Текст книги "Избранные романы: Трудный путь. Волшебный час. Просто, как смерть. Чудо в Андах."

Автор книги: Кристин Ханна

Соавторы: Питер Джеймс,Ли Чайлд,Нандо Паррадо
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 37 страниц)

Глава двенадцатая

Ричер взял винтовку на изготовку. Какой смысл иметь оружие, если его нельзя мгновенно пустить в ход? Он застыл на месте. Напряженно прислушался. Ничего не услышал.

Лейн, подумал он.

Он не удивился. Удивление – удел любителей, а Ричер был профессионалом. Он просто отошел от дома. Чтобы в него труднее было целиться и чтобы увеличить угол обзора. Во всех окнах было темно, только в кухонном играл слабый отблеск. Догорает камин. Парадная дверь была закрыта. Около нее виднелся силуэт «мини-купера». Машина осела на нос.

Он подошел, наклонился к переднему бамперу и потрогал шину. Обрывки резины и длинный завиток острой колючей проволоки. Он осторожно прокрался к другой стороне. Та же картина.

Машину с передним приводом полностью вывели из строя.

Он направился к парадной двери. Она была закрыта, но не заперта. Он повернул ручку и толкнул дверь. Поднял винтовку. В доме было темно. Чувствовалось, что никого нет. Ричер заглянул в кухню. Все в точности так, как он оставил, только люди исчезли.

Он включил фонарик и сунул в левую руку между ладонью и стволом винтовки. Проверил все помещения первого этажа. Ни души.

Прокрался вверх по лестнице. Первая комната явно принадлежала Джейд. Постель была разобрана и смята. Самой девочки не было.

Второй была комната Джексонов. Там стоял туалетный столик, заваленный косметикой. Фотография девочки в рамке, не Джейд. Мелоди, предположил Ричер. На одном из ночных столиков лежал каталог экскаваторов с обратным ковшом. Джексон читает на ночь.

Джексона не было.

Следующая комната была спальней Кейт и Тейлора. Старая двуспальная кровать, дубовый ночной столик. Никаких украшений, как полагается в комнате для гостей. На комоде фотография – Кейт и Джейд. Оригинал, не копия. Без рамки.

Он двинулся дальше. И замер посреди коридора.

На полу были следы крови.

Маленькая тонкая линия длиной сантиметров в тридцать, словно плеснули краской, как если б дернулась рука. Ричер принюхался и уловил слабый запах пороха. Он посветил фонариком в конец коридора и увидел открытую дверь ванной, а за ней в задней стене на уровне груди – разбитую кафельную плитку.

Значит, хотя бы один человек ранен, подумал Ричер. Он осторожно спустился вниз и вышел в ночь.

Он обошел дом по часовой стрелке. В дальних сараях царили мрак и покой. Старый «лендровер» стоял осевший. Ричер не сомневался, что так и будет. Четыре проколотых шины. Он миновал машину и остановился у южной стены под фронтоном. Выключил фонарик и уставился в темноту.

Как это случилось?

Он полагался на Полинг, так как знал ее, и полагался на Тейлора с Джексоном, хотя и не знал их. Три профессионала. Усталые, но надежные. С точки зрения нападающих, подход к дому долог и смертельно опасен. Ричер должен был увидеть четыре изрешеченных пулями тела и остатки автомобиля.

Однако не увидел. Почему?

Их внимание отвлекли, заключил он. Ответ, как и раньше, содержали рисунки Джейд. Животные в сараях. Кейт говорила, что девочка плохо спит. Ричер представил, как это было. Джейд проснулась, возможно, около полуночи и выбежала из дома в темноту, где, как ей казалось, бояться нечего. Четверо взрослых бросились следом. Паника, поиски – и те, кто за ними наблюдал, незаметно подкрались. Тейлор, Джексон и Полинг боялись стрелять, чтобы не угодить друг в друга или в Кейт или Джейд.

Лейн узнал свою падчерицу.

И собственную жену.

Ричер вздрогнул, по телу его прошла резкая судорога. Он включил фонарик, направил луч на землю и дошел до подъездной дороги. Миновав первый изгиб, он побежал. Куда – он и сам не знал.

Перес поднял на лоб прибор ночного видения и произнес:

– Оʼкей, Ричер ушел.

Эдвард Лейн кивнул и приказал Пересу:

– Найди телефон, позвони в «Герб епископа». Скажи остальным, чтоб мотали сюда.

– Но машина у нас, – сказал Перес.

– Пусть идут пешком.

– А Ричер, знаете ли, вернется, – сказал Джексон. Он был единственным, кто мог говорить, хотя его лицо было сильно разбито там, куда пришелся удар Лейна.

– Знаю, что вернется, – сказал Лейн. – Самое плохое, что может с нами случиться, – он отмахает девять километров на восток, ничего не найдет и потопает назад. Это займет у него четыре часа. К тому времени вас не будет в живых. Он сможет посмотреть, как умрет ребенок, а затем мисс Полинг. Потом я убью его самого. Медленно.

– Вы сумасшедший, – сказал Джексон.

– Я сердитый и, по-моему, имею на это право.

Перес ушел.

Ричер пересек второй изгиб дороги. Замедлил бег. И вовсе остановился.

Выключил фонарик. Стоял и пытался сосредоточиться на последовательном образе того, что успел заметить.

В грязи отпечатались следы покрышек. Три набора следов.

Первый – старого «лендровера» Тони Джексона.

Второй – отпечатки шин «мини-купера».

Третий след – большого тяжелого автомобиля, ясные отпечатки новых с иголочки покрышек. Какие положено иметь арендованной «тойоте-лендкрузер».

Один двойной след. В одном направлении.

Лейн находился на ферме.

Лейн еще раз наотмашь ударил Джексона карманным фонарем. Джексон свалился.

Лейн подошел вплотную к Кейт и посмотрел ей в глаза. Зажег фонарь и подставил ей под подбородок, направив луч вверх, так что прекрасное лицо превратилось в жуткую карнавальную маску.

– «Пока смерть не разлучит нас», – произнес он. – Я серьезно воспринимаю эти слова.

Кейт отвернула голову. Лейн схватил ее за подбородок свободной рукой и повернул лицом к себе.

– «Всех да оставит и прилепится к одному», – произнес он. – Я и эти слова воспринял серьезно.

Кейт закрыла глаза.

Ричер дошел до конца подъездной дороги, перешел через мост и свернул к востоку на шоссе, прочь от фермы. Его фонарик продолжал гореть. Он хотел, чтобы те видели, как он уходит. Видели через ночные очки маленькую удаляющуюся призрачную фигурку.

Он прошел на восток метров двести и выключил фонарик. Свернул под прямым углом, направился косогором на север, спустился в межевой ров и пробрался по дну к противоположному склону, держа винтовку высоко над головой в одной руке. Вылез и быстро побежал точно на север.

За две минуты он одолел четыреста метров и остановился перевести дыхание. Поставил переводчик на одиночные выстрелы, прижал приклад к плечу и двинулся вперед. К сараям.

Эдвард Лейн все так же стоял лицом к лицу с Кейт.

– Полагаю, ты спала с ним не один год, – произнес он.

Кейт молчала.

– Ты, надеюсь, пользовалась презервативами. От такого парня можно подцепить что угодно.

Он ухмыльнулся – ему в голову пришла новая мысль. Шутка.

– А то, чего доброго, и забеременеть.

В ее полных ужаса глазах что-то мелькнуло.

– Ты беременна, – сказал он. – Ты и вправду беременна? Меня не обманешь.

Он положил ладонь на ее живот, и она попыталась вдавиться спиной в столб, к которому была привязана.

– Нет, это просто невероятно. Ты умрешь с ребенком от другого мужчины в утробе.

Лейн повернулся к ней спиной. Замер, снова повернулся лицом и сказал:

– Этого я не могу допустить. Будет несправедливо. Сперва мы его удалим.

Кейт закрыла глаза.

– Тебе так и так умирать, – заметил Лейн тоном самого здравомыслящего человека на свете.

Ричер знал, что они в сарае. Где еще им спрятать большую машину? Он также знал, что тут пять сараев.

Он начал с ближайшего, надеясь, что ему повезет. Не повезло. Ричер прижался ухом к щели между досками и прислушался, напрягая слух. Ни звука.

Но со вторым повезет, понадеялся он. Однако во втором сарае было так же темно и тихо, как в первом. Он двинулся во мраке к трем сараям, расположенным по периметру двора. И встал как вкопанный.

Потому что краем глаза заметил в доме свет и движение.

Лейн повернулся к Грегори и сказал:

– Нужен операционный стол. Найди что-нибудь плоское. И включи фары, я должен видеть, что делаю.

Ричер бесшумно скользнул к черному ходу. Подождал. Через дверь он услышал голос с испанским акцентом. Перес говорил по телефону. Ричер перевернул винтовку, обхватив цевье.

И стал ждать.

Через две минуты Перес вышел из дома и повернулся закрыть за собой дверь. Ричер ударил с размаху, угодив Пересу прицелом в висок. На землю тот повалился уже мертвым.

Лейн обернулся к Аддисону и приказал:

– Ступай выясни, какого черта не идет Перес.

– Там Ричер, – сказал Джексон. – Поэтому Перес и не вернулся.

– Что мне прикажете делать? – ухмыльнулся Лейн. – Выйти и его поискать? И не подумаю, потому что в эту самую минуту Ричер уже в Бишопс-Парджитере, идет мимо церкви.

Ричер сидел на корточках перед кухонной дверью, разбирая вещи, какие выронил Перес. МП5К с магазином на тридцать патронов и нейлоновым ружейным ремнем, приспособленным для ведения огня. Карманный фонарь, теперь уже сломанный. Два кухонных ножа – один простой, другой зазубренный.

Ричер сунул один нож в ботинок. Поднял автомат, повесил на левое плечо.

И направился на северо-восток к сараям.

Ричер, один в ночи. Выбравший трудный путь.

Ричер вышел в утоптанный двор. Он представлял собою квадрат со сторонами чуть больше тридцати метров. С севера, востока и юга его замыкали сараи. Все три имели высокие задвижные двери, черепичные крыши и обшитые досками стены. При свете звезд доски казались блекло-серыми.

Было невозможно сразу определить, в каком из сараев люди.

Ричер замер. Скорее всего, в северном или восточном – туда удобнее загнать машину. Медленно и бесшумно он пересек двор и очутился у ближнего левого угла северного сарая. Обогнул его по часовой стрелке.

Вышел он к правому переднему углу. Прокрался вдоль передней стены и прижал ухо к зазору между дверью и стеной. Ничего не услышал, не увидел ни лучика света.

Не здесь, подумал он.

Он повернулся и бросил взгляд на восточный сарай. Должно быть, там. До сарая оставалось шесть метров, когда его дверь скользнула в сторону и наружу вырвалась полоса яркого голубого света с метр шириной. Значит, внутри «тойота» с приводом на четыре колеса и включенными фарами. Из сарая вышел Аддисон с висящим на плече автоматом и повернулся прикрыть дверь. Оставив в ней щель сантиметров в пятнадцать, он включил карманный фонарь и направился к дому.

Ричер набрал в легкие воздуха и бесшумно и быстро заскользил следом.

Потом две фигуры растворились во мраке. Остановились. Фонарь со стуком упал на землю. Аддисон запнулся и рухнул: Ричер вспорол ему горло ножом, который выхватил из ботинка.

Аддисон еще дергался на земле, а Ричер уже шел к дому. Вооруженный автоматической винтовкой и двумя автоматами. Сначала он поднялся наверх в хозяйскую спальню. Потом задержался на кухне у камина и столика. Затем вышел из дома и направился к сараям.

Остановился он у восточного сарая. Г36 он забраковал: винтовка делала либо одиночные, либо тройные выстрелы и стреляла недостаточно быстро. Поэтому он положил Г36 на землю и вытащил обойму из автомата Переса. В ней оставалось девять патронов. Перес был у них главным убийцей, стало быть, обойма Аддисона должна быть все еще полной. Так и оказалось. Ричер вставил обойму Аддисона в автомат Переса. Заведомо полную обойму – в заведомо исправный автомат. Разумная мера для того, кто намерен пережить следующие пять минут. Он сделал глубокий вдох и выдох.

Представление начинается.

Он уселся на землю спиной к приоткрытой двери. Разложил то, что принес из дома, – ясеневый сук длиной с полметра и толщиной с детскую руку, три резиновые кольца и зеркальце в черепаховой оправе.

Зеркальце он прикрепил к суку с помощью колец. Затем лег на землю и левой рукой стал сантиметр за сантиметром продвигать сук к щели. Он манипулировал суком, пока в зеркальце не появилось четкое отражение того, что было внутри.

Отражение показало, что сарай квадратный и основательно выстроен – деревянные столбы подпирали коньковый брус и укрепляли несущие балки. Столбов было двенадцать, к пяти привязаны люди. Ричер увидел в зеркальце слева направо Тейлора, за ним Джексона, Полинг, Кейт и Джейд. Руки у всех были заведены назад, кисти связаны за столбами. Лодыжки связаны вместе, рты заклеены лентой – у всех, кроме Джексона. Но у того рот представлял собой сплошную рану.

Ранен был Тейлор. В правое предплечье. Рукав его рубашки сильно намок от крови. С Полинг на первый взгляд было все в порядке. Кейт была белой как мел и стояла с закрытыми глазами. Джейд соскользнула по столбу, ее голова свесилась вниз. Вероятно, потеряла сознание.

«Тойота» стояла слева в глубине сарая, багажником к задней стене. Ее фары горели в полную мощь.

Грегори возился с большой плоской панелью, видимо, со старой дверью. Он поставил ее вертикально и рывками передвигал по полу.

Лейн стоял лицом к двери в центре сарая, правой рукой сжимая рукоятку автомата, левой поддерживая цевье. Его палец лежал на спусковом крючке. Про Лейна говорили – балансирует на грани безумия. Давно за гранью, подумал Ричер.

Грегори доволок дверь до Лейна и спросил:

– Куда положить?

– Нужны козлы, – сказал Лейн. Он ударил Джексона в ребра носком ботинка: – У вас тут есть козлы?

– В другом сарае, – ответил тот.

– Пошлю за ними Переса с Аддисоном, когда вернутся, – бросил Лейн.

– Они не вернутся, – произнес Джексон.

– Ты меня раздражаешь, – сказал Лейн, но Ричер заметил, как тот поглядел на дверь. Понял Ричер и то, чего добивается Джексон, – пытается направить внимание Лейна за стены сарая. Пытается выиграть время.

Затем Ричер услышал, как Лейн подошел к двери и крикнул:

– Ричер, вы там?

Ричер ждал.

– Ричер? Вы там? Тогда слушайте. Через десять секунд я прострелю Джексону бедренные артерии. Он умрет от потери крови.

Ричер ждал.

– Десять, – проорал Лейн. – Девять. Восемь. – Его голос звучал глуше, по мере того как он шел в глубь сарая. Затем он повернулся лицом к двери и заорал: – Семь. Шесть. Пять.

Грегори стоял, придерживая старую дверь, чтоб не упала.

– Четыре, – проорал Лейн.

Ричер подумал, не пойти ли на риск потерять Джексона. Из пяти заложников один убитый – нормальное соотношение. В свое время он получил медаль за менее благоприятный исход.

– Три, – проорал Лейн.

Но Джексон нравился Ричеру, к тому же следовало взять в расчет Сюзен с Мелоди. Сюзен, верную сестру. Малышку Мелоди. А еще подумать о Кейт, которая мечтала о новой большой семье, чтоб всем вместе работать на ферме.

– Два, – проорал Лейн.

Ричер бросил зеркальце, вытянул, как пловец, правую руку и уцепился пальцами за край двери. Затем быстро пополз назад, увлекая дверь за собой. Он открыл ее до конца, почти на два метра, оставаясь при этом невидимым.

И стал ждать.

В сарае – молчание. Ричер знал, что Лейн вглядывается в бесконечную тьму. Знал, что тот напрягает слух, пытаясь в тишине что-то расслышать. Древнейший из атавистических страхов: там что-то есть.

Ричер услышал глухой удар – Грегори выпустил дверь. Пришло время побегать. Лейн изнутри увидел, что дверь сарая скользнула справа влево – кто-то ее потянул. Стало быть, этот кто-то находился снаружи и слева. Ричер встал, повернулся и побежал вокруг сарая против часовой стрелки. Девяносто метров, четыре поворота. У него это заняло около тридцати секунд. Спортсмен-олимпиец уложился бы в десять, но спортсмену-олимпийцу не нужно было на финише сделать точный выстрел из автомата.

Ричер по-прежнему был снаружи, но теперь справа.

В сарае – молчание. Ни шороха. Ричер расставил ноги, прислонился к стене левым плечом, поджал локоть и, повернув запястье вверх, свободно положил МП5 цевьем на ладонь. Указательный палец его правой руки уже слегка давил на спуск. Левый глаз был зажмурен, правый совмещал обе точки механического прицела. Он ждал. Услышал легкие шаги по бетонному полу. В метре с лишним по прямой и менее метра левее. Увидел тень в свете фар. Увидел со спины голову Лейна, узкую краюшку вроде молодой луны. Лейн вытянул шею, вглядываясь влево во тьму. Ричер хотел стрелять вдоль стены, чтобы пули не ушли в глубь сарая. Изменив положение автомата, он мог поставить заложников на линию огня. Нужно было дать Лейну подставиться.

И Лейн подставился. Чуть подался вперед, вытянув шею. Подался еще чуть-чуть и попал в прицел. Сперва показался правый край черепа. Затем полголовы. Наконец в прицеле оказался костный нарост на затылке. Точно по центру.

На один миг Ричеру захотелось окликнуть Лейна. Заставить его обернуться. Сказать, почему тот сейчас умрет.

Потом он подумал о поединке. Кто кого. Как диктует ритуал.

Потом он подумал о Хобарте и нажал на спуск.

Странное смазанное мурлыканье вроде стрекота швейной машинки или отдаленного тарахтения остановившегося перед светофором мотоцикла. Но полый глухой звук удара плоти и кости о бетонный пол был явственно слышен, хотя и смягчен форменной одеждой из бумажной ткани и парусины.

Надеюсь, Джейд этого не увидела, подумал Ричер.

Он ступил в открытую дверь. Грегори смотрел влево, хотя поразившие Лейна пули прилетели справа.

– Застрелите его, – сказал Джексон.

Ричер не шелохнулся.

– Застрелите, – повторил Джексон. – Не заставляйте меня объяснять, для чего предназначался этот стол.

Ричер отважился посмотреть на Тейлора. Тот утвердительно кивнул. Ричер взглянул на Полинг. Она тоже кивнула. Тогда Ричер всадил Грегори в грудь три пули.

Уборка заняла остаток ночи и почти весь следующий день. Они договорились не спать, хоть и валились с ног от усталости. Спать отправили только Джейд. Кейт ее уложила и сидела у постели, пока та спала. Девочка быстро потеряла сознание, большую часть происходившего не видела, а остального, похоже, не поняла. Ричер считал, что если в будущем у нее и появятся страхи, то она избавится от них с помощью мелков и бумаги.

Кейт выглядела так, словно побывала в аду. Она долго смотрела на тело Лейна, пока твердо не уверилась в том, что он не поднимется, не оживет, как в голливудском кино. Он был мертв – решительно, окончательно и бесповоротно. И это случилось у нее на глазах. Такая уверенность придавала силы. Она отошла от тела пружинящей походкой.

Тейлору пуля разворотила правый трицепс. Ричер, как сумел, наложил на рану повязку, использовав походную аптечку, но Тейлору все равно требовалась врачебная помощь. Он решил пару дней выждать: не следовало обращаться в травмопункт сразу после ночной заварухи.

Джексон пострадал не так уж сильно: разбитые брови, синяки на лице, рассеченная губа и пара шатающихся зубов. По его словам, в воздушном десанте ему так доставалось не раз.

Полинг была в полном порядке. Когда Ричер перерезал веревки, она сорвала ленту с губ и наградила его крепким поцелуем. Она, похоже, ни минуты не сомневалась в том, что Ричер появится и со всем разберется. Он не знал, правду она говорит или льстит ему, но на всякий случай воздержался от упоминания о том, как едва не бросил их в погоне за призраками и как, к счастью, беглый взгляд на подъездную дорогу чудом включил в его мозгу какой-то синапс.

Обыскав «тойоту», Ричер нашел брезентовую сумку Лейна. Ту самую, что видел у него в «Хилтоне» на Парк-лейн. В ней лежали восемьсот тысяч долларов. Целехонькие. Ричер отдал сумку на хранение Полинг. Затем сел на пол в двух метрах от тела Лейна и привалился спиной к столбу, к которому была привязана Кейт. Он был спокоен. Очередное ночное дело, каких было много в его долгой и полной насилия жизни. Привычное дело. Другие на его месте лихорадочно искали бы себе оправдание, но Ричер лихорадочно обдумывал, куда деть трупы.

Их закопали на поле в пять гектаров у северо-западного угла участка. Джексон разогрел экскаватор и сразу принялся за большую яму – девять метров в длину, три в ширину и столько же в глубину: вместе с телами решили закопать и машины.

Раненого Тейлора освободили от тяжелой работы. Он прочесал участок и собрал все, что сумел найти и что могло послужить вещественным доказательством. Полинг отскребла следы его крови с пола в верхнем коридоре и заменила в ванной разбитую плитку. Ричер запихал тела в «тойоту».

Яму закончили через несколько часов после рассвета. С одного конца Джексон оставил пологий ступенчатый спуск. Ричер съехал по нему в «тойоте», сделав так, что машина с ходу врезалась носом в противоположную земляную стену. Джексон отогнал экскаватор к дому, с трудом доставил «мини» к яме и скатил вниз по спуску. Тейлор бросил в яму свои находки. И Джексон начал ее закапывать.

Ричер сидел и смотрел. В водянисто-голубом небе сияло бледное солнце, высоко висели полупрозрачные облака. Дул теплый ветерок. Ричер наблюдал за работой Джексона, пока земля не накрыла машины. Тогда он поднялся и медленно пошел к дому.

Год спустя в тот же самый день поле стояло припорошенное светлой зеленью только что взошедших озимых. На соседнем поле работали Джексоны – Тони и Сюзен, и Тейлоры – Грэм и Кейт. В доме девятилетние двоюродные сестрицы Мелоди Джексон и Джейд Тейлор любовались братиком Джейд, здоровым пятимесячным малышом по имени Джек.

За пять тысяч километров на запад от Грейндж-фарм, в квартирке на Барроу-стрит, Лорен Полинг читала «Нью-Йорк тайме», прихлебывая кофе. Она пропустила заметку в основном разделе газеты о гибели трех бойцов, недавно прибывших в Ирак по частному контракту. Их фамилии были Бёрк, Грум и Ковальски. Они погибли два дня тому назад, подорвавшись в машине на мине недалеко от Багдада. Зато в разделе городских новостей она прочитала сообщение о том, что кооперативный совет жилого комплекса «Дакота» лишил одного съемщика прав на квартиру, поскольку тот не платил за проживание и коммунальные услуги двенадцать месяцев кряду. При вскрытии квартиры в стенном шкафу с кодовым замком были обнаружены более девяти миллионов долларов.

За десять тысяч километров на запад от Грейндж-фарм, в Сиэтле, штат Вашингтон, Патти Джозеф спала крепким сном в квартире жилого дома на берегу океанского залива. Десять месяцев тому назад она устроилась на новое место – редактором в один журнал – и преуспела благодаря упорству и зоркому глазу, подмечавшему все мелочи. Она встречалась с местным журналистом и была счастлива.

Далеко от Сиэтла, далеко от Нью-Йорка, далеко от Бишопс– Парджитер, в Бирмингеме, штат Алабама, Ди Мари Грациано с раннего утра пришла в больничный гимнастический зал посмотреть, как ее брат начнет ходить с помощью новых металлических тростей.

Никто не знал, где Джек Ричер. Через два часа после того, как экскаватор закончил работу, он покинул Грейндж-фарм, и с тех пор о нем не было слышно.