355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Юрий Киселев » Начало пути. Ступень 1. Обретение магии (СИ) » Текст книги (страница 16)
Начало пути. Ступень 1. Обретение магии (СИ)
  • Текст добавлен: 23 марта 2017, 22:00

Текст книги "Начало пути. Ступень 1. Обретение магии (СИ)"


Автор книги: Юрий Киселев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 88 страниц)

Поднялось две руки.

– Да, негусто. Но зато в вашем коллективе уже есть люди, в общих чертах представляющие то, чем вам предстоит заниматься, предположительно, всю оставшуюся жизнь. О, я вижу радостное оживление и улыбки на ваших лицах. Вынуждена вас разочаровать – я не столь оптимистично оцениваю ваше дальнейшее существование. Нет, что касается оплаты и прочих льгот, в то числе клановых преференций – тут вас не обманули. Скажите, вы все давали подписку о неразглашении предоставляемой информации?

Прозвучавший гул голосов показал, что все.

– Поднимите руку те, кто ещё подобной подписки не давал.

Айлинэри выждала некоторое время, но ни одна рука не поднялась.

– Хорошо... Очень хорошо... Надеюсь, вы также внимательно читали не только раздел с суммами причитающейся оплаты, но также и раздел ответственности. Поднимите руку те, кто этот раздел не читал.

Опять ожидаемо не поднялось ни одной руки.

– Хорошо, что вы так внимательны. Однако всё же рискну напомнить, что за разглашение информации полагается смертная казнь. Всё, что вы будете делать, по решению тана Тассо, тщательно изучившего вероятные последствия утечки информации, будет иметь гриф максимальной секретности. Вижу, для вас это тоже не новость. Прочитали. Скорее всего, вы также прочитали, что вместе с вами пострадают и члены вашей семьи и их ближайшие родственники. Жестоко, понимаю, но такова плата за секретность – теперь вам постоянно придётся думать о том, что, где и когда вы говорите. Также вы, наверное, обратили внимание, что в подписанном вами договоре подчёркивается, что наказание за разглашение информации неотвратимо, и не важно, вольно или невольно произошла утечка. Слово "невольно" в числе прочего, если кто вдруг не знает, включает получение от вас информации помимо вашей воли. Способов масса – алкоголь, химические препараты, пытки... Некоторые способы дают практически стопроцентную гарантию того, что вы расскажете всё, что знаете и не знаете... Что, откуда я могу это знать? О, поверьте, я знаю, о чём говорю. Все эти способы я испытала на себе. И могу с уверенностью утверждать – ни один из вас при применении интенсивных методов допроса утаить секретную информацию не сможет. Расскажете всё. Поэтому настоятельный совет – кто передумал и хочет выйти из проекта – сделайте это сейчас, потом будет поздно. Тем, кто решит остаться, я рекомендую сеанс гипноза и вживление капсулы самоликвидации. Лучше двух – для надёжности. Тогда, в случае угрозы выдачи секретной информации, ваше подсознание вне зависимости от вашего решения отправит капсулам сигнал на активацию. Капсулы неизвлекаемые, они останутся в вашем мозгу даже после процедуры омоложения, так что это на всю жизнь. Подумайте, я даю вам на это ещё несколько нун. Кто хочет выйти из проекта, пусть уйдут, кто решит остаться – пишет заявление на вживление в мозг капсул.

Айлинэри вышла из зала, а когда снова в него вошла – численность коллектива уменьшилась на несколько человек.

– Ну вот, мы и определились с окончательным составом будущего проекта. Теперь я расскажу, чем мы будем заниматься и почему у проекта гриф максимальной секретности. Недавно, в чём-то даже случайно, я натолкнулась на информацию о том, что человечество использует возможности своего тела максимум на несколько процентов, а, возможно, и того меньше. У меня есть предположение, что в человеке заложена не только принципиальная возможность достижения личного бессмертия, без использования существующего в настоящее время дорогостоящего медицинского оборудования для омоложения, но и возможность напрямую, простым усилием мысли, оперировать окружающими вас энергетическими потоками, летать, усилием мысли двигать предметы, передавать на расстояние свои мысли и читать чужие – ведь мысль тоже материальна. Если всё человечество перестанет зависеть от нашего омолаживающего оборудования – это плохо, клан потеряет огромные деньги и своё влияние. Но если эту возможность мы раскроем только в членах нашего клана? С одной стороны, могущество клана возрастёт многократно. С другой стороны – империя, недовольная резким усилением одного клана, может посчитать нас угрозой своему существованию и наплюёт на соблюдение закона. Совет кланов, ознакомившийся с этой информацией, также может пойти на поводу у правящей династии и пожертвовать одним кланом из миллионов ради сохранения политической стабильности. Теперь понимаете, что поставлено на кон? Существование клана. У нас есть великолепная возможность модифицировать членов клана – мы будем умнее, быстрее, сильнее, мы будем жить очень долго и выглядеть на столько, на сколько сами захотим. Но если хоть одна живая душа за пределом нашего клана узнает о том, что для этого нам уже не нужно кучи дорогостоящего оборудования – клана не будет. Его уничтожат. Потому что тогда клану уже не нужна будет империя. Империей будем править мы. Клан Камэни.

Гробовое молчание тяжёлым облаком заполнило зал. Никто более уже не улыбался – перспективы в случае их успешной работы завораживали и пугали. Но ради власти стоило рискнуть. Все эти люди и так поставили свою жизнь на служение клану, и конечная цель была очень уж заманчивой. Несколько десятков глаз внимательно смотрели на прикусывающую губы Айлинэри – сохраняя внешнее спокойствие, она сильно волновалась.

– Теперь по приоритетам. Телекинез, оперирование материей и энергией, возможно – телепортация, бессмертие – это, конечно, хорошо, но приоритетом считаю общее усиление физических возможностей организма – силы, ловкости, выносливости, а также развитие телепатии. Наработки по первой части есть в моих исследованиях, с телепатией – сложнее, я там остановилась практически в самом начале, но, на мой взгляд, это тоже решаемо, причём вероятность быстрого решения этого вопроса достаточно высока.

Голос из зала:

– Вы разве проводили опыты над телепатом?

По залу прокатилось лёгкое оживление, завиднелись улыбки, даже послышались редкие смешки...

– Вы будете сильно удивлены, но да. Вижу, двое женщин, поднявших руки в начале нашего заседания, не веселятся. Наверное, они успели изучить материалы моих исследований.

Обе женщины синхронно кивнули головами, соглашаясь.

– Поверьте, скоро у всех вас при изучении представленного материала поубавится веселья. Тело человека, как оказалось, изучено нами из рук вон плохо, хотя до недавнего времени большинство из сидящих здесь считало иначе. Нервная система человека, оказывается, не только передаёт команды мышцам и собирает с них информацию, но и может работать как обычная антенна, причём как на приём, так и на передачу. А источником электромагнитного излучения, равно как и приёмником, работает мозг. Впрочем, похоже, мозг может работать в качестве приёмника или излучателя и без участия нервной системы. Это пока только мои предположения, факты вы будете собирать сами. Однако научно доказанный факт – исследуемый объект, для тех, кто не знаком с материалами моих исследований – это мужчина примерно сорока пяти биологических лет, отлично детектировал направленное на него внимание, определял наличие и количество интересующихся им людей, причём фиксировал место их нахождения, даже если сам был в другой комнате. Изменение спектра электромагнитного излучения тела мужчины в момент сканирования им окружающего пространства приведено в отчёте. Также документально подтверждено, что исследуемый мужчина простым усилием воли мог на короткое время в незначительных пределах изменять свой собственный вес. Что в это время излучало его тело и что происходило с окружающим его пространством – там же, в материалах моей научной работы.

Голос из зала:

– Поразительно! И где же ваш сказочный исследуемый объект?

– Исследуемый объект убит по приказу императора...

Айлинэри прокашлялась – от волнения и от долгого разговора в горле пересохло. Налив в стакан немного воды и выпив, она продолжила:

– И ещё один немаловажный момент. Доступ к общей базе данных получают все. Все также ежедневно сливают в общее хранилище всю полученную за день информацию. Изменять информацию могут только те, кто её выложил, но пользоваться – повторяю, пользоваться могут все. Крысятничества не допущу. Работаем вместе, одной командой, и индивидуальных заслуг не будет – все почести, равно как и наказания, будут равномерно делиться на всех. Не пытайтесь, поймав идею, подгрести всё под себя – клану важен не конкретный лидер, а быстрота полученного результата. Мы начали бег наперегонки со временем. Матриарх не обольщается – всё тайное рано или поздно становится явным, и о нашей работе также рано или поздно узнают. Наша задача – чтобы о нас узнали как можно позже, когда ничего против нас сделать будет уже нельзя. Ещё раз напомню, что наша задача настолько важна, что госпожа матриарх взяла её под свой личный постоянный контроль. Она будет контролировать каждый ваш шаг...

Голос из зала:

– Она что, будет лично приходить на наши совещания?

– Она уже здесь.

Гробовая тишина... Некоторые учёные начали испуганно озираться – о жёсткой, порой жестокой правящей руке женщины-легенды ходили страшные истории, личная встреча с матриархом редко проходила безвредно для простых смертных, в лучшем случае добавляя им несколько седых волос...

Выждав несколько мгновений, Айлинэри продолжила:

– Решением матриарха клана Камэни я назначена помощницей матриарха с правом принятия самостоятельных решений и правом наследования должности матриарха. Возможно, когда-нибудь госпожа изменит своё решение, на что я сильно надеюсь, но пока для вас матриарх – это я.

Гробовая тишина дополнилась опущенными в пол взглядами...



***



Глядя на работающего Рура, Силлана подумала, что наступает счастливый период в её жизни – по прошествии ста сол она, кажется, нашла своего мужчину. Ру был хорош, очень хорош – с красивым телом киборга, грацией хищника и сильными, но ласковыми и нежными руками он казался идеалом мужчины, тем самцом, к которому, как мухи на мёд, слетаются женщины. Он всегда был вежливым и обходительным, не спорил, старался помочь, чем мог – вот даже взялся построить ей отдельную лабораторию рядом с домиком, чтобы Силлана не бегала к своим приборам, разбросанным по всей станции. Такое решение он предложил почти кун назад, когда утешал плачущую Силлану, расстроенную сорвавшимся опытом. Опыт сорвался по банальной причине – оборвался кабель энерговода, тянущийся к одному из стоящих вдалеке под открытым небом и укрытых временным навесом приборов. Питание исчезло, исследуемые образцы пропали, эксперимент сорвался, а сам прибор, у которого из-за отключения питания в трубопроводах замёрзли реагенты, вышел из строя. Запасные трубопроводы были на складе, но как их поменять – Силлана не знала. Подобные случаи в середине зимы, когда ударили морозы и всю станцию завалило толстым слоем снега, стали случаться всё чаще. Неудивительно – нежное научное оборудование не было рассчитано на работу под открытым небом, да ещё и на морозе. До окончания рабочего этапа женщине осталось совсем немного – часть научной работы уже была закончена и систематизирована, до её полного завершения оставалось буквально чуть-чуть, но неисправный прибор и отсутствие ещё одного дома, куда бы можно было перетащить с улицы несколько необходимых комплексов, ставил крест на всей её дальнейшей работе... Рур, разобравшись в причинах трагедии, сказал, что это вообще мелочи, не стоящие её беспокойства. Силлана, захлёбываясь слезами, тогда вывалила на него всё, что наболело за прошедшую половину зимы – и про безответственное начальство, разломавшее все старые постройки, а новые не построившее, и про ленивых строителей, которые вполне могли успеть до зимы построить хоть часть домов, но не желавших работать сверхурочно, и про то, что всем сотрудникам станции глубоко плевать, когда закончатся их эксперименты, так как зарплату они всё равно получат, а в срыве сроков обвинят не себя, а строителей. А ей нужны не оправдания, а результат, причём этот результат она должна получить непременно до весны, так как весной в клане начнётся распределение средств на новые проекты, а ей не дадут денег, пока она не защитит старый. А старый она защитить не сможет, потому что брошена здесь, на базе, одна, а прибор сломался, и отремонтировать его некому, а даже если отремонтировать – то он всё равно сломается, потому что сползающий со склона снег рвёт энерговоды, а без энергии технологические растворы в приборе замерзают и образцы гибнут...

Выслушав сбивчивый поток жалоб, перемежающийся всхлипами, Рур посадил её на своё колено, как ребёнка, и сказал:

– Так, давай успокоимся и поищем выход из сложившегося положения. Весь мой жизненный опыт показывает, что безвыходных положений не бывает. Давай рассуждать спокойно. Определим цель. Как я понял, основной целью является выполнение твоей научной работы до конца зимы. Правильно?

– Я не смогу, прибор сломался... – женщина опять захлюпала носом.

– Разве я сейчас говорил про прибор? Прибор – это уже следующий вопрос, а ты не ответила на первый. Тебе надо закончить свою работу до весны или можно перенести её на год?

– Но тогда я потеряю целый сол! И вся моя работа здесь будет бессмысленной!

– Сол – не жизнь. Ничего страшного.

– Для меня – жизнь! Не получив весной денег на следующий этап, я не получу должность. Я ждала её почти двадцать сол! Я не оправдаю доверия клана, и должность будет потеряна для меня навсегда!

– А что, клан не примет во внимание внешние, не зависящие от тебя обстоятельства?

– Клану плевать на обстоятельства! Либо ты делаешь работу, либо нет. Я же знала, что на станции планируется реконструкция, могла выбрать для исследований другую станцию, но не хотела далеко лететь, хотела остаться поближе к дому. И в результате сорвала работу, подвела клан...

– Ещё не подвела, не плачь.

– Да? А как я завершу её без прибора?

– Раз тебе нужен прибор, значит, его надо отремонтировать.

– Он опять сломается!

– Чтобы он не сломался, его надо поставить в закрытое тёплое помещение.

– Домик уже забит подобным оборудованием под завязку. Места не хватит, даже если я уйду жить на улицу. Да и ремонтировать приборы я не умею.

– Так, давай успокойся, и определимся, что надо сделать для того, чтобы твоя работа была закончена до весны. Предлагаю попробовать отремонтировать прибор, и если ремонт удастся – построить для него отдельный домик.

– Ты техник? Умеешь ремонтировать приборы?

– Нет, я не техник, но для ремонта думаю, достаточно будет инструмента и мануала.

– Инструмент в комплекте... А что такое мануал?

– Инструкции. Инструкции по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту.

– Про инструкции не знаю, но, думаю, можно сделать запрос искину станции.

– Ладно, эти вопросы беру на себя, попытаюсь решить. Если прибор будет исправен, ты сможешь закончить свою научную работу в срок?

– Да, только исправь прибор, пожалуйста.

– Хорошо, займусь им завтра. И больше не плачь.

– Не буду...

Рур сдержал своё обещание. Всю ночь он общался с искином по своему терминалу – Силлана, которой не спалось, часто вставала и смотрела, как Рур работает. Похоже, техника для него была не в новинку, так как ближе к утру он что-то скачал на мобильный планшет и улёгся спать на своём матрасе в обнимку с рурхом. Тот сразу же закинул на мужчину лапу и, не просыпаясь, начал тихо урчать, постукивая по полу хвостом. Под мерное урчание Силлана заснула...

Проснулась она поздно, когда солнце уже вовсю светило в маленькое заледеневшее окошко. Ни Рура, ни кота на месте не было – наверное, пошли гулять. Позавтракав и одевшись, Силлана вышла на улицу, щурясь от искрящегося под солнцем снега. Рур обнаружился недалеко – лежащим под разобранным прибором, тем самым наиболее необходимым, который вышел из строя из-за обрыва энерговода. Рядом с Руром, на очищенной от снега земле, лежало расстеленное одеяло, на котором ровными рядами в известном только самому мужчине порядке лежали инструменты, трубки, детали прибора. Сам Рур сосредоточенно что-то ковырял, периодически заглядывая в планшет и напевая какую-то незамысловатую мелодию. Похоже, дела у него шли хорошо, так как подросший за зиму кошак весело носился вокруг лежащего под прибором Рура, подбрасывая в воздух и ловя шершавым красным языком искрящиеся на солнце снежинки. Силлана давно подметила, что поведение кота повторяет поведение мужчины – веселился, если у Рура было хорошее настроение, и грустил вместе с Руром. Кот мог точно узнать, где хозяин и какое у него настроение, даже если Рура поблизости не было. Похоже, зверь обладал зачатками телепатии – тогда становилась понятной и его неуловимость, и отсутствие выживших при встрече с хищником. От телепата не спрячешься – обязательно найдёт, в какую бы щель ты ни забился.

Заметив Силлану, Рур, улыбнувшись, сказал:

– Кажется, отремонтировал твой прибор. Все неисправные детали и узлы заменил, предварительные тесты провёл, сейчас собираю. Через половину ри подключу питание и проведу общий тест. Если он пройдёт – кормишь меня праздничным обедом.

Силлана улыбнулась. Под праздничным обедом Рур имел ввиду жаркое из данхои, мясо которого хранилось за домом, засыпанное для сохранности снегом. Мясо у них появилось около десяти ло назад – Рур начал выводить своего кота на охоту. Силлана как-то за обедом, о чём-то задумавшись, произнесла, что скоро придётся экономить на еде. На недоумённый вопрос Рура она пояснила, что продуктов на зиму ей оставили с запасом, но запас этот был рассчитан на одного человека и никак не предусматривал ещё одного взрослого мужчину, питающегося за двоих, и одного вечно голодного рурха, прокормить которого вообще никаких запасов не хватит. Рур, в своей вечной оптимистичной манере сказал, что не видит в этом никакой проблемы и поинтересовался, есть ли на станции какое-нибудь оружие. Получив в руки армейское автоматическое ружьё, он долго внимательно крутил его в руках, периодически вскидывая к плечу и прицеливаясь куда-то в пустоту, после чего отложил в сторону, сказав "подойдёт", и спокойно продолжил есть. В тот же день после ужина он оделся потеплее, взял одно из имеющихся на базе охотничьих ружей, нож и вместе с котом ушел, сказав, чтобы раньше утра их не ждали. Утром, к завтраку, оба Рурха, человек и зверь, вернулись, довольные и с добычей – на спине кота была привязана выпотрошенная туша молодого данхои без задней ноги. Довольная морда кота с заляпанными кровью усами весьма красноречиво показывала, куда эта нога делась. Кот, зайдя в дом, тщательно вычистил свою морду облизанной лапой и, как ни в чём не бывало, подошёл к своей миске, ожидая законного завтрака. Накормленные, добытчики улеглись спать. Правда, Рур перед сном, взяв нож, разделал тушу данхои на части, отделив мясо от жил и костей, разделив на примерно равные порции и сложив его в герметичные пакеты. Кости сложил на улице перед домом, пообещав после обеда выкинуть поближе к реке, а мясо закопал в снегу за домом.

После охоты мясо данхои прочно обосновалось в меню – у Рура с Силланой на обед, а у зверя – постоянно. Правда, коту мужчина мясо предварительно размораживал, а потом и стерилизовал в лабораторном автоклаве, на недоуменный вопрос Силланы "зачем?" пояснив:

– От паразитов дикого зверя всё равно не убережёшь, но шанса снизить вероятность заражения упускать нельзя.

Больше всего Силлану в ответе Рура поразило не знание о возможности заражения паразитами, а то, что он считает кота диким – сама Силлана до сего момента думала, что он домашний. Попросив у Рура пояснить этот вопрос, она услышала примерно следующее:

– Хищник в неволе жить не может. Он должен охотиться, ему нужен простор и живая дичь, за которой он будет бегать. Он должен развивать не только своё тело, но и свои мозги – ведь наука выслеживать и убивать дичь очень сложная. В неволе, помещённый в вольер, зверь будет медленно умирать.

Рассказывая это, Рур сноровисто разделал размороженный кусок нежного мяса и, посолив его, пересыпав специями и переложив найденными в холодильнике овощами, положил в извлечённый из шкафа контейнер, закрыл крышкой и поставил в духовку, установив необходимую температуру, которую, похоже, подобрал наощупь. Буквально через десяток нун из духовки стали доноситься шкворчащие звуки, а по кухне поплыл одуряющий аромат. На вопрос женщины, что в результате этого получится, Рур ответил:

– Получится мясо тушёное с овощами по-кавказски. Не шашлык, конечно, но тоже очень вкусно.

– А что такое шашлык?

– А это такое же мясо, только приготовленное прямо на костре.

– Оно же сгорит, в огне мясо нельзя готовить!

– Э, женщина, что ты можешь понимать в искусстве приготовления настоящего мяса? Ладно, не расстраивайся, завтра с утра сделаю из валяющейся за домом упаковки шампура – я видел там подходящую проволоку, и приготовлю настоящий кавказский шашлык. Правда, мясо нужно предварительно вымочить в вине, пересыпав его луком, а я ни того, ни другого не наблюдаю... Вино можно заменить уксусом, а вместо лука... – Рур задумчиво перебирал коробочки со специями, поочерёдно открывая их, принюхиваясь и отрицательно морщась, – ладно, вместо лука тоже что-нибудь придумаем...

На следующий день в обед Рур накормил Силлану шашлыком, пожарив мясо на костре, используя странную коробчатую конструкцию из толстой стальной проволоки, которую он назвал мангалом. Такую же проволоку, правда, расплющенную в полосу (и нашёл же, чем расплющить!), Рур использовал для жарки мяса, нанизав его порезанными кусочками и расположив прямо над пышущими жаром углями прогоревшего костра. Костёр Рур, естественно, развёл прямо перед домом, пустив на дрова старые доски со своих макивар – они у него долго не приживались, будучи почти сразу после установки размочаленными в хлам под воздействием страшных ударов рук и ног. Сам мужчина, правда, утверждал, что это дерево дрянь, мягкое и легко ломается. Силлана как-то подошла к этим макиварам и, пока Рур не видит, постучала по ним камнем – на досках не осталось даже вмятин. Наверно, камень лёгкий попался... Но искать камень потяжелее Силлана не стала, подозревая, что простая замена камня результата не улучшит.

Шашлык Силлане понравился, но Рур сказал, что один раз побаловались – и хватит, шашлык у них будет по праздникам, а в обычные дни пусть Силлана мясо просто тушит в духовке – и проще, и полезнее.

Праздник, похоже, всё же наступил, так как вылезший из-под прибора Андрей сказал "кажется, готово", аккуратно собрал инструмент и запчасти, сложив всё горкой посреди одеяла, и, подключив энерговвод, с загадочной фразой "торжественная сдача объекта в эксплуатацию" подал питание.

Аппарат загудел, замигали разноцветные лампочки, после чего Рур быстро защёлкал клавиатурой, бормоча "сейчас прогоним тест, и вынесем окончательный вердикт". Через некоторое время прибор замолк, лампочки погасли, и Рур отключил кабель, сказав:

– Ну вот и всё. Аппарат полностью исправен и готов к эксплуатации. Сейчас я его временно законсервирую, и мы пойдём праздновать.

Силлана, вначале обрадовалась фразе "полностью исправен", однако при слове "законсервируем" улыбка исчезла с её лица и она огорчённо произнесла:

– Как законсервируем? А мои опыты?

– Дорогая, какие опыты? Во-первых – у нас праздничный обед. Тебе будет не до опытов. А во-вторых, неужели ты наивно подумала, что, провалявшись полдня на морозе под твоим долбанным прибором, я позволю тебе опять запустить его прямо под открытым небом? Ты инструкции вообще читала? В них же ясно написано – в процессе работы используется жидкий реагент, не допускающий эксплуатации при минусовых температурах. То есть мы сейчас празднично обедаем, а потом спокойно садимся за столом и думаем, как нам построить для тебя отдельно стоящую тёплую лабораторию.

Осознав, что у неё теперь не только рабочий прибор, но и, в перспективе, дополнительный дом с оборудованием – а словам Рура с недавних пор она начала доверять, женщина на радостях повисла у Рура на шее, расцеловав его и в щёки, и в губы, и вприпрыжку убежала в дом – готовить обед. Рур, улыбаясь, смотрел ей вслед. Бася, неслышно подойдя к нему, прижался к мужской ноге и тоже посмотрел на захлопнувшуюся за женщиной дверь. Мысли у тёзок, похоже, были о разном – если кошак явно думал о предстоящем обеде, то блаженное выражение лица мужчины указывало на то, что обед в его мыслях занимает далеко не первое место...

И вот теперь Силлана, глядя на сосредоточенно работающего Рура, наблюдала растущий на фундаменте брошенного недостроя каркас нового дома. Накануне вечером Рур подробно расспросил её, какие приборы и оборудование необходимы ей для окончания научной работы, тщательно всё записал, затем вытащил из Искина описания этих приборов с размерами и картинками, что-то долго чертил и считал, после чего затребовал у того же искина полную информацию по остановленной стройке и уже надолго углубился в её изучение. Не дождавшись результатов, Силлана легла спать и быстро заснула под приглушённое бормотание Рура.

Наутро, проснувшись, она обнаружила Рура мирно спящим на своём матрасе в обнимку с рурхом, а на принесённом из кухни стуле рядом с её кроватью лежала стопка листов с распечатанными на них рисунками дома и планировками с предполагаемым размещением в нём необходимого оборудования. В доме было продумано всё, начиная от достаточно широких и удобных проходов между приборами, заканчивая схемой подводки энергии и внутренней разводкой питания, а также индивидуальным освещением и несколькими небольшими столами – аналогом рабочих мест. Видимо, Рур предполагал, что Силлане будет неудобно постоянно бегать в основной домик за материалами и документацией – вот, даже на отдельном листе схема разводки терминалов и подключения их к искину с общим хабом на все рабочие места предусмотрена. Такого порядка и грамотного распределения оборудования женщина не видела за всю свою столетнюю жизнь. Вот даже в углу лаборатории несколько непонятных квадратиков нарисовано... С отдельными дверями... Ого! Рур предусмотрел даже автономный биотуалет, умывальник, душ и мини-кухоньку с переносным холодильником, микродуховкой, откидным столиком, стульчиком и маленьким шкафчиком на стене, куда вполне могут поместиться несколько тарелок и кружек... Ну да, вот в сноске специально указано – мобильная кухня, духовка – одна штука, холодильник – одна штука, тарелки, ложки, кружки... С пометками, в каком из законсервированных на зиму строителями контейнеров всё это богатство находится. Лаборатория предусматривала всё, что нужно увлечённо работающему учёному, чтобы в процессе работы не помереть с голоду. Также стало понятно, чем занимался Рур всю ночь – он подгонял полученную в результате своих расчётов потребную для лаборатории площадь с уже имеющимися фундаментами недостроенных домов. Подобрав – вот и ссылка на расположенный неподалёку вверх по склону горы фундамент, – Рур вписал в имеющийся фундамент спланированную лабораторию, пририсовал стены... Нет, не просто пририсовал – дан разрез каждой стены с имеющимися на ней буквенно-цифровыми обозначениями. А вот и ссылки внизу – эти стены уже лежали здесь же, на базе, законсервированные, предназначенные, правда, для других домов, но кто сейчас на это будет смотреть? Осталось их только достать и смонтировать. Действительно громадная работа...

То, что Силлана полагала громадной работой, было сделано Руром всего за один день. Он не стал корячиться и что-то выдумывать, а просто запросил у искина стандартную технологию сборки подобных домов и имеющееся на станции строительное оборудование, с помощью которого её можно произвести. На станции, похоже, было не всё, так как Рур после долгого общения с искином выписал что-то себе в планшет, натаскал на расчищенную от снега площадку перед домом кучу непонятного металлолома и инструментов и долго там что-то резал и варил, остужая в окрестных сугробах получившиеся заготовки. На очередной вопрос заинтригованной работой Силланы, что он делает, Рур ответил:

– Много оборудования и инструмента для сборки не хватает, строители увезли. Один, без помощи, не соберу. Делаю лебёдки, рычаги, туру, кран-балку. Не отвлекай меня, всё равно не поймёшь, а объяснять долго. Потом посмотришь и в процессе работы всё станет ясно...

Всё действительно стало ясно в процессе работы. Строители, уехав, увезли манипуляторы и антигравы, без которых было невозможно поднять тяжёлые секции, законсервированные на зиму в обтянутых упаковочным пластиком штабелях. Рур, расконсервировав несколько штабелей из своего списка, разобрал их вручную, используя изготовленные чуть ли не на коленке допотопные агрегаты, с их же помощью перетащил вверх по склону на расчищенный от снега фундамент и, постоянно сверяясь с чертежами, буквально за один день собрал коробку будущей лаборатории. Потом, уже в сгущающейся темноте, он собрал разобранные штабеля обратно и повторно укутал их упаковочной плёнкой, объяснив, что раз строители укрыли – значит, так надо. Закончив сборку стен и поужинав, Рур сразу же лёг спать, заснув практически сразу, едва успев, закрывая глаза, попросить Силлану достать ему к утру со склада новую одежду. Только сейчас, присмотревшись к спящему мужчине, Силлана увидела, как он устал. Брошенная в углу у двери одежда вся пропиталась потом и консервирующей смазкой. Действительно, только выкинуть...

Утром, проснувшись отдохнувшим, бодрым и весёлым, Рур с котом сунулись к Силлане на кухню за завтраком, обещая после него какой-то непонятный "дембельский аккорд". Описание дембельского аккорда Силлану не вдохновило, ибо, по разъяснению Рура, этот пресловутый "аккорд" являлся ничем иным, как неожиданной работой с непредсказуемым результатом. И если постройку дополнительной лаборатории на станции действительно никто не ожидал и не планировал, то вот непредсказуемый результат её несколько смущал. Рур же на её опасения улыбнулся и посоветовал не волноваться а заняться чем-нибудь общественно полезным, например, приготовлением предстоящего завтрака. Согласно последующим объяснениям Рура, чтобы мужчина хорошо работал, на кухне постоянно должна быть еда, а еду должна готовить женщина. В этом, мол, её настоящее призвание, а не в той фигне, которой, по мнению Рура, занимается Силлана. Мнение Рура о своей работе женщину немного обидело, как и рекомендуемая Руром связь между ней и кухней, но во всём остальном мужчина оказался прав – работал он действительно хорошо и быстро, ещё до обеда установив крышу, а после обеда – загерметизировав все швы в собранном доме, навесив снаружи защитные панели от дождя и снега, подведя в дом энерговод и разведя кабели по стенам в смонтированных заранее коробах к предполагаемому месту установки оборудования. Уже в сгущающихся сумерках Рур прокинул по потолку освещение, подключил его к общему силовому щиту и, что-то пробормотав, включил питание. Дом залил мягкий ровный свет, конвекторы начали работать, нагоняя в помещение тёплый воздух. Восхищённая Силлана снова повисла на шее Рура, целуя его. Похоже, это становилось традицией...


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю