Текст книги "Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Александра Шервинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 49 страниц)

Глава 18

« – Кого-то убили?

– Нет, но день только начался…»

© «Доктор Хаус»

Осознав это, я, мягко говоря, напряглась: вот только влюблённости в местного олигарха мне и не хватало для полноты ощущений. Тем более что он занимает почётное второе место в списке подозреваемых, уступая лидерство Дику Саммерсу.

С определённым усилием вспомнила, что мистер Гилмер поселился в Блайзбери около года назад после того как посетил юбилей мэра, своего давнего знакомого. Внезапное решение осесть вдалеке от столицы он объяснял тем, что, во-первых, был просто очарован красотой здешних мест, а во-вторых, счёл, что Блайзбери категорически не хватает большого торгового центра, который избавил бы жителей от необходимости ездить за крупными покупками в Хоуптон или переплачивать за доставку.

В отличие от большинства состоятельных горожан он приобрёл жильё не на престижном левом берегу, а практически в самом центре, в большом доходном доме. Говорили, что его квартира занимает целый этаж, но на самом деле точно никто не знал: мистер Гилмер не спешил приглашать кого-либо в гости.

Идея с торговым центром тоже в принципе пришлась большинству по душе, тем более что будущий владелец гарантировал, что выберет то архитектурное решение, которое впишется в общую картину города.

«Своим» мистер Гилмер, разумеется, не стал, но и как к чужаку к нему тоже не относились, рассматривая просто как чрезвычайно выгодную партию. И местных кумушек можно было понять: был мистер Гилмер достаточно молод, хорош собой, умён и очень богат, что, естественно, добавляло ему привлекательности в глазах заинтересованных дам.

Обстоятельства складывались так, что до последнего времени я с ним практически не пересекалась, а лично так и вообще ни разу не виделась, так как наши интересы лежали в разных, чуть ли не противоположных областях. Мистеру Гилмеру, судя по всему, не слишком были интересны книги, а я крайне редко бывала в администрации и уж тем более не посещала заседания делового клуба Блайзбери, куда «перспективного молодого человека» пригласили практически сразу.

Если местные сплетницы пронюхают про то, что Алекс Гилмер решил приударить за мной, меня медленно и с огромным удовольствием сожрут, несмотря ни на какие заслуги перед городом. Поэтому нужно постараться поменьше мелькать в его обществе и вообще прикидываться дурочкой и помалкивать.

Искренне буду надеяться на то, что за ночь мои эмоции улягутся. Как говорит народная мудрость: с глаз долой – из сердца вон. А народ, он ведь такой, он никогда не ошибается. Едет Алекс в свой Хоуптон, и слава Всевышнему. Мне сейчас вот вообще не до романов, особенно таких… неоднозначных.

Однако чем больше проходило времени, тем чаще я отрывалась от рабочего дневника Мэгги и поглядывала в сторону молчащего телефона. Мелькали трусливые мысли о том, как хорошо было бы, если бы Алекс не позвонил, потому что тогда я смогла бы обидеться и не общаться с ним на вполне законных основаниях. Логических дыр в этом умозаключении было как блох на бродячей собаке, но я старалась не обращать на это внимания.

Когда около половины десятого вечера телефон ожил, а я уронила тетрадь, которую держала в руках, и посмотрела на аппарат с некоторым подозрением.

– Слушаю, – изо всех сил стараясь говорить спокойно и равнодушно, произнесла я в трубку.

– Добрый вечер, Мэгги, – послышался усталый, но весёлый голос мистера Гилмера, – мы с машиной уже в Хоуптоне, она в гараже, я в квартире.

– Рада за вас с ней, – засмеялась я, – думаю, вам обоим стоит как следует отдохнуть.

– Чем занимаешься?

Я чуть было не ляпнула, что «читаю дневник Мэгги», но вовремя опомнилась и сказала:

– Перебираю записи, которые сделала по поводу карнавала ещё до отъезда. Оказывается, я многое из придуманного успела забыть.

– Неужели ты и дома занимаешься делами?

Изумление, прозвучавшее в голосе мистера Гилмера, было настолько искренним, что я не выдержала и хихикнула.

– А что тебя так удивляет? Ах, да, девушки должны интересоваться исключительно домоводством и модой, как же я забыла!

– Ты не точно меня цитируешь, – возразил он, – я сказал «красивые девушки», не искажай мои слова, Мэгги. И что же любопытного ты придумала? Расскажешь?

– Хочешь сказать, что тебе это на самом деле интересно? – неверяще спросила я.

– Конечно, – невозмутимо прозвучало в трубке, – у меня свободный вечер, бутылка с неплохим вином, удобное кресло… Почему бы мне не послушать о столь необычном мероприятии, тем более в таком замечательном исполнении? Кстати, как тебе вообще в голову пришла эта идея?

И я начала рассказывать, а потом и сама не заметила, как увлеклась, так как, рассказывая Алексу то, что сохранилось в памяти из воспоминаний Мэгги, я и для себя структурировала сведения.

Слушателем мистер Гилмер оказался превосходным: он задавал наводящие вопросы, уточнял интересующие его детали, с удовольствием высказывал своё мнение, если я об этом просила. Незаметно пролетел почти час, и я усилием воли заставила себя остановиться.

– Спасибо, что рассказала мне про карнавал, – искренне, как мне показалось, сказал Алекс, – теперь я намного лучше представляю себе это событие, и мне проще будет определиться с призами.

– Это тебе спасибо, Алекс, – я помолчала, – давно так долго ни с кем не разговаривала.

– Я тоже, – ответил он, – видишь, ничего неприличного, всё как договаривались. Спокойной ночи, Мэгги. Можно я завтра вечером тебе снова позвоню?

– Можно, – улыбнулась я, – и тебе спокойной ночи, Алекс.

Положив трубку, я вернулась на диван и глубоко задумалась: мне безумно хотелось забыть обо всех своих проблемах и просто нырнуть в необременительный роман с красивым богатым мужчиной, но я прекрасно понимала, что не могу себе этого позволить. Во всяком случае до тех пор, пока не решится вопрос с моей безопасностью и с негласным наблюдателем от «коллег» дяди Кевина.

Вот ведь какими затейливыми путями порой идёт судьба… Если бы Мэгги осталась сама собой, ничего бы происходящего сейчас попросту не было бы. Даже если бы она каким-то чудом выжила после попытки отравления, она совершенно точно не стала бы искать сейф, не полезла бы к мистеру Гилмеру с разговорами, а спокойно прожила бы ещё какое-то время. Ну а потом Дик, сделав нужные выводы, выбрал бы способ понадёжнее и таки открыл бы неведомому мистеру Смоллу путь к заветному наследству.

Впрочем, сейчас не время строить гипотезы и размышлять о том, что могло бы быть, если бы… Деньги, лежащие в швейцарском банке, никуда не денутся: лежали они там столько времени и ещё полежат немного. А мне нужно думать о том, кто нанял Дика Саммерса – а в том, что произошедшее не его инициатива, сомнений нет ни малейших – и является ли этот наниматель мистером Александром Смоллом. И если да, то как мне обезопасить себя, любимую, чтобы благополучно дожить хотя бы до двадцатипятилетия.

Интересно, почему меня попытались убить только сейчас? Дяди Кевина не стало два года назад, значит, и наследство можно было попытаться «отжать» ещё тогда. Выжидали, чтобы не вызвать подозрений? Или мистер Смолл до какого-то времени просто был не в курсе? Или это вообще никак не связано с ним? Но тогда всё запутывается ещё больше…

Мне жизненно необходим кто-то, с кем я могла бы обсудить сложившуюся ситуацию, иначе я просто рехнусь.

Мысль поделиться тревогами с мистером Гилмером я отмела сразу, хотя именно она первой и пришла мне в голову. Он мне, конечно, нравится, но увы: Алекс по-прежнему является одним из подозреваемых.

Новый помощник старшего констебля? Тоже не вариант хотя бы потому, что он никого из здешних жителей не знает. Да и из числа тех, чья личность вызывает определённые сомнения, он тоже пока не исключён.

Вот и получается, что остаётся только Саймон Миллз. Частью информации я с ним уже поделилась, но, думаю, нужно рассказать подробнее и попросить совета. Это, конечно, тоже определённый риск, но одной мне совершенно точно не справиться. Нужен объективный взгляд со стороны.

Решено: как только увижусь с Саймоном, непременно с ним поговорю более или менее откровенно.

С этими успокаивающими мыслями я отложила блокнот и отправилась спать, даже не подозревая, насколько насыщенным получится завтрашний день.

Неприятности начались по пути на работу: когда я собиралась перейти Вестминстер-стрит, откуда-то из-за угла вылетела тёмно-синяя машина с шашечками на капоте. Не знаю, почему, но именно эти шашечки запомнились мне лучше всего, накрепко врезавшись в память. Если бы не маленький камешек, попавший мне в туфельку и заставивший остановиться на тротуаре, неизвестный автомобиль непременно сбил бы меня. Причём шансов на выживание не предусматривалось: удар был бы слишком сильным.

Даже не притормозив, машина просвистела мимо меня и, едва вписавшись в поворот, скрылась из глаз. Из зеленнОй лавки выскочил перепуганный мистер Огден и, держась за сердце, прислонился к фонарному столбу.

– Ох, Мэгги, – выдохнул он, – это что ж за хулиган такой, а? Разве ж можно так по улицам ездить?! Ведь ещё чуть-чуть, и сбил бы он тебя!

– И не говорите, мистер Огден! – ответила я, стараясь унять бешено стучащее сердце. – Я ведь только случайно на улицу ступить не успела. Камешек попал в обувь, остановилась вытряхнуть.

– Этот камешек, Мэгги, тебе жизнь спас, – качая головой, проговорил зеленщик, – нужно будет Генри сказать, как зайдёт, пусть узнает, кто это безобразничает.

Мистер Огден имел в виду констебля Генри Огдена, своего старшего сына, здоровенного детину двухметрового роста. Местные нарушители порядка, которых, к слову, было не так уж и много – район-то более чем благополучный – трезвели и извинялись при одном виде его кулаков и суровой физиономии. Генри был хранителем порядка этой части левого берега и со службой своей справлялся замечательно.

– Уж скажите, пожалуйста, дядюшка Майкл, – попросила я, – ведь это прямая опасность для любого жителя Блайзбери.

Говорить о том, что вряд ли таинственному гонщику интересен кто-либо кроме меня, я не стала. Пусть Генри и все остальные считают, что это какой-то пьяный хулиган с правого берега.

Судя по всему, Дик доложил о провале своей миссии, и мистер Смолл задействовал иные ресурсы. Чтобы не сойти с ума, буду считать, что за всеми происшествиями стоит именно этот человек. Может быть, Саймон потом сможет выдвинуть другую версию, посмотрим. Я почему-то ни на секунду не сомневалась, что приятель-репортёр с удовольствием присоединится ко мне в попытках разобраться со всеми творящимися странностями.

Но куда смотрит тот, кому по просьбе дяди Кевина поручили меня охранять? Почему он так небрежно относится к своим обязанностям? Неделю назад меня чуть не отравили, сегодня я чудом не попала под колёса машины, а завтра что будет?

Или… он не смог ничего сделать, потому что его в данный момент нет в Блайзбери? Например, он уехал по делам в Хоуптон… Может ведь такое быть? Вполне!

Тряхнув головой и отогнав неуместные мысли, я попрощалась с мистером Огденом, пообещала встретиться с Генри, если потребуется, и направилась в библиотеку.

Не успела я открыть дверь, как потихоньку начали приходить желающие проголосовать за будущее жюри карнавала. Почти все говорили о том, что я совершенно замечательно придумала с коробкой, потому что всем надоело, что из года в год в жюри пролезают одни и те же.

Я отвечала на вопросы, выдавала книги, рассказывала о карнавале, давала советы и к обеденному перерыву совершенно ошалела от творящейся вокруг суеты. Где-то между миссис Даунт, желавшей взять почитать роман Агаты Кристи, и мистером Клиффордом, дождавшимся своей очереди на новый выпуск «Рыбалки в Хоуптоне», забежал Саймон и шепнул, что будет ждать меня во время обеденного перерыва в том же кафе, где мы разговаривали вчера. Я искренне обрадовалась, так как мне тоже было что ему рассказать.

По пути к кафе я постоянно чувствовала на себе чей-то внимательный взгляд, и это нервировало невероятно. Переходя улицу, я несколько раз огляделась и только потом торопливо перешла на другую сторону. Ох, так и до паранойи недалеко!

Саймон ждал меня за столиком под большим раскидистым деревом, которое я с некоторым трудом, но всё же опознала, как дуб. Перед репортёром стояли чайничек с чаем, большая чашка и тарелка с аппетитными фруктовыми сконами. За то время, что я живу в Блайзбери, я успела оценить эти пышные высокие булочки с поджаристой корочкой.

– Как хорошо, что ты позвал меня выпить чаю, – присаживаясь в соседнее кресло, сказала я, – потому что иначе мне пришлось бы каким-то загадочным образом тебя разыскивать самой.

– Мэгги, – делая большой глоток чая, проговорил Саймон, – человечество изобрело такую полезную вещь, как телефон. Это такая штука с трубкой, если ты вдруг не в курсе.

– И что? Можно подумать, я знаю твой номер…

– А вот плохо, – попенял мне приятель, – я, например, твои знаю. И домашний, и рабочий.

Я не стала говорить, что на работе вообще телефон не нашла: сегодня опять смотрела – нету.

– Тебе же непонятно, куда звонить, – попыталась оправдать свою несообразительность я, – домой, в редакцию или ещё куда-нибудь.

– Тоже так, – подумав, согласился Саймон, – но сейчас не об этом. Я решил начать с самого простого: с Дика Саммерса. И ты знаешь, что я обнаружил?!

Глава 19

« – Бегает?

– Зачем? Ходит.

– Болтает?

– Молчит.

– Умный мальчик, далеко пойдёт…»

© «Тот самый Мюнхгаузен»

– Даже предполагать не возьмусь, – честно призналась я, утаскивая с тарелки Саймона румяную булочку: уж очень аппетитно она выглядела. – Но, судя по твоей довольной физиономии, ты раскопал что-то любопытное.

– Слушай, мне Дик, в общем-то, никогда особо не нравился, но я с ним не так чтобы и общался много: шапочное знакомство, не более того. Знал то же, что и все: что он вместе с дедом перебрался в Блайзбери из Брафордшира, потом унаследовал три магазина, два здесь и один там, но делами не слишком интересовался. Денег старик Боб Саммерс оставил ему достаточно, так что Дик мог спокойно жить-поживать, наняв толкового управляющего для присмотра за торговлей.

– В твоих словах мне так и слышится некое «но», – дождавшись, пока официантка, дружелюбно кивнувшая мне как постоянной клиентке, поставит передо мной чашку и уйдёт к другим посетителям, сказала я, – выкладывай, не томи, Саймон.

– Ну так вот, – приятель явно наслаждался моим нетерпением, – вчера вечером я встречался за стаканчиком «Старого Тома» с одним своим давним приятелем. Он работает в «Вестнике Брафордшира», так себе, конечно, газетёнка, нашим «Новостям» и в подмётки не годится. Это и неудивительно, в общем-то, Брафордшир раза в два меньше Блайзбери, вот и…

– Не отвлекайся, – я постаралась вернуть Саймона к теме, с которой он начал, – у меня обеденный перерыв не резиновый, а узнать новости очень хочется. Да и мне есть чем с тобой поделиться. Так что с Диком?

– Не перебивай, Мэгги, а то ничего вообще не расскажу, – притворно обиделся Саймон, – так вот, он поведал мне, что Боб Саммерс не просто так переехал в Блайзбери. Никто толком ничего не знает, но поговаривали, будто бы дело было в молодом Саммерсе, которого уличили в неблаговидном поступке. Старик Боб постарался замять дело, и ему вроде как удалось, но перед Саммерсами закрылись двери многих домов, так сказать. Вот они и решили переехать к нам в Блайзбери, чтобы начать всё с чистого листа. Понятно, что слухи так или иначе просочатся, не в лесу же живём, но тем не менее приняли их тут нормально.

– А что за проступок-то?

– Да вроде что-то с карточным долгом, – Саймон пожал плечами, – Уильям – это мой приятель – специально не интересовался, но поговаривали, что Дик Саммерс проигрался в пух и прах, а потом решил обмануть кредиторов. Потом-то вернул долг, конечно, но, думаю, это ему дед дал, чтобы внук фамилию не позорил. А сейчас, по слухам, все три магазина, что принадлежат Дику, уже заложены-перезаложены, так как после смерти деда он снова принялся играть.

– То есть Дик Саммерс остро нуждается в деньгах, – задумчиво проговорила я, – и при этом не отягощён излишками морали. Правильно я понимаю ситуацию?

– Абсолютно, – согласился Саймон и внимательно на меня посмотрел, – ты ничего не хочешь мне рассказать, Мэгги?

– Хочу, – не стала спорить я, – только пообещай, что всё сказанное мной останется между нами. Всё гораздо серьёзнее, чем ты можешь себе представить.

– Даже так? Обещаю, не переживай.

Приятель моментально сбросил маску болтуна и обормота, сразу став старше и серьёзнее.

– За последнюю неделю меня дважды хотели убить, – сказала я, опасаясь, что Саймон поднимет меня на смех. Но он и не подумал этого делать и лишь откинулся на спинку кресла.

– А поподробнее?

И я рассказала ему практически всё: про то, как после завтрака с Диком мне стало плохо в автобусе, и я чуть не умерла, потеряв сознание на обочине дороги из Хоуптона в Блайзбери. Как при одном воспоминании о завтраке меня начинает мутить, а на языке появляется отвратительный привкус. О том, как странно вёл себя Ричард при нашей последней встрече и как он удивился, даже испугался, увидев меня живой и здоровой.

– Ничего себе, – пробормотал Саймон, выслушав меня, – то есть ты считаешь, что Дика могли нанять для того, чтобы тебя устранить? И если это действительно так, то сделал это тот самый таинственный Александр Смолл, о котором ты мне говорила?

– Мне эта версия кажется вполне жизнеспособной, – я вопросительно посмотрела на приятеля, – а ты как думаешь?

– С учётом того, что я вчера узнал о Ричарде, то от категоричного «нет» воздержусь, – Саймон задумчиво покрутил чашку, – но обвинения слишком серьёзные, чтобы верить в них бездумно, согласись.

– Если бы я была стопроцентно уверена, я бы сообщила в полицию, – вздохнула я, – а так это мои предположения и попытки объяснить происходящее.

– Ты сказала, что убить тебя пытались дважды, – напомнил Саймон, и я в подробностях рассказала ему об утреннем происшествии с машиной.

– Тёмно-синяя с шашечками? – Саймон озадаченно почесал в затылке. – Вообще-то у нас все такси или чёрные, или жёлтые. Это я точно знаю, потому как не слишком их у нас и много: не Лондон всё же. Я вообще у нас в Блайзбери тёмно-синих машин не помню, если честно. Ты уверена насчёт цвета?

– Абсолютно, – вздохнула я, – потому что я ещё подумала, что жёлтые шашечки очень красиво смотрятся на синем. Не спрашивай меня, когда я успела это сделать – я сама не понимаю. Но в цвете машины уверена на сто процентов.

– А номеров ты случайно не запомнила? – без особой надежды спросил Саймон. – Хотя если всё так, как мы думаем, то они вполне могут оказаться ненастоящими.

– Нет, но, может быть, мистер Огден успел взглянуть? Хотя не думаю: он сразу бросился ко мне, когда выбежал на улицу. Саймон, мне это не нравится!

– Ещё бы! Кому же понравится, если его захотят убить? – согласился приятель. – Нас всего двое, значит, не стоит размениваться на несколько расследований одновременно, иначе мы будем пытаться успеть всё и в итоге не сделаем ничего. Пока просто постарайся держаться от Дика Саммерса подальше: не думаю, что после двух неудачных покушений твой злопыхатель сразу рискнёт устроить третье. Но это не отменяет того, что нужно быть осторожной, Мэгги. Кстати, напомни-ка мне, при каких условиях этот самый мистер Смолл получает оставленные мистером Стюартом средства?

– Если со мной случится что-нибудь до вступления в брак, то мистер Смолл может претендовать на все оставленные мне дядей Кевином средства, – о том, что сам дядюшка считал эту сумму более чем скромной, я благоразумно промолчала, – а если я успею выйти замуж – то всё будет делиться между моим мужем, детьми, если они к тому моменту появятся, и мистером Смоллом. То есть в случае моего замужества он сможет претендовать только на часть. Но я так поняла из завещания, что ему ещё об этом должны сообщить в установленные законом сроки, то есть, по идее, до момента моей гибели он вообще не должен быть в курсе, что может на что-то претендовать. Понимаешь?

– Значит, произошла утечка информации, – задумчиво проговорил Саймон, – потому как кроме этого Александра Смолла твоя смерть никому не выгодна. Мужа у тебя нет…

– И пока не предвидится, – торопливо добавила я, – мне как-то не до личной жизни сейчас, знаешь ли!

– А до меня дошли слухи, что тебя видели в кафе с Алексом Гилмером, – хитро улыбнулся Саймон, – хотя до этого поговаривали, что он чуть ли не помолвлен с Лили Флеминг.

Интересно, почему после этих слов солнце словно слегка потускнело?

– Слушай, если бы каждый поход в кафе означал серьёзные намерения, у нас холостяков не осталось бы в принципе, – проворчала я, – ты вот, между прочим, тоже рискуешь завтра узнать, что у нас с тобой романтические отношения.

– Ну про меня чего только не говорили! – засмеялся Саймон. – Так что сплетней больше – сплетней меньше… Зато тебя сочтут сердцеедкой, так как вчера ты встречалась с Гилмером, а сегодня – уже со мной.

– Ну да… Осталось только выпить чаю с сержантом Джастином Холмсом – и репутация легкомысленной особы мне гарантирована.

– Это точно, – кивнул приятель с самым серьёзным видом. – Но давай вернёмся к нашим делам и решим, какие следующие шаги нужно предпринять.

– Давай, – послушно согласилась я. – Попробуй узнать, насколько плохи дела у Дика и не встречался ли он с кем-нибудь незнакомым. Я понимаю, Саймон, что это практически нереальная задача, но попробуй, пожалуйста! А я пороюсь дома в бумагах дяди Кевина и попробую выяснить, с кем из нотариусов он имел дело в последнее время. Я точно видела там копию завещания, так что имя узнаю. А потом попробуем навести о нём справки: вдруг что-то да выяснится?

– Хорошо, давай попробуем, – подумав, согласился он, – ну и главное, Мэгги: постарайся сделать вид, что вообще ни о чём не догадываешься, ясно? Веди свой привычный образ жизни, занимайся подготовкой карнавала и что там у тебя ещё. Ну и старайся не бродить в темноте одна, не садись в машину к незнакомцам, при переходе дороги внимательно смотри по сторонам.

– Постараюсь, – пообещала я, – кстати, ты договорился с мистером Рейклингом насчёт меня?

– Чуть не забыл, – хлопнул себя по лбу Саймон, – договорился, Мэгги, само собой: я ведь тоже заинтересованная сторона. Эксклюзивное освещение мероприятия такого масштаба для провинциального репортёра – это реальный шанс засветиться. Он будет ждать тебя завтра с девяти утра до трёх пополудни, потом он куда-то уедет, не то в Меймерд, не то в Честервиль, и не вернётся до следующего понедельника.

– О, спасибо, Саймон! Ты настоящий друг!

– А то! Ладно, Мэгги, я побежал, да и тебе, наверное, уже пора, – приятель выбрался из-за столика и, помахав мне ручкой, умчался по каким-то своим делам.

Вернувшись в библиотеку, я занялась уже привычными делами, время от времени отвлекаясь на приходящих горожан, желающих проголосовать. Их было не так много, как вчера, но всё равно достаточно, поэтому, когда на пороге библиотеки появилась миловидная шатенка в модной шляпке и костюме, явно вышедшем из мастерской миссис Лавенли, я не удивилась.

– Здравствуйте, – поздоровалась девушка, с интересом оглядывая интерьер библиотеки, из чего я сделала вывод, что раньше она тут не бывала.

– Добрый день, – с вежливой улыбкой ответила я, с интересом рассматривая посетительницу. Память говорила, что когда-то я с ней уже пересекалась, но кто это такая, я так и не вспомнила. – Вы проголосовать? Или взять что-нибудь почитать?

– О нет, – она аккуратно поставила на стол возле коробки элегантную сумочку. – Мне нужна мисс Мэгги Стюарт. Это, видимо, вы?

– Совершенно верно, – я с откровенным удивлением смотрела на девушку, – я могу вам чем-то помочь?

– Я Лили Флеминг, – представилась она и замолчала, явно ожидая моей реакции.

– Очень приятно, мисс Флеминг, – абсолютно спокойно и в меру доброжелательно ответила я. Мэгги, может, и смутилась бы, но я, закалённая общением с судебными приставами, различными чиновниками и уставшими до одури следователями, даже не дрогнула.

– Мне тоже, – в прищуренных карих глазах был искренний интерес, – скажите, мисс Стюарт, что вас связывает с мистером Гилмером?

– А вы с какой целью интересуетесь?

– Видите ли, мы с Алексом состоим в определённых отношениях, ну, вы понимаете, о чём я?

– Поздравляю вас с этим, мисс Флеминг, – я собрала в стопку книги, которые принесли сегодня читатели, – прекрасный выбор.

Девушка слегка растерялась, так как явно ожидала от меня совершенно иного ответа. Наверное, по её замыслу, я должна была смутиться или расстроиться, в любом случае, отреагировать как-то более эмоционально.

– Это всё, что вы хотите мне сказать?

– Эмм… – я сделала вид, что глубоко задумалась, – ну, наверное, могу добавить, что желаю вам всяческого счастья в труде и личной жизни. Этого будет достаточно? Или нужно напрячься и придумать что-нибудь ещё?

– Вас видели с Алексом в кафе! – обвиняюще сообщила Лили. – Вы разговаривали и смеялись!

– Не исключено, – согласилась я, – наверное, было бы странно, если бы мы молчали и плакали, правда? Обычно это не способствует решению рабочих вопросов.

– Какие у вас могут быть с Алексом рабочие вопросы?

В голосе девушки скользнуло искреннее непонимание: действительно, где мистер Гилмер, а где какая-то библиотекарша?

– Мистер Гилмер любезно согласился проспонсировать часть конкурсов в рамках литературного карнавала, – по-прежнему спокойно сортируя книги, ответила я, – и нам нужно было обсудить ряд рабочих моментов.

– Но почему это нужно было делать в кафе?!

– А почему нет?

После этого вопроса мисс Флеминг на какое-то время зависла, пытаясь подобрать достойный ответ.

– Но он к вам сюда заходил! – наконец-то отыскала криминал неутомимая дочь мэра.

– Библиотека – место общественное, сюда кто только не заходит, – с лёгким намёком проговорила я, – порой даже те, кому тут и делать, в общем-то, нечего.

– Алекс мой, – так и не придумав достаточно язвительного ответа, заявила Лили, – так что даже не вздумайте вставать у меня на пути, ясно?

– А он сам-то в курсе? – не удержалась я. – Или его мнение не учитывается?

– Не ваше дело! – выпалила девица и, схватив сумочку, выскочила из библиотеки.

– Детский сад какой-то, – глядя ей вслед, негромко сказала я, – если это действительно так, мистер Гилмер может претендовать на звание «разочарование месяца».