Текст книги "Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Александра Шервинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 49 страниц)

Глава 24

«Человечество больше всего любит чужие тайны…»

© «Семнадцать мгновений весны»

Я глубоко вздохнула и, на всякий случай зажмурившись, спросила:

– Саймон, ты можешь дать мне честное слово, что не являешься ничьим агентом, наёмником или тайным наблюдателем? Потому что я начинаю уже подозревать абсолютно всех во всём, в чём только можно.

Как ни странно, приятель не стал иронизировать по поводу моего вопроса, а вполне серьёзно кивнул.

– Мэгги, могу поклясться чем угодно: я абсолютно сам по себе, ни к полиции, ни к криминалу, ни к твоим родственникам я не имею ни малейшего отношения. Мне просто интересна вся эта история. Ну и помощь красивым девушкам всегда входила в число моих хобби. Заметь – почти безвозмездная помощь!

– Меня слегка смущает слово «почти», – тут же насторожилась я.

– Ну, я же не потребую от тебя невозможного, Мэгги, – честный взгляд Саймона наводил на самые мрачные мысли, – просто потом ты всё мне расскажешь. Давно мечтаю написать детективный роман. У меня должно получиться, я уверен, просто идеи не было, а тут даже придумывать ничего не надо.

Я могла бы сказать, что если рассказывать всё, то получится, скорее, история про попаданку, но благоразумно воздержалась от излишней откровенности. Боюсь, что такого креатива Саймон уже не выдержит, хотя кто его, конечно, знает. В любом случае, проверять это я не собиралась. Да и вообще…. Пора было уже выпроваживать позднего гостя, а то объясняй потом, что он тут в такое время делал. В плане консервативности Блайзбери никак не соответствовал своему времени, хотя что я знаю о нравах английской провинции? Только то, что видела в сериалах…

– До этого «потом» для начала нужно дожить, – проворчала я, – и желательно целой и невредимой, а там уж как-нибудь договоримся, Саймон.

– Вот и ладушки, – довольно потёр руки будущий автор бестселлера, – а теперь слушай меня внимательно, Мэгги. Я постараюсь напрячь все свои связи и узнать побольше о наших фигурантах, а также о том, кого мог сменить на посту так называемый сержант Холмс. А ты будь осторожнее и зря на рожон не лезь, живи себе тихой мышкой, выдавай книжки и готовь свой карнавал. Договорились?

– Не получится, – тут же возразила я, – завтра я иду в кино с Джастином Холмсом, я ему уже пообещала, и он взял билеты. Не думаю, что в кинотеатре мне может что-нибудь угрожать, тем более что ты говоришь, будто этот тип играет на нашей стороне.

– Я так думаю, – подтвердил Саймон, – ну что же… иди в кино, но старайся держать ушки на макушке. Присматривайся к нему, вдруг заметишь что-нибудь интересное. Но при этом не позволяй ему ничего лишнего!

– Конечно, папочка! – скривилась я. – Ты меня ещё воспитывать начни! Сам вон компрометируешь меня, а всё туда же…

– Ты права, – вздохнул приятель, – время уже позднее, а у тебя напротив живёт эта грымза миссис Пауэр. Вечно ей больше всех надо, хотя вроде бы про тебя она пока ничего такого не рассказывала, что, честно говоря, странно.

– Ничего странного, просто я веду себя безупречно, – фыркнула я, кивая в сторону двери. – Иди уже, мистер сообщник.

Закрыв за Саймоном дверь, я посмотрела на телефон и подумала о том, что Алекс сегодня так и не позвонил. Он не обязан, разумеется, но я уже успела привыкнуть к ежевечерним лёгким, ни к чему не обязывающим разговорам. И без звонка стало как-то грустно и почему-то ужасно обидно.

Наверное, именно поэтому я встала не в самом радужном расположении духа, и, когда раздался телефонный звонок, ответила не слишком приветливо.

– Мэгги? Прости, я вчера не смог тебе позвонить, – раздался в трубке голос Алекса Гилмера, и я почувствовала, как с души падает камень весом в несколько тонн. – Надеюсь, ты не сердишься на меня? Пришлось срочно решить некоторые рабочие вопросы, но, поверь, я с гораздо большим удовольствием поболтал бы с тобой.

– Ничего страшного, – я постаралась, чтобы мой голос звучал не слишком радостно, – я же понимаю, что дела никто не отменял, тем более что меня весь вечер развлекал Саймон Миллз.

– Надеюсь, он справился со своей работой и тебе не пришлось скучать?

– Он был мил, словоохотлив и остроумен, – засмеялась я, – так что вечер, можно сказать, удался. Кстати, я посмотрела договор и подписала его, так как не нашла ничего такого, что могло бы меня насторожить. Твой юрист, несомненно, мастер своего дела.

Я замерла в ожидании ответа, но Алекс никак не отреагировал на мои последние слова и продолжил как ни в чём не бывало:

– Насколько я помню, сегодня ты идёшь в кино с сержантом Холмсом?

– Да, а до того мы договорились выпить кофе или чая в каком-нибудь симпатичном кафе, – честно сказала я, – так что и день, и вечер обещают быть насыщенными. Кстати, Алекс, ты никогда не слышал о человеке по имени Конрад Стоун?

Если бы меня кто-нибудь спросил, зачем я задала этот вопрос, я абсолютно точно не смогла бы ответить. Наверное, мне просто очень хотелось убедиться, что мистер Гилмер не задействован ни в какой афере.

– Нет, – удивлённо ответил Алекс, – а кто это?

– Старинный друг моего дяди Кевина, – пояснила я, – приехал, чтобы посетить могилу друга и познакомиться со мной, но я никогда о нём от дяди не слышала. Как ты думаешь, могло такое быть, чтобы дядя ни разу не упомянул о ближайшем друге?

– Вряд ли, но мне это как-то не слишком нравится, Мэгги. Надеюсь, ты не собираешься с ним встречаться одна? Наш Блайзбери, конечно, не Лондон с его непростым населением, но тем не менее… Хочешь, я схожу с тобой?

Если Алекс играл обеспокоенность, то ему смело можно было вручать «Оскара» за самую правдоподобную ложь.

– Ой, я была бы тебе очень признательна, – искренне обрадовалась я, – мы договорились встретиться в понедельник во время моего обеденного перерыва. Ты сможешь?

– Для тебя, Мэгги, всё что угодно, – в голосе Алекса промелькнули хрипловатые нотки, от которых сердце забилось быстрее, а на губах возникла пусть не слишком умная, но абсолютно счастливая улыбка.

– Замечательно, – поблагодарила я, – так мне действительно будет гораздо спокойнее.

– Рад, что могу быть полезным, – будоражащая хрипотца не исчезла, а наоборот, стала заметнее, и я мысленно прикрикнула на себя, чтобы не растечься в сладкую лужицу, – ты не будешь против, если я вечером тебе позвоню и узнаю твои впечатления о фильме… и о сержанте Холмсе?

– С фильмом всё понятно, а вот чем тебе так интересен Джастин?

– Ну должен же я понимать, кто приглашает в кино девушку, к которой я сам неравнодушен, правда?

– А ты неравнодушен?

Голос неожиданно мне изменил, и слова прозвучали очень тихо, но Алекс прекрасно их расслышал.

– Ещё как, – шепнул он, – доброй ночи, Мэгги, и до завтра!

– До завтра, Алекс, – так же тихо ответила я и осторожно положила трубку, словно она была хрустальной и могла разбиться от любого неосторожного движения.

Оставшееся до приходя Джастина время я пробыла в каком-то непонятном состоянии: то улыбалась, то начинала что-то тихонько напевать, то застывала на месте, погрузившись в мечты с розовыми единорогами и цветочными полянами. Выбирая платье, я невольно думала о том, какое из них понравилось бы Алексу. И только стук в дверь заставил меня вынырнуть из романтического тумана.

На пороге вполне предсказуемо обнаружился Джастин Холмс, сияющий белозубой улыбкой и распространяющий вокруг волны дорогого парфюма и оптимизма.

– Привет, Мэгги, – поздоровался он, вручая мне симпатичный букет, упакованный в фирменную бумагу цветочного магазина «FloraFox». Филиал этого всемирно известного цветочного лондонского магазина каким-то чудом обнаружился в Хоуптоне. Но вот как букет попал в Блайзбери – это вопрос.

– «FloraFox»? Откуда?!

– Ну, есть такая штука, как курьерская доставка, – тоном опытного заговорщика сообщил мне Джастин, – и я решил, что вполне могу себе позволить порадовать тебя красивым букетом.

– Спасибо, Джастин, цветы просто потрясающие! Заходи, я поставлю их в вазу, и можем идти.

Взяв букет, я пропустила гостя в холл, а сама отправилась сначала в гостиную за вазой, а потом в кухню, чтобы набрать в неё воды. Вернувшись, обнаружила сержанта внимательно рассматривающим пейзаж, украшающий собой стену. И всё бы ничего, но я совершенно случайно заметила на рукаве модного бежевого пиджака клочок пыли, которого там только что совершенно точно не было. Это что же получается? Пока я суетилась с букетом, сержант быстро сделал что-то в моём холле, но не заметил предательской пыли. И вполне может быть, что букет столичной фирмы не случаен: я наверняка решила бы поставить его в красивую вазу, за которой отправилась бы в гостиную, оставив гостя одного, пусть и ненадолго. Интересно, что Джастин успел сделать? И нужно ли мне давать ему понять, что я что-то заподозрила? Наверное, правильнее будет прикинуться дурочкой и сделать вид, что всё прекрасно, а потом по-тихому разведать, что успел спрятать сержант.

– Я готова, – мило улыбнулась я, – ещё раз огромное спасибо за чудесный букет, Джастин, я уверена, что он будет радовать меня не один день!

– Очень на это надеюсь, – галантно поклонился сержант, – предлагаю выпить чаю в кафе напротив кинотеатра, как ты на это смотришь?

– Положительно, – засмеялась я, – прогуляемся? Погода вроде бы вполне располагающая, как думаешь?

– Конечно, – согласился Джастин, и мы неспешно направились в сторону центра, беседуя обо всём и ни о чём. Собеседником мистер Холмс оказался прекрасным: внимательным, остроумным и эрудированным. Он уместно шутил, не переходя приличий, но не делал ли малейших попыток взять меня под руку или хотя бы поддержать под локоток. Всё было исключительно целомудренно, и это, честно говоря, вызывало некоторое недоумение: всё-таки на дворе не девятнадцатый век.

Впрочем, не стоило забывать о том, что рядом со мной шагал не сержант Джастин Холмс, а совершенно незнакомый тип, с какой-то целью прикидывающийся помощником старшего констебля.

– Тебе нравятся фильмы о шпионах и всяких супер-агентах? – поинтересовался Джастин, когда мы сидели в кафе и пили чай с ароматным вишнёвым пирогом.

– Конечно, это же так интересно, – с воодушевлением отозвалась я, – быть не тем, кем ты являешься на самом деле – это же невероятно сложно и опасно!

– Ты удивительная девушка, – засмеялся мой собеседник, – обычно барышням нравятся мелодрамы или романтические комедии, а не детективы или боевики.

– Ну, я же не только такие фильмы люблю, – подумав, возразила я, гадая, ради чего Джастин затеял этот разговор, – мне ещё нравятся всякие приключенческие ленты. Про искателей сокровищ или пиратов, например.

– Как «Запретный остров»?

Наверное, если бы я не вслушивалась так пристально в голос Джастина, я не заметила бы почти незаметную паузу и то, как на какие-то секунды в нём мелькнуло и тут же исчезло напряжение.

– Ну примерно, – я постаралась улыбнуться как можно беззаботнее, – Водолаза нанимает странноватый охотник за сокровищами, чтобы достать изумруд, упавший в воду во время кораблекрушения. Интересно же, согласись!

– Не могу с тобой не согласиться, – кивнул Джастин, уже полностью взявший себя в руки, – хотя о художественной ценности этого фильма я бы поспорил.

– Будем надеяться, что сегодняшний фильм нас не разочарует!

Я тоже решила не заострять внимание на затронутой теме, чтобы не вызвать ненужных подозрений. К счастью, уже пора было идти в кинотеатр, оказавшийся совсем небольшим и на удивление уютным. Среди зрителей, достаточно быстро заполняющих зал, я увидела достаточно много знакомых лиц. Все здоровались и перебрасывались типичными для такой ситуации фразами. На нас откровенно посматривали, порой перешёптываясь и понимающе переглядываясь. Я успела порадоваться, что Джастин взял билеты не на последний ряд, а то ироничных взглядов было бы гораздо больше.

Но вот погас свет, и на экране появилась до боли знакомая заставка компании «Metro-Goldwyn-Mayer» со знаменитым рычащим львом. Затем я увидела стреляющую фигурку, ставшую для многих фильмов бондианы визитной карточкой. На какое-то мгновением мне показалось, что я сижу дома, рядом с родителями, и мама негромко поясняет мне важные нюансы, касающиеся киноиндустрии тех лет. Именно благодаря ей я полюбила кинематограф середины прошлого – а для нынешней меня настоящего – века.

Сглотнув подступившие слёзы, я сосредоточилась на экране, наслаждаясь игрой обаятельного Шона Коннери. Все перипетии сюжета мне были известны, но я ахала в нужных местах и даже пару раз закрыла лицо ладонями, вызвав снисходительную усмешку Джастина.

После фильма мы вместе с остальными оживлённо переговаривавшимися зрителями вышли на улицу и медленно направились в сторону моего дома.

– Благодарю за прекрасный вечер, Мэгги, – сержант Холмс остановился возле дверей, – это было замечательно.

– Думаю, в этом не моя заслуга, а мистера Коннери и компании, – улыбнулась я, – спасибо, что пригласил меня, Джастин. Может быть, зайдёшь на бокал вина?

Я была уверена, что он откажется, и не ошиблась: с сожалением покачав головой, Джастин сослался на какие-то срочные дела и, облобызав мне ручку, скрылся в вечернем сумраке. Не то чтобы я жаждала пригласить его в гости, но такое поведение выглядело несколько странно и даже весьма подозрительно.

Глава 25

«Здесь было так темно, тихо и пустынно,

что невольно хотелось совершить преступление…»

© «Берегись автомобиля»

Проводив сержанта взглядом, я пожала плечами и вошла в дом, чтобы наконец-то отдохнуть от этого калейдоскопа событий. Но, проходя через холл, вспомнила о странных действиях Джастина и решила всё же узнать, что он умудрился спрятать у меня в доме, пока я ходила за вазой для цветов.

Оглядев в общем-то небольшое помещение, я попыталась представить, куда мог успеть залезть шустрый сержант и при этом нацеплять на рукав пыли. Последнее особенно озадачивало, так как я совсем недавно сделала генеральную уборку во всём доме, включая холл.

Медленно скользя взглядом по стенам, я прикидывала и так, и этак, но пока ответа на свой вопрос не находила. Стена, вешалка для сумок и зонтов, шкаф для верхней одежды и пара крючков для пальто и курток гостей, тумбочка для обуви, зеркало, картина на стене, большой филодендрон в керамическом горшке…

Стоп! Кажется, когда я во время уборки добралась до этого цветка, меня что-то отвлекло, а потом я про него забыла. Пожалуй, он – единственное место, где можно обнаружить пыль. К тому же он стоит неподалёку от картины, которую так старательно рассматривал Джастин, когда я вернулась из комнаты, пристроив букет.

Решительно направившись к цветку, я с некоторым трудом отодвинула подставку от стены: филодендрон разросся, поэтому горшок для него был большим и тяжёлым. Заглянула в гущу плотных глянцевых листьев, поворошила их, но ничего не обнаружила. Потом уже внимательнее осмотрела практически каждый листок, землю, сам горшок, но не нашла ничего подозрительного или постороннего. Правда, в одном месте стебли были словно сдвинуты в сторону, а один лист как-то немного смят. Так, может быть, Джастин не положил что-то, а наоборот, забрал?!

Но почему было не сделать этого раньше? А с другой стороны – как бы он объяснил своё появление в моём доме? А ведь ещё нужно было как-то спровадить меня хотя бы ненадолго и успеть извлечь загадочный предмет. Значит, вся история с кино – это тщательно продуманная многоходовка. Тогда многое становится понятным: и букет из столичного магазина, и отказ зайти в дом после кино. Обидно, конечно, что Джастина интересовала не я, Мэгги Стюарт, а то, что он должен был забрать из моего дома.

Интересно, а что это такое было? Понятно, что это «что-то» прикопал в цветке ещё дядя Кевин, но неужели он не опасался, что я, делая уборку, обнаружу спрятанное? Или я была в курсе? Попытки отыскать в памяти Мэгги хоть что-то, что могло пролить свет на ситуацию, успехом не увенчались. Проще всего, конечно, спросить у самого Джастина, но как-то я сомневаюсь, что он мне скажет правду. Я бы на его месте совершенно точно не сказала!

Так и не найдя ответа, я подвинула злополучный филодендрон на место и отправилась в комнату ждать звонка от Алекса. На секунду мелькнула мысль о том, что было бы здорово рассказать обо всём мистеру Гилмеру, но пока я не уверена на сто процентов, что он тот, за кого себя выдаёт, лучше не рисковать.

Алекс позвонил как обычно, около половины десятого, и я снова окунулась в лёгкую и интересную беседу. Ни он, ни я не вспоминали сказанные утром важные – во всяком случае, для меня – слова и болтали обо всём на свете. Я рассказала о фильме, стараясь не проболтаться о бондиане, которой тут пока ещё нет. Остроумные и уместные комментарии Алекса то и дело заставляли меня смеяться, а потом он поинтересовался:

– И что наш бравый сержант Холмс? Он прилично себя вёл?

– Более чем, – я улыбнулась, – Джастин был мил, подарил мне роскошный букет аж из «FloraFox», напоил чаем в кафе на площади и проводил до дверей.

– И даже не напрашивался в гости? – удивился Алекс, и я тут же насторожилась: неужели мистер Гилмер в курсе того, что Джастин как бы не совсем Джастин и что липовому сержанту нужно было что-то забрать у меня в доме? Или это просто вопрос. Как говорится, «иногда банан – это просто банан».

– Представь себе, нет, – постаравшись не показать своей тревоги, легкомысленно ответила я, – хотя я как вежливая хозяйка его приглашала. Но мистер Холмс оказался более чем джентльменом и не стал компрометировать девушку даже в мелочах.

– Какой замечательный юноша, – согласился со мной мистер Гилмер, – просто удивительно в наше непростое время, когда молодёжь совершенно не думает о такой важной вещи, как репутация.

– Ты сейчас говоришь, как старый дед, – фыркнула я, – можно подумать, тебе девяносто! А кстати, сколько тебе лет, если не секрет?

– А ты с какой целью интересуешься? – тут же ответил Алекс. – У тебя на меня есть виды?

– Конечно, есть, – я улыбнулась, – должна же я знать возраст мужчины, который мне небезразличен.

– Даже так, – в голосе мистера Гилмера снова послышалась та самая хрипотца, от которой у меня мурашки по спине бегали, – раз такое дело, то я не имею права утаивать информацию. Мне тридцать четыре года, Маргарет. Это много или мало?

– В самый раз, – засмеялась я, чтобы скрыть неловкость от собственной смелости, – тогда тем более непонятно, откуда такой скепсис в отношении молодёжи. Ты сам ещё практически она…

– Я рад, что мой возраст тебя не смущает, – негромко проговорил Алекс, – надеюсь, остальные параметры тоже окажутся подходящими.

– Пожалуй, я тоже на это надеюсь, – чувствуя, что неудержимо краснею, ответила я и поспешила уйти от столь неоднозначной темы, – а ты придумал, что возьмёшь в качестве призов? Я бы передала Саймону, и он начал бы работать над первой статьёй. Время-то идёт…

Алекс явно прекрасно понял, почему я так стремительно сменила направление разговора, потому что негромко засмеялся, но тут же послушно переключился на деловую волну.

– Я рассматриваю в качестве основных призов чайный сервиз на четыре персоны, набор дизайнерских кашпо для комнатных цветов, скатерть ручной работы и прочие достойные вещи такого же уровня.

– О, Алекс! – я действительно была приятно удивлена. – У нас ещё никогда не было таких замечательных призов! Я так тебе признательна! Не знаю, как тебя и благодарить!

– Я знаю несколько прекрасных способов, – мурлыкнул мистер Гилмер, – но я расскажу тебе о них при личной встрече, Маргарет.

Сделав вид, что не поняла намёка, я подчёркнуто бодро заявила:

– Ты рискуешь, Алекс! Вдохновлённые твоей щедростью организаторы осенней ярмарки тоже могут попросить тебя выступить в качестве спонсора.

– У них ничего не получится, – моментально отозвался мистер Гилмер, – потому что то, что я делаю, я делаю исключительно ради тебя, Мэгги. Если бы меня попросил кто-нибудь другой, я совершенно спокойно отказал бы. Поверь, у меня и без того полно головной боли и забот. Но ты была настолько убедительной и невероятно хорошенькой, что я не устоял, а потом убедился в том, что ты ещё и очень интересный человек. Так что организаторам осенней ярмарки придётся обойтись без меня.

– Спасибо за комплименты, Алекс, – мне было ужасно приятно слышать то, что он сказал, но при этом я не могла заставить себя не думать о том, насколько мистер торговый магнат искренен в своих словах. Может быть, он как Джастин – просто преследует какие-то свои цели. От подобной мысли в сердце образовалась льдинка, которая никак не хотела таять. Впрочем, я постаралась задвинуть её подальше и по возможности не обращать внимания.

– Это не комплименты, а обычная констатация факта.

Мы поговорили ещё несколько минут, а затем распрощались, договорившись созвониться завтра. Перед тем, как положить трубку, Алекс уточнил, знаю ли я его номер телефона и, выяснив, что нет, тут же мне его продиктовал.

А ночью меня в очередной раз попытались убить…

Надо признать, что меня в третий раз спасло чудо: не иначе как некий неизвестный мне ангел-хранитель оберегал мою жизнь. И большое ему за это спасибо, кем бы он там ни был…

Я долго не могла уснуть, то бесконечно прокручивала про себя слова Алекса и пыталась отыскать в них скрытый смысл, то пробовала в очередной раз придумать, что мог забрать Джастин из горшка с филодендроном, то просто бездумно таращилась в потолок.

Наверное, если бы я спала, то тихий скрип ступенек лестницы, ведущей на второй этаж, ни за что меня не разбудил бы – для этого он был слишком тихим. Но мне он показался громким и зловещим: вряд ли кто-то пробрался в мой дом, чтобы пожелать мне сладких снов или проверить, всё ли у меня в порядке.

Поборов первое рефлекторное желание закричать, я соскользнула с кровати и, прихватив по пути с тумбочки увесистую фигурку собаки, спряталась за тяжёлой шторой, притаившись там, как мышь под веником. Но это не потому что я такая прям смелая, а потому что орать и звать на помощь бесполезно: всё равно никто не услышит. Это вам не панельная многоэтажка, где ты чихнул, а соседи готовы сказать «будь здоров».

Шаги замерли, а я практически перестала дышать. Потом едва слышно скрипнула дверная ручка, и дверь бесшумно открылась. Из-за темноты я не видела, кто стоял на пороге, а шевелиться я опасалась, чтобы не выдать своё присутствие.

Ночной гость сделал несколько шагов, и я увидела высокую фигуру, одетую в чёрную куртку и маску, закрывающую лицо. Ясно было только, что это мужчина. В руках незваный визитёр держал диванную подушку, и что-то подсказывало мне, что он прихватил её из гостиной вовсе не для того, чтобы заботливо подложить мне под спину.

Между тем убийца – а никем другим человек в маске быть просто не мог – шагнул к кровати, перехватив подушку так, чтобы было удобнее закрыть ею моё лицо. Он подошёл вплотную к кровати и растерянно замер, не обнаружив меня там, где я, по идее, должна была быть.

Воспользовавшись моментом, я шагнула из-за шторы и от всей души приложила злодея по голове статуэткой. Скорее всего, моя затея увенчалась бы успехом, но убийца в последнюю секунду отшатнулся, и удар получился менее сильным, чем мог бы быть.

Явно не ожидавший нападения преступник отшатнулся, схватился за голову и вместо того, чтобы кинуться на меня, опрометью бросился вон из комнаты, отбросив подушку. Простучали торопливые шаги, а затем хлопнула входная дверь, причём звук показался мне настолько громким, что я вздрогнула и выронила своё своеобразное оружие. Потом отлепилась от стены, медленно, как сомнамбула, подошла к кровати, но села почему-то не на неё, а на пол рядом. До меня начало доходить, что я в очередной раз была на волосок от смерти, и если бы не тревожащие мысли, помешавшие заснуть, то… Лучше даже не думать, чем мог закончиться визит ночного гостя.

Потом на меня накатило желание позвонить Алексу и пожаловаться на жизнь, но я вовремя себя остановила: я пока не знаю, кем был мой ночной гость. Да, я практически уверена, что это был не мистер Гилмер, но всё же… червячок сомнения никуда не делся. К тому же и время для звонка, мягко говоря, не самое подходящее: половина третьего ночи.

Прислушавшись, чтобы убедиться, что незваный визитёр ушёл, я осторожно выглянула из спальни: в доме было абсолютно тихо, было слышно даже, как тикают часы над камином в гостиной. Аккуратно ступая, спустилась по лестнице, всё же опасаясь, что откуда-нибудь из тёмного угла на меня выпрыгнет злодей, а я даже верную статуэтку в спальне оставила.

Внимательно оглядев входную дверь, я не заметила никаких следов взлома, значит, её открыли ключами или отмычками. Но, насколько я знала, ключей от дома ни у кого кроме меня не было. На всякий случай открыла ящичек стоящего в холле шкафа и убедилась, что запасной комплект на месте. Надо будет, кстати, убрать его куда-нибудь подальше, а то мало ли, кто его стащить может. Ходят тут всякие…

Закрыв входную дверь изнутри, я проверила выход в сад, убедилась, что с ним всё в полном порядке, и на всякий случай пододвинула к двери вешалку с сумками и зонтами. Задержать злодея она, конечно, не сможет, но грохот я точно услышу. Хотя бы буду готова и встречу гостя во всеоружии. Прихватив от камина увесистую кочергу, я почувствовала себя намного увереннее: такой железякой и убить можно, не то что обезоружить. Хотя вряд ли попытку проникнуть в дом повторят уже сегодня.

Уже лёжа в постели, я стала думать о том, кем мог быть мой несостоявшийся убийца? Все мужчины, находящиеся под подозрением, были примерно одного роста и схожей комплекции. Ну, может быть, Алекс был чуть шире в плечах. Вот как теперь определить, кто это был? Хотя что это я туплю! У ночного гостя наверняка остался след от удара статуэткой: ссадина или как минимум приличный синяк. Ударила я от души и совершенно точно задела. Так что завтра нужно будет просто постараться каким-то образом увидеть каждого из входящих в круг подозреваемых и проверить на наличие синяка на лице. Осталось только придумать, как это сделать… но я постараюсь!