 страниц)

– Иди, Жади, – отослал ее Али. – Иди к Латифе, к Зорайде, а я пока поворю с твоим мужем. Да благословит тебя Аллах!

Жади почтительно поцеловала руку дяди и быстро, как лань, упорхнула наверх. Сид Али сурово посмотрел на зятя и подозвал его к себе.

– Саид, я все знаю, – со строгостью заговорил он. – Скажи мне, на что ты рассчитываешь, так обращаясь с женой?

– Что она вам наговорила, дядя Али? – не остался в долгу Саид. – Что я держу ее взаперти? А она рассказывала, как убегала к их общей с Лукасом подруге, обманув всех в доме? Как эта подруга потом нагло явилась к нам в дом и на моих глазах передавала Жади послание от ее любовника? Рассказывала, как танцевала для Лукаса в развалинах в Фесе, одетая в костюм дешевой танцовщицы? Ах, да, этот костюм вы и сами видели.

– Саид, я позвал тебя не обсуждать проступки Жади. Имей в виду: один человек может привести верблюда к озеру, но даже сорок не заставят его пить, если он не хочет.{?}[Перефразированная цитата из романа Т. Майн Рида «Оцеола, вождь семинолов».] Неужели ты собираешься получить ее любовь силой?

– Дядя, – раздраженно закатил глаза Саид, – Жади сама не знает, чего она хочет. Я не дам ей наделать глупостей, а Хадижу не отдам тем более. Когда рядом Лукас, она становится безумна!

– А я говорил тебе, что переезд в Бразилию – не лучшая идея, – напомнил ему Али. – Ты пожинаешь бурю, семена которой посеял, но Аллахом тебя заклинаю: прекрати подливать масло в огонь. Жади уже на пределе, я не хуже тебя знаю, на что она может быть способна в таком состоянии.

– И вы еще спрашиваете, почему я ее контролирую? – приподнял брови Саид. – Если бы я дал Жади волю поступать так, как ей вздумается, крыша моего дома обрушилась бы прямиком на головы всей семьи.

– И обрушится, если ты продолжишь так к ней относиться. Не спорю, Жади своенравна, но ты только усугубляешь положение.

– Она ничего не может сделать до тех пор, пока я наблюдаю за ней.

– Аллах, Саид! – укоризненно покачал головой сид Али. – Придется мне задержаться в Рио, пока вы двое не найдете общий язык. Если понадобится пробыть здесь целый год, я пробуду, но не оставлю вас просто так.

***

Жади выглянула в коридор из комнаты Латифы, проверяя, не находится ли поблизости кого-то, кто может подслушать разговор. Убедившись, что никакой опасности нет, она заперла дверь на ключ изнутри и бросилась к Зорайде, лихорадочно хватая ее за руки и усаживая рядом с собой.

– Зорайде! Как хорошо, что ты приехала! Послушай, ты поможешь мне сбежать!

– Аллах! – испугалась служанка. – Жади, я не стану помогать тебе в таком деле, что бы ты ни задумала!

– Я сомневалась до сегодняшнего вечера, – проигнорировала ее слова Жади, – но больше сомнений не осталось. Я сбегу вместе с Хадижей!

– Аузубиллях!{?}[Упаси Бог (араб.)] Жади, думай, что говоришь! Как сбежишь, куда?!

– Я уже все продумала. Одна из наших служанок страдает бессонницей, я знаю, где лежат ее таблетки. У Саида на следующей неделе будет деловой ужин в семь или восемь вечера. Он пробудет на нем вместе с Ранией как минимум до десяти, а в это время я подмешаю в кофе снотворное, и ты подашь его служанкам и охранникам.

– Нет! – резко замотала головой Зорайде. – Нет-нет-нет, не проси меня об этом! Жади, неужели ты хочешь, чтобы бедной Зорайде дали восемьдесят ударов плетьми?!

– Ты притворишься спящей и потом скажешь, что тоже пила его.

– Что?!

– Чтобы отвести от себя подозрения. Все будет выглядеть так, будто я обманула всех, в том числе и тебя.

– Жади, побойся Бога! Куда же вы с Хадижей пойдете? – в ужасе пробормотала Зорайде.

– Насчет этого не беспокойся, – убеждала ее Жади. – Лукас поможет мне, он спрячет нас с Хадижей, а потом мы найдем способ справиться с Саидом, наймем адвоката… Главное, чтобы это время она была со мной.

– Это безумие, Жади! Ты погубишь себя и меня! Бедная Хадижа, во что ты втягиваешь девочку?!

– Ты не понимаешь, Зорайде! – в отчаянии шептала марокканка. – Судьба бросает мне вызов. До сих пор я смирялась, терпела и плыла по течению, но настал момент, который ты предрекала: прошлое и будущее встречаются! Нет пути назад, я должна вырваться из этого круга, по которому хожу уже двадцать лет!

– Аллах, защити нас! – Зорайде побледнела и села на кровать, схватившись за сердце.

– Что, что с тобой? Зорайде, тебе плохо?!

– Нет-нет, просто мне… страшно. Перед тем как лететь сюда, я еще раз гадала по твоей чашке.

– И?..

– Я снова видела реку, реку времени. Ее могучие воды хотят сомкнуться над твоей головой. Осторожнее, Жади, беда у порога!

– Сказки! – вспылила Жади. – Ты сказала так, потому что хочешь отговорить меня от побега. Зорайде, милая! – она опустилась на колени перед няней и горячо расцеловала ее руки. – Помоги мне, моя судьба в твоих руках! Ведь я все равно попытаюсь сбежать и буду пытаться до тех пор, пока у меня не получится или пока меня не выведут на площадь!

– Ты одержима дьяволом, девочка моя! – Зорайде с горя закрыла лицо ладонями.

– Может, и одержима, может! Но никто не отнимет у меня дочь, я буду сражаться за нее до последней капли крови!

– Хорошо, – с видом приговоренного к виселице арестанта согласилась Зорайде. – Пусть свершится судьба.

– Так написано! – просияла радостной улыбкой Жади и крепко обняла ее в благодарность.

***

Незадолго до того как лечь спать, Рания в одиночестве спустилась по невысокой лестнице, чтобы пойти на кухню и выпить воды. Жади, услышав ее шаги, быстро вышла в коридор и вскоре настигла вторую жену Саида.

– Жади? – удивилась та. – Что ты здесь делаешь?

– Рания, нам нужно поговорить, идем со мной, – Жади уверенно взяла ее за руку и повела на свою половину.

– Я никуда не пойду! – Рания высвободила ладонь и демонстративно сложила руки на груди. – Может, я не такая опытная, как ты, но я вижу, что ты плетешь какие-то интриги против Саида. Так вот, знай, Жади: я тебе в этом не помощница!

– А я вижу, как ты ревнуешь его ко мне, – парировала Жади.

– Что?.. – растерялась девушка.

– Я освобождаю тебе дорогу, Рания. Я собираюсь бежать, больше ты меня никогда не увидишь, и Саид тоже.

– Как?!

– Если ты мне поможешь, я клянусь, что больше не появлюсь в жизни Саида!

– Но что я могу сделать? – хлопала ресницами в замешательстве Рания. – Если Саид узнает, что я помогала тебе, он разведется со мной и отправит к родителям с позором! А если он захочет наказать меня плетьми? О Аллах!

– Он не узнает, – категорично отрезала Жади. – У меня уже все готово, мне нужны только документы. Ты знаешь сейф, где Саид хранит все наши документы?

– Д-да…

– Подойди к нему завтра и скажи, что хочешь записаться на прием к женскому врачу, но в регистратуре по телефону спрашивают номер страховки. Саид откроет сейф, набрав код из четырех цифр. Запомни их и сообщи мне.

– Жади, это безумие! – дрожащим от страха и неожиданности голосом возразила Рания. – Я рискую головой!

– Все будет хорошо, Саид ничего не поймет. Рания, пожалуйста! – взмолилась Жади. – Ведь я мешаю вам, мешаю Саиду полюбить тебя. Прошу, помоги, он никогда не отпустит меня по своей воле! Побег – это единственный выход.

– Я очень боюсь, – призналась молодая марокканка и нервно сглотнула, – но я… согласна.

– Я знала! – обрадовалась Жади и заключила ее в объятья. – У меня никогда не было родной сестры, но то, что ты сделаешь для меня, могла бы сделать только самая любящая сестра. Спасибо!

Они стояли так с полминуты, каждая в думах о своем. Рания, еще недавно готовая пойти на что угодно, чтобы завоевать любовь Саида, шла на огромный риск во имя своего чувства, а Жади предвкушала скорую свободу. Ее ветра уже веяли где-то поблизости, дурманили и сводили с ума, словно пленнику, долгое время пробывшему в темнице, показался луч солнца. За это стоило заплатить любую цену.

========== Часть 20 ==========

Очередной теплый тропический вечер сумерками сгустился над городом. Было около девяти часов, когда сиделка, нанятая в семью Феррас для больного, засобиралась домой. Лукас, поминутно взглядывавший на циферблат настенных часов, попросил ее задержаться хотя бы на пятнадцать минут.

– Что-то случилось, сеньор Лукас? – удивилась Малу. – Последние дни вы сам не свой.

– Это так, Малу. Я жду одного очень важного звонка, по пока ничего… Кстати, где мой телефон?

– Он слева от вас, только протяните руку.

– Хорошо, – немного успокоился Лукас. – Маиза уже дома?

– Кажется, никто еще не приходил, – пожала плечами Малу. – Вам незачем так волноваться, если хотите, я попрошу донну Далву побыть с вами.

– Нет, не надо Далву! – как-то чересчур возбужденно отказался от предложения больной. – Только пятнадцать минут, потом вы можете идти домой к дочери.

– Как пожелаете. Сегодня удивительная погода, не так ли?

– Да, – безучастно согласился Лукас, полностью погруженный в свои тревожные мысли.

– Скоро мы сможем бывать на воздухе, осталось потерпеть совсем чуть-чуть! Нет ничего лучше вечерней прогулки по саду, а пока придется довольствоваться открытыми окнами.

– Да, – все тем же бесцветным тоном повторил больной.

Зазвонил сотовый, и Лукас без промедления схватил трубку:

– Алло?!

– Алло, Лукас! – раздался на том конце провода взволнованный голос Жади.

– Жади, где ты?! – едва не кричал в телефон Лукас.

Малу тактично покинула комнату больного и прикрыла за собой дверь.

– Лукас! – слова Жади слегка заглушал шум автомобильной дороги на фоне. – Все получилось, мне удалось перехитрить Саида! Я сейчас разговариваю с тобой с таксофона на улице.

– Скажи мне, куда прислать за тобой водителя?

– Вещи, ценности, документы при мне. Мы с Хадижей готовы ехать, только прошу, пусть водитель поторопится!

– С Хадижей?! – обомлел Лукас. – Иветти ничего не говорила о ней, я думал, ты будешь одна!

– Что?! – не меньше него поразилась Жади. – Ты думал, что я уйду без дочери?

– Зачем, Жади?! Ты будешь растить свою дочь, доверься мне! Но не так, не похищая ее из дома!

– А как, по-твоему, я должна была поступить?! – все сильнее заводилась Жади. – Ты знаешь, что Саид угрожал навсегда разлучить меня с Хадижей, если мы с ним разведемся?

– Пусть он угрожает сколько угодно, юридически он не имеет на это права! – увещевал ее Лукас.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь! Саид способен на все, он не гнушается грязными методами, ты же сам это знаешь! Если я сейчас оставлю Хадижу, то потом ни один адвокат в мире не поможет мне ее вернуть!

– Жади, что ты такое говоришь?! Ты гражданка Бразилии, на тебя распространяются ее законы!

– Хорошо, допустим, я тебе поверила, – дрожащим от слез и негодования голосом говорила Жади. – Сколько будет тянуться этот процесс, пока я нахожусь вдали от дочери? Год? Два? Три? Пока ее не выдадут замуж в Марокко, как меня когда-то?! Лукас, наши законы – не ваши, наш мир – не ваш! Или ты принимаешь меня с Хадижей, или прощай!

– Я не могу укрыть тебя в своей квартире с несовершеннолетним ребенком! – спорил Лукас. – Неужели ты не понимаешь, чем это грозит?

– Я понимаю, что ты трус, Лукас! – буквально прошипела от злости в трубку Жади. – Какая же я дура, что в очередной раз доверилась тебе! Я просто идиотка! Даю тебе последний шанс…

– Жади, стой, давай поговорим спокойно!

– Не хочу слышать никаких оправданий, – тяжело дыша, словно раненый зверь, сказала она. – Одно слово: да или нет.

– Я хочу лишь объяснить…

– Все ясно. Прощай, Лукас, – безапелляционно отрезала Жади.

– Жади, подожди, не вешай трубку! Жади! Жади! – кричал Лукас, но было уже поздно: из динамика сотового доносились безжалостные короткие гудки.

Далва, повстречавшись с Малу возле комнат на втором этаже, окинула ее взглядом, полным недоверия.

– Я думала, вы уже ушли, – с постным выражением лица проговорила она.

– Сеньор Лукас попросил меня задержаться ненадолго. Я уже собираюсь домой. Сеньор Лукас разговаривает по телефону, – Малу остановила Далву, заметив, что та направляется в комнату больного.

– Да? И что? – хмыкнула служанка.

– Думаю, его не стоит отвлекать.

– Я не мешала Лукасу сорок лет, не помешаю и сейчас. Занимайтесь своими обязанностями, донна Малу, а я займусь своими, – самодовольно сказала Далва, внутренне радуясь тому, насколько изящно ей удалось поставить на место эту выскочку, без году неделя работающую в доме семьи Феррас.

– Не сомневайтесь, донна Далва, я знаю свои обязанности, – улыбнулась ей Малу с еле заметной ехидцей.

– …Жади! – послышался из-за полуоткрытой двери полный паники возглас.

– Жади?.. – в ужасе переспросила Далва и мигом влетела в комнату воспитанника. – Лукас, мальчик мой, я не могу поверить: ты разговаривал с этой женщиной?!

– Господи, Далва, и ты здесь! – не скрывая раздражения, воскликнул Лукас и бросил телефон на постель. – Да, я разговаривал с Жади! Она сбежала из дома с дочерью и сейчас неизвестно где посреди улицы с вещами.

– Матерь Божья! Уж не хотела ли она заявиться сюда?..

– Черт возьми! – досадовал Лукас. – Лучше было согласиться приютить ее, а так я сделал только хуже.

– Ты с ума сошел? – строго посмотрела на него Далва. – Эта женщина, которая разрушила твою жизнь, здесь?! Попробовала бы она хоть ногой на порог ступить, уж я бы ей обеспечила теплый прием!

– Далва, я звоню водителю, – решительно сказал Лукас и вновь схватился за телефон.

– Что ты делаешь?! Не смей, Лукас, сеньор Леонидас будет против, а Маиза? Ты подумал о Маизе? Что скажет Мел?

– Жоао, – обратился он к водителю по телефону, – поезжай прямо сейчас на Ботафого, обследуй весь район. Если увидишь женщину с девочкой в восточной одежде и с сумками, подвези их, куда мы договаривались. Ключи у тебя есть, до связи.

– Какое безобразие! – разворчалась Далва. – Это уже ни в какие ворота!

– Это моя жизнь, Далва, и мой выбор. Я сделал ошибку, и я ее исправлю. Только бы Жади не ушла далеко…

========== Часть 21 ==========

Жади стояла посреди вечерней улицы и в панике озиралась по сторонам. В левой руке у нее был средних размеров саквояж с вещами – Жади решила идти налегке и взяла в путь лишь самое необходимое, включая драгоценности для сдачи в ломбард. Правой она держала за руку сонную, ничего не понимающую дочь. Хадижа куталась в накинутый на плечи поверх домашнего платья розовый платок и хныкала:

– Мам, куда ты меня повела? Я хочу спать, идем домой!

– Тише, моя принцесса, тише! – старалась успокоить ее Жади, хотя в данный момент больше всего в спокойствии нуждалась она сама. – Все хорошо, сейчас мама что-нибудь придумает! Я все тебе объясню, когда мы приедем.

– Куда приедем? Мама, что случилось? – недоумевала девочка.

– Сейчас мы поедем к одной хорошей женщине, переночуем у нее, а утром я все расскажу. Потерпи, моя принцесса. Такси, такси! – принялась голосовать Жади.

В ее глазах блестели слезы отчаяния. Мучительное чувство дежавю накрыло Жади с головой, как высокая морская волна – вновь она с вещами на улице, совершенно одинокая, без своего дома, без родных, которые протянут руку помощи, а не будут топить ее еще больше в этой пучине, безо всяких перспектив, из ценностей имея только золото, подаренное ненавистным мужем. Человек, на которого она молилась, любовь к которому двадцать лет была ее тоской, ее дыханием и смыслом, сдался перед первым же препятствием и оказался самым обыкновенным трусом!

«Прошлое… и будущее…» – снова и снова звучало в голове. Так вот что означали эти слова! Когда-то Жади свернула не на тот путь, вернувшись после предательства Лукаса к дяде и согласившись выйти замуж за Саида, и через много лет судьба опять поставила ее перед этим выбором. Назад идти было нельзя. Жади понимала, что у нее еще есть время вернуться в дом, во всем повиниться перед Саидом и начать бег по замкнутому кругу заново. Но пришла пора смело довериться судьбе, ведь теперь она не одна, у нее есть дочь! А ради Хадижи она была готова свернуть горы.

К растерянным матери и дочери подъехала машина с шашечками такси на крыше. Водитель в кепке, скрывающей глаза, наполовину опустил боковое стекло и поинтересовался у Жади:

– Сеньора, вас подвезти?

– Да-да! Пожалуйста, сеньор! – обрадовалась марокканка и назвала адрес Иветти – надолго у подруги она задерживаться не планировала из-за страха быть обнаруженной Саидом, но проводить ночь на улице с ребенком не представлялось ей возможным.

– Хорошо, – кивнул водитель. – Прошу вас, садитесь.

Жади в обнимку с саквояжем разместилась на заднем сидении автомобиля вместе с Хадижей, и такси тронулось с места. Хадижа моментально задремала, положив голову на плечо матери. Жади поцеловала ее в лоб и постаралась привести мысли в порядок – слишком много переживаний выпало на ее долю за последнее время, и теперь она чувствовала, как скидывает с плеч тяжелейший груз, несмотря на горькое разочарование в Лукасе.

Однако вскоре тревога вновь посетила Жади. Она помнила Рио не так уж хорошо за давностью лет, но достаточно для того, чтобы понять – такси едет явно не в сторону дома Иветти.

– Куда вы нас везете? – настороженно спросила Жади. – Это дорога не на Эстасиу!

– Там авария и огромная пробка, – пояснил водитель. – Мы едем в объезд.

– Как скажете, – недоверчиво нахмурилась Жади.

Спустя недолгое время подозрения лишь усилились, когда оживленные улицы и фешенебельные многоэтажки с неоновыми вывесками магазинов и кафе сменились безлюдными проулками, где зелени было больше, чем домов, а по тротуарам шатались сомнительной наружности типы.

– Послушайте, мне это не нравится! – воскликнула Жади, и ее громкий голос разбудил Хадижу.

– Спокойно, дамочка, – нахально произнес таксист, чем привел пассажирку в ужас. – Снимай цацки с себя и с девчонки, и никто не пострадает.

– Как вы смеете?! – вскричала марокканка.

– Мама! Мама! – заплакала от испуга Хадижа. – Это грабитель, он хочет нас ограбить?

– Догадливая малышка! Снимайте браслеты и сережки, живо! Я дважды повторять не стану.

Жади с силой дернула защелку автомобильной дверцы, пытаясь выбраться наружу, но та оказалась заблокирована.

– Помогите! – что было силы закричала она. – Кто-нибудь, на помощь!

– Да не ори ты, тупая курица! – грубо перебил ее бандит, натянул на лицо маску, вынул пистолет и с переднего сидения наставил его дуло на девочку. – Тебе побрякушки дороже дочери?

– Мама, давай отдадим ему наше золото! – трясущимися руками Хадижа начала вынимать серьги из ушей.

– Хорошо, хорошо! Не трогай мою дочь, мы отдадим тебе, что ты просишь, но потом ты нас выпустишь!

Жади сорвала с себя дорогие украшения из золота высшей пробы и швырнула грабителю, мысленно пожелав ему подавиться награбленным.

– Так-то лучше. Давай сюда сумку! – потребовал он.

– Нет, сумку я не отдам! – запротестовала Жади.

– Сумку, я сказал! – вышел из себя бандит и вновь затряс оружием перед лицом у бедной перепуганной Хадижи.

«Аллах, там все, что у меня есть! Хоть бы он не нашел шкатулку с драгоценностями!» – в ужасе подумала Жади и отдала ему саквояж. Бандит одним рывком расстегнул его молнию и начал рыться в поклаже своих жертв.

– Барахло, – комментировал он себе под нос, перебирая вещи, – барахло… Ты куда деньги спрятала?

– Там нет денег! – разрыдалась от страха и напряжения Жади. – Умоляю, отпустите нас!

– Стоп, а это что? – грабитель наткнулся рукой на что-то деревянное и достал из саквояжа шкатулку. – Ну-ка, посмотрим, что тут у нас…

Открыв шкатулку, он едва не потерял дар речи – в ней лежали роскошные золотые колье, браслеты, кольца, серьги, украшенные драгоценными камнями: жемчугом, изумрудами, рубинами. Каждое из этих ювелирных изделий потянуло бы на внушительную сумму реалов, а вместе они представляли собой самый настоящий клад!

– Держите свое барахло и уматывайте отсюда, быстро, – забрав драгоценности, бандит пихнул саквояж обратно на заднее сидение и разблокировал двери. – Кому я говорю?!

Пребывавших в состоянии шока жертв ограбления его окрик привел в чувство, и Жади с Хадижей мигом выбрались из злополучного лжетакси. Колеса резко взвизгнули – злоумышленник дал по газам и помчался наутек со своей добычей. Пострадавшие даже не попытались запомнить номера машины, предусмотрительно покрытого толстым слоем дорожной пыли, впрочем, в темноте сделать это и так было трудно.

– Мама, мне так страшно, я хочу домой! – Хадижа бросилась к матери, сотрясаясь от рыданий.

– Успокойся, моя принцесса, все позади! – поцеловала ее в макушку Жади и заключила в крепкие объятья. – Главное, что ты цела, а деньги мама заработает! Аллах накажет этого негодяя!

– Мама, идем домой, пожалуйста, я так боюсь этих улиц! – плакала девочка.

– Идем, идем, – марокканка взяла дочь за руку и повела за собой.

От потрясения Жади, казалось, потеряла всякую ориентацию во времени и в пространстве. Сколько они так шли вникуда, сказать было сложно. Внимания прохожих не могла не привлекать необычно одетая восточная женщина с заплаканной, дрожащей то ли от холода, то ли от страха девочкой. Пару раз к ним приставали попрошайки, но тут же теряли интерес, не видя никакой реакции с их стороны.

В конце концов Жади с Хадижей вышли на широкую, хорошо освещенную улицу, наполненную голосами жителей невысоких, двух-трехэтажных домов и музыкой, доносившейся из бара. Район напоминал Сан-Криштован – все небогатые кварталы в Рио выглядят похожими друг на друга. На минуту Жади даже показалось, что вдалеке виден дом Мохаммеда, но, присмотревшись, она поняла, что это лишь обман зрения, вызванный усталостью и сильными переживаниями.

Темноволосая, крепко сбитая женщина лет шестидесяти деловито подметала тротуар между уличными столиками напротив бара. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: это не уборщица, не официантка, а хозяйка бара, привыкшая содержать округу под своим зорким оком. Она сразу заметила растерянную женщину с ребенком и дорожной сумкой в руке, весь внешний облик которой от съехавшего на затылок платка до неряшливо расстегнутых заклепок на сумке говорил о том, что этим двоим нужна помощь.

– Сеньора, с вами все в порядке? – окликнула она незнакомку.

Жади вздрогнула, будто боялась очередного нападения. Но дружелюбный вид женщины и многолюдье вокруг уняли ее тревогу.

– Можно позвонить от вас, сеньора? – сорванным от только что пережитого стресса голосом просипела Жади.

– Разумеется! – засуетилась та и проводила нежданных гостей в зал к стойке с телефоном.

– Мама, ты звонишь папе? – допытывалась Хадижа. – Позвони папе, пусть он приедет и заберет нас отсюда!

– Сейчас, моя принцесса, сейчас… – рассеянно бормотала Жади, застыв с телефонной трубкой в руках. – Нет, я не могу, – судорожно вздохнула она и положила трубку на рычаг.

– Мне кажется, вам нехорошо, – беспокоилась хозяйка бара, глядя на бледную, как мел, посетительницу. – Вызвать «скорую»?

– Нет, не надо «скорую», – отказалась Жади. – Нас с дочерью ограбил таксист, мы…

– Святая Дева Назаретская! – ужаснулась женщина. – Я сейчас же позвоню в полицию!

– Прошу, не надо, – остановила ее руку марокканка. – Если можете, дайте нам с дочерью ночлег до утра.

– Нет проблем. Вы только скажите, если нужна помощь, я же вижу, что вы сама не своя!

– Спасибо, донна…

– Неута, – представилась хозяйка бара.

– Спасибо, донна Неута, за вашу доброту.

– Мама, а как же папа?! – вопрошала неугомонная Хадижа. – Ты что, не скажешь ему, что нас ограбили?

– Хадижа, умоляю, тише! – приложила указательный палец к ее губам Жади, испугавшись, что кто-то может услышать не предназначенную для посторонних ушей информацию. – Идем отдыхать, а утром мы с тобой обо всем поговорим.

Хадижа насупилась, недоверчиво глядя на мать.

– Донна Неута, я должна буду вам кое-что объяснить, – прошептала Жади, оглядываясь по сторонам, – но не на людях. От этого зависит мое благополучие и, возможно, моя… жизнь.

– Так, – призадумалась Неута, – идемте со мной, я дам вам комнату, там и познакомимся. Ритинья! – крикнула она клевавшей носом у барной стойки официантке. – Я отлучусь на час-другой, ты остаешься за старшую. Смотри не зевай! Идемте, – повела она за собой новых постояльцев.

***

– …Вот почему я не могу дать о себе знать даже подруге, – печально проговорила Жади, закончив подробнейший рассказ о своей жизни, начиная с юных лет и заканчивая последним семейным ужином в доме Мохаммеда.

– Го-осподи, сколько тебе пришлось вытерпеть, бедная девочка! – покачала головой Неута. – И что же дальше? Ты думала о том, как ты будешь жить с дочерью, где, на что?

– Не знаю, – с грустью улыбнулась Жади и посмотрела на крепко спящую на мягкой кровати в углу Хадижу. – Я никогда не жила самостоятельно, но я верю, что Аллах укажет мне путь.

– Нет, так не годится. Ты сказала, что не можешь оставаться в Рио, потому что муж найдет тебя и отнимет дочь, так?

– Да. Когда Лукас сказал, что не может спрятать нас с Хадижей, я приняла решение купить на деньги от продажи драгоценностей два билета до Феса. На эти деньги мы жили бы там в одном из сотен домов, потом плели бы украшения и продавали бы их на базаре. Но грабитель забрал все до последней золотой цепочки, теперь у меня нет денег даже на автобусный билет.

– Жади, я бы оставила вас у себя, дала бы работу в баре, честное слово! Но здесь тебя быстро найдут… – Неута замолчала, перебирая в уме разные варианты решения проблемы. – Погоди-ка, есть одна идея!

– Да?! – оживилась Жади, чуть не разбудив Хадижу.

– У меня есть сестра Флоринда, она живет на севере совершенно одна. Думаю, она могла бы приютить вас на время.

– О, это было бы замечательно! – воодушевилась Жади и тут же сникла: – Мне так неудобно стеснять вас и вашу сестру.

– Ты никого не стесняешь, – махнула рукой Неута, встала из-за стола и подошла к телефону. – Флоринда будет очень рада компании. Только бы она была на дежурстве… В нашу деревню, откуда я родом, до сих пор не провели телефонную связь, приходится ловить сестру вот так, в перерывах между работой, или писать письма. Алло, это районная больница Белена? – обрадовалась она, услышав вслед за длинными гудками долгожданный ответ. – Флоринда Менесес ди Канту сегодня на дежурстве? Замечательно! Это звонит ее сестра из Рио, она может сейчас подойти к телефону? Сейчас подойдет, – шепотом добавила женщина, прикрыв трубку ладонью.

– Аллах, только бы все получилось! – шептала Жади в волнении.

– Флор, дорогая! – после минуты ожидания воскликнула Неута – тихонько, чтобы не разбудить спящую девочку. – Как ты поживаешь? Слава Богу, у нас тоже все хорошо. Флор, у меня к тебе большая просьба. Сегодня я помогла на улице одной женщине с ребенком – она из восточной семьи, ушла от мужа-тирана, ей совсем некуда пойти, нет ни жилья, ни денег, ни профессии. Бедняжка всю жизнь провела в четырех стенах, в Рио ей оставаться опасно – муж будет искать их с дочерью. Все ее родственники на стороне мужа, в Бразилии она больше никого не знает… Что? – переспросила она. – Все документы при них, на этот счет можешь не волноваться.

Жади почувствовала неприятный укол задетого самолюбия – неужели ее воспринимают как потенциальную аферистку? Однако странно было бы ожидать другой реакции от незнакомого человека. Теперь она никто, «женщина с улицы», но, видимо, такова цена, которую следует заплатить за свободу.

– Спасибо, дорогая! – продолжала телефонный разговор Неута. – Я знала, что на тебя можно положиться. Чао, передавай привет всем соседям! Жади, она согласилась приютить вас! Хвала Деве Марии, скоро вы покинете Рио! – радостно сообщила женщина, повесив трубку.

– Аллах услышал мои молитвы! – облегченно выдохнула Жади и поцеловала свой кулон-талисман. – Аллах, я буду свободна!

========== Часть 22 ==========

Зорайде тихонько причитала, сидя на смятой постели в опустевшей спальне Жади и обхватив руками голову.

– Аллах, зачем я послушала Жади, зачем помогла ей бежать? – горестно восклицала она. – С меня сдерут кожу и зажарят на вертеле, как барашка! Аллах, смилуйся надо мной, смилуйся над несчастной Зорайде!

Только когда калитка захлопнулась за беглянкой и две фигуры в длинных платьях исчезли в сумерках, Зорайде осознала весь ужас произошедшего. Она хотела побежать за Жади и вернуть их с Хадижей домой, но слишком велик был риск разбудить задремавших у ворот охранников. Часы в комнате тикали мерно, громко, каждым движением секундной стрелки отзываясь в тяжелой, как чугунный котел, голове.

– Пусть она одумается, пусть она вернется! Как разозлится Саид, когда придет домой! Он убьет меня, о Аллах! Жади погубила меня, погубила! – плакала Зорайде.

Неумолимо проходили минуты, оставляя все меньше и меньше шансов на счастливый исход ситуации. Через открытое окно с улицы донеслись мужские голоса: один мужчина говорил с яростью, остальные двое виновато оправдывались. Зорайде сжалась от страха и прилегла на кровать, притворившись, будто спит. Входная дверь хлопнула с такой силой, что было слышно даже в спальнях.

– …Что все это значит?! – разгневанный Саид сжал кулаки, встал посреди гостиной, расставив ноги, и осмотрелся по сторонам. – Мириам! Зорайде! Жади!!!

– Хабиби, что-то случилось! – испуганно пробормотала вошедшая вслед за мужем в дом Рания.

– Эта змея! Змея!.. – злился марокканец, не в силах выдавить из себя еще хоть слово, и тут его взгляд упал на маленький столик для чаепитий.

Саид медленно, словно увязая ногами в песке, подошел к столику и поднял белый альбомный лист с крупно написанном на нем посланием. Это была записка, оставленная на прощание его первой женой. Записка гласила:

«Саид, когда ты вернешься и прочтешь это, мы с Хадижей уже будем далеко от твоего дома. Не вини никого из домашних – они здесь ни при чем. Я пыталась достучаться до твоего разума и сердца, но все было бесполезно. Ты не оставил мне выбора, и я бегу вместе с дочерью. Мы с ней одно целое, разлука с Хадижей невыносима для меня, как невыносима жизнь в заточении. Прости меня, если сможешь.

Жади»

Саид одним движением кисти скомкал лист и процедил сквозь зубы несколько страшных проклятий на арабском. Из зажмуренных от горя и потрясения глаз потоком хлынули слезы.

– Хабиби… – робко попыталась утешить его Рания.

– Молчи! – обрушился на нее муж. – Ты знала? Знала?!

– Нет, любимый! – в слезах замотала головой девушка. – Клянусь, я ничего не знала!

– Помолчи, с тобой мы поговорим позже, – махнул на нее рукой Саид и начал метаться из угла в угол. – Зорайде! Мириам!

Шум и крики разбудили заснувших от действия снотворного служанок. Переполошившись, они начали наперебой оправдываться и клясться в своей непричастности к исчезновению госпожи с дочерью. Зорайде, бледная, как тень, вышла к Саиду и посмотрела на него взглядом затравленного зверька.

– Саид, я не виновата! – сходу сказала она. – Жади обманула всех нас, приготовила кофе и угостила меня, Мириам, Зейнаб и охранников…