Текст книги "Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Александра Шервинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 37 (всего у книги 49 страниц)

– Что ж, мистер Эшворт, – я мило улыбнулась мотоциклисту. – Желаю вам хорошей дороги, но будьте внимательнее к пешеходам. Всего доброго.

Я кивнула и сделала пару шагов в сторону своего дома, давая понять, что разговор окончен.

– Уже убегаете? – в его голосе прозвучало лёгкое удивление, смешанное с разочарованием избалованного ребёнка, у которого отняли игрушку.

– Мне пора, мистер Эшворт, – сдержанно, но с прохладцей ответила я, – у меня много домашних дел, так как сегодня из Лондона возвращается мой жених.

– Маргарет, постойте! – он сделал шаг ко мне, и я инстинктивно отступила назад. Это не укрылось от его внимания, и его идеальная улыбка на мгновение поблекла. – Я же сказал, что хочу искупить свою вину. Позвольте хотя бы угостить вас чаем? Поверьте, я не кусаюсь!

Его последняя фраза была сказана с лёгким смешком, призванным снять напряжение, но она лишь усилила мою тревогу. Он был слишком настойчив, не сказать – навязчив. К тому же появился очень вовремя, тогда, когда моя жизнь снова начала превращаться в шпионский детектив.

– Простите, мистер Эшворт, но я вынуждена отказаться. У меня действительно много дел.

Не дожидаясь его ответа, я развернулась и быстро пошла прочь по улице. Я почти физически чувствовала спиной его взгляд и каждую секунду ожидала услышать звук мотора. Но улица оставалась тихой.

Зайдя в дом и покрепче заперев дверь, я прижалась спиной к холодной каменной стене и перевела дух.

Глава 8

« – Не ходи туда, там тебя ждут неприятности.

– Ну как же туда не ходить? Они же ждут!»

© «Котёнок по имени Гав»

Я сидела на старой деревянной скамейке в палисаднике, кутаясь в пушистую тёплую шаль, так как вечер выдался достаточно прохладным. Сумерки сгущались над Блайзбери, окрашивая небо в глубокие лиловые и фиолетовые тона. Я смотрела на то, как бдительная миссис Пауэр несколько раз отодвинула штору, чтобы убедиться: я никуда не делась, так что узнать, кого я жду, она наверняка сможет. Несколько человек, прошедших по своим делам мимо меня по Вестминстер‑стрит, раскланялись со мной, а владелец небольшой цветочной лавки, мистер Нортон, остановился и уточнил, правда ли, что я согласилась возглавить организационный комитет ярмарки. Получив ответ, он довольно улыбнулся и спросил, когда и куда можно подавать заявки на участие в конкурсе осенних букетов. Я пообещала выяснить всё в ближайшее время и вывесить объявление на специальном стенде, который мы уже решили установить на центральной площади.

А потом я услышала его. Низкий, уверенный гул мотора, который я, как мне теперь казалось, узнала бы из тысячи, хотя вроде бы все они, по идее, звучат одинаково. И действительно, из‑за поворота показался сверкающий лаком и хромом автомобиль Алекса Гилмера.

В этот момент что‑то внутри меня щёлкнуло и встало на место. Я смотрела, как он аккуратно паркуется у обочины, как глушит двигатель, как открывает дверь и выходит из машины. И в эту самую секунду я поняла нечто совершенно ясное и окончательное: я хочу этого. Хочу ждать его из таких поездок, встречать вечером у дома. И впервые мысль о замужестве не вызвала у меня никакого внутреннего протеста.

Тут Алекс увидел меня, и его лицо осветилось такой искренней, тёплой улыбкой, что все мои тревоги на мгновение отступили. Мистер Гилмер быстрым шагом пересёк улицу, и я поднялась ему навстречу. Он не стал ничего говорить, просто крепко обнял меня, и я уткнулась носом в его пальто, вдыхая уже знакомый, успокаивающий запах – смесь дорогого парфюма, кожи и необъяснимого, едва уловимого аромата лондонского воздуха.

– Мэгги, – прошептал он мне в волосы, и в этом одном слове было столько нежности, что у меня перехватило дыхание.

Он отстранился, но не выпустил меня из рук, обнимая за плечи и глядя прямо в глаза. В его взгляде я читала не просто радость от встречи, а облегчение и глубокую, почти собственническую нежность.

– Подожди минутку, – сказал он, наконец‑то выпуская меня из объятий, и чуть ли не бегом направился к машине, чтобы через минуту вернуться с огромным букетом чайных роз. В другой руке он держал небольшую, но явно тяжёлую коробку. По бирюзовой упаковке с золотой лентой я опознала одну из лучших лондонских кондитерских.

– И это тоже тебе. Из «Фортнум & Мейсон». Я подумал, что после всех этих блайзберских сплетен тебе не помешает что‑то по‑настоящему изысканное.

Я взяла и цветы, и коробку со сладостями из знаменитой лондонской кондитерской, чувствуя, как к горлу подступает ком. Это было так... по‑настоящему, так по‑домашнему. В этом жесте не было ни капли показной щедрости или попытки произвести впечатление. Это была простая забота мужчины, который знает вкусы своей женщины и хочет её порадовать.

– Алекс... – только и смогла выдохнуть я, чувствуя такую благодарность, что все слова показались пустыми и ненужными.

– Пойдём домой? – он легко коснулся поцелуем моего виска. – Я чертовски устал с дороги, но теперь, когда я тебя вижу, чувствую, что готов свернуть горы.

– Горы, наверное, всё же не нужно, – засмеялась я, – а вот поговорить с тобой я очень хотела бы.

– Звучит почти угрожающе, – хмыкнул мой загадочный жених, – но я готов даже к этому, веришь?

За ужином я рассказывала ему обо всём: о том, как согласилась возглавить комитет ярмарки, о том, какие грандиозные планы у мистера Колгрива по поводу городского оркестра, о доске с объявлениями, о том, что пришли последние заказанные книги. Алекс слушал, иногда задавал вопросы, и я понимала, что ему действительно всё это интересно.

Ну а потом я начала рассказывать о менее приятных вещах. Новость о визите мистера МакКиллиана, как ни странно, не произвела на Алекса особого впечатления. Я хотела было удивиться, но он сам прояснил ситуацию:

– Видишь ли, Мэгги, я никогда лично не встречался с этим человеком, только слышал о нём, причём сведения, которыми я располагаю, являются порой абсолютно противоречивыми. Мне нужно немного времени, чтобы навести справки по своим каналам, в том числе поговорить с известным тебе мистером Надашди. Но даже тех данных, которые у меня есть сейчас, вполне достаточно, чтобы порекомендовать тебе держаться от этого человека подальше.

– То же самое мне посоветовал мистер Трондайк, – сказала я, и вот тут Алекс по‑настоящему удивился, а когда я в подробностях поведала ему историю с запиской и последующим визитом нотариуса в библиотеку, стал очень серьёзным.

– Интересно, что заставило старого лиса Генри выбраться из норы и приехать в Блайзбери?

– Вот не могу тебе ничего по этому поводу сказать, – я пожала плечами, – со мной мистер Трондайк не откровенничал, знаешь ли.

– Ладно, разберёмся, – Алекс ободряюще мне улыбнулся, – когда, говоришь, возвращается наш инспектор Холмс?

– Завтра утром, а вечером мы все отмечаем это дело у меня, – просветила я жениха насчёт ближайших планов, – с вас вино, картошка и рыба, с меня – печенье с шоколадной крошкой. Во всяком случае, с Саймоном мы договорились именно так.

– Прекрасный план, я считаю, – одобрил Алекс, – вот заодно всё и обсудим. Потому как эта парочка непременно захочет впутаться в надвигающиеся события, так что лучше сразу их взять в компанию.

– Саймон сказал про вас с Джастином примерно то же самое, – хихикнула я, – так что так тому и быть, видимо. Но, знаешь, я так рада, что вы у меня есть!

И, помолчав, добавила:

– И что ты у меня есть…

– Я взял билеты на ночной поезд до Лондона, – шепнул Алекс, – так что у тебя есть целая суббота, чтобы купить всё необходимое. И у нас будет половина воскресенья и целый понедельник, чтобы насладиться осенним Лондоном. Мои партнёры просто жаждут услышать рассказ о литературном карнавале из первых уст, а я предвкушаю твой триумф!

– Может, всё‑таки не стоит?

– Это не обсуждается, Мэгги, – нарочито строго проговорил мистер Гилмер, – ты мне пообещала, я уже предупредил экономку, чтобы она подготовила гостевую спальню. Я ведь обещал, что буду вести себя просто безупречно!

Тут он подмигнул мне, и я почувствовала, что отчаянно краснею, хотя, в отличие от скромницы Мэгги, совершенно спокойно отнеслась бы к ночёвке в одной постели. Но нельзя: репутация – это наше всё.

Наконец Алекс поднялся с дивана.

– Уже поздно, – с откровенным сожалением сказал он, взглянув на часы. – Мне пора ехать к себе. Нужно разобрать вещи, принять душ... И завтра утром у меня назначена пара рабочих телефонных разговоров. Так что я, наверное, появлюсь уже к вечеру. Если, конечно, тебе не нужна моя помощь в походе по магазинам.

– Я договорилась с миссис Лавенли, – улыбнулась я, чувствуя некоторое разочарование из‑за его ухода, – мы подберём подходящий гардероб.

– Миссис Лавенли? Тогда я абсолютно спокоен, у этой женщины идеальное чувство стиля. Ну что же, до завтра, Мэгги… Знаешь, я бы с огромным удовольствием плюнул на все приличия и остался здесь, с тобой. Но я всё понимаю и готов мужественно потерпеть ещё какое‑то время. Но очень рассчитываю на то, что ты не заставишь меня мучиться до самой свадьбы, ты же не настолько безжалостна, правда?

– Посмотрим, – засмеялась я, снова покраснев, – но ничего не могу обещать. А сейчас тебе действительно пора, Алекс.

На прощение он меня поцеловал – долго и нежно, заставив забыть обо всех тревогах, – и уехал. А я осталась стоять у окна, провожая взглядом красные огоньки его машины, пока они не скрылись за поворотом.

Утро субботы выдалось солнечным, но прохладным. У меня был длинный список дел: нужно было купить некоторые ингредиенты для теста, забрать заказанные ленты для призов на ярмарку и выбрать одежду для поездки из готовых вещей в ателье миссис Аннелии.

Когда я села отдохнуть в своём любимом кафе на площади, то неожиданно заметила, что окна офиса мистера Гилмера в здании городской администрации приоткрыты. Обрадовавшись, что могу отдать Алексу часть покупок и не тащить их домой, я договорилась с работавшей сегодня Джулией, что оставлю часть пакетов у неё за стойкой и заберу их чуть позже. Сама же, прихватив два больших пакета с одеждой, направилась к Алексу в офис.

Поднявшись по широкой лестнице и никого не встретив, я осторожно открыла дверь на второй этаж. Коридор был пуст: жители Блайзбери, как любые нормальные люди, не стремились работать по выходным. Особенно те, кто трудился в городской администрации и других солидных структурах. Это на третьем этаже, где располагалась редакция «Новостей Блайзбери», наверняка можно было встретить того же Саймона, а здесь, на втором, располагались исключительно серьёзные организации, которым не по статусу заниматься делами в субботу.

Офис «Торгового дома «Маунтин» находился справа от входа, и сейчас дверь в него была приоткрыта. Я совсем было собралась окликнуть Алекса, но вдруг услышала голоса: мистер Гилмер с кем‑то беседовал.

– ...и ты считаешь, что появление Юджина МакКиллиана – это простое совпадение? Спустя столько лет? Не будь наивным, Генри, – голос мистера Гилмера звучал устало, но настойчиво. – Ты прекрасно понимаешь, что он появился не просто так.

– Я не наивен, Александр, – спокойно отозвался мистер Трондайк, голос которого я узнала бы, даже если бы Алекс не назвал имя. – Я должен был убедиться, что девочка правильно понимает ситуацию, что она не напугана и способна здраво рассуждать. Но, как говорится, кровь не вода, так что малышка показалась мне достаточно разумной и не склонной к истерикам.

– Это так, – в голосе Алекса послышалась гордость, – она такая… удивительная.

– Ты на самом деле увлёкся девочкой?

– Да, Генри, в данном случае я не играю и не стараюсь никого обмануть. Мэгги дорога мне, и я сделаю всё, чтобы защитить её. И дело не в её наследстве, как ты мог бы подумать, хотя, конечно, это немаловажный момент. Но даже если бы она была бедна, как церковная мышь, я относился бы к ней точно так же. Эта невероятная смесь храбрости, ума, самоиронии, твёрдости и удивительной теплоты... Я никогда раньше не встречал никого даже близко похожего на неё. И я буду идиотом, если упущу такую девушку, Генри.

– Да уж, идиотом тебя назвать сложно, – согласился мистер Трондайк, а я постаралась слиться со стеной, опасаясь, что они или заметят меня, или закроют дверь. – МакКиллиан опасен, Александр. Он приехал забрать карту, и не уедет, пока не получит своё.

– Карты здесь нет, – помолчав, ответил Алекс, – она надёжно спрятана, и даже у меня нет к ней доступа. МакКиллиан может перерыть весь Блайзбери – он ничего не найдёт.

– Не боишься за девчонку?

– Боюсь, но её есть кому защитить даже в моё отсутствие. Я хотел увезти её к родителям, но теперь решил поступить по‑другому.

– Мальчишка, которого прислал Ласло и который с таким восторгом играет в полицейского, неплох, – задумчиво проговорил Трондайк, – репортёр тоже себе на уме, но с мозгами у него всё в порядке.

– А вот саму Маргарет я в расчёт не беру, – неожиданно жёстко отрезал Алекс. – Она не боец. Она – цель. И если с ней что‑то случится, Генри, я клянусь, что уничтожу всё и всех, кто хоть как‑то будет причастен. Медленно. По одному. Ты меня знаешь, я ни перед чем не остановлюсь.

В его голосе прозвучала такая холодная, безжалостная угроза, что у меня перехватило дыхание. Я никогда не слышала, чтобы Алекс так говорил: это был голос не элегантного лондонского бизнесмена, а человека, привыкшего отдавать приказы, которые не обсуждаются. Внезапно за моей спиной, в конце коридора, скрипнула половица. Я замерла. Это был не случайный звук. Кто‑то стоял там, в тени, и слушал, так же, как и я.

Моё сердце ухнуло в пятки. Я инстинктивно прижала пакеты с одеждой к груди, пытаясь стать как можно незаметнее. Шорох одежды, едва слышный, ровное спокойное дыхание.

А затем из‑за угла медленно, словно тень, вышел он. Юджин МакКиллиан. Он был одет в безупречный тёмно‑серый костюм‑тройку, на его руке поблескивал массивный золотой перстень с печаткой. Он не выглядел удивлённым, наоборот, его тонкие губы изогнулись в довольной, хищной улыбке.

– Какая прелестная картина, – протянул он, и его голос эхом разнёсся по пустому коридору. Он говорил медленно, с ленцой, смакуя каждое слово. – Подслушиваем, мисс Стюарт? Как это... неосмотрительно с вашей стороны.

Я вжалась в стену, зачем‑то по‑прежнему стискивая в руках пакеты с покупками.

– Но зато как информативно. Значит, карта надёжно спрятана? – он издевательски поднял бровь и перевёл взгляд на приоткрытую дверь кабинета Алекса. – Что ж, джентльмены. Похоже, наша игра начинается раньше, чем я планировал. Ну что же вы? Выходите. Я знаю, что вы там.

Дверь кабинета Алекса с грохотом распахнулась.

Глава 9

«– Ковальски, варианты.

– Стратегическое отступление.

– Поясните…

– Мы убегаем, но мужественно...»

© «Мадагаскар»

Я отпрыгнула к противоположной стене, с трудом удержав рвущееся наружу ругательство, совершенно не подходящее приличной девушке из хорошей семьи, но уж очень резко распахнулась дверь, с силой ударившись о стену.

– Мэгги?

Тоже мне, Капитан Очевидность…

– Я принесла вещи, чтобы ты сразу положил их в машину, – призвав на помощь все свои скромные актёрские способности, сказала я и мило улыбнулась. – Ну, а чего их таскать туда‑сюда, правильно?

– Она подслушивала, – с мерзкой улыбочкой сообщил МакКиллиан, – и, как и я, услышала много интересного. Ты выбрал не ту девушку, Гилмер, вот что я тебе скажу.

– Не припоминаю, чтобы мы были представлены, – не сводя с меня внимательного взгляда, сказал Алекс, – так что ваша фамильярность несколько неуместна. А со своей невестой я как‑нибудь сам разберусь, тем более что у меня нет от неё секретов.

– Да неужели, – совершенно не смутился МакКиллиан, – ты хочешь сказать, что девочка в курсе твоего скромного хобби?

– В курсе, – влезла в беседу я, – но я и сама, знаете ли, не в королевской семье родилась, а кровь, как совершенно верно сказал мистер Трондайк, она не водица, обязательно скажется.

– Даже так?

По‑моему, мне удалось удивить мистера МакКиллиана, который наверняка уже предвкушал, как расскажет мне о криминальных связях моего жениха, а я в благодарность поделюсь с ним важными сведениями. Например, тем, где спрятана карта. Но он ошибся, обманувшись моей внешностью: и то правда – чего можно ждать от классической блондинки? Уж всяко не жёсткого ответа. Блондинкам, им исторически не положено быть умными и расчётливыми. И в данном случае это массовое заблуждение сыграло мне на руку и позволило перехватить инициативу. А что этого никто не ожидал, так это не мои проблемы, правильно?

– Вы с какой‑то конкретной целью пришли, мистер МакКиллиан? – поинтересовалась я, стараясь повернуть разговор в нужную сторону, пока мужчины не опомнились и не задвинули меня куда подальше. – Или, как и я, принести что‑нибудь и заодно подслушать интересный разговор?

– Мэгги… – попытался остановить меня Алекс, но я так на него посмотрела, что он закашлялся и замолчал. Ничего, пусть окончательно привыкает к тому, что я не кисейная барышня из романов той же Барбары Картланд. Может, кстати, он одумается и не захочет на мне жениться? Отчего‑то эта мысль не обрадовала, как раньше, а наоборот – вызвала глухое недовольство.

Неожиданно мистер МакКиллиан запрокинул голову и расхохотался: искренне, громко, от души. Его смех эхом отразился от стен пустого коридора, заставив меня поморщиться.

– Браво, мисс Стюарт! – воскликнул он, отсмеявшись и вытирая воображаемую слезу в уголке глаза. – Браво! Гилмер, пожалуй, теперь я тебя понимаю и беру свои слова обратно: ты действительно сделал отличный выбор. Девочка просто великолепна! Никакой робости, никакого дамского визга. Холодная голова и острый язычок. Редкое и невероятно притягательное сочетание.

Он сделал шаг ко мне, и я инстинктивно напряглась, но не сдвинулась с места. МакКиллиан остановился в паре шагов, окинув меня оценивающим, почти восхищённым взглядом.

– Знаете, – протянул он уже без тени насмешки, – я начинаю думать, что мы с вами могли бы стать прекрасными партнёрами. Вы мне нравитесь, Маргарет. В вас есть... стержень. Я понимаю, что вы рассчитываете на поддержку и защиту мужчин, и это абсолютно верный подход. В вас гораздо больше от Ворчуна, чем я предполагал до того, как познакомился с вами. И я, в отличие от вашего жениха, готов быть с вами откровенным.

– Не слушай его, Мэгги, – голос Алекса был низким и предупреждающим.

– Подожди, Алекс, – я успокаивающе коснулась его рукой, не отводя взгляда от пронзительных глаз МакКиллиана. – Человек проделал долгий путь, и он вправе рассчитывать на хоть какой‑то результат. Что вам нужно, мистер МакКиллиан? Кроме карты, о которой вы упомянули и которая вам совершенно точно не достанется.

Он улыбнулся – не той хищной ухмылкой, к которой я успела привыкнуть, а медленной, обаятельной улыбкой человека, который хочет и умеет нравиться.

– Вот это деловой подход. Мне это по душе. Хорошо, давайте торговаться. Но торговаться я буду с вами. Исключительно с вами.

Он сделал ещё один шаг, сокращая дистанцию между нами до минимума. Я чувствовала аромат его дорогого одеколона с нотками сандала и табака.

– Вы умная девушка, Мэгги. Вы уже поняли, что практически все вокруг вас играют в свои собственные игры и зачастую держат вас в неведении. Я же предлагаю честную сделку. Я получаю то, что мне причитается по праву старого... соглашения. А вы... вы получаете свободу от их опеки и защиту от любых проблем. Мои юристы могут не только создавать проблемы, но и решать их. Любые.

Он понизил голос до шёпота, предназначенного только для моих ушей:

– Подумайте сами. Что они могут вам дать? Бесконечные тайны? Опасность? Я же предлагаю вам мир. Спокойствие. И долю в гораздо более серьёзной игре, чем организация деревенской ярмарки.

Я почувствовала, как Алекс рядом со мной буквально закаменел от напряжения.

– Мэгги, не слушай его. Он лжёт.

МакКиллиан даже не повернул головы в его сторону, продолжая гипнотизировать меня взглядом.

– Я предлагаю вам не просто подумать. Я предлагаю вам встретиться. Наедине. Без этих ваших... опекунов. Скажем, завтра? В «Королевском дубе». За чашкой чая. Просто поговорить.

Он достал из кармана пиджака бумажник из тиснёной кожи и извлек оттуда одну‑единственную карточку. Он не протянул её мне, а аккуратно положил на край подоконника рядом со мной.

– Я буду ждать вашего ответа до полудня.

Не сказав больше ни слова и не взглянув на Алекса и Трондайка, он развернулся на каблуках и пошёл прочь по коридору. Его шаги постепенно затихли на лестнице.

В наступившей оглушительной тишине я медленно протянула руку и взяла карточку. На плотном белом картоне золотом было вытиснено лишь одно слово: «Юджин» и от руки написан номер телефона. Я смотрела на карточку и понимала одну простую вещь: я только что получила приглашение на танец с самым опасным партнёром в моей жизни. И почему‑то эта мысль пугала меня гораздо меньше, чем должна была бы.

Я повернулась к Алексу и Генри и увидела на их лицах одно и то же выражение: смесь холодной ярости и непонятной мне беспомощности.

– Ты не пойдёшь, Мэгги, – Алекс на спрашивал, он категорически запрещал мне идти, и Трондайк, судя по всему, был с ним полностью солидарен.

– Ты ведь не пойдёшь? Скажи мне… – интонация жениха изменилась, в ней появились умоляющие нотки. – Ты просто не представляешь...

Я ничего не ответила, а просто смотрела на него, и, видимо, что‑то в моём взгляде заставило его оборвать фразу на середине.

Алекс медленно выдохнул, и его плечи поникли. Он сделал шаг ко мне и взял мои руки в свои, сжимая карточку вместе с моими пальцами.

– Мэгги, послушай меня. Я знаю тебя и понимаю, что даже если я сейчас скажу «нет», ты всё равно сделаешь по‑своему. Просто потому что ты имеешь право сама принимать такие решения. И я... я не могу этого запретить. Не могу сказать, что мне нравится такое положение вещей, но я понимаю, что если буду давить на тебя, то это разрушит всё, что между нами есть.

Он заглянул мне в глаза, и я увидела в его взгляде не гнев, а чистый, неприкрытый страх за меня.

– Но ты должна мне кое‑что пообещать. Пожалуйста. Если ты решишь пойти на эту встречу... возьми с собой Джастина.

– Джастина? – я удивлённо моргнула. Такого я не ожидала.

– Он хороший полицейский, – начал мистер Трондайк, но я улыбнулась и остановила его.

– Мистер Трондайк, я знаю, кто такой Джастин на самом деле и что он делает в Блайзбери. И с мистером Надашди я тоже имела возможность познакомиться лично, так что я возьму с собой Джастина, но не как помощника старшего констебля, а как любимчика Ласло.

– О как… – я видела, что нотариус изрядно озадачен, а Алекс с трудом сдерживает смех, – ну, если так, то тогда я склонен согласиться с МакКиллианом – ты сделал верный выбор, Александр. Племянница Кевина может стать верным другом и хорошим помощником.

– Для начала я надеюсь, что она станет моей женой, – засмеялся Алекс, – а там посмотрим, как оно сложится.

Мы стояли так несколько секунд, пока Генри Трондайк не нарушил молчание своим бархатным голосом:

– Ну что ж, похоже, у нас есть время до завтра. И я бы на вашем месте потратил его с пользой. Например, на то, чтобы придумать план «Б». Потому что я нутром чую: МакКиллиан так просто не отступит.

С этими словами нотариус коротко кивнул Алексу, поцеловал мне руку и, тяжело опираясь на трость, направился к лестнице. Его шаги гулко отдавались в пустом коридоре, а затем на лестнице, пока окончательно не стихли где‑то внизу.

Мы переглянулись и, не сговариваясь, направились в офис мистера Гилмера, так как стоять в пустом коридоре было бы просто‑напросто глупо.

– Правильно ли я понимаю, – опустившись в удобное кресло, начала я, – что наша поездка в Лондон откладывается?

– Боюсь, что так, – невесело согласился Алекс, – даже если бы ты проявила благоразумие и отказалась бы от завтрашней встречи, то всё равно уезжать, оставляя за спиной такой серьёзный нерешённый вопрос, было бы неразумно. Мы обязательно съездим, но просто чуть позже, так что купленные тобой вещи не пропадут, обещаю. Кстати, мне было бы интересно посмотреть на то, что ты купила…

– Предлагаешь устроить компактный показ мод? – фыркнула я, но потом увидела, как опасно потемнели глаза жениха и быстренько сменила тему. – Вот когда поедем, тогда и увидишь.

Я постаралась улыбнуться как можно беззаботнее, но щёки предательски покраснели, а Алекс расслабился и насмешливо фыркнул.

– Ты подождёшь, пока я сделаю пару звонков? А потом я отвёз бы тебя домой, если ты уже закончила с покупками.

– Тогда ты звони, а я пока схожу за пакетами, которые оставила в кафе под присмотром Джулии.

– Давай так, – решительно сказал Алекс, – ты иди в кафе и жди меня там, а потом мы заберём твои покупки, и я отвезу тебя домой.

Я вышла из здания администрации на прохладный осенний воздух, показавшийся после духоты здания невероятно свежим и наполненным множеством чудесных запахов. Горожане неспешно прогуливались, наслаждаясь солнечным сентябрьским днём, почти все столики в уличных кафе, которые владельцы пока ещё не убрали от дождей и ветров под крышу, были заняты. Я дошла до площади и, забрав у Джулии пакеты, присела за последний свободный столик, чтобы дождаться Алекса.

«Правильно ли я поступила?» – этот вопрос не давал мне покоя с того самого момента, когда я вышла на улицу. Я влезла в «мужские игры», вмешалась в разборки, которые, хоть и касались меня напрямую, но не предполагали моего непосредственного участия. Я могла просто промолчать, спрятаться за Алекса, позволить ему и Трондайку самим со всем разобраться. Так наверняка было бы безопаснее и правильнее для приличной девушки из Блайзбери.

Но я не была такой девушкой, не в этом случае. Я не просто Мэгги Стюарт, я наследница Джозефа, Кэролайн и Кевина Стюартов, искателей приключений и сокровищ.

«Нет, я всё сделала правильно», – твёрдо решила я, оглядывая площадь. Я действительно готова нести ответственность за свою жизнь и свои решения. Да, это рискованно, страшно, но это – мой выбор. Я не буду прятаться за спиной Алекса, а встану рядом, пусть это и звучит как‑то по‑киношному высокопарно».

Успокоившись, я спокойно дождалась Алекса, который пришёл довольно скоро, но вид при этом имел одновременно озадаченный и слегка виноватый.

– Что ещё у нас случилось? – философски вздохнув, поинтересовалась я.

– Ничего такого, – быстро ответил жених, из чего я сделала закономерный вывод: сейчас мне озвучат очередную гадость.

– А поподробнее?

– Видишь ли, Мэгги, – осторожно начал мистер Гилмер, – я позвонил своим партнёрам в Лондон, чтобы предупредить о том, что мы не приедем по независящим от нас причинам. И Леонард, это старший из братьев Фитцджеральдов, сказал, что всю жизнь мечтал побывать на настоящей осенней ярмарке в симпатичном провинциальном городке.

– О нет, Алекс! – воскликнула я, с ужасом глядя на него. – Только не говори, что они решили приехать на ярмарку!

– Не только приехать, – вздохнул мой женишок, – Леонард спрашивает, не могут ли они как‑нибудь принять участие в мероприятии? Может быть, в качестве учредителя какого‑нибудь особого приза? Подумай, Мэгги, Фитцджеральды – очень небедные люди, у них достаточно широкий спектр интересов. Это может оказаться выгодным дельцем! А что касается приза – неужели ты не придумаешь для них какую‑нибудь номинацию?

– Кстати, а что за артисты собираются осчастливить собой Блайзбери? – вспомнила я. – Мне Саймон сказал.

– Ну…. – протянул Алекс, – у меня есть несколько хороших знакомых, которые очень любят осенние ярмарки… Думаю, все будут довольны.

Я хотела сказать, что не была бы в этом так уверена, но потом благоразумно промолчала. Ну а вдруг всё и обойдётся?