![](/files/books/160/oblozhka-knigi-okutannaya-tmoy-si-255238.jpg)
Текст книги "Окутанная тьмой (СИ)"
Автор книги: Имилис
Жанры:
Остросюжетные любовные романы
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 30 (всего у книги 56 страниц)
–Чертова шавка! Ты ведь все знал, не так ли?! Все подстроил, чтобы только подставить меня, тварь, да?! – Кин со злости развернулся, хватаясь руками за голову – для него был позор так просто попасться, стать чьей-то жертвой. Это он охотник, а его обхитрила его же добыча – во всем виноват Райто, этот чертов пес.
–Неважно, мы договорились, так? Решай быстрее, будь мужиком и смирись с первым поражением. Если откажешься, то не доживешь до завтра, это я тебе гарантирую, – Райто усмехнулся, косо глянул на огненного мага – дышит ли? К счастью, Драгнил оказался силен духом и теперь спокойно дышал, находясь в некой прострации, еще не до конца понимая, что случилось.
–Нацу, Нацу, Нацу! – дверь распахнулась и на пороге стояла запыхавшаяся Марвелл. Стиснув зубы, волшебница, быстро перебирая ногами, добежала до лежащего на полу Нацу, подняла его голову, уложила ее на колени, тут же начиная лечить место укуса – глубокое, кровоточащее. – Кин, – зло прошипела Венди, поднимая глаза на демона, тот замер, узнавая в этом детском, озлобленном личике ученицу Люси. Теперь-то он понял, что его конкретно подставили, и теперь у него вообще нет выбора, кроме как позорно вернуть все на свои места и просто уйти. – Люси говорила о тебе столько хорошего, а ты такой же урод, как и все остальные потерянные демоны. Ты не лучше них, такой же, – всхлипнув, тороторила она, не опуская руки от плеча мага. Все эти слова больно резанули демона, если не по душе, то, возможно, по сердцу. Люси всегда говорила, что он не такой как все, что в нем есть добро, есть сострадание, есть душа – выходит, что врала или просто ее ученица дура, вовсе не разбирающаяся в людях и демонах.
–Закрой рот, глупая девчонка, не тебе нас судить и никому-то из вас, жалкие смертные, запомните это, – скрепя зубами, он указывал на все ближе подходящих к ним всех магов, которые его, будто не боялись и не замечали. Лишь жалостливые взгляды, он ощущал их на себе, не понимая, какого черта они его жалеют. Он настоящий демон-убийца, ему не нужна жалость, но от слишком заботливого взгляда невысокой голубоволосой девушки с заметным животиком становилось, то ли тошно, то ли тепло. Он до сих пор помнил прикосновения своей матери, хотя она уже давно забила на сына, но он-то помнил.
–Заткнись, чертов ублюдок! Раздражаешь! – злостно рыкнул резко очнувшийся Драгнил, держась одной рукой за гудящую голову, а второй опираясь, отталкиваясь от пола, чтобы встать. – Ты выполнил свою часть договора, я выполнил свою, так что сгинь отсюда и не смей больше появляться здесь! – голос Нацу был холоден, груб и до дрожи непривычен. Венди подскочила и тут же бросилась в сторону Рэдфокса, надеясь укрыться там – ей просто было страшно, она его не узнала, не признала – он не тот.
–Упс, – Кин замер и неуклюже отшатнулся назад от такого заледеневшего взгляда, что смотрел на него с омерзением. Читая в серо-зеленых глазах мага все, что было раньше, демон увидел только половину. – Я, похоже, кроме его боли еще кое-что прихватил – сострадание, жалость, забота, счастье, твою мать, из всего хорошего, светлого осталась только любовь. Это ж полная жопа! Мой семпай меня на ремни пустит! Что ж делать-то, Люси из меня коврик сделает и под дверь постелет! Это просто пиздец! – Кин схватился за голову, быстро расхаживая перед толпой магов и только один взгляд пробуждал в нем страх, который он испытывал только перед Люси – серо-зеленые глаза, жаждущие только вернуть назад то, что так дорого самому Нацу и не более.
-Люси, я зайду, ладно? – но, так и не дождавшись никакого ответа, Адриана все же боязливо заглянула в небольшую комнатку с грязно-серой плиткой, осматриваясь вокруг, пытаясь найти в этой кромешной темноте свою хозяйку. Минутка Люси растянулась уже на десять и все это время она молчала, не проронила ни слова и больше уже не кашляла, потому повод волноваться был, потому как ее прежнее состояние оставляло желать лучшего. – Люси? – Адриана подошла ближе к девушке, сидящей в самом углу около умывальника. Хартфилия тяжело дышала, сильнее прижимая колени к груди, но ее как будто не заметила, так ничего и не сказав. – Ты как? Все хорошо? – Адриана боязливо, но в то же время осторожно коснулась ее руки и та на удивление оказалось просто ледяной.
–Мне холодно… – тихо прошептала блондинка, а глаза Адрианы распахнулись от испуга и страха, который тут же охватил ее сердце и душу, ведь если демону с его горячей кровью холодно, это может значить только одно – его скорую смерть…
====== Предательство, часть 4: Страх... ======
–Люси, вставай, ну же, давай, поднимайся, пожалуйста. Сейчас мы позовем Имизуки, или Акихико, или Таро, и они обязательно помогут тебе, слышишь? – Адриана упорно с короткими перерывами в несколько секунд тянула Люси за рукав куртки, призывая ее подняться и хотя бы выйти отсюда, но та на все ее слова только мычала, склоняя голову все ниже, будто была не в состоянии ее держать, она даже глаза не открывала. – Давай просто выйдем отсюда, и я тут же позову Имизуки, идем, – Хартфилия захрипела, схватившись тонкими побелевшими пальцами за край умывальника, скользя ими, скребя ногтями до противного скрежета. – Давай, вставай, – одобрительно подталкивала ее вверх Адриана, кусая за штанину и аккуратно, боясь, что она опять упадет, направляя вперед. Блондинка кое-как дошла до порога, полностью навалившись на стену, надеясь на поддержку Адрианы. Вскоре, потеряв всякую опору, Люси, запнувшись о небольшой порожек, с грохотом рухнула на пол спальни, беспомощно мыча не в силах подняться, сжимая заледеневшие пальцы. – Люси, – с досадой и легким раздражением повторилась Адриана, торопливо обходя Хартфилию вокруг – плечи девушки еле заметно вздрагивали от коротких чем-то прерываемых вздохов, но ничего больше не происходило. – Эй, Люси, ты в порядке? – Адриана осторожно испуганно приблизилась к лицу девушки, которое было отвернуто в другую сторону. По такому же белоснежному, болезненно белому лицу беспорядочно расползались тонкие темно-синие, почти черные вены, проходя по щекам к глазам и вниз по шее. – Люси! – встревожено воскликнула она, неуклюже тыкнув носом в холодный лоб девушки, но та в этот раз даже не промычала глупого, порядком надоевшего оправдания, что «все в порядке», ответом Адриане служила только тишина и почти неслышное медленное биение сердца с мелкими, короткими вздохами.
Именно в этот момент, видя перед собой это болезненное белое лицо, Адриана впервые ощутила такой сильный страх потерять кого-то – даже когда она увидела Райто в той комнате среды крыс истерзанного, измученного с выпирающими из-под кожи костями, было не так страшно. Она уже давно не отрицала, что Люси в какой-то степени стала для нее намного важнее брата, да, она переживала за Райто, защищала его, выгораживала, оправдывала перед Люси неоднократно, но ради своей хозяйки она была готова на все – возможное и невозможное. И это уже не было той программой, заложенной в ней с самого рождения – защищать своего хозяина, оберегать его, умереть ради него – это уже было состояние души, ведь Люси стала не просто хозяйкой для нее, но и лучшим другом, который принимал ее со всеми недостатками и не требовал ничего взамен, только послушание и ничего более. Все и всегда должно было быть по плану, без происшествий, самодеятельности, глупых уступков и слабостей – для Люси всегда была важна дисциплина и полное подчинение тех, кто был рядом с ней, ей было важно не раздавать приказы, управлять всеми как хочется, а контролировать их всех, знать, где они, что они – это было ее защитой в какой-то степени. Адриана помнила и сама видела как сильно злилась Люси, когда ее малышки в очередной раз без спроса сбегали, опять лезли и попадали в какие-то неприятности, вновь пытаясь что-то доказать – Хартфилия и без того понимала, что они уже выросли. Она держала их рядом с собой не потому, что пыталась ограничить, что-то скрыть от них – она защищала их так таким образом, ведь по-другому и не умела. А теперь она сама умирает, хотя все было, как и всегда, по плану, но что пошло не так? Теперь лишний вздох Люси для Адрианы значит многое и ей уже ничего не остается кроме как просить, молиться кому-то из демонов, ведь Хартфилии легче не становится. Вдруг это что-то серьезное, а Адриана и не знает, вдруг?
Что делать, как поступить Адриана уже решила, но вот к кому обратиться, у кого просить помощи – нет. Имизуки сейчас явно не до этого и если вызывать ее, то Адриана попросту потеряет столь драгоценное для них сейчас время. Акихико – он неизвестно где, уже больше полугода от него не было ни слуха, ни духа, хотя Люси несколько раз пыталась разузнать, куда он делся, но Имизуки молчала, хотя явно что-то знала. Единственным верным вариантом, который и вправду мог бы им помочь, спасти от неминуемой гибели, был – Таро. Адриана с тяжелым, глубоким вздохом прикрыла глаза, представляя перед собой лицо молодого демона, на которого в такой момент возлагала большие надежды. Первые несколько секунд тянулись подобно вечности, разволновавшись, Адриана все никак не могла собрать свои мысли воедино, постоянно теряя то глаза демона, после чего оставалась только легкая многозначная ухмылка, то наоборот, и тогда оставались только темно-синие глаза с какой-то неизвестной грустью и печалью.
–Здесь я уже, прекращай мучиться, что случилось? – Адриана испуганно вздрогнула, осторожно открыв зажмуренные ранее глаза, но, увидев на краю кровати синеволосого демона с той же легкой полуухмылкой, расслабилась, ровно до того момента, как ее глаза вновь переместились на лицо Люси – на нем появилось еще больше вен, которые расходились уже и по рукам.
–Помоги, – все, что смогла выдавить из себя плаксивым голоском Адриана, указывая на свою хозяйку – та в той же позе, уткнувшись лицом в пол, безжизненно лежала, и только плечи вздрагивали как и раньше, убеждая, что она все еще жива. Глаза демона на мгновение расширились то ли от испуга, то ли от удивления такой картины, но вскоре его взгляд стал таким же безразличным.
–Что это с ней? Опять куда-то вляпалась? – Таро нехотя оторвался от кровати и, сделав несколько неторопливых шагов, присел на корточки, проводя рукой по шее Хартфилии, пока не нашел пульсирующую вену. Тогда он на несколько секунд замер, вслушиваясь, запоминая что-то, подмечая для себя. – Дело дрянь, я тебе скажу. Что с ней стряслось? – демон поднял глаза на испуганную, растерянную Адриану, ведь она не знала, хотя должна была, в ответ ему лишь отрицательно помотала головой. – Ладно, сейчас, как и всегда, печать начерчу, и все нормально с ней будет. Будем надеяться, что ничего серьезного с ней не происходило, – с такими словами Таро не торопясь, даже в какой-то степени бережно, будто боясь, что девушка рассыплется, перевернул ее на спину, кончиками пальцев убирая с бледного с темными венами лица мокрые пряди волос, которые беспорядочно прилипли. Таро никогда не понимал, да и сейчас не мог понять, что в ней такого, в этой Люси? Обычный демон – ни хуже, ни лучше их всех, но чем-то она смогла зацепить, покорить, привлечь Акихико, его сестру, угодить которой в разы сложнее. Он никогда не понимал, почему, с какой целью Имизуки так нянчится с ней, объясняет, разжевывает все, что только может пригодиться, обращается с ней не так, как с другими, с ней она обходится нежнее, заботливее, бережнее. Люси уже давно, почти с самого начала, стала ее любимой игрушкой, той, которой можно управлять, вертеть, как хочется, наблюдать за ней, но только эта кукла, в отличие от других, могла показать клыки и выпустить когти – это Имизуки нравилось еще больше. Характер вроде бы и жестокий, кровожадный, безжалостный, как и должно быть у демонов, но в тоже время он мягкий, покладистый, сострадающий. Все это прекрасно сочеталось в Хартфилии, все это влекло к ней, привлекало, пробуждало интерес разобраться в ней, в ее душе и сердце, проникнуть в ее душу, покопаться там, как следует, но только эта кукла вновь скалит клыки, никого не подпуская к себе. За это ее и боялись – непредсказуема. Только-только она спокойна, хладнокровна, но через минуту сражения ее глаза уже горят тем же кровожадным огнем, на лице ухмылка, сменяемая оскалом и наоборот, и полная уверенность, беспорядочность в движениях и атаках. Вот только Таро все равно толком не понимал, что в ней особенного, кроме ее силы его в ней не привлекало ничего. Только эта неудержимость, черный огонь и алые глаза служили поводами для зависти демонов, и он не был исключением. Такой цвет был небывалой редкостью, но этой девчонке, как ни странно, повезло получить его и сколько раз ей везло и после обращения. Раз за разом, будто кто-то шел впереди нее, принимая все на себя, ей же доставались только остатки, она шла по протоптанным кем-то ранее следам, лишь иногда попадая в опасность, из которой опять же выбиралась сама. И вот сейчас она вновь попалась на чью-то удочку – лежит так беспомощна, не может ни слова вымолвить, только хрипло мычит, открывая рот, ловя воздух, который постоянно ускользает от нее, которого ей так не хватает, эти темные вены, явно выделяющиеся на белой коже, придают еще более болезненный вид – она вновь почти мертвец, но ей опять повезло. Таро смог услышать, почувствовать просьбу, молитву Адрианы и вот он здесь, рядом с этой беспомощной, но все еще не сломанной, не сломленной демонессой. – Вот ведь, и выбора нет, – цокнув, Таро поднял глаза, озираясь по сторонам – Адриана смотрела на него, но как будто и не видела, вставала, проходила несколько коротких шагов, останавливалась, мотала головой, садилась, устало опускала голову на вытянутые лапы, фыркала, опять вставала – волнуется, беспокоится, переживает, вот только Таро не спешит спасать Хартфилию, так как пока просто не видит в этом никакого смысла. Кто она такая чтобы спасть ее? Она очередная, но, к сожалению, любимая новообращенная Имизуки, и если он не поможет ей, то познает гнев своей жены, а она уж надерет ему зад за Люси как следует – в гневе она страшна, но какой бы бездушной стервой Имизуки не казалась, есть в ней что-то человеческое – в первую очередь ее привязанность к этой девчонке.
В полном непонимании стоит ли вообще вмешиваться и что-то делать Таро на мгновение задержался, застыл, несколько секунд вглядываясь в лицо девушки – неподвижна, еле жива, еле дышит, но вот только чувства сострадания и жалости все равно нет. Ей больно, она медленно, мучительно умирает, если судить по ее состоянию, то сколько ей осталось? Час, десять минут, минута? Может еще меньше, но ему нет никакого дела до нее, до ее состояния и скорой гибели. Она обычный демон, еще одна падшая душа, постоянно омывающая руки чужой кровью – невинных или не таких уж и невинных. – Я бы и не хотел вмешиваться, спасать тебя и возвращать с того света, но, увы, это не мой выбор, не мое решение. Потому живи порождение тьмы и продолжай нести хаос и боль в этом мире, – неторопливо расстегнув несколько нижних пуговиц на рубашке Хартфилии, Таро нехотя провел ногтями по руке, оставляя тонкие кровоточащие полосы. Так же медленно он начал вычерчивать знак на ее животе, который каждый демон должен, просто обязан знать – даже падший, даже потерявшийся среди этого мрака и крови – без исключения. Адриана продолжает мельтешить перед глазами демона, как назойливая муха, раздражая его – то присаживается, то встает, то бросает такие взгляды, что демон стискивает зубы – противно видеть дьявольского пса с такими глазами. Сколько надежды, теплоты и заботы читается в ее взгляде, когда она смотрит на Люси – дьявольские псы должны быть кровожадными, их голод неутолим, а здесь – Люси превратила Адриану в верную, преданную собачонку с таким тошнотворным взглядом. – Прекрати уже на меня так смотреть, будь добра, раздражаешь, – прошипел Таро, Адриана тут же послушно отвела взгляд в стену, а он коснулся окровавленными пальцами символов в углах печати. Все, как обычно, вспыхнуло ярко-красным и тут же растворилось, исчезая с бледной кожи, оставляя на показ только выпирающие ребра.
–Теперь все хорошо? Она в порядке? – демона так же злобно, раздраженно фыркнув, опять чувствуя на себе этот взгляд, но в этот раз он промолчал. Будучи уверенным в полном исцелении Люси, Таро демонстративно коснулся пульсирующей вены на шее – его глаза в ту же секунду расширились непонятно от чего – то ли от ужаса перед чем-то, то ли от удивления, которое даже он не смог скрыть.
–Ничего и не изменилось, – проговорил он, не отпуская пальцев, будто все еще наивно надеясь, что вот-вот и все придет в норму, вот только сердце девушки так же медленно билось, еле-еле подавая знак, что она жива. – Как такое вообще возможно? Что с ней случилось, мать твою, Адриана? Твоя обязанность была следить за ней, знать все, так почему, скажи мне, ты ни черта не знаешь? Почему она все так же умирает, почему печать исцеления на нее не действует? Почему? – резко поднявшись, демон смотрел злыми, негодующими, ненавистными глазами на Адриану, которая лишь беспомощно сжалась в комок, прижав уши к голове и уставившись на что-то на полу, чтобы только не видеть всей той злости и негодования, которые разом обрушились на нее и только росли. – Какого черта, я тебя спрашиваю?! Отвечай! – Адриана еще сильнее сжалась, боясь пошевелиться, сказать что-то в ответ, поднять глаза на него и даже вздохнуть в присутствии злого Таро, которого ранее таким она не видела ни разу. А вот сейчас она стоит прямо перед ним и ждать помощи ей неоткуда и потому остается только терпеть, боятся и ждать, когда он хоть немного успокоится. – Чертова девчонка! – демон обреченно сел на край кровати, опустив голову, устало закрывая глаза руками, думая, размышляя, анализируя. Он понимал, что ее нужно спасти, вот только он не знал, стоит ли это такого…
-Вот черт! – Кин прошелся по прямой вдоль ровных рядов столов, все так же держась за голову, не зная, что делать, как поступить ему сейчас, внутри все смешалось. Вроде все эти чувства, так нелепо позаимствованные у огненного мага, придали ему такой силы, что расставаться с ней, отказаться от нее, казалось просто глупо. Но с другой стороны весов стоял Райто, его гадкая, самодовольная ухмылочка и Люси – его учитель, его первый друг, пример для подражания, та, что положилась на него, доверилась и поверила ему, дав под защиту свою мать – ей он был обязан многим и в первую очередь доверием, дружбой, которая была между ними. Правильнее, лучше, да и человечнее было бы просто вернуть все, что взял и уйти – вот только страх, что Люси все равно узнает, не покидал его ни на минуту. Хартфилия даже как-то поведала ему про чувство вины и совесть, которые грызут, гниют внутри людей – «Они и в нас есть, просто кто-то уже смог пробудить их, а кто-то просто не посчитал это нужным. Но, тем не менее, эти чувства никогда не сделают демона человеком. Демон – это демон и тут уж ничего не поделать. Так почему же нам не быть достойными демонами с человеческими чувствами, а, Кин?» – она тогда улыбалась, чувствуя, что их души родственные, в чем-то схожие и не ошиблась. В тот раз она искренне улыбалась ему, протягивала руку, и он улыбнулся – это был первый, когда он осознанно доверился кому-то, и первый и единственный раз, когда он пообещал Люси стать и быть достойным демоном. Вот только жажда новой силы и просто голод, который точит его изнутри, берут свое – ему безумно хочется крови, хочется убийств и вот сейчас он вновь не смог отказаться – это чувство сильнее его, это выше его сил. – Как же, как вернуть все на свои места? Черт! Книги, точно книги, в них ведь должно быть хотя бы что-то об этом, библиотеке Акихико, точно, – проговаривал паренек, крепко, мертвой хваткой вцепившись черными ногтями в край стола, беспорядочно перемещая взгляд в разные углы гильдии, в пол и потолок, куда угодно, надеясь вспомнить то, что он был просто обязан знать – вот только не помнил, как на зло.
–Что ты там бормочешь, сопляк?! Если есть что сказать, то говори громче! – Драгнил, развернув демона к себе лицом, крепко вцепился пальцами ему в плечи, приподнимая над землей, чтобы их глаза были на одном уровне – Кин уже еле касался носочками пола, недовольно шипя, фыркая, сжимая руки мага своими, надеясь так ослабить хватку. Парнишка застыл, глядя в эти пустые, холодные, бесчувственные глаза и с каждой секундой он все больше узнавал в этом взгляде саму Люси. Такой она была постоянно, вот только стоило ей улыбнуться, как вся ее маска, стена, которой она отгораживалась, разбивалась на крошечные осколки, и собирать было уже нечего. Сейчас та же знакомая дрожь пробегала по телу, тот же холодный, мерзкий для демона страх забирался в его душу, крепко опутывая ее, накрывая с головой, и освободиться от него все никак не выходило. – Я же сказал тебе, проваливай, чтобы я здесь тебя больше никогда не видел, – злостно и столь же ненавистно прошипел маг, на мгновение сильнее сжав плечи демона, после оттолкнув паренька до сих пор не достающего до пола. Кин отшатнулся под его напором, неуклюже сделал несколько шагов назад, не в силах остановится, зацепился ногой за вовремя подвернувшуюся скамейку, перевалившись через нее, шипя от боли. Венди тихо закрыла рот ладошками, ведь не будь он демоном, то все могло бы закончиться куда хуже, но, похоже, память Нацу осталась нетронутой, и потому он прекрасно знал, кто перед ним и что этому парнишке от такого ничего не будет.
–Так уж и быть, смертный, я прощу тебе твою дерзость, но это только ради моего семпая. Люси-сан ни за что не простит меня, если я убью кого-то из вас, никчемные букашки, – надменно, самоуверенно отозвался Кин, резко поднимаясь со скамейки, недовольно массируя плечо, которое, видимо, пострадало больше всего. Но как бы не было ему больно и страшно перед этим взглядом, демон продолжал ухмыляться, глядеть на всех магов свысока – такова его натура. В ту же секунду Драгнил застыл, обернулся, глядя таким же злобным, испепеляющим взглядом – по телу Кина вновь прошлась дрожь, хотя он старательно скрывал ее, продолжая улыбаться, думая, что ничего такого этот смертный себе более не позволит, но он оказался не прав. Стремительно приблизившись к парню, Драгнил, скрыв глаза за челкой, замахнулся и через секунду Кин беспомощно, жадно глотая воздух, повис на его руке, хватаясь за живот. Он бы и мог ответить, ударить его так же беспощадно, но, увы, не мог, совесть не позволяла или как там ее…
–Ты, полное ничтожество, еще одно дьявольское отродие, которое следовало бы сразу же убить, просто стерев с лица земли, но так уж вышло, что ты помог мне. Только поэтому я не трону тебя, но если ты еще раз произнесешь ее имя, я тебя не пожалею, запомни это, щенок, – Кин заскрипел зубами, стараясь не закричать в голос, хотя боль была поистине адской – удар у Драгнила был что надо, да еще и в нужно место попал – если бы он был демоном, то цены бы ему не было. Такой дерзости от людей Кин никогда не терпел, впервые в жизни его избивает и унижает «жалкий смертный», один из обычных людей, которых он ранее ставил на место одним лишь взглядом – они уже дрожали, молили о пощаде, а сейчас. Что же изменилось сейчас? – Убирайся! – легко оттолкнув от себя еле стоящего демона, Драгнил с теми же ледяными, пустыми глазами безжалостно ударил его ногой, с грохотом впечатав в стену. Кин в который раз заскрипел зубами, пытаясь не выдать, не подавать знак, что ему больно. Дрожащими пальцами то ли от того же страха, то ли от неожиданности и боли, парень хватался за выбитое со своего места плечо, но глаз на Нацу он так и не поднял – теперь-то он действительно начал его бояться, вдруг этот смертный еще что-то учудит. Вот тогда Кин больше не будет сдерживаться, терпеть, надеяться на свою хваленую регенерацию – всего один взмах косы и даже такой борзый, самоуверенный человечишка падет перед ним на колени.
–Ты что творишь, идиот?! Он нам не враг! – Грей, схватив огненного мага за руку, оттянул его в сторону, подальше от парнишки медленно осевшего, сползшего вниз по стенке на пол. Венди только тихо пискнула, все так же прикрывая рот ладошками – еще чуть-чуть и здесь начнется настоящая драка, и раз уж Нацу лишился всех чувств, то что помешает ему совершить непоправимое? От таких мыслей небесная волшебница помотала головой, крепко зажмурив глаза.
–Заканчивай дурью маяться! Времени и так в обрез, а ты ерундой занимаешься, нужно приготовить зелье как можно быстрее и только тогда я отведу вас в нужное место, ясно? – Райто той же величественной походкой прошелся до Кина, сев перед ним, загораживая, прекрасно зная, что он в любой момент парнишка может сорваться и сказать что-то колкое, за что потом поплатиться, но пока он молчал. Райто, не обернувшись на демона, внимательно смотрел в глаза Драгнила, лишь иногда косо поглядывая на стоящего рядом Фуллбастера. – Найди того, кто сможет это приготовить и возвращайся сюда, вы идите с ним, чтобы ничего не натворил, а я буду следить за перемещениями Люси, так что торопитесь – она никогда не сидит на месте. Торопись, смертный, – Драгнил еле заметно кивнул, со злостью и некой скрытой неприязнью сбросив руку Грея, и направился к двери. Гажил, сложив руки на груди, так же кивнул Фуллбастеру в сторону Нацу и оба последовали за ним. Леви тяжело вздохнула, надеясь, что если что-то и произойдет, то мальчики быстро приведут Нацу в чувства, Венди же только вздрогнула, когда входная дверь с грохотом закрылась за тремя магами. – Спокойно, дамочки, все под контролем. Кин, я только что дал тебе немного времени, так что почитай книги и найди ответ на свой вопрос. Если же не успеешь, то пеняй на себя, – Райто обернулся к демону, тот как-то безразлично посмотрел на него, все так же не опуская руку с плеча, постоянно морщась – регенерация подводила своей скоростью или быть может с костями все гораздо сложнее. Райто покосился на него, а после на Джувию, которая обеспокоенно смотрела на уже давно закрытую дверь. – Эй, черноглазая, можешь ему плечо вправить? Так от него мало толка будет, – Джувия вздрогнула, с подозрением покосившись на пса, а после на демона – обычный парень и ей стало его жалко, все-таки Нацу был слишком жесток с ним. Стиснув зубы, взяв всю свою волю в кулак, волшебница, семеня шагами, прошлась к демону, медленно, аккуратно стягивая с него помятую, местами разорванную, грязную от падений рубашку. Он и не сопротивлялся, только косо смотрел, как сосредоточенно она это делает, вовсе не желая ему зла.
–Будет больно, но ты уж потерпи, – как маленькому ребенку проговорила она. Кин хотел было сказать что-то, но промолчал, прекрасно понимая, что за его фразочки она может нарочно сделать еще больнее – эти маги, все как один, непредсказуемы, но у всех них только одна цель – вернуть Люси, жить долго и счастливо. Ей они следуют и ни за что не предадут, даже когда приходится просить помощи и принимать в свою команду злейшего врага. – Руку убери, мешает, – холодно бросила Локсар, с некой неприязнью убирая ладонь парнишки с плеча, за которое он так крепко держался, боясь отпустить даже на секунду. – Готов? – волшебница держала руки в положенных местах и уже в любой момент могла вправить все кости, но почему-то медлила, будто издеваясь.
–Да готов я уже! Давай! – недовольно, злобно прикрикнул Кин, опустив голову, стиснув зубы – в ту же секунду раздался хруст и приглушенный рык. Демон скрючился, опять хватаясь рукой за плечо, тяжело дыша, жадно хватая воздух – настолько сильное ощущение беспомощности и боли было для него впервые. Раньше только он мог приносить всем боль – люди или демоны – не важно. Он отыгрывался на них за свое детство, которого, по сути, у него и не было, и потому он еще больше наслаждался всеми их криками, мольбами прекратить и треском сломанных, смещенных со своих мест костей – так неужели сейчас эта волшебница делала то же самое, просто наслаждаясь его болью, его мучениями?
–Вставай! – приказным тоном прикрикнула Локсар, стоя прямо перед ним, глядя отчего-то недовольным взглядом мамочки, которая опять разочарована своим ребенком. – Давай помогу уж, – она сменила гнев на милость, присев, девушка перекинула его руку себе через шею, приподняла его и, придерживая, помогла дойти до скамейки, через которую он недавно и перевалился, чуть не сломав что-то еще. – Садись и не дергайся, ты быстро восстанавливаешься и потому уже скоро можешь уходить, – усадив его рядом с Леви, Джувия отошла в сторону, став позади Венди, приобняв ее за хрупкие плечи, девочка тут же вздрогнула, будучи полностью напуганной. – Идем, Венди, попросим у Миры чая, да? Может, еще и конфетки найдутся, идем? – небесная волшебница только коротко кивнула, бросив негодующий, но в чем-то даже сожалеющий взгляд на Кина – он заметил это, но так же, как и раньше промолчал.
–Ты не злой, – Кин вздрогнул, удивленно поднял голову, встретившись взглядом с теплыми, карими глазами голубоволосой девушки. Она, подпирая одной рукой румяную розовую щеку, смотрела на него таким заботливым, все понимающим, жалостливым взглядом, держа вторую ладонь на животике, что ему воистину хотелось спрятаться и просто исчезнуть. Настолько все это было невыносимо – она была чиста, невинна и этот взгляд, и эта улыбка – демону рядом с ней становилось тошно и противно. – Моему малышу ты очень даже нравишься, правда, сынок, – проворковала она, проводя ладошкой по одному и тому же месту несколько раз – ответом ей послужил заметный толчок, отчего ее улыбка стала еще теплее. Вот только для Кина вся эта сцена была как нож по сердцу – больно.
–Он просто еще не знает, кто я, кто сидит сейчас перед ним. Не прививай ему любовь к демонам – обожжешься как сама, так и он, – отозвался Кин и, откинувшись спиной на край стола, просто исчез, растворившись, не оставив после себя ничего. Леви заметно вздрогнула, поежившись от ветра, взявшегося из ниоткуда, но тут же успокоилась, ведь она знает, что ее сынок не ошибся. Демоны бывают разными – могут быть и хорошими, просто стоит получше присмотреться к ним, повнимательнее заглянуть в глаза, в сердце, в душу – они не хуже людей, не лучше них. Демоны и люди почти наравне, вот только пристрастия и желания их порой сильно отличаются.
-Скажи мне, Адриана, что ты знаешь о семье Дьявола Ямада? Слышала вообще о таком, м? – Таро после пятиминутного молчания поднял голову, глядя уже таким же спокойным, безразличным взглядом, как и раньше, когда все еще было в порядке. Адриана, как и всегда, испуганно отвела взгляд, ведь он пришел в себя как раз в тот момент, когда она разглядывала его, пытаясь понять – успокоился он или же еще нет. Понять причину его гнева она пыталась и отчасти поняла, но не до конца. Хартфилия так же лежала на полу, глубоко вздыхая – их молчание, злоба и неприязнь могли запросто стоит ей жизни, вот только Таро, как и прежде, не торопился ничего делать. – Все же, что ты знаешь о нем, Адриана, ну же, расскажи. С Люси пока что все хорошо, но это только пока. Я уже успокоился и больше кусаться не буду, так что не бойся, – следом на его лице появилась то ли полуулыбка, то ли полуухмылка, но на душе Адрианы стало заметно легче и спокойней. Она тихо поднялась с насиженного места и бесшумно прошагала к кровати, остановившись там. Об этом Дьяволе она знала кое-что, но видимо это не утолит жажду Таро. Эту историю она знает поверхностно, да она ее никогда и не интересовала.