Текст книги "Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Александра Шервинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 49 страниц)

Глава 18

« – Это всего лишь временные проблемы, отнесись к ним спокойнее.

– Они могут перерасти в хронические…»

© «Чисто английские убийства»

– Мы просто решили, что тебе надо немного от нас отдохнуть, – сообщил мне Джастин в понедельник за ланчем, когда я осторожно поинтересовалась, не случилось ли чего. Потому как в выходные меня вообще никто не дёргал: ни сержант, ни Саймон, а я уже отвыкла от подобного.

Зато Алекс дисциплинированно звонил каждый вечер, но это меня совершенно не напрягало. Скорее, наоборот, я постепенно привыкла к этому и с удовольствием рассказывала ему обо всём произошедшем за день, тем более что я чувствовала: Алексу действительно это интересно.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я Джастина, – знаешь, наверное, мне это было просто необходимо, потому что я никогда раньше не думала, что смогу вообще целый день ничего не делать. То есть вот вообще ничего… мелочи вроде полива цветов и чтения книги я не считаю.

– Обращайся, – хмыкнул он и уже без улыбки добавил, – на будущее, Мэгги, если ты почувствуешь, что нас в твоей жизни в какой‑то момент стало слишком много, просто скажи об этом, хорошо? К тому же, – он тут же сбавил градус серьёзности, – сегодня вечером явится Гилмер, не пересказывать же ему всё, что произошло. А так сразу все вместе всё и обсудим.

– Разумно, – согласилась я, – тем более что я узнала кое‑что про камеру хранения. Но ты прав, лучше обменяться новостями уже когда приедет Алекс. И, Джастин, у меня к тебе есть странная просьба. Ты, главное, не подумай ничего плохого…

– Ты меня заинтриговала, – сержант аж чашку отставил, – чем скромный полицейский может тебе помочь?

– Пообещай мне, что это останется между нами, – я внимательно на него посмотрела, – просто мне не к кому больше обратиться с подобной просьбой.

– Говори уже, Мэгги, я же сейчас лопну от любопытства!

– Джастин, ты можешь достать мне фальшивый паспорт?

– Чего?!

Видимо, Джастин ожидал от меня всего что угодно, только не этого, и теперь старательно пытался понять, что за чушь взбрела мне в голову.

– Паспорт на другое имя, понимаешь? – повторила я. – Документы.

– Нет, значение всех сказанных тобой слов мне известно, – всё ещё ошарашенно ответил друг, – вопрос в другом. Оно тебе зачем, прости Господи?!

– Счёт в банке хочу открыть, – честно ответила я, – но не на своё имя. И арендовать ячейку. Так сказать, во избежание. Причём не в Блайзбери, а в Хоуптоне. Я бы, конечно, предпочла вообще Лондон, но туда просто так не съездишь, придётся объяснять, а в Хоуптон я всегда могу поехать по каким‑то своим делам. Так ты мне поможешь?

Какое‑то время Джастин молчал, обдумывая мою просьбу, потом вздохнул и почесал в затылке.

– Неожиданно, – признался он, – но понять я тебя могу. Фамилия Стюарт достаточно известна в определённых кругах, и никто не может гарантировать, что за твоим огромным состоянием – будем называть вещи своими именами – не начнётся охота. Даже официальное наследство представляет собой более чем лакомый кусок, а ведь есть ещё и секретный счёт, о котором, увы, знаем не только мы. То, что даже Гектор о нём слышал, не вселяет оптимизма, тут я с тобой согласен. Гилмер, конечно, парень непростой, да и я всегда буду рядом, но лучше подстраховаться. И это мы пока не знаем, что в камере хранения! Да, Мэгги, ты права, счёт на другое имя тебе просто необходим. К сожалению, качественные документы за пару дней не сделаешь, но, думаю, недели за три‑четыре я эту проблему решу.

– О, Джастин, огромное тебе спасибо! – я выдохнула, чувствуя огромное облегчение. – Ты просто замечательный!

– Я такой, да, – засмеялся сержант, но на самом дне карих глаз мне на секунду померещилась тщательно скрываемая грусть. Впрочем, скорее всего, это просто свет так упал: чего бы Джастину грустить.

– Мне тебе сразу деньги отдать или по факту?

– По факту, – подумав, решил сержант, – я буду договариваться с человеком, которого давно и хорошо знаю, так что предоплату он с меня не потребует. Я так понимаю, что Гилмеру мы не скажем?

– Мы никому не скажем, – сказала я, – и не потому что я не доверяю Алексу или Саймону, нет, ни в коем случае. Просто будет правильно, если знать об этому буду только я. И ещё, Джастин… Только не ори и не ругайся, хорошо?

– Ты меня пугаешь, Мэгги, – поёжился сержант, и я поняла, что он не шутит, а действительно с некоторым опасением ждёт, что я скажу, – что ещё?

– Ты, наверное, подумаешь, что я поступаю неправильно и всё такое…

– Господи, Мэгги, да не тяни уже кота за… хвост, – окончательно напрягся Джастин, – ты что, хочешь изменить Гилмеру, но не знаешь, с кем? Тогда я к твоим услугам в любое время дня и ночи! Но, боюсь, я выдаю желаемое за действительное.

– Моя просьба связана с Алексом, да, – я кивнула, – ты можешь по своим каналам узнать о нём всё? Нет, я понимаю, что он хороший, и мне мистер Гилмер очень нравится, возможно, я даже влюблена в него, но меня всё время что‑то смущает. Как мелкий камешек в обуви, понимаешь? Вроде и ходить особо не мешает, но и забыть про него не получается.

Джастин молча посмотрел на меня и уточнил:

– Но при этом ты собираешься за него замуж?

– Да, но именно из‑за этих невнятных сомнений я и отложила окончательное принятие решения до Рождества. Очень может быть, что я просто накручиваю себя, а на самом деле Алекс именно тот, кем кажется.

– Но ты хотела бы быть в этом уверена, – закончил мою мысль Джастин, – я понял тебя, подруга. И снова скажу, что ты правильно решила. Да и мне, если честно, будет спокойнее, если я буду уверен, что рядом с тобой достойный человек. Пусть мы не так давно знакомы, но ты стала дорога мне, Мэгги, и я постараюсь выполнить и эту твою просьбу. Но не жди быстрых результатов, хорошо?

– Спасибо, Джастин!

Я не выдержала и захлопала в ладоши, вызвав удивлённые взгляды сидевших за другим столиком дам. Сержант усмехнулся и отсалютовал мне чашкой с кофе.

– Гилмер не говорил тебе, когда собирается вернуться?

– Сказал, что к вечеру, но достаточно поздно, так что встретиться мы сможем все вместе уже завтра. Давайте тогда после работы, я уйду чуть раньше и приготовлю пастуший пирог, так и быть. Это одно из блюд, которые мне удаются абсолютно всегда.

– Вот знаешь ты, чем заманить мужчину к себе домой, – засмеялся Джастин, – обожаю пастуший пирог, так что делай сразу побольше. Наверняка Саймон тоже одной порцией не ограничится. Ну а Гилмер из твоих рук сожрёт даже совершенно несъедобные вещи и не поморщится. В этом плане он мужик правильный. С меня тогда бутылка вина, а Саймону поручим принести что‑нибудь к чаю. И не вздыхай, Мэгги, ты совершенно не обязана кормить трёх здоровых мужиков. Что касается твоих просьбы, можешь не волноваться: я запомнил и всё сделаю. Буду держать тебя в курсе событий.

– Спасибо, – я улыбнулась сержанту, – ты настоящий друг!

– Ну а что мне остаётся, если Гилмер оказался шустрее меня и успел первым занять место жениха, – засмеялся сержант, – так что придётся мне удовлетвориться местом лучшего друга. Может, оно и к лучшему, учитывая мой своеобразный род занятий.

– Ты выбрал отрывок из книги?

Я постаралась мягко сменить предмет нашей беседы, так как поворот, который начал принимать разговор, мне не очень нравился. Впрочем, Джастин легко переключился на предложенную мной тему.

– Да, конечно, – кивнул он, – надо же небольшой, правильно? Нескольких предложений хватит?

– Естественно! Представляешь, если каждый участник, которых уже несколько десятков, станет читать здоровенный монолог? И зрители, и жюри просто рехнутся всё это слушать.

– Тоже так, – подумав, согласился сержант, – ну, я тогда пойду работать, потому как старший констебль Коннорс, мне кажется, скоро вообще забудет, как выглядит его рабочее место. Допрыгается он: рассержусь и устрою заговор в отдельно взятом полицейском управлении. Надо же на ком‑то тренироваться, правда?

С этими словами Джастин облобызал мне ручку и удалился, весело насвистывая какую‑то бодрую мелодию. Я же посидела ещё немного и тоже отправилась заниматься делами, которые кроме меня никто не сделает. Карнавал неумолимо приближался, и до 1 августа, когда нужно будет вскрывать коробку для голосования, оставалось всё меньше времени.

Весь Блайзбери, казалось, жил предвкушением карнавала: на стендах объявлений и в витринах некоторых магазинов висели афиши, которые пришлось допечатывать, так как желающих разместить у себя анонс мероприятия оказалось неожиданно много. Разговоры, которые велись в кафе и кондитерских, так или иначе тоже касались предстоящего праздника. Мисс Лавенли наняла ещё нескольких помощниц, так как заказов на костюмы было столько, что она уже не справлялась. Говорили, что даже хоуптонские ателье и портнихи были загружены как никогда раньше.

Миссис Доршер сдержала своё обещание и поговорила с мистером Колгривом, который, поворчав для порядка, всё же собрал старый состав оркестра Блайзбери, и теперь эти семь замечательных пожилых джентльменов ежедневно репетировали в городском парке.

Дверь библиотеки практически не закрывалась: приходили то взять книги, то уточнить детали, то решить какие‑то текущие вопросы, то появлялись новые волонтёры, и мы подбирали им занятие. В общем, к вечеру я с трудом соображала и доползала до дома практически на автопилоте. Зато меня совершенно не волновало наличие закопанного в углу сада Альберта. Так что при желании во всём можно найти положительные стороны.

Алекс приехал поздно вечером и почти сразу позвонил мне, чтобы сказать, что он уже дома, и скромно поинтересоваться, когда мы с ним сможем увидеться. К этому времени я уже готова была упасть спать прямо там, где стояла, поэтому намёка не поняла, к явному разочарованию жениха.

Договорившись, что встретимся во время обеденного перерыва в кафе, мы попрощались до следующего дня, и я, добравшись до кровати, мгновенно уснула.

Открыла я глаза только от звонка будильника, сладко потянулась и побрела вниз варить кофе. Как всё‑таки хорошо, что я купила кофеварку! Вроде пустяк, а так положительно влияет на утреннее настроение. Я уже почти вошла в кухню, как вдруг притормозила: полосатый коврик, лежавший возле двери на террасу, был сдвинут. Это я могла сказать совершенно точно, так как лично вчера вечером его поправила и потом уже к этой двери не подходила. Значит, кто‑то ночью открывал её и проникал в дом.

Я подошла к коврику почему‑то на цыпочках, постояла, подумала, потом решительно шагнула к кладовке под лестницей и открыла её. К счастью, оттуда на меня не вывалился ни очередной труп, ни ещё что‑нибудь столь же неоднозначное. Кладовка была пуста, и я, поразмыслив, направилась к филодендрону, где и обнаружила засунутый в землю ключ, которого ещё вчера там совершенно точно не было.

Джастин оказался прав, и теперь предстояло решить, как нам дать понять неведомому наблюдателю, что мы тоже его – ключ, не наблюдателя – нашли. Не публиковать же в газете объявление о том, что сержант Холмс отыскал в цветочном горшке неизвестный ключ и теперь думает, что бы такое интересное им открыть. Ладно, об этом мы подумаем вечером все вместе.

Я позавтракала и, бросив взгляд на филодендрон, отправилась на работу. Надо будет обязательно попросить кого‑нибудь из мужчин поменять замок в двери на террасу, а то не дом, а проходной двор какой‑то, честное слово! Интересно, а можно поставить сигнализацию на дом? Или это будет равносильно тому, чтобы во всеуслышание объявить о том, что у меня есть, что красть? Надо будет как‑нибудь аккуратно этот вопрос выяснить, хотя что‑то мне подсказывает, что в Блайзбери такое не в ходу. Спрошу у Джастина, он, по идее, должен быть в курсе.

Кстати, а вот интересно: тот тип, который запихнул беднягу Альберта в мою кладовку, он же где‑то должен жить, верно? Блайзбери не Лондон и даже не Хоуптон, где легко затеряться. Тут каждое новое лицо сразу заметно, хотя в последнее время незнакомцев становится всё больше, особенно на правом берегу. Это у нас тут тишина и благолепие, а там жизнь течёт более интенсивно. Нужно будет озадачить Саймона: пусть проверит по своим каналам. Не знаю, правда, что это нам даст, но, с другой стороны, Джастин, скорее всего, его знает и сможет нам сказать, чего от этого типа можно ожидать.

Занятая этими мыслями, я не заметила, как дошла до библиотеки, и очнулась только тогда, когда заметила стоящего возле крыльца улыбающегося Алекса. В руках мистер Гилмер держал симпатичный букет и небольшой подарочный бумажный пакет.

Глава 19

«Ох, уж эти сказочки! Ох, уж эти сказочники!»

© «Падал прошлогодний снег»

– Алекс, я рада тебя видеть, – улыбнулась я жениху, и мои слова были совершенно искренними, – как твоя поездка? Успешно?

– Вполне, – протягивая мне цветы, ответил он и, наклонившись, легко коснулся губами щеки, окутав меня знакомым горьковатым ароматом, – я решил, что до обеда ещё слишком далеко. Ты ведь позволишь мне на правах официального жениха преподнести тебе небольшой подарок. Без повода, просто так…

– Ну кто же отказывается от подарков? – засмеялась я.

– Надеюсь, я угадал с цветом и размером, – Алекс протянул мне пакет и добавил, – потом посмотришь, хорошо? Я очень старался, Мэгги, честное слово! Мне нравится делать тебе подарки, так что привыкай, дорогая.

– Спасибо, Алекс, – мне было очень приятно и немного неловко: ну вот не привыкла я к такому. Дядя Кевин никогда на мне не экономил, но и презентами просто так, без повода, тоже не баловал, видимо, считая это просто не нужным.

– Не буду отвлекать тебя от работы, – он тепло мне улыбнулся, – тогда я зайду за тобой в обеденный перерыв, хорошо?

– Договорились, – кивнула я, поднимаясь на крыльцо и открывая входную дверь. Заходя, обернулась и какое‑то время смотрела на широкоплечую фигуру уходящего мужчины, который, по его словам, был готов взять на себя решение всех моих проблем. «Так какого же рожна тебе надо, дорогуша?» – спросила я сама себя. И то правда: красив, богат, умён, воспитан, заботлив… чего ещё хотеть‑то? А что какие‑то секреты у него за пазухой, так это чья бы корова, как говорится, мычала. Одно моё попаданство чего стоит! Главное не это, а то, что, кем бы Алекс ни был на самом деле, он не желает мне зла и действительно готов заботиться обо мне. И очень может получиться, что уже имеющаяся симпатия рано или поздно переродится в иное чувство.

С утра посетителей не было, поэтому никто не помешал мне засунуть любопытный нос в пакет, переданный Алексом. Я развернула бумагу с логотипом знаменитого лондонского магазина и теперь с восторгом рассматривала изумительный мягчайший кашемировый шарф и перчатки ему в тон. Обе вещи были невероятно стильными, красивыми и, полагаю, баснословно дорогими. А может, и нет… Это было совершенно неважно, потому что я просто влюбилась в этот шарф тёплого оттенка кофе с молоком и перчатки на тон темнее.

Не выдержав, прикинула, что Алекс уже должен был дойти до своего офиса, и набрала номер, который он написал на листочке бумаги и собственноручно положил под стекло на моём рабочем столе.

– Алекс? – спросила я, когда на том конце сняли трубку. – Я хотела поблагодарить тебя…

– Тебе понравилось?

– Очень! Такая красота!

– Я очень рад, – я слышала по голосу, что он улыбается, и на душе вдруг стало очень хорошо и спокойно, – и мне приятно, что ты решила позвонить, не дожидаясь обеда.

– Просто потом навалится всякое, – почему‑то смутилась я, – и вдруг бы я забыла сказать «спасибо»? Это было бы в корне неправильно! А теперь давай работать, хорошо? Заходи за мной в обед…

– До встречи, Мэгги, – от хрипловатого голоса по спине уже привычно промаршировали мурашки, но разгуляться им не дали посетители, которые шли один за другим, не позволяя мне отвлекаться на всякие чувства и переживания.

Перед обедом забежал Саймон, сказал, что жутко занят, но вечером непременно будет и, чтобы избежать разговоров, придёт вместе с Алексом и Джастином около семи. Уточнил, будет ли обещанный пастуший пирог и, довольный, унёсся по каким‑то своим срочным делам.

Алекс появился ровно за пять минут до начала обеденного перерыва, строго посмотрел на меня и сказал:

– Мэгги, всю работу всё равно не переделаешь, так что откладывай свои записи и пойдём перекусим, пока тебя снова кто‑нибудь не отвлёк.

Я даже спорить не стала, и вскоре мы удобно устроились под тентами в кафе на площади, с трудом отыскав свободный столик. С нами многие здоровались, мы тоже раскланивались со знакомыми, и я вдруг подумала, что мне это всё ужасно нравится: вот такая жизнь в небольшом городке, где все всех знают, где порой сложно увидеть незнакомое лицо, где твоя жизнь проходит на виду у всех жителей города. Да, в этом, конечно, есть минусы, и их немало, но плюсов лично для меня всё равно больше. Я никогда, в том числе и в прошлой жизни, нигде не чувствовала себя настолько «дома». А Блайзбери неожиданно стал для меня именно домом, гаванью, куда я всегда с удовольствием буду возвращаться, независимо от того, в какие края меня занесёт судьба. Мой настоящий дом всегда будет здесь, в Блайзбери, на Вестминстер‑стрит, 19.

– О чём задумалась?

Голос Алекса вырвал меня из размышлений, и я виновато улыбнулась.

– Прости, просто столько мыслей всяких…

– О чём, если не секрет?

– О том, что я наконец‑то начинаю чувствовать себя в Блайзбери дома, понимаешь? По‑настоящему дома… не в гостях, как это бывало раньше, а… мне сложно объяснить.

– И не надо, – понимающе улыбнулся мистер Гилмер, – я прекрасно понимаю, что ты хочешь сказать, Мэгги. Блайзбери обладает неким колдовским очарованием, согласен, он берёт в плен раз и навсегда. Веришь, я в Лондоне скучал не только по тебе, но и по нему, хотя раньше подобной чувствительностью никогда не отличался.

– Как твоя поездка? Результативно? – спросила я, дождавшись, пока официантка примет заказ и, приветливо улыбнувшись, уйдёт на кухню.

– Вполне, – Алекс кивнул, – тебе действительно интересно?

– Конечно, иначе я не спрашивала бы. Ты говорил, что вопросы касаются твоего будущего торгового центра в Блайзбери.

– Да, мы нашли неожиданный, но очень удачный выход из положения, – начал рассказывать мистер Гилмер, – вместо того чтобы строить новое здание, которое достаточно сложно будет вписать в архитектурную канву города, мы решили купить два старых дома в центре, отреставрировать их и перестроить под наши нужды. Получится ничуть не хуже, а то и лучше. Эта мысль очень понравилась мистеру Флемингу, с которым мы тут же созвонились. Он как раз не знал, где взять деньги на реставрацию этих зданий, а тут ему предложили такой беспроигрышный вариант.

– Ты всё время говоришь «мы», – заметила я, – у тебя есть партнёры?

– Конечно, – Алекс взглянул на меня с удивлением, – Мэгги, «Маунтин» – крупная сеть, у нас в сумме около двадцати торговых центров. Естественно, я не справился бы один. У меня помимо большой команды сотрудников есть два младших партнёра, я тебя непременно с ними познакомлю. Это Чез Аддуа – он занимается организацией процесса, у него в подчинении все директора центров и прочий персонал. И Шон Ретгрейв, он занимается вопросами поставок, если говорить в целом, командует целой сетью торговых агентств, рулит закупками. А на мне общее руководство, стратегическое планирование и раскручивание новых проектов. Если бы не встреча с тобой, перевернувшая всю мою привычную жизнь, я открыл бы здесь центр и спокойно покинул бы это город навсегда, занявшись следующим проектом где‑нибудь в Западном Сассексе или Хэмпшире. Но теперь всё изменилось… и я очень этому рад.

– Но как же новые проекты?

– Мы что‑нибудь непременно придумаем, дорогая, я обещаю, – твёрдо сказал Алекс, и я поняла: этот точно придумает, и к бабке не ходи.

– Слушай, а как же так, – нахмурилась я, пытаясь понять, как можно руководить делами на расстоянии при отсутствии компьютеров и мобильной связи, – бизнес у тебя в основном в Лондоне, а ты в последнее время постоянно торчишь в Блайзбери?

– Во‑первых, телефон никто не отменял, согласись, – спокойно начал объяснять Алекс, – во‑вторых, есть скоростная курьерская доставка, в‑третьих, из Хоуптона пять раз в сутки ходят поезда до Лондона. К тому же наш бизнес уже так хорошо отлажен, что не требует моего постоянного присутствия. Шон, к примеру, тоже львиную долю времени проводит в своём поместье в Девоншире, руля процессом оттуда. Чез, правда, как правило, находится в Лондоне, но это просто потому что ему нравится там жить, он человек исключительно городской.

– Ну тогда ладно, – я улыбнулась и тут же, решившись, заговорила о другом, – Алекс, мне нужно сказать тебе одну не слишком приятную вещь…

Лицо мистера Гилмера на мгновение закаменело, потом он взял себя в руки и лишь вопросительно поднял бровь, мол, излагай, раз уж начала.

– Дело в том, что у меня в саду теперь закопан труп, – брякнула я и с опаской взглянула на жениха.

– Господи, всего‑то! – с невероятным облегчением выдохнул Алекс. – ты меня так больше не пугай, Мэгги, ладно? Я почему‑то решил, что ты сейчас скажешь, что передумала и бросаешь меня. Вот это было бы ужасно. А труп… Ерунда какая, честное слово!

– Ничего себе ерунда! – возмутилась я. – Знаешь, какой он тяжёлый?

– Ты что, сама его закапывала? – удивился Алекс.

– Нет, к счастью, закапывали его, как ты можешь догадаться, наши два друга, но до этого нам с Саймоном пришлось тащить его от кладовки под лестницей до сарая в саду, потому что ночевать в доме с трупом я категорически отказывалась. Мне и так пришлось попросить Саймона переночевать в гостевой комнате.

– А откуда он вообще взялся у тебя дома? – наконец‑то сообразил поинтересоваться мистер Гилмер. – Кто его убил? Надеюсь, не ты? Хотя если за дело, то ничего страшного.

– Мы так поняли, что он один из тех, кто приходил за ключом, спрятанным в цветочном горшке, – начала я и только потом сообразила, что Алекс не в курсе про ключ, – в общем, я тебе очень коротко сейчас расскажу, а вечером уже поговорим подробнее все вместе.

Мой рассказ занял не слишком много времени, потому что я старалась выдавать лишь основную информацию, не касаясь деталей. Одновременно старалась по выражению лица отследить реакцию мистера Гилмера на, прямо скажем, неоднозначную информацию.

– То, что с твоим дядей Кевином что‑то не так, я понял сразу, – помолчав, сказал Алекс, который не выглядел ни шокированным, ни особо удивлённым, – законопослушные граждане, как правило, не заводят секретных счетов в швейцарских банках. Но я ждал, пока ты сама решишь, что можешь доверить мне хотя бы часть своих семейных тайн. Хорошо, что рядом с тобой были те, кому можно доверять: одной тебе совершенно точно было бы не справиться. И я чем дальше, тем больше склонен соглашаться с Саймоном, который сказал, что судьба очень тесно переплела наши жизненные пути. Впрочем, эти парни – не худшая компания, как ты думаешь, Мэгги?

– Полностью с тобой согласна, – кивнула я, – так что вечером нам многое надо обсудить, Алекс. А ты хорошо подумай, нужна ли тебе жена с такими проблемами и более чем неоднозначными родственниками.

– Мне не надо думать, Мэгги, – серые глаза были очень серьёзными, – я для себя всё решил и надеюсь, что ты тоже. А всякие мелкие неприятности вроде трупа в саду… с ними мы непременно справимся.

– Не назвала бы беднягу Альберта мелкой неприятностью, – нервно хихикнула я, – очень такая, знаешь ли, увесистая неприятность, килограммов сто, не меньше. То есть тебя всё это вообще никак не напрягает?!

– Мэгги, дорогая, – мистер Гилмер улыбнулся мне, как ребёнку, милому, но порой не слишком сообразительному, – неужели ты думаешь, что мой путь к тому положению, которое я сейчас занимаю, был лёгким и безоблачным? В бизнесе иногда творятся такие дела, что гангстеры прошлого удавились бы от зависти, можешь мне поверить. Так что по поводу меня не переживай: меня сложно напугать или удивить. И ещё: пожалуйста, не скрывай от меня ничего, ладно? Мне гораздо спокойнее будет, если я буду узнавать новости вовремя. С Джастином и Саймоном я тоже поговорю, думаю, они со мной согласятся.

– Хорошо, – я и не подумала спорить, потому как трое готовых защищать меня мужчин – это всегда лучше, чем двое, правильно ведь?

– Тогда я попрощаюсь с тобой до вечера, – Алекс попросил счёт и расплатился, – хотя с гораздо большим удовольствием я посидел бы с тобой хоть весь день. Но работа, как говорится, сама себя не сделает. Да и тебя там страждущие уже заждались, насколько я могу отсюда рассмотреть.

Я взглянула в сторону библиотеки и заметила, что возле крыльца действительно стоит какая‑то девушка, явно дожидаясь открытия.

– На ужин будет пастуший пирог, – сказала я, поднимаясь из‑за стола, – Джастин принесёт вино, а Саймон – что‑то к чаю из выпечки. Давай тогда тебе поручим фрукты, хорошо?

– Как скажешь, – засмеялся Алекс и, поцеловав мне руку, бодрым шагом направился в сторону администрации.