Текст книги "Дорога Ведьм (ЛП)"

Автор книги: Кейт Эллиот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 36 страниц)

Этого было достаточно, на сегодня. Пока он не повернулся к ней спиной и ушел.

50 БОЛЬШЕ ПОХОЖЕ НА ШУТКУ

Кем не сказал больше ни слова. Его молчание причиняло ей боль, но в то же время успокаивало, солнце взошло и мир сиял. Воздух был свежим и сухим, без малейшего намека на аромат розового масла. Деревья пахли соком и хвоей. Луг зацвел поздними фиолетовыми цветами, у которых листья были в форме веера – гроздья светлых надежд, от которых у нее на сердце стало радостно. Два кролика, пасущиеся в траве, навострили уши и с живым интересом наблюдали, как она и Кем проходят мимо. Они с Кемом не были хищниками, которых боялись грызуны. Затем, взмахнув белыми хвостиками, они умчались в кусты.

И она, и Кем рефлекторно оглянулись, чтобы посмотреть, почему кролики исчезли. Из леса появился призрак, сокращая расстояние, в то время как стражи бежали за ним по пятам, стараясь не отставать от его быстрого шага. Был ли принц прекрасен, когда танцевал, весь в грации и силе? Разве он и так не был прекрасен? Его глаза цвета ивовых листьев, широкий лоб, узкий подбородок и губы, на которых отражалось столько эмоций, словно он сдерживал слова, которые хотел произнести.

Пристальный взгляд призрака нашел ее. Ей пришлось отвернуться и продолжать идти, чтобы не покраснеть и не заикаться, как это делали девушки в пьесах, испытывающие муки первой любви, хотя она никогда не была такой невинной и свободной.

Кем коснулся ее руки, давая понять, что ей следует остановиться, что она и сделала, слегка покраснев и повернувшись назад. Он отступил от нее на шаг, давая принцу возможность подойти.

Тяжесть присутствия призрака ударила в нее, как нечто большее, чем физическое, как треск в воздухе, когда налетает шторм. Он остановился перед ней. Стражи остановились позади. Все держали оружие наготове. Джирви оглядел лесную местность, наложив стрелу на тетиву лука.

– Там кто-то есть? – спросила Элен. Неужели она была так поглощена разговором с Кемом, что забыла об этом? Не отвлекайся!

Симо продемонстрировал несколько обрывков кожаной веревки.

– Мы нашли что-то похожее на временную стоянку для лагеря, обрывки веревки, ракушки и кожуру от еды. Джирви считает, что это было не более суток назад.

– Контрабандисты? – предположила Элен.

– Возможно. – Призрак затенил глаза, чтобы посмотреть вперед. – И все же мне интересно. Мы почти у дороги. Я чувствую ее присутствие своими костями.

– Это прекрасная фигура речи, Ваше Высочество, – сказала Лувиара. – Для любознательного человека.

– Я и есть любознательный парень, – сказал он, насмешливо приподняв брови.

Стражи переглянулись и посмотрели на него. Он слишком расслабился.

– Что вы имеете в виду, ваше высочество? – спросила Элен.

– Да, контрабандисты выбрали бы этот маршрут, если бы направлялись к мосту или обратно. Но как насчет бандитов, которые могут скрываться в этом районе и охотиться на проезжающие фургоны?

– Что-то не так, – сказал Джирви.

Услышав его тихие слова, все огляделись, словно ожидая, что толпа бандитов выскочит из ниоткуда.

– Сколько? – прошептала она, думая о том, как Симо увидел сволтеров, когда они были среди холмов.

Он поднял три пальца.

Подойдя к Симо, призрак проследил за взглядом капитана и хищно улыбнулся. Он указал на себя, Симо, Джирви и Ксилси.

Симо сказал Элен:

– Вы и остальные спрячьтесь за теми деревьями.

Элен не стала спорить. У стражей была подготовка и оружие, которого не было у нее. Помощники-курьеры полагались на свои связи, знания и угрозы интенданта, чтобы избежать неприятностей. Ничего из этого здесь не сработает. Она, Лувиара, Фулмо, Ипис и Кем молча отступили. Ипис выбрала Кема и себя в качестве охранников, следя за другими направлениями на случай, если поблизости будут бродить другие враждебно настроенные люди. Элен забралась на дерево, пытаясь разглядеть все получше.

Долгое время она видела лишь призрака и трех стражей, приближавшихся с разных сторон к скоплению зданий. Вот Джирви на окраине деревни. Вот Симо, скорчившийся у колодца.

Лувиара уставилась на Элен, желая что-то спросить, но зная, что на этот раз ей следует промолчать. Фулмо ждал, не двигаясь, как статуя.

Ипис тихо зашипела; Элен посмотрела в ту сторону и сначала ничего не увидела, но затем в траве что-то шевельнулось: зеленая змея скользнула мимо, казалось, не подозревая, как близко она находится к Ипис, которая стояла совершенно неподвижно, наблюдая за змеей широко раскрытыми глазами.

– Этот вид не ядовитый, – пробормотал Кем. – Это видно по черным точкам на затылке, – и Ипис слегка расслабилась.

Из заброшенной деревни донесся испуганный крик. Элен перевела взгляд в ту сторону как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ксилси с мечом в руке метнулась за полуразрушенный сарай. Из дверей коттеджа выскочил мужчина. В мгновение ока в его плече появилась стрела. Он, шатаясь, бросился вперед, к лесу, но Симо налетел на него сбоку, и они оба рухнули в грязь. Изнутри коттеджа донесся взрыв шума, затем наступила тишина – слишком далеко, чтобы она могла понять, что происходит.

Призрак появился в дверном проеме, отряхивая руки. Симо поднялся, поставив одну ногу на спину упавшего человека, и приложил два пальца к губам. Воздух прорезал резкий птичий крик.

– Пошли, – сказала Ипис.

Они поспешили туда. Судя по плачевному состоянию крыш и стен зданий, деревня пустовала по меньшей мере одно поколение, а возможно, и больше. Когда Элен и остальные прибыли, стражи уже заперли троих мужчин сурового вида в годном для этого коттедже. Элен вошла внутрь, оставив Ипис, Кема, Фулмо и Лувиару снаружи.

Джирви связал последнего из пленников, раненого, и привязал всех троих к тяжелому деревянному столбу. Человек со стрелой в плече был бледен и страдал от боли. У двух других был вид людей, которые очень-очень быстро соображают, что сказать дальше. Они выглядели не такими грязными и худыми, как ожидала Элен, как будто у них было место, где они мылись и ели, как нормальные люди.

Один заявил, воинственно:

– Мы никогда не делали ничего плохого. Мы всего лишь лесорубы.

– Маркированные мешки с пшеницей, репой и сушеными орехами в соседнем сарае говорят об обратном, – возразила Ксилси. – Вы совершали набеги на фургоны с местными продуктами по пути на склад интендантства, верно?

– Вы не сможете доказать, что это были мы, – сказал воинственно настроенный мужчина.

Симо саркастически рассмеялся, поднимая их упавшее оружие: три длинных ножа, копье и два старых меча ополченцев. «Если вы лесорубы, то где ваши топоры?» – весело спросил он. Он выглядел необычайно довольным исходом их стычки.

Элен отодвинула ставню, чтобы пролить свет в полумрак внутри, и увидела мотки веревки и три крепких кожаных мешка, наполовину спрятанных в темном углу. Открыв мешки, она обнаружила в каждом по два тяжелых медных слитка, а кроме того, небольшой мешочек с неотшлифованными драгоценными камнями, шкатулку, набитую яркими перьями редких горных птиц, которые годились для украшения модных шляп, и кожаный мешочек, на котором был выгравирован значок Корпуса Грифонов.

Ксилси сердито присвистнула.

– Пропавший мешочек.

Элен расстегнула клапан.

– Пуст.

Ксилси посмотрела прямо в лицо говорившему мужчине.

– Где вы это взяли? Что случилось с содержимым?

Увидев, что мешки вскрыты, он сжался, растеряв весь свой задор.

– Он пришел вместе с остальным, что нам дали тащить. Мы переносим вещи через пропасть и дальше, вот и все.

– И крадем еду, предназначенную для имперских складов, для зимних пайков. – Ксилси сильно толкнула его ботинком. Он отклонился в сторону, толкнув мужчину со стрелой в плече, который заскулил, а затем замолчал, когда Ксилси перевела взгляд на него.

– Кому вы доставляете товар? – спросил Симо.

Мужчина пожал плечами.

– Мы оставляем его в хранилище. Это все. Мы никогда не видим, кто его принимает.

– Я возьму это, – сказал призрак Элен. Она протянула ему армейский мешочек. Он, в свою очередь, передал его Симо. – Сохраните это как вещественное доказательство, Капитан.

Затем он вышел наружу, и стражи последовали за ним. Лувиара пыталась заглянуть внутрь, но отступила, когда вышли остальные.

– Что вы собираетесь с ними делать, Ваше Высочество? – спросила его собеседница.

– Бандиты – это проблема, которую должна решать интендант этого района, не моя юрисдикция. Фулмо, – он указал на гагаста, – у тебя остался та настойка из морошки? Если мы накачаем их наркотиками, они не смогут вырваться на свободу раньше, чем мы успеем предупредить ближайшие власти, чтобы те забрали их и контрабанду.

Ипис ухмыльнулась и подтолкнула локтем Кема.

– Элегантное решение, Ваше Высочество, – сказала Ксилси. – Достойно стихотворения в винной лавке об иронии судьбы и неожиданном использовании обычных подарков.

Пристальный взгляд призрака скользнул по лицу Элен, затем быстро перешел на остальных.

– Я большой знаток обычных и, следовательно, драгоценных подарков, которые могут прийти без предупреждения и неожиданно.

Элен заглянула в другие пустые коттеджи, такие же заброшенные и медленно разрушающиеся – исчезающие следы жизни, когда-то бурлившей здесь. Потом она пошла вперед, зная, что остальные пойдут за ней. За разрушенной деревней рядами росли айва, груши и яблони, которые, возможно, нуждались в обрезке, но все еще приносили плоды. Выйдя за пределы сада, она увидела дорогу.

Издалека имперская дорога выглядела как невысокая стена, пересекающая сельскую местность. Ее мостовая шла поверх фундамента, сложенного из камня и забутовки, высотой около трех локтей. Обочина дороги была наклонной, а не вертикальной, и по ней легко было подниматься пешком, хотя повозке или экипажу приходилось труднее из-за отсутствия пандусов в деревнях, на перекрестках и Привалах.

Стражи, даже Симо, улыбнулись с облегчением, когда они поднялись по откосу. Ксилси радостно вскрикнула, когда добралась до мостовой наверху.

Ипис станцевала забавный танец, дергая коленками и локтями, потом подозвала к себе Кема и сказала:

– Я научу тебя этому. «Пчела забралась мне под рубашку!» – самая популярная песня винных лавок в этом году.

Под пристальным вниманием молодого стража мрачное выражение лица Кем прояснилось.

Элен ждала у подножия, собираясь с духом. Признак тоже еще не поднялся. Он прикрыл глаза рукой, разглядывая изделие, которое выдержало многие поколения ветров, дождя, снега, жары, гололеда и постоянного движения транспорта.

– Ваше Высочество? – крикнул вниз Симо. – Вам нужна помощь?

Призрак заговорил тихим голосом, не глядя на нее.

– Тебе тоже больно?

– Только когда я иду прямо по мостовой. Это не причинит тебе вреда. Просто больно.

– На это мы должны надеяться, – заметил он. – Может быть, мы поднимемся вместе?

– Это было бы неприлично, Ваше Высочество. Ты должен идти первым – не потому, что тебе или мне не все равно, а потому, что им не все равно.

Он стиснул зубы и вскарабкался на дорожное полотно, где его ждали остальные. Элен вздохнула и последовала за ним. Поскольку остальные не двинулись на север, она остановилась, все еще стоя ногами на откосе, на тихом камне. Она решила подождать как можно дольше, прежде чем ступить на дорогу. Тем не менее, жужжащая дрожь отдавалась в ее костях, заставляя гадюку еще плотнее обвиться вокруг ее сердца, и от этого ощущения у нее перехватило дыхание.

Кем удивленно посмотрел в один конец дороги, потом в другой.

– Здесь нет движения! Я никогда не видел, чтобы на дороге вообще не было движения. Но, мне кажется, к югу от Привала Фарледдер идти некуда.

– Что это? – спросил Ипис, указывая на юг вдоль дороги. – Это повозка? Две повозки?

– Между этим местом и Пятью Мостами есть две деревни, – сказала Элен.

– Бьюсь об заклад, – сказала Ксилси, – эти бандиты только этого и ждали. Погонщикам повезло, что мы появились первыми.

– Повозки! – закричал призрак, как будто скромные транспортные средства были сокровищницей на колесах. – Достойная Собеседница, пойдемте со мной. И Джирви. Остальные остаются здесь.

Он побежал трусцой к повозкам, Лувиара поспешила за ним, чтобы не отстать. Джирви последовал за ними, хотя он больше заботился о своей поврежденной ноге, чем в начале их сегодняшнего перехода.

– Мне кажется, вы были здесь всего один раз, – сказал Симо Элен.

– Да, и я помню, что прошла через обе деревни. Одна называется Ров Гестед, другая – Ров Гесфол. Но я не поэтому знаю, что они там есть, или их названия. Как помощница-курьер, я имею доступ к Залу Карт в Резиденции. Как лояльный провинциальный чиновник империи, пусть даже самый скромный из помощников-курьеров, я считаю своим долгом хорошо разбираться в маршрутах, которые связывают империю воедино. В мои обязанности входит знать все возможные убежища для путешественников, если мне понадобится эта информация самой или для передачи другому курьеру или дворцовому чиновнику. Как сейчас.

Ксилси фыркнула и толкнула Элен локтем, словно давая ей понять, что ее чересчур подробное объяснение было хорошей шуткой, маленькой комаром на носу капитана.

– Я не привык, чтобы надо мной насмехались такие, как вы, – сказал Симо, бросив взгляд на призрака, который, к счастью, был уже слишком далеко, чтобы услышать.

– Я не насмехаюсь, Капитан. Я бесконечно благодарна интенданту за доверие, которое он мне оказал. Поэтому я всегда буду стремиться служить ему.

– Не императрице? – резко спросил Симо.

– Интендант служит императрице, поэтому, служа интенданту, я служу империи и ее императрице, которая стоит намного выше таких, как я. Я всего лишь мелкая рыбешка.

– Мелкая рыбешка с большим ртом, – пробормотал он.

Она прижала руку к сердцу.

– Так мне говорили. Это мой самый большой недостаток.

– Мне нравится твоя откровенность, – сказала Ксилси. – Я выросла в Маноре, где полно людей, которые используют цветистые речи, чтобы сказать что угодно, кроме того, что они думают на самом деле. Чем лучше вы умеете льстить, тем выше сможете подняться. Вот почему я сбежала к стражам, потому что стражи должны быть хороши в своем деле, чтобы эффективно выполнять свои обязанности. А наш славный Симо происходит из более скромного Манора сердца страны, не такого знатного, как мой. И все же он поднялся, чтобы лично сопровождать всевидящее око, нашего милостивейшего и возвышенного принца Гевулина. – Она склонила голову набок. – Принц сам выбрал вас, не так ли, Капитан?

Симо выглядел раздраженным. Вместо ответа он пошел за принцем.

Элен была поражена осознанием того, что во внутреннем рейтинге стражей было несколько уровней. Симо, безусловно, был капитаном этой операции. Но Ксилси происходила из Манора с таким высоким статусом – каким бы он ни был, – что могла говорить все, что хотела, и ее не наказывали за неподчинение или неуважение.

– Что? – спросила Ксилси, глядя на нее. – Я начинаю понимать выражение твоего лица. Ты о чем-то задумалась.

– Хотелось бы надеяться, что я всегда думаю о чем-то, – сказала Элен, заставив Ксилси снова фыркнуть. – Но теперь, когда мы стали подругами, у меня есть вопрос.

Ксилси просияла, как будто никто никогда раньше не называл ее подругой.

– Продолжай!

– Ты когда-нибудь задумывалась, не поставило ли твое высокое происхождение Джирви в трудное положение? Быть любовниками – значит быть близкими, верно? Быть настоящими любовниками – значит быть равными. Что, если твой высокий статус был третьим в вашей постели?

Ксилси, нахмурившись, потерла подбородок.

– Он все еще не сказал мне о помолвке и позволил этому продолжаться, как будто ничего не изменилось. У него есть ребенок. Я упоминала о ребенке? И еще один на подходе!

– Ох. Меня бы это разозлило. Если бы любовник мне не сказал, я имею в виду. Я ничего не знаю о том, как в Манорах заключаются браки.

– Неужели он думал, что я не узнаю? Что я не знаю людей, а люди не болтают?

Элен могла думать только о том, что Джирви, должно быть, женат довольно давно, если у него был один ребенок и на подходе еще один, и если так, то почему Ксилси потребовалось так много времени, чтобы понять это или чтобы ей сказали?

– Да, – осторожно согласилась Элен, – я бы подумала, что люди будут болтать. Только, может быть, не там, где ты сможешь их услышать.

Ксилси задумчиво хмыкнула, затем порывисто вздохнула, явно собираясь пожаловаться еще.

– Вы только посмотрите на это! – воскликнула Ипис, указывая на юг, словно на чудесное спасение.

Подъехали две повозки, теперь уже конфискованные. Джирви сидел в кузове одной из них, в то время как Лувиара, очевидно, решила идти пешком, вместо того чтобы трястись на груде кабачков позднего урожая. Призрак занял место рядом с кучером, который, судя по одежде, был фермером, везущим свою продукцию на рынок в Привал Фарледдер. Казалось, они о чем-то болтали, что привлекло внимание стражей. Волы поводили ушами из стороны в сторону, время от времени беспокойно фыркали, но продолжали послушно брести вперед.

Когда повозки подъехали, призрак объявил:

– Земледелец Мекель и его дядя, Погонщик Несет, с радостью довезут нас до Привала в обмен на защиту. Похоже, в этих краях орудуют бандиты, которые крадут продукты у местных фермеров.

Он встретился взглядом с Элен и кивнул в сторону второй повозки, давая ей понять, что она может ехать в ней, а не идти пешком. Симо подал знак Ксилси идти впереди в авангарде. Элен бросилась ко второй повозке. Дорога впивалась в подошвы ее ботинок, но она бежала, не обращая внимания на боль. Волы тащились довольно медленно, так что было легко ухватиться за борт и перемахнуть через него. В этой повозке были джутовые мешки, набитые до отказа, снаружи усыпанные неочищенным ячменем.

Когда она уселась, погонщик оглянулся на нее. Поскольку Кем и Ипис отстали, чтобы идти в арьергарде, она была единственным пассажиром.

– Да ниспошлют вам удачу Высокие Небеса, Погонщик, – вежливо сказала она.

– Хм. – Это был пожилой мужчина с вытянутым лицом и бесстрастным выражением лица. – Вы не страж.

– Я помощница-курьер из Привала Орледдер.

– Это действительно принц? – спросил он. – Или эти стражи просто смеются над нами?

– Это действительно принц, – сказала она, думая о призраке.

Он уловил ее колебание.

– Правдоподобная история. Больше похоже на шутку тех, кто родился в Маноре. Они думают, что мы, деревенские жители, тугодумы. Я не знаю, что хуже – думать, что ты, девочка, в этом замешана, или что тебя обманули. Ха.

Он повернулся к ней спиной и не произнес больше ни слова за всю оставшуюся дорогу. Она воспользовалась возможностью вздремнуть, убаюканная мерным стуком колес о дорогу и топ, топ, топ упорных животных.

51 КАК ВЕЛИТ ИМПЕРИЯ

Когда Элен проснулась, день клонился к вечеру, заходящее солнце золотисто-красными лучами окрасило облака на западе. Они добрались до ухоженных полей, фруктовых садов и загонов для скота, а также небольших кожевенных и красильных мастерских. Там был ручей с работающей мельницей, а ниже по течению от мельницы – дымящаяся печь. Прямо впереди дорога раздваивалась, чтобы создать Приют.

Привал Фарледдер был более скромным, чем Привал Орледдер, но построен по той же схеме – он был разделен на четыре квартала; поэтому любой путешественник мог знать, куда идти, и быть уверенным в получении необходимых услуг. Повозки спустились по южному пандусу и остановились у ворот Резиденции. Принц спустился вниз и любезно попрощался с ошеломленным фермером, поблагодарив его за то, что он так подробно описал ему характер выпадения осадков, урожайность сельскохозяйственных культур и цены на скот в местных условиях. Лувиара вручила мужчине мешочек с монетами, от которых фермер ахнул, а его дядя пробормотал: «Пусть меня отшлепают и выпотрошат как репу. Думал, он нас разыгрывает».

Призрак вплыл в ворота, не обращая внимания на призыв часовых Привала остановиться. Площадь перед Резиденцией была небольшой, ее мостовая была недавно подметена и содержалась в чистоте, но, очевидно, никто не знал о возможном прибытии принца, поскольку статуи императоров не были украшены ожерельями из цветов.

Даже в это позднее время года на лугах можно было встретить ясные колпачки, синюю бороду или звездчатый чертополох, а в любой хорошо обустроенной Резиденции обязательно был разбит цветочный сад с хризантемами.

– Эй! – Пожилая женщина, одетая в синюю форму стража, сидела на крошечном портике Зала Стражей, расположенного в углу площади. Опираясь на свою метлу, она неловко поднялась и с упреком помахала им рукой. – Вам нужно зарегистрироваться на входе, а не просто танцевать, словно вы принц!..

Она замолчала, прищурилась и крикнула через плечо кому-то внутри.

После этого все произошло очень быстро. Тревожные крики. Топот бегущих ног. Вдалеке послышались громкие голоса. Появилась взволнованная интендант, выглядевшая такой взъерошенной, как будто ее разбудили после долгого сна.

Элен знала интенданта Берел по путешествию, которое та совершила с интендантом Орледдера. Она была его дальней родственницей, носившей значок-венок Манора Карис, украшенный цветами ее младшего рода, чтобы отличать ее от таких людей, как интендант Орледдера, который родился в правящей семье Карис и, следовательно, не должен был носить никаких полос на своем значке.

Берел бросилась вперед, сопровождаемая парой роскошно накрашенных и разодетых конкубин. Упав на колени, она несколько раз ударила себя ладонями по лбу.

– Ваше Возвышенное Высочество, это моя вина. Умоляю, не извиняйте меня за эту оплошность. Я должна была поприветствовать вас должным образом. Я заслуживаю наказания.

Призрак вздохнул, выглядя раздраженным.

– Да, да, конечно, вы должны были бы знать, если бы я мог предупредить вас о своем скором прибытии. И все же мы здесь.

– Вы слишком любезны.

– Да, я такой, – пробормотал он и проклял бы Высокие Небеса, если бы не перевел взгляд на наблюдавшую за ним Элен. – Разве я не всегда это говорил?

– Все будет так, как вы пожелаете, Ваше Высочество. Моя Резиденция в вашем распоряжении. Пока я говорю, уже готовятся чай и пирожные. Что прикажете?

– Немедленно пошлите часовых за группой контрабандистов. Капитан Симо объяснит, где мы их оставили. – Он подергал свои метелки-от-мух косички, сейчас растрепанные и грязные, и почесал в затылке. – Мне нужна ванна и квалифицированный специалист, который вымыл бы и заплел мне волосы заново. Чистая одежда. Чистка и починка нашего снаряжения. Уход за моими людьми. Страж Джирви нуждается во внимании целителя Храма Сердца. Приличная еда. Затем мы обсудим дорогу в Дальнее Пограничное Бдение.

Берел начала приходить в себя, хотя и продолжала смиренно стоять на коленях.

– Все будет так, как вы пожелаете, Ваше Высочество.

Она подозвала к себе капитана стражи, который отошел в сторону вместе с Симо, чтобы обсудить контрабандистов. Потом она продолжила.

– Вы можете удалиться в наши имперские апартаменты, где вас искупают и угостят так, как вы пожелаете. Моя младшая сестра особенно искусна с… волосами. Вашим стражам будут рады в Зале Стражей. Судя по значку, ваша достойная собеседница является теургисткой. У нас есть хостел, скромный, но хорошо оборудованный. И… – Ее взгляд остановился на гагасте.

– Фулмо – мой личный слуга, – сказал призрак. – Он всегда будет рядом со мной.

– Конечно. Конечно. – Она несколько раз присела, затем выпрямилась и пронзительно посмотрела на Элен. – О, да, я припоминаю эту помощницу-курьера. Она из Орледдера, так? Ее называли домашняя зверушка интенданта.

Внезапно вмешалась Ксилси.

– Она не собака. Она человек.

Берел напряглась, готовая сразиться с тем, кто, как ей казалось, был обычным стражем.

Призрак заговорил раньше, чем это смогла сделать интендант.

– Помощница-курьер провела мою группу через Разрез. Больше никаких обсуждений по этому вопросу не требуется.

– Моя единственная обязанность – помочь вам, Ваше Высочество. Помощница-курьер может находиться здесь, пока мой благословенный кузен не найдет способ ее вернуть. Или, возможно, у нее есть приказ возвращаться тем же путем, которым вы сюда добрались, хотя, признаюсь, я озадачена, как вам это удалось. Ее информация будет иметь большую ценность для моего геодезиста, поэтому, когда вы уйдете, я попрошу своих людей побеседовать с ней…

– Нет!

Половина людей подпрыгнула, а другая половина съежилась. Его гнев обрушился на всех, словно давление, вырывающееся наружу. Его грозный взгляд, безусловно, был достоин принца, с которым Элен столкнулась впервые. Он выглядел в точности как тот, у кого есть средства уничтожить вас, если вы попытаетесь ему перечить. Принц в расцвете сил, неудержимый, с непреодолимой волей. Но было и нечто большее, ощущение, что он каким-то образом больше и могущественнее своего физического тела. Что он сдерживает себя.

Симо осторожно откашлялся.

– Ваше Высочество, мы больше не нуждаемся в услугах помощницы-курьера, и, учитывая вашу миссию…

– Нет. Помощница-курьер остается со мной… – Он замолчал, перевел дыхание и продолжил. – Помощница-курьер останется с этой группой.

Его тон не допускал возражений, поэтому никто не возразил, но стражи не знали, куда девать глаза. Его настойчивость удивила их. Всех, кроме Лувиары, которая задумчиво смотрела на него. Элен не знала, куда смотреть и какое выражение лица ей следует изобразить. У нее была способность выглядеть так, как, по ее мнению, хотели бы видеть люди: казаться безобидной, слегка смущенной, угрюмой или жесткой, в зависимости от ситуации. Что значит нет?

Призрак несколько раз моргнул, словно оценивая свою страстную речь и реакцию окружающих. Наконец, он сказал более мягким тоном:

– Возможно, нам понадобится курьер.

Это заявление само по себе было странным, потому что принцу никогда не нужно объяснять свои мотивы. Объясняя, ты выглядишь слабым.

Осмелев, Симо сказал:

– Она всего лишь провинциальный курьер, а не имперский, и, тем более, не дворцовый. У интенданта Берел есть свои курьеры, которые лучше знают это интендантство…

– Она наш курьер, мы ее знаем, и, кроме того, – он воинственно выпятил подбородок, увлекаясь этой темой, – нам понадобится ее помощь, чтобы вернуться тем же путем, каким мы пришли, верно?

– Я зарисовал наш маршрут, чтобы мы могли вернуться по нему, – сказал Симо. – Но, я полагаю, этот маршрут закрыт для нас из-за враждебности архонт…

– Тем более! – Эти слова прозвучали как удар хлыста, оборвавший Симо. – Если агенты моего противника наткнутся на нее, они ее убьют. Что я за имперский щит, если беспечно позволяю тем, кто помогал мне, оказаться на пути ножей? Вы этого хотите, Симо? Вместо того, чтобы защищать людей, которые служат мне, я должен с позором бросить их?

– Это моя вина, Ваше Высочество. – Симо упал на колени и закрыл лицо руками. Остальные стражи последовали его примеру. Элен тоже опустилась на колени, ошеломленная внезапно возникшим ощущением, что сила гнева, его взрывной характер были связаны с чем-то, о чем она боялась думать слишком глубоко.

И все же она не могла не спросить себя. Действительно ли он заботился о ней?

Он оглядел площадь и коленопреклоненных людей, всех их, даже тех, кто родился в Маноре, потому что все они были его слугами, потому что все были слугами дворца, империи, и он был единственным человеком в этом месте, чье тело принадлежало к императорскому роду, жившему при Дворе Цветов.

– Хватит об этом! Разве я не ясно выразил вам свои желания?

Слуги Берел съежились, дрожа. Напряженная тишина затянулась. В воздухе разносились обычные звуки жизни на Привале за стеной Резиденции: стук колес по камню, пронзительный свист, плеск воды, когда ее наливали, шум и суета жителей, заканчивающих свои дневные дела и готовящихся ко сну. Стена, отделявшая остальную часть Привала от Резиденции, была барьером обычаев и привилегий, отделявшим любого, кто не родился во дворце или не состоял на службе во дворце, от императора. У местных жителей не было никаких причин посещать Резиденцию, кроме как в тот день, когда они Заявляли о своей профессии, или если от них требовалось предстать перед юстициарием. В цензе каждого интендантства хранились данные о рождении и смерти каждого человека – скудная запись о его жизни.

Всех, кроме Эл, которая не существовала нигде, и ее никто не мог найти, потому что у нее не было знака рождения. Курьер Элен, возможно, оставила свой след в многочисленных журналах сообщений о своих ежемесячных курьерских маршрутах. Но когда Эл умерла, она, как бабочка, навсегда исчезла из памяти мира. Возможно, она уже это сделала, поскольку Кем не знал Эл, только тетю Элен. Теперь, когда Ао не стало, только призрак знал это имя.

Призрак больше не смотрел на нее. Возможно, он осознал свою ошибку: люди удивятся, почему возвышенный принц решил сохранить помощницу-курьера и придумал столько оправданий для этого, когда нужно было только потребовать, чтобы ему повиновались.

Подняв руку, он произнес более величественным тоном, растягивая слова:

– Интендант, моя ванна!

Интендант проводила его. Стражи ушли в Зал Стражей, Кем бросил последний взгляд на Элен, подняв брови в своем самом удивленном выражении. Она сделала ему знак рукой, означавший Позже, и он быстро ответил Понял. Этот разговор так воодушевил ее, что она подумала, что сможет справиться с чем угодно, пока он не ненавидит ее.

Лувиара задержалась, оглядывая ее с головы до ног.

– Это было интересно. Жаль, что здесь нет Главного Слуги Хемерлина, который мог бы высказать свое мнение, и которое, я уверена, было бы для нас поучительным. Куда вы отправитесь на ночь, помощница-курьер?

Щеки Элен вспыхнули, как будто слова теургистки были намеком.

– Рядом с их Залом Карт должна быть казарма курьеров.

– Конечно. Каждый на своем место, как велит империя. Вы будете здесь на рассвете, когда мы будем готовиться к отъезду на север?

– Вы думаете, меня не будет?

Старуха прижала дневник к груди.

– Я думаю, что мир – удивительное место, полное тайн, в глубины которых мы, возможно, никогда не проникнем, как бы тщательно мы ни исследовали. Желаю вам спокойной ночи, помощница-курьер. Я уверена, что смогу это сделать, впервые за много дней.