Текст книги "Психо-Стая (ЛП)"

Автор книги: Ленор Роузвуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 36 страниц)

Глава 31

ТЭЙН

Я наблюдаю за тем, как моя стая один за другим сходит с поезда. Каждый движется с отточенной грацией, несмотря на непривычно роскошные наряды. На вокзале полно народу даже в этот час, но люди расступаются перед нами, как вода перед камнем. Мы приковываем взгляды, даже не стараясь.

Именно это нам и нужно. Даже если от этого у меня зубы сводят.

Айви выглядит сногсшибательно в своем темно-синем платье, вызывая восхищенные вздохи, от которых мои руки так и тянутся к оружию. Чума и Виски прикрывают её с флангов, в то время как Валек дрейфует чуть впереди, с пугающей естественностью играя роль заносчивого аристократа.

Но сейчас мне нужен Призрак.

– На пару слов, – бормочу я ему, пока остальные направляются к выходу с вокзала. Он поворачивает ко мне свои пронзительные голубые глаза – в них немой вопрос.

Когда остальные оказываются вне зоны слышимости, я поворачиваюсь к нему всем корпусом.

– Если там всё пойдет не так, – тихо говорю я, – твоя единственная задача – вытащить Айви. Никакого геройства. Никакой мести. Просто хватай её и беги.

Его брови под копной темных волос хмурятся. Я твердо встречаю его взгляд.

– Я уже говорил об этом с остальными, но хотел убедиться, что мы обсудили это с глазу на глаз. Тебе я доверяю больше всех. Ты мой брат, – говорю я грубовато. – И я знаю, что ты сделаешь всё возможное, чтобы защитить её.

Призрак долго стоит неподвижно, его массивное тело напряжено под дорогим черным костюмом. Наконец, его руки приходят в движение. Всегда.

– Я знаю. – Я медлю секунду, прежде чем сжать его плечо. В моем характере нет склонности к физическим проявлениям привязанности, но сейчас, когда мы стоим на краю пропасти – либо победы, либо полного краха, – это кажется правильным. Он удивленно моргает. – И еще, брат… сам тоже останься в живых. Ты нужен ей.

Он отводит взгляд, но сухо кивает.

Мы догоняем остальных, которые остановились подождать нас у входа в вокзал. Неоновые огни города окрашивают их лица в резкие красные и фиолетовые тона – так непохоже на мягкое сияние Сурхиира. Над городскими джунглями в свете полной луны доминирует анимированная вывеска клуба «Альфа Альф».

Очевидно, это главная местная достопримечательность. Огромная шпилька туфли, в бесконечном цикле втаптывающая в землю голову оскалившегося волка. При каждом ударе у волка вываливается язык, а глаза закатываются. Тонко, ничего не скажешь.

Впрочем, какой бы безвкусной она ни была, именно полное отсутствие такта позволило мне собрать столько информации, сколько я имею, так что кто я такой, чтобы жаловаться? Остается только надеяться, что Ворон не преувеличивал, говоря, что Монти Филч пунктуален и предсказуем. Из-за всего, через что нас заставила пройти наша домашняя змея, мы пропустили дату, которую он рекомендовал. То, что нам пришлось перенести всё на следующий вторник – риск, но теперь, когда у нас есть новая база, куда можно вернуться, если его здесь не окажется, мы сможем просто свалить на хрен и попробовать в другой раз. Теоретически, по крайней мере.

Ненавижу то, что всё так подвешено в воздухе. Желудок скручивает, когда я выхожу вперед и мы направляемся через переполненные улицы. Каждое инстинктивное чувство орет, что мы идем в ловушку. Что нам нужно схватить Айви и бежать, найти безопасное место и затаиться. Но мы не можем. Во-первых, она нам этого никогда не простит.

Я заставляю себя дышать ровно, излучая спокойную уверенность, ожидаемую от богатого вожака стаи. Мы продумали все варианты. Мы подготовлены настолько, насколько это возможно. Но когда я вижу, как рыжие волосы Айви ловят блики неона, как её маленькая фигурка кажется крошечной рядом с окружающими её альфами, я не могу отделаться от ледяного ужаса, сжимающего когтями моё сердце. Он впивается в меня и шепчет, что мы вот-вот потеряем всё.

Я просто молюсь, чтобы Призрак оказался достаточно быстрым, если до этого дойдет.

Я веду стаю по залитым неоном улицам, сохраняя размеренный и уверенный шаг вопреки дурным предчувствиям. Вокруг нас город пульсирует аляповатой роскошью, которая едва прикрывает грязь. Трудно подавить привычку сканировать пространство на наличие угроз, как я обычно это делаю. Нужно действовать деликатно. Мы должны быть богатыми альфами, а не закаленными в боях солдатами. Эта грань кажется тонкой, как бумага.

– Гляньте на это гребаное место, – ворчит рядом Виски, снова оттягивая воротник. – Хочется помыться сразу, как только по нему пройдешь.

– Хватит дергаться, – шипит Чума. – Ты привлекаешь внимание.

Он прав. Несколько прохожих уже бросают на нас любопытные взгляды. Нам нужно лучше вжиться в роли.

Всё это и так достаточно опасно с меченой омегой, не говоря уже о немеченой. На Айви нанесен спрей, подавляющий её запах ровно настолько, чтобы не было очевидно, будто мы что-то скрываем, но пара альф уже косятся в её сторону.

Я не хотел поднимать эту тему с Айви перед миссией. Боялся, что она почувствует давление. Что она примет наши метки только ради нашей безопасности. Защищать её – значит не только оберегать её жизнь. Это значит уважать её право выбора. И когда – если – она позволит нам пометить её, я хочу, чтобы это было по-особенному. Она заслуживает только этого.

Краем глаза я замечаю движение. Группа альф, явно пьяных, вываливается из ближайшего бара. Их взгляды фиксируются на Айви, ноздри раздуваются, и мои руки в карманах сжимаются в кулаки. Кажется, сегодняшний вечер закончится тем, что я кому-то вырву позвоночник, да?

Но прежде чем я успеваю отреагировать, Валек плавно перекрывает им обзор, его белый костюм сияет под огнями неона. Небрежная угроза в его позе заставляет их передумать насчет того, что они там замышляли. По крайней мере, эти способны пользоваться головой на плечах, а не той, что в штанах.

«Альфа Альф» становится ближе с каждым шагом, эта уродливая неоновая вывеска отбрасывает искаженные тени на мостовую. Мышцы напрягаются, когда мы подходим к входу, где очередь из нарядно одетых гостей растянулась на целый квартал. Нам придется идти прямиком к VIP-входу.

Это первое настоящее испытание. Айви мягко касается моей руки. Успокаивает меня. И мне стоит огромных усилий не коснуться её в ответ. Не быть, блять, настолько очевидным.

Глава 32

АЙВИ

Я опускаю глаза, когда мы подходим к VIP-входу, подавляя каждый дикий инстинкт, кричащий мне оскалить зубы на альф, мимо которых мы проходим. Их голодные взгляды скользят по мне, словно масло, отчего кожа под шелком платья идет мурашками.

Но я не могу реагировать. Не могу подать ни единого знака, что я – нечто иное, нежели изнеженная, хорошо выдрессированная омега.

Неоновая вывеска наверху отбрасывает жуткое красное сияние на всё вокруг, заставляя тени плясать, словно живые существа. Шпилька, раз за разом раздавливающая волчью голову, впечатывается в сетчатку – слишком прямолинейная метафора того, что олицетворяет это место.

Власть. Доминирование. Сильный давит слабого.

Мало же они знают о том, каких волков впускают сегодня в свои двери.

Мои альфы движутся вокруг меня в идеальном строю – живой щит между мной и остальным миром. Тэйн ведет нас с той естественной властностью, которая внушает уважение без малейших усилий. Чума и Виски прикрывают меня с флангов, а Призрак и Валек замыкают шествие.

Мы здесь все хищники. Просто одеты лучше обычного.

Вышибала огромен; его лысая голова блестит в красно-фиолетовом неоновом свете. Лицо напоминает мне бульдога – сплошные брыли и вечная гримаса недовольства. Он едва поднимает взгляд от своего планшета, когда мы приближаемся, явно привыкнув иметь дело с элитой.

– Имя? – бурчит он голосом, похожим на скрежет гравия.

– Стая Адлер, – плавно отвечает Тэйн. Вымышленное имя слетает с его губ с заученной легкостью. – Нас ждут.

Сердце пропускает удар, пока вышибала молчит. Но я сохраняю на лице маску тщательного безразличия. Изнеженная омега не стала бы беспокоиться о том, впустят ли её в клуб. Для них это, вероятно, просто очередной вторник.

Затем вышибала кивает. Он даже не смотрит на нас как следует – слишком скучающий или слишком пресыщенный, чтобы ему было не плевать.

– Проходите.

Металлодетектор, через который мы проходим, не издает ни звука благодаря нашему сурхиирскому оружию. Я чувствую вес клинка из углеволокна, пристегнутого к бедру под платьем. Надеюсь, мне не придется его использовать.

Когда мы проходим мимо вышибалы, я улавливаю обрывки разговоров из очереди. Богатые альфы жалуются на ожидание, хвастаются своими последними «победами», обсуждают сделки на суммы, которые я даже не могу себе представить. Их голоса пропитаны высокомерным превосходством, от которого меня тошнит.

Это люди, которые думают, что владеют миром. Которые думают, что владеют такими, как я.

Желание показать им, как сильно они ошибаются, жжет в груди, но я сглатываю его. Сегодня речь не о мести. Речь о сборе разведданных. О поиске рычагов давления, которые мы сможем использовать, чтобы разрушить коррумпированную систему, позволяющую всему этому существовать.

И всё же трудно не представлять, как приятно было бы увидеть их шокированные лица, когда «беспомощная» омега оттяпает им еще несколько пальцев.

Мы идем всей стаей в гардеробную. Стены здесь увешаны зеркалами, чьи отражающие поверхности бесконечно множат наши образы, отчего голова идет кругом. Это похоже на сон. Плохой сон.

Я замечаю, как Призрак напрягается рядом со мной; его массивное тело костенеет при виде своего отражения, повторяющегося снова и снова, хотя большая часть его шрамов скрыта черным шарфом. У меня сжимается сердце.

Я ласково толкаю его локтем – единственное, чем я могу рискнуть под прицелом камер. Они здесь даже не скрыты. В каждом углу висит по одной, мигая красными огоньками. В ответ он издает тихий рокот.

Тэйн достает кейс с нашими масками; его движения точны и выверены.

– Помните, – тихо говорит он, – как только мы их наденем, мы станем другими людьми. Мы обязаны ими стать.

Я киваю, принимая от него свою маску белого кролика. Тонкая золотая филигрань ловит приглушенный свет, заставляя алые языки пламени вокруг глаз оживать. Закрепив её, я ловлю свое отражение в одном из зеркал.

Маска преображает меня. Я выгляжу так, будто действительно принадлежу к этому логову богатых монстров. Мои дикие рыжие волосы идеально обрамляют маску, а темно-синее платье облегает фигуру так, что в этом читается привилегированность, а не борьба за выживание. Я действительно выгляжу как та избалованная омега, которую изображаю.

Вокруг меня мои альфы надевают свои маски.

Чума надевает свою черную маску первым; крошечные камни ловят свет, как звезды в бесконечной пустоте. Она подходит ему идеально. Элегантная и загадочная, с легким намеком на опасность. То, как мерцают камни, напоминает мне ночное небо над Сурхииром.

Белоснежная маска Тэйна закрывает его глаза и переносицу, каким-то образом делая его еще более эффектным, чем обычно. Она простая, но властная – привлекает внимание, не раскрывая ничего. Совсем как он сам.

Переливчатая маска-змея Валека ловит блики света, пока он поправляет её; кажется, что чешуйки шевелятся.

– Вот это я понимаю-с-с-с, – мурлычет он, намеренно растягивая звук «с».

– Серьезно? – сухо спрашивает Чума.

– Что? Я вхожу в образ.

Я поворачиваюсь, чтобы помочь Призраку с его угольно-черной волчьей маской, но он уже закрепляет её сам, не отрывая взгляда от пола, чтобы не видеть зеркал. Гладкие, угловатые черты маски полностью скрывают его шрамы и острые зубы. Ему очень идет. Он похож на величественного оборотня.

– Ты выглядишь потрясающе, – нежно говорю я ему. Его голубые глаза встречаются с моими через прорези маски, и я вижу, как напряжение немного покидает его плечи.

Он знаками отвечает мне: Ты тоже.

– Если мы закончили любоваться собой, – говорит Тэйн, хотя его голос звучит мягко, – нам пора двигаться.

– Зажжём, – бросает Виски. Кажется, ему всё это в радость больше всех: он ухмыляется под своей маской демонического быка, несмотря на напряжение, сгущающееся над нами, как грозовая туча.

Может, я и ошиблась. Мы не волки в овечьей шкуре. Мы волки в волчьей шкуре.

Я расправляю плечи перед зеркалом. Пора играть свою роль.

Гардеробная открывается в тускло освещенный коридор, отделанный черным мрамором. Наши шаги гулко отдаются от полированного камня, пока мы углубляемся в недра клуба. Басы из главного зала прошивают пол, вибрируя в моих костях.

Я держу взгляд опущенным, но замечаю всё вокруг настолько остро, что волоски на затылке встают дыбом. Камеры, спрятанные в вычурных светильниках. Вооруженная охрана с расслабленной походкой, несмотря на костюмы и штурмовые винтовки на груди. Запасные выходы, помеченные светящимся красным. Старые привычки умирают последними.

Массивная фигура Виски закрывает меня от обзора, когда мимо проходит другая группа; их шумный хохот отскакивает от стен. Низкое рычание Призрака едва слышно за музыкой, но я чувствую его своей грудью. Они все на взводе так же, как и я. Может, я просто лучше это скрываю.

Мы доходим до еще одних дверей, у которых стоят двое охранников в костюмах. Они бегло осматривают нас, прежде чем отступить. Двери распахиваются, выпуская волну звуков и запахов, которая едва не сбивает меня с ног.

«Альфа Альф» обрушивается на мои чувства. Пульсирующая музыка вибрирует в костях, а стробоскопы окрашивают всё в резкие неоновые цвета. Огромная центральная сцена доминирует на главном этаже – там исполнители в затейливых костюмах извиваются под грохочущий ритм. Множество уровней возвышаются над нами, как круги ада, каждый обещает еще более эксклюзивные развлечения. Приватные ложи тянутся вдоль стен; их тонкие занавески почти не скрывают происходящее внутри.

А затем по мне бьют запахи, отчего в ушах начинает звенеть. Они смешиваются в отвратительный букет. Сладкий пар вейпов, дорогие духи, едкая вонь пота и возбуждения. И поверх всего этого – приторный искусственный душок, похожий на жвачку. Подняв взгляд, я вижу туман, валящий из вентиляционных отверстий и подсвеченный пульсирующими огнями.

И куда ни глянь – везде альфы. Все ищут очередную дозу адреналина, очередную победу. Никто из них не подозревает, что в их двери только что вошли настоящие хищники.

Мы внутри. Теперь начинается настоящая охота.

– Что это за запах? – бормочу я Чуме, пока мы продвигаемся вглубь клуба, стараясь говорить как можно тише. Он наверняка знает об этом больше всех.

Он наклоняется ближе.

– Специализированные благовония, маскирующие феромоны, – тихо объясняет он. – Их закачивают через систему вентиляции.

– Зачем? – спрашиваю я, хотя не уверена, что хочу знать ответ.

– У этого две цели, – продолжает он, пока мы пробираемся к одной из приватных лож. – Во-первых, это усиливает возбуждение. Делает всех более… восприимчивыми. Но что важнее – это не дает альфам почуять запах омеги, от которого они теряют голову.

Мои глаза расширяются под маской кролика.

– Ты имеешь в виду…

– Нельзя допустить, чтобы в таком месте альфа стал одержим запахом конкретной омеги, – вставляется Виски с тихим смешком. – Всё бы превратилось в гребаный хаос, очень гребаный и очень быстро.

– Удобно, – сухо замечаю я, глядя, как мимо проносится явно пьяный альфа в сопровождении двух альф-женщин, разодетых в кожу с ног до головы. Омега в сложном костюме павлина танцует в хрустальной клетке неподалеку; её движения почти гипнотичны, а внизу под ней кишат альфы.

– Эй, я не жалуюсь, – ворчит Виски. – Нам только не хватало какого-нибудь богатого мудака, который решит, что нашел свою настоящую любовь посреди всего этого дерьма.

Он прав, конечно. От искусственной сладости у меня свербит в носу, но, вероятно, это единственное, что сдерживает здесь начало тотальной войны. Я видела, что случается, когда альфы начинают делить омег, которых считают своими.

Когда мы проходим мимо одной из премиальных лож с полуприкрытыми занавесками, Валек замирает. Всё его тело каменеет, когда он смотрит внутрь. Остальные альфы следуют за его резким взглядом.

– Ох, да вы издеваетесь, – рычит Чума.

Там, развалившись на пышных бархатных подушках во всем своем щегольском великолепии, сидит поджарый альфа с гривой светлых волос и маской в виде золотого лица ворона. Он раскинулся на коленях у массивного мужчины-альфы в позолоченной маске медведя, которая ему очень идет. А пышнотелая омега с текучими темными волосами и маской лебедя кормит его виноградом, пока он покоится головой на её мягком животе и бедрах.

– Что ж, – тянет Валек. – Это… неожиданно.

Тот резко вскидывает голову на голос Валека, шок мелькает в чертах его лица, которые видны под маской.

– Дорогие мои, – хрипит он. – Так рад видеть вас такими… живыми. Я волновался, когда услышал, что Совет назначил награду за ваши головы. – Его взгляд переходит на меня, в нем мелькают любопытство и восхищение. Мне это совсем не нравится, несмотря на то, что он похож на прекрасного падшего ангела. – И маленькая омега. Неудивительно, что они уточнили: вы нужны им невредимыми.

Призрак собственнически рычит у меня за спиной, и остальные смыкают ряды вокруг меня.

– Да, я уверен, ты места себе не находил от волнения, – монотонно произносит Чума.

Я наблюдаю, как альфа высвобождается из путаницы конечностей с удивительной грацией, оставляя своих спутников развлекать друг друга. Он затягивает пояс своего шелкового белого халата на поджаром животе, но тонкая ткань всё равно абсолютно ничего не оставляет воображению.

– В любом случае, вы здесь. Лучше поздно, чем никогда, – мурлычет он, поправляя одежду. – Должен сказать, вы весьма недурно принарядились. – Он обводит рукой порочную обстановку вокруг. – Добро пожаловать в мой вертеп беззакония.

– Ты владеешь этим местом? – рычит Валек, и его серебряные глаза опасно вспыхивают за маской змеи.

– Кто это? – шепчу я Чуме.

– Ворон, – отвечает Чума, и в его голосе сквозит неприкрытое презрение. – Наш информатор.

Губы Ворона изгибаются в самодовольной ухмылке, из-за которой он тут же взлетает на вершину моего списка самых нелюбимых людей.

– Разумеется. Как иначе, по-вашему, я добываю столь надежные сведения? Люди склонны… расслабляться в заведениях подобного рода.

Мои альфы настолько напряжены, что я начинаю опасаться – сейчас всё к чертям взорвется. Ногти Валека впиваются в его ладони, и я знаю, что он просчитывает, как быстро сможет преодолеть расстояние между ними. Сколько секунд ему потребуется, чтобы сомкнуть пальцы на горле Ворона и задушить его нахер.

– Лживая ты змея, – шипит Валек, делая угрожающий шаг вперед. – Всё это время строил из себя невинного информатора…

– Но-но-но, – поучает Ворон, помахивая пальцем. – Я бы очень хорошо подумал над следующим шагом. Видите тех джентльменов у бара? И тех прелестных леди возле сцены? Не говоря уже о десятках других, которых вы не видите… – Он улыбается во весь рот, обнажая зубы. – Они здесь не только ради атмосферы.

Я сканирую зал, подмечая стратегически расставленных охранников, на которых он указывает. Теперь они все смотрят на нас, их руки замерли возле скрытого оружия.

– Вы окружены, – любезно продолжает Ворон. – И хотя я уверен, что вы смогли бы уложить немало из них, это несколько противоречит цели вашего маленького внедрения, не так ли?

Рука Тэйна стреляет вперед, хватая Валека за предплечье прежде, чем тот успевает броситься в атаку.

– Отставить, – рычит он.

– К тому же, – добавляет Ворон, изучая свои безупречно ухоженные ногти, – я предоставил ровно то, что обещал, разве нет? Информация о дорогом Монти была весьма точной.

– Я должен выпотрошить тебя прямо здесь, – выплевывает Валек.

– Но ты этого не сделаешь, – говорит Ворон с бесящей уверенностью. – Потому что я вам нужен. И потому что мое убийство обрушит всю эту операцию вам на головы прежде, чем вы вообще начнете. Вы опоздали, знаете ли. На целую неделю опоздали.

– Нас задержали, – рычит Тэйн, бросая многозначительный взгляд на Валека.

Ворон улыбается.

– Стало быть, я не единственная змея в вашем окружении?

Призрак издает низкое, непрерывное рычание. Я наблюдаю за этой безмолвной войной, разыгрывающейся между ними. Но Ворон прав. Мы не можем позволить себе раскрыться сейчас. Не тогда, когда мы так близки.

– Кроме того, – продолжает Ворон, – если бы я хотел вас подставить, неужели вы думаете, что вы бы прошли через эти двери невредимыми? Вы весьма заметны, даже в маскировке.

Это вызывает низкий рокот неохотного признания со стороны остальных.

– Где он? – спрашивает Тэйн; его голос натянут от едва сдерживаемой ярости.

Улыбка Ворона становится шире.

– Верхний этаж, приватная комната номер три. Как я и говорил, он само совершенство в плане пунктуальности. В отличие от вас. Наш Монти – раб своих привычек. – Он заговорщицки наклоняется ближе. – И, между нами говоря, у него весьма… специфические вкусы. Те самые, что делают его особенно уязвимым для шантажа.

– Если ты лжешь… – начинает Валек, но Ворон прерывает его смехом.

– Умоляю. Чтобы я с этого получил? – Он пренебрежительно машет рукой. – Я бизнесмен. Информация – моя валюта, и я всегда поставляю качественный товар. – Его глаза блестят за вычурной маской. – К тому же, наблюдать за тем, как вы, ребята, разбираете Совет по частям, куда интереснее любого шоу, которое я мог бы здесь устроить.

Я чувствую, как Чума напрягается рядом со мной.

– А что будет после того, как мы уйдем? – осторожно спрашивает он. – Что помешает тебе предупредить их?

– Дитя моё, – тянет Ворон, – если бы я хотел их предупредить, они бы уже знали, что вы здесь. Нет, я предпочитаю наблюдать за тем, как разворачивается хаос, с безопасного расстояния. – Он бросает взгляд на запястье, проверяя замысловатые золотые часы. – Кстати говоря, вам стоит поторопиться. Монти склонен… заканчивать свои дела довольно быстро, если вы понимаете, о чем я.

Челюсть Тэйна сжимается, но он коротко кивает.

– Двигаемся, – бросает он нам, уже направляя группу к винтовой лестнице, ведущей на верхние уровни.

– О, и еще кое-что, – окликает нас Ворон. Когда мы оборачиваемся, его лицо теряет часть игривости. – Постарайтесь не убивать слишком много моих сотрудников, ладно? В наши дни так трудно найти хорошую прислугу.

Я успеваю бросить на него последний взгляд, прежде чем мы уходим. Он уже направляется обратно в свою ложу, где его ждут на мягких подушках альфа и омега. Для него это просто очередная ночь разврата. Но для нас на кону стоит всё.

Пока мы поднимаемся по лестнице, я не могу отделаться от чувства, что мы ввязываемся в нечто более масштабное, чем кто-либо из нас предполагал. Но пути назад нет.

Пора поймать этого члена Совета.