Текст книги "Пляска одержимости (СИ)"

Автор книги: Елизавета Коробочка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 53 страниц)

Но они мало разговаривали. Кавашима была девочкой совершенно иного мира. В общем-то, они часто ругались и ссорились, потому что ему плевать было на ее красоту, а она требовала к себе невероятного внимания. Ненавидели друг друга – не то слово. Вспоминая эту историю сейчас, Харада мог лишь ухмыляться: вот уж придумал, сцепиться с какой-то девчонкой, но у Кавашимы была невероятная харизма, и совладать с ней было трудно.

Но после школы они все же встретились. На следующий год; сама она поступила в университет, а Харада, собственно, бегал по поручениям, пытаясь выкроить себе хоть какие-то деньги в таком месте. У него не было денег на образование, не было времени, нужно было зарабатывать ради сестры и матери, последняя уже начала сдавать… Случайно столкнулись на улице; Кавашима, кажется, шла в какой-то клуб с подругами, и тут навстречу – он. Конечно, они должны были бы пройти мимо, но отчего-то Кавашима обернулась – и окликнула его по имени:

– Сен? Эй! Это ты?

Когда они повстречались взглядами, на лице Кавашимы неожиданно выросла широкая улыбка. Губы у нее были ярко накрашены красным, улыбалась она красиво, и, заметив, что Харада обернулся, помахала ему рукой, зовя к себе, словно и не было между ними никакой истории вражды. Тогда ему подумалось, мол, скорее всего ей просто скучно, а такая девушка, как она, легко все забывает. Поэтому и позвала.

Поговорить ей явно хотелось очень сильно.

Игриво заглянув ему в глаза, Кавашима сладко улыбнулась, вновь, и невинным голоском поинтересовалась:

– Помнишь меня? Свою любимую одноклассницу? Кавашима Ариса-а-а!

Харада смерил ее взглядом, и она легко рассмеялась:

– Ну ладно, между нами были не самые лучшие отношения. Но мы вроде как уже давно не виделись, да и теперь не глупые дети… Предлагаю оставить все это в прошлом! Кстати, куда это ты так спешишь?..

– На работу? – моргнул тот, не понимая цели вопроса.

Стоявшие позади студентки выжидали чего-то, но Кавашиму это словно удивило. Выпрямившись, она еще раз оглядела Хараду: в мятой белой рубашке, темных джинсах и не самых дорогих кроссовках, не особо-то выдающийся деловой стиль, когда как сама она выглядела с иголочки: в стильном платье и модной курточке. Обернувшись, она вновь лукаво уставилась на Хараду, после чего ударила в ладоши.

– Ой! То есть, я на самом деле считаю, что это так круто, что ты еще и работать успеваешь!

Потом подумала.

– Не хочешь? С нами в кафешку! Заодно поболтаем. Расскажешь нам каково это – быть ответственным сотрудником.

Тогда в голосе Кавашимы не слышалось насмешки, скорее искреннее любопытство. Харада прикинул: он мог сделать небольшой перерыв, тем более, что выданное ему поручение особо не спешило. К счастью, человек, под которым он работал, был достаточно лояльным, так что ничего страшного, если он немного задержится…

В небольшом придорожном кафе, в котором подавали дерьмовый кофе, они с трудом нашли себе место в одной из выделенных кабинок; сев напротив Кавашимы, Харада скромно заказал себе самый дешевый напиток, когда как она – один из множества фраппе с немыслимыми вкусовыми добавками. Водя трубочкой из стороны в сторону, вместе с подружками она с томительным ожиданием ждала рассказа. Только вот делиться было особо нечем, и, потому услышав честный ответ, Кавашима искренне поразилась:

– Говоришь, «Союз 109»?..

Она спросила это заговорщическим шепотом, явно не желая привлекать лишнего внимания, хотя в кабинке их вряд ли кто мог подслушать. Харада просто кивнул.

– Да.

– Ничего себе! Мне казалось, ты пойдешь куда угодно, но только не в такое место! – Кавашима затянулась из трубочки и беспечно добавила: – Там же опасно, плюс люди из… весьма специфичной прослойки.

– Зато какой флер опасности, – заметила одна из подруг.

– Там не так уж и много «быдла», как ты подразумеваешь, плюс я работаю в довольно маленьком офисе, – возразил Харада. – Так что не жди историй уровня всех этих фильмов. На самом деле, мы занимаемся довольно легальным бизнесом по меркам Эдо.

– И кто ты там?..

– Секретарь?..

Как еще обозвать эту должность?

Кавашиме, впрочем, этого явно было мало.

– Но почему именно туда! Мне казалось, тебе по нраву что-то… – она повела плечом, не зная, какое слово подобрать, – спокойное. Или это потому, что ты и универ пошли разными дорожками? Блин, не знаю! Мне казалось, у тебя способности для чего-то большего, а ты торчишь в таком месте!

Когда Харада хмуро на нее посмотрел, на Кавашиму шикнула одна из подружек:

– Ариса! Ну не надо!

– Ты же один из топов нашего класса! А в итоге… Жизнь без университета действительно сосет, да?

– Ариса!

Та пристыженно вскинула руки, обозначая, что сдается.

– Извини. Язык мой… как говорится.

– Нет… Все нормально.

Вяло улыбнувшись, Харада тогда лишь заулыбался.

Они поговорили еще немного, и кроме той реплики Кавашима вроде бы вела себя вполне себе дружелюбно, ну, во всяком случае, так ему тогда показалось. Но в душе было неспокойно, он чуял подвох, поэтому предложил купить по добавке, после чего поднялся и отошел к автоматам. Он вернулся довольно быстро и замер прямо перед дверями кабинки, потому что там, внутри, шел разговор, чьим свидетелем он явно не должен был стать:

– … ну вы видели? Секретарь у якудза… С такой-то внешностью…

– Скорее всего тому боссу захотелось иметь кого-то посимпатичней рядом, – донесся голос Кавашимы, полный яда. – Гораздо приятней держать рядом смирную юную овечку, готовую на все ради выгоды.

– Ага, свою ручную офисную шлюшку!

– Какое слово-то… – та внезапно поморщилась, что отразилось в голосе. – Якудза – это вам не шутки. Не знаю, зачем Хараде туда лезть… Просто тупые детские игры. Будто там можно чего-то добиться! Пустая трата времени.

– Но всегда приятно знать, что зубрила из класса получает такое, да?

– Потому что успех ждет не тех, кто тупо все учит, а тех, кто умеет пользоваться дарами судьбы, – рассмеявшись, Кавашима, кажется, откинула волосы назад. – Не беспокойтесь, девочки. Пока такие люди, как Харада, гнут спину… Мы с вами достигнем звезд.

Или исчезнете, прямо как звезды. Обратитесь в ничто.

Но тогда Харада не сказал ничего. Это было не его ума дело. Но он знал, что прав: что не стал тратить время на бессмысленную учебу, за которую надо было еще и платить, что пошел самым коротким путем по рекомендации, которую когда-то давно оставил ему его спаситель, человек, не давший в свое время совершить ошибку. Харада умел учить уроки от судьбы, и это был один из таких – что стоит схватиться за висящую алую нить судьбы, и взбираться на нее, пока не достигнешь потолка. И ему предстоял еще долгий путь, невероятно долгий…

Невольно он так крепко сжал сигарету, что смял ее в руке.

Плевать. Он добьется своего. Кавашима может сколько угодно питать иллюзии, но она начнет с низшей карьеры простой офисной мышкой, когда как Харада будет человеком, познавшим суть подполья и выбившимся в люди. Его не убьют просто так, это он будет диктовать условия на улице.

И никто иной.

Выпрямившись, он швырнул сигарету вниз, в бездонный колодец мегабашни и отвернулся, не смотря, как, затухая, та падала вниз.

Пока не исчезла. Как звезды.

Глава 13. Химико

Из-за встречи с подчиненными бывшего нанимателя Ямато, вызвавшего столь бурную реакцию памяти и искалеченного разума, Ханзе временно ограничил участие в подпольных боях, опасаясь, что те вновь попытаются выбить разговор, и в этот раз выкроят момент, когда его самого иди Оторы рядом не будет. Кем бы не был этот Окамура Тенсай, он явно был не из тех людей, с кем стоило пересекаться – Ямато не особо понимал, в чем было дело, но если обыкновенно легкомысленный ко всему Ханзе становился жутко мрачным и вонял на всю комнату своим не самым высоким мнением об этом человеке, то, вестимо, стоило задуматься. Повторения опыта с головной болью Ямато тоже не особо хотелось, а потому он просто согласился, полагая, что так и правда будет лучше.

Хотя бы для его здоровья.

Однако, Ханзе явно возмущался столько не из-за самого Окамуры и его целей, сколько из-за проблем, возникших из-за столь внезапного срыва покровов. В целом, на вопросы о том, кем был этот мужчина, Ханзе отвечал односложно: мол, один подпольный делец, и просил не искать в Сети, иначе на них вновь кто-то мог выйти, а все это было жутко некстати. Казалось, в целом, он поощрал интерес Ямато к Окамуре, но в каких-то невидимых границах, говоря, что еще рано, и что он хочет оставить Ямато себе одному – это уже явно была шутка, на что Ямато мог лишь скептически закатывать глаза. Но он был послушным мальчиком и так не делал, выжидая, когда настанет тот самый момент.

Некоторое время он пытался заниматься чем-то по дому: прибрался сначала у Ханзе, потом наведался к Оторе и выдраил его квартиру, отчего тот был в жуткой ярости, но все равно дал оттащить все мусорные пакеты прочь. Единственное, что он не трогал – холодильник с проводами, опасаясь, что если прикоснется к нему, то его точно выкинут в окно. Отчего-то Отора жутко возился с этой штукой, и, предполагая, что это была его охлаждающая ванна, как нетраннера, а сам он ходил в чужом облике… Могло ли… Но Ямато уважал чужое пространство, поэтому туда не полез.

Но все это было не тем – Ямато изнывал от скуки, и в конце концов Ханзе, видя, как приведением тот бродит по квартире, наконец брякнул, словно озадаченный родитель:

– В Сеть не пробовал выходить?

Сам он торчал в коридоре, прихорашиваясь перед выходом в свет. Причесывал волосы, особенно стараясь на выбившимися из прически прядками, явно придавая этому какой-то неимоверно важный смысл. Ну и стиляга.

– Что мне там делать-то?

Ямато оторвал голову от подушки футона, на котором валялся последние пару часов.

– В виртуальной реальности столько развлечений, что по пальцам не пересчитать. А ты: «что делать»! Тьфу.

– А вдруг нас спалят?

– Ага, сразу после того, как взломают мой личный ЛЕД, – на лице Ханзе расцвела неприлично широкая ухмылка, такая говноедская, сразу стало ясно, что все слова про поиски в даркнете были скорее для ментального здоровья Ямато, а не потому что кто-то беспокоился о слежке. – Забей вообще. Пошарься на каких-нибудь развлекательных сайтах, порнушку глянь, не знаю, чем сейчас молодежь развлекается?

Такое себе отвлечение, но выбора не было.

Когда дверь за Ханзе закрылась, Ямато перевернуся на спину и уставился в потолок.

Виртуальная реальность – игрушка для бедняков, у которых не было доступа к прелестям жизни богатеев из роскошных районов, по мнению Ямато – была ему не особо знакома, он лишь слышал о ней в рекламе. Подобное его не особо интересовало: Ямато привык проводить свободное время в боях, а потому предложение Ханзе показалось ему если не еще одной такой же бесполезной попыткой забить время до часа Икс с попыткой пробраться в лабораторию «Хорин», то просто вежливым предложением отвязаться.

Он с сомнением осмотрел шнурок от одного из блоков – довольно толстый, скорее всего с его помощью Ханзе погружался в Сеть довольно глубоко – после чего подрубил его к висковому порту. В глазах на мгновение потемнело, но затем, проморгавшись, Ямато увидел перед собой все тот же Эдо, только цифровой, со множеством рекламы, часть которой блокировало устройство, установленное в аппаратуре дома у Ханзе. Он слышал, что в виртуальной реальности есть свой город, только цветастый, чистый, но в целом они не особо отличались. Если бы он не знал, что это лишь цифровая имитация, то ни за что бы не догадался, что находится в симуляции.

Некоторое время Ямато бродил по Сети.

Фильмы смотреть не хотелось; никакие статьи не заинтересовывали.

Первый час прошел безуспешно, и Ямато уже почти скатился до просмотра видео с котами – раритета старого интернета, в котором показывали уже вымерших в Эдо животных, те бесплатно крутили в местной вариации кинотеатра, но в самый последний момент он отвлекся. Сложно было сказать, что именно привлекло его в дерьмовой вывеске «Сетевые Знакомства», но почему-то он пошел туда. Может, вдруг промелькнула шальная мысль в голове, ему просто захотелось общения с кем-то нормальным, а не с чудаком, сбежавшим из СОЦБ, или же Оторой, который вообще описанию не поддавался.

Там было пусто. В дневное время в Сети шатались либо бедняки без личной жизни, либо фрилансеры, либо безработные, которые каким-то образом сумели добыть оборудование для выхода в виртуальную реальность. Кафе знакомств напоминало декорации их каких-то дешевых шоу, которые показывали на кабельном, где все были счастливы, а окружение было приторно сладким, в целом – то еще дерьмо, но абсолютно пустое, словно сейчас никто сюда и не хотел приходить. А может, приложение было просто заброшено, а он навестил его умирающий призрак. Все могло быть. Ямато обвел столы взглядом, прежде чем опуститься за один из них – и уставиться на появившийся рядом мультяшный маскот шибы. В отличие от «Крысиных Бегов» он был нормального рыжего цвета, и радостным голоском он объявил:

– Добро пожаловать в «Сетевые Знакомства на Зоку-Зоку Стрит»! Подскажите, какие параметры партнера Вас интересуют?

– Просто поговорить. Без встреч лично.

Шиба на мгновение замерла, явно пытаясь подобрать кого-то из списков клиентов, после чего моргнула и пошла помехами. И затем, другим, настоящим, человеческим голосом – Ямато вздрогнул от такого, не ожидав, что его так быстро переключит на оператора – вдруг произнесла довольно нежным девчачьим голосом:

– Отлично! Не хочешь познакомиться? А то мне та-а-ак скучно в этой дыре, а тут хоть кто-то, кого не интересует быстрый перепихон!

Когда Ямато вылупился на шибу, думая, сказать ли ему, что маскоты немного не в его вкусе, та изобразила смущение, буквально сменив цвет на алый, после чего осторожно добавила:

– Ну, я, э…

– Ты же оператор. Вас на работе не штрафуют за это?

– Ой! Нет! – шиба начала отмахиваться лапкой. – Я не из персонала! Просто тут такой дерьмовый код защиты, и такие страсти в переписках, что я взломала ради развлечения! Обожаю читать чужие онлайн подкаты. Такой трешак. А тут ты появился! Ты же правда просто поболтать? Да?

– А?.. Да.

Ямато несколько раз моргнул, окончательно теряясь.

За последние несколько дней он привык к тому, что в его жизни почти все неожиданные встречи становятся жутко странными. Начиная с Ханзе. Он просто пожал плечами, решив, что если даже это кто-то из СОЦБ, то ему терять уже нечего – один раз пытались, и для них это закончилось весьма плохо. Ханзе не зря говорил про ЛЕД, скорее всего он был черным, которы выжжет мозги любому неосторожному сетевому самураю, который попытается копнуть глубже. Чем больше времени проходило с момента покушения, тем больше он подозревал, что Ханзе намеренно наследил, чтобы вычислить, кто именно за ними следит. И чтобы затем… Что?

Впрочем, в нетраннерских делишках он не разбирался от слова «совсем».

Он надеялся, что если девушка так открыто признавалась в своих умениях, то она точно не была из сетевой полиции. А если и правда нет, то лишь бы не болтала о своем хобби слишком много.

Шиба с очень довольным видом кивнула, после чего с важным видом зашагала по столу. Она спрыгнула на стул напротив и, спустя мгновение, распалась на кучу пикселей, которые вихрем преобразились в человеческую фигуру. Сначала очертания были неясны, но затем перед Ямато предстала хозяйка голоса – молодая девушка, примерно его возраста, в красивой розовой юкате. На вид – очень дорогой, с золотой вышивкой и роскошным оби с каким-то цветочным узором. На ее лице были очки, да и сама она напоминала ему какую-то богатенькую принцессу из очень приличной семьи. У него челюсть так и отвисла.

Отличное сочетание: подпольный боец и прилежная девочка. Хотя, говорят, богатеньких тянуло на плохишей.

Ямато скептически взглянул на девицу напротив и сполз по спинке стула вниз, засунув руки в карманы. Терять ему было нечего, было скучно, почему бы и не поболтать? Самодовольно бросил:

– Почему ты не в школе?

– Аналогичный вопрос могу задать тебе, – хмыкнула она и с довольным видом поправила очки.

Ой, уела.

– Я – шпана. А не приличная девочка.

– Иногда у приличных девочек тоже бывают моменты бунтарства.

Они оба уставились друг на друга и рассмеялись.

Приятно наконец было поговорить с кем-то, кто не планировал что-то грандиозное, а просто взламывал интим-кафе ради смеха над глупыми переписками. На фоне предыдущего – как отдушина.

– Меня зовут… Слушай, давай по именам? Ненавижу это официальное занудство с фамилиями. Цубаки, – представилась девушка.

– Ямато.

– Крутое имя, – улыбнулась она.

– Не слишком подходит кому-то вроде меня.

– Почему? – девочка прикрыла рот рукой и рассмеялась с таким видом, будто бы он сказанул самую огромную в мире глупость. – Думаешь, у шпаны не может быть благородных имен? Зато как звучит! «Ямато, гроза района Эбису»! По-моему, очень впечатляюще!

Они вновь заулыбались.

Совет Ханзе все же сработал, как ни странно (Ямато честно думал, что эта идея обернется провалом, потому что во всем, что не касалось бунтарских делишек, приятель казался полным профаном и задротом, что, скорее всего, было недалеко от истины). Раньше он считал, что все богатеи были зазнавшимися ублюдками, но с Цубаки они говорили о разном – и она оказалась довольно очаровательной девушкой с простыми интересами. Вряд ли бы кто-то жутко самодовольный стал смеяться над десятком синонимов к слову «член».

– Ты и правда думаешь, что богатые девочки все себе на уме? – Цубаки скорчила жутко самодовольное лицо и невероятно высокопарно заявила: – «О, господин, я не могу выпить с Вами чаю, от него слишком пахнет травами с Фудзи, а они воняют ссаниной!» или что-то такое?

Они расхохотались. О да, вот он, пик юмора.

– Ладно, хватит шуток ниже пояса. Лучше расскажи, чем занимаешься по жизни, прогульщик?

Цубаки и сощурила глаза, с интересом смотря на него, и, видя ее неподдельный интерес, Ямато гордо задрал нос и бросил:

– Подпольными боями.

– Крутой какой!

– Проиграл один раз только!

– Нос часто разбивали? – хмыкнула она и постучала пальцем по переносице. – Шрамы-то, смотрю, смачные!

– Нет, это в другом месте.

Ямато решил не особо распространяться, тем более что вряд ли такую богатую девочку обрадует информация об участии в шоу на выживание. Он лишь усмехнулся, играя вид крутого парня из фильмов, и это явно нашло свой отклик. Дурачиться было весело. Черт! Он так давно не страдал фигней. Последние три года были наполнены головной болью и размышлениями, откуда достать деньги, а последний месяц даже описывать не хотелось.

Цубаки засеменила ногами, подперев голову руками. Перед ней материализовался стакан с чем-то воздушным, после чего она подчерпнула пальцем сливки и закинула их в рот. Явно ведь издевалась, отчаянно подумал Ямато, видя, как нарочито соблазнительно она облизывает палец. Извращенка, понятно, зачем взламывала чужие переписки.

– Что, опасность поджидает везде?

– Ага.

– Грозный Ямато-кун против парней с ножами! – она забоксировала в воздухе. – Говорю же, отличное имя для шпаны! Не только же всяким важным шушерам их носить! Символично!

– Да уж, символично для кого-то из императоров, – хмыкнул он.

– У них у всех скучные имена, – ее губы растянулись в улыбке, после чего она показала язык и задумчиво вскинула глаза кверху. – Только у первого императора такое было. Но когда он был, этот парень! Столько лет прошло, даже такому старому деду, как Накатоми, это покажется вечностью! А этот вообще бессмертный, как мне кажется, древнее грибов.

– А представь, если я окажусь императором.

Сузив глаза, Ямато уставился в глаза Цубаки. Шутка с долей правды.

Он сказал это не подумав, просто как глупость. И, ляпнув, тут же пожалел; но отступать было поздно. Надеялся, что сейчас она рассмеется и назовет его дураком, потому что никто на такие темы обычно не шутил – как-то неправильно это было, говорить такое про императорскую семью. И на мгновение губы Цубаки и правда изогнулись в улыбке, но затем она с тоскливым вздохом отвела взгляд в сторону и отмахнулась.

– Да уж.

– Что, не зашла шуточка?

– Нет, хорошая, – она лукаво взглянула на него. – Но какая разница? Шпана ты или император? Главное, чтобы ты был хорошим человеком. А ты и есть такой, Ямато-кун. Только хорошие люди так виртуозно шутят про пенисы. А я вот…

– А ты?

– Не такой хороший, как ты думаешь. Наверное, ты все же прав насчет богатеньких девочек.

В этот момент ее лицо скуксилось.

– Не думаю, что взламывать чужие переписки с писькомерством это ну настолько плохо.

Шутка вызвала у нее вялое подобие улыбки.

– Нет. Ямато-кун. Я серьезно. Если я тебе все сейчас скажу… Ладно! Слушай. Пообещай, что не будешь сразу же отключаться, хорошо? Вот серьезно. Иначе будет очень неловко.

– Ты что, на самом деле мужик?

Ну, он бы не удивился.

– Нет! – Цубаки широко распахнула глаза и в ужасе ударила ладонью по лицу. – Да ну тебя! В жопу пошел!

– Мы вроде без интима договорились.

– В жопу! Пошел! В жопу!

– Ну так? Честно, не буду.

Помяв руки, Цубаки закусила губу и отвела взгляд в сторону. Ее это явно смущало по какой-то неведомой причине, и Ямато мог лишь ждать, пока ему расскажут это нечто страшное, за что он ее наверняка осудит. Ну, как она думает. Некоторое время они сидели в тишине, она явно сомневалась, будто бы не понимая, как именно сформулировать мысль так, чтобы Ямато точно не вышел, а он думал, что же такое сейчас она ему скажет, что может привести… к такому. Особенно если она не мужик с аватаром милой девочки.

Вздохнув, Цубаки, наконец, выдохнула и практически пулеметом затараторила:

– Короче, я хочу поговорить с тобой и твоим другом, Ханзе, – Ямато поперхнулся и замер, резко уставившись на нее, отчего Цубаки спешно дополнила, зажестикулировав: – Погоди! Я правда не из Сетевых Самураев! Честное слово! Дослушаешь? Обещаю, ничего такого! Умоляю, только не отключайся! Тебя вообще не достанешь в Сети, а я только тут и оперирую!

– Ты ломаешь мой ЛЕД, да? Прямо сейчас.

ЛЕД Ханзе, точнее, но это не играло роли.

Цубаки отрицательно замотала головой с невероятным усилием и вновь в дикой спешке дополнила:

– Нет! Я из… скажем так. Только честно, не отключайся, я правда не желаю зла! Понял? Честно, да? Э, ну, вот. Иначе, ну ты сам думаю понимаешь, я хороший нетраннер, вычислю тебя по айпи, ладно не вычислю, пожалуйста, не отрубайся! Просто хочу мирно поговорить тет-а-тет. Ты помнишь того смазливого парня, который болтал с тобой? Такой с белыми волосами, вы, по-моему, встретились в кафе…

– Харада?

Ямато с каждой секундой становился все бледнее. В реальности он тянулся рукой ко шнуру.

– Да! Он. Мы типа… работаем вместе…. Точнее не совсем… Короче, Ямато-кун. Я знаю, что вы с Ханзе ищете «Химико».

Она положила руку ему на ладонь и крепко сжала ее. Лишний раз Ямато подивился тому, как в виртуальной реальности можно было сымитировать вкусы и ощущения, прикосновения Цубаки казались настоящими, теплыми. По-хорошему, нужно было выйти, не продолжать этот разговор, но она смотрела на него так…

Черт, он засомневался. Ладонь разжала шнур.

Но он все равно дал знак Ханзе, что, скорее всего, почуяла Цубаки, но виду не подала. Может, и правда хотела с ним поговорить, оттого спустила подобное? На сообщение тот ответил подмигивающим смайликом и написал продолжать.

Цубаки покривила ртом и виновато уставилась в стол.

– Твой друг очень хороший нетраннер, правда, но этого недостаточно, чтобы взломать систему защиты даже с помощью… ну, средств изнутри. Не обижайся, это правда. Внутренняя система защиты там в разы лучше, чем у «Дзюндзи Групп», и скорее всего ваши попытки с… тем, кто работает с вами изнутри, лишь… Ну, короче, сигналка будет орать, и Харада с его ребятами устроят вам сладкую жизнь. Даже если твой друг помогал во взломе три года назад, сейчас там все жутко поменялось, будет сложно.

– И что?

Хочет ли она слить наши данные Хараде, подумалось Ямато.

– Я… Слушай. Выслушай меня, хорошо? – когда он неуверенно кивнул, Цубаки шумно втянула воздух носом, после чего застучала ногтями по столу, пытаясь соскрести рисунок с развратного вида ойран. – Ты прав насчет богатых девочек в одном – они живут совершенно в другом мире, чем обычные люди. Нормальные. И я такая же. Жизнь в золотой клетке… Это не то, что мне… по душе. Поэтому, Ямато-кун, я хочу заключить сделку.

– Сделку?

Когда Ямато подозртельно сузил глаза, Цубаки наклонилась к нему, близко, и одними губами – он едва разобрал шепот, пришлось выкрутить звук на максимум – произнесла:

– Я вам помогу. А за это вы вытащите меня.

Какое странное предложение.

– Поможешь? Каким образом? – он с сомнением уставился на Цубаки и поморщился, понимая, что ему просто морочат голову, и, скорее всего, это был Харада. – Не пойми неверно, ты хороший нетраннер, может даже знаешь местные системы, но если эта ваша «Химико» и правда настолько хороший защитный искин, то…

– Нет.

Цубаки схватила его за руку крепче, после чего взглянула прямо в глаза. И низким голосом, отчего по спине пошли мурашки, произнесла:

– «Химико» – это не искин. Это живой человек, резидент, который контролирует всю систему защиты.

Ее лицо приобрело суровые нотки.

– «Химико» – это я.

На следующую встречу их было трое – все в том же дерьмовой кафе для свиданий.

Ямато чувствовал себя несколько неуютно, смотря на то, как пялятся друг на друга Ханзе и Цубаки. Что-то тут… явно было не так. И если его новая знакомая смотрела на нетраннера с холодным величавым самодовольством, ну прямо как те богатые девочки, над которыми они немного ранее потешались, то вот Ханзе улыбался во весь рот и посмеивался. Будто бы у него была истерика, самая настоящая. Только вот Ямато никак не мог понять, по какому поводу. Или его так развеселил тот факт, что по итогу выяснилось про «Химико»?

Но он все равно согласился прийти, назвав это приглашение невероятно интересным. Единственный, кто из их команды отсутствовал – Отора, но Ханзе сказал, мол, это к лучшему, потом что его сетевой аватар выглядел как пиздец.

Сами они сидели в той части Сети, где был введен регламент человеческих аватаров, но отчего-то у Ямато складывалось ощущение, что Ханзе не менял его вообще нигде. Ну, наверное, ничего плохого? Если ему так нравится своя внешность.

– Проект «Химико» – это не попытка группы «Хорин» воссоздать развивающийся искусственный интеллект, – рассказала им тогда Цубаки строгим спокойным голосом. Она сидела прямо выпрямив спину и сложив руки на коленях. – Его главные разработчики, мой отец и покойная матушка, были заинтересованы в способности некоторых… людей после смерти оставлять цифровой слепок своей личности в Сети. Чем юрэй – не развивающийся искин? «Химико» – это буквально копия живого человека, подсоединенного к ее системе. За счет имплантов достигалась скорость обработки, доступная искину, но никак не человеку, и постепенно человек и его слепок достигали такой синхронизации, что могли противопоставить что-то даже самым современным цифровым помощникам, вроде тех, что сейчас помогают в защите Сети от угроз извне. СОЦБ не смогли бы подкопаться, ведь слепок легко можно было назвать просто копией-помощником для работы, он не нарушал никаких законов о запрете разработки искинов, потому что в сущности разумен не был. В случае же смерти оцифрованного человека искин, разумеется, оставался, но СОЦБ об этом знать было совершенно не обязательно.

Ямато слушал это, раскрыв рот. Ну дела!

Он покосился на Ханзе, думая, что того это тоже впечатлило, но он лишь с ухмылкой смотрел на Цубаки, будто бы так и знал. Возможно, он догадался ранее, подумалось Ямато, в конце концов Ханзе был умелым нетраннером, который мог запросто добраться до всех скрытых документов корпорации. Наверное. Он не шибко хорошо понимал, как именно работают взломщики, а потому лишь предполагал, что Ханзе мог, а что – нет.

Сложив руки на столе, Цубаки шумно втянула носом воздух, после чего сердито поджала губы.

– После… инцидента, произошедшего три года назад, некоторые ресурсы «Химико» были утеряны, включая слепок-прототип личности. Мы смогли… восстановить проект, но возникли трудности с полной синхронизацией, потому что изначально система была настроена только на мою покойную матушку. Отец нашел способ увеличить ее до девяносто восьми процентов, но это потребовало некоторого ресурса. Видите ли, чтобы я могла спокойно работать с «Химико» в режиме двадцать четыре на семь, мне каждые три часа вводят в вену «Парамиту-893».

Когда Ямато недоуменно вскинул бровь, Цубаки уже хотела поспешить объясниться, но вместо нее ответил Ханзе. Лениво, так, словно давно знал о подобном.

– Военный наркотик.

– Он вызывает сильное привыкание… – закусив губу, Цубаки потерла переносицу. – Кратко говоря, если мне перестанут вводить его в вену, то я умру в страшной агонии. С него можно слезть, но это займет очень много времени. Но благодаря ему мой организм работает на все сто процентов, и проблем с синхронизацией не возникает.

Звучало просто ужасающе. Ямато сглотнул, с опаской глядя на собеседницу.

– Но почему твой отец… это допустил?

У него не укладывалось в голове, как родитель Цубаки мог в принципе совершить подобное. «Покойная» мать, верно? Резня три года назад… Какие-то детали начали постепенно складываться в его голове, но Ямато решил отложить их на потом, страшась, что поймет что-то, что помешает его работе сейчас. Но решение (возможное) витало на самом видном месте: скорее всего, именно он и был виноват во всем случившемся, в том, что папаша Цубаки съехал с катушек и устроил дочери такую жизнь. Сейчас единственное, чем он мог помочь – это дать ей выбраться и затем уже помочь избавиться от зависимости…

Он замер, моргнув.

– Погоди, то есть все это время ты…

– Да. Прямо сейчас я нахожусь в терминале «Химико», – Цубаки сложила руки у груди и откинулась на спинку стула. – Или, технически, я и есть ее терминал. Софт пока немного сырой, первым тестировщиком была мама, и импланты иногда люфтят. Но да, это так… – она откинула голову назад с отрешенным болезненным взором, – как и то, что мой отец окончательно двинулся крышей. Поэтому я предлагаю вам эту сделку: вы вытаскиваете меня, я помогаю вам добраться до мощностей «Химико». В обмен на помощь в лечении от зависимости могу спереть немного денег со счета, думаю, если наш план увенчается успехом, то никому не будет дела до пропавшего ляма иен.

– Есть ли гарантия твоей верности? Вдруг ты хочешь сдать нас отделу разведки, – хмыкнул Ханзе.

Он шутил, разумеется – не пришел бы сюда, если бы не знал, что Цубаки можно доверять. Что уже порождало несколько вопросов у Ямато, который все еще думал о возможности предательства. Да, Цубаки казалась честной, но все корпораты скрывали за собой поганое гнилое нутро. Или он успел пробить ее по базам, прежде чем встречаться лично? Когда только успел. С другой стороны, Ханзе казался волшебником, которому подвластно было все.