Текст книги "Поиграем, папочка (СИ)"

Автор книги: Рина Рофи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 38 страниц)

Глава 76
Огуднево

Дорога до Огуднева заняла два часа. Я гнал машину по трассе, не чувствуя ни скорости, ни времени. За окнами мелькали поля, перелески, маленькие деревушки, но я ничего не замечал. Перед глазами стояла только она. Лиза. Где ты? Дома ли?

Мысли неслись галопом. А вдруг это тот самый адрес? Вдруг сейчас я увижу её? Вдруг она выйдет из дома, и я смогу всё объяснить?

Навигатор наконец показал, что я въезжаю в деревню. Огуднево оказалось небольшим, с деревянными домами, покосившимися заборами и пыльными улицами. Я медленно ехал, вглядываясь в номера домов, стараясь не пропустить нужный.

Вот он. Дом 15. Обычный деревенский дом, каких здесь сотни. Деревянный, с резными наличниками, покрашенными голубой краской. Перед домом – небольшой палисадник, где росли цветы. Калитка была приоткрыта.

А во дворе бегали две девочки.

Одна постарше, лет десяти, со светлыми волосами, собранными в хвост. Другая помладше, лет восьми, с такими же светлыми косичками. Они гоняли мяч, смеялись, что-то кричали друг другу.

У меня сердце пропустило удар. Это они. Сёстры Лизы. Я узнал бы эти черты где угодно – они были копией её, только маленькие.

Я остановил машину, заглушил двигатель и вышел. Воздух здесь пах травами и летом, где-то вдалеке лаяла собака. Я сделал шаг к калитке и вдруг – мячик прилетел прямо в колесо моей машины, отскочил и стукнул меня по ноге.

– Ой, дяденька, извините! – закричала старшая, подбегая ко мне. Она запыхалась, щёки её раскраснелись, глаза блестели. – А вы к кому?

Я поднял мячик, посмотрел на неё. Светлые волосы, большие глаза, чуть вздёрнутый нос – вылитая Лиза. У меня внутри всё перевернулось.

– Вот те раз, – усмехнулся я, стараясь, чтобы голос звучал мягко. – Для дяденьки я вроде не старый.

– А кто? – спросила она, разглядывая меня с любопытством. Она не боялась, только изучала.

– Демид, – ответил я, присаживаясь на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. – А вы, наверное, Соня?

– Ага, – кивнула она, и глаза её расширились от удивления. – А откуда вы знаете?

– Лиза рассказывала, – улыбнулся я.

– А это Зоя, – Соня показала на младшую, которая подбежала и тут же спряталась за сестру, выглядывая из-за её плеча с любопытством и опаской.

– Здравствуйте, – сказала Зоя шёпотом, чуть улыбнувшись.

– Привет, – ответил я, протягивая ей мячик. – Держи. Не промахнись в следующий раз.

Она хихикнула, взяла мяч и прижала к себе.

– А Лиза дома? – спросил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя сердце колотилось где-то в горле.

– Лизы нет, – ответила Соня, и надежда во мне рухнула. – Она в Москву уехала.

– Когда? – выдохнул я.

– Вчера вечером, – Соня наморщила лоб, вспоминая. – Сказала, в аптеку и по делам. У неё там квартира.

– А когда вернётся?

– Не знаю, – пожала плечами она. – Сказала, через пару дней, наверное. А вы её парень?

Я хотел ответить, но тут из дома вышла женщина. Лет сорока пяти, с добрым лицом и внимательными глазами. Она вытирала руки о передник и смотрела на меня с лёгким прищуром.

– Соня, кто там? – спросила она, подходя к калитке и оглядывая меня с ног до головы.

– Мам, это Демид, – сказала Соня, оборачиваясь. – Он Лизу ищет.

Я встал, поправил пиджак. Женщина – мама Лизы – смотрела на меня изучающе, без враждебности, но и без особого доверия.

– Здравствуйте, – сказал я. – Я Демид. Друг Лизы. Очень нужно с ней поговорить. Это срочно.

– Друг? – переспросила она. – Лиза не говорила.

– Мы недавно знакомы, – ответил я, стараясь говорить честно и открыто. – Но мне очень нужно её увидеть. Это важно.

– Она в Москве, – сказала женщина, чуть смягчившись. – Уехала вчера. Сказала, по делам. Вернётся, наверное, через пару дней.

– Спасибо, – выдохнул я. – Я понял.

Я развернулся и пошёл к машине. Женщина смотрела мне вслед, девочки махали руками.

– Дяденька, а вы приедете ещё? – крикнула Соня.

– Обязательно, – ответил я, садясь за руль.

Я завёл двигатель и рванул с места. Москва. Её квартира. Она там. Я знал адрес.

Я вырулил на трассу и вдавил педаль газа в пол.

Дорога до Москвы пролетела как один миг. Я даже не заметил, как за окном сменились пейзажи, как проносились мимо деревни, леса, заправки. В голове было только одно – она. Лиза. В Москве. В своей квартире.

Я мчался к ней. Неделю не видел. Целую неделю боли, отчаяния, поисков. Моя девочка, моя ледяная королева. Моя Лизок.

Мысли неслись галопом. Как она там? Что делает? Думает обо мне? Злится? Плачет?

Она в этом одна. Из-за меня. Из-за того, что я не уберёг. Не смог защитить от этой мрази. Как же хочу прижать,обнять. Забрать эту боль. Чтобы больше никогда.

Взгляд упал на бардачок. Там, в маленькой бархатной коробочке, лежало кольцо. Я уже и не помнил, сколько раз смотрел на него за эту неделю. Сколько раз представлял, как надеваю его на её палец.

Через две недели день рождения у моей малышки. У моей девочки.

Звонок разрезал мои мысли, как нож.

Я глянул на экран – адвокат.

– Да, – ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Демид Александрович, – голос Игоря Сергеевича был деловым, но в нём чувствовалось напряжение. – Вас вызывают на допрос.

Я замер. Сердце пропустило удар.

– Когда? – спросил я.

– Сегодня. Через два часа.

– Через два часа? – переспросил я, глянув на часы. – Я только подъезжаю к Москве. Успею?

– Должны, – ответил адвокат. – Я буду вас сопровождать. Встретимся у здания.

– Там будет Мария? – спросил я, и внутри всё сжалось.

– Скорее всего, да, – подтвердил Игорь Сергеевич. – Её тоже вызовут. Это очная ставка, по сути. Будут смотреть ваши показания и вашу реацию.

– Понял, – выдохнул я.

– Демид Александрович, – добавил он. – Главное – держитесь спокойно. У нас железные доказательства. Видео, анализы, заключения. Она может врать, может давить на жалость, может провоцировать. Но вы не поддавайтесь.

– Не поддамся, – ответил я. – Я слишком долго этого ждал.

– Хорошо, – кивнул он. – Тогда через два часа у здания.

Я сбросил звонок и уставился на дорогу.

Допрос. Через два часа. Там будет она.

Я представил её лицо. Наглое, уверенное, с этой вечной улыбкой победительницы. Что она скажет? Будет врать? Плакать? Обвинять?

Мысли заметались. А что, если она что-то придумает? Что, если её адвокат окажется хитрее? Что, если…Я тряхнул головой. Нет. Доказательства железные. Видео, где она сыплет мне в бокал. Анализы крови. Заключение, что секса не было. Всё есть.

Я сжал руль. Сегодня всё решится. Сегодня эта сука получит по заслугам.

Я подъехал к зданию ровно за пять минут до назначенного времени. Сердце колотилось где-то в горле, но я заставил себя дышать ровно. Надо быть спокойным. Собранным. Железобетонным.

Игорь Сергеевич уже ждал у входа. Увидел меня, кивнул.

– Всё готово? – спросил я, пожимая ему руку.

– Всё, – ответил он. – Документы при вас?

– Да, – я похлопал по папке. – И видео, и анализы, и заключения.

– Отлично, – кивнул он. – Заходим. Держитесь спокойно, что бы ни говорили. Она будет провоцировать.

– Понял, – выдохнул я.

Мы вошли в здание. Холл, длинный коридор с кабинетами. Пахло бумагой и казёнщиной. Наконец нас пригласили в кабинет следователя.

За столом сидел мужчина лет сорока, с усталыми глазами и стопкой бумаг перед собой. Следователь. Рядом с ним – ещё один человек, видимо, его помощник.

– Демид Александрович Власьев? – спросил он, когда мы вошли.

– Да, – ответил я.

– Проходите, присаживайтесь.

Я сел на стул напротив. Игорь Сергеевич рядом. И тут же открылась дверь, и вошла она.

Мария.

В сопровождении своего адвоката – мужчины лет пятидесяти, лощёного, с дорогим костюмом и цепким взглядом. Сама Мария была одета скромно – белая блузка, тёмная юбка, никакого вызывающего декольте. Волосы убраны в строгий пучок. Лицо бледное, глаза опущены. Играла роль бедной овечки.

Она села напротив, бросила на меня быстрый взгляд и сразу отвела глаза. Прямо артистка. Оскара не хватает.

– Начнём, – сказал следователь, открывая папку. – Мария Павловна Власьева, вы обвиняетесь в умышленном причинении вреда здоровью гражданину Власьеву Демиду Александровичу. А именно – в подсыпании ему в напиток психотропного вещества, повлекшего потерю сознания и амнезию. Также вам вменяется нарушение неприкосновенности частной жизни – распространение фотографий без согласия. Вы признаёте свою вину?

Адвокат Марии тут же поднял руку.

– Моя подзащитная не признаёт вину в том виде, в котором она ей вменяется, – сказал он уверенно. – Да, факт подсыпания вещества имел место, но это было сделано не с целью причинения вреда, а из-за сильных чувств. Мария Павловна находилась в состоянии аффекта, она не контролировала себя.

Я усмехнулся про себя. Аффект. Конечно.

– Из-за чувств? – переспросил следователь.

– Да, – адвокат положил руку на плечо Марии. – Моя подзащитная до сих пор любит Демида Александровича. Они были женаты, у них была семья. После развода она не могла оправиться, пыталась вернуть его, но он отвергал её. В тот вечер она не выдержала, поддалась эмоциям.

Мария подняла глаза, и в них блестели слёзы. Настоящие или искусственные – не понять.

– Демид, – сказала она тихо, глядя на меня. – Прости меня. Я дура. Я не хотела тебе зла. Я просто… просто хотела, чтобы ты был со мной.

Я молчал. Игорь Сергеевич толкнул меня локтем – не реагируй.

– Однако, – продолжил адвокат, – моя подзащитная отрицает, что между ними был половой акт в ту ночь. Она утверждает, что Демид Александрович был в таком состоянии, что ничего не мог делать. Она просто раздела его и легла рядом, сделав несколько фотографий. Это было глупо, но не преступление.

– Фотографии она отправила его нынешней девушке, – вставил следователь.

– Да, – кивнул адвокат. – Это было сделано в состоянии отчаяния. Мария Павловна понимает, что это неправильно, и готова понести наказание за распространение фотографий. Но обвинение в умышленном причинении вреда здоровью она не признаёт.

Следователь посмотрел на меня.

– Демид Александрович, ваши показания.

Я выдохнул. Игорь Сергеевич кивнул.

– Я подтверждаю, – сказал я твёрдо, – что Мария Павловна подсыпала мне в напиток психотропное вещество. Я это помню смутно, но видео с камер ресторана это подтверждает. После этого я потерял сознание и ничего не помню до утра. Проснулся в её квартире раздетым, с ней рядом.

– Вы помните, был ли между вами половой акт? – спросил следователь.

– Нет, – ответил я. – И медицинская экспертиза подтверждает, что его не было.

Игорь Сергеевич протянул бумаги.

– Вот заключение независимой клиники. В крови Демида Александровича обнаружены бензодиазепины в высокой концентрации. Это вещество вызывает полную потерю сознания и амнезию. Также вот заключение о том, что полового акта в ту ночь не было. Последний половой акт был за день до этого, с его девушкой.

Адвокат Марии усмехнулся.

– Экспертизу можно подделать, – сказал он. – У Демида Александровича достаточно средств.

– У нас есть видео, – парировал Игорь Сергеевич, доставая флешку. – С камер ресторана. Где ваша подзащитная открыто, с улыбкой, сыплет порошок в бокал. Это не аффект, это спланированное действие.

Следователь вставил флешку, просмотрел видео. Кивнул.

– Видео качественное, – сказал он. – Лицо видно.

– Это ничего не доказывает, – упёрся адвокат Марии. – Мария Павловна могла сыпать что угодно. Сахар, например.

– Анализы крови подтверждают, что это был наркотик, – отрезал Игорь Сергеевич. – Совпадение?

– Могло быть иначе, – не сдавался адвокат. – Демид Александрович мог принять наркотик сам.

Я не выдержал.

– Зачем мне это? – спросил я, глядя на него. – Чтобы потом проснуться у бывшей жены и получить кучу проблем?

– Не знаю, – пожал плечами адвокат. – Вы богатый человек, у вас свои мотивы.

– Мотив был у вашей подзащитной, – вмешался Игорь Сергеевич. – Вернуть бывшего мужа. Разрушить его новые отношения. Что она и сделала, отправив фотографии его девушке.

Следователь слушал, делал пометки.

– Мария Павловна, – обратился он к ней. – Вы подтверждаете, что подсыпали вещество в бокал?

Мария всхлипнула, вытерла слезу.

– Да, – сказала она тихо. – Но это было не со зла. Я люблю его. Я просто хотела, чтобы он остался со мной. Поговорил. Я не думала, что это так подействует.

– Вы отдавали себе отчёт в своих действиях? – спросил следователь.

– Нет, – быстро сказал её адвокат. – Она была в состоянии аффекта.

– Я спрашиваю вашу подзащитную, – осадил его следователь.

Мария посмотрела на меня. В глазах её было что-то – не то раскаяние, не то игра.

– Я не думала, – сказала она. – Просто сделала.

– А фотографии? – спросил следователь. – Зачем вы их отправили?

– Чтобы она ушла, – честно ответила Мария. – Чтобы он остался со мной.

Следователь вздохнул.

– Хорошо, – сказал он. – Допрос окончен. Материалы будут изучены. Решение о возбуждении уголовного дела будет принято в ближайшие дни. Все свободны.

Мы встали. Мария выходила первой, её адвокат поддерживал её под руку. У двери она обернулась, посмотрела на меня.

– Демид, – сказала она. – Я правда люблю тебя.

– Ты любишь только себя, – ответил я.

Она вышла. Игорь Сергеевич похлопал меня по плечу.

– Всё идёт хорошо, – сказал он. – С такими доказательствами ей не отвертеться.

– Спасибо, – выдохнул я.

Мы распрощались с адвокатом у здания. Игорь Сергеевич пожал мне руку, сказал, что будет на связи, и уехал. Я остался стоять на ступеньках, глядя в летнее московское небо.

В груди кипело. Допрос прошёл, доказательства приняли, Мария пыталась разыграть спектакль, но видео и анализы были сильнее её слёз. Теперь оставалось только ждать решения.

Но главное было не это. Главное – Лиза.

Я набрал Кирилла. Он ответил после первого гудка.

– Ну что, Дем, – выдохнул он. – Нашёл Лизу?

– Ездил, – ответил я, садясь в машину. – Нашёл её маму и сестёр. В деревне Огуднево. Сказали, она в Москву приехала.

– В Москву? – переспросил Кир.

– Да. Вчера вечером. Я знаю, где искать, адрес её квартиры знаю. Подвозил же.

– Отлично, – в голосе Кира слышалось облегчение. – Теперь поговорить бы вам. Всё объяснить.

– Да… – выдохнул я. – Кстати, был на допросе.

– Ооо, – оживился Кир. – И как?

– Сложно, – я покачал головой. – Мария там с адвокатом. Играли роль бедной овечки. Говорили про аффект, про любовь, про то, что не хотела зла.

– И что?

– Адвокат наш всё разложил. Видео показали, анализы. Следователь сказал, что решение будет в ближайшие дни. Но скорее всего, дело возбудят.

– Отлично, – Кир хмыкнул. – Пусть эта сука получает по заслугам.

– Да, – согласился я. – Но сейчас главное – Лиза.

– Ты к ней?

– Да. Прямо сейчас.

– Давай, Дем. Удачи. Она может не сразу поверить.

– Знаю, – ответил я. – Но я сделаю всё, чтобы она поняла.

Я сбросил звонок и завёл двигатель. Вбил в навигатор адрес её дома. Тот самый, куда я подвозил её когда-то. Теперь то мы встретимся и все расскажу. Она умная девочка, выслушает, поверит.

Глава 77
Встреча

Я подъехал к её дому, заглушил двигатель и несколько секунд сидел, глядя на знакомый подъезд. Сердце колотилось где-то в горле. Здесь, за этими стенами, была она. Моя Лиза.

Я вышел из машины, поднялся на лифте. Коридор, знакомая дверь. Я позвонил.

Тишина.

Позвонил ещё раз. Снова тишина.

Достал телефон, набрал её номер. Гудки, потом сброс. Написал сообщение – не читает.

– Чёрт, – выдохнул я, прислонившись лбом к холодной двери.

Я стоял так несколько минут, не зная, что делать дальше. И вдруг услышал шаги на лестнице. Обернулся.

Она.

Лиза стояла на лестничной клетке этажом ниже. Бледная, с огромными глазами, в которых плескалась боль. В руках – пакет из аптеки.

– Лиза, – выдохнул я, делая шаг к ней.

Она отшатнулась.

– Не подходи, – голос её дрожал. – Не надо… уходи.

– Лиза, я не изменял, – сказал я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Это подстава. У меня есть доказательства.

– Уйди, Демид, – она попятилась. – Прошу… не надо. Я не хочу тебя видеть.

– Лиза, послушай…

И тут дверь на соседней лестничной клетке распахнулась. Высунулась женщина лет шестидесяти, в халате и с бигудями на голове.

– О! Что тут за Санта-Барбара на площадке? – закричала она, уперев руки в боки. – Ну-ка брысь, алкашня!

Она узнала Лизу и сменила тон.

– А это ты, Лизонька? – всплеснула руками. – А это что за мужик? Ну-ка не обижай нашу Лизу!

– Я не обижаю, – попытался я объяснить.

– Ну-ну, – прищурилась она. – То-то она бледная. Пшёл вон, пока полицию не вызвала!

– Но… – начал я.

Лиза отшатнулась и вдруг побежала вниз по лестнице.

– Лиза, стой! – крикнул я, рванув за ней.

– Нет, Демид… – донеслось снизу. – Не подходи… не трогай… уйди… я…

– Дай объяснить! – крикнул я, догоняя.

Она остановилась на пролёте, повернулась ко мне. Глаза её были мокрыми от слёз.

– Что объяснять? – закричала она. – Что⁈ Что ты переспал с бывшей женой⁈

Женщина на лестнице ахнула. Я услышал, как она всплеснула руками.

– Ох ты ж боже мой! – запричитала она. – Да это похлеще сериалов на телеканале «Россия»! Так его, Лизонька! Пусть знает, кобелина!

– Лиза, – я сделал шаг к ней. – Это не то, что ты думаешь. Я был в отключке. Мне подсыпали. У меня есть доказательства.

– Какие доказательства? – всхлипнула она. – Я видела фото!

– Это фото сделали, когда я был без сознания, – сказал я. – Меня накачали наркотиками. Анализы есть. Видео есть.

Она смотрела на меня, и в глазах её мелькнуло сомнение.

– Видео? – переспросила она.

– Да. С камер в ресторане. Видно, как она сыпет мне в бокал.

Лиза молчала. Слёзы текли по её щекам.

– Лиза, – я шагнул ближе. – Пожалуйста. Дай мне пять минут. Просто пять минут. И если не поверишь – я уйду. Навсегда.

Она смотрела на меня. Долго. Потом кивнула.

– Пять минут, – сказала она тихо. – И уйдёшь.

– Спасибо, – выдохнул я.

– Лиза, не верь кобелю! – крикнула женщина с лестницы. – У него на лице всё написано!

Злость кипела внутри. Эта бабка ещё подначивала, видя и без того непростую ситуацию.

– Женщина, не мешайте! – рявкнул я, не оборачиваясь.

– Ох, посмотри на него! – всплеснула она руками. – Ещё указывает мне! Ну я сейчас тебя шваброй огрею! За Лизоньку! Она девочка хорошая, а ты…!

Я проигнорировал. Смотрел только на Лизу. Она стояла, вжавшись в стену, и дрожала.

– Лиза… послушай, – я говорил быстро, боясь, что она убежит. – Первое, что ты должна знать: секса не было. Есть анализы. Я сдал. С печатями, с подписями. Адвокат подтвердит. Последний раз был с тобой. В четверг.

Я видел, как она дрожит. Губа трясётся, маленькая моя. Я хотел обнять, успокоить, забрать всю эту боль. Она отшатнулась.

– Чёрт, – выдохнул я… Моя девочка.

– Дальше, – продолжил я. – В крови нашли наркотик. Который вырубает полностью. Я был в отключке. Меня притащили к себе, раздели, уложили. Может, кто-то помог, хер знает. А потом она легла и сфоткалась, как с куклой из сексшопа.

– Анализы на наркотик тоже есть, – добавил я. – Сильное. Под ним я не мог функционировать вообще. Полная отключка. Мозг вырубается. Кто-то спит сутки.

– Ох ты ж, посмотри на него! – снова вмешалась женщина. – Наплёл-то! Хоть сериал снимай! Кобелина!

Я обернулся. Она уже шла ко мне со шваброй наперевес.

– Ну-ка от Лизы отойди! – закричала она, размахивая орудием.

– Женщина! – рявкнул я.

– Отойди, сказала! – она ткнула шваброй мне в грудь. – Лапшу тут про анализы вешает!

– Лиза, – я попытался игнорировать её. – Я на Марию завёл уголовное дело. По статье «умышленное нанесение вреда здоровью». Адвокат подтвердит.

Швабра прилетела мне по плечу.

– Да чёрт! – я дёрнулся. – Женщина, успокойтесь!

Пока я отбивался от неё, Лиза прошмыгнула наверх.

– Лиза! – крикнул я. – Я правду сказал! Лиз, посмотри на меня!

Она замерла на секунду. Обернулась. В глазах её были слёзы и боль.

– Моя девочка, – прошептал я.

Она зашла в квартиру и закрыла дверь.

Я остался стоять на лестнице. Женщина со шваброй замерла, глядя на меня.

Я стоял на лестнице, глядя на закрытую дверь. В груди разрывалось от бессилия. Она там. Одна. С этой болью. А я здесь, с этой шваброй и бабкой, которая всё испортила.

– Вы помешали, – сказал я, поворачиваясь к женщине.

– А ты напел херню свою выдуманную! – она упёрла руки в боки, швабра торчала вверх, как копьё. – Лизе воду баламутишь! Я-то думаю, чего её неделю нет, а она от тебя, кобеля, сбежала! Тьфу на тебя!

– Я не кобель, – устало ответил я.

– Ну-ну, – фыркнула она. – Все вы так говорите. А девки потом плачут.

Я вздохнул. Спорить с ней бесполезно.

– Можно я здесь постою? – спросил я. – Просто постою.

– Стой, – разрешила она. – Но если что – я полицию вызову. У меня дочь в полиции работает.

– Хорошо, – кивнул я.

Она ещё раз оглядела меня с ног до головы и ушла в свою квартиру, хлопнув дверью.

Я остался один.

Я сидел на полу, прислонившись спиной к её двери, и смотрел в одну точку. В голове было пусто. Только одна мысль: она не поверила. Она ушла.

Телефон завибрировал. Я посмотрел на экран – Кирилл.

Написал ему:

Я: Поговорил…

Ответ пришёл почти сразу.

Кирилл: И?

Я: Ушла…

Кирилл: Блядь…

Я убрал телефон и закрыл глаза. Тишина давила на уши. Где-то внизу хлопнула дверь подъезда, залаяла собака. А я сидел и ждал. Сам не знаю, чего.

Может, она передумает. Может, откроет. Может, поверит.

Я достал телефон, открыл её номер. Написал:

Я:Лиза, я здесь. Буду сидеть, пока не откроешь. Или пока полицию не вызовешь. Но я не уйду.

Отправил и снова уставился в стену.

Ждать. Только ждать.