Текст книги "Приключение в Зиму (СИ)"

Автор книги: Катарина Ёлохова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 33 страниц)

Глава 106 ЛИАДА

Глава 106 ЛИАДА

Я бегу.

Смех вырывается из горла, прохладный воздух ударяет в раскрасневшееся лицо, а сердце бешено колотится за рёбрами.

Подол платья путается в ногах, серебряные туфли скользят по гладкому камню, но я лишь крепче стискиваю юбки и прибавляю шагу.

За спиной – их топот, голоса, смех и весёлые выкрики.

Они догоняют.

Я хочу, чтобы они меня догнали.

Но не так быстро.

Коридор мелькает огнями факелов, тени пляшут на стенах, и я смеюсь – от неудержимого азарта, от адреналина, что ударяет в кровь сильнее выпитого вина.

– Кошка! – раздаётся позади голос рыжего плута. – Ты всё равно от нас не убежишь!

Я знаю, что не убегу. Но от одной мысли быть пойманной ими – внутри всё горит и сладко сжимается.

Подхватив юбки, я сворачиваю за угол и едва не теряю равновесие на гладком каменном полу.

Их шаги становятся всё ближе.

Смех Скайлора слышится совсем рядом.

Ещё немного – и его пальцы сомкнутся на моём платье.

Я оглядываюсь через плечо.

Он мчится первым – растрёпанный, раскрасневшийся, с хищным блеском в ореховых глазах.

За ним следует Кассий – огромный, серьёзный, пугающе быстрый. На его губах играет едва заметная улыбка, а в потемневших глазах отражается восторженный блеск.

Я задорно смеюсь, и слишком поздно замечаю, что с ними нет Аркадия.

Сердце пропускает удар.

Куда он…

Я поворачиваю голову – и в тот же миг из тёмной арки выступает высокая фигура.

Я не успеваю ни остановиться, ни свернуть. И с громким вскриком влетаю в Принца.

Его руки мгновенно смыкаются вокруг моей талии, гася удар и одновременно отрывая меня от пола.

Мир кружится, факелы размазываются золотыми полосами.

– Попалась, – довольно произносит он.

– Ты жульничал!

Я упираюсь ладонями ему в грудь, смеясь и пытаясь вырваться из его крепких объятий.

– Я выбрал наиболее разумную тактику.

– Ты срезал путь!

– Именно.

– Но это нечестно!

– Странно слышать подобное от женщины, которая намеренно бежала недостаточно быстро.

Смех застревает в горле.

Принц отпускает меня на пол, но рук не отнимает. Одна остаётся на талии, другая скользит выше, ложась между лопаток. Его пальцы слегка сжимаются на моей спине, а дыхание касается моего лица.

– Ты хотела, чтобы мы тебя догнали, – не спрашивает – утверждает.

– Да, – выдыхаю я.

Он наклоняется ко мне, не отводя глаз. В них отражается слишком многое: восхищение, обожание, которое он больше не пытается скрывать, и странная, почти болезненная нежность.

Та самая, которую Аркадий так долго прятал за насмешками и холодным высокомерием.

Мой взгляд невольно скользит по его лицу: по растрёпанным золотистым волосам, несколько прядей которых упали на лоб, по завораживающим голубым глазам и, наконец, останавливается на губах.

Сердце замирает.

Я столько раз смотрела на них украдкой. Представляла, каково это – ощутить их на своих губах. Но теперь, когда между нами остаётся всего несколько мгновений, меня охватывает внезапная робость.

Аркадий замечает это. Конечно, он замечает.

Его губы расплываются в самодовольной улыбке, а в глазах принимаются плясать игривые искры.

Меня охватывает лёгкое возмущение. Хочется отстраниться, показать ему характер, стереть эту довольную улыбку с красивого лица.

Но тело не желает повиноваться.

Оно тянется к нему вопреки гордости, млеет под его ладонями, слишком хорошо помня, сколько раз я мечтала оказаться в этих объятиях.

Аркадий склоняется ещё ниже. Кончик его носа едва касается моего. Но он не спешит целовать меня – нарочно оттягивает момент, наслаждаясь моей реакцией на него: тем, как сбивается моё дыхание, как приоткрываются губы и пальцы сами собой сминают ткань его рубашки.

Самодовольный негодяй.

Он прекрасно знает, что делает со мной. И не скрывает, что ему это нравится.

– Аркадий… – мой голос предательски дрожит.

– Что, Лиада? – шепчет он, и его губы едва касаются моих. – Что ты хочешь?

Я сглатываю, не решаясь признаться.

Слова застреваю в горле, а его улыбка становится ещё самодовольнее.

Он ждёт.

Хочет услышать, как я сама попрошу его о том, чего мы оба так сильно хотим.

Я медленно облизываю губы и вижу, как его взгляд мгновенно темнеет, следуя за движением моего языка. Хватка на моей талии становится крепче, а дыхание – глубже.

– Я хочу… – начинаю я, но тут же замолкаю.

Не только он умеет дразнить и сводить с ума.

Я нарочно отвожу взгляд и делаю вид, что подбираю слова, хотя прекрасно знаю, чего хочу.

Пальцы медленно скользят по его груди выше, к распахнутому вороту расшитой золотом рубашки.

Аркадий не двигается. Только смотрит. И я чувствую, как под моими ладонями напрягается его тело.

– Что? – спрашивает он уже без прежней усмешки.

Я снова поднимаю на него нарочито невинный взгляд.

– Мне правда нужно это сказать?

– Да, – его голос звучит низко и хрипло.

От самодовольной игры не остаётся и следа, и это наполняет меня сладким триумфом.

Я провожу пальцем вдоль края его ворота, едва касаясь горячей кожи, и замечаю, как под тонкой тканью напрягаются его мышцы, а линия челюсти становится резче.

Пальцы впиваются в мою талию, а взгляд не отрывается от моих губ. Аркадий едва сдерживается – так же, как и я, – но он всё ещё намерен победить в этой маленькой игре.

Я подаюсь вперёд, почти касаясь его губ.

– Значит, ты не поцелуешь меня, пока я не попрошу?

Он молчит, не отрывая взгляд от моих губ. А затем…

– К Многоликой!

И впивается в мой рот: жадно, голодно, так, что у меня подгибаются колени.

Я едва успеваю ухватиться за его плечи. Аркадий прижимает меня ещё теснее к своему твёрдому, горячему телу, удерживая на ногах.

Каждое движение его губ по моим – лёгкий разряд тока, который всё сильнее будоражит оголённые нервы. Каждое скольжение его языка по моему стирает из головы очередную связную мысль.

Я приоткрываю рот шире и позволяю Принцу углубить поцелуй.

От его прежней сдержанности и самодовольства не остаётся и следа.

Он целует меня так, словно бесконечно долго ждал этого момента и теперь намерен возместить всё потерянное время.

Жадность его поцелуя смешивается с удивительной чуткостью: он ловит каждое моё движение, каждый судорожный вдох, мгновенно подстраиваясь под меня.

И вскоре это перестаёт быть просто поцелуем.

Мы словно пытаемся высказать губами всё, о чём так долго молчали: как неотвратимо нас тянуло друг к другу, как вспыхивающее между нами желание мы раз за разом гасили холодной дистанцией.

Но теперь никто не отступает.

Я запускаю пальцы в его растрёпанные волосы и притягиваю ближе. Аркадий издаёт глухой, сорванный звук, который окончательно лишает меня остатков робости и самообладания.

Его рука скользит выше по спине, пальцы погружаются в волосы на моём затылке, удерживая меня так, будто я всё ещё могу вырваться и снова сбежать.

Но я больше никуда не хочу бежать.

Ни сейчас. Ни когда-либо ещё.

Глава 107 ЛИАДА

Глава 107 ЛИАДА

Позади раздаются тяжёлые шаги.

Я ощущаю присутствие Скайлора и Кассия раньше, чем они успевают меня коснуться. Тепло их тел мгновенно отрезает меня от прохлады коридора, а смешавшиеся ароматы – лаванда, спелые яблоки и морозный воздух – обволакивают со всех сторон, наполняя голову сладким дурманом.

Они останавливаются близко.

Слишком близко, чтобы я могла не заметить их присутствия.

Я нехотя отрываюсь от губ Аркадия, но не отстраняюсь. Прижимаюсь щекой к его горячей ладони, всё ещё лежащей на моём лице.

Принц медленно проводит большим пальцем по моей коже. Его дыхание остаётся сбивчивым, взгляд – затуманенным, а припухшие после поцелуя губы – приоткрытыми.

Сейчас он выглядит таким порочно красивым, что я не сдерживаюсь: вновь тянусь к нему, прихватываю зубами нижнюю губу и слегка оттягиваю, не отрывая взгляда от его грозовых глаз.

Пальцы на моей талии сжимаются сильнее, а из груди Аркадия вырывается тихий, сорванный выдох.

– Нам лучше не мешать? – раздаётся за спиной хрипловатый голос Ская.

Я чувствую, как его незримый огонь ластится ко мне, скользит по плечам, обвивает талию. Не обжигает – лишь льнёт к коже всё теснее, выдавая нетерпение хозяина лучше любых слов.

Я медленно поворачиваюсь к нему.

Руки Аркадия остаются на моей талии, и я не отказываю себе в удовольствии вжаться в него спиной.

Его тело тут же напрягается, становясь ещё твёрже под моим неудержимым напором. От осознания, насколько легко он мог бы стиснуть меня в объятиях и не позволить даже шелохнуться, по венам разливается вязкая, раскалённая лава.

Я вжимаюсь в него ещё сильнее. Не из страха. Наоборот – с диким желанием почувствовать всю его силу, которую он пока удерживает ради меня.

– Вы уже помешали, – произношу с лукавой улыбкой.

– Какая досада, – сокрушённо качает он головой и делает шаг ко мне. – Придётся загладить вину, – добавляет таким тоном, словно его заставляют это делать.

– Каков актёр, а! – я закатываю глаза – кажется, уже успела перенять эту привычку у Принца.

Скайлор поднимает руку и медленно проводит большим пальцем по моей нижней губе.

– Хочешь нас одновременно? – вдруг тихо спрашивает он. И только от одного этого вопроса меня бросает в дрожь, а между бёдер вспыхивает обжигающий пожар.

Сколько раз я представляла нас четверых одновременно? Не счесть. Только все мои фантазии обрывались на невинных поцелуях, потому что стыд не позволял моему воображению зайти дальше.

А сейчас у меня появилась возможность не просто мечтать об этом, а воплотить свои фантазии в реальность.

Откажусь ли я?

Определённо нет.

Я слишком возбуждена. Слишком влюблена. И слишком сильно хочу каждого из них, чтобы теперь отступить.

– Хочу, – выдыхаю я и краем глаза замечаю, как лицо Кассия впервые заливает густой румянец.

Суровый воин, способный одним своим внушительным видом заставить замолчать целый зал, сейчас почти смущённо отводит глаза.

И это сочетание подавляющей силы и неожиданной робости выглядит не только умилительно, но и до безумия сексуально.

Я плавно высвобождаюсь из объятий Аркадия и отступаю от Скайлора.

Шаг.

Затем ещё один.

Все трое неотрывно следят за мной, но никто не пытается остановить. Они уже поняли: я не побегу.

Не сводя с них глаз, я медленно поднимаю руки к лентам в своей растрёпанной причёске и постепенно вытягиваю их одну за другой.

Освобождённые пряди рассыпаются по плечам и спине тяжёлой серебристой волной.

Первую ленту я выпускаю из пальцев, позволяя ей соскользнуть на пол.

Вторую всё ещё держу, продолжая неспешно отступать в сторону своей комнаты.

В глазах мужчин одновременно вспыхивает хищный блеск, и моё тело моментально реагирует на это: дыхание сбивается, низ живота сладко стягивает, а по коже прокатывается горячая дрожь.

Продолжая смотреть на мужчин, я останавливаюсь и носком одной туфли поддеваю другую за пятку.

Серебряная туфелька соскальзывает со ступни и с тихим стуком падает на каменный пол.

А вслед за ней – и вторая.

Я остаюсь босой и снова отступаю, чувствуя ступнями прохладу камня, а всем телом – жар устремлённых на меня взглядов.

Неотрывных.

Пожирающих.

Заинтригованных тем, что же будет дальше.

Я открываю дверь в свои покои и переступаю порог, позволяя полумраку, разгоняемому лишь пламенем камина, поглотить мою манящую фигуру.

А затем поднимаю руки к застёжкам платья.

Мои пальцы двигаются медленно, почти лениво. Одна за другой застёжки поддаются с тихими щелчками, и я вижу, как дыхание мужчин становится всё глубже и тяжелее.

Они входят в комнату. Касс плотно закрывает за собой дверь, и все трое остаются на почтительном расстоянии от меня. Хотя по их напряжённым телам, потемневшим взглядам и чуть подрагивающим рукам прекрасно видно, каких усилий им стоит не приблизиться и не коснуться меня.

Платье соскальзывает с плеч, и я позволяю ему упасть к моим ногам бесформенной серебристой лужицей.

На несколько мгновений в комнате воцаряется тишина.

Вязкая.

Густая.

В которой слышно лишь потрескивание дров да наше сбивчивое дыхание.

Я остаюсь перед ними в одной полупрозрачной сорочке и кружевном белье.

Свет камина танцует на моей бледной коже, отбрасывая золотые тени.

И я не чувствую ни стыда, ни смущения, ни страха.

Лишь острое, пьянящее желание.

Лишь сладкую власть над тремя мужскими взглядами, прикованными ко мне.

Лишь жадное предвкушение того, что будет дальше.

– Не хотите подойти ближе? – спрашиваю я севшим от возбуждения голосом.

Скайлор шумно втягивает воздух. Сжимает кулаки.

И срывается первым.

В несколько стремительных шагов он преодолевает разделяющее нас расстояние, обхватывает мою талию и прижимает к себе, не давая опомниться.

Его поцелуй – дикий, голодный, полный безудержной страсти. Он обрушивается на меня, словно огненный ураган. Втягивает в свой вихрь и уносит далеко от реальности, которая до сих пор остаётся слишком сложной. Туда, где нет ни Тиндросса, ни Акселя, ни предателей, ни Культа.

Только его жар. Губы, терзающие мои. Язык, жадно проскальзывающий в мой приоткрытый рот. Сильные руки, вжимающие меня в его тело. И моё бешено колотящееся сердце.

Я отвечаю ему с той же жадностью. Обвиваю его шею руками и прижимаюсь к нему теснее.

– Сожги остатки моей одежды, – дрожащим голосом прошу я.

Мой взгляд затуманен, как и его. Скай не сразу понимает, что я только что сказала. Но постепенно смысл просьбы доходит до него, и он позволяет своему огню обвить меня.

Языки пламени лижут кожу. Сначала едва ощутимо, почти ласково. Затем разгораются ярче, проникают в тонкие волокна сорочки и пробегают по ним золотисто-алым узором.

Ткань вспыхивает, но жара я почти не чувствую.

Огонь не обжигает меня. Только пожирает одежду, превращая её в лёгкий пепел, который осыпается к моим ногам.

– Ты прекрасна, – сглатывает феникс и смотрит на меня так, будто я – единственное, что существует в этом мире.

Аркадий выходит из-за его плеча – медленно, с той привычной аристократической сдержанностью, которая сейчас кажется лишь тонкой оболочкой, скрывающей нечто гораздо более тёмное.

Его грозовые глаза неторопливо скользят по моему телу, изучая каждый изгиб. И каждый раз, когда его взгляд задерживается на чём-то, я чувствую, как в этом месте начинает гореть кожа.

Так, будто он уже касается меня. Заворожённо проводит ладонями по шее, груди, талии и бёдрам. Хотя между нами всё ещё остаётся несколько шагов.

Но вскоре исчезают и они.

Принц останавливается передо мной. Так близко, что запах лаванды смешивается с горячим ароматом яблок и терпкостью вина, а его дыхание касается моего лица.

Он медленно наклоняется, не отрывая взгляда от моих глаз, и оставляет лёгкий поцелуй на моём плече.

Я вздрагиваю, чувствуя, как под кожей проносятся острые электрические разряды.

Губы Аркадия задерживаются на мне всего на мгновение, но этого хватает, чтобы сердце вновь бешено забилось о рёбра.

Он замечает мою реакцию. В его глазах вспыхивает тёмное удовлетворение, и следующий поцелуй он оставляет чуть ближе к шее.

Уже не такой лёгкий.

Не такой «скромный».

Мой рыжий плут тоже не остаётся в стороне. Его язык развязно скользит по моей шее, заставляя меня запрокинуть голову, а затем губы впиваются в нежную кожу, оставляя на ней тёмную отметину.

Тихий стон срывается с моих губ.

Сознание уплывает куда-то за пределы этой комнаты.

Этого города.

Этого мира.

Туда, где не остаётся ничего, кроме двух мужчин, ласкающих меня. И третьего, который лишь смотрит, так и не решаясь подойти.

Я приоткрываю затуманенные глаза.

Кассий продолжает стоять у двери. Неподвижный. Скованный. Его руки сжаты в кулаки, на челюсти ходят желваки, а в потемневших глазах идёт настоящая борьба.

Я вижу, как он хочет подойти.

И как упорно сдерживает себя, боясь разрушить то, что происходит между нами тремя.

– Иди сюда, – выдыхаю я и протягиваю к нему руку. – Пожалуйста.

Несколько мгновений он не двигается. Только смотрит на меня с таким выражением, словно не верит, что я в самом деле попросила его подойти ко мне.

Затем медленно разжимает кулаки.

Делает шаг.

Второй.

И с каждым из них моё сердце колотится всё сильнее.

Рыцарь приближается медленно, словно даёт мне возможность передумать. Его потемневший взгляд не отрывается от моего лица, хотя я стою перед ним совершенно обнажённая.

Наконец его огромная ладонь накрывает мою протянутую руку.

Осторожно.

Почти робко.

Его дыхание касается моей и без того разгорячённой кожи.

Тёплое.

Сбивчивое.

Касс подносит мою ладонь к губам и оставляет на ней долгий поцелуй.

Не отрывая от меня глаз.

Не решаясь прикоснуться к чему-то ещё.

И тогда я даю ему согласие.

А вместе с ним – всем троим.

Не сдерживаться.

Не бояться, что их страсть окажется для меня слишком сильной.

Любить меня так, как им хочется.

Глава 108 ЛИАДА

Глава 108 ЛИАДА

И они слышат меня.

Кассий медленно обходит меня и останавливается за спиной.

Его тяжёлое дыхание ложится мне на затылок, а исходящее от могучего тела тепло смешивается с жаром Аркадия и Скайлора, замыкая меня в плотном кольце.

Я оказываюсь окружена ими со всех сторон.

Предвестник склоняется ниже, аккуратно отводит распущенные волосы в сторону и касается губами основания моей шеи.

Медленно.

Благоговейно.

Словно касается чего-то священного.

Я вздрагиваю и невольно подаюсь назад, навстречу его склонённому телу.

Огромные ладони в тот же миг ложатся на мои бёдра, удерживая меня на месте.

Я чувствую, как его пальцы слегка подрагивают на моей коже. Будто он до сих пор не верит, что ему позволено касаться меня вот так – открыто, интимно, кожа к коже.

Будто я могу его отвергнуть или исчезнуть, если он сделает хоть одно лишнее движение.

– Мне так хорошо… – неожиданно срывается с моих губ, и щёки тут же вспыхивают от смущения.

Я не привыкла распахивать перед ними свои чувства. Тем более настолько откровенно.

Но никто из них даже и не думает смеяться.

– Как же нам хорошо слышать, что тебе хорошо, – хриплый шёпот феникса обжигает моё ухо.

И в тот же миг его горячие губы обхватывают мочку и слегка оттягивают её.

– М-м-м… – сдавленный стон вырывается из моего горла.

Я невольно отстраняюсь, не в силах совладать с переполняющими меня ощущениями.

Скай мягко обхватывает мой подбородок и поворачивает лицом к себе. Смотрит мне в глаза так, словно проверяет, всё ли в порядке, не перестарались ли они. И, увидев лишь плещущееся в них удовольствие, склоняется ко мне и вовлекает в жадный, требовательный поцелуй.

Я отвечаю ему со всей своей страстью. Со всем голодом, копившимся во мне с той нашей последней ночи в таверне. Чувствуя странную потребность поглотить его и одновременно самой быть поглощённой им.

Мысли путаются и разлетаются в стороны, словно выскользнувшие из рук ленты.

Каждая клеточка в моём теле превращается в оголённый нерв.

И я окончательно растворяюсь в этой сводящей с ума близости.

– Не сдерживайся, – хрипит феникс, оттягивая большим пальцем мою нижнюю губу. – Я хочу слышать твои сладкие, умопомрачительные стоны. Покажи нам, насколько тебе хорошо.

Его свободная рука ложится на мою ягодицу и крепко сжимает её.

Я выгибаюсь от этого потрясающего контраста ощущений.

С одной стороны меня ласкает Аркадий. Остро. Горячо. С мучительной точностью, от которой я каждый раз вздрагиваю и шумно втягиваю носом воздух.

Его с виду нежные, но на деле невозможно хищные пальцы порхают по моей шее. Слегка сжимают её, так, что моё сердце начинает трепетать от восторга.

Затем опускаются к ключицам, медленно очерчивая каждую линию.

Ещё ниже.

Задерживаются на груди, сжимают её и осторожно, но настойчиво прокручивают сосок, доводя меня до пронизывающей дрожи.

И, наконец, соскальзывают к животу.

Поглаживают его.

Плавно спускаются туда, где всё во мне пульсирует и сладко сжимается от нетерпения.

Но в последний миг останавливаются.

Словно нарочно.

Сзади – Кассий. Бережный. Неспешный. Изучающий. Он растягивает каждое своё прикосновение, каждый невинный поцелуй, от которых я млею и постепенно теряю ощущение собственного тела.

Его каменная грудь прижимается к моей спине. Тяжёлое дыхание обжигает макушку. А большие мозолистые ладони скользят по моим бокам так, словно пытаются запомнить каждый изгиб.

Он ненадолго отстраняется, лишая меня такого нужного тепла, такой необходимой опоры. Но уже в следующую секунду его губы касаются моей лопатки – трепетно, почти невесомо, будто я нечто хрупкое и бесценное.

И я невольно подаюсь навстречу этому поцелую.

А затем он вдыхает мой запах. Медленно. Глубоко. С такой сдерживаемой жадностью, что по моей коже пробегает новая волна мурашек, а колени невольно подгибаются.

С другой стороны – Скайлор. Жадный. Нетерпеливый. Заставляющий меня отчаянно хватать ртом воздух и кусать губы.

Его влажные поцелуи обжигают моё плечо. Шею. Пальцы слегка отводят мою ягодицу и проскальзывают к самому сосредоточению моего желания.

В нём нет манящих пауз и мучительной неспешности Аркадия. Нет благоговейной осторожности Кассия, который всё ещё прикасается ко мне так, словно боится, что я рассыплюсь под его руками.

Мой рыжий плут не медлит. Не дразнит. Он берёт то, что хочет. Нагло и дерзко.

– Какая же ты влажная… – хрипло выдыхает он мне в шею. – Так бы и съел тебя.

Я судорожно втягиваю воздух, смотря в затуманенные глаза феникса, и чувствую, как моё здравомыслие подходит к краю. Ещё шаг – и от меня останутся лишь голые инстинкты.

– Любимый… – вырывается у меня вместе со стоном. И в его глазах в тот же миг вспыхивает что-то тёмное. Необузданное.

Его средний палец медленно размазывает по мне влагу, заставляя меня вцепиться в его плечо.

– Хочешь большего? – с вызовом спрашивает Скай и усиливает прикосновение, мгновенно лишая меня дара речи. – А, сладкая? – добавляет он с хитрой усмешкой в голосе.

Аркадий коротко смеётся, наблюдая за моей безуспешной попыткой выдавить из себя хоть слово.

– Кажется, она согласна, – произносит он и, наконец, перестаёт мучить меня ожиданием, скользнув рукой туда, где я больше всего хочу его ощущать. – Ты только посмотри, как она раскраснелась.

Мой рыжий плут коротко хмыкает и подстраивает свои движения под круговые ласки Принца.

– Но нашей принцессе мало только пальцев. – Он обхватывает мой подбородок свободной рукой и слегка сдавливает его. – Так ведь?

Кончик его языка медленно скользит по моей скуле.

– Кивни.

И я киваю.

Мне действительно мало.

Я хочу большего. Хочу чувствовать их сильнее. На себе. В себе.

Скайлор ухмыляется, и я чувствую, как его пальцы покидают меня, оставляя после себя почти болезненное ощущение пустоты. Но прежде чем я успеваю запротестовать, он притягивает меня к себе, выпутывает из кокона чужих рук и подхватывает на руки так легко, словно я ничего не вешу.

Я машинально обхватываю его шею и прижимаюсь к твёрдой, горячей груди.

Он несёт меня к небольшой кушетке, обитой тёмным бархатом, и опускает на неё так, что я оказываюсь на коленях. А затем разворачивает лицом к окну, за которым в ночной темноте лениво кружится снег.

Я едва успеваю вцепиться пальцами в невысокую спинку, как его ладонь уже скользит вдоль моего позвоночника, вынуждая сильнее прогнуться под его прикосновением.

В тёмном стекле передо мной отражается вся комната. И я вижу, как феникс, не сводя с меня полыхающего взгляда, стягивает через голову рубашку и небрежно бросает её на пол.

Его движения быстрые, нетерпеливые, словно одежда для него стала досадной преградой, от которой он стремится поскорее избавиться.

Слева в тёмном стекле проступает отражение Аркадия.

Он приближается ко мне медленно, почти лениво, как хищник, который не отказывает себе в удовольствии как следует рассмотреть свою добычу. Особенно, когда она находится в столь соблазнительной позе: обнажённая, раскрытая перед ними, с изящным изгибом поясницы и побелевшими от напряжения пальцами, вцепившимися в тёмный бархат.

Подойдя к кушетке, Принц останавливается прямо передо мной.

Я плавно поднимаю на него заворожённый взгляд.

На его красивых губах медленно растягивается такая дьявольская улыбка, что каждая клеточка в моём теле сжимается от жгучего предвкушения.

Он смотрит на меня так, будто уже придумал для меня десяток новых мучений и теперь намерен воплотить каждое. Не спеша. Наслаждаясь тем, как я буду дрожать под его руками и терять рассудок.

Кассий тем временем опускается на край кушетки рядом со мной.

Он не торопится ни раздеться, ни коснуться меня вновь. Лишь алчно скользит по мне своим тёмным, тяжёлым взглядом, задерживаясь на каждом изгибе так долго, что его молчаливое внимание ощущается почти как прикосновение.

Представить не могу, что он сделает, когда поймёт, что рядом со мной ему больше не нужно сдерживаться. Что я не боюсь его неукротимого напора. Не боюсь его грубой страсти.

Я жажду их, как сумасшедшая.

– Ты так красива в этой позе, – произносит Аркадий, и в его голосе, полном чертовски сексуальной хрипотцы, слышится восхищение, смешанное с неприкрытым обещанием.

– Безумно красива, – соглашается Скайлор, проводя ладонями по моим ягодицам и жадно сжимая их.

Предвестник шумно выдыхает сквозь стиснутые зубы.

Я поворачиваю к нему голову и подмечаю, как его безупречная выдержка начинает трещать – точно натянутые до предела цепи под яростным натиском запертого в них зверя.

Ещё немного – и он сорвётся.

Я тянусь к вороту его рубашки и цепляю пальцами верхнюю пуговицу.