Текст книги "Счастливые слезы Марианны"

Автор книги: Хосе Антонио Бальтазар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 37 страниц)

Глава 50

Когда вся компания прибыла домой, Марианна и Луис Альберто первым делом повели Фелисию в ее комнату. По дороге она встретила Марисабель.

– Здравствуй, Марисабель, – поздоровалась с ней Фелисия.

Но Марисабель только чуть кивнула и прошла мимо. Спустившись вниз, она подошла к Бето, который шел за родителями, и остановила его вопросом:

– Бето, почему ты не пришел на теннисный корт? Ведь ты обещал. Я прождала тебя целый час!

– Прости меня, Марисабель, я ездил с мамой и отцом забирать Фелисию из больницы, – сказал юноша и хотел было пройти мимо, но Марисабель снова его остановила:

– Бето, погоди. Куда ты?!

– Хочу показать Фелисии нашу библиотеку.

– Вот уже неделю я только и слышу «Фелисия! Фелисия!». Может, ты забыл, что твоя невеста не она, а я? – выкрикнула Марисабель и выбежала из гостиной, еле сдерживая слезы.

Бето только пожал плечами.

Тем временем Марианна с мужем показывали Фелисии ее комнату. Девушка была на седьмом небе от счастья, когда увидела, где она будет жить.

Комната, которую ей отдали, была в два раза больше той, где она до этого ютилась.

Здесь были два платяных шкафа, книжный шкаф, большой письменный стол и на нем – маленький компьютер, которым она, разумеется, не умела пользоваться.

Кроме того, в комнате была широкая кровать, которая днем убиралась в стену, кресло, туалетный столик с большими зеркалами, весь уставленный косметикой, телевизор и магнитофон.

Открыв один шкаф, Фелисия увидела, что он полон одежды.

– Вы забыли убрать вещи Марисабель, – сказала она, с завистью глядя на дорогие платья и костюмы.

Марианна и Луис Альберто переглянулись и рассмеялись.

– Это твои платья. У Марисабель полно собственных, – сказала Марианна.

– Мои?!

– Но ты же не можешь все время ходить в одном и том же.

Фелисия укоризненно покачала головой.

– Хорошо, – сказала она. – Но их цену вы тоже вычтите из моих денег.

– Вычтем, вычтем, – ответил с улыбкой Луис Альберто.

– И за косметику тоже! – грозно предупредила Фелисия.

– Вычтем и за косметику! – ответила, еле сдерживая смех, Марианна.

– Тогда я согласна! – весело сказала девушка и принялась примерять то одно, то другое платье, извлекая их из шкафа и прикладывая к себе перед зеркалом.

– Ну, ладно, – сказала Марианна. – Ты тут пока осмотрись, а мне пора идти и распорядиться насчет обеда. Через час можешь спуститься в столовую.

– Хорошо, – ответила счастливая Фелисия.

Марианна с мужем ушли, а она еще долго вертелась перед зеркалом, примеряя наряды.

Через час к ней постучался Бето и, не дожидаясь приглашения, открыл дверь.

– Нельзя, нельзя! – закричала Фелисия, прикрываясь только что снятым очередным платьем.

– Ой, извини, я не знал, что ты переодеваешься, – растерялся Бето и вышел. Уже закрыв за собой дверь, он еще раз постучался и крикнул: – Стол накрыт! Спускайся.

– Хорошо! Я сейчас, – раздался голос из комнаты.

Через пять минут Фелисия была в столовой. Ждали только ее. Сев на свое место, Фелисия тут же схватила с подноса булочку и стала ее аппетитно уплетать.

– Нельзя брать хлеб, – сказала, поморщившись, Марисабель, – пока не подадут еду.

– Почему это? – удивилась Фелисия, продолжая жевать.

– Потому что решат, будто ты голодна!

– Марисабель, – одернула ее Марианна и укоризненно покачала головой.

– В таком случае, я правильно сделала, что сразу взяла хлеб, – спокойно ответила Фелисия.

– Почему? – удивилась Марисабель.

– Потому что я действительно голодна!

Все засмеялись бесхитростному объяснению Фелисии.

Все, кроме Марисабель, которая пренебрежительно отвернулась.

Бето тоже взял булочку и демонстративно стал ее есть, к восторгу Фелисии.

Наконец появилась Белинда. На сервированном столике она вкатила обед и первым делом разлила всем в большие чашки бульон. Фелисия взяла чашку и начала пить.

– Бульон принято есть ложкой! – раздраженно крикнула Марисабель, не обращая внимания на то, что Марианна толкает ее ногой под столом.

– Почему? – спросила, смутившись, Фелисия, поставив чашку на место.

– Так принято!

Фелисия взяла первую оказавшуюся под рукой ложку, но Марисабель опять одернула ее.

– Это десертная ложка!

– Извини, я не знала, – сказала девушка и взяла другую ложку.

Марисабель явно хотела вывести Фелисию из себя. Фелисия поняла это и твердо решила не подавать виду, что замечания девушки ее задевают.

Марианне было очень неловко за Марисабель.

В последние дни она не уделяла ей должного внимания, тратя все время на Фелисию. Но она никогда не думала, что Марисабель может быть такой высокомерной по отношению к людям, стоящим ниже ее.

И потом, неужели у нее нет ни капли сострадания к бедной Фелисии! Разве не понятно, что девушке негде было получить такое воспитание, какое получила Марисабель? И поэтому глупо упрекать ее в том, что она не знает правил поведения.

Марианна пока не догадывалась, что Марисабель опять ревнует Бето, на этот раз – к Фелисии, почему и желает всячески унизить ее перед ним.

За столом воцарилось тяжелое молчание. Все боялись, что Марисабель снова как-то обидит Фелисию в первый день ее пребывания в этом доме.

А ведь от этого первого дня зависит многое.

Фелисия же вела себя весьма непринужденно, не обращая особого внимания на колкости Марисабель.

Если бы все знали, каких усилий ей это стоило. В душе девушка молила Бога, чтобы он дал ей сил высидеть обед до конца и не наговорить Марисабель кучу гадостей.

А Марисабель не упускала ни одной ее промашки, чтобы лишний раз уколоть Фелисию. Она зорко следила за девушкой, не сделает ли она какую-либо ошибку, и сразу ставила ей это в вину.

Наконец, Марианна решила переменить тему разговора, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

– Фелисия, скажи, а кем ты хочешь быть?

– Я скажу, а вы будете смеяться…

– Почему ты так считаешь? – удивилась Марианна.

– Потому что никто не воспримет это всерьез…

– И все-таки?

– Я танцовщицей стала бы, – ответила та.

Марисабель прыснула в кулак.

– Что здесь смешного? – спросил Бето.

– Ничего! – зло ответила Марисабель и насупилась.

Когда подали телятину с овощами, Фелисия схватила вилку и подцепила самый большой кусок.

Марисабель тут же показала свое превосходство:

– Это вилка для рыбы!

– Гм… Я не знала, – смутилась Фелисия и взяла другую вилку.

– Вилку нужно держать в левой руке, а нож в правой!

– Буду знать, – спокойно ответила Фелисия.

Марисабель усмехнулась. Фелисии все это надоело, и она спросила у Марисабель:

– А сколько миль от Мехико до… Луны?

– Не знаю, – ответила Марисабель, удивленная таким неожиданным вопросом.

– Ну, наконец-то! – обрадовалась Фелисия. – Нашлась хоть одна вещь, которую ты не знаешь!

Все дружно засмеялись. И Марианна, и Луис Альберто поняли – Фелисия девушка не из робких и может за себя постоять.

Марисабель надулась и до конца обеда не произнесла ни слова.

– Фелисия, – попросила Марианна, – расскажи нам о себе. Ведь нам предстоит некоторое время жить вместе, и мы хотели бы побольше о тебе знать… Откуда ты и кто твои родители?..

Глава 51

Вопрос Марианны о том, кто ее родители, сильно смутил Фелисию.

Сказать правду? Солгать?..

В ответ Фелисия опустила глаза. Помолчав немного, она сказала:

– У меня… нет родителей. Я выросла совсем одна. Когда-то, когда я была совсем маленькой и мне было года полтора, мой отец погиб в автомобильной катастрофе, и мы с мамой остались одни…

Она помолчала и добавила:

– Отец был богатым фабрикантом, но, когда он погиб, его партнеры обманули нас и забрали нашу долю. Мать вынуждена была много работать, чтобы мы могли прокормиться. Она почти ничего не умела делать, ведь она выросла в богатой семье. Я была совсем маленькой и ничем не могла ей помочь. Сперва мама устроилась секретаршей в одну контору, но контора эта прогорела, и мать осталась на улице. После она пыталась шить на заказ. Но вы ведь знаете, сколько в Мехико хороших портних. Поэтому и здесь у мамы ничего не получилось. Тогда она принялась учить детей на дому. Мама хорошо играла на фортепьяно и стала давать уроки музыки. В одном из домов, куда она устроилась, в нее влюбился хозяин дома. Но мать была благородная и честная женщина, поэтому она ему отказала, тем более что у него была жена и ребенок…

Фелисия вздохнула и опустила голову.

– Тогда этот человек, разозлившись на мать за отказ, обвинил ее в воровстве. Он сказал, что она украла у него из пиджака деньги. Вызвали полицию, маму забрали в участок. Никто ей не хотел верить, потому что она была бедно одета. Меня на это время взяла домовладелица, у которой мама снимала комнату.

– А что случилось с матерью? – спросил Луис Альберто.

Фелисия, опустив голову, тихо прошептала:

– Мама умерла в полицейском участке после суда. Ее признали виновной. Ночью у нее случился инфаркт и она скончалась в камере.

– А откуда ты знаешь это? – спросил Луис Альберто.

– Мне потом рассказала об этом домовладелица. Она была добрая одинокая женщина и оставила меня жить у себя. Но когда мне исполнилось десять лет, она умерла, и я осталась совсем одна.

Фелисия умолкла. Тишина повисла над столом. Все молча глядели в тарелки и думали об этой печальной истории. По щекам Марианны текли слезы. Даже Марисабель с жалостью посмотрела на Фелисию: ведь в душе она была доброй девушкой, только боялась потерять Бето – ревность могла превратить ее в настоящую фурию.

Бето встал и вышел из-за стола. За ним поднялась Марисабель и тоже удалилась из столовой. В комнате остались Марианна, Луис Альберто и Фелисия.

– Можно, я пойду к себе? – наконец спросила девушка.

– Конечно, – ответила Марианна.

Фелисия вышла из-за стола и поднялась в свою комнату.

– Бедная девочка, – прошептала Марианна, когда Фелисия ушла.

Луис Альберто посмотрел на жену и тихо рассмеялся.

– Почему ты смеешься? – удивленно спросила Марианна.

– Потому что она слово в слово пересказала содержание фильма «Жизнь и крест Лусии Хусто». Ты не видела эту картину?

– Нет.

Луис Альберто помрачнел.

– Видно, история этой бедняжки намного страшнее и ужаснее, если ей даже стыдно рассказать правду.

– Но почему, почему она не решилась рассказать все как есть?

– Наверно, боится, что мы, узнав правду, не захотим иметь с ней дела. А может, ей просто стыдно за своих родителей.

Марианна задумалась.

– Наверно, ты прав. Но не стоит говорить об этом Бето и Марисабель. И если уж Фелисия не захотела нам рассказать всю правду, не будем принуждать ее делать это.

– Конечно. Зачем травмировать девочку, – грустно улыбнулся Луис Альберто.

Муж и жена с любовью посмотрели друг другу в глаза.

Сейчас как никогда раньше они поняли, что являются одним целым, и ничто на свете не сможет их разлучить. Они понимали друг друга с полуслова, с одного взгляда.

– Извини, дорогая, мне нужно сделать несколько телефонных звонков.

Марианна понимающе кивнула.

Муж вышел, и она осталась в столовой одна. Сидя за столом и рисуя ножом на салфетке невидимые узоры, Марианна думала о тяжкой судьбе Фелисии, о том, что она во что бы то ни стало должна помочь этой одинокой, никому не нужной девочке. Помочь, как никто не помог ей самой, когда ей было столько же лет, сколько Фелисии.

Марианна вспомнила, как трудно ей было пробивать себе дорогу, как не хватало теплого слова поддержки, мудрого совета.

– Нет! – решительно сказала она, вставая. – С девочкой этого не должно повториться!

Глава 52

Фелисия тем временем сидела в своей комнате и тихо плакала. Ей было стыдно, что она вынуждена была лгать этим добрым и отзывчивым людям.

Но разве она могла рассказать им настоящую правду? Ей самой было стыдно вспоминать прошлую жизнь.

Ведь мать Фелисии была проституткой. Даже она сама никогда не могла точно сказать дочери, кто ее отец.

Фелисия действительно в десять лет осталась одна. Она убежала от матери, не в силах переносить ежедневного позора.

Ее дразнили дети во дворе, с ней никто не дружил. Мальчишки, что постарше делали ей грязные предложения, думая, что она такая же, как мать.

Девушка хорошо помнила свой последний день в доме матери.

Мать, как обычно, привела в дом мужчину.

Это был пьяный старый фермер – ранчеро, который привез в Мехико телят на продажу и после выгодной сделки решил перед возвращением на ранчо хорошенько погулять. Он подцепил мать Фелисии в кафе, где она постоянно околачивалась, выискивая клиентов. Взяв с собой две бутылки текилы, они пришли к ней домой.

– А что здесь делает эта девчонка? – хмуро спросил ранчеро, увидев маленькую Фелисию и ткнув в нее пальцем. – Ты же сказала, что будешь одна.

– Не обращай на нее внимания, Альваро. Это моя дочь, – сказала мать, обнимая его и целуя.

– У тебя есть дочь?

– Как видишь.

Ранчеро подошел к девочке, сел перед ней на корточки и спросил:

– Как тебя зовут?

Фелисия молчала, исподлобья глядя на этого противного толстяка.

– Она у тебя немая, что ли? – спросил он, поворачиваясь к женщине.

– Нет, – ответила та, разливая текилу по бокалам и нарезая лимон.

– А почему она молчит?

Мать бросила нож, подошла к Фелисии и с размаху вкатила ей звонкую оплеуху.

– Отвечай, когда тебя спрашивают, дрянная девчонка!

Девочка разревелась. Увидев это, ранчеро громко засмеялся.

– Так как тебя зовут?

– Фелисия! – плача, ответила та.

– Фелисия? Хорошее имя. Оно должно принести тебе счастье.

Сказав это, мужчина полез в карман куртки, долго рылся там и наконец извлек оттуда дешевый леденец.

– На, Фелисия. Бери и ступай в другую комнату.

Фелисия взяла леденец, но никуда не уходила.

– Почему ты не уходишь? – обозлившись, спросил гость.

– У нас нет другой комнаты.

– Как нет? – удивился он. – Что же, она будет смотреть, чем мы… тут занимаемся?

– Нет, что ты! – засмеялась мать. – У меня все продумано. Я просто запираю ее в шкаф!

– Ну, тогда ладно!

Мать чокнулась с ним, и они выпили. Потом снова наполнили бокалы и выпили еще.

– Может, не нужно ее в шкаф? – спросил захмелевший ранчеро, ехидно глядя на Фелисию. – Может, твоя дочь… составит нам компанию?

– Что ты! Она еще маленькая! – ответила мать и, шатаясь, подошла к дочери.

Она взяла ее за руку и повела к шкафу. Фелисия стала упираться, плакать, упрашивая мать:

– Мама, я не хочу в шкаф!

– Видишь, она не хочет! – засмеялся мужлан.

Мать несколько раз шлепнула ее и затолкала в шкаф, заперев дверцы на ключ.

Они стали пить, смеяться и болтать о разной чепухе.

Фелисия сидела в шкафу и все слышала. Все! И грязные шутки гостя, и пьяный смех матери, и их возню на диване.

Девочке было страшно, и она тихонько плакала, спрятав лицо в ладошки. Если она всхлипывала слишком громко, ранчеро хватал с пола башмак и запускал им в шкаф. От страха у девочки обрывалось сердце…

Потом мать и ранчеро решили сходить в бар потанцевать. Они оделись и ушли, забыв выпустить Фелисию из шкафа.

Бедная девочка просидела там всю ночь.

Под утро она стала колотить кулачками в дверцы и стенки шкафа, умоляла, чтобы ее выпустили. Она так громко стучала, что на шум прибежали соседи. Они освободили девочку и стали над ней смеяться:

– Ты там живешь, да?!

– Да нет, ее мать запирает, когда приводит в дом мужчин.

А Фелисия уже и плакать не могла. Она только смотрела на людей как затравленный зверек. Когда соседи ушли, она взяла школьную сумку, сложила в нее всю свою нехитрую одежку, взяла листок бумаги и написала: «Мама, ты плохая. Я от тебя ухожу. Фелисия».

Она положила записку на кровать, взяла сумку с вещами и тихонько ушла, пока мать не вернулась.

Глава 53

И вот теперь она сидела здесь, в чужом доме, и вспоминала все это.

Разве могла она хоть кому-нибудь рассказать о своем позоре? Тем более этим людям, которые так хорошо отнеслись к ней, которые первый раз в ее жизни показали Фелисии, что от людей можно ждать не только плохого, но и хорошего.

Но она соврала им – это очень угнетало бедную девушку.

В дверь постучали. Фелисия утерла слезы и спросила:

– Кто там?

– Это я, Бето.

– Входи.

Бето открыл дверь и вошел. Он сразу увидел, что Фелисия только что плакала. Глаза у нее были красные, нос распух. Бето, опустив глаза, сделал вид, что ничего не заметил. Он спросил у Фелисии:

– Хочешь, я покажу тебе наш теннисный корт? Ты умеешь играть в теннис?

– Да, умею, – ответила она. – Но сейчас я не очень хорошо себя чувствую. Ты не обидишься, если я не пойду с тобой?

– Нет! Конечно, нет, – сказал Бето, улыбнувшись. – Ведь ты только что из больницы, и тебе нужно отдохнуть… Ну, ладно, я пойду.

К ужину Фелисия не спустилась, сказавшись больной.

– Что с ней? – спросила Марианна.

– Она сказала, что неважно чувствует себя, – ответил Бето.

– Может, отнести ей ужин в комнату? – спросил Луис Альберто.

– А может, она все-таки соизволит спуститься в столовую и поужинать вместе со всеми? – съехидничала Марисабель.

– Марисабель, нельзя быть такой злой, – сказала Марианна с укоризной. – Что тебе сделала Фелисия? Почему ты так набросилась на нее за обедом?

– Просто она мне не нравится, вот и все. Вот увидите, как она вам отплатит за добро, которое вы для нее сделали!

– Очень прошу тебя, Марисабель, – сказал Луис Альберто. – Оставь Фелисию в покое. Ей и так нелегко пришлось.

Марисабель промолчала. Она не хотела вступать в спор с Луисом Альберто и Марианной. К тому же Фелисия действительно не сделала ей ничего дурного. Но Марисабель подсознательно чувствовала в ней соперницу и поэтому никак не могла удержаться от колкостей.

На следующее утро Бето, спускаясь в столовую, вдруг услышал голос Белинды:

– Вот увидишь, эта девчонка уведет у тебя жениха!

– Нет, Бето не такой.

Бето узнал голос Марисабель.

– Марисабель, девочка, да ты не знаешь этих уличных девок! Они способны на все что угодно, лишь бы заполучить богатого мужа. Разве ты не видишь, как она окрутила донью Марианну и дона Луиса Альберто. Так и вьются подле нее. Во всем доме только и слышно, что о Фелисии. Ах, какая Фелисия бедная! Ах, какая Фелисия несчастная! Ах, Фелисия! Ах, Фелисия! А эта бедная-разнесчастная Фелисия возьмет да и соблазнит Бето. А потом заявит, что ждет от него ребенка, и заставит на себе жениться! Гляди, Марисабель. Ты можешь запросто потерять своего жениха и остаться с носом. Вчера, сразу после обеда, он заходил к ней, я сама видела. Интересно, что он там забыл?

Бето не мог больше слушать, как Белинда клевещет на Фелисию. Он распахнул дверь и вошел в столовую. Кухарка замолкла на полуслове.

– Белинда, как тебе не стыдно говорить такие вещи! – сказал он.

– А что мне стыдиться? – выпалила Белинда. – Ты думаешь, я не знаю, зачем эта девица влезла в наш дом?

– Она не влезла, мы сами ее позвали! – ответил Бето.

– Конечно! А зачем ты ходил к ней в комнату вчера после обеда? Я все видела!

– Да, я заходил к Фелисии и не скрываю этого. Когда мы с Марисабель собрались идти играть в теннис, я решил позвать Фелисию с нами, чтобы ей не было скучно. Она сказала, что плохо чувствует себя, и я сразу ушел. Белинда, если ты будешь подглядывать за всеми и распускать по дому грязные сплетни, я пожалуюсь отцу, так и знай. Он сразу тебя уволит!

Белинде нечего было ответить. Она надулась, как сыч, и молча вышла из столовой.

В комнате остались только Бето и Марисабель. Девушка исподлобья смотрела на своего жениха.

– Марисабель, и ты веришь ей? – спросил Бето.

Девушка молчала.

– Ответь, Марисабель, неужели ты думаешь, что я разлюбил тебя и увлекся Фелисией?

– А почему ты тогда уделяешь ей столько времени? – с обидой спросила девушка.

Бето улыбнулся. Он подошел к невесте, взял ее за руки и нежно поцеловал.

– Глупенькая. Я люблю тебя, и только тебя. А Фелисия… Понимаешь, она напоминает мне о моем детстве. Ведь я, как и она, вырос на улице. Мне известно все, что пришлось испытать ей, поэтому я очень хорошо понимаю ее. Я чувствую к ней жалость, и ничего больше. А ты не будь такой ревнивой и не слушай разные сплетни, которые разносит по дому эта несносная Белинда.

Марисабель виновато улыбнулась.

– Я ревную только потому, что люблю тебя, милый Бето, – сказала она и поцеловала его в щеку.

Марисабель была уверена, что Бето любит ее. Но слова Белинды глубоко запали в сердце девушки. Как сорное семя, брошенное на благодатную почву, дает побег, так и слова Белинды, запавшие в ревнивое сердце Марисабель, не давали ей покоя.

Глава 54

А между тем Фелисия продолжала жить в доме Марианны и Луиса Альберто.

Сначала девушка никак не могла привыкнуть к тому вниманию, которое ей уделяли. Она очень смущалась оттого, что все к ней хорошо относятся, и не понимала, чем она заслужила это.

Только отношения с Марисабель вызывали беспокойство девушки. Фелисия видела, что Марисабель не любит ее, но не понимала из-за чего.

Несколько раз Фелисия хотела поговорить с ней, но каждый раз Марисабель уходила от прямого разговора, давая понять, что не намерена сближаться с ней.

Наконец Фелисия решила оставить все как есть и не навязывать хозяйской дочке свою дружбу. Ведь рано или поздно все разрешится само собой.

Целыми днями Фелисия читала книги.

Читать сна очень любила, но раньше ей редко удавалось найти интересную книжку. А тут в ее распоряжении была целая библиотека, состоящая из сотен и сотен Томов. Здесь были и современные авторы, и классики, и поэты, и прозаики. Фелисия читала все подряд без разбору.

Но больше всего ей понравился Габриель Гарсия Маркес – его роман «Сто лет одиночества».

Сначала Фелисия пыталась найти себе какое-нибудь дело. Она принялась помогать на кухне. Но, как только Луис Альберто узнал об этом, он категорически запретил ей это делать, сказав, что Белинда сама прекрасно справляется.

Он велел девушке вспомнить школьный курс, который она успела пройти, пообещав, что, как только она это сделает, наймет ей хорошего учителя, который подготовит ее к поступлению в колледж.

Фелисия засела за грамматику и арифметику. Иногда Бето помогал ей, но чаще всего с ней занимался сам Луис Альберто. Он диктовал ей разные тексты и потом выискивал ошибки.

Луис Альберто уделял Фелисии много внимания. Он возил ее на экскурсии, несколько раз был с ней в театре.

Однажды он повел ее на балет, и Фелисия была в восторге от того, что увидела. Как зачарованная, глядела она на сцену. На протяжении всего спектакля она ни разу не шелохнулась, не задала ни одного вопроса. Взгляд ее был устремлен на сцену, мысленно она сама была там.

Когда представление окончилось, Фелисия сказала Луису Альберто:

– Я буду балериной!

– Что? – не понял он.

– Я буду балериной! – твердо повторила она. – Я это точно знаю.

Луис Альберто улыбнулся.

– Но для этого нужно очень много трудиться, – сказал он. – Балет и опера самые трудные виды театрального искусства. Для того чтобы стать настоящей балериной, нужно потратить много времени и сил. Ты уверена, что у тебя хватит для этого терпения?

Когда Луис Альберто с Фелисией вернулись в дом, Марианна спросила мужа:

– Где вы были? Уже очень поздно, и я стала волноваться.

Луис Альберто улыбнулся и ответил:

– Я водил Фелисию на балет.

– Донья Марианна, мне так понравилось! – восторженно воскликнула Фелисия.

Марианна ласково улыбнулась и сказала:

– Иди спать, уже поздно.

– Спокойной ночи! – сказала Фелисия и побежала к себе.

– Мне тоже пора спать, – сказал муж. – Сегодня я очень устал и хочу лечь пораньше.

Поцеловав Марианну, он пошел в спальню. Марианна села в кресло и взяла в руки журнал. Но читать не могла.

В последнее время поведение Луиса Альберто стало тревожить ее. Слишком много времени он проводил с Фелисией, уделял ей внимания больше, чем всем остальным в доме. Марианна не знала того, что муж просто очень привязался к девочке. Дурные мысли лезли ей в голову, но она пыталась гнать их от себя.

Вот и сейчас, когда муж с Фелисией ушли куда-то и вернулись слишком поздно, Марианна очень волновалась.

– Уж очень мне не нравится все это, сеньора Марианна! – вдруг услышала она и вздрогнула.

Оглянувшись, она увидела Белинду.

– Что ты имеешь в виду?

– Да то, что ваш муж очень нянчится с этой девочкой. Она, может, и ничего, но вы были бы с ней построже. Ведь в последнее время господин Луис Альберто даже вам уделяет меньше внимания, чем ей.

– Глупости ты говоришь, Белинда, – сказала Марианна и, встав с кресла, отправилась спать.

Белинда посмотрела вслед хозяйке и злорадно улыбнулась. Она сделала свое черное дело, посеяв сомнение в душе Марианны.

На следующий день утром, после завтрака, когда Фелисия убежала к себе в комнату заниматься, Луис Альберто сказал:

– Думаю, что нужно куда-нибудь пристроить Фелисию.

– Что ты имеешь в виду, папа? – спросил Бето.

– Вчера мы с ней ходили на балет, и после конца спектакля она сказала мне, что хочет быть балериной.

– И мне она это говорила, – подтвердил Бето.

Марисабель ухмыльнулась.

– Конечно, ведь не хочет она всю жизнь продавать лотерейные билеты.

– Может, стоит подыскать девочке хорошего учителя? – спросила Марианна.

– Именно об этом я и говорю, – сказал Луис Альберто.

Марианна задумалась. Вчера Белинда подтвердила ее сомнения. Но Марианна слишком любила мужа, чтобы заподозрить его в такой низменной страсти.

Другое волновало ее: Фелисия была очень похожа на Луиса Альберто. У нее был тот же разрез глаз, тот же цвет волос. Правда, волосы мужа уже изрядно поседели, но ведь она прекрасно помнила, какими они были в молодости. Вчера, когда они вернулись со спектакля и вошли в дом, оба веселые, улыбающиеся, Марианне бросилось в глаза, что даже улыбки у них похожи. Нет, она не перестала любить Фелисию, но тревожные мысли не давали ей покоя.

– Может, нам поговорить с Джоаной, чтобы она посмотрела Фелисию? – сказала она.

– А что? Очень даже хорошая мысль! – воскликнул Луис Альберто.

– Ну вот еще! – фыркнула Марисабель.

– Нет, правда. Почему бы твоей маме не позаниматься с Фелисией? – спросил у Марисабель Бето.

– Не станет она с ней заниматься.

– Это почему? – удивилась Марианна. – Насколько я знаю, класс у нее укомплектован не полностью и она вполне может взять еще одну ученицу.

– Не будет она этого делать! – упрямо твердила Марисабель.

– Но почему?! – удивился Луис Альберто. – Почему ты так убеждена в этом? Ведь мы даже не спросили у Джоаны.

– Потому, – заявила Марисабель, – что моя мама не станет заниматься с ней бесплатно.

– Об этом ты можешь не беспокоиться, – сказал Луис Альберто, улыбнувшись. – Никто не собирается просить Джоану, чтобы она делала это бесплатно.

– Ну конечно! Вы заплатите за ее обучение! – зло съехидничала Марисабель.

– Можем и мы заплатить! – наконец сказала Марианна, выведенная из терпения словами дочери. – А может, и она сама. Не забывай, что у нее есть деньги.

– Которые вы ей дали! А до этого она была нищенкой! – крикнула Марисабель, вскакивая из-за стола. Но Луис Альберто остановил ее:

– Марисабель! Немедленно сядь на место!

Марисабель повиновалась.

– Послушай меня, – спокойно сказала Марианна, – оскорбляя Фелисию, ты оскорбляешь меня.

– Это почему? – спросила Марисабель, исподлобья глядя на Марианну.

– Потому что когда-то в молодости я была такой же бедной, как Фелисия. У меня тоже не было ни денег, ни дома, ничего. Скажи, тебе стыдно, что тебя вырастила и воспитала бывшая нищенка, как ты говоришь?

– …Нет…

– А мне стыдно, что я не смогла воспитать тебя как следует. Ты учишь Фелисию хорошим манерам, но тебе самой следовало бы поучиться у нее доброте и чувству благодарности. Посмотри, как она благодарна нам за то, что мы ей дали. Ты же все воспринимаешь как должное.

Марисабель молчала. Ей было очень стыдно за свое поведение. Но она никак не могла побороть своей неприязни к Фелисии. Ведь эта девушка, думала она, хочет отбить у нее Бето. И поэтому в Марисабель каждый раз просыпалось женское чувство самосохранения. Она готова была бороться за своего любимого всеми способами.

– Вот увидишь, – продолжала Марианна, – и твоя мать и твой отец скажут тебе то же самое.

– Марианна права, – подтвердил Луис Альберто, с укоризной глядя на дочь.

Марисабель встала из-за стола и, опустив голову, сказала:

– Простите меня, пожалуйста.

– Ты должна просить прощения не у меня, а у Фелисии, – сказала Марианна и спросила: – Когда ты увидишь маму?

– Я хотела пойти к ней сегодня.

– Тогда поговори с ней. Спроси, не захочет ли она посмотреть Фелисию. Если девочка ей понравится, мы будем платить за ее занятия. Ты сделаешь это?

Марисабель кивнула. Марианна встала, подошла к ней и поцеловала ее в лоб, сказав:

– Никогда не будь такой злюкой.

Когда все разошлись, Белинда постучала в дверь кабинета Луиса Альберто.

– Да-да. Войдите! – сказал он, надевая пиджак, чтобы идти на работу.

– Сеньор Луис Альберто, – сказала Белинда, – вы не отпустите меня сегодня? Мне нужно повидать подругу, которая лежит в больнице.

– Конечно!

– Большое спасибо. К ужину я вернусь, можете не беспокоиться.

Белинда действительно спешила в больницу.

Вчера от продавщицы магазина, где обычно покупала продукты, она узнала, что ее подруга Делия попала в госпиталь. Делия была старой проституткой. Белинда знала ее потому, что они вместе когда-то приехали в Мехико из одной деревни искать работу.

Но работу в то время найти было очень трудно, девушки вынуждены были жить в одной крохотной комнатушке, питались как попало. Тогда Делия, никогда не отличавшаяся высокой нравственностью, решила заняться самым древним ремеслом.

Поначалу Белинде тоже пришлось подрабатывать этим, но потом ей удалось получить место гувернантки в одном небогатом доме и она бросила это занятие.

Но с Делией она продолжала дружить.

И вот теперь Белинда узнала, что Делия в больнице. Она попала туда после какой-то пьяной драки, во время которой ее пырнули ножом в живот.

Заглянув на рынок, скупая Белинда выбрала апельсинов, тех, что подешевле, чтобы отнести подруге гостинец, – нельзя же идти в больницу с пустыми руками.

В больнице ей объяснили, как найти Делию. Войдя в палату, Белинда не сразу узнала старую подругу. И только когда Делия хриплым голосом окликнула ее, она поняла, к какой койке нужно идти.

– Здравствуй, Белинда, – тихо, почти шепотом проговорила старая проститутка. Она выглядела очень плохо. Кожа на ее лице стала морщинистой. Под полуприкрытыми глазами легли черные тени, губы потрескались. По всему было видно, что Делия – не жилец на этом свете.

Белинда присела на краешек кровати.

– Ну как ты? – спросила она у подруги.

– Как видишь… Вот еще немного полежу тут, да и в путь пора.

– В какой путь? – не поняла Белинда.

– В какой? В последний, – слабо улыбнувшись, пошутила старая проститутка.

– Да ладно тебе, выкарабкаешься.

– Нет, мне лучше знать.

– А что врачи говорят? – спросила Белинда.

– В том-то и дело, что ничего они не говорят… Да что мы все обо мне, да обо мне. Ты-то как поживаешь?

– Да все так же. Работаю кухаркой у сеньора Луиса Альберто Сальватьерра.

– У Луиса Альберто? – переспросила Делия.