Текст книги "Похититель снов (СИ)"
Автор книги: Стивен Лоухед
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 34 страниц)
…Изможденное лицо Хокинга приобрело цвет спелого помидора. Казалось, он вот-вот лопнет. Но когда он заговорил, голос его был ледяным.
– Вы позволили ему уйти! Идиоты! Орту узнает об этом! И я надеюсь, что он поступит с вами так, как вы того заслуживаете. На этот раз я не собираюсь его останавливать!
– Не надо, пожалуйста! – воскликнул Тиклер. Его лицо исказилось тоской и страхом. – Мы не виноваты. Этот русский Сальников заранее знал, что мы там появимся.
– Откуда он мог узнать? Это же вопиющая ваша неосторожность. Вы позволили Рестону предупредить их.
– Нет. Он не мог. Клянусь! Пожалуйста, верьте мне!
– Ты все испортил. Рестона теперь не поймать, силой, во всяком случае. Он знает, что мы идем по его следу. – Хокинг отвернулся от своих дрожащих подручных. Казалось, он немного расслабился, обдумывая ситуацию. Он снова заговорил прежним спокойным голосом. – Нужно что-то новое, потоньше. Лучше пусть сам придет к нам. Да, сделаем именно так. Так будет даже лучше.
Тиклер ощутил проблеск надежды.
– Эта девица… Мы же можем заполучить ее? Как думаете, он пойдет за ней?
– Хоть на край света! – истово закивал Тиклер.
– Он в нее влюблен, – вставил Миллен.
В глазах Хокинга сверкнули недобрые искры. Бледная улыбка растянула почти незаметные губы.
– Возможно, это именно то, что нам надо, – теперь он размышлял вслух. – Это та возможность, которая нам нужна. – Неожиданно он рявкнул: – Хорошо! Мы пока не знаем, куда они направляются, так что придется импровизировать. Вот что мы сделаем…
Они еще немного поговорили, но все закончилось тем, что Тиклер и Миллен бросились к дверям выполнять новый приказ, радуясь, что на этот раз удалось спасти свои шкуры.
Как только они ушли, Хокинг направился к консоли связи. Он набрал код и стал ждать. Через несколько секунд ему ответили.
– Вермейер слушает.
– Операция началась. Первая фаза.
– Так скоро? Но… – Голос в динамике казался растерянным.
– Немедленно! Это шанс, которого мы ждали.
– Их необходимо задержать. У них посадочная капсула, и они беглецы. Вы – директор этой станции, вы должны отдать приказ об их аресте. Надеюсь, вы так и сделаете.
Директор Сандерсон с бледным от беспокойства лицом с трудом подбирал слова:
– Я не уверен, возможно ли это.
– О, вполне возможно. Уверен, так оно и будет.
– Я не хочу вмешивать сюда Ари, она ни причем, она ничего не знает.
– Ари нас вообще не интересует. Ее немедленно отпустят. – Хокинг, наконец, понял, что страх за дочь лишил директора станции более опасных для него, Хокинга, доводов рассудка, и поэтому сменил тон на убедительное воркование.
– Не беспокойтесь. Мы постараемся избавить вашу дочь от любых неприятностей.
– Позвольте, а что с остальными? Рестон и Аджани? Зачем они вам?
– Видите ли, они виновны в краже нескольких очень дорогих секретов – такой своего рода технический шпионаж. Мы хотим, чтобы их остановили, прежде чем они успеют продать информацию.
– Я до сих пор не могу поверить. Вы уверены в своих подозрениях?
– Совершенно уверен. Сами посудите, зачем им иначе замышлять такой побег? Я не хотел вас беспокоить, поэтому ничего не говорил раньше, но теперь думаю, что они хотят использовать Ари в качестве заложницы на случай возникновения проблем.
Это последнее замечание моментально отвлекло директора от смысла происходящего.
– Они не посмеют!
– О, это отчаянные люди, они еще и не такое способны.
– Господи, а я ведь доверял Рестону, я сочувственно встретил сообщение о его гибели. Я никак не думал, что он жив и все это время прячется здесь, на станции.
– Ну, вот видите! – веско проговорил Хокинг. – Так вы отдадите приказ о задержании?
Директор Сандерсон нажал кнопку селектора и заговорил в микрофон.
– Мистер Вермейер, свяжите меня с наземной базой.
Через несколько мгновений помощник доложил:
– Готово, сэр. Есть связь. Второй канал.
Директор переключил линии связи, и из динамика прозвучал тональный код подтверждения, а затем женский голос произнес: «Наземная база GM. Чем могу помочь?»
– Здесь директор Сандерсон. Соедините меня с главой службы безопасности. Это срочно.
– Минуточку, – ответил мелодичный голос. В нем не было ни капли удивления, словно директор заказал букет цветов на чей-нибудь день рождения.
Вскоре директор уже разговаривал с начальником службы безопасности. Он сдержанно описал ситуацию и приказал задержать двух подозреваемых и освободить его дочь. Он особо подчеркнул, что действовать следует с осторожностью, чтобы Ари ни в коем случае не пострадала. Об аресте подозреваемых следует немедленно доложить ему лично. Начальник службы безопасности заверил его в профессионализме своих людей, и запросил подробности о корабле и расчетном времени прибытия.
– Полагаю, они приземлятся около пяти часов по вашему времени. Следовательно, в четырнадцать по Гринвичу.
– Я сообщу, как только ваша дочь будет в безопасности, директор. Не беспокойтесь.
– Спасибо, Татум. Жду вашего звонка.
Прихлебатели Хокинга ждали, когда босс вернется после разговора с директором станции.
– Учитесь! – заявил Хокинг с довольной миной, входя в помещение. – Я гений!
– Ну что, он купился? – с беспокойством спросил Тиклер.
– Еще как! Клюнул, – ухмыльнулся Хокинг. – Вы бы слышали! Я запросто убедил его, что они специально похитили его драгоценную дочь. Он в наших руках, джентльмены.
Тиклер позволил себе робкую улыбку. Миллен тоже довольно улыбался.
– И не надейтесь, – продолжал Хокинг, – что я забуду о вашем провале. Но на этот раз все получилось, как надо. Даже лучше. Пусть теперь группа перехвата GM поработает, а мы посмотрим. Сандерсон сбит с толку, он не знает, чему верить. Похищение посадочной капсулы – довольно убедительный аргумент.
– А дальше что? – простодушно спросил Тиклер. Его пока не очень радовало радужное настроение босса.
– На выход! – приказал Хокинг. – Времени мало, мы должны ударить быстро. Наземная служба безопасности уведомлена, нам надо узнать, где они намереваются приземлиться, это избавит нас от лишних хлопот. Я вернусь в офис Сандерсона и подожду там, не хочу упускать его из вида. И звонок надо отследить.
– А Сальников? – спросил Курт. – Он же может рассказать, как все было на самом деле?
– Да пусть говорит, что угодно! Главное, я убедил Сандерсона, что электрошокер был у Рестона, а Сальников тоже замешан в заговоре. Что бы он теперь не сказал, ему никто не поверит. Пока доктор Уильямс держит его в одной из своих палат. Еще некоторое время он нам не помешает. Захват начался. Скоро станция будет нашей.
Аджани вел посадочную капсулу. Топливные баки небольшого корабля не предназначались для длительного полета, но поскольку они не собирались возвращаться на станцию, Аджани прикинул, что топлива хватит для безопасной посадки. Спенс и Ари полностью доверяли ему.
– Нас, конечно, будут ждать, – проговорил Спенс. – Прошло четыре часа с тех пор, как мы стартовали. У них было достаточно времени, чтобы подготовиться.
– Надо связаться с отцом, – предложила Ари. – Сообщить, что все в порядке и рассказать о Хокинге и его подручных. Тогда он сможет добиться разрешения на посадку прямо на базе.
– Я бы не хотел лететь на базу. Лучше выбрать для посадки место поспокойнее, – Аджани говорил, не прекращая работать с компьютером. – Можем приземлиться где угодно в радиусе двадцати пяти километров от базы. Так будет безопаснее. Если есть другие предложения, я слушаю.
– Так мы что, летим пока вслепую? – обеспокоился Спенс.
– Не совсем так. Просто в памяти компьютера не так уж много возможных мест для посадки с точными координатами в континентальной части США.
– И что же мы будем делать? – в голосе Спенса звучало уже нешуточное беспокойство.
– Можно выйти на орбиту и за два оборота подобрать место.
– Я так понимаю, что большие города следует исключить?
– Не обязательно. Эта машина может приземлиться практически где угодно. А вот топлива у нас маловато, долго выбирать некогда. Но, в общем, ты прав. Приземляться в Питтсбурге в час пик – так себе идея.
– Раз уж мы все равно летим в сторону Бостона, почему бы не присмотреться к старому бостонскому аэродрому? Там полно заброшенных взлетно-посадочных полос. Сейчас же оттуда летают только реактивные самолеты.
– Папа может получить разрешение, – вставила Ари. – Да и с координатами он поможет.
– М-да, – протянул Аджани, – я мог бы и сам сообразить.
– Не только у вас мозги работают, – Ари тряхнула головой.
Аджани повозился с узлом связи и через несколько мгновений нашел канал космической станции и отправил идентификационный код. В динамиках раздался четкий, спокойный голос оператора связи. Ари назвала код доступа к директорскому каналу и почти сразу выкрикнула в эфир: «Привет, папочка!»
– Ари! Дорогая! С тобой все в порядке? – В голосе директора звучали панические нотки. Видно было, как он взволнован.
– Я в порядке, папа. Правда, правда, в порядке. Тебе, наверное, уже доложили все подробности?
– Да, дорогая, я в курсе. И я уже отдал нужные распоряжения, чтобы исправить ситуацию.
Спенс и Аджани обменялись вопросительными взглядами. Возможно, Тиклера и Миллена уже поймали. Тем временем директор Сандерсон продолжал:
– Должно быть, ты очень волновалась, верно?
– Да все со мной в порядке! Не беспокойся обо мне.
– Куда они тебя везут? Ты знаешь?
– Мы хотим попасть на старый Бостонский аэропорт. Но нам нужно твое разрешение! И координаты. Если ты дашь нам эти две вещи, все будет хорошо.
– Конечно, я сделаю все, что ты попросишь, дорогая. Все, что угодно. – Последовала долгая пауза, а потом директор обеспокоенно спросил: – Они нормально с тобой обращаются?
– Ну что за ерунда, папа! Не глупи. Мы собираемся к маме. – В эфире повисло молчание. – Папа? Ты еще здесь?
Директор долго не отвечал, а потом задушенным голосом спросил:
– Я здесь, Ари. Но почему?
– Ой, это все очень непросто, я не буду тебе объяснять прямо сейчас. Но как только мы разберемся с делами, я тебе позвоню. Не волнуйся, все будет хорошо. Следи за своим давлением.
– Хорошо, дорогая. Ждите. Я передам разрешение и координаты в ближайшее время.
– Спасибо, папа! – Ари оглянулась на мужчин и сказала: – Наверное, это пока все. Я позвоню, когда мы повидаемся с мамой, и все тебе расскажу.
– Я буду очень ждать твоего звонка, дорогая. – Директор Сандерсон голосом подчеркнул слово «очень».
Ари попрощалась с отцом и повернулась к остальным.
– Знаете, как-то мне его голос не понравился. Похоже, он очень нервничает. Он даже про вас не спросил.
– Думаю, я бы тоже волновался, если бы моя дочь носилась в космосе, отстреливаясь от злодеев. – Спенса передернуло.
– А вот мне показалось другое, – медленно произнес Аджани. – По-моему, он думает, что тебя похитили.
– Да с какой стати? – рассмеялась Ари. – Это же бред какой-то! Он бы никогда в такое не поверил.
– Ну и как я говорил? Убедительно? – спросил директор Сандерсон.
– Замечательно! – одобрил Хокинг. – Вы очень хорошо провели разговор.
– Надо сообщить службе безопасности. Пусть заберут их прямо на Бостонском аэродроме.
– Не спешите! У меня есть план получше, директор. Лучше я сам задержу их.
– Вы? Но почему?..
– Послушайте меня, директор. Лучше пока не предавать дело широкой огласке, особенно, учитывая, что с ними ваша дочь. Вам же не нужно, чтобы об этом проведала пресса?
– Нет, Хокинг. Я вам не доверяю.
– Тогда отправляйтесь со мной, директор. Да, прекрасная мысль! Отправимся вместе.
Глава 22Спенс видел искусственные интерьеры Готэма, он оставил следы в красной марсианской пустыне, и потому смотрел теперь на белый трехэтажный особняк, окруженный прекрасно подстриженной лужайкой, как на средневековый замок. Холиок-Хейвен совсем не изменился за последние триста лет. Некогда он был домом богатого владельца многих судов, а теперь стал гаванью для беспокойных душ, бродивших по его коридорам и невнятно бормотавшим у живых изгородей.
Спенса удивило отсутствие ограды.
– А зачем? – беспечно ответила Ари. – Здесь прекрасно заботятся о пациентах. При каждом из них есть сопровождающий, он не оставляет их даже на минуту. Здесь держат особых людей, но агрессивных или опасных просто не берут.
Спенс удивился еще больше, когда узнал, что в этих величественных стенах живут родственники знатных старых семей, королей, торговцев и политиков – те, чье появление на публике могло бы навредить имиджу высокопоставленных лиц.
Они отметились на ресепшене за маленьким антикварным столом и теперь шли прохладными коридорами в сопровождении пожилой дамы с пурпурной орхидеей, приколотой к униформе.
– Ваша мама будет очень рада видеть вас, Ари. И ваших друзей-джентльменов тоже. – Дама легким взмахом руки пригласила их в гостиную, стены которой недавно окрасили в приятный цвет кофе с молоком.
Спенсу нелегко давалось сопоставление помпезной роскоши с безумием здешних пациентов. Он никак не мог отделаться от мысли, что и сам вполне мог бы оказаться среди этих людей. Он осматривал приют так, словно примерялся к роли одного из его постояльцев.
Они остановились перед деревянной дверью, и Ари тихонько постучала. Дверь приоткрылась. Выглянула медсестра и тут же расплылась в улыбке.
– Мисс Ариадна! Рада вас видеть! – Медсестра бегло, но внимательно осмотрела двух молодых людей за спиной Ари. – Вы пришли повидаться с матерью...
– Конечно, Белинда. Познакомься с моими друзьями. – Она представила Спенса и Аджани и спросила: – Когда я могу увидеть маму?
– Она как раз спрашивала о вас сегодня. – Медсестра распахнула дверь пошире и впустила их. – Замечательно, что вы пришли! Она сказала, что вы придете, а я не поверила!
– Спасибо, Белинда. Вы можете идти, я позвоню, когда мы закончим.
– Я как раз собиралась вести ее на прогулку. Может, вы хотите с ней погулять?
– Обязательно. Только сначала нам надо поговорить. Спасибо.
Медсестра явно предпочла бы остаться, но Ари довольно ловко выпроводила ее и закрыла за ней дверь.
– Мама? – Ари приблизилась к красному креслу в дальнем углу комнаты. Сидевшая в нем женщина ни разу не взглянула на них, пока они стояли у двери, но теперь она развернулась к вошедшим.
Спенс поразился, – настолько мать и дочь были похожи; встретив их на улице, он наверняка принял бы их за сестер. Женщина в кресле выглядела молодо, хотя ее волосы выцвели до темно-русого цвета, а в уголках глаз и рта образовались крошечные морщинки. Глаза у нее были такие же голубые, как у Ари, но другие: это были глаза затравленного человека.
– Ари! Ты, наконец, пришла! Ты получил мое письмо?
Женщина протянула руки, и Ари обняла мать. Так могло бы выглядеть обычное возвращение домой после долгой отлучки. Спенс отвернулся и посмотрел через широко открытые балконные двери на прекрасный газон снаружи.
– Я не получала никакого письма, мама. Ты мне писала?
– Да, писала… По крайней мере, я так думаю.
– Да ладно. Я же пришла. Что ты хотел мне сказать?
– Сказать? Тебе?
– Ну да, ты же зачем-то писала мне. – Ари говорил с женщиной спокойным, терпеливым тоном, как будто с застенчивым ребенком.
Спенс подумал, что они напрасно приехали сюда. Вряд ли здесь удастся получить какую-нибудь полезную информацию.
– Ты прекрасно выглядишь, дорогая, – говорила меж тем миссис Сандерсон. – Я обязательно сошью тебе красивое новое платье. Оно тебе понравится.
– Конечно, понравится. Так что ты хотела сообщить мне в письме?
– Да. Я хотела сказать тебе о Похитителе снов.
Спенс напрягся. Видимо, он был не прав, и кое-что они все-таки здесь обнаружат.
– А что насчет Похитителя снов, мама?
Аджани, который все это время держался на заднем плане, выступил вперед и встал между креслом и балконными дверями.
– Кто эти люди? – резко спросила миссис Сандерсон. – Они на него работают?
– Ну что ты, мама! Это мои друзья. Они хотят узнать о Похитителе снов. Ну, чтобы остановить его. Ты же хочешь его остановить, мама?
– Его никто не может остановить! – неожиданно выкрикнула женщина. – Поздно! Он слишком силен! Ты знаешь, он был здесь. Приходил повидаться со мной. – На лице женщины появилось хитрое выражение.
– Он здесь был? Похититель снов?
– Да. Пришел ко мне и сказал, что скоро вернется.
– А зачем он приходил?
– Хотел сделать мне подарок. Маленький красивый подарок.
– И где же он? Я его не вижу, – Ари оглядела комнату.
– Он принесет его, когда вернется. Сказал, что принесет. Надо немножко подождать и сделать, как он говорит.
– Когда вас навещал Похититель снов, миссис Сандерсон? – спросил Спенс.
– Я вас не знаю, молодой человек», – высокомерно ответила женщина, как будто Спенс был незнакомцем, обратившимся к ней на улице.
– Мама, это Спенсер Рестон. Мой друг, помнишь? А это Аджани. Тоже мой друг. Они хотят задать тебе несколько вопросов.
Женщина внимательно осмотрела мужчин, как будто запоминая, чтобы потом описать.
– Рада познакомиться с вами, джентльмены. – Она протянула руку. Мужчины почтительно пожали ее.
– Приятно познакомиться с вами, миссис Сандерсон, – произнес Аджани. В его тоне не было ни малейшего следа смущения. – Не могли бы вы рассказать нам о Похитителе снов? Меня очень интересует эта тема.
Женщина в кресле словно пробудилась от долгого сна.
– О, – тихо вздохнула она, – я снова сказала что-то не то?
– Нет, мама, – поспешила успокоить ее Ари. Мать протянула руку и рассеянно погладила дочь по плечу.
– Надеюсь, твои друзья простят меня. – Она печально улыбнулась.
– Да не о том речь, – досадливо сказал Спенс. – Мы хотим помочь вам, если сможем.
– Хорошо бы. Я бы очень хотела, чтобы мне помогли.
– Давайте вы просто расскажете нам, что вам известно о Похитителе снов. – Аджани говорил вроде бы обычным голосом, но казалось, что от него исходит особая теплота. Спенс даже подумал, что здесь вполне уместно слово «любовь». Видимо, женщине тоже так показалось, потому что она как-то разом успокоилась. Спенс никогда не видел ничего подобного. Следовало согласиться, Аджани влиял на окружающих магически.
– Это было давным-давно, – начала говорить миссис Сандерсон. Ее ярко-голубые глаза устремились вдаль, словно она смотрела сквозь годы. – Я была маленькой. Мой отец был профессором, суровым, но очень честным человеком. А еще с нами была моя мать. Я каждый день играла на улице с детьми. Мы жили в горах, милях в семидесяти от города, в крохотной деревушке под названием Рангпо.
Там было очень красиво. Отец преподавал в семинарии, в старом монастыре. Монастырский двор превратили в сад. А у нас был маленький домик неподалеку. Я до сих пор вижу яркие фиолетовые полевые цветы, росшие вдоль дороги. Мы называли их страстоцветами. А еще там росли сафлоры – красные и желтые, по всему склону холма.
Рядом располагались развалины старинного дворца. Мы ходили смотреть на него. Издали. Подходить близко нам не разрешали, слишком опасно. Мост был совсем ветхий. Говорили, что во дворце полно сокровищ – золота, рубинов. Ну, дети всегда так говорят. Но сокровища охраняют демоны Похитителя снов, и тот, кто посмеет прикоснуться к ним, тут же падет замертво.
Однажды я спросила отца о демонах. Он сказал, что это просто местное суеверие. Но мы все равно боялись подходить к развалинам близко.
Спенс заметил, что голос женщины стал мягче. Она заново переживала свое детство. Ари сидела рядом с ней, держа мать за руку. Вполне возможно, что она никогда раньше не слышала рассказов о детстве матери.
– Но однажды вы все-таки пошли туда, не так ли, миссис Сандерсон? – вкрадчиво спросил Аджани.
Женщина кивнула.
– Да, но я никому об этом не говорила. Боялась. – В глубине глаз матери Ари плеснулся давний страх.
– Там с вами что-то случилось?
– Да… Это было через несколько дней после моего двенадцатого дня рождения. Мать сказала, что я теперь молодая леди и могу сама судить обо всяких вещах. Вот я и решила заглянуть во дворец, посмотреть на сокровища. Отец же сказал, что никаких демонов не бывает, а я теперь взрослая, поэтому могу ни у кого не спрашивать разрешения.
Дворец стоял довольно далеко от деревни, так что я добралась туда уже к вечеру. Тени гор сползали в долины. Я перешла через мост, и он выдержал, хотя там зияли большие дыры в настиле. Ворот не было. Во дворе пусто и полно сухих листьев, камни покрылись мхом. Никто там не жил, ну, разве что кроме демонов. Что бы там не говорил отец, в демонов я продолжала верить.
Откуда-то доносилось пение… не совсем пение, скорее, мелодия, странная такая, ничего подобного мне слышать не приходилось. Кто-то там был, внутри. И музыка становилась громче. Я ждала, что сейчас кто-нибудь выйдет, поэтому спряталась за кустом возле остатков ворот. Но никто не пришел.
Внутрь я пробраться не могла, хотя от ворот почти ничего не осталось, замок окружали высокие стены. Да я и не хотела внутрь, так только, посмотреть… Я подождала, пока стихнет пение. Ничего не происходило. Я решила уходить. Не хотелось идти по горам после наступления темноты. Вот тогда и появился Похититель снов. Это злой и могущественный бог. Отец говорил, что есть только один Бог, и Он – любовь, но мои уличные друзья говорили, что это такой специальный христианский бог, а у них здесь – другие.
Я побежала к мосту. Тени легли поперек тропы, я не заметила яму, свалилась и подвернула ногу. Ничего серьезного, просто очень больно Я села на дорожке и потерла ногу, понимая, что должна торопиться, и надеясь, что нога мне не очень помешает.
И вот пока я сидела там, я услышала… нет, на этот раз не музыку, что-то другое. Не могу описать, просто очень странные звуки. Они доносились со стороны дворца и напоминали шелест крыльев большой птицы, но с таким характерным потрескиванием, как огонь трещит в камине.
Я оглянулась на замок и увидел его, Похитителя снов. Он стоял в воротах и смотрел на меня. Очень худой, высоченный, с длинными руками. Глаза большие и желтые, как у кошки. Он не шевельнулся, но я поняла, что он меня зовет. Как поняла? В голове почувствовала. В общем, не знаю, как это описать, но я его слышала, хотя он не произнес ни слова.
Голос миссис Сандерсон превратился в едва слышный шепот.
– Позади него я увидела три огромные черные фигуры, сгорбленных, как гигантские насекомые, с крыльями, сложенными на спинах. Они вышли из дворца и встали рядом с Похитителем снов. Наверное, он говорил с ними, но я не слышала ни слова, просто поняла, что они говорят друг с другом. Двое повернулись и улетели, а третий направился ко мне. Я поняла, что он меня заберет, и бросилась бежать.
Не помню, как я долетела до моста. Я даже не подумала, что идти по нему опасно, и опомнилась только на другой стороне. Я помчалась домой, но перед этим оглянулась. Существо стояло на той стороне моста и смотрело на меня. Я неслась изо всех сил, но оглянулась еще раз. Там уже никого не было. Я решила, что он ушел. Но… – Ее голос внезапно оборвался.
– Что было потом, миссис Сандерсон? – участливо спросил Аджани. – Не беспокойтесь, мы вам верим. – Голос у индийца был такой, каким взрослые говорят с ребенком, опасающимся вызвать гнев родителей за какой-нибудь незначительный проступок. – Пожалуйста, расскажите, что вы видели еще.
Глаза женщины стали совсем пустыми. Она была не здесь, а где-то там, далеко в прошлом, заново переживая те события. Лицо исказил ужас. Пальцы напоминали птичьи когти, с силой впиваясь в подлокотники кресла, все тело напряглось. Она заговорила, но на этот раз ее голос отчетливо дрожал. Всем троим пришлось склониться к ней поближе, чтобы разобрать слова.
– Меня накрыла тень. Я подняла голову и увидела над собой ужасное лицо. Демон широко раскинул крылья и тянулся ко мне. Я чувствовала, как он грубо подхватил меня руками и оторвал от земли. Руки у него твердые, но какие-то ломкие, как лапки у насекомого. Крылья в полете жужжали, именно этот звук я слышала возле дворца. Он отнес меня обратно к Похитителю снов и опустил на землю. От страха я даже кричать не могла, и вообще едва понимала, что происходит.
Похититель снов протянул руку и коснулся моей головы, а затем все скрыла тьма. Следующее воспоминание: я лежу на дороге за городом, недалеко от нашего дома. Не знаю, как я туда попала, но солнце почти село. Закат окрасил небо красным и оранжевым, оно было словно в огне.
Я вскочила и побежала домой. И я ни слова никому не сказала. Впрочем, говорить особо нечего, я ведь не помнила почти ничего. Но иногда во сне память возвращалась ко мне. Похититель снов звал меня без слов, я чувствовал его голос внутри себя, только образы, чужие, не мои, но я старалась не отвечать на его зов.
Примерно через неделю меня свалила лихорадка. Болезнь что-то меняла во мне. Я была и та же, и не та, но я никогда никому не рассказывала об изменениях, происходивших внутри меня. Я перестала играть с другими детьми. Я сидела в своей комнате и даже дверь запирала, чтобы Похититель снов меня не достал. Мне снились плохие сны, иногда я не спала по нескольку ночей.
А потом, во время одного из приступов, я впала в кому и спала долго-долго, хотя мне показалось, что прошло совсем немного времени. Когда я снова пришла в себя и открыла глаза, я забыла о Похитителе снов с его демонами, словно этого никогда не было. Только где-то глубоко внутри меня жило знание – было. Я не вспоминала, не думала об этом, просто знала.
Болезнь оставила меня. Через некоторое время мы уехали домой в Америку, и я попытался забыть о жизни в Индии, выкинуть ее из головы…
Миссис Сандерсон замолчала. В комнате стало тихо, как в могиле. Никто не двигался, кажется, даже не дышал; никто не хотел разрушать жуткое ощущение от ее рассказа. Но у Спенса появился вопрос, он не мог не задать его, потому что рассказ женщины вызвал некий образ в его сознании.
– Миссис Сандерсон, как выглядел дворец? Вы могли бы его описать?
– Да, – ответила она механическим голосом, словно все еще пребывала в трансе. – Старинный дворец. У него красивое название – Калитири. Вокруг высокая каменная стена, с резкими поворотами. Купола, круглые, как шары, и очень высокая башня, тонкая, как игла. Очень высокая, – повторила она. – И деревянные ворота, совсем старые.
– Спасибо. Вы мне очень помогли, – Спенс удовлетворенно кивнул.
Миссис Сандерсон, казалось, пришла в себя; она откинулась на спинку стула и наклонила голову вперед. Глубоко вздохнув, она подняла дрожащую руку и потерла лицо, оглядела посетителей и слабо улыбнулась.
– О, ты еще здесь, Ари?
– Да, все здесь, мама. Ты рассказывала о своем детстве в Индии.
– Правда? А я и не помню. Надеюсь, я не наболтала лишнего.
– Нет, нет. Я только боюсь, что ты устала.
Мать Ари и в самом деле выглядела так, словно готова была уснуть в любой момент. Ее лицо побледнело, веки тяжело опустились на глаза.
Аджани встал и сделал знак Спенсу.
– Ари, мы немного прогуляемся на лужайке. Ты можешь побыть со своей мамой, а потом присоединишься к нам.
Мужчины вышли на лужайку. Отойдя от здания, Спенс возбужденно заговорил.
– Ты слышал? – Он схватил Аджани за руку. – Я видел его – этот дворец – во сне! Он существует! Она была там, она знает. Он настоящий!
Аджани кивнул.
– И Похититель снов, Аджани? Она тоже его видела!
– А ты его видел? – Аджани внимательно посмотрел на него.
Спенс колебался.
– Ну, в этом есть что-то странное… – но тут его прервал женский крик. – Ари! – воскликнул Спенс. – С ней что-то случилось!
Они помчались обратно через лужайку. Ворвавшись в комнату, они обнаружили миссис Сандерсон крепко спящей, но Ари нигде не было видно.
Спенс бросился через комнату в коридор. Он быстро посмотрел налево и направо, но увидел только женщину с чемоданом, крадущуюся вдоль стены. Решительно подойдя к ней, он спросил:
– Вы не видели, из этой комнаты кто-то выходил?
Женщина смотрела на него широко раскрытыми невидящими глазами. Он понял, что вопрос останется без ответа.
– Корабль пришел? Мне надо спешить, я должна его встретить. Опаздывать нельзя!
Тогда Спенс бросился ко входу и спросил администратора, не видела ли она кого-нибудь?
– Нет, – ответила дама, глядя на него поверх очков. – Кроме вас, других посетителей сегодня не было.
Спенс метнулся обратно по коридору в комнату миссис Сандерсон. По пути он заглядывал в открытые двери комнат, мимо которых проходил, но там было пусто. Только одна дверь оказалась закрыта. Он со всей силы дернул ручку и влетел в комнату.
Пожилая дама повернулась и посмотрела на него с материнской улыбкой. В руках она держала какое-то растение в горшке и оглаживала его блестящие листья. Дама была абсолютно голой.
Смущенный, он быстро закрыл дверь и вернулся в комнату, где его ждал Аджани.
– Ее нигде нет, – выдохнул Спенс. – И никто ее не видел.
– Ты ее не найдешь, – со странной интонацией сказал Аджани. – Она ушла. – Он протянул Спенсу маленький черный камень, изрисованный какими-то изображениями. – Они оставили вот это, и хотели, чтобы мы нашли его. Это ключ к ответу на вопрос, куда они ее увезли.
– Что это такое? – ошарашенно спросил Спенс.
– Я пока не очень уверен, но знаю, кто может нам помочь – мой отец.
Спенс растерянно переводил взгляд с камня на Аджани. Ему показалось, что на улице резко потемнело, словно солнце закрыла грозовая туча. Острый укол страха пронзил его с головы до пят.
– Мы должны найти ее, Аджани. Пока с ней ничего не случилось. Мы должны найти ее!
