Текст книги "Приключение в Зиму (СИ)"

Автор книги: Катарина Ёлохова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 33 страниц)

Глава 14 ЛИДА

Глава 14 ЛИДА

Я изо всех сил стараюсь хоть за что-нибудь зацепиться, но мои руки то и дело соскальзывают. А некоторые попытки оказываются настолько неудачными, что раздираю ладони в кровь, из-за чего становится ещё труднее за что-то ухватиться.

Я не из тех, кто привык сдаваться. В моей прошлой и настоящей жизни произошло столько всего, что для меня просто недопустимо махнуть на всё рукой и отдаться на милость злому року.

Я не сошла с ума от всего пережитого кошмара только потому, что жутко упряма и ненавижу проигрывать. А теперь просто должна упасть и разбиться? Ведь тут такая высота и к тому же множество острых обломков, что и бессмертного по каменным плитам размажет. И вряд ли он потом соберётся обратно. Ну уж нет! Меня так просто не возьмёшь. Я до последнего своего вздоха продолжу бороться за себя, свою обретённую жизнь и за то, что мне дорого. И какой бы стороной ко мне ни повернулась удача, я не опущу руки. Клянусь самой себе!

Я быстрым движением достаю из-за пазухи верёвку – это то снаряжение, без которого мне строго-настрого запрещалось покидать хижину. Ведь, как однажды выразился Армон, она когда-нибудь может спасти мне жизнь. Как в воду глядел, чертяка! В спешке делаю из неё петлю. Чётко рассчитываю момент. И забрасываю её то ли на чей-то огромный изогнутый клык, то ли коготь.

Сердце барабанит в ушах.

Холодный пот стекает по спине и ягодицам.

Воздух застревает где-то в глотке.

В это мгновение, когда верёвка преодолевает нужное расстояние так, чтобы потом не слететь, кажется, замирает всё в округе. Даже местное чудище прекращает свои ментальные атаки. И с интересом наблюдает, получится ли у меня сегодня выжить. По крайней мере, до того момента, пока мы не встретимся с ним лицом к… морде. Или что там у него.

Но вопреки промелькнувшему где-то в глубине сомнению, петля зацепляется за кость. И я, проскользив на ней какое-то расстояние, останавливаюсь.

Мне чуть не отрывает руку от резкого натяжения. Перчатка необратимо стёрлась о волокна, да так, что практически весь урон пришёлся на многострадальную кровоточащую ладонь. Но, несмотря на всё это, я продолжаю раскачиваться на верёвке и глуповато улыбаться.

Получилось… У меня получилось! Я в кои-то веки полностью положилась на себя, не держась за мысль, что в случае чего Демон обязательно подстрахует меня. И вот теперь я, похоже, действительно готова распрощаться с ним. Он научил меня всему, что поможет выжить мне в этом мире. Порой даже родители столько не дают, сколько он мне дал. Я до скончания времён буду благодарна ему. И продолжу его любить, невзирая на то, что мне по-прежнему хочется ему отомстить.

Но… как же хочется, чтобы этот жестокосердечный мужчина увидел мою маленькую победу. И как прежде, мягко улыбнулся мне и кивнул в знак своего признания.

Бесконечно больно… Не столько физически. Хотя тело невероятно ломит от сегодняшних «приключений». Сколько душевно: такое чувство, словно у меня отняли нечто важное. То, что оберегало меня от тьмы и заполняло недостающую пустоту внутри. А теперь этого нет, и я не представляю, как мне справиться с этим состоянием.

Как попросить своё сердце так болезненно не кровоточить?

Как заставить себя не думать о том, кто безжалостно растоптал мои чувства и бросил меня?

Как убедить себя в том, что всякая боль конечна? И возможно, в будущем я встречу того, кто полюбит меня в ответ. А о Демоне я буду вспоминать лишь изредка. И то с благодарностью за то, что если бы он не оставил меня в нужный момент, я бы не встретила того, кто по истине стал важен для меня.

Я встряхиваю волосами, прогоняя образ отдаляющегося от меня Армона. Довольно хандрить и убиваться по тому, кто так легко отказался от меня. Тем более сейчас не время и не место. К тому же, чем быстрее я выкину его из головы, тем быстрее заживёт моя рана и тем скорее я забуду о нём.

Я взбираюсь по верёвке вверх до нужного мне выступа, чтобы потом спуститься по костям к упавшей колонне, а оттуда, соответственно, на пол. Но всё, на что меня хватает – это подтянуться пару раз, ухватиться пальцами за ребро, слава моим предкам, почившего монстра и съехать к начальной точке.

Если бы высота, на которой я болтаюсь, прямо как заманчивое лакомство для хищника, была примерно с четырёхэтажный дом, то я бы, не раздумывая, спрыгнула. Но здесь гораздо, гораздо выше. И в лучшем случае я переломаю себе только ноги. В худшем – наденусь головой на торчащий штырь.

Ситуация, мягко сказать, безвыходная. Но я не отчаиваюсь и, несмотря на усталость в мышцах, пробую ещё раз забраться на свалку чужих останков. И вот, когда у меня почти получается перебраться с верёвки на здоровенную кость, я соскальзываю и лечу вниз.

Я даже ничего не успеваю понять, как что-то останавливает моё падение.

Заторможенно смотрю на каменистый потолок. И сквозь громкий стук своего сердца, отзвуки которого слышны и в голове, ощущаю, как нечто опускает меня на пол.

Я стараюсь не издавать никаких признаков жизни, опасаясь, что этот великодушный спаситель поймал меня только для того, чтобы сожрать. Но моя стратегия дохлого опоссума не срабатывает…

Из густой тени появляется гигантская морда настоящего дракона: с острыми костяными шипами, выступающими из-под толстой серебряной чешуи, и огромными острыми зубами.

Крик застревает в горле.

Я вся покрываюсь липким потом.

Кажется, что я дажесикнула в штаны от страха.

Армон, конечно, ко многому меня готовил. Мы с ним однажды и на белого мамонта ходили. Правда, тот шерстяной гигант чуть не затоптал меня. После чего Демон принял решение, что впредь я охочусь только на мелкую дичь. Но он никогда не упоминал, что однажды мне доведётся встретиться с драконом. Более того, во всех книгах пишется, что истинных драконов не существует: есть только «люди» с драконьей кровью, но они не способны обращаться в крылатых чудовищ.

Тогда… что же передо мной?

Глава 15 ЛИДА

Глава 15 ЛИДА

Я издаю невнятный писк и инстинктивно отползаю, стоит только монстру наклонить ко мне свою вытянутую хищную морду. И вновь испуганно замираю, когда он с интересом принимается обнюхивать меня своими большими ноздрями, в одно из которых наверняка поместится моя голова.

Во мне словно всё обмирает. Я не чувствую ни холода, ни жара, ни собственных конечностей. Более того, моё сердце, которое до этого неистово колошматило по рёбрам, останавливается в ожидании… В ожидании того, когда это чудовище, гипнотизирующее меня своими ярко-голубыми глазами с круглыми чёрными зрачками, наконец перекусит меня пополам.

Уверена, что дракон даже не почувствует, какая я на вкус. Ведь я для него, что таракан для льва: мелкое непонятное существо, которое лишь усилит голод, а не утолит его.

И, разумеется, я покорной овцой дожидаюсь своей жалкой участи. Потому что любая моя попытка против этого огромного и невероятного ловкого монстра обречена на тотальный провал. Единственное, что я могу сделать ему – это почистить его острые клыки, которые он вдруг обнажает передо мной, своей зубочисткой в виде кинжала.

Мне невероятно сильно хочется зажмуриться, чтобы пропустить тот момент, что со мной будет дальше. Но непробиваемое упрямство не даёт мне этого сделать.

Если умирать, то с достоинством. Так, чтобы хищник навсегда запомнил моё поразительное бесстрашие… С привкусом мочи и дерьма.

Из глотки дракона вырывается жуткий протяжный утробный рокот, отчего меня обдаёт тошнотворным смрадом. И я, вопреки всем своим логическим доводам, ловко достаю кинжал из ножен. И под песню «Любочка», которая вдруг начинает играть в моей голове, точно предсмертный гимн, втыкаю остриё чудовищу прямо в нижнюю десну.

Под слова «Liebe, liebe, amore, amore» монстр ошарашенно дёргается, смотрит мне в глаза с какой-то смесью непонимания и осуждения, а затем скидывает меня со своего хвоста и исчезает в тенях.

Я со всего маху врезаюсь спиной в каменную колонну. Да так, что на несколько секунд теряю сознание и способность дышать полной грудью. И вдобавок, похоже, ломаю несколько рёбер. Но это ерунда по сравнению с тем, что разъярённый дракон может со мной сделать за внезапное нападение.

Я подскакиваю на ноги и, корчась от резкой боли в грудине, выставляю перед собой кинжал. Так, будто он способен меня защитить… Максимум, что я могу им сделать, как мы уже выяснили, это поцарапать десну чешуйчатому монстру или пощекотать пятку его задних когтистых лап.

Напрягаю зрение и скольжу цепким взглядом по величественным развалинам в попытке отыскать почему-то притихшего дракона. Я думала, этот грозный ящер будет рвать и метать и наверняка сделает из меня лёгкий перекус. А он куда-то запропастился. И от этого становится не легче.

Буйное воображение рисует самые «живописные» картины того, как монстр выныривает из густого мрака и расправляется со мной самым жестоким образом.

Напряжение достигает критической отметки. Так, что я начинаю вздрагивать от малейших шорохов, падающих капель конденсата с потолка и хруста мелких камней под моими ботинками.

Мне начинает чудиться, что дракон повсюду. Что он нарочно изводит меня, чтобы как следует напитаться моим страхом и тем, как я медленно схожу с ума. Поскольку он не появляется ни через час, ни через три. Но я всё равно продолжаю ощущать на себе его буравящий взгляд.

– Чего ты от меня хочешь, а? – мои нервы окончательно сдают, отчего я в отчаянии начинаю обращаться к затаившемуся монстру. Но ответом мне служит лишь недовольное фырчанье, которое вдруг раздаётся прямо над моей макушкой.

Я резко оборачиваюсь, продолжая держать перед собой кинжал. Но никого не нахожу за спиной, кроме поваленной колонны: дракон, точно ловкий ассасин, успевает скрыться. И при этом он делает это так искусно, что его движения не издают никакого шума и не оставляют после себя никаких следов. Даже многовековая пыль не поднимается от взмахов его крыльев.

Такое ощущение, что он и есть сама тьма. Иначе как такое может быть, что чудовище с такими габаритами может вести себя настолько незаметно и бесшумно?

Спустя ещё пару часов я, наконец, понимаю, что дракон не намерен меня сожрать. Ну или он пока не особо голоден. В любом случае я за день вымоталась так, что, махнув на всё рукой, залезаю под обломок колонны и плавно погружаюсь в дурные сны.

Сперва мне снится, что я стою по колено в сугробе перед чьей-то могилой. На серой каменной плите, что почти доверху замело снегом, виднеются витиеватые буквы. Из-за того, что они покрыты инеем и практически стёрлись от времени, я не могу разглядеть, чьё имя там высечено. Но отчётливо ощущаю одно: как грудь нестерпимо сдавливает от боли, а на шею словно набросили тугую удавку.

Я рыдаю так, будто потеряла кого-то очень дорогого и важного мне. Кого-то, кто мне очень необходим. Но стоит мне только зацепиться за догадку, кто же похоронен в этой мёрзлой земле, как она ускользает от меня вместе со сновидением.

Затем, когда я вновь прикрываю от усталости глаза, передо мной появляется видение того, как я прогуливаюсь по мрачному залу. И с интересом рассматриваю настенный барельеф, на котором изображена, кажется, какая-то эпичная битва. Я настолько погружаюсь в это занятие, что совсем не замечаю, как кто-то или что-то подкрадывается ко мне со спины.

Он или оно с диким пронзительным рёвом кидается на меня. Обхватывает мои ноги чем-то, напоминающим хвост, и утаскивает в какой-то разлом, где меня встречают ледяные объятия воды.

Я вздрагиваю и резко распахиваю глаза, взглядом натыкаясь на чёрную мохнатую морду, похожую на голову огромного льва с явными признаками бешенства. Но толком не успеваю никак среагировать, как она тут же пропадает в пасти дракона.

Это что же получается, монстр меня только что спас? Но зачем?

Глава 16 ЛИДА

Глава 16 ЛИДА

Я провожу ещё несколько дней в компании загадочного дракона и тревожной тьмы.

Мне приходится охотиться на местную живность, похожую на озлобленных крыс с редкими длинными шипами, как у дикобразов, с лысым длинными хвостами, оставляющим на коже глубокие кровавые борозды, с острыми зубами, способными насквозь прокусить те участки тела, которые им попадутся в порыве схватки, и с комплектацией откормленной собаки. Ведь я умудрилась оставить свой рюкзак с провизией наверху. А питаться чем-то надо. Даже монструозными крысами. Иначе ослабну. Чего в этом мрачном и таящем в каждом углу опасность месте делать категорически запрещено.

Однако несмотря на то, что я смогла закрыть одну из жизненно важных потребностей, вторую – полноценный сон – мне так и не удалось. Приходится спать на чём попало и где попало. А зачастую на ненадёжных возвышенностях, чтобы меня не смогло достать местное зверьё.

А водится их тут немало. Начиная с той химеры (помесь чёрного льва со скорпионом и ядовитой коброй), что вначале чуть не закусила мной. Заканчивая всякими огромными ледяными змеями, пауками и тараканами, которых мой крылатый «союзник» употребляет как закуску.

Ну, у меня хотя бы отпал изматывающий нервы вопрос: «Почему дракон ещё не сожрал меня?». Да потому что здесь водится столько живности, что хватит на десятерых таких прожорливых драконов.

Кстати, о драконах: кроме того, что всюду следует за мной по пятам, мне больше не встречалось. Не считая скелетов, часть которых просто разбросана по полуразрушенным залам. Другая запуталась в массивных цепях под потолком. А третья старательно собрана в подобие курганов: видимо, мой «союзник» таким образом постарался обеспечить покойным достойное место захоронения.

А может, я надумала себе лишнего. Попыталась «очеловечить» монстра, который вполне мог истребить всех своих собратьев. Потому что части и положения давно сгинувших драконов действительно выглядят так, будто кто-то совершил над ними массовое убийство. Или того хуже, они по каким-то причинам не смогли выбраться из дворца и пережрали друг друга. А мой чешуйчатый «следопыт» – последний из выживших. Что до остальной живности, вероятно, она появилась тут намного позже. Например, случайно попав сюда таким же путём, как и я.

У меня холодные мурашки пробегают по спине от последнего предположения. Я всегда сторонилась темы каннибализма. А узнать, что дракон болен этим… «пристрастием», значит, поскорее выбираться из этих нескончаемых катакомб и уносить ноги куда подальше, пока у него не появилось новое.

Хотя мне и так и так нужно поскорее выбраться из этого похороненного под заснеженными горами места. Я не смогу всю жизнь прожить, как дикарка, которая спит вполглаза, питается одним жёстким мясом и пьёт грязную заплесневелую воду, скапывающую с потолка. Мне и двух дней хватило, чтобы начать понемногу сходить с ума от постоянной угрозы и одного и того же вида коридоров.

Я прошла далеко не маленькое расстояние, а такое впечатление, что вовсе не сдвинулась с места: откуда начала, там и закончила. Потолок, стены, пол и даже развалины – всё одно и то же.

Радует одно – я продолжаю неустанно оттачивать свои боевые навыки, заодно неплохо так прокачивая силу и выносливость. Что до магии, с ней дела обстоят куда хуже.

В книгах о попаданках, которые я когда-то читала, в общих чертах писалось, что для того, чтобы открыть в себе магический потенциал, нужно заглянуть в себя, сосредоточится и воззвать к силе. Но как бы я ни старалась, как бы ни тужилась и ни пыжилась, у меня так ни черта и не вышло.

Я слышу своё сердцебиение, то, как по моим венам течёт кровь, и даже то, как в локтях и коленях поскрипывают суставы, точно давно не смазанные петли калитки. Но ничего подобного, вроде силы, теплящийся в груди, не чувствую. Выводов несколько, и все они неутешительные: либо книги написаны дилетантами, либо я полукровка, лишённая магии, либо Армон жёстко наеб… подставил меня, лишь бы поскорее избавиться от моей надоедливой персоны.

В любом случае, как бы то ни было, я не опускаю руки и продолжаю попытки стать одной из феечек «Винкс». Если без шуток, то я, как только представляется случай, медитирую и представляю, как по моим жилам струятся светящиеся серебряные нити. Правда, толку от этого никакого. Но попытка – не пытка. Вдруг через неделю мне всё-таки удастся открыть себе способности к магии?

Я перелажу через упавшую колонну с изображением каких-то красочных мотивов, которые трудно разобрать из-за выцветшей со временем краски и крупных сколов. И натыкаюсь на старую массивную лестницу с широкими перекладинами, одна часть которой плотно завалена камнями, что отрезает доступ на верхние этажи, а вторая хоть и местами разрушена, но позволяет спуститься на нижний этаж. Вот только бы это не оказался путь в один конец, из которого я больше никогда не выберусь.

Что ж… Выбора всё равно нет. Придётся рискнуть. По крайней мере, на моей стороне дракон, который не перестаёт следовать за мной. Наверняка думая, что за эти дни я так и не научилась распознавать его присутствие. Без понятия, в какой момент ему надоест быть моей нянькой. Но пока это так – мне остальные тайны этого холодного и смердящего подземелья не так страшны.

Я шаг за шагом спускаюсь по лестнице, старательно вглядываясь в темному и держать за местами обледеневшую стену. И медленно поднимаю голову, когда на меня с потолка начинает активно капать какая-то желтоватая слизь.

Я даже толком не успеваю испугаться, как достаю клинок из ножен. Подпрыгиваю в воздухе именно в тот момент, когда гигантская сколопендра раскрывает пасть, чтобы облить меня дополнительной порцией слизи. И молниеносным движением вспариваю ей туловище, откуда вываливаются внутренние органы и липкая слизь, на которой я поскальзываюсь и лечу вниз по ступеням.

И стоит мне допустить мысль, что сейчас врежусь в кладку паучих яиц, что загородила дальнейший проход на нижний этаж, как меня подхватывает дракон.

Я не успеваю и глазом моргнуть, как оказываюсь посреди какого-то зала. В отличие от того, полуразрушенного, в котором я совсем недавно всеми силами старалась выжить. Этот выглядит куда приветливее: пол, стены и даже потолки, несмотря на трещины и многослойную пыль, дают понять, что это место миновала та беда, что затронула верхние этажи.

Встаю с третьей попытки, то и дело поскальзываясь на слизи, обильно стекающую с меня. Смахиваю неприятную жидкость с глаз, что стянула лицо и практически склеила веки. И неспешно, изучая каждую деталь, направляюсь прямо по мрачному коридору.

Здесь довольно уютно, если можно так сказать: на лепных потолках прикреплены потухшие кристаллы, на стенах изображены барельефы с драконьими мотивами, а что до пола… Он словно представляет собой цельный кусок чёрного льда, предварительно обработанный от скольжения.

Всё это красиво и завораживающе, но мне бы не мешало помыться…

И как по мановению, с правой стороны стены, в нескольких метрах от меня открывается высокая двустворчатая дверь.

Ещё один монстр или это дракон ради меня постарался?

Глава 17 ЛИАДА

Глава 17 ЛИАДА

Я осторожно подхожу к открытым дверям с замысловатой декоративной лепниной, смутно напоминающей скандинавские символы. Заглядываю внутрь комнаты через небольшой зазор, проверяя её на наличие возможной живности. Напрягаю зрение, с особой тщательностью всматриваясь в затянутые ледяной паутиной углы. И как только убеждаюсь, что запылённое помещение не таит в себе скрытой угрозы, прохожу вовнутрь.

– Всемогущая Матерь! – раздаётся взволнованный мужской голос за спиной, отчего я подпрыгиваю от неожиданности и невольно вскрикиваю, прижав руки к груди. – Ох, Многоликая! Что же это я… Простите! Простите бестолкового Сотиса, госпожа! – рассыпается в сбивчивых извинениях приземистого роста мужичок с мертвецки-бледной кожей и короткими, забранными назад волосами.

Он низко кланяется мне, устремив взгляд глубоко посаженных глаз в пол, точно услужливый дворецкий или слуга. Хотя для дворецкого у него не очень подходящая комплекция. А для слуги – одежды, которые, сразу видно, сшиты из дорогой ткани. Встреть я этого коренастого мужчину в длинной малахитовой тунике с изумрудным орнаментом до колен, широких штанах и высоких кожаных сапогах где-то на улице, непременно бы подумала, что он какой-нибудь знатный… дварф.

– Ты ещё кто такой? – получается менее вежливо, чем хотелось. Но я чертовски устала и совершенно не ожидала встретить «людей» в этом богом забытом месте. Ещё и кожа невыносимо чешется.

– Ох, что же это я… – всполошился мужичок, деловито откашливаясь в кулак, так, словно собрался произнести торжественную речь. – Я Сотис Безродный, Ваш покорный слуга, госпожа… – он поднимает на меня жёлто-коричневые глаза, как бы деликатно намекая, чтобы и я представилась.

– Лиада из Гнезда Серебряных Драконов, – впервые за три года и восемь месяцев представляюсь своим обретённым именем. И впервые за всё это время не чувствую ни горечи, ни сожаления, ни тоски, ни жалости, говоря о «новой» себе. Наоборот, я ощущаю прилив гордости за себя. Потому что я столько пережила, многому научилась, со стольким столкнулась и, несмотря ни на что, выстояла, хотя могла запросто сдаться. Но меня даже предательство Армона не сломило, хоть и разбило мне сердце.

«Вот и всё… Закончилась ваша эпоха, Васильева Лидия Николаевна и Лиада из Гнезда Серебряных Драконов, несостоявшаяся Наследница Короны», – со спокойной совестью провожаю своё прошлое и, наконец, отпускаю изнуряющее чувство вины за то, что поневоле забрала чужую жизнь.

Там, на заснеженном поле родилась совершенно новая личность. И она более не Лида с Земли и даже не Лиада с Зимы. Она нечто гораздо большее… Сильнее, выносливее, мудрее и хладнокровнее.

Раньше, когда мне плевали в душу, то я, крепко стиснув зубы, терпела. Да и когда «поселилась» в новом теле, то остаточными чувствами мне были отчаяние и ярое желание наложить на себя руки. Теперь же, я не стану терпеть неподобающего отношения ко мне. И обязательно воздам по заслугам тем, кто встанет у меня на пути и хоть как-то попытается причинить мне вред.

– Ох! – пуще прежнего воодушевляется мужичок, отчего его круглые глаза начинают как-то странно сверкать. – Позвольте полюбопытствовать, с какой целью Вы явились в Лунную Обитель Владыки?

Я прикусываю кончик языка, не отрывая пристального взгляда от Сотиса. И, стараясь не звучать едко, выдаю более-менее обтекаемую фразу:

– Пришла за благословением, – это не такая уж и правда, но и не совсем ложь. Я на самом деле попала сюда для того, чтобы пройти экзамен. А это почти то же самое, что получить одобрение от Армона на дальнейшую независимость от него, если я успешно выполню главное условие. Но в то же время предательство Демона освободило меня от ответственности выполнять его задания. Так что, ничто не мешает мне покинуть это угнетающее место. Знать бы только, как это сделать. И что-то мне подсказывает, что мужичок мне в этом не помощник. Слишком он… чудно́й и подозрительный.

– Даже мне, ничтожному слуге, отрадно слышать, что молодое поколение не забывает о старых традициях, – понимает мою полуправду по-своему. И делает лёгкий поклон головой в знак уважения. – Хоть Владыка в последнее время не жалует серебряных драконов, Вы всё равно решили прибыть в такую даль за Его благословением, несмотря на свой страх и риск.

Я ни слова не понимаю из того, о чём говорит Сотис. Неужели Армон именно для этого меня здесь оставил, чтобы какой-то там Владыка благословил мой дар? Или я что-то упускаю?

Недолго думая, решаю, что с меня хватит оставаться в неведении, и прибегаю к хитрости:

– Ох… – делаю мученический вид и притрагиваюсь к слипшимся волосам. – Похоже, я сильно ушиблась головой, когда упала с лестницы… – Так… – я обессиленно наваливаюсь на дверной косяк, – про какого Владыку ты говоришь? – спрашиваю ослабшим голосом, а сама уже подумываю на того дракона, который повсюду следовал за мной, точно моя вторая тень.

– Неудивительно, госпожа Лиада, – добродушно проговаривает слуга. – Вы ещё не проходили инициацию, поэтому Вас пока никто и не представил Владыке. Прошу, – указывает мне за спину, – располагайтесь. Я сейчас же направлю к Вам лекаря и служанок. Они помогут Вам привести себя в надлежащий вид. А после я сопровожу Вас к Владыке, – он снова почтительно кланяется. Причём так, как будто перед ним сама королева. И разворачивается ко мне спиной, чтобы уйти.

Я раскрываю рот, чтобы озвучить ещё некоторые вопросы, но тут же закрываю его, больно клацнув зубами и прикусив кончик языка. То, что я вижу у него на части черепа и спине, побуждает меня вскрикнуть от ужаса. Но я плотно стискиваю зубы. Бесшумным шагом отхожу вглубь комнаты. Тихонько прикрываю за собой дверь и несколько раз проворачиваю ключ в замке.