Текст книги "Счастливые слезы Марианны"

Автор книги: Хосе Антонио Бальтазар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 37 страниц)

Глава 92

О том, что Бето ранили в голову, Марисабель узнала от Джоаны за завтраком. Она вскочила и бросилась в прихожую.

– Куда ты, дочка?

– Я еду к нему!

– Не беспокойся, слава Богу, рана легкая. И потом, тебе сегодня надо быть в училище. Катя сказала, что ты отстала от подруг, а скоро экзамены…

– Мамочка, как ты можешь говорить об этом, когда он ранен! Я не могу больше не видеть его!

Это искреннее излияние чувств обрадовало Джоану. В трудную минуту ее дочь повела себя самым достойным образом: отбросив все условности и обиды, она хочет быть рядом с тем, кто ей дорог.

– Хорошо. Тогда, если позволишь, я отвезу тебя.

По приезде Марисабель сразу поднялась к Бето.

Джоана не стала мешать их встрече. Она прошла с Марианной в гостиную, Рамона тут же принесла им кофе.

– И смех и грех. Неужели, чтобы перебороть гордыню, обязательно надо дождаться ранения любимого человека? – развела руками Джоана.

Марианна вздохнула.

– Представляешь, что ему пришлось пережить за эти дни…

– Марианна, не кажется ли тебе, что он… охладел к Марисабель? – смущаясь, спросила Джоана.

– Кто может знать это. Видела бы ты, сколько раз и как я «охладевала» к Луису Альберто. Иногда мне и самой начинало казаться, что с ним раз и навсегда покончено. Но уголек в груди тлел, тлел и снова разгорался…

Джоана задумалась и сказала с некоторой тревогой:

– Мы женщины, у нас чувства наружу, а у мужчин все по-другому.

К этой истине она пришла не сразу.

В отрочестве у нее была подруга, дочь преподавателя марксизма, начитавшаяся модной в то время «диалектической» литературы. Возраст у них был самый что ни на есть «озабоченный».

Подруга постоянно просвещала ее по части «единств и противоположностей», в том числе и полов. В чем заключалась противоположность, и дураку было ясно: достаточно приспустить трусики. А вот единство, по ее мнению, заключалось в том, что какие мальчики, такие и девочки.

– Им хочется так же, как и нам. Никакой разницы! – уверенно заявляла юная «марксистка». – Только у них палочка, а у нас дырочка…

Какое счастье, что ее пропаганда не оставила в Джоане ни малейшего следа!

Она была счастлива, что природа и Бог надоумили ее не уподобляться мужчинам, а выявлять в себе то, что единственно прекрасно в женщинах.

Джоана была согласна с мыслью Карлоса о предназначении женщины. И не потому, что он с уважительной нежностью восторгался ею, а потому, что самим нутром чувствовала правоту его слов.

– Женщина красива, – говорил Карлос, – потому что она должна родить, а механизм рождения не может быть негармоничен.

– Но разве не гармоничен атлет?

– В этом я ничего не понимаю, – уходил от спора хитрый философ…

– Как же это случилось? – спросила Джоана.

Марианна рассказала ей подробности нападения на Бето неизвестного грабителя.

Только благодаря тому, что мимо шла Виктория, которая тут же вызвала полицию и «скорую», Бето оказали своевременную помощь.

– Виктория? – расхохоталась Джоана. – Да она вездесущая, как сам Господь Бог!

Марианна поморщилась. Ей тоже стало так казаться, и от этого на душе у нее было неспокойно…

Глава 93

Боже, до чего хорошела изо дня в день Марисабель! Бето не мог глаз от нее оторвать.

Его улыбка была на той грани, когда – еще немного, и могла бы показаться улыбкой дебила.

– Бето, прости меня, ради Бога, что я разыгрывала из себя невесту Умберто!

– Ага, значит, ты все-таки ею не была! – паясничал Бето.

– Была или не была, но состояние это, скажу я тебе, довольно противное.

– Этим признанием вы спасаете жизнь невинного человека! – торжественно заявил Бето.

– Так, значит, ты невинный человек? – лукаво спросила Марисабель.

– Я не о себе! – нагло заявил Бето. – Я об Умберто. Еще немного, и я вызвал бы его на дуэль.

– Но он не умеет стрелять, он целыми днями просиживает за компьютером.

– Тогда я предложил бы ему драться на компьютерах!

Они хохотали так, что было слышно внизу.

Увидев альбомы художников, Марисабель с восхищением уставилась на Бето.

– Кандинский! Шагал! Дельво! Хочу такие же! – закапризничала Марисабель.

– Марисабель, давай поклянемся друг другу никогда не принимать мелочи за трагедию, – сказал Бето.

Он полулежал на тахте, она сидел у него в ногах.

Он раскрыл объятья, и она почти прыгнула в них.

Он прижал ее к себе, закрыл глаза и стая искать губами ее губы.

Он коснулся губами ее шеи, скулы, щеки, подобрался к носу и, спустившись чуть ниже, ощутил жаркое дыхание ее рта.

– Марисабель, я люблю тебя! – чуть слышно вымолвил он.

– Люби меня, Бето, прошу тебя, – ответила девушка.

Глава 94

В баре варьете Диди неслышно подошел к Кики и многозначительно шепнул ему:

– Хозяин вызывает…

– Меня? Зачем? – засуетился Кики, растерянно глядя на Себастьяна.

Тот сделал зверское лицо и сказал:

– Раз вызывает, значит, нужен! – и, наклонившись к самому его уху, добавил: – Разве я не говорил, что он хочет поручить тебе важное дело?

Кики поплелся за Диди.

Блас встретил его приветливо.

– Садись, Кики. Выпьешь чего-нибудь? Давай продегустируем перуанское «писко».

Блас достал из бара черный фаянсовый сосуд в виде головы индейца-инка, сорвал бумажный ярлык с пробки и откупорил сосуд, налив в две большие рюмки густую ароматную виноградную водку.

Кики было схватил бокал, но Блас жестом остановил его. Он достал тарелочку и разрезал на ней лимон, выжав сок в рюмки.

– Теперь это «писко-сауер»! – торжественно сказал он, передавая рюмку Кики.

Тот ломал голову, к чему такие нежности?

– Я решил поручить тебе деликатное дело, – Блас не торопясь начал втолковывать Кики его задачу. – Сейчас я позвоню одной сеньоре. Ее зовут Алисия Сеа. Она домовладелица. И я ей скажу, что ты к ней придешь по моей рекомендации…

Блас продиктовал адрес и телефон доньи Алисии.

Кики тут же занес эти сведения в мятый блокнотик, где записывал выручку от продажи наркотиков и порнографических открыток.

«Вот и хорошо, – подумал Блас. – Пиши, пиши! Это пригодится в полиции…»

– Но она знает, что меня зовут не Блас Кесада, а Исидро Мендес.

– Ах так…

– Да. Так и запиши…

Блас встал из-за стола и заходил по кабинету.

– А ты специалист по выведению мышей и прочей нечисти…

– Кто, я? – изумился Кики.

Не обратив внимания на его вопрос, Блас продолжал:

– Она добрая глупая сеньора. Ты скажешь ей, что завтра придешь выводить мышей. Их у нее уйма, и ее кот Сталин с ними не справляется.

Блас потешался в душе, видя, с каким серьезным видом Кики приступает к очень важному делу, за которое получит уйму денег.

– А я никогда мышей не выводил, – сказал Кики, прикидывая, неужто он получит свою «уйму» за мышей?

– Надеюсь, и не придется.

– Как это, шеф?

– Ты не перебивай, а слушай… Сегодня ты только попросишь, чтобы она провела тебя по квартирам. Как бы для ознакомления с объемом работы. Понял? Многие квартиры пустуют. Те квартиры, где хозяева отсутствуют, донья Алисия отопрет сама, у нее есть запасные ключи от всех помещений.

Блас помолчал, давая понять, что переходит к главному.

– Во что бы то ни стало ты должен понравиться девушке из квартиры 12-А.

Кики приосанился и спросил:

– Красивая?

– Не знаю! Запомни, никаких ухаживаний! Убью…

Кики побледнел.

– Она немая, но слышит. Запоминай! Ты добрый, простой парень… Порядочный. Шутник… Вспомни кого-нибудь из таких и прикинься… Ты во что бы то ни стало должен ей понравиться! Не как ухажер, а как старший брат, что ли!

– Для чего?

– А вот это ты узнаешь потом.

Блас подлил в рюмки «писко» и сказал:

– Из виноградных водок эта самая лучшая! За твое здоровье, Кики! Я на тебя надеюсь. От того, понравишься ты ей или нет, зависит, заработаем ли мы уйму денег… Гору денег! Океан денег!..

Блас достал из ящика письменного стола и протянул Кики брошюру о мышах и способах борьбы с ними.

– Непременно ознакомься! Ты ведь теперь специалист по борьбе не только… с людьми, но и с мышами…

Кики испуганно поглядел на Бласа. Тот подмигнул ему.

Кики раскрыл брошюру и увидел, что в нее вложены две большие купюры.

Его так растрогало обхождение хозяина, что он пустил тихую слезу.

Глава 95

Конечно, Луис Альберто крайне занят – Марианна видела, как, не щадя себя, он отдается работе, во многом напоминая одержимостью своего отца, каким она помнила старого дона Альберто в первые годы, проведенные в доме семейства Сальватьерра.

Марианна понимала, что только работа делает мужчину мужчиной, дает ему силу и привлекательность, определяет настроение семьи, и посягательство на его занятия ни к чему хорошему не приведет.

И все-таки она полагала, что может рассчитывать на большее внимание мужа.

В последнее время ее коробило участливое отношение Луиса Альберто к чужим проблемам – она считала, что он мог бы проводить с ней больше времени.

Они давно не были в театре. Раза два или три она деликатно просила мужа пойти в ресторан «Габриэла», но он всякий раз находил отговорки, ссылаясь на занятость.

Участившееся в последнее время упоминание в доме имени Виктории действительно стало раздражать Марианну. Конечно, она и виду не подавала, но боялась, что в какой-то момент может сорваться.

И еще ей на ум приходила лукавая Жуанита из далекого бразильского городка на Амазонке…

А еще…

«Старею? – подтрунивала над собой Марианна. – Или, наоборот, все еще молода и поэтому ревную?»

Цепочка происшествий с Бето сильно встревожила Марианну.

Сейчас, когда после стольких треволнений они, наконец, вместе, мысль о том, что она может лишиться сына, приводила ее в исступление и ужас.

Ей ли не понять бедную Чоле, которую материнский инстинкт привел на грань безумия!

Марианна давно хотела посоветоваться об этом с Пато, с тем самым Пато, который был первой доброй душой и верным другом, встретившимся ей в огромном чужом Мехико, когда много лет назад она бежала с родного ранчо от мачехи Ирмы Рамос и ее любовника Диего Авиллы в надежде разыскать старинного друга покойного отца – сеньора Луиса де ла Парра.

Через несколько лет старый дон Альберто взял смышленого паренька к себе в контору. Он честно работал посыльным и секретарем, но вскоре его потянуло к делу, о котором он мечтал с детства – к профессии сыщика.

После учебы и практики в полиции он ушел в частный сыск, открыл свою контору, а несколько успешно раскрытых им дел принесли ему надежные средства и репутацию удачливого детектива.

Время от времени он заглядывал в дом Сальватьерра, неизменно встречая дружеский прием.

И вот теперь Марианна решила обратиться к нему за помощью: не попробует ли он узнать, кто покушался на Бето.

Может быть, опасность все еще существует? Может быть, надо принять меры для его охраны? Незадолго до этого в доме были похищены фамильные четки. Но похититель сам объявился, требуя от Бето выкуп… И она дала эти деньги.

– Прости меня, Марианна, но лучше бы ты мне этого не говорила! Такие, как ты, попустительствуют преступникам!

– Это хорошо говорить вам, специалистам! А что делать нам, матерям?

– Шантаж всегда шантаж, будь то похищение четок или угон самолета. И однако, при угоне самолета многие учреждения, объединившись, действуют в соответствии с теорией и практикой борьбы с террористами. Не всегда, но в большинстве случаев это помогает добиться успеха. Более того, каждый новый успех снижает количество угонов, сплачивает общество, помогает бороться с терроризмом.

– Я решила, что деньги решат все…

– Я не утверждаю, что тебе не пришлось бы их дать. Но почему ты сразу не подключила меня? Может, не пришлось бы приглашать меня сейчас?

– Ты считаешь, что между шантажом и покушением есть связь? Знаешь, этот парень не только отдал четки, но и вернул часть денег. Он сказал Бето, что ему стыдно. А шантажировал он его, потому что должен был отдать карточные долги.

– Прости меня, Марианна, но это абсурд. В заядлом картежнике вдруг пробудилась совесть. Да и потом, почему обязательно красть, нельзя было попросить деньги?

– Мне кажется, ты прав… Мне бы твою логику…

– А что Луис Альберто?

– В том-то и дело, что мы с Бето боялись сообщить ему, что четки украл знакомый Бето. Этот негодяй заявил, что пошлет Луису Альберто письмо от какого-то старьевщика, подтверждающее, что Бето продал ему четки…

– А ты считаешь, что такой мерзавец может покаяться! – снова укорил Марианну Пато.

– Ты ведь помнишь, дорогой, что однажды Бето по наущению своего приятеля проник в наш дом, когда мы с Луисом Альберто еще не знали о том, что он наш сын. Это тот самый человек, и он знает самое уязвимое место моего мальчика! Бето больше всего испугался, что Луис Альберто решит, будто он неисправим… Вот я и решила поначалу дать Бето деньги для того, чтобы откупиться от шантажиста.

Пато приехал, когда Луиса Альберто не было дома, – Марианна боялась, что муж отнесется неодобрительно к ее затее. А то еще и станет высмеивать. Юмор Луиса Альберто ей нравился, но в этих обстоятельствах она не хотела бы стать объектом его насмешек.

При всем при том, что Пато полагал уместным в таких случаях информировать главу семейства, он, как частный детектив, следуя пожеланиям клиентки, принял заказ на ее условиях, решительно отказавшись, однако, в дальнейшем от какого-либо вознаграждения.

Пато поинтересовался, кто первым наткнулся на раненого Бето, и Марианна назвала Викторию, сказав, кто она и где работает. Пато обещал в случае появления результатов тут же связаться с Марианной.

– А теперь я хотел бы поговорить с Бето.

– Очень прошу тебя, Пато, если можно, не сегодня…

Пато нехотя согласился отложить беседу с ним и собрался было уходить, когда Марианна огорошила его вопросом:

– Есть ли возможность определять родство ребенка таким способом, чтобы об этом не узнали ни отец, ни мать?

Так как Марианна упомянула также мать, Пато понял, что она имеет в виду не Бето, и попросил уточнить, о ком идет речь.

Марианна, смущаясь, рассказала ему о бразильском периоде жизни Луиса Альберто, высказав подозрения, связанные с Жуанитой и ее дочерью… Луисой.

– Марианна, Бог с тобой! Стоит ли ворошить былое? Зачем изводить себя подозрениями, которые скорее всего не имеют под собой никакой почвы?

– Пато, а вдруг Луиса действительно дочь Луиса Альберто? Чем пребывать в неведении, я предпочла бы знать об этом.

Марианна протянула Пато фотографию Жуаниты и ее дочери.

– Да-а-а! – одобрительно воскликнул Пато. – Если бы все это было действительно так, то я бы сказал, что у Луиса Альберто неплохой вкус. Правда, с тобой она тягаться не может, но тоже недурна…

Марианна грустно улыбнулась.

– Поверь, Пато, это не ревность, это усталость и желание знать правду.

Пато попросил Марианну сесть, устроился в кресле напротив нее и помолчал. Лицо его стало суровым, точно он вспомнил о том, о чем никогда не хотел бы вспоминать.

– Конечно, современная наука располагает способами определения родства. Мне пришлось этим заниматься… К сожалению…

Пато поведал Марианне об участии в расследовании, связанном с похищением детей в Аргентине.

– В течение восьми лет правления военной хунты среди прочих жесточайших репрессий тайными карательными органами применялось похищение людей, в том числе и детей.

– Боже, Пато, неужели они это делали!

– Да, Марианна, и не только это…

После свержения хунты организация «Женщины с площади Мая» начала кампанию по розыску похищенных детей и возвращению их в семьи. Более двухсот детей было идентифицировано без применения научных методов, но сто пятьдесят не могли быть признаны их родственниками без проведения экспертизы.

Американская исследовательница-эпидемиолог Мэри Клэр Кинг из Калифорнийского университета, применив метод сравнения генов, принадлежащих внукам и дедам, с абсолютной достоверностью выявила принадлежность большого числа детей к той или иной несчастной семье.

– Да, я слышала о чем-то подобном, – вспомнила Марианна. – Должно быть, это тот же самый метод, который был применен для определения принадлежности одной женщины к царской семье…

– Ты права, речь идет о той, что назвалась принцессой Анастасией, дочерью русского царя Николая II и царицы Александры, являвшейся ближайшей родственницей английской королевы Виктории…

Марианна задумалась и сказала с печальной улыбкой:

– Знаешь, Пато, отложим это расследование. Кем бы ни была Луиса, она живет со своей матерью, дай ей Бог счастья.

Пато с восхищением посмотрел на Марианну – он нежно любил ее все эти годы. Перед ним была все та же честная и открытая Марианна. Разве что около глаз появились морщинки.

Пато вспомнил фразу одного поэта: «Я так люблю свою жену, что мне нравится подмечать, как она стареет…»

Впрочем, Марианна ведь не его жена. Пато встал, галантно поцеловал руку донье Марианне, попросив передать самый искренний привет членам ее семьи.

– Пато! Ты что, забыл об уговоре!

– Ах да! Полнейшая тайна! Но тогда пусть для всех останется тайной и это…

Он нежно обнял подругу юности и поцеловал ее в лоб.

Глава 96

Блас набрал номер телефона домовладелицы-балерины и учтиво сказал:

– Донья Алисия? Говорит Исидро Мендес. Как поживает усатый палач?

– О, спасибо! Он сегодня не притронулся к рыбе! Значит, мышам не поздоровилось.

– Благодаря Сталину вы можете сэкономить на рыбе целое состояние!

– Ах, разве может он справиться со всеми! Как бы они сами его не слопали!

– Именно этого я и боюсь. Скажите, может ли вас сегодня навестить обещанный мной специалист по борьбе с грызунами?

– Конечно!

– Его зовут Пепе…

– Пепе, а дальше?..

– Можно без фамилии! Он простой славный парень. Передаю ему трубку… Но прежде напомню, что завтра я должен отвезти вас в музыкальный салон, где получены новые записи Пласидо Доминго.

– Ах, дон Исидро, вы так любезны! – завизжала от радости былая слава провинциального кордебалета.

Кики приветствовал сеньору Алисию Сеа и обещал приехать к ней через полчаса для ознакомления с объектом.

Блас попросил Вивиан о дружеской услуге: под любым предлогом задержать Викторию на случай, если она в течение двух часов вознамерится уйти с репетиции.

Для страховки он приказал также Диди следить за тем, чтобы Виктория не покинула кабаре до окончания репетиции, а если она захочет это сделать – немедленно сообщить ему.

Кики появился у доньи Алисии с букетом цветов и приблизительным знанием того, какими безвредными для людей и домашних животных препаратами выводят грызунов.

Донья Алисия радостно защебетала и повела «специалиста» осматривать дом. По пятам за ними следовал Сталин, очевидно желая подслушать секреты фирмы. Однако Пепе-Кики, по-видимому, свято их хранил, в основном нахваливая донью Алисию и ее усатого тирана.

С замиранием сердца подошел он к квартире 12-А.

– Это я, девочка! Донья Алисия! Открой нам.

Бегония посмотрела в глазок. Действительно, за дверью стояла донья Алисия, с наушниками на голове и котом на руках. За ее плечом виднелось улыбающееся лицо Пепе-Кики.

– Здравствуйте, милая сеньорита! Любите ли вы животных? – спросил он, поцеловав Сталина, сидевшего на руках у доньи Алисии.

Бегония широко улыбнулась и кивнула, погладив кота.

– Значит, вы любите и мышей? – комично ужаснулся Кики, прижав руки к груди.

Бегония беззвучно захохотала и замотала головой.

– Спасибо, сеньорита! Мы со Сталиным их не любим! Как специалист по борьбе с грызунами обещаю вам быть беспощадным!

Он бегло осмотрел квартиру, приговаривая: «Так, польем здесь, а здесь посыпем…»

Три раза прозвонил телефон. Бегония подошла к аппарату и, дождавшись нового звонка, сняла трубку. Она слушала, то и дело постукивая по трубке карандашом. Это удивило Кики, но он понял, что таким способом Бегония отвечает на вопросы того, кто знает этот условный код.

Звонила Виктория, сказавшая, что репетиция под музыку и слова Бегонии идет успешно.

– У тебя все в порядке? Ага. Укол себе сделала? Умница…

Осмотрев помещение, галантный гонитель мышей поцеловал ручку милой сеньорите, откланялся и отправился с доньей Алисией осматривать другие помещения.

Вечером Бегония написала Виктории о том, что приходила донья Алисия со специалистом по борьбе с мышами.

– Наконец-то! – обрадовалась Виктория.

Глава 97

Звонок частного детектива Серхио Васкеса не застал Викторию врасплох – Луис Альберто предупредил ее о том, что попросил его расследовать случай, напугавший Бегонию.

Они встретились в корейском кафе самообслуживания, куда его пригласила Виктория. Оно славилось тем, что оплата производилась по весу набранной в пластиковые тарелки пищи – цена была одна и та же, будь то килограмм мяса или килограмм капустного салата.

Виктория рассказала сеньору Васкесу о том, что недавно к ней приехала сестра Бегония.

– Она немая, и у нее диабет. Сестра очень чувствительна: ее напугал человек, задержавшийся около их двери.

– Она ассоциирует его с табачным дымом, – сказала Виктория. – Может быть, это ей только кажется… Недавно она снова почувствовала этот запах.

Она рассказала также, что Бето, сын дона Луиса Альберто, который как раз в это время наведался к ним, столкнулся в коридоре, который вел к лестнице, с бородатым человеком, курившим сигару.

– Был ли это тот самый человек или кто-то другой, сказать затруднительно, ведь сигары курят многие. Хозяйка, донья Алисия, сообщила ей, что этот милый сеньор приходил по поводу снятия квартиры в их доме, и она показывала ему некоторые свободные.

Серхио Васкес поблагодарил Викторию и, прощаясь, поинтересовался, многие ли знают о приезде сестры?

– Почти никто, – ответила Виктория.

– А у вас на работе?

– Разве что моя подруга Вивиан.

Серхио Васкес помолчал и неожиданно спросил:

– Бето часто захаживает к вам?

Виктория пристально посмотрела на него и холодно спросила:

– Это и есть главная цель вашего визита? О сестре вы спросили «для разминки»?

Серхио Васкес опешил, но сказал, глядя прямо в глаза Виктории:

– Я не пользуюсь столь дешевыми методами, тем более в общении с такими проницательными и нервными особами, как артисты!

– Шпионить за Бето вам поручил Луис Альберто?

– Нет! Но в нашей профессии важны все детали. И вам, как другу семьи Сальватьерра, я доверительно скажу, что мне также поручено разобраться в деле, которое поставило Бето в трудное положение.

– Я это и имею в виду! Не успел парень сорваться, как отец посылает сыщиков!

Серхио Васкес ничего не понимал.

– Вы имеете в виду компрометирующие его фотографии?..

– Ах, уже и фотографии сделали!

– Успокойтесь, прошу вас.

Сыщик улыбнулся. Он понял, что они оба пошли по неверному пути. Ей-то это простительно, но каков он – опытный волк!

– Я упомянул о фотографиях, на которых он изображен в обнимку с одной девушкой, что привело к скандалу в доме… Это дело с вами не связано.

Виктория поняла, что ошиблась. Она сконфуженно улыбнулась, надула щеки и ударила по ним кулаками, издав звук, напоминающий лошадиное фырканье. У них с семье всегда так делали, когда попадали впросак.

– Очень прошу вас простить меня. Артисты действительно народ нервный. Но у меня особенно много причин для волнений… Здоровье сестры оставляет желать лучшего.

– Я много наслышан о вашем таланте…

– Это явное преувеличение. Впрочем, может быть, вам и понравится. – Она протянула частному детективу визитную карточку ресторана-кабаре «Габриэла».