Текст книги "Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Александра Шервинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 49 страниц)

Глава 22

« – Думаешь, кто‑то распространяет о тебе сплетни?

– Хуже. Думаю, кто‑то распространяет обо мне правду…»

© «Два с половиной человека»

Это было неожиданно, но я почему‑то совершенно не испугалась, словно кино смотрела: наверное, мысль о том, что меня снова попытаются убить, категорически отказывалась укладываться в моей голове. Тем более что ситуация была, скорее, как в дурной мелодраме, а не как в жизни.

– Ты всегда меня раздражала, Маргарет, – зачем‑то начала говорить Лили вместо того, чтобы просто нажать на курок. Я, честно говоря, думала, что такое только в фильмах бывает, когда главный злодей вопреки логике не стремится завершить начатое, а начинает произносить длинные пафосные монологи. Тем не менее, именно это я сейчас и наблюдала.

– Я‑то знаю, какая хитрая стерва прячется под маской доброй милой Мэгги, – продолжала между тем Лили, – это ты кого‑нибудь другого можешь обмануть, но не меня! Я таких, как ты, насквозь вижу! А ведь я тебя предупреждала: держись от него подальше!

– Так это ты письмо написала? – почему‑то обрадовалась я, и моя реакция несказанно удивила дочь мэра.

– Какое письмо?! Ты бредишь, Маргарет? Не заговаривай мне зубы, потому что…

Раздались шаги, дверь скрипнула, заставив мисс Флеминг обернуться, и я с невероятным облегчением увидела Алекса, чтобы тут же испугаться, но уже за него. Кто её знает, эту сумасшедшую, возьмёт и пальнёт, руководствуясь принципом «так не доставайся же ты никому!»

– Лили, – мягко проговорил мистер Гилмер, не сводя спокойного взгляда с лица мисс Флеминг и словно не замечая пистолета, направленного на него, – успокойся и убери оружие. Давай просто поговорим, хорошо?

– О чём? – рука с пистолетом дрожала, и я боялась, что эта ненормальная выстрелит просто потому что устанет его держать. – Ты такой же двуличный мерзавец, как и все вокруг!

– Для начала успокойся, – Алекс сделал осторожный, почти незаметный шаг вперёд, – я уверен, что мы обязательно найдём выход из сложившейся ситуации. Не делай того, о чём пожалеешь, Лили, пожалуйста…

– А ведь я поверила! Я ведь никому не сказала, что ты… Я ведь была тогда там, просто ты меня не видел, но теперь я всем скажу…

Договорить мисс Флеминг не успела, так как Алекс одним быстрым движением выбил у неё из руки пистолет, который, упав на пол, отлетел куда‑то под стеллажи с книгами, а сама Лили обмякла в руках держащего её мистера Гилмера безвольной куклой.

– Обморок, – пояснил мне Алекс, оглядываясь в поисках места, куда можно было бы пристроить потерявшую сознание девушку, – от перенапряжения, видимо. Господи, какое счастье, что мне взбрело в голову зайти к тебе, Мэгги! Не иначе как само провидение направило, честное слово! Вот и не верь после этого в высшие силы, да?

– Алекс, – откашлявшись, начала я, – ну, во‑первых, спасибо тебе огромное. Похоже, ты спас мне жизнь. А во‑вторых… что с ней дальше делать?

– Сейчас я позвоню её отцу, пусть пока забирает домой, а там уже определимся, хорошо? Джастин всё равно ещё в Хоуптоне, а от старшего констебля Коннорса толку считай что никакого. Да и не стоит, как мне кажется, предавать это дело огласке, учитывая специфику Блайзбери.

Пристроив бесчувственную Лили на кресло, Алекс быстро набрал нужный номер и коротко переговорил с мэром, попросив того в срочном порядке приехать в библиотеку и забрать дочь, которая потеряла сознание, видимо, из‑за перепада погоды.

– Что имела в виду Лили, когда говорила, что знает, кто ты? – негромко спросила я, когда встревоженный мэр, примчавшийся в сопровождении одного из братьев Брукс, многословно извиняясь за доставленные неудобства, забрал дочь домой. Любопытствующим горожанам, тут же собравшимся возле библиотеки, объяснили, что девушке стало дурно в связи с резким перепадом давления. Публика для виду покивала, соглашаясь, и отправилась строить собственные версии, наверняка одна невероятнее другой.

– Господи, Мэгги, ничего она не имела в виду, – фыркнул Алекс, – ты же видела, Лили была не в себе!

– Она очень вовремя потеряла сознание, тебе не кажется?

– Нет, не кажется, – устало отозвался мистер Гилмер, – она почему‑то вбила себе в голову, что я должен жениться именно на ней, хотя я, клянусь, не давал ей ни малейшего повода так думать! Оскар как‑то обмолвился, что был бы рад такому развитию событий, но дальше этого дело не пошло, к счастью. Слушай, Мэгги, неужели ты будешь вслушиваться в слова экзальтированной девицы, которая явилась к тебе, чтобы размахивать пистолетом? Она же была не в себе, это же понятно!

– Наверное, ты прав, – не стала спорить я, понимая всю бесперспективность этого занятия. Даже если Лили и узнала об Алексе что‑то неприглядное, он мне ни за что в этом не признается. К тому же, может быть, он прав, и Лили просто несла околесицу, лишь бы меня позлить и скомпрометировать мистера Гилмера в моих глазах? Такой вариант тоже нельзя сбрасывать со счетов. Поэтому лучше я просто не буду забивать этим голову, всё равно от моих терзаний и сомнений ничего не изменится. А там посмотрим… может, оно как‑то само прояснится рано или поздно.

– Испугалась?

Алекс смотрел на меня с искренним сочувствием, а я никак не могла для себя определить, как на поступок Лили реагировать.

– Знаешь, как ни странно – нет, – я пожала плечами, – наверное, просто не успела, потому что она сразу начала орать, и я разозлилась. А потом, когда ты так вовремя появился, испугалась уже за тебя. Сумасшедшие – они же непредсказуемы!

– За меня? О, Мэгги, мне, несмотря на неоднозначности ситуации, очень приятно это слышать, – улыбнулся Алекс и, подойдя ко мне, обнял. – А вот я испугался… очень…

– Полиции можно ничего не говорить, ты прав, какой бы мисс Флеминг ни была, я не хочу быть тем человеком, который разрушит её репутацию, – не отстраняясь, проговорила я, – но Джастину мы обязательно скажем, хорошо? Он ведь не столько представитель власти, хотя с каждым днём он всё лучше вживается в свою роль, сколько наш друг.

– Полностью согласен.

Алекс на несколько секунд прижал меня к себе очень крепко, но потом неохотно выпустил из объятий и отошёл.

– Со мной, наверное, никогда не будет спокойно и беспроблемно, – негромко проговорила я, – так что ты подумай, нужна ли тебе такая головная боль.

– Нужна, – тут же отозвался Алекс, ни на минуту не задумавшись, – просто мне надо как‑то научиться не волноваться за тебя каждую секунду. Хотя что‑то подсказывает мне, что это невозможно. Но я не против, лишь бы ты была со мной, Мэгги.

– Спасибо, – я улыбнулась, – а теперь, пожалуй, я готова отправиться домой. Проводишь меня?

– Я ведь для того, собственно, и зашёл к тебе. Увидел, что погода портится, и решил, что, раз уж я на машине, то вполне могу подвезти тебя до дома после работы.

– Замечательная мысль, – обрадовалась я, так как, несмотря на то, что вроде бы и выспалась, усталость последних дней сказывалась. – Тогда я только уберу формуляры, и можем ехать.

– Я подожду тебя в машине, – кивнул Алекс и вышел из библиотеки.

Дождавшись, пока мистер Гилмер выйдет на крыльцо, я быстренько опустилась на четвереньки и извлекла из‑под книжного стеллажа серебристый пистолет. Аккуратно завернула его в шейный платок и положила в сумочку. С такой жизнью, как у меня в последнее время, оружие совершенно точно не помешает. Надо будет только попросить Джастина, чтобы он потихоньку оформил мне разрешение заодно с паспортом. А если потом когда‑нибудь Лили спросит, где её пистолет, я просто скажу, что отдала его полиции. А уж что они там дальше с ним сделали – это вопрос не ко мне. Вряд ли она отправится выяснять подробности и требовать его обратно.

– Ты точно ничего не хочешь мне рассказать, Алекс? – спросила я, уже открывая входную дверь. Мистер Гилмер стоял рядом, явно намереваясь войти, хотя это не входило в мои планы.

– Мэгги! Я ведь сказал: это бред свихнувшейся Лили, – воскликнул он. – Почему я должен оправдываться в том, в чём не виноват?

– Да не прошу я тебя оправдываться, с чего ты взял? – я пожала плечами. – Нет так нет, вопрос снят с повестки дня. А ты куда, собственно, намылился?

– К тебе, – глядя на меня с искренним удивлением, сказал Алекс, – скоро Саймон придёт, чаю попьём. Заодно хочу убедиться, что за время нашего отсутствия в твоей кладовке не появился очередной труп.

– Хорошо, – вздохнула я, мысленно попрощавшись с надеждой провести тихий вечер в компании с книгой и бокалом вина. – А с чего ты взял, что Саймон придёт?

– С того, что мы с ним об этом договорились, – бодро сообщил мне жених, методично и, я бы сказала, профессионально проверяя помещения на предмет незапланированных покойников, – он мне звонил.

– А вам не приходила в голову прекрасная и удивительно свежая мысль о том, что встретиться можно где‑то в другом месте, не у меня дома?

– Нет, – Алекс посмотрел на меня с таким удивлением, что мне ничего не оставалось кроме как вздохнуть и смириться.

Саймон действительно появился меньше чем через полчаса, так что я как раз успела заварить свежий чай и намолоть кофе. Мне, правда, всё время мешал Алекс, постоянно пытавшийся меня обнять, пока не получил по лбу ложкой и не затих обиженно на диване в гостиной.

– Гилмер, почему ты не сказал нам, что дочка мэра от тебя беременна? – прямо с порога поинтересовался репортёр у ошалевшего от подобной новости Алекса. – Ты её соблазнил, а когда она пришла требовать от Мэгги отказаться от свадьбы, ты её чуть не убил.

– Захватывающая история, – уважительно кивнул мистер Гилмер, быстро справившийся с шоком, – жаль, не имеющая ничего общего с реальностью.

– А другие версии произошедшего есть? – мне действительно было любопытно, как далеко зашла фантазия горожан за такое короткое время.

– Есть, но эта пока лидирует, – Саймон плюхнулся на диван, вытянув длинные ноги, – как вариант рассматривался сценарий, в соответствии с которым Мэгги и Лили Флеминг бросали монетку по поводу того, кому ты достанешься. Дочка мэра проиграла и от расстройства потеряла сознание.

– А ничего что я уже помолвлен с Мэгги?

– Ерунда, – отмахнулся Саймон, – кого это когда останавливало? Ну и третья версия из популярных заключается в том, что Лили предлагала Мэгги кучу денег, чтобы она разорвала помолвку, но наша подруга гордо отказалась, после чего Лили хотела покончить с собой, но пришёл ты и всех спас.

– Полагаю, за сегодняшний вечер история обрастёт душераздирающими подробностями, и завтра мы узнаем, что Лили не только была беременна от Алекса, но уже даже родила, а ребёнка подкинула в какой‑нибудь монастырь, – вздохнула я, – но не переживай, это на неделю, не больше, потому что скоро мы будем вскрывать коробку с голосованием.

– О да! – Саймон предвкушающе потёр руки. – Это будет нечто, можно даже не сомневаться! Не забудь позвать нас с Салли, потому как я совершенно точно напишу репортаж, а она сможет сделать поистине уникальные кадры. Когда, говоришь, состоится это эпохальное мероприятие?

– В следующую субботу, первого августа, в полдень, – сказала я, – надо, кстати, подумать, где всё это проводить. Народу наверняка придёт целая толпа, потому как всем интересно. Голосовали ведь многие, к тому же почти все участвовали в лотерее. Саймон, мне нужно как минимум три человека, чтобы считать голоса. Причём это должны быть те, кто пользуется авторитетом, быстро соображает и считает без ошибок.

– Джастина возьми, – тут же посоветовал Алекс, – ему всё равно придётся присутствовать, так что, я думаю, он вполне сможет совместить охрану правопорядка с подсчётом голосов.

– Отличная мысль, – согласилась я, – а ещё я попрошу миссис Доршер как члена организационного комитета. Думаю, втроём мы справимся. А итоги лотереи подведём в воскресенье, там уже проще, но, полагаю, тоже придётся делать на глазах у заинтересованной общественности, а то непременно найдётся кто‑нибудь, кто скажет, что его бланк потеряли, а он‑то как раз всех и угадал.

– Лотерею считать я могу помочь, – предложил свои услуги Алекс, – а что мы там за победу обещали?

– Денежные призы, – я полезла в свой блокнот, – тот, кто угадает всех членов жюри, получит пятьдесят фунтов, те, кто угадает только председателя – по пятнадцать.

– Я сниму наличные с запасом, – кивнул Алекс, – а ты, Мэгги, подготовь какие‑нибудь красивые конверты. Ну, чтобы выглядело достойно…

– Спасибо, – поблагодарила я помощников, понимая, что ни Саймон, ни Алекс совершенно не обязаны были забивать себе голову подобными проблемами и тратить выходные на всякие карнавальные дела. Повезло мне с ними, что уж там говорить! Ну и им со мной… наверное… Тут я не была уверена!

Глава 23

«– Итак, зачитываю список с болью в сердце…

– Зачитывайте.

– С болью в сердце… зачитываю список.

– Зачитывайте уже!»

© «Гараж»

К счастью, суббота, на которую было назначено оглашение результатов голосования, выдалась на редкость тёплой и солнечной, при том, что всю неделю до этого шли дожди. Мы уже начали всерьёз размышлять над тем, куда перенести мероприятие, если утром в субботу с неба снова будет лить. Но опасения оказались напрасными, и первое августа порадовало нас ярким, по‑летнему жарким днём.

На центральной площади с самого утра царила суета: ставили скамейки, украшали сцену, готовили место для нас, тех, кто будет называть имена. По краям площади с разрешения мэра, который всё ещё вынужден был принимать сердечные капли после недавних событий, поставили тележки, с которых планировали продавать всякие съедобные мелочи: выпечку, сладости, фрукты и прохладительные напитки.

Тут надо было сказать огромное спасибо Алексу, который взял на себя все вопросы, связанные с торговлей. При поддержке мистера Барбиджа он договорился с торговцами, определил процент с выручки, который счастливые обладатели места должны будут внести в казну города, и так далее.

Саймон в компании с Салли Мэрфи, которая, похоже, всерьёз собралась собрать фотохронику предстоящего праздника, мелькали то там, то тут. Салли фотографировала плотников, сколачивающих скамейки, волонтёров, расставляющих вазы с цветами, торговцев, раскладывающих свои товары… Саймон же отлавливал прогуливающихся горожан и брал у них нечто вроде короткого интервью, задавая буквально пару вопросов. Естественно, его интересовали версии того, кто войдёт в жюри, и именно этот вопрос он задавал всем подряд.

Джастин, одетый в отглаженную форму и выглядевший просто умопомрачительно, отдавал последние приказы констеблям, которые слушались его гораздо охотнее, чем старшего констебля Коннорса.

В общем, все были при деле… Мне даже нервничать было некогда, так как я старалась успеть проконтролировать все вопросы одновременно и при этом не свихнуться окончательно.

Примерно с половины двенадцатого на площади стал активно собираться народ, и вскоре все скамейки, приготовленные для зрителей, оказались заняты. Пришлось выносить стулья из окрестных заведений, чтобы людям не пришлось стоять. Молодёжь, правда, расселась где пришлось: на бортике фонтана, на капотах машин и просто на траве.

За пять минут до полудня Джастин торжественно вынес из библиотеки обклеенную лентами коробку и водрузил её на стол.

– Начинай, Маргарет, – улыбнулась мне миссис Доршер, – а то мы до ночи тут просидим.

Я встала и нервно откашлялась. Потом увидела подмигнувшего мне Алекса, машущих руками Саймона и Салли и успокоилась.

– Дорогие друзья! Дорогие жители Блайзбери! Сегодня мы с вами узнаем, кто войдёт в состав жюри литературного карнавала, которого мы все так ждём и который состоится уже через две недели. Все вы в течение нескольких недель опускали вот в этот ящик, – тут я показала на коробку, – листочки, на которых писали имя того человека, которого хотели бы видеть в жюри. Напомню, что тот, кто наберёт наибольшее число голосов, станет председателем жюри, в которое войдут ещё четверо из числа тех, кто наберёт больше голосов, ну и два человека будут в резерве, просто на всякий случай. Вопросы есть?

– Конечно, – тут же поднялась миссис Чапмен, – скажи, Маргарет, тот, кто в жюри, может сам участвовать в карнавале?

– Конечно, – кивнула я, – но вне конкурса, просто для удовольствия. Сейчас сержант Холмс пройдёт между рядами, чтобы все могли убедиться в том, что и ленты, и печати находятся в нетронутом состоянии.

– А лотерея? – спросил кто‑то, кого я не рассмотрела. – Когда будут результаты?

– Заполненные бланки мы сегодня сложим в отдельный мешок, сержант Холмс его опечатает и уберёт в сейф полицейского управления, а завтра в это же время мы соберёмся здесь же и проверим бланки. Завтра же победители получат свои выигрыши, их вручит мистер Гилмер, главный спонсор нашего праздника.

– Давайте уже открывать! – послышался чей‑то звонкий молодой голос. – Интересно же!

Джастин торжественно разрезал опутывавшие коробку ленты скотча и вытряхнул в здоровенный таз, позаимствованный нами в соседнем кафе, содержимое. Честно говоря, я даже не предполагала, что листков окажется столько! Они еле поместились в огромном тазу, а я ведь ещё ворчала, когда Саймон его приволок: говорила, что он слишком большой.

– Внимание! – я оглядела оживившихся зрителей. – Сейчас я буду поочерёдно брать листочки и вслух называть имя, а миссис Доршер и сержант Холмс будут записывать и отмечать, сколько раз какое имя прозвучит. Если кто‑то не доверяет им, то может тоже считать, это не возбраняется. И, пожалуйста, давайте не будем отвлекаться, чтобы действительно не застрять тут до ночи.

Я взяла в руки первый листок и громко произнесла:

– Миссис Патридж.

Джастин и миссис Доршер сделали отметки на своих листках, а по губам сидевшей в первом ряду миссис Оливии скользнула довольная улыбка.

Я бросила прочитанный листок в специально поставленный рядом мешок и взяла следующий.

– Мистер Липман.

На лице мистера Липмана было такое искреннее изумление, что я невольно улыбнулась. Дальше всё пошло по накатанной и для меня лично слилось в непрерывную карусель: взять листок – прочитать имя – выбросить листок – взять следующий… и так по кругу. Через полтора часа я охрипла, и меня сменил Джастин, а я вместо него стала вписывать имена и ставить плюсики. К счастью, на его долю выпало не так чтобы много: я успела прочитать почти всё.

Даже без подсчёта голосов можно было сказать, что лидеров оказалось трое: миссис Патридж, мистер Липман и отец нашей Салли, мистер Мэрфи. За ними с небольшим отрывом следовала целая группа претендентов на место в жюри, и тут без подсчётов было уже не обойтись.

Зрители переговаривались и бурно обсуждали результаты голосования: кто‑то заранее поздравлял лидеров, кто‑то старательно делал вид, что совершенно не расстроен, а кто‑то, как, например, миссис Колгрив, уже пытался оспорить результаты. Она начала было возмущаться, но её моментально призвали к порядку, и скандала не получилось.

Через пятнадцать минут мы были готовы огласить результаты голосования, которые, как по мне, были абсолютно правильными. В жюри вошли именно те люди, которые пользовались в Блайзбери заслуженным уважением и которых никто и никогда не сможет заподозрить в необъективности.

– Прошу внимания! – слегка севшим голосом крикнула я, и народ с готовностью замолчал, приготовившись внимать и аплодировать. – По итогам независимого голосования председателем жюри литературного карнавала становится миссис Оливия Патридж, за которую проголосовало сто шестнадцать человек!

Счастливая и гордая миссис Оливия поднялась со своего места и с улыбкой поклонилась выбравшим её горожанам.

– Помимо миссис Патридж в жюри вошли мистер Томас Липман, набравший девяносто семь голосов, мистер Хьюберт Мэрфи, набравший шестьдесят три голоса, мисс Аманда Остин, набравшая пятьдесят один голос, и мистер Джон Попперт, за которого проголосовало сорок девять жителей. В резерве на случай непредвиденных обстоятельств значатся мистер Френсис Коуг и мисс Джулия Грин. Они оба набрали по сорок голосов. Мы поздравляем победителей голосования и верим в то, что они будут объективны и справедливы! Полный список голосов будет опубликован в одном из ближайших номеров «Новостей Блайзбери» и в «Блайзберских кумушках», Результаты лотереи будут объявлены завтра в полдень здесь же, на площади. Пользуясь случаем, хочу напомнить о том, что в следующую субботу заканчивается регистрация участников карнавала. Те, кто не успеет зарегистрироваться, смогут участвовать только вне конкурса. Большое спасибо всем принявшим участие в голосовании и пришедшим сегодня сюда, чтобы узнать итоги и порадоваться за победителей. А членов жюри я бы очень попросила уделить нам ещё немного времени, чтобы обсудить ряд рабочих вопросов.

Мне долго и, кажется, даже искренне аплодировали, раздавались слова благодарности и поздравлений. Довольные и гордые заслуженной победой члены жюри собрались вокруг меня, но не успела я сказать и пары слов, как меня вежливо перебил Алекс.

– Мэгги, прости, что перебиваю тебя, но я хочу предложить для дальнейшего обсуждения свой офис, – сказал он, – там наверняка будет удобнее, чем на площади. А места у меня там вполне достаточно.

– Спасибо, мистер Гилмер, – за всех ответила миссис Патридж, – в нашем возрасте комфорт уже всё‑таки достаточно важен, поэтому мы с благодарностью принимаем ваше предложение, тем более что до администрации тут буквально два шага.

– Джастин, ты положишь мешок с таблицами в сейф? – я посмотрела на сержанта, который успокаивающе улыбнулся мне. – А потом присоединяйся к нам, хорошо?

– Не переживай, Мэгги, я всё сделаю и приду, – заверил меня мистер Холмс.

– Маргарет, дорогая, мне нужно сейчас вас покинуть, – негромко сказала мне миссис Доршер, – у меня запланирована встреча с поставщиком цветов, мы хотели уточнить ряд позиций и ещё раз сверить количество. Полагаю, дальше вы уже без меня справитесь совершенно спокойно.

– Конечно, миссис Дороти, спасибо вам большое за помощь, – так же тихо ответила я, – дальше мы уже разберёмся.

– Это тебе спасибо, Мэгги, – улыбнулась мне председатель литературного клуба, – наконец‑то у нас есть жюри, которому можно доверять! И это исключительно благодаря твоей чудесной идее с голосованием. А то страшно даже представить, что было бы, если бы в жюри, как всегда, оказались миссис Колгрив или миссис Чапмен! Кстати, ты заметила, что за них было ровно по одному голосу, видимо, они сами себя и предложили.

Попрощавшись с миссис Доршер, я присоединилась к остальным и вместе со всеми направилась к зданию администрации в уже знакомый нам с Джастином офис мистера Гилмера.

– Твоя соседка сделала лазейку? – шёпотом спросил сержант, убедившись, что нас никто не слышит, – мне бы с тобой пошептаться, Мэгги. А так как в последнее время твой жених старается повсюду таскаться с тобой, то сделать это мы можем только под покровом темноты душистой летней ночи.

– В тебе проснулся поэт? – фыркнула я. – Да, Натали давно всё сделала, так что можешь приходить. Я очень постараюсь не уснуть до твоего прихода. Ты что‑то узнал про Алекса?

– Не сейчас, Мэгги, – остановил меня сержант, – вечером поговорим.

Собрание с избранными членами жюри прошло спокойно, так сказать, в атмосфере дружбы и взаимопонимания. Уже через полчаса все они стали обращаться друг к другу просто по именам, что сделало общение ещё более непринуждённым и, как ни странно, ещё более результативным.

– Итак, – подвела итог миссис Патридж, за которой все молча признали безоговорочное право руководить, – у нас несколько мероприятий, которые нужно будет оценивать, и мне кажется, будет правильным, если каждый из нас станет курировать тот или иной этап. Мэгги, милая, напомни нам, пожалуйста, что там запланировано?

– Шествие, в котором принимают участие абсолютно все, – начала перечислять я, – потом конкурс костюмов, где мы оцениваем и красоту, и оригинальность, и соответствие первоисточнику, и общую гармонию. Затем театральный конкурс, во время которого участники читают наизусть небольшие отрывки из того произведения, героя которого представляют. Ну, здесь смотрим на технику исполнения, на артистизм и на то, насколько удачно выбран отрывок. Это самые важные конкурсы, о которых было объявлено в афише и в газетах.

– А может быть, придумать парочку небольших состязаний без подготовки? – неожиданно предложила мисс Аманда. – Чтобы экспромтом, понимаете?

– Поясни, пожалуйста, – заинтересовалась миссис Оливия.

– Там же будут танцы, насколько я помню? – уточнила мисс Аманда, вдохновлённая тем, что её идею не отвергли. – Можно выбрать самых лучших танцоров, например. Только не объявлять заранее, а просто сказать, что будут ещё призы, но за что – секрет!

– Интересная мысль, – согласился мистер Липман, – думаю, народу понравится. Молодец, Аманда, прекрасная идея!

– Вы мне потом ещё раз точно скажите, сколько и каких призов нужно, чтобы я успел привезти их из Хоуптона, – вставил своё слово Алекс. – И, прошу вас, не стесняйтесь, несколько лишних призов совершенно точно меня не разорят.

– О, мистер Гилмер, вы так добры, – проворковала мисс Аманда, – вы становитесь настоящим блайзберцем!

– Это честь для меня, – проникновенно сказал Алекс, – тем более что теперь мои связи с Блайзбери с каждым днём всё прочнее.

Тут он взял мою руку и запечатлел на запястье лёгкий поцелуй. При этом помолвочное кольцо сверкнуло на пальце, но его блеск неожиданно показался мне каким‑то хищным. Я тряхнула головой и строго‑настрого приказала себе не заниматься ерундой, а сосредоточиться на текущих задачах.