Текст книги "Счастливые слезы Марианны"
Автор книги: Хосе Антонио Бальтазар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 37 страниц)
Глава 67
– Что новенького, Белинда? – спросила на следующее утро Чоле, спустившись в кухню. Она почувствовала себя лучше и решила наконец встать. Бето, не заглянув к ней, умчался в школу. Марианна не вышла к завтраку: по словам Рамоны, она приболела…
– Марисабель съехала! – сообщила кухарка.
– Решила погостить у Джоаны с Карлосом, – высказала Чоле предположение, оставляющее надежду на возвращение девушки. Тут же она подумала, что недомогание Марианны именно этим и объясняется.
– Да уж совсем, наверно! – Белинда злорадно крякнула.
– А ты чего радуешься?
– Мое дело сторона, но я тебе так скажу, Чоле! Чтобы я стерпела, ежели бы мой мне рога наставлять стал!..
– Белинда, имей совесть! Когда это мальчик наставлял кому рога?
– А фотографии эти! – сказала Белинда и осеклась, поняв по удивленным глазам Чоле, что она слышит об этом в первый раз.
– Какие фотографии?
– Ну, эти, – заюлила Белинда, опасаясь, как бы Чоле не стала после выведывать, откуда она знает про фотографии. Рассказал-то ей об их существовании Диди, а вот откуда он прознал, ей было невдомек – Диди тут же стал отшучиваться. – Не знаю, может, я чего и не так поняла, – буркнула она и вернулась к тому, с чего начала: – А Марисабель я понять могу. Я тоже была девушкой, так однажды…
– Ты вот что, «девушка», занимайся стряпней и не суй носа в чужие кастрюли!
Вошла Рамона и, сняв с полки темного стекла кувшин, налила Чоле в стакан какой-то свой целебный напиток. Чоле, благодарно улыбнувшись суровой целительнице, выпила. Поставив на подносик кофейник, сахарницу и чашечку, Рамона пошла к Марианне.
– Скажи, я зайду ее проведать, – сказала Чоле вслед Рамоне, понимая, что за время болезни в доме произошли события, в которые ее не посвящали.
– Еще хозяин красавца твоего чихвостил! – выпалила Белинда.
– Ты о чем?!
– У них четки пропали, те, что от ихней матери…
– А Бето здесь при чем? – побледнев, спросила Чоле, предчувствуя недоброе.
– Что да как, точно не знаю, а крику было, я отсюда слышала! «Пошел вон! Пошел вон!» Ну, сеньора Марианна и грохнулась…
Чоле выбежала из кухни.
Марианна сидела в кресле с опущенной головой.
Неприятное чувство – ноющий спазм в горле, заставляющий обмирать сердце и туманящий сознание, – напомнил ей о той поре, когда, мучительно переживая размолвки с Луисом Альберто, она в отчаянье помышляла о самом ужасном…
То, чего она больше всего опасалась, произошло.
Луис Альберто, ее всепонимающий и всепрощающий муж, ожесточился против сына, и она не знала, как убедить его в невиновности Бето, в том, что он стал жертвой чужого коварства.
Конечно, он ни при каких обстоятельствах не должен был приглашать в дом сомнительного типа, который однажды уже толкнул его на преступление. К счастью, она тогда спасла положение. И вот…
Виновата она! Надо было сразу же все объяснить мужу. Но ведь она хотела, чтобы Бето сам вышел из трудного положения.
Не пристало мужчине прятаться за спину женщины. Пусть даже это и родная мать.
Марианне нравилась мужественность Луиса Альберто, и она имела право рассчитывать на то, что у ее сына будет подобный характер.
Что же теперь делать?
Она хотела снова позвонить падре Адриану, но передумала.
Пусть Бог, а не пастырь Божий пособит им, если только они достойны этого…
Чоле вбежала без стука. Марианна ждала встречи со старой женщиной и боялась объяснений с ней.
– Марианна, это правда?! Луис Альберто кричал на Бето?! – В словах Чоле было столько недоумения и искреннего негодования, что Марианна со стыдом подумала: «Будто не я, а она мать Бето».
– Чоле, я не хотела тебя беспокоить… Дело в том, что из дома пропали старинные четки, подаренные Луису Альберто покойной доньей Еленой…
– И он что решил, что их взял Бето?..
– Так все складывается, что он не может не подозревать его…
– А какое у него право?!
– Понимаешь, четки стащил Себастьян…
– Тот, что надоумил Бето залезть к вам, когда мне лекарства были нужны?!
– Да, Чоле…
Чоле показалось, что у нее земля уходит из-под ног. Она тут же додумала все остальное, и в том, что она увидела, не оставалось никакой надежды на оправдание Бето в глазах отца.
Словно молния ударила ей в темя.
Чоле медленно вышла из комнаты…
Погруженная в свои мысли, Марианна не заметила внезапной перемены в выражении ее лица.
В комнату входила взволнованная мать. А вышла из нее мумия с остекленевшим взглядом.
Глава 68
Чоле пропала!
Марианна обнаружила это к вечеру, когда немного пришла в себя и решила заглянуть к ней, чтобы вместе решить, как выходить из этого положения.
Ее кровать была смята, в комнате царил хаос, вещи были разбросаны. Это было так не похоже на аккуратную Чоле, которая не могла нарадоваться на свое новое жилище в богатом доме. Светлую просторную комнату она содержала в идеальном порядке и, гордясь, показывала ее редким гостям из бедного квартала, где они прежде жили с Бето.
На пороге лежала оброненная ею шаль…
– Чоле пропала! – чуть ли не рыдая, кричала в трубку Марианна. – Луис Альберто, что делать?
– Как давно?
– Не знаю… Она зашла ко мне утром… Узнала о том, что ты…
– Да, да, понимаю! Дальше!
– Я себя неважно чувствую и поэтому вышла проведать ее только сейчас. В комнате беспорядок, а ее нет!
– Не волнуйся, не выходи из дома! Я позвоню в центральную службу Красного Креста, если с ней что-нибудь случилось, они должны знать.
– Не дай Бог! Луис Альберто, мне страшно!
– Я скоро приеду, успокойся…
Марианна положила трубку и упала в кресло. Что она скажет Бето?.. Боже, что делать!
Луис Альберто сидел в офисе, мрачно уставившись в одну точку.
Он жалел о том, что вспылил, беседуя с сыном.
Он ведь сам настраивал себя на мирный разговор, в каком бы направлении он ни пошел. Заранее убеждал себя, что сын и его судьба важнее любой вещи. Так почему он сорвался?!
Все, что происходит в жизни, накладывает на человека неизгладимый отпечаток. Дьявол продолжает цепляться за твою душу, за твое сознание даже тогда, когда тебе кажется, что ты его одолел… Дьявол говорит языком отца, враждующего с сыном!.. Никогда не вернуться человеку в детство, к первозданной чистоте чувств и помыслов…
Он, взрослый опытный человек, много раз битый жизнью, счастливый отец, не дал неопытному сыну высказаться до конца, накричал на него, подавил своим гневом… И вот результат.
Чоле – неведомо где.
Марианна за один день сдала так, словно прошла через долгие изнурительные испытания.
Бето… Что произошло в действительности?
Луиса Альберто не покидало чувство, что все неурядицы – и вражда между Марисабель и Бето, и подметные фотографии, и пропажа четок – исходят от одной и той же силы или от схожих сил…
И еще он вспомнил, что большой конверт, в который были вложены фотографии, изобличающие Бето, и маленький конверт с анонимным письмом от старьевщика были одной породы: одинакового бледно-зеленоватого цвета с одинаковой конфигурацией клапана… Впрочем, такие разного цвета конверты можно купить в любом магазине. А что цвет одинаковый, так ведь это случайность…
Из центральной службы Красного Креста Луису Альберто ответили, что похожая по имени и описанию сеньора в пункты «Скорой помощи» в этот день не поступала.
Марианна позвонила прежней соседке Чоле и попросила передать Фелипе, чтобы та ей позвонила, – у самой Фелипы не было дома телефона.
Фелипа позвонила минут через двадцать.
– Слушаю тебя, Марианна.
– Фелипа, Чоле пропала! Она не появлялась у вас?
– Нет! А что случилось?
– Знаешь, дорогая, мы тут… немного повздорили…
– Что-нибудь с мальчиком?
– Да… Луис Альберто накричал на него, Чоле узнала об этом и вот…
– С ней это было однажды, когда Бето попал в аварию. Вот так же ушла из дома и бродила до утра, как спятившая.
– Фелипа, умоляю! Если кто-либо из ваших увидит Чоле, доставьте ее сразу к нам!
– Не волнуйся, Марианна, мы ее поищем!
Бето, долго бродивший по улицам, решил, наконец, вернуться домой. Первое, что он услышал в прихожей, это слова Марианны из разговора с Фелипой о Чоле. Он бросился к Марианне.
– Где она? Что случилось?!
– Она узнала обо всем, и вот…
Послышался скрип тормозов, это вернулся Луис Альберто. Он вошел и как ни в чем не бывало приветливо поздоровался с Марианной и Бето.
– Это ты виноват! – крикнул в бешенстве Бето и выбежал на улицу.
Глава 69
Виктория пересказывала Бегонии свой последний разговор с Луисом Альберто.
– Понимаешь, так нам будет спокойнее… Он серьезный, порядочный человек. У него семья, могут возникнуть неудобства. А у падре Адриана тебе будет просторнее, там и служанка есть, по словам Луиса Альберто, милая женщина, у нее есть опыт по уходу за детьми.
Увидев вопросительно вскинутые глаза сестры, Виктория сказала:
– Конечно, ты уже не ребенок. Но ведь еще и не такая взрослая.
Бегония написала на листе в большой тетради: «Луис Альберто к тебе неравнодушен?»
– Конечно, но не в смысле любви. Я чувствую его интерес ко мне, но, поверь, Бегония, у нас чистые отношения.
«Ты рассказывала, что он пил…» – Бегония сощурила глаза и нахмурилась.
Виктория горько усмехнулась, и не потому, что вспомнила милые выходки пьяного Луиса Альберто…
Их отец, добрый и сильный человек, бывший опытным водителем, умер от алкоголизма.
Уехав по найму в далекую Венесуэлу, он в течение нескольких месяцев присылал домой хорошие деньги, что значительно облегчило жизнь семьи. Вскоре суммы, присылаемые им, стали уменьшаться. Его товарищ прислал матери тревожное письмо: Эусебио пьет…
Отец вернулся домой осунувшимся и злым, в пьяном виде вымещал злость на матери. Это длилось около года. И тогда его братья, собрав семейный совет и пригласив на него отца, порешили, что он должен оставить семью… Все это держалось от детей в секрете, им сказали, что отец снова уехал в Венесуэлу, а деньги, которые мать приходила получать на почту, присылали ей его братья.
Только тайна вскоре раскрылась. Кто-то из соседей сказал Виктории, что отца видели валявшимся на тротуаре возле какой-то захудалой таверны. Виктория, ничего не сказав матери и сестрам, бросилась разыскивать его и нашла отца в морге городской больницы.
Они с матерью договорились, что через какое-то время скажут сестрам, будто отец разбился в Венесуэле. Но одна из тетушек, не любившая «беспутного пьяницу» Эусебио, проговорилась как-то при девочках об истинной причине смерти их отца…
Все это Виктория вспомнила, прочитав вопрос Бегонии и увидев ее недовольное лицо.
– Он пил оттого, что ревновал свою любимую жену, – успокоила она сестру.
Глава 70
Бето быстро шел под мелким моросящим дождем по улице, заглядывая в переулки и в шумящие мокрой листвой скверы.
Он не надеялся на удачу – человек в огромном Мехико что песчинка в горе песка.
Он чувствовал себя бесконечно одиноким на вечерней улице. И поймал себя на мысли, что до сих пор последним прибежищем для него в горькие минуты остается Чоле.
И вот она пропала! Мехико в ночную пору – не для беззащитных существ…
Бето вспомнил чуть смущенную приветливую улыбку Луиса Альберто, который словно просил прощения за резкость своих недавних слов, но он тут же прогнал мысль о примирении. Не хочет он больше видеть этого бездушного, занятого только собой и своими проблемами человека!
И тут Бето увидел ярко освещенный портал ресторана-кабаре «Габриэла».
Он почувствовал невероятную усталость и желание забыться.
При входе он обратил внимание на рослого человека, по всей видимости служащего ресторана. Это был бдительный Диди. Он сразу приметил Бето и, когда к нему направился один из служащих, которому показался странным вид посетителя, Диди незаметным взглядом остановил его, вежливо открыв перед гостем двери в зал ресторана.
Зал был почти полон.
Диди жестом и мимикой подсказал подскочившему официанту, за какой столик усадить вновь прибывшего, и тот провел Бето в угол, где усадил его за столик на двоих.
У Бето было сто тысяч, которые Марианна дала ему, не зная еще о подметном письме. Бето только сейчас почувствовал, как он голоден. У него не было опыта в выборе блюд. В тот раз, когда он был здесь с Лили, заказывала она.
– Принесите мне что-нибудь поесть, я очень голоден.
Официант усмехнулся, оценивая платежеспособность парня в мокрой куртке.
– Что-нибудь изысканное или из американского меню?
– Из американского… Мясное… С рисом и фасолью…
– Что сеньор предпочитает пить?
– Даже не знаю…
Бето действительно не знал, у него не было опыта общения с вином.
– Тогда я принесу вам для начала текилу с лимоном, а вы разберетесь сами…
Официант ушел. Бето, откинувшись на спинку кресла, закрыл глаза…
О появлении Бето в ресторане Диди сообщил сначала Белинде. Чего доброго, сунется в зал, и Бето увидит ее.
После этого он заглянул в кабинет к Бласу, который беседовал с Себастьяном. Разговор был жесткий, и Диди, шепнув на ухо хозяину о приходе Бето, тут же вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Текила подействовала на Бето бодряще – сдобренная лимоном, она показалась ему вкусной, а то, что он в первый раз в жизни пьет крепкий напиток, наполнило его все еще мальчишеское сердце мужской гордостью.
Он забыл о своих горестях, по жилам его разлилось тепло. А вкрадчивая текила будто умоляла его не бояться ее, так что рука сама наливала и наливала.
Мясо с рисом и черной фасолью показалось ему невероятно вкусным: приправленное специями, оно горячило рот, и этот жар хорошо было гасить небольшими глотками текилы.
На сцене началось представление эротического шоу. Взгляд Бето затуманился, и ножки танцовщиц переплелись в одно сплошное телесное месиво – казалось, будто на сцене в ритме музыки переваливается с боку на бок большущий телесно-розовый спрут.
Публика восторженно встречала отдельные номера, а Бето – восторженнее всех.
Блас Кесада вызвал к себе Себастьяна потому, что он с Кики вторгся в его, Бласа Кесады, владения.
Сперва пьяный Кики протрепался чуткому Диди о фотографиях Лили и Бето. Потом Диди принес Бласу информацию Белинды о том, что Себастьян с Кики пожаловали в гости к Бето, а когда Белинда сообщила о похищении четок, Блас понял, что и это дело рук той же блудливой парочки.
Чутье подсказывало ему: их мелкая возня вокруг золотого улья может сорвать задуманную им акцию.
Блас Кесада говорил обиняками, он издалека подвел Себастьяна к интересующей его теме, сказав, что слышал, как пару недель назад здесь, в ресторане, Бето пригласил Себастьяна и Кики к себе домой. Себастьян тут же самодовольно выпятил губу, очевидно, гордясь успешно провернутым дельцем. Блас подмигнул ему: дескать, поживился чем-нибудь? И едва тот лениво процедил: «Да так, взял одну штуковину на память», – схватил его за горло и тряхнул:
– И после этого ты ходишь ко мне?!
– Подумаешь, четки! Да я их отдал ему…
– За так?
– За «пятак»! – вздумал пошутить Себастьян, но, увидев мертвящий взгляд Бласа, тут же «раскололся», рассказав о миллионе. Он скрыл только свой акт мести – посланное Луису Альберто письмо от «старьевщика».
Словно догадываясь об утайке чего-то важного, Блас вкрадчиво спросил, прострелив Себастьяна «взглядом навылет»:
– А где Бето взял деньги?
– Откуда мне знать! Он богатенький! – злобно сказал Себастьян, выдав свою «классовую» ненависть к более удачливому представителю сиротского племени.
– Не у родителей ли? – почти ласково спросил Блас.
– У мамочки, она добрая…
– А отец знает?
Себастьян потупился.
– Этого не скажу, не знаю.
Блас понял: дом Сальватьерра растревожен. Сам факт появления в ресторане Бето, которого, по словам Диди, «будто через стиралку пропустили», свидетельствовал о справедливости его догадки, и, значит, требование о выкупе Бегонии на этом фоне не произведет того эффекта, на который он рассчитывает.
Молниеносный удар от плеча в челюсть сбросил Себастьяна на пол. Услышав грохот, в комнату вбежал верный Диди. Прочитав на лице Бласа распоряжение, он рывком поднял Себастьяна и водворил его на прежнее место.
Пока Себастьян, покачиваясь, приходил в себя, Диди успел шепнуть Бласу, что Бето «с чего-то надирается», что «опять притащился жених Марисабель, только без нее, на Викторию зырится» да «Кики, паскуда, все Вивиан вызывает, слушать тошно!».
Диди, окинув взглядом очнувшегося Себастьяна, вышел.
– Слушай меня внимательно, Себас… У тебя сколько осталось от миллиона?
– Все мои, – по инерции стал увиливать он, но тут же добавил: – Тысяч восемьсот…
– Вот тебе триста, – сказал Блас опешившему Себастьяну, доставая из сейфа деньги. – В зале сидит Бето. Отдашь ему миллион и доставишь его в целости и сохранности домой.
– Да ты что! – попробовал защищать свое мошенническое достоинство Себастьян.
– Иди, иди, – ласково сказал Блас Кесада, подталкивая его к двери. – И не вздумай кому-нибудь рассказывать о своей благотворительной акции…
Глава 71
Зоркая Виктория углядела со сцены, как со стороны коридора, ведущего к кабинету Бласа, появился Себастьян, а когда он подошел к дальнему столику в углу и подсел к одинокому посетителю, Виктория с удивлением признала в нем Бето.
Его вид удивил и насторожил ее.
Бето был сильно пьян. И опьянение это было опьянением новичка.
Виктория давно научилась распознавать виды опьянения, эти «познания» весьма необходимы, если, работая в злачном месте, ты хочешь остаться «на плаву».
Она еще раньше догадалась, что Себастьян в ресторане, когда увидела в зале Кики, – где Кики, там и Себас.
– Рожу его видеть не могу! – негромко говорила Вивиан подруге во время выступления. – Ну, что он орет «Вивиан! Вивиан!» Скажу Бласу, он его мигом отучит сюда ходить…
Увидела Виктория и Умберто, который на этот раз был в одиночестве.
Виктория чувствовала, что произвела впечатление на этого лысеющего полноватого рохлю.
Она давно перестала радоваться восторгам посетителей кабаре. Виктория знала себе цену и мечтала как можно скорее уйти из кабаре, чтобы поступить в какую-нибудь серьезную труппу современного танца.
Она посещала почти все концерты гастролировавших в Мексике ансамблей, завидовала солисткам, «примерялась» к их партиям и считала, что вполне могла бы начать новую жизнь.
«Тесен мир, – подумала она, – в одном зале одного из тысяч столичных ресторанов сидит сын ее друга Луиса Альберто и жених его дочери».
А что бы она сказала, если бы узнала, что в этом же ресторане работает кухарка Луиса Альберто, что владеет рестораном человек, который покушается на его деньги, что один мошенник, скандирующий «Ви-ви-ан!», повинен в размолвке Марисабель и Бето, а другой мелкий аферист, подсевший к Бето, выудил у него миллион?..
Сказала бы, наверно, что такое бывает лишь в «мыльных операх»!
Поначалу опьяневший Бето даже не вспомнил о том, что с ним проделал Себастьян, Он видел перед собой ухмыляющееся лицо старого приятеля и радовался, что появился знакомый, с кем можно поделиться щенячьим восторгом от выступления танцорок!..
Блас, приказавший Себастьяну вернуть Бето деньги, не представлял, конечно, в каком состоянии находится юный гуляка. Само собой разумеется, что в голове Себастьяна стали роиться варианты прикарманивания «ссуды», выделенной Бласом для покрытия злополучного миллиона.
Себастьян заказал своему знакомцу-официанту под «богатенького» посетителя еду и выпивку, за их столик перекочевал и Кики.
В какой-то момент Бето протрезвел, и взгляд его обрел прозрачность самой дорогой минеральной воды. Хорошая текила – она такая: время от времени раздергивает занавес опьянения, как бы спрашивая своего возлюбленного: «Еще или, может быть, остановимся?..»
Перед Бето сидел ненавистный ему человек…
Глава 72
В сквере Чоле присела на скамью.
Со стороны могло показаться, будто старая служанка вышла перед сном на улицу подышать свежим воздухом, если, конечно, можно считать за таковой смесь неведомо каких испарений, висящих над огромным Мехико в конце дня.
Небольшой дождь чуть освежил город.
Чоле ушла в чем была – на ней был цветастый халат и тапочки. Ее короткая, туго заплетенная коса растрепалась.
Она сидела, скрестив руки, смотрела в одну точку и тихо стонала. Будто напевала колыбельную.
Точь-в-точь старая служанка.
После того как «молния» ударила ей в темя, ею помыкал только страх: над Бето нависла ужасная угроза.
Чоле не могла ясно представить, какая именно опасность подстерегает ее мальчика.
Знала, но забыла. Старалась вспомнить – и не могла.
Реальный мир помутнел.
Не стало мыслей, остались инстинкты.
Во что бы то ни стало она должна найти своего мальчика! Своего Бето! Спрятать его!
Образ взрослого Бето исчез. Бето стал младенцем. Она искала младенца. Должна была унести его в укромное место, где их никто не найдет.
Она снова двинулась в путь. Шла вдоль проспекта, свернула в проулок, миновала огромный заваленный мусором пустырь, пересекла стройку, чуть не свалившись в глубокий ров.
Она не чувствовала ни голода, ни усталости. Единственным ощущением было посасывающее под ложечкой чувство страха.
Вблизи послышалась музыка.
Это был один из танцевальных залов, которые с недавних пор снова начали входить в моду.
Над входом мелькали разноцветные лампочки. То и дело на улицу выскакивали возбужденные подростки. Около входа курили две смазливые подружки явно публичного образа жизни.
Чуть поодаль, около телефона-автомата, целовалась парочка – высокий парень в бейсбольной шапочке козырьком назад и коротко остриженная молодая женщина в модной майке и мини-юбке. Рядом стояла детская коляска.
– Луиза! – крикнула ей, выбежав из зала, невысокая толстушка с пышной копной кудрявых волос. – Ты что! Сейчас приз будут разыгрывать!
Недоцелованная Луиза «рванула» в зал, крикнув парню:
– Маноло, я мигом! Покарауль малыша!
Раздраженно сплюнув недоиспользованный поцелуй, парень с досадой крутанул козырек бейсбольной фуражки с затылка на лоб и, потоптавшись около коляски, полез звонить в телефонную будку, плотно прикрыв за собой дверь.
Чоле давно заприметила коляску, она уже несколько минут, не отрываясь, смотрела на нее.
Ребенок захныкал…
Да ведь это Бето плачет! Испытывая невыразимую нежность, она подошла к коляске, взяла на руки малыша и, баюкая его, скрылась в темноте бульвара…
