Текст книги "Коварные бордовые глаза (ЛП)"

Автор книги: Лейси Лехоцки

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 42 страниц)

– Спасибо, – сказал он, протягивая мне тарелку.

Я приняла её с кивком. В его гранатовых глазах появилось понимание, пока он тоже сбрасывал сапоги и усаживался на полу, скрестив ноги.

– Если будешь говорить шёпотом, никто тебя не услышит, – сказал он мне. – Снаружи довольно шумно.

Я повторила его позу и устроила тарелку на коленях.

– Ты уверен?

Пережёвывая полоску вяленого мяса, он кивнул.

Напряжение в груди ослабло, и я тоже принялась за еду, слишком голодная для разговоров. Через несколько минут и я, и Изгат закончили есть, и мой желудок недовольно сжался, когда я проглотила последний кусок.

– Мне это было нужно, – призналась я, поглаживая живот.

– Если захочешь ещё, скажи, и я принесу. Я сказал Дромаку и Узадану, что ты вымоталась после последнего подъёма, так что сегодня тренироваться не будешь. Хотя они и так подумывали всё отменить. Никто не чувствует себя хорошо на этом участке дороги. Лучше отдохнуть и привыкнуть к высоте, чем загонять новобранцев.

– Нас ещё можно называть новобранцами? – усмехнулась я, ставя тарелку ближе ко входу, а затем укладываясь на бок.

Подперев голову сжатым кулаком, я не сводила взгляда с Изгата.

– Возможно, нет, – ответил он. – Вы определённо больше не сражаетесь и не ведёте себя как новички. На самом деле большинство жителей Стрыя привыкли к армейской жизни быстрее, чем я предполагал.

– Потому что мы привыкли к тяжёлому труду. Столица ведь должна откуда-то получать еду.

Свободной рукой я играла с концом своей косы и кожаным ремешком, удерживавшим её. Взгляд Изгата резко метнулся к нему, затем скользнул по изгибам моего тела и вернулся к лицу.

– Ты и правда красивая женщина, Ассирия, – сказал он с той мягкостью в голосе, которая стала почти такой же успокаивающей, как аромат роз Бордовы.

Жар разлился по моей коже, несмотря на холодный горный воздух. Изгат отставил тарелку в сторону, а затем повторил мою позу на полу. В его гранатовых глазах отражались желание и тревога, пылавшие в моих бордовых.

– Спасибо, – прошептала я, опуская взгляд туда, где мои пальцы теребили волосы.

– С тех пор как мы покинули Стрый, я чувствую это… притяжение к тебе. Сначала я думал, что всё дело в том, что моя магия ощущала в тебе что-то странное. Но теперь, когда я знаю правду, начинаю задумываться, не Судьбы ли сводят нас вместе, – тихо произнёс Изгат. – Мы не истинная пара. Связь запечаталась бы в тот миг, когда наши взгляды встретились. И всё же меня неудержимо тянет к тебе. Разве ты этого не чувствуешь?

– Чувствую, – выдохнула я, потому что это было правдой. – Судьбы… кто знает, какие у них планы на меня, на нас, на тебя. Я всегда думала, что Жнец проклял меня, сделав Вагача моим мужем, но теперь начинаю верить, что у Ткачихи для меня иной путь.

Вагач был всего лишь ступенью, поставившей меня на эту безумную траекторию, несущую к войне, которая прежде казалась скорее далёкой легендой, чем реальностью. Может быть, я вовсе не должна была становиться женой Корманзо и рожать ему детей. Многие девушки из моей деревни мечтали о большой семье и любящем муже. Многие получили это и были совершенно, блаженно, до тошноты счастливы. Я тоже хотела испытать это чувство. Возможно, моя судьба ждала меня за пределами того, что мне всегда внушали как моё предназначение, и всё, что мне оставалось, – протянуть руку и взять её.

– Скажи мне, чего ты хочешь, Ассирия.

Изгат придвинулся чуть ближе.

Моё сердце пропустило удар. Магия Изгата, должно быть, была сильнее, чем предупреждала Жрица Анара, потому что внезапно мне захотелось рассказать ему все свои самые тёмные тайны, захотелось, чтобы он касался меня так же, как Дромак касался той падшей женщины.

Меня мгновенно потянуло к Изгату, а за последние недели, что мы работали вместе, этот интерес только усилился. После того как он увидел меня купающейся, всё стало ещё сильнее для нас обоих. А затем случилось то в Осиеке. День за днём напряжение между нами росло, и сейчас я стояла на самом краю, готовая упасть в него.

Но могла ли я это сделать? Могла ли довериться ему?

Я втянула воздух, когда наши взгляды встретились.

– Я не уверена, чего хочу и как это делать, – прошептала я, и собственный голос показался мне чужим после столь долгого молчания.

– Позволь мне показать тебе, – промурлыкал Изгат, сокращая оставшееся между нами расстояние.

Я вздрогнула, когда его пальцы коснулись обнажённой кожи моего горла, а затем скользнули к пуговицам на рубашке.

– Хорошо, – выдохнула я, кивнув.

Каждое прикосновение его пальцев к моей коже ощущалось как огонь, и ткань медленно разошлась, открывая округлость моей груди. Соски напряглись под лентой, стягивавшей их, привлекая внимание Изгата, пока рубашка соскальзывала на пол. Но когда он снова поднял взгляд к моему лицу, у меня перехватило дыхание.

– Ты самая прекрасная женщина, которую я когда-либо видел, Ассирия. Я не разбрасываюсь такими словами. Ты видела, где мы были в Осиеке. Я бывал во многих подобных местах. Но ещё никогда меня не тянуло к кому-то так необъяснимо сильно, как к тебе.

Его пальцы коснулись кожи над моим пупком, медленно скользнули вверх по центру груди, затем обвились вокруг моей шеи сзади и запутались в косе.

– Ты уверен, что дело не в твоей магии? – с трудом выдавила я, пока сердце бешено колотилось в груди.

Его лицо приблизилось, и мой взгляд невольно опустился к его губам.

– Уверен, – ответил он, и его дыхание скользнуло по моей коже, заставив меня вздрогнуть. – Я знаю разницу между похотью и божественным притяжением.

Неосознанно я уже сжимала пальцами его рубашку. Жар его тела проникал в меня, и Изгат тихо, низко застонал. Его ладонь легла мне на поясницу, а затем притянула ближе, так что моя стянутая грудь прижалась к твёрдым мышцам его груди.

Свободной рукой он обхватил мою косу и осторожно отвёл мою голову в сторону, проводя носом по моей шее к изгибу плеча.

– Изгат, – выдохнула я, сама не понимая, о чём прошу.

Он улыбнулся у моего плеча, едва заметно царапнув его зубами.

– Ассирия.

Моё имя в его устах звучало порочно сладко.

Нить этой чувственной магии коснулась обнажённых участков моей кожи, и я прикусила губу, сдерживая стон. Изгат наклонился к моему уху.

– Лучше постарайся быть как можно тише.

Я кивнула, и Изгат отстранился. Он помог мне выпрямиться, пока мы не оказались на коленях друг напротив друга. Изгат расстегнул кожаный доспех и отбросил его в сторону, затем стянул через голову белую тунику под ним, открывая рельефный живот, которым я невольно любовалась каждый раз во время наших пробежек.

– Судьбы, – простонал он, скользя взглядом по моему телу. – Ложись на подстилку.

Нерешительно поднявшись, я перевела взгляд с Изгата на груду одеял на его стороне палатки.

Словно почувствовав моё колебание, Изгат взял меня за руку и потянул к себе.

– Мы остановимся, когда ты захочешь остановиться. Моя магия чувствует всё, что связано с желанием, и я ощущаю твою нервозность.

Сглотнув, я кивнула.

– Я немного нервничаю, да. Я хочу этого. Просто…

– У тебя никого не было, кроме Вагача, – закончил он.

Я снова кивнула.

Выдохнув, он взял и вторую мою руку, отступая назад к импровизированной постели.

– Доверься мне. Я заставлю тебя чувствовать себя хорошо. Скажи остановиться, если тебе станет слишком тяжело. Обещаю, сегодня мы не будем соединяться.

Недоумение заставило мои брови сойтись.

– Но разве не для этого я нужна? Чтобы рожать детей. Почему ты не хочешь воспользоваться такой возможностью, особенно с моей силой?

Изгат опустился на одеяла, устраивая голову на маленькой подушке, а затем потянул меня на себя, усаживая верхом на свои бёдра.

– Потому что я знаю, чем рискуем мы оба, если нас поймают. И потому что сейчас не время для детей. У нас будет достаточно времени после того, как мы перебьём Ангелов и построим дома на их земле.

– Но зачем тогда мы… если не собираемся…

Изгат положил руки мне на талию, а затем качнул бёдрами подо мной, прижимая свою твёрдость к моему центру. Я сжала губы, подавляя резкий вдох.

– Соединение нужно не только ради детей. Оно ещё и ради удовольствия. Хотя твоя жрица, скорее всего, не учила тебя этому, раз ты женщина.

Кончик его пальца коснулся моего подбородка, приподнимая его, когда я снова уставилась на его пресс.

– Доверься мне.

– Хорошо, – прошептала я, тяжело дыша.

Без предупреждения он перевернул нас, и я оказалась лежащей на спине под ним, прижав ладони к его груди. На мгновение его лицо сменилось лицом Вагача, и я напряглась, резко втянув воздух.

Изгат убрал волосы с моего лица и тихо произнёс:

– Ты в безопасности рядом со мной, Ассирия.

Кивнув, я заставила себя расслабиться. Мышцы Изгата перекатились под кожей, когда он медленно опустился ниже. Его лицо зависло над моим, губы были так близко, что мне стоило лишь чуть приподнять подбородок, чтобы поцеловать его.

Я закрыла глаза, когда это мягкое ощущение скользнуло по моей коже. Из меня вырвался долгий тихий стон, а тело само выгнулось, когда оно поднялось вверх по моим бёдрам.

– Позволь моей магии окутать тебя, – промурлыкал Изгат, и от его горячего дыхания по коже побежали мурашки.

Он оставил лёгкий, как перо, поцелуй на моей ключице. Тепло расцвело в этом месте и разлилось по телу, словно медленная река, унося с собой всё напряжение, остававшееся в мышцах. К тому моменту, как оно достигло пальцев ног, я была расслаблена так, как не была никогда в жизни. Мне хотелось лишь одного: остаться в этом блаженном состоянии навсегда.

Затем его губы накрыли мои.

Этот поцелуй не был ошеломляющим, скорее медленным, чувственным нарастанием, как гроза, подступающая издалека. Первые несколько прикосновений его губ к моим были дразнящими, исследующими. Нити его магии скользили по моей коже, вызывая дрожь, а потом между нами словно что-то оборвалось. Его руки скользнули под меня: одна легла на поясницу, другая – на затылок, прижимая меня к нему. Тихий всхлип невольно сорвался с моих губ, и он тут же забрал его своим ртом вместе с настойчивым движением языка.

Меня никогда не целовали с такой страстью, и я потерялась во вкусе дымных трав на его языке, в пьянящем аромате его мускуса и жаре его прикосновений. Мой язык переплёлся с его в естественном танце, и с низким мужским стоном он втянул мою нижнюю губу в рот, а затем отпустил с тихим влажным звуком.

– Обхвати меня ногами за талию, Ассирия, – прошептал он мне на ухо, и бархатная мягкость его голоса заставила меня задрожать самым сладким образом.

Я сделала, как он велел, ощущая его твёрдость у своего центра. Из меня вырвался тихий вздох, когда он поцеловал место под моим ухом и прижался ко мне бёдрами.

Уже сейчас эта близость нравилась мне гораздо больше, чем любое мгновение с Вагачем.

Я запрокинула голову, безмолвно прося ещё его губ на своей шее. Он подчинился, оставляя медленные, тягучие поцелуи по всей её длине. Под моей ладонью его сердце колотилось всё быстрее, словно лошадь, сорвавшаяся в галоп. Эти сильные руки отпустили меня и упёрлись по обе стороны от моей головы. Получив больше пространства, его язык скользнул к округлости моей груди.

Я откинула голову назад, наслаждаясь каждым прикосновением.

Пальцы скользнули вдоль моих рёбер, нашли узел на полоске ткани и потянули за него. Через мгновение повязка ослабла, соскользнула вниз, открывая мою грудь. Изгат выругался, и я подняла голову, увидев, как он смотрит на меня с заворожённым восхищением.

Затем его глаза встретились с моими.

– Можно?

– Да, – выдохнула я, убирая руки с его груди на точёные плечи, чтобы дать ему больше места.

Жажда вспыхнула в его взгляде, и без колебаний он опустил голову к одному соску, втягивая его в рот. Он предугадал звук, который вырвется у меня, лучше, чем я сама, потому что уже в следующее мгновение накрыл ладонью мой рот, заглушая вскрик. Его глаза блеснули весельем.

– Я постараюсь быть тихой, – жалобно пробормотала я ему в ладонь, но слова прозвучали лишь приглушённым звуком.

Он выпустил сосок, слегка проведя по нему зубами, а затем медленно убрал руку от моего рта.

– Как бы мне хотелось не заглушать твои стоны, Ассирия. Ты заслуживаешь того, чтобы петь о своём наслаждении всему миру.

От этих слов между моих бёдер стало влажно. Невольно я прижалась к твёрдой длине, упиравшейся в меня. Ресницы Изгата дрогнули от этого движения, и он резко втянул воздух, приподняв подбородок.

– Тебе нравится? – прошептала я.

– Очень, очень сильно, – простонал он, и этот низкий рокочущий звук только разжёг моё желание продолжать двигаться так же.

И я повторила это движение, снова и снова, пока Изгат не схватил меня за затылок и не впился в мои губы. Мои чувствительные соски тёрлись о его твёрдую грудь. Наши языки сталкивались и боролись друг с другом за пространство, а обмен дыханием кружил мне голову. Каждый нерв в моём теле дрожал под его прикосновениями. Его магия становилась глубже вместе с тем, как росло моё наслаждение.

Изгат слишком рано разорвал поцелуй. Подняв на меня взгляд, в котором зрачки почти полностью поглотили гранатовый цвет радужки, он сказал:

– Скажи мне, когда остановиться.

– Не останавливайся, – взмолилась я, переполненная напряжением.

Мои губы беззвучно раскрылись, когда он снова прижался ко мне бёдрами, напрягая мышцы рук по обе стороны от моей головы.

Опускаясь ниже, он завис над моей грудью, наблюдая за мной, пока проводил языком сначала по одному соску, затем по другому. Когда они стали влажными, он подул на них прохладным воздухом, и по моей коже рассыпались мурашки. Затем он принялся за них по-настоящему: посасывал, тянул, лизал, слегка покусывал, пока я окончательно не растаяла под ним от удовольствия. Дромак не потратил и трети того времени в Оссиеке, что Изгат сейчас тратил на меня, и Судьбы, я никогда не хотела, чтобы он останавливался.

Мои бёдра стали влажными, а внутри пульсировала нужда, о существовании которой я прежде даже не подозревала.

– Изгат, – прошептала я, и в этом звуке было столько желания, что мне стало всё равно, слышно ли это.

Он замер, затем поднял взгляд к моему лицу. Из меня вырвался протестующий звук.

– Да?

– Я хочу большего, – тяжело дыша, сказала я, чувствуя, что тело натянуто до предела и может лопнуть в любой миг.

Улыбка тронула его губы.

– Большего чего?

– Наслаждения.

Я схватила одну из его рук и направила её к своему центру. Он один раз сильно качнул бёдрами, и мои глаза закатились от вспышки ощущений. А затем он оставил меня ни с чем, откинувшись назад на пятки.

Жар залил мою грудь и щёки, пока он неподвижно смотрел на меня с выражением, которое я не могла распознать.

– Я сделала что-то не так? – спросила я, нахмурившись.

– Нет, Ассирия. Я поражён тобой.

Не отводя взгляда, он потянулся к поясу штанов Вагача, которые теперь свободно сидели на моих бёдрах. Скользнув большими пальцами по моей разгорячённой коже, он стянул их вниз, ненадолго остановившись, чтобы я приподняла бёдра и помогла ему снять их полностью.

– Как Вагач мог держать в клетке такое прекрасное создание, выше моего понимания.

Уперевшись руками по обе стороны от меня, он опустил губы к тазовой косточке и поцеловал её. Моё дыхание сбилось, когда он повторил это с другой стороны. Затем его рот опустился ниже, зависнув так близко, что я чувствовала его дыхание на своей влажной коже.

– Такая мокрая, Ассирия. Готов поспорить, я смог бы довести тебя до пика одним движением пальца. Скажи мне, – он сделал паузу, поднимая взгляд, – ты когда-нибудь испытывала оргазм раньше?

– Нет, – выдохнула я, настолько переполненная желанием, что уже не смогла бы расслабиться, пока это напряжение внутри не разорвётся.

Глухое урчание разочарования прокатилось в его груди.

– Значит, это придётся исправить.

Воздух дрогнул у меня в груди.

Одна его рука сдвинулась, проводя обжигающую дорожку по внешней стороне моего бедра, затем скользнула между ног и поднялась к самому центру. Она прошла по влажности и остановилась прямо перед местом, которого я так отчаянно желала.

– Хочешь, чтобы я коснулся тебя здесь?

Он едва ощутимо провёл по моим влажным складкам.

– Да, – каким-то образом выдавила я.

Кажется, я почти почувствовала его улыбку на своей коже. Он лёгким движением провёл вверх к моему клитору.

– Ох! – ахнула я, когда он надавил.

Мои бёдра дёрнулись от нахлынувшего удовольствия. Но вместо того чтобы продолжить касаться меня там, его рука поднялась выше и мягко прижала меня обратно к постели.

– Тише, – тихо произнёс он, а затем положил ладони на чувствительную кожу внутренней стороны моих бёдер и развёл мои ноги шире.

Моё тело сжалось, когда его горячее дыхание коснулось самого центра. Его пальцы подбирались всё ближе, пока не скользнули по собравшейся там влаге.

Ещё одна волна магии Изгата прокатилась по мне, и я снова расслабилась с тихим вздохом. Двумя пальцами он раскрыл меня, а затем один медленно вошёл внутрь. Воздух вырвался из моих лёгких, когда он погрузился до третьей фаланги, согнул палец и затем медленно вытянул его обратно.

Я прикусила губу, пока он продолжал это движение, а мои ноги дрожали от всё нарастающего удовольствия. Затем его большой палец прижался к клитору, и от этого прикосновения внутри меня вспыхнуло блаженство, рассыпаясь триллионом крошечных звёзд. Но Изгат не остановился, не позволил мне прийти в себя. Я потеряла всякое ощущение времени и реальности, пока он выжимал из меня каждую каплю моего первого оргазма.

– Изгат, – тяжело выдохнула я, наконец возвращаясь в собственное тело и осознавая, что вцепилась пальцами в его одеяла, пытаясь хоть как-то удержаться в реальности.

Он усмехнулся у моей кожи, затем поднялся, вытирая рот.

– Я бы сказал, это давно должно было случиться.

Я словно растаяла, постепенно превращаясь в мягкую бесформенную массу. Каждая мышца в моём теле обмякла, а усталость тянула за каждую частицу моего существа. Я моргнула, глядя на Изгата и его самодовольную улыбку.

– Это было невероятно.

Он тихо хмыкнул со смешком, затем устроился позади меня. Его рука легла мне на талию, притягивая вплотную к себе. Его твёрдость упиралась мне в спину, но он никак не пытался облегчить собственное состояние.

– А ты не хочешь… – начала я, но он прервал меня лёгким укусом за плечо.

– Нет, на сегодня тебе достаточно удовольствия. Нельзя давать тебе всё сразу, иначе ты быстро устанешь от меня, Ассирия.

То, как Изгат произнёс моё имя, заставило дрожь пробежать по моей коже. Его голос ласкал это слово почти так же, как его магия ласкала меня.

Я тихо рассмеялась, чувствуя, как тяжелеют веки.

– Спасибо тебе, Изгат. За всё.

Ответил ли он мне, я уже не узнала, потому что сон поглотил меня в тот самый миг, когда последнее слово сорвалось с моих губ.

20

Ужгород издалека был похож на кровавое пятно на укрывшей его долине. От саманных построек раскинувшихся зданий, составлявших город, до тёмно-серых базальтовых колонн дворца Дьёр, возвышавшегося на холме с идеальным видом на горы, всё выглядело так, будто Судьбы взяли зловещий нож и полоснули по своим ладоням, позволив своей красно-чёрной крови расплескаться по этой земле и создать её. Несмотря на то что стояла середина лета, в тонком воздухе всё ещё держался холод, а вдали заснеженные вершины подмигивали на солнце.

– Мне никогда не надоест этот вид, – заметил Изгат.

Мы сидели верхом на своих скакунах, наблюдая, как наши подразделения спускаются по склону в долину.

– Не могу представить, чтобы кому-то могло, – ответила я, подняв руку к глазам, чтобы заслониться от полуденного солнца.

Внутри меня расцвело восхищение, пока я скользила взглядом по этому необъятному простору.

– В какой стороне Мир Ангелов?

– Вон там, – сказал он, указывая на запад, где, если прищуриться и чуть наклонить голову, становилась видна стена, тянувшаяся между двумя мирами. – А там, – он перевёл палец обратно в сторону Ужгорода, – военный лагерь.

Мои брови взлетели вверх. Как я умудрилась не заметить его раньше?

Огромное скопление шатров серых, чёрных и красных оттенков усеивало склон за городскими стенами, а клубы дыма лениво уносились ветром прочь от горной стороны стены. Демоны размером с муравьёв сновали туда-сюда почти так же, как и сами эти крошечные создания, несомненно занимаясь тренировками, заточкой оружия или поисками еды и выпивки. Размеры военного лагеря соперничали с самим Ужгородом, а с плотной линией других отрядов позади нас на дороге он станет только больше.

– Как такое возможно? – пробормотала я, поражённая.

Дромак усмехнулся, и я вздрогнула, настолько поглощённая пейзажем, что не услышала, как он подошёл.

– Это возможно потому, что Судьбы хотят, чтобы мы победили. У Ангелов теперь нет против нас ни единого шанса.

Хотя я не была такой же раболепной, как остальные, в отношении войны с Ангелами, Халалхиво и Кралом, я должна была признать, что эта сила впечатляла. Среди такого количества я не буду заметна. Укол вины пронёсся по мне, когда я бросила косой взгляд на Изгата. Мужчина не имел ни малейшего представления, что я собираюсь ускользнуть в хаосе нашего прибытия.

С тем, как всё развивалось между нами, я не могла уйти, не попрощавшись. Я лишь надеялась, что он не станет меня останавливать, что поймёт почему, и что после моего ухода у него не будет неприятностей.

– Это последние из наших. Поехали, братья, – произнёс Дромак, разворачивая коня к дороге.

Когда я оторвала взгляд от захватывающего дух пейзажа, то увидела, что он прав. Последняя из наших повозок с припасами уже проехала, а внизу первая добралась до четвёртого серпантина дороги, почти достигнув подножия холма. Позади нас выстроилась линия других солдат и повозок, ожидавших своей очереди спуститься по крутому извилистому склону.

Впившись пятками в бока Блейза, я поспешила вслед за Изгатом и Дромаком. Мы ехали друг за другом цепочкой, и воздух заполняло молчание, пока мы сосредоточенно следили за дорогой. Я отказывалась смотреть за каждый край, заранее предупреждённая о том, к чему это может привести. Высота и без того кружила голову, без добавления мысли о том, что стоит лишь слишком сильно наклониться, и последует отвесное падение.

Я последней добралась до подножия холма, где длинная широкая дорога тянулась прямо к Ужгороду. Даже она не была ровной: местами шли провалы и впадины, один край возвышался над другим. Однако вдоль неё мужчины и женщины трудились над этими участками, выкапывая глубокие борозды в земле в попытке выровнять поверхность.

Они не обращали на нас никакого внимания, когда мы проезжали мимо. Да и с чего бы? При таком количестве солдат, кишащих среди этих холмов, мы не были чем-то необычным, как Джаку и остальные в тихих южных равнинах вокруг Стрыя.

Тишина опустилась на нашу группу, пока мы преодолевали оставшееся расстояние до военного лагеря. Верный своему слову, Изгат сумел предотвратить любые попытки проверить мою магию, хотя как именно ему это удалось, я не знала.

Но отсутствие разговоров среди моих спутников не означало, что мы ехали в тишине. Нет, глухой рёв становился всё громче и громче, пока не превратился во что-то большее, во что-то гипнотическое по мере нашего приближения к бесконечным рядам шатров.

Организованный хаос лагеря невозможно было не заметить. В одном месте у дороги ожидала группа из десяти мужчин с пергаментами и дощечками в руках, яростно строча, пока мужчины в кожаной и металлической броне что-то им говорили. Налево дорога вела к военному лагерю, направо – к Ужгороду. Позади них третья дорога соединяла эти два направления, и непрерывный поток людей заслонял всё, что находилось дальше.

Джаку спрыгнул с коня и заговорил с одним из мужчин. Изгат жестом велел мне подойти к ним, и я бросила поводья Моррту, одному из мужчин, которым больше всего доверяла в своём подразделении, прежде чем последовать за Изгатом и Дромаком к нашему Сзазадосу. Узадан, Гним и Грекс уже были там.

– Сколько человек ты привёл, Сзазадос? – спросил мужчина с багровыми глазами, занеся перо над пергаментом.

– Шесть подразделений, по триста сорок в каждом, – ответил он, и мужчина принялся строчить дальше.

Поток людей между ними состоял в основном из мужчин, хотя среди толпы я заметила одну-двух женщин, державших головы высоко поднятыми. На них были просторные чёрные одеяния жриц, а также непрозрачные чёрные вуали, закреплённые серебряными обручами. Я мысленно выругалась. В моей сумке не было ничего, чем я могла бы укрыться, как они.

Мне нужно загнать одну из них в угол и вырубить достаточно надолго, чтобы изучить её облик и забрать одежду.

Я настолько погрузилась в свои планы, что не заметила, как мы добрались до центра снабжения. Десятки мужчин носились вокруг, забирая вещи из повозок, нуждавшихся в ремонте, направляя других парковаться для разгрузки, пока остальные выстраивали новобранцев в ровные ряды. На каждом пункте выдавали кожаную броню и простой меч тем, у кого их ещё не было.

Оцепенение растекалось по мне, пока я пыталась сосредоточиться на том, где нахожусь, а не на огромной массе людей вокруг. Очередь двигалась быстро, особенно потому, что Изгат, Дромак и Узадан помогали своим подчинённым подбирать размеры и оружие из запасов.

Я наблюдала, как группа, когда-то принадлежавшая Зурронару, обменивала маленькие дорожные палатки на более крупные, и Моррт даже закинул в повозку флаг с мчащимся конём, прежде чем толпа поглотила его.

Чьё-то прочищенное горло заставило меня резко перевести внимание на мужчину передо мной. Опомнившись, я шагнула вперёд, и мужчина за столом после одного быстрого взгляда сунул мне в руки новую одежду.

– Это должно подойти. Если нет, в лагере есть другие места, где можно обменять на другой размер.

– Спасибо, – сказала я, принимая вещи и как можно быстрее отступая назад.

Я едва не споткнулась о мужчину позади себя и в последний момент успела поймать короткий меч, прежде чем он соскользнул с вершины стопки и упал мне на ногу.

Лёд раскололся по моим венам, паника вцепилась в горло, пока я пыталась найти дорогу среди этого хаоса. Людей было слишком много, и зрение сузилось туннелем под натиском звуков и запахов. Сделав вдох, я протолкнулась в сторону резких утёсов вдали, надеясь, что они послужат мне ориентиром. Наконец я выбралась из толпы, и Изгат ждал меня верхом, удерживая поводья Блейза.

Я могла бы расплакаться от облегчения.

– Давай сюда, – он указал на меч.

Я без колебаний отдала его, раскрывая кожаную сумку, прикреплённую к седлу Блейза, и запихивая туда столько кожаной брони, сколько смогла. Пряжка едва дотянулась до последнего отверстия, но мне всё же удалось её застегнуть. Вставив ногу в стремя, я забралась в седло и на мгновение окинула взглядом отряд. Уже тянулся поток мужчин, обходивших лагерь по внешнему краю. Моррт брёл позади повозки, доверху нагруженной палатками.

Изгат цокнул языком, и его жеребец тронулся вперёд. Блейзу не требовалось понуканий, чтобы последовать за ним, и за это я была благодарна, потому что всё ещё с трудом дышала после давки среди людей. Несколько минут спустя мы добрались до окраины, где ждали ряды и ряды палаток с распахнутыми пологами, пока другие находились на разных стадиях установки.

– Везэто и Сзазадос каждого отряда занимают первый ряд палаток, – объяснил Изгат, указывая туда, где Джаку стоял рядом с Морртом и несколькими другими, закрепляя флаг в каменистой земле. – Солдаты живут в этих палатках по двое или по трое. Они больше тех, что были у нас в дороге, потому что мы останемся здесь надолго. Так всем будет немного просторнее.

Хвала Судьбам, у меня отдельная палатка.

– И как кто-то вообще должен находить дорогу обратно? – спросила я, когда мы въехали в первый ряд, а я уже теряла ориентиры среди палаток, расставленных настолько ровными рядами, насколько позволяли холмы.

Изгат дёрнул головой в сторону.

– Флаг Ловак. Местоположение каждого отряда отмечено ими в правом верхнем углу секции. Если посмотришь туда, – он снова повернулся и указал пальцем, а я проследила за его движением, – следующий видимый флаг принадлежит Кутья. Вся та секция относится к другому отряду под командованием Паранксок Олета.

Кивнув, я отметила все флаги, видимые вокруг нас. Мне понадобится любая помощь, чтобы ориентироваться в этом месте и выбраться отсюда, когда придёт время. Последнее, чего я хотела, чтобы мою личность раскрыли из-за такой глупой ошибки, как потеряться.

Когда мы приблизились к правому верхнему углу нашей секции, мы спешились и повели обоих коней к небольшой группе, собравшейся возле палатки Джаку. Не успели мы подойти, как Моррт остановил меня. Я кивнула Изгату, давая понять, чтобы он шёл дальше без меня.

– Корманзо Вагач, для меня было честью служить под вашим началом. Я знаю, что завтра наши пути разойдутся, но хотел сказать, насколько меня впечатлило то, как вы приспособились к жизни солдата. К тому времени, как попадёте на поле боя, из вас выйдет отличный воин, – сказал Моррт.

На мгновение я не знала, что ответить, но затем прочистила горло и протянула руку. Моррт перехватил меня за предплечье и сжал. Я ответила тем же.

– Береги себя там. И спасибо за всю помощь за последние несколько недель. Благодаря тебе мне удалось так легко вжиться в свою роль.

Он отступил назад, опустился на одно колено и склонил голову.

– Эта честь принадлежит мне, Корманзо. Я заберу у вас Блейза и отведу его к лошадям другого отряда Ловак.

– Спасибо, Моррт.

Отстегнув сумку, я сняла её со спины Блейза, затем передала поводья. В последний раз похлопав его по каштановому крупу, я смотрела, как они оба, вместе с несколькими другими лошадьми, скрылись за поворотом. Я огляделась, убеждаясь, что все заняты распаковкой вещей и подготовкой к обустройству нашего временного дома. Затем я скользнула в свою палатку и завязала пологи. Рёв деятельности снаружи лишь слегка приглушался окружавшим меня полотном. Я едва слышала собственные мысли, и каждый мой нерв был натянут, каждую мышцу сковывало напряжение.

По крайней мере, Изгат нашёл время всё мне спокойно объяснить. Мой разум метался от всей этой новой информации, и каждый раз, когда я пыталась ухватиться за что-то устойчивое, оно ускользало сквозь пальцы.

Словно мои мысли призвали его, мягкий голос мужчины проник сквозь пологи палатки.

– Вагач?

К счастью, я не сбросила магию.

– Одну минуту, – отозвалась я, не зная, насколько громко нужно говорить среди окружающего шума.

Отбросив сумку в сторону, я быстро развязала пологи, впуская Изгата внутрь. Эта новая палатка была выше и шире той, что у меня была в дороге, и Изгат без труда стоял в ней во весь рост.

Брови Изгата нахмурились.

– Теперь можешь отпустить, Ассирия. Я держу тебя.

Эти слова стали якорем, и, отпуская магию, я осознала, насколько потерянной себя чувствовала, будто всё это время прокладывала путь вперёд, а достигнув цели, вдруг обнаружила, что потерялась так же сильно, как и до начала своего путешествия.