Текст книги "Бледное солнце Сиверии"

Автор книги: Александр Меньшов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 45 страниц)

20

Рёбра саднили так, что аж пекло. Нестерпимо пекло, Фрол даже застонал, но тут же взял себя в руки и засопел.

Лузга тяжело дышал, глядя в потолок. Он на какую-то секунду закрыл глаза и тут же провалился во тьму. Мысли в голове застыли, дыхание стало глубоким, ровным…

– Эй! – толкнул Фрол наёмника. – Заснул, что ли?

Лузга тут же открыл глаза.

«Где я? – растеряно подумалось ему. – А… Пирамида…»

– Трогаемся в путь? – сухо спросил наёмник, пытаясь встать на ноги.

Экспедитор кивнул и, тяжело опираясь на стену, поднялся.

Тот тяжёлый последний бой в длинной зале с колонами, выполненными в виде человеческих фигур, привёл к тому, что из пяти человек в живых остались лишь Лузга да Фрол. Ещё одна такая стычка… Эх, жаль, что Бора потеряли где-то в пылу драки. Надо было бы к ниму пробиться…

«А что сейчас жалеть! – Лузга поддержал экспедитора за руку и они вдвоём пошли по бесконечному полутёмному коридору. – Если ратники нас до сих пор не нашли, то, видно, все там и полегли… Твою мать! Как всё по-дурацки вышло!.. Ещё и заблудились к всему прочему!»

И наёмник сердито сплюнул на пол, следуя первым по длинному тоннелю.

А золото было так близко! Вон лежит, протяни руку да возьми, – Лузга усмехнулся. – А тут набежало… что муравьёв. А ещё то страшилище… Хорошо, еле-еле от него ноги унесли. Слава, Сарну, не догнал. Иначе не сносить нам головы…

Наёмник вспомнил, как в последнюю секунду бросился в один из боковых тоннелей. А за ним Фрол… А следом крики ратников… Да такие, что аж кровь в жилах стынет.

Экспедитору уже было ясно, отчего на «Валир» не вернулись отправленные за золотом в Проклятых Храм солдаты капитана Крюкова. Он и сам начинал жалеть, что пошёл сюда с таким малым числом людей.

Эх, если бы десятник не струсил. Если бы не увёл своих ребят в порт… Пропали наши головы, пропали!

Вины Фрол не чувствовал. Он, конечно, понимал, что из-за его «настойчивости», погибли люди. Да и сам он на грани того, чтобы отправиться в чистилище.

Глупо… Всё глупо… Не до конца просчитал свои действия. Понадеялся на пресловутый канийский «авось»… Дурак… И ничему-то тебя жизнь не учит! Сколько же давал себе зарок прежде сто раз подумать…

Фрол шёл следом за Лузгой. Тот по старой привычке, закусил нижнюю губу, и осторожно двигался по тоннелю, готовясь в любой момент принять бой. На экспедитора о сильно не рассчитывал, особенно учитывая то ранение, который тот получил в последней схватке. Через полчаса Фрол совсем ослабеет… он ещё этого не знает, но так и будет, уж в чём, а в этом Лузга был уверен. Ему и раньше приходилось сталкиваться с подобными ранами. Да и тёмный цвет крови указывал на многое…

Экспедитор через раз опирался рукой на стену. Стиснув зубы, он старался ничем не выдавать своей боли. Благо ещё, что наёмник шёл спереди и не мог видеть кривившегося лица Фрола.

Неужто тут и будет мой конец? – Яроземный окинул взглядом темный свод тоннеля. – Ну и местечко!.. Хотя, кто выбирает себе место для смерти?

Фрол тут же снова вспомнил отца. Перед внутренним взором встала всё та же давняя картина: сведённое судорогой тело, выкатившиеся из орбит глаза… А люди потом шушукались по углам, мол, какая нелепая и глупая смерть. А главное – некрасивая: захлебнулся в своей блевотине. Это же надо столько пить! Как свинья!..

Фрол грустно улыбнулся: а про него что расскажут? Мол, пытался малыми силами пробраться в Храм, чтобы поймать культистов?

Ещё и в герои запишут. Как пить дать!.. пить… пить…

Во рту сильно пересохло. Фрол облизал губы и на какое-о время остановился, пытаясь отдышаться. В голове чуть умело, ноги стали казаться чужими.

Лузга продолжал идти вперёд, а у экспедитора уже не было сил его окликнуть.

Хотя, чего его звать? – вдруг подумалось Фролу. – Я для него только обуза… Да пусть идёт… Помирать, так уж одному…

Фролу и раньше задумывался над подобным моментом. Что, интересно, происходит тогда, когда чувствуешь приближение смерти? Какие мысли должны быть?..

Чистыми, – отвечал Фрол сам себе. – Конечно, чистыми…

Он тут же представлял, что должен был думать в момент своей кончины его отец. Догадался ли, что вино было отравленным? Скорее всего, что нет.

Фрол помнил тот последний безумный взгляд его глаз. Они будто кричали: «Что такое? Что происходит?»

А я о чём подумаю? – Яроземный тяжело опустился у стены. – Конечно, буду о чём-то сожалеть… должен сожалеть… А о чём?

Фролу вдруг стало смешно. Какие же глупые мысли его сейчас донимают!

А потом вдруг пришло ясное понимание того, что там, в чистилище, его должна ждать мать.

Точно! Точно! – экспедитор даже обрадовался. – Она ведь там… Её Искра там…

На душе сразу стало теплее.

– А что я ей скажу? – Фрол не заметил, что произнёс эти слова вслух. – Поздороваюсь… Прежде, поздороваюсь… Потом обниму… И она меня обнимет. Спросит, как я тут жил. Женился ли?

– Да ты что, мам! – махнул рукой Фрол. – Где там женился! Занят больно много…

– Эх-эх-эх… Не быть мне бабушкой, видно. Сынок, сынок, ничего-то ты в жизни не понял…

Фрол потупил взор. Ему вдруг стало стыдно.

И, действительно, чего не женился? Были же варианты. Всё думал, успеется, а вон как выходит… Нихазово золото! Хотел на него купить себе будущее… убежать от прошлого… Держи карман шире! Богам только того, Фрол, и надо, чтобы ты жил-поживал, да добра наживал!

Громкий смешок эхом полетел по тоннелю.

– Дурак ты, Фрол!.. Матушка, прости неразумного…

А она и скажет:

– Эх, Воробышек ты мой. Вырос-то как?.. Что отец?

Тьфу ты! Про него точно не спросит. Они там и так встретятся…

Фрол нахмурился, представляя, как из темноты чистилища к нему подойдёт Искра отца.

– Ну, здорово, сынок! – грубый бас эхом отразился от стен. – Рассказали мне тут, как ты… своего отца… Но я не обижаюсь, не злюсь. Поделом… Тут, кстати, и не такие находятся. Историй много… А мамка, правда, сильно расстроилась… сильно…

Фрол посмотрел на мать и вдруг почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Стыд горячей волной накрыл всего его с ног до головы.

– А ты думал, никто не узнает? – хлопнул отец по плечу. – Да ладно… Помнишь. Я тебе про заставу рассказывал? Встретил тут своих старых товарищей, тех, которых…

Фрол закрыл руками уши.

– Молчи! – бросил он. Взгляд снова уткнулся в мать, в её грустное лицо.

– Молчи? – хохотнул отец. – Ишь какой! Совесть поди мучает?.. А мне ты время на раскаяние не дал… не дал… Вот это и обидно! А, кстати, говорил, что не будешь таким, как я. Ха-а!

Фрол замотал головой и повернулся к матери. Та грустно улыбнулась.

– Эх, Воробышек ты мой… глупый…

Разочаровалась! – Фролу стало страшно. Мать ведь желала ему иной жизни, а он… И теперь она разочаровалась в нём…

– Прости… прости…

Говорил Яроземный не отцу, а именно матери. Он бросился к ней и хотел обнять, но она непонятно как выскользнула и осталась в стороне. Фрол повторил попытку и снова безрезультатно.

– Прости меня… Слышишь?

Мгновение и мать была ещё дальше.

Один… остался один… Последний лучик и тот гаснет.

Вдруг Фрол чётко увидел себя со стороны совсем маленьким ребёнком. Он прятался под столом от… от кого-то… не видно лица… взрослый… сильный… от него пахнет неприятно…

Ребёнок прятался и меж тем понимал, что это не выход. Тому мужчине заглянуть под стол – дело плёвое. И он заглядывает… Запомнился только его колючий жёсткий взгляд, как у голодного хищного зверя… а ещё запах табака от его бороды…

– Мама… мамочка… мамочка…

Слёзы горохом побежали по лицу у ребёнка…

– Фрол, пошли, – сказал наклонившийся отец, вытаскивая сына из-под стола. Он снова хлопнул его по плечу. – Нам с тобой в другое место… Слышишь, Фрол? Пошли…

– Не хочу с тобой! – крикнул Яроземный прямо ему в лицо…

Лузга вытер слюни, брызнувшие ему в глаза, и поднялся.

Что-то Фрол совсем плох, – наёмник ещё раз огляделся, терзая себя мыслью, мол, зачем вернулся за экспедитором. Он уже и людей не узнаёт.

Лузга вытер подошву сапога, случайно вступившего в набежавшую лужу липкой крови. Потом ещё раз присел напротив Фрола и потормошил его за плечо:

– Эй… эй… дружище… Соберись!

Но взгляд экспедитора начал тухнуть, теряя осмысленность.

И тут послышалось тихое шуршание. Через пару секунд в проёме тоннеля появилась прихрамывающая фигура Восставшего. В нос тут же ударила удушающая вонь гниющего мяса. И ещё какой-то тухлятины.

– Твою мать! – тихо выругался Лузга. – Догнал-таки!.. Ладно, Фрол. Как-то свидимся… или там, или тут… Ну, в общем, где-то.

Наёмник снова закусил губу, направляясь прямо на встречу Стражу, резко отметая мысль о побеге.

«Всё одно все помрём, – подумалось тогда Лузге. – Не всем же жить вечно…»

21

Я зажёг заклинанием зачарованную стрелу (прошлую потерял в схватке) и, пользуясь ей как факелом, пошёл вперёд.

Новый тоннель. Сколько их тут?

Стояна шла чуть впереди, указывая путь, и вдруг на очередной развилке она замерла.

– Что там? – подошёл Первосвет.

Друидка кивнула в сторону. Я подсветил: две человеческие фигуры странно распластались прямо посреди прохода.

– Фрол! Лузга! – тихо позвал лежащих, но подспудно уже понимая, что они мертвы.

Теперь понятно, куда они забежали.

– Зарублены, – проговорил ратник, присевший подле тел.

– А ну, тихо! – прошипел я, замирая.

Все прислушались, но до ушей доносилось лишь мерное гудение.

– Стойте тут, – приказал я, направляясь вдоль стены.

Шаг… замер… огляделся… ещё шаг… опять замер… шаг…

Тут должна быть какая-то ловушка. Точно, должна быть.

Пламя горело ровно, освещая пространство на несколько саженей вокруг. Мне или казалось, или действительно откуда-то доносилось тихое шуршание.

– Б-о-о-ор! – послышался шёпот Первосвета. – Впереди…

И тут в нос ударил тошнотворный запах.

– Фу! – я зажал ноздри.

Из ниши в стене вышла громадная человеческая фигура…

Нежить!.. Страж… Вот мы и пришли до своего конца!

– Ну и вонище… Это от сей гнилушки? – послышался бодрый голос Первосвета. – Опять мертвец. Эта Сиверия набита ими, как девичий сундук приданным.

Первосвет подхватил свой скеггокс и занял место за моей спиной. Нежить же остановилась, уставившись на нас своими впалыми глазницами.

И вдруг, прямо из ниоткуда, нахлынула толпа культистов. Будучи в тёмных одеждах, они не сразу бросились нам в глаза.

Сколько же их тут? Десятка два, не меньше.

– Вот что, брат, – сказал я. – Будешь только на подхвате… Слышал? Не подходи ни на шаг, пока не прикажу. Лишь следи, чтобы никто не заскочил мне за спину.

– Нет… я могу…

– Заткнись! Шутки кончились…

Я вытянул фальшион и сакс. Было ясно, что культисты не бросятся вперёд, а будут дожидаться развязки дел со Стражем.

В голове медленно складывался рисунок предстоящего боя. Во всех случаях я проигрывал. Стрелять же нельзя (как вариант приходилось рассматривать и такое): от взрыва потолок мог похоронить всех тут.

Я стоял, ожидая действий Стража. Его гигантская фигура неспешно направилась ко мне. Огромный меч мог запросто разрубить даже доспехи, так что главным было не подпустить нежить для такого удара.

Схватка была очень короткой. Из-за своих опасений я пропустил прямой укол в живот, парируя его уже в самый последний момент. И тут же в ухо мне залепили такую оплеуху, что в себя я пришёл через минуту, валяясь в стороне. Над головой склонилась Стояна.

В накидке культистки (правда её пришлось чуть укоротить, иначе друидка постоянно спотыкалась да падала) девушку поначалу было не узнать.

– Что… что происходит? – спросил я у Стояны.

Ответить та не успела, но и так было всё ясно. В бой вступил Первосвет. Он умело оборонялся от могучих ударов нежити. Однако не надо быть семи пядей во лбу: Первосвету не выстоять… никак не выстоять.

Тот ратник, что остался в живых, не решался броситься на подмогу. Он сжимал в руках свой меч и нервно покусывал губы.

– Помоги… подняться, – прохрипел я.

Стояна подхватила меня за руку.

– Видишь этот тоннель? Вон то боковое ответвление? – спросил я. – Живо туда!

Сам снял лук и заорал во всю мощь своих лёгких:

– Первосвет! Беги назад! Без вопросов!

И тот послушался. Отбив очередную атаку, он мгновенно развернулся и побежал на меня.

Страж заревел и направился следом.

– Быстрее! Быстрее! – кричал я, натягивая тетиву. Когда Первосвет заскочил мне за спину, зачарованная стрела ушла к Стражу. – Взрыв!..

Потолок рухнул вниз, словно был из бумаги. Его разорвало на части. Что-то зашипело, затрещало… откуда-то полетели огненные искорки, будто скрестились невидимые мечи…

Остального я не видел: улепётывал со всех ног.

– Бежим! Живо! – успел крикнуть я, и нас накрыло облако пыли.

22

Я боялся одного: быть заживо похороненным в этих бесконечных коридорах. Мы петляли целый час, а, может, и два. Устали, как собаки.

И вот тоннель резко расширился, свернул вправо и вниз, и мы очутились у входа в огромнейшую залу, внутри которой стояли какие-то железные сооружения. Характерное зеленоватое свечение исходило из отверстий у потолка.

Пол чувствительно вибрировал. Скорее всего, мы были у источника того уже знакомого мерного гудения, исходившего… исходившего… прямо от этих самых странный сооружений.

– И где это мы? – спросил Первосвет.

Его голос унесся вдаль залы.

Мы вошли внутрь. Я сразу ощутил, что тут воздух свежее, нежели раньше. Неужто недалеко выход отсюда?

– Ай!.. Ай!..

Я резко обернулся, глядя, как на пол один за другим падают тела моих товарищей.

– Какого…

– Наконец-то! – громко воскликнул кто-то.

Это был странного вида Восставший. Маска на его лице была весьма вычурной и своеобразной. В руках незнакомец сжимал длинный блестящий посох, которым странно водил из стороны в сторону.

– Наконец-то! – Восставший, казалось, обрадовался. – Вижу, и компанию с собой привёл.

Я натянул тетиву, готовясь произвести выстрел зачарованной стрелой. Погибать тут, так уж и захватить с собой в чистилище кого-то из врагов.

– Не торопись… Бор.

То, что этот человек из племени Зэм знал моё имя, уже настораживало.

Я кинул взгляд на тела своих друзей, отмечая, что они, судя по всему, живы и находятся в бессознательном состоянии. Это тоже повлияло на то, что я не спустил тетиву. В случае чего, мне не ясно было, что с ними потом делать, как привести в чувство.

– Вы кто такой?

– Я? – Восставший рассмеялся своим странным кашляющим смехом. – Негус Хатхар, первосвященник Тэпа…

– Кто? – я просто не поверил своим ушам.

Вот это новость! Передо мной тот, кого я даже не помышлял найти, хотя и хотел этого страстно.

Но это всё становилось подозрительным. Как будто, некто вроде подыгрывает мне… А это очень странно… очень.

Ладно, если передо мной действительно Негус Хатхар, то встаёт ряд вопросов.

Начнём с того, что он делает тут, в Сиверии? Да ещё тогда, когда и я здесь… и Карл ди Дусер, так рьяно убеждающий и меня, и Бернара в том, что он скрывается от культистов в Сиверии.

Скрывается, да так, что культисты тут, как тут! да ещё и во главе с Негусом Хатхаром! Совпадение? Сомневаюсь…

– Честно скажу, что я рад, – вдруг сказал Восставший. – И раз ты добрался аж сюда, значит… значит… так тому и быть. В новом нашем деле отыграешь одну роль… важную…

Восставший неспешно двинулся ко мне.

– Ха! А я до последнего сомневался, что всё выгорит, – рассказывал он о чём-то своём. – А видишь – получилось. И прав был Хозяин: никто ведь не заподозрил. Ди Дусеры молодцы, свои роли хорошо сыграли.

– Ди Дусеры? Что за балаган тут происходит? О каких делах вы говорите? – мне вообще было не понятно, о чём речь. – И стойте, где стоите!

Хатхар замер.

– Ну, я имею в виду с Клементом, – несколько неуверенно сказал Восставший. – Ах, да! Ты ведь потерял память. Он так и сказал мне…

Тогда времени на обдумывания слов Негуса было слишком мало, поэтому я подумал, что первосвященник говорит о Карле ди Дусере. Но позже… что-то заставило меня усомниться.

– Какого… какого… тут происходит? Кто такой «он»? Магистр?

Восставший мне не ответил. Он лишь приподнял посох и что-то проворчал.

– Что с моими… друзьями? – сухо спросил я.

– Считай, что они спят. Так мы и поговорим без лишних свидетелей, – Негус рассмеялся.

– Итак, какие такие «дела»? – рассерженно спросил я, снова натягивая тетиву.

У меня родилось страстное желание просто убить этого человека. Уж тогда посмотрим, кто последний будет смеяться.

– Хочешь правды? – под маской трудно было понять эмоции Негуса. Но, думаю, он усмехался. – Кто ты такой, чтобы требовать от меня правды?

– Кто я такой? Вот это меня и интересует!

Первосвященник оглядел моих сотоварищей лежащих за спиной. Его взгляд задержался (нет, не на Стояне), а отчего-то на Первосвете.

– Странно, что ты ничего не помнишь, – говорил Негус. – Очень странно. Он говорил мне, но я поначалу не поверил… С тех пор, как они выправили тебе документы на имя Бора, – продолжал Негус, – прошло без малого… год… нет, полтора. Они тебя, дуралеи, подготавливали, натаскивали… А тут твоё беспамятство. То-то я думаю, почему Тень пришлось вызывать другому. Клемент, поди, несказанно удивился.

– Другому? Кому?.. Вот что, Хатхар, эти недомолвки могут вам боком выйти.

– Ого! Угрозы? – первосвященник подбоченился. – То, что ты прошёл Стража…

– Я не угрожаю, а сообщаю истинное положение дел.

– А кишка не тонка? Ты знаешь, сколько мне лет?

– А вы знаете сколько мне?

Хатхар удивлённо замолчал.

– Знайте, что ваши планы в Сиверии спутал я. Гоблины, водяники, орки… Последних вы успешно натравливали на остальных. А я пришёл и всё смешал.

– Н-да, – Хатхар вздохнул. – Ты всегда был той каплей хаоса, которую мы подливали в наши «блюда». Вкус выходил «острее»…

– Мы? Вы о ком говорите? Имперских ребятках? Или ренегатах из канийских краёв?

– Мы, это значит мы… Ты полагаешь, что тебе поможет твоя подготовка в Империи? Я – Негус Хатхар, первосвященник Великого Тэпа, которого…

– Смотри, прослезюсь!.. В твоих интересах (я намеренно перешёл на «ты». чтобы позлить Восставшего) ответить на мои вопросы. Быть может…

– Что значит «быть может»? – свирепо спросил Хатхар.

Не похоже, что Хатхар меня опасался. И это тоже настораживало. Но надо продолжать, не останавливаться.

– Кто такой Бор? Я думаю, ты это прекрасно знаешь… Почему его Искра в теле… Сверра? Почему в жилах кровь единорога? А сердце…

– Какой ты резвый, – осадил меня первосвященник. – Кто да почему… То, что ты ничего не помнишь, даже на руку.

– Кому? Вам?.. Отвечай, или… или…

– Ох, какой… грозный! Или что?

Вот теперь рассвирепел я. Меня охватил раж, секунда, и «шоры» готовы были накрыть разум.

– Клянусь Сарном, эта стрела разорвёт твои лёгкие!

– Сарном? Ха! Да ты, братец, ещё глупее, чем я думал…

– Что тебе надо в Сиверии? Что ты тут ищешь?

– Уже нашёл.

– Пирамиду? Искры Восставших?

Негус замолчал. Я увидел, как его пальцы с силой впились в посох. Моя дерзость его раздражала.

– Это наша земля… наш аллод, – первосвященник отчеканил каждое слово с такой эмоциональной окраской, словно он был судьёй, объявляющим приговор. – Весь Сарнаут должен принадлежать нам…

– Я думал Тэпу.

– Ты… ты… ты ничего не понимаешь. Тэп – это бог! Великий могучий бог! А кто ты? Подобие джунского голема?

– Ты знаешь, кто я!

– Игрушка… инструмент, который сломался!

– За что, как говорится, боролись…

Первосвященник снова рассмеялся.

– Послушай, – чуть мягче начал он, – всё ещё можно исправить. Надо только…

– А если некому будет исправлять? Что тогда?

– Это вряд ли, – сухо отвечал первосвященник, чуть принаклоняя посох.

– Да? А что если я скажу следующее: Бор… настоящий Бор на самом деле не терял памяти. Как тебе такое слышать?

Восставший напрягся. Глаза под его маской уткнулись в меня, что-то выискивая.

– Нет, ты врёшь, – сказал он. Послышался сдавленный смех. – Конечно, врёшь!

– Отчего же? Как ещё мне было найти… тебя.

– Меня? – не понимал первосвященник.

Мои слова его ставили в тупик. Я это видел.

– А зачем искать меня? – задал вопрос Хатхар.

– Чтобы… убить. А Искру отправить в чистилище. Её там ждут… с нетерпением.

– Кто ждёт? Тенсес? – голос первосвященника дрогнул. – Да кто ты такой?

– Моё имя – Бёрр, что значит «рожденный»… Я видел тех, кто устраивал небо, устраивал землю. Я видел Великих Драконов, падение цивилизации джунов…

– Что? – Хатхар чуть дёрнулся вперёд, словно хотел наброситься.

Я тут же вскинул лук и прицелился.

– Что за чушь ты несёшь? – вполне серьёзно спросил первосвященник. А я действительно, нёс какую-то околесицу, лишь бы сбить с толку Хатхара, заставить его говорить. В голосе Негуса послышались тревожные нотки. – Какой Бёрр? Ты… ты…

Я хоть и целился, но всё-таки ждал слов первосвященника. Но тот резко взмахнул своим посохом.

– Вспышка!

Молния отчего-то срикошетила, уходя в сторону и попадая в стену. От той оторвался здоровенный кусок.

Я тут же отскочил в сторону… кувыркнулся, вытянул следующую стрелу…

– Вспышка! – и в этот раз попал.

Хатхара откинуло назад. А когда я к нему подошёл, то увидел развороченное на куски тело, из которого выглядывали какие-т странные железки. Кровь густыми потоками потянулась к моим ногам. Запахло жареным мясом.

Негус несколько раз порывался что-то сказать. Его маска отлетела в сторону, обнажая уродливое лицо древнего старикашки.

Через пару секунд Хатхар замер, его взор затуманился.

– До встречи в чистилище, сволочь! – пнул я ногой мёртвое тело.

Хоть и неуважение, да Нихаз с ним! Туда и дорога!