Текст книги "Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Александра Шервинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 49 страниц)

Глава 8

«– Что читаешь?

– Чехова.

– Зачем?

– Смешно.

– Много смеёшься. Ты бы лучше журнал «Вожатый» почитала…»

© «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён»

Утром, прекрасно выспавшись на своей восхитительной кровати с расшитым золотыми павлинами балдахином, я сидела на террасе с чашкой кофе и внимательно изучала полученное вчера приглашение. Написанное от руки изящным, слегка старомодным почерком на четвертушке прекрасной бумаги, оно словно ненавязчиво намекало получателю, что игнорировать его – предел невоспитанности.

Меня любезно информировали о том, что литературный клуб Блайзбери приглашает мисс Маргарет Стюарт в субботу, 20 июня 1964 года, на своё очередное заседание, посвящённое, помимо всего прочего, обсуждению предстоящего литературного карнавала. Явиться мне следовало в полдень по адресу Гарфилд-роуд, дом 11.

Эх, хорошо бы ещё понимать, где эта улица находится и сколько времени мне нужно, чтобы туда добраться. Мэгги, видимо, обидевшись на меня за то, что я так нелестно отозвалась об объекте её нежных чувств, никаких подсказок мне не давала. Значит, придётся как-то справляться самой, а с Маргарет потом провести воспитательную работу: мы же теперь одно целое, так что должны помогать друг другу, а не дуться и не обижаться.

Интересно, а какой в Блайзбери есть общественный транспорт? Я точно помнила, что есть автобус, идущий прямо на центральную площадь. Иногда, когда погода была совсем плохой, я пользовалась им, чтобы добраться на работу. Такси точно есть, так как и в «Новостях», и в «Кумушках» я видела соответствующие рекламные объявления. Наверное, как раз этот вариант будет для меня наиболее удобным: автобус-то есть, но остановку ещё найти надо. А так проедусь, заодно прикину расстояние до работы, чтобы в понедельник не опоздать.

Приняв это судьбоносное решение, я прихватила газету и направилась в гостиную, где на столике приютился винтажный телефонный аппарат, но на полпути резко затормозила и быстрым шагом вышла на улицу. Повертев головой, заметила табличку с названием улицы и, придав себе беззаботный вид, дошла до неё. Ага… «Вестминстер-стрит, 19». Скромненько и со вкусом. Ну хоть буду знать теперь собственный адрес.

Выяснив этот принципиальный вопрос, я вернулась в гостиную и, подсматривая в газету, набрала указанный в объявлении номер. Вопреки моим опасениям дальше всё прошло спокойно и буднично: девушка-оператор приняла у меня заказ, уточнив адрес, и сообщила, что в половине двенадцатого машина будет возле моего дома. Стоимость поездки тоже была озвучена сразу, так что я имела возможность приготовить деньги заранее, а не рыться в кошельке в последний момент. Как же было всё-таки удобно в прошлой жизни! Заказал машину через Uber, деньги с карты списали автоматически, и никакой тебе головной боли. Но придётся привыкать к новым реалиям…

Возвращаясь на террасу, я остановилась перед овальным зеркалом, висевшим в гостиной, и задумчиво прикоснулась кончиками пальцев к отражению. Какая-то мысль, не оформившаяся до конца, мешала мне сосредоточиться, словно далеко жужжащий комар, который вроде как и не мешает, но в то же время ужасно раздражает.

И вдруг я поняла, что это: Мэгги постепенно исчезала, словно растворяясь в моей личности, постепенно уходя куда-то туда, далеко, на иную грань бытия. Она старалась из последних сил приободрить меня и внушить, что всё будет хорошо. Потом я почувствовала, как у меня резко закружилась голова, словно от недостатка кислорода, затем меня швырнуло сначала в жар, потом в холод, а затем… затем наступила внутренняя тишина. Мэгги Стюарт, славная, слегка наивная и чрезвычайно жизнерадостная девушка, окончательно ушла. Зато теперь вся память Мэгги была моей, не фрагментарно, а полновесными красочными картинками.

На глазах выступили слёзы, так как за прошедшее короткое время я успела привыкнуть, что нас двое, что в крайнем случае Мэгги подскажет и поможет. Теперь же я осталась одна, и единственное, что я могу сделать – это прожить нашу с Мэгги общую жизнь так, чтобы, как говорится, «не было мучительно больно».

Сморгнув слёзы, я через силу улыбнулась девушке в зеркале и отправилась на террасу допивать давно остывший кофе. Меланхолично понюхав ставший совершенно непривлекательным напиток, я дошла до кухни и поставила на плиту чайник. Молотого кофе уже не осталось, и заниматься этим сейчас было некогда, поэтому я, поморщившись, сделала себе растворимый, щедро плюхнув в него сливок.

Две бутылки – побольше и поменьше – я обнаружила утром на крыльце, значит, Мэл не забыл про меня и привёз обещанное. Впрочем, как я теперь знала, зять тётушки Салли всегда отличался обязательностью и дотошностью.

Выпив кофе, я сполоснула чашку и направилась в гардеробную, чтобы выбрать подходящий наряд для похода в литературный клуб. Учитывая то, какая консервативная публика там собиралась, я остановила свой выбор на длинной юбке глубокого шоколадного цвета из материала, напоминавшего очень плотный шёлк, и скромной, но элегантной блузке бежевого цвета с пышным кружевным жабо. В качестве аксессуаров подошли тонкие перчатки, широкий кожаный ремень и очаровательная фетровая шляпка с коричневыми пёрышками неизвестной птички.

Прихватив конверт с листовкой и свёрнутую в трубочку афишу, я глубоко вздохнула и, мысленно перекрестившись, шагнула за дверь. Буквально через пару минут возле меня остановилась машина с привычными чёрно-жёлтыми шашечками.

– Мисс Маргарет, – радостно поприветствовал меня водитель, молодой парень примерно моих лет, – решили в центр прогуляться?

– Да, Джон, – улыбнулась я ему, выудив из памяти сведения, что это сын садовника, мистера Попперта, того самого, в чьём ведении находились городской сад и клумбы, украшавшие центральную площадь. Джон помогал отцу, а в остальное время подрабатывал в такси. – Как отец? Не болеет?

– Слава Всевышнему, здоров и по-прежнему гоняет нас, как в детстве! – Джон сверкнул улыбкой, по которой сразу было видно: отца он искренне любит. – Вы на работу?

– Нет, отвези меня, пожалуйста, к Литературному клубу на Гарфилд-роуд.

– А вы-то там что забыли, мисс Маргарет? – изумился водитель, трогаясь с места и сигналом клаксона прогоняя с пути двух толстых котов, решивших перейти дорогу именно здесь и именно сейчас. – Там же только эти зануды собираются, это весь Блайзбери знает. Шелли, она там иногда прислуживает, говорила, что они уже лет пять читают одну и ту же книгу. Неужто и вас в свою веру обратили?!

– Нет-нет! – я замахала руками. – Они пригласили меня, чтобы я рассказала о предстоящем карнавале, и даже предложили повесить у себя одну афишу. То есть мой визит – это, так сказать, разовая акция.

– Ну и хорошо, – на полном серьёзе кивнул Джон, – кстати, идея с карнавалом просто шикарная! У меня половина знакомых собирается участвовать, только опасаются, что герои, которых они выберут, могут повториться. Или это ничего страшного?

– Абсолютно, – уверенно заявила я, – может быть, так даже интереснее будет: элемент соревнования появится, чей костюм удачнее.

– Ну, тоже так, – не стал спорить Джон и сосредоточился на дороге, а я смотрела в окно и с трудом могла справиться с восхищением.

Мы как раз подъехали к мосту через Селлсайд, переливающуюся в лучах полуденного солнца, словно шёлковый серебристый шарф, брошенный на изумрудно-зелёную траву.

Старинный каменный мост действительно был отреставрирован: вдоль парапетов гордо стояли достаточно современные электрические фонари, перила сверкали свежей краской, а дорожное покрытие ещё не обзавелось неизбежными трещинами.

Минут через пять после того, как мы пересекли мост, Джон высадил меня перед большим книжным магазином, в котором, судя по всему, и проводились заседания клуба.

– Удачи, мисс Мэгги, – пожелал мне парень и притворно нахмурился, – и не позволяйте этим занудам испортить вашу идею!

– Спасибо, Джон, передавай отцу большой привет, – ответила я и решительно шагнула в сторону двери с колокольчиком.

Может быть, Мэгги и можно было как-то сбить с пути, не знаю, но меня, закалённую в боях с судебными приставами, следователями, чиновниками и даже бандитами, – вряд ли. Идея Мэгги действительно великолепна, и я сделаю всё от меня зависящее, чтобы карнавал не просто состоялся, а чтобы он затмил собой все предыдущие мероприятия.

С таким боевым настроем я и вошла в магазин, сразу окунувшись в непередаваемую атмосферу книг и какого-то застывшего времени. Никогда раньше даже не задумывалась, какая удивительная атмосфера царит вот в таких магазинах, где продают не только современную лёгкую литературу в однотипных ярких обложках и так называемый нон-фикшн, но и произведения, изданные десятки лет назад, несущие на себе отпечаток если не вечности, то времени – наверняка.

– Мисс Стюарт! – из-за прилавка мне приветливо улыбался немолодой джентльмен – назвать его как-то иначе просто язык не поворачивался – в светлом пиджаке и полосатом жилете. На его шее красовался шёлковый платок, из кармашка пиджака торчал уголок паше, руки были украшены двумя явно старинными перстнями.

– Мистер Лорминг, – я вежливо улыбнулась, порадовавшись, что оделась в соответствии с самыми строгими требованиями, – мисс Патридж пригласила меня на заседание клуба.

С этими словами я протянула ему приглашение, которое сообразила взять с собой. Не удивилась бы, если бы без него мне дали бы от ворот поворот.

– Да-да, я предупреждён, – он взял моё приглашение и с чрезвычайно серьёзным выражением лица положил его в специальную шкатулку, – прошу вас, мисс Стюарт, следуйте за мной.

«Ну просто Версаль и Букингемский дворец в одном флаконе, а не книжный магазин в провинциальном городке!» – подумала я, следуя за мистером Лормингом.

– Прошу вас, – передо мной распахнулись двери в небольшую гостиную, залитую светом, пробивающимся сквозь не слишком плотные шторы. Я невольно замерла в ожидании того, что он стукнет в пол каким-нибудь посохом и провозгласит что-то типа «Мисс Маргарет Стюарт к её величеству!» Но обошлось.

В гостиной помимо мисс Патридж находилось ещё несколько человек, которые сейчас улыбались мне с различной степенью искренности. Я не стала их разочаровывать и вежливо поздоровалась со всеми сразу.

– Как вы знаете, господа, это я пригласила Маргарет на наше заседание, – начала мисс Оливия, когда я села на предложенное мне кресло и расправила юбку на коленях. – До карнавала, идея которого принадлежит именно ей, осталось всего два месяца, и, так как праздник имеет непосредственное отношение к литературе, мы просто не можем остаться от него в стороне. Не так ли?

– Разумеется, Оливия, – проскрипел немолодой мистер Колгрив, – даже талантливая молодёжь нуждается в советах и руководстве старшего поколения. К тому же участие в мероприятии подобного рода значительно повысит наш рейтинг среди других литературных клубов.

– Ты собираешься участвовать в конкурсе костюмов, Генри? – с великолепным сарказмом осведомилась изящная, как восточная статуэтка, миссис Доршер. – Уверена, это будет незабываемо!

– Полагаю, что членам клуба достаточно будет войти в жюри, – брюзгливо оттопырив губу, проговорил мистер Колгрив, – не думаешь же ты, что я стану ходить по улицам в костюме какого-нибудь Ретта Батлера или Филипа Кэри!

– Не льсти себе, Генри, – фыркнула миссис Киппи, с неприязнью взглянув на толстяка, – какой из тебя, прости Всевышний, Ретт Батлер!

Мистер Колгрив хотел ответить что-то явно язвительное, но его перебила мисс Патридж, сказавшая:

– Друзья, полагаю, Мэгги не слишком интересно слушать наши пикировки, и мы вполне можем продолжить, когда наша юная гостья расскажет нам о празднике и убежит по своим очень важным делам.

– Благодарю, мисс Оливия, – я благодарно улыбнулась пожилой леди, – я постараюсь никого не задерживать. Кстати, я, с разрешения мисс Патридж, принесла одну афишу.

– Ты же не против разместить её здесь, Дороти? – мисс Оливия повернулась к председателю клуба.

– Разумеется, – ответила миссис Доршер и благосклонно кивнула, – у нас здесь бывает не слишком много посетителей, но, полагаю, с учётом предстоящего в начале июля визита членов литературного клуба Хоуптона это будет очень уместно. Пусть видят, насколько активно мы продвигаем в массы идеи чтения. Мэгги, дорогая, ты позволишь взглянуть?

Я с готовностью протянула ей свёрнутую в трубочку афишу, и миссис Дороти аккуратно расстелила её на столе. Эд был прав: афиша полностью повторяла листовку и смотрелась, на мой взгляд, вполне симпатично. Простенько, но вполне в духе этого времени. Никто же не виноват, что тут нет пока ни искусственного интеллекта, ни нейросетей.

– Неплохо, – снисходительно кивнула миссис Доршер и попросила, повернувшись к стоящему возле двери мистеру Лормингу:

– Донован, я могу тебя попросить поручить рабочим повесить эту афишу так, чтобы было видно из торгового зала и, может быть, даже с улицы?

– Разумеется, – он кивнул, при этом в идеально уложенной причёске не шевельнулся ни единый волосок.

Глава 9

«Я вам помогу, ребята.

Я буду командовать!»

© «Смешарики»

– Большое спасибо, миссис Доршер, – я благодарно улыбнулась председателю клуба, – а теперь позвольте мне ещё раз кратко изложить концепцию карнавала. Потом я буду готова выслушать ваши вопросы, предложения и буду искренне за них признательна.

Видимо, моя манера говорить несколько отличалась от привычного стиля Мэгги, так как мисс Оливия взглянула на меня со смесью удивления и одобрения, а мистер Колгрив недовольно поджал и без того узкие губы.

– Концепцию… – проворчал он, – если подготовка не на должном уровне, то как ни назови…

– Для того, чтобы поговорить о подготовке, я и пришла, мистер Колгрив, – подавив раздражение, отозвалась я, – во избежание непонимания и для достижения наилучшего результата. Литературный клуб обладает немалым влиянием на образованную часть населения Блайзбери, поэтому оргкомитету карнавала совершенно необходима его поддержка. К тому же кто если не вы, люди, действительно глубоко разбирающиеся в литературе, может помочь нам советом?

– Оргкомитету? – переспросила миссис Доршер. – Разве не ты одна всем этим занимаешься?

– Нет, конечно, – я позволила себе улыбку, – если готовить мероприятие всерьёз, на достойном уровне, чтобы не было стыдно перед другими городами и перед гостями из Хоуптона, то одному человеку тут не справиться. Я осуществляю общее руководство, и хотела спросить, не пожелаете ли вы также прислать своего представителя в оргкомитет карнавала?

– Это разумное решение, – кивнула мисс Патридж, покровительственно похлопав меня по руке, – мне чрезвычайно приятно видеть в столь юной леди такой разумный подход к ведению дел. Полагаю, мы пришлём своего представителя, верно, Дороти?

– Конечно, – подтвердила миссис Доршер, – мы ещё обсудим это, а сейчас у меня есть несколько вопросов по поводу праздника как такового.

Следующие полчаса превратились для меня в сплошной допрос такой интенсивности, какая не снилась ни одному полицейскому в моём прошлом мире. Любители литературы хотели знать всё: ориентировочное количество участников, состав жюри, призы, освещение в прессе и множество других вопросов. Какой-то информацией я владела, о какой-то предпочла умолчать, о чём-то не имела ни малейшего представления, а некоторые моменты мне даже не приходили в голову. Например, вопросы безопасности: с кем их обсуждать? Со старшим констеблем или сначала с мэром? С газетами нужно договариваться или это произойдёт само собой? Кто будет официальным спонсором, а кто просто участником? Будет ли участие для жителей других городов бесплатным? Кто будет заниматься вопросами украшения? К концу разговора голова у меня шла кругом: я только успевала фиксировать в блокноте моменты, требующие решения. Господи, Мэгги, где была твоя голова, когда ты согласилась возглавить этот бедлам?!

– У меня остался последний вопрос, – откинулся на спинку стула мистер Колгрив, – кто станет председателем жюри? Полагаю, эту почётную, но очень непростую обязанность должен взять на себя человек опытный, уважаемый в Блайзбери и окрестностях, дабы ни у кого не возникло даже тени подозрений в его необъективности.

– Разумеется, ты намекаешь на себя, Генри? – фыркнула миссис Киппи, которая, как я успела заметить, не упускала ни одной возможности задеть или уколоть толстяка Колгрива. Интересно, какая кошка между ними пробежала? Мэгги никогда об этом не задумывалась, а зря: чтобы добиться успеха, нужно быть в курсе не столько официальных событий, сколько подводных течений и подковёрных игрищ. Ну ничего, постепенно я со всеми этими нюансами разберусь. Пусть сама я в этих забавах не участвовала, но от отца и Юры, да и от мамы наслушалась всякого.

– Председателя жюри мы выберем путём открытого голосования, – мило улыбнувшись, сообщила я и с трудом сдержала улыбку, увидев, с каким искренним изумлением посмотрели на меня все без исключения участники литературного клуба.

– Что ты имеешь в виду, дорогая?

Мисс Патридж озвучила вопрос, читавшийся на лицах всех присутствующих, включая примороженного мистера Лорминга. Было такое впечатление, что на их глазах с предложением выступила, предположим, настольная лампа. Ничего, господа, привыкайте: активной, но воспитанной в традициях полного подчинения старшим Мэгги больше нет, зато есть я. И не важно, что об этом никто не знает: спишем всё на тлетворное влияние Хоуптона с его прогрессивными идеями. Есть же в нём хоть какие-нибудь прогрессивные идеи? Наверняка есть! Вот их я и нахваталась… Нет, я ни в коем случае не собираюсь выступать разрушителем традиций, но и безропотно следовать указаниям других тоже не стану. Может, мы с Мэгги вообще потом карьеру делать задумаем, кто знает! Не политическую, конечно, и в рамках Блайзбери, но тем не менее. Но это вопрос не завтрашнего дня…. И даже не послезавтрашнего.

– Мы поставим в холле библиотеки ящик, в который каждый желающий сможет положить листочек с именем человека, которого хотел бы видеть в жюри. Тот, кто наберёт наибольшее число голосов, станет его председателем. Следующие четыре человека, набравшие соответствующее количество баллов, войдут в состав жюри. Ну и двое в резерве на случай, если кто-то, не приведи Всевышний, заболеет. Так мы исключим любую возможность ошибки, ведь горожане сами выберут тех, кому доверяют. Объявление с соответствующей информацией опубликуем в газетах и повесим на двери библиотеки.

В комнате повисла тишина, даже муха, до этого негромко жужжавшая где-то под потолком, притихла, пытаясь осмыслить свежую до полного безобразия идею.

– А мне нравится, – неожиданно улыбнулась миссис Доршер, – это исключит любые дрязги, с которыми мы сталкиваемся каждый раз, выбирая жюри для того или иного конкурса. Скажи, дорогая, неужели ты сама это придумала?

– Нет, что вы, миссис Доршер! – смущённо замахала руками я. – Это нам рассказывали на занятиях. Я ведь училась заочно в Хоуптонском экономическом колледже на отделении библиотечного дела, и последние три недели провела там, слушая лекции, посещая семинары и сдавая выпускные экзамены. Вот на одном из семинаров нам и рассказали о таком способе работы с общественным мнением. Я даже обещала преподавателю прислать потом отчёт о результатах.

– Ох уж эти нововведения! – недовольно фыркнул мистер Колгрив, поняв, что ему при таком раскладе не светит даже просто место в жюри, не то что кресло его председателя.

– Мне тоже нравится эта идея, – поразмыслив, решительно заявила мисс Патридж, – это будет объективная картина, и это прекрасно.

– Благодарю, – я тепло улыбнулась поддержавшим меня дамам, а миссис Доршер неожиданно озорно мне подмигнула, сразу помолодев лет на десять.

– Спасибо, Мэгги, – она переглянулась с остальными и предложила, – тебя не затруднит заглянуть на наше следующее заседание и рассказать, как идёт подготовка к карнавалу? Судя по всему, это будет нечто совершенно новое и необычное.

– Да, разумеется, – я охотно согласилась, – а когда оно состоится?

– Через две недели, в субботу, – сообщила мисс Оливия, – мы пришлём тебе приглашение, Мэгги. Спасибо тебе, что нашла для нас время.

Двояко понять последние слова мисс Патридж было сложно, и я с чувством выполненного долга покинула клуб, выйдя на солнечную улицу и вдохнув полной грудью.

Бездумно пройдя по тротуару в сторону площади, я присела на скамеечку, уютно расположившуюся в тени раскидистого дерева, и тут мой взгляд упал на вывеску, гордо сверкавшую золотом на солнце.

«Barclays Private Bank». Кажется, такой банк существовал и в моём прошлом мире и даже был достаточно известен. Я не помнила, конечно, где и когда видела упоминание этой организации, но это уже и не важно теперь. Вряд ли в Блайзбери несколько отделений банков, так как городок, в общем-то, небольшой, явно не мегаполис.

Тут я увидела, что дверь банка открылась, и из него вышли оживлённо переговаривающиеся люди. Надо же, значит, там открыто? А не зайти ли мне, раз уж я оказалась рядом? Нужно же понимать степень своего финансового благополучия. Да и наличных снять не помешает на всякий случай.

Я решительно поднялась и направилась к входу в банк. Табличка на дверях информировала, что Блайзберское отделение банка «Barclays Private Bank» открыто ежедневно с девяти до пяти, а в субботу с десяти до трёх. В клубе я провела не больше часа, так что трёх явно ещё не было. Глубоко вздохнув, я потянула на себя тяжёлую дверь и оказалась в неожиданно уютном помещении.

Просторный холл с несколькими мягкими диванчиками, между которыми пристроились большие кадки с разлапистыми комнатными растениями, вдоль стен две невысоких стойки, за которыми виднелись занятые своими делами служащие. Я почувствовала робость и неуверенность в себе: видимо, Мэгги всегда чувствовала себя не слишком комфортно в этом царстве цифр и денег. Но я другая, банк для меня – это просто учреждение, ничем не отличающееся от любого другого. Никакого пиетета перед банковскими клерками я не испытывала, скорее, сочувствовала им. Офисный планктон – он в любые времена был одной из самых бесправных прослоек населения.

Не успела я решить, к какому окошку мне направиться, как из-за стойки бодро выскочил молодой человек и, радостно улыбаясь, направился в мою сторону.

– Мисс Стюарт! – воскликнул он с восторгом, намекающим на то, что счёт у меня тут более чем приличный. – Давненько вы к нам не заглядывали! Слышал, что вы уезжали в Хоуптон?

– Да, мистер Ллойд, – прочитав на бейджике фамилию любезного юноши, ответила я, – у меня были экзамены.

– Не сомневаюсь, что вы с блеском прошли все испытания, – заверил меня банковский служащий, – чем могу быть полезен, мисс Стюарт?

– Я бы хотела получить выписку по своему счёту и снять некоторую сумму наличными, – стараясь говорить спокойно и даже равнодушно, проговорила я, – надеюсь, это возможно?

– Разумеется, мисс Стюарт, прошу вас, – молодой человек сделал приглашающий жест в сторону отдельно стоящего стола, отгороженного от общего зала изящной перегородкой.

Там он предложил мне присесть на удобный стул, а сам занялся поиском информации по нескольким толстым конторским книгам. Он что-то бормотал себе под нос, выписывая на отдельный лист какие-то цифры и иногда водя пальцем по строчкам. Да, это вам не компьютер, где вся информация собрана воедино и где достаточно нажать несколько клавиш, чтобы получить требуемое.

Наконец мистер Ллойд захлопнул последнюю книгу и пододвинул ко мне исписанный лист бумаги.

– Это сумма, имеющаяся на данный момент на вашем счёте, мисс Стюарт, уже за вычетом ежегодных налогов, так сказать, чистый остаток. Сумма процентов, накопившихся за этот год, указана рядом и не внесена в сумму остатка, так как это произойдёт лишь в конце года. Что же касается вклада с особыми условиями, открытого на ваше имя мистером Стюартом, то здесь уже указана сумма с ежемесячными процентами, так как таковы условия, указанные вашим дядей. Какую сумму вы хотели бы снять наличными?

Он что-то ещё говорил, пока я в полном обалдении таращилась на две суммы: на счёте, которым я могла распоряжаться, было немногим более семисот тысяч фунтов, а на том, что открыл дядя Кевин и к которому у меня, судя по всему, пока не было доступа, лежало чуть больше полутора миллионов фунтов. То есть в общей сложности на счетах обнаружилось больше двух миллионов. Это что же получается – я богата?! Даже не так… Я очень-очень богата?!

– В хранилище пойдёте, мисс Стюарт?

Голос мистера Ллойда выдернул меня из состояния ступора и заставил вслушаться в его слова. То есть у меня что-то ещё и в хранилище имеется?

– Непременно, – насколько смогла беззаботно улыбнулась я, – мне как раз нужно кое-что там забрать.

– Тогда прошу за мной.

Молодой человек вышел из-за загородки, и я, старательно пытаясь осознать только что увиденное, положила в сумочку выписку и последовала за ним.

Мы спустились в подвал, где мистер Ллойд последовательно открыл несколько дверей впечатляющей толщины. В итоге мы остановились перед дверью, напоминающей сейфовую.

За ней обнаружилась небольшая комнатушка, стены которой были закрыты крепкими шкафами с ячейками. В центре стоял большой стол с придвинутыми стульями.

– Надеюсь, ключ у вас с собой, мисс Стюарт?

– Ключ? – я почувствовала, как сердце пропустило удар, а потом извлекла из сумочки кошелёк, в который на всякий случай положила маленький ключик, найденный в ящике стола вместе с паспортом. Надеюсь, это он… Судя по тому, что мистер Ллойд направился к дальнему шкафу, я не ошиблась. Мы одновременно вставили ключи в два замка и по сигналу повернули. Негромко щёлкнул механизм, и мистер Ллойд отступил от шкафа.

– А я пока подготовлю для вас наличные, мисс Стюарт, – сказал он, направляясь к двери, – о какой сумме идёт речь?

– Полагаю, пятисот фунтов будет достаточно, – подумав, решила я.

– Будет готово, мисс Стюарт. Когда за вами зайти?

– Думаю, получаса мне хватит, – решила я, помня, что отделение банка работает до трёх, и не не желая задерживать людей.

– Как скажете, мисс Стюарт, – молодой человек поклонился и исчез за дверью, оставив меня наедине с семейными сокровищами.