Текст книги "Пляска одержимости (СИ)"

Автор книги: Елизавета Коробочка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 53 страниц)

– Все дело в крови, – упрямо проговорил Ямато, держась за висок.

Голова пульсировала.

– Ты не Цубаки или моя вторая дочь, чтобы у тебя была особенная кровь.

Ямато понял, о чем говорил сейчас Тайтэн – о том, как легко Цубаки сплелась с «Химико». То самое, о чем он рассказал ему ранее. Сам Ямато вряд ли принадлежал к числу таких особенных детей, но его это вполне устраивало. Он был обычным в этом понимании слова. Вот бы еще и в остальных сферах жизни так.

«Да, потому что особенной она была не у нее, а у тебя и твоей жены», – подумалось Ямато, но он не стал этого озвучивать. Наследственность была решающим фактором в таких вопросах. Это было очевидно. Навыки можно было натренировать, но от Окамуры Ямато слышал о людях, не способных использовать хром вообще. Если он не ошибался, к таким относился и глава «Накатоми Дзайбацу». Но он не был уверен – Окамура знал много, но иногда рассказывал про слухи, а не правду.

– Она особенная не в этом смысле.

– Почти заинтересовал меня.

Тайтэн лающе рассмеялся. Он уже и не пытался встать, сверля Ямато взглядом. Чего-то выжидал.

Пока его «геройство» опять в жопе заиграет? Так хотелось сказать, мол, я тут главнее, я – потомок императорской крови, ты мне в ноги падать должен, но слова застряли в глотке. Зачем об этом знать Тайтэну? Бесполезная информация. Поэтому Ямато лишь крепче сжал зубы и взглянул на него с таким презрением, что тот вновь рассмеялся, едва не прерываясь на кашель.

Раненую руку он прижимал к себе, отчего рубашка у него становилась краснее с каждой секундой.

– Цубаки убил, и сразу же заделал себе второго ребенка. Ну и мразь же ты.

– Мне повезло найти человека, готового принести наше общее чадо в жертву науке.

– Готов поспорить, она была не очень рада.

– Харада? О нет, – Тайтэн рассмеялся весело, настолько жизнерадостно это звучало. – Она была очень не рада. В начале. Ее век тоже оказался не долог. Теперь ее ребенок платит ее долг.

Харада?

– … что?

Ямато в ужасе уставился на Тайтэна.

Что тот сейчас сказал? Ему не послышалось, он услышал имя Харады? Ребенок Харады? Но ведь Харада же… Он точно не ослышался? Ямато не знал, какая часть страшнее. Ребенок, платящий по долгам своего родителя, или то, что ее матерью была… Был?.. И она уже была мертва… Получается, то был не мужчина, а…

И Тайтэн воспользовался ее ошибкой.

– Ты не знал? Харада – женщина, – как же сладко и мерзко звучал этот голос. – И ты лично обрек ее на это. Она тоже проебалась, но она не глупая девочка, вытерпела все молча.

– И после такого ты думаешь, что я… – ощерился Ямато.

Это не рационально, ныло что-то внутри. Тайтэн сможет взломать центр управления, и вы выберетесь. Зачем тебе его убивать?

Но он сделал нечто подобное с Харадой…

Почему тебе не все равно на нее? Она пыталась тебя убить. Тебя, Ханзе. Если бы не ее пришествие, Цубаки была бы…

Но Харада пыталась его остановить из-за предохранителя.

Он бросил ее там, оставил умирать позорной смертью. А Тайтэн воспользовался.

Это случилось по твоей вине, раздался страшный голос в голове, но Ямато сумел удержать лицо. Он все равно ничего не сможет сделать, никак помочь ей – раз уж она мертва. Но вот ее ребенка… Невинного… Последнее, что осталось от Харады, в чьей смерти он был виновен.

Он найдет этого ребенка, четко прозвучала мысль в голове.

Должен найти, чтобы искупить свой грех.

Но Тайтэн…

– И что же, недоделанный палач выносит мне приговор? – ухмылка Тайтэна медленно перетекла в оскал. – Как интересно.

Нет. Черт. Тайтэн просто морочит ему мозги. Не надо было вестись.

Тихо застонав, Ямато неожиданно замер. Его голову посетила превосходная мысль. Точно. Он так уже поступал. Да, неправильно, зато ему будет плевать. Потому что результата, как и с Харадой, он не узнает – свалит раньше, чем прибудут те люди. И, заодно, Тайтэн не успеет ему ничего сделать. Не убьет же он его в таком состоянии.

Опустив свой взгляд на него, Ямато пророкотал:

– Будем считать, что ты заслужил милости. Раз я не такой говнюк, как ты.

Центр управления, пункт контроля – место, откуда управляющий свалкой мог связываться со внешним миром, небольшое строение с огромной антенной на крыше. <i>Раньше</i> мог связываться, конечно, но раньше – сейчас это место пустовало. Нэнокуни стала дикой ничейной землей, местом обитания сброда и скавов, тут не действовали законы города, лишь улиц. Техника тут, однако, осталась, и Ямато подозревал, что лишь потому, что скавы пользовались станцией время от времени.

Сейчас в здании никого не было, что только было им на руку.

Он все же не убил Тайтэна. Тот был полезен. Он перевязал ему рану и дотащил до центра управления, где планировал тому дать возможность связаться с кем нужно. Сам Ямато решил, что и самостоятельно выберется со свалки, оставив Тайтэна тут. И не узнает, что с ним станет по итогу, потому как в неведении заключалось самое простое счастье. Он не знал, что стало с Ишикавой, и, если тот погиб, контактировать с Одой или хоть кем-то из «Союза 109» было… Нежелательно. Но он и не планировал. Проще было закрыть глаза, и забыться.

Как он поступал и до этого.

Как закрыл глаза на тело в холодильнике.

Родная дека все еще не пробивала глушилки, но местная аппаратура – еще как. Затащив Тайтэна в серверную – под конец тот уже еле передвигал ноги, видимо, потеря крови наконец-то сказалась, Ямато подвел его к пульту управления и усадил рядом. Отсюда тот легко мог подключиться.

Комнатка была тесной, небольшой, и во всю стену напротив расположились экраны. Камеры до сих пор работали, и Ямато видел разные места на свалке. Но нигде не было того сраного екая. Сбежал что ли? Или идет у них по пятам? Но Ямато много раз проверял, и никого вокруг не было. Плюс той тварюге прострелили шею… Чудо, если выживет.

– Хм-м…

Чужой голос позади заставил Ямато обернуться. Тайтэн сидел, опершись на панель управления. Тонкий провод из его запястья был подсоединен к панели управления, но, судя по всему, что-то не работало. Заметив внимание Ямато, он со смешком отсоединил шнур, отчего тот с характерным щелчком вернулся обратно в разъем, и произнес:

– Слишком новая модель. Не могу подключиться.

Типичные проблемы тех, кто обновляет деки, рассеянно подумалось Ямато. Он помнил, что Ханзе говорил о чем-то подобном, когда вещал об «Изанами». Что та работала на настолько старых мощностях, что банально не могла ворваться в новую Сеть. Ничего удивительного.

– У меня «Хитачи Нетспейс-4». Ее хватит?

– Предыдущее поколение…

Тайтэн на секунду задумался, словно примериваясь, после чего кивнул.

В свете экранов он выглядел еще бледнее, чем до этого. Пот градом катился с его лица. Тайтэн был плох, долго он не протянет, это было ясно. Ямато не надо было даже ничего делать, скорее всего через пару часов он и сам откинется. Но чувство рационального говорило, что так нельзя. Тайтэн еще полезен. Почему?.. Это было…

Опять это странное чувство.

Прости, Цубаки, кажется я не смогу убить твоего тупого папашу, потому как у меня с головой что-то не так?

Но уйти… Да. Он просто уйдет. В ответ на это внутри ничего не противилось.

Тряхнув головой, отгоняя лишние мысли, Ямато подошел к панели управления. Тайтэн впихнул ему что-то в ладонь – как оказалось, щепка. Она была в крови, но целая.

– Что это?..

– Корпоративная штука, не задумывайся, – отдышавшись, просипел Тайтэн. – Что-то вроде сигнализации у «Макаи-Мед», только для «Хорин».

Ага, значит, стоит ему подключиться с ней, как «Хорин» узнают, где они. Хорошо.

Ямато подключился к устройству, шнур легко вошел внутрь, никаких неполадок не возникло; видимо, его модель деки подходила. Затем вставил щепку в разъем на голове. Он быстро покосился на Тайтэна, который во все глаза смотрел на это зрелище. Его едва слышимое «этой мощности хватит» заставило Ямато лишь недоуменно вскинуть бровь. И он уже было полез внутрь систем, чтобы активировать сигнал с щепки, но…

Перед глазами начали всплывать окна. Зрение окрасилось в красный.

<i>Синхронизация систем.

Здравствуйте, HIMIKO-2.011! Соединение установлено. Сонограмма принята. Начинаю процедуру перезаписи. Пожалуйста, подождите.</i>

– Что за дерьмо?!

Ямато не успел было выдернуть щепку, как руку ему заломили и приложили головой о панель управления, с такой силой, что у него выбило дух. Как?! Разве тот не был на грани потери сознания?! Тайтэн смотрел на него таким хищным взглядом, что Ямато вмиг осознал – плевать ему было на вызов помощи, и на свои раны тоже, это все была уловка, игра. Он тащил его сюда лишь для того, чтобы вставить эту сраную щепку. Но зачем?! При чем тут была «Химико»?

Он попытался было вырваться, но ноги подкосились. Окна заслонили все зрение. Очередная попытка улизнуть не удалась, Тайтэн легко проигнорировал его усилия, чтобы отбрыкнуться, после чего насильно опустил руку вниз, не оставляя даже возможности выдернуть щепку прочь. Чем-то, в ужасе пронеслась мысль, все это напоминало подключение Оторы.

Сквозь окна Ямато увидел, как замигало изображение на экранах.

Над ухом раздался голос Тайтэна:

– Нитта передал мне данные о твоей маленькой пустой голове. Что тебя взламывал один нетраннер, и именно он устроил бойню четыре года назад, не ты. Тебя лишь контролировали. Интересный феномен… Пока ты не убил Цубаки, я даже был готов махнуть на тебя рукой. Но посмотрите-ка! – перед глазами поплыли помехи, в голове вспыхнула боль, знакомая, лишавшая всех сил, и Ямато тихо заскулил. – Меня заинтересовал этот случай. Надеюсь, Цубаки не обидится, когда проснется в твоем теле. Не знаю, сработает ли это… Попытаться всегда стоит.

Что?

Что он сказал?!

Значит, на этой щепке…

«Химико», версия два. Точно. Ему же рассказывали, что система снимала копию личности, искин, чтобы помогать обрабатывать все человеку. Первой была жена Тайтэна, Аи. Второй – Цубаки. И сейчас Тайтэн пытался повторить то же, что сделал с ним Отора тогда – подчинить, стереть личность и заменить новой. Он еще раз брыкнулся, но Тайтэн держал крепко. Настолько он долго ждал этого, что даже раны не мешали.

Скорее всего на щепке был записан доступ для «Химико». И как только Ямато вставил щепку, то его голова стала открытой для искина.

– Я убью тебя! – взревел он, пытаясь вырваться, но безуспешно.

Тайтэн лишь хохотнул.

Безумец. Проклятый психопат. Настолько плюнул на себя, что готов был истратить оставшиеся силы на это. Ублюдок, как только Ямато вырвется, то тогда…

Неожиданно, все экраны перед глазами исчезли, но изображение пошло помехами. Оптика сбоила. Но Ямато четко увидел, как экраны вдруг вспыхнули ослепительным белым светом, и на них появилось расплывчатое изображение чьей-то фигуры. Постепенно та обретала форму, и, наконец, оттуда на них взглянула она, та, чей труп он видел. Та, что просила у него помощи.

Цубаки. Такая же, как тогда, перед своей смертью.

Ее лицо шло помехами. Голограмма, не настоящая. Лишь призрак.

Юрэй, так их называли. Цифровые слепки умерших людей, которые оставались в Сети. Даже после гибели она не смогла сбежать от Тайтэна, осталась в системе «Химико», и он выдрал ее из посмертия, чтобы…

– <i>чтооооООООоо</i> – голос ее тоже искажался помехами, картинка шла рябью, некоторые кадры повторялись. – <i>ЧТО эттттто. За. МееЕЕЕЕРррЗость?!</i>

Она их не видела.

От ее голоса дрогнули они оба.

Это был не приятный нежный голосок Цубаки – скорее как вой всех систем, в котором пробивался ее механической тон. Схватившись за голову, Цубаки на экране застонала, и техника вокруг заискрилась и замигала, как новогодняя елка. Тайтэн чуть ослабил хватку, и сейчас, по-хорошему, Ямато должен был дать деру.

Но он не мог. Во все глаза смотрел на Цубаки.

Никогда еще он не чувствовал настолько искреннего ужаса. Как смотреть на разъяренное божество.

– Цубаки! – раздался голос Тайтэна. Он неотрывно глядел в экраны, с пьяной больной надеждой, и в глазах его словно застыли слезы. – Ты слышишь? Я…

– <i>опять ОПЯТЬ ОПЯТЬ ОпятЬ ОпЯТЬ этот ГОЛОС. Эта ДРЯНЬ эта МЕРзость НЕНАвиЖУ!</i>

– Цубаки!

– <i>Что. ТЫ. наделАЛ. ААААААААААааааааааааааааааАХ!</i>

Ямато ощутил, как против его воли двинулась собственная же рука. Прямо к Тайтэну. Но тот не смотрел на него – все его внимание было увлечено изображением на экранах.

Затем, сверкнула искра.

На секунду Ямато подумалось – ну все. Вот и конец. Он прожил хорошую жизнь, успел сделать многое: насрать в кашу корпорации, убить всю семью одного человека, свести его с ума, еще всякого до кучи. Ладно, шутка ли, дерьмовая жизнь. Но Ямато не чувствовал никакой тоски. В конце концов, если Цубаки завершит все это, будет не так обидно. У нее было право.

Экраны сверкнули вновь, и, затем, начали трескаться. На фоне заорала тревога. Перегрев процессора, невозможность вырубить питание… Точно, понял Ямато. Сейчас произойдет сенсорная перегрузка, как у новейших гранат. И их с Тайтэном размажет по стеночке.

Сбежать он уже не успеет.

Прости, Окамура-сан. Ты и сам справишься. Если постараешься найти Ханзе. Он наверняка жив.

Подумав об этом, Ямато прикрыл глаза с блаженной улыбкой.

Может, в посмертии удастся отдохнуть. Кто знал?

Он там еще не был.

Затем, раздался взрыв.

Глава 24. Карма

Когда Ямато открыл глаза, он подумал – стало быть, я умер, а это небеса.

Однако посмертие не принесло ему блаженного покоя или избавления от боли; наоборот, болело все.

Давненько ему не было так плохо…

Примерно в то же время, как конечности начали подавать сигналы, что не отмерли, и как Ямато начал осознавать, что он, в общем-то, еще жив-здоров, к его величайшему удивлению, он понял еще кое-что: свет вокруг был не от небес, на которые он вознесся (или от костров ада), а от ламп на потолке, потому что он, как выяснилось, находился сейчас… Поначалу Ямато стушевался, когда рассмотрел окружение получше, но потом понял, что глаза ему не врут: он действительно был в гараже, который Масаки и его банда избрали собственной базой, временной остановкой для всякого рода действий.

На руках, лице и груди были легкие ожоги, но ничего серьезного, как ни странно; когда он очнулся, они были уже обработаны. Ямато рассматривал руки в царапинах и мог лишь гадать: выходит, кто-то сюда его притащил? Мог ли это быть Ишикава, вернувшийся за ним и спасший после взрыва? Ему еще повезло, что тот, видимо, был не настолько уж и мощным, раз его почти даже не покалечило, лишь прибавило в коллекции будущих шрамов…

Мог ли Тайтэн выжить?

Нет. Вряд ли. Он был тяжело ранен, и последние действия совершал исключительно на силе воли. Сомнительно, что он мог выбраться с такой кровопотерей, да еще и из завалов без чужой помощи. Это Ямато мог на кого-то надеяться, он хотя бы был своим на улицах, Тайтэн же… Чужак. Пиджак. Люди вроде него должны были сидеть на верху мегабашен и взирать лишь оттуда, а не спускаться вниз. Но он решил, что может, а потому ступивший на землю небожитель пал. Вот и весь результат. Закономерный итог для такого психопата…

Это ему за Цубаки. За Хараду

За всех.

Из одежды на нем были лишь штаны, и Ямато потер живот. Да уж, хотелось бы разжиться рубашкой, а то выходить в таком виде зимой на улицу как-то чересчур экстремально даже для него. Скорее всего кто-то ее стянул, когда бинтовал раны, но кто же, все-таки? Он был на базе их банды, но вряд ли Масаки был в Нэнокуни, как и кто-то из его приятелей. Значит, сюда его оттащил кто-то, кто знал о его связи с Масаки… Честно признаться, из таких в голову приходил разве что Ода, да Ишикава, и Ямато все больше и больше склонялся ко второму варианту. Тот был на свалке, может, скрылся. Следил за ними, а когда произошел взрыв сумел вызвать помощь и выбраться вместе с ним. Логично.

Дверь в комнатушку открылась, и Ямато вскинул голову, вглядываясь.

На пороге стояла Широ, та самая подружка Масаки, вновь в одной из своих модных и богатых шмоток и бейсбольной битой наперевес: когда они пересеклись взглядами, надменное выражение с ее лица исчезло, сменившись искренним беспокойством. Словно запнувшись и не зная, что делать, она несколько секунд просто на него пялилась, после чего дернулась и истерично запричитала:

– Твою ж мать! Мы думали, что ты сдох!

– Я тоже рад тебя видеть, – сухо улыбнулся ей Ямато. Он потер затылок и опасливо покосился по сторонам. – Э, что, было настолько плохо?

– Да ты когда сюда ввалился, у тебя кровь из носа так сильно хлестала, мы реально думали – ну все, пизда! – заголосила Широ и подошла ближе, после чего схватила его за руку. Ладонь у нее была горячей, и Ямато вдруг осознал, что ему действительно, черт возьми, холодно, как после большой кровопотери. И видимо не из ран, раз Широ говорила, а из носа?.. – Оттащили тебя сюда, кое-как Масаки нашел наркоту какую-то, какой он пользовался, чтобы при поножовщине не отрубиться, вколол тебе… Ну раз сидишь, значит, сработало.

Потом помолчала, словно раздумывая над чем-то. Робко поинтересовалась:

– А ты что, не помнишь?

– Честно говоря… я даже не могу вспомнить, кто меня сюда притащил.

Стоило ему это произнести, как Широ еще более странно на него уставилась.

Неловкая пауза длилась добрых пару минут; затем она подсела к нему на кровать (хотя сложно было назвать такой застеленную тряпками лавку с подушкой, явно стащенной кем-то с дивана из дома) и посмотрела в глаза так внимательно, что Ямато стало неловко от подобного внимания. А если Масаки не так воспримет?.. Широ Ямато вообще не интересовала, они были на противоположных полюсах, настолько далеких, что, ну, э.

Затем она наклонилась, и их лица стали так близки, что он сумел ощутить на коже ее дыхание, пахнувшее клубничной жвачкой.

– Дружище.

Э…

– Ты сам сюда пришел. Еще сказал, что нас искал, а потом эпично отключился. Реально башкой повредился?

Голос Широ звучал настолько искренне обеспокоенно, что Ямато всерьез напрягся. Ситуация сама по себе была странной, но то, что она говорила нормально, без своей привычки вставлять ругательства через слово, уже говорило о том, что тут явно было что-то не так.

Вот и все, что узнал он о своем спасении.

Он не помнил ничего из этого. Только взрыв. То, что каким-то образом ему удалось ускользнуть, вводило его в ступор: допустим, взрыв был несильный, но его все равно должно было завалить обломками сразу после того, как ядро сервера не выдержало и решило детонировать. Он был слишком близко, чтобы успеть уйти в своем состоянии, плюс потерял сознание, это точно, но Широ утверждала, что он самостоятельно пришел сюда и попросил помощи, и лишь после этого потерял сознание. Это было…

Он вновь потерял память?

Но голова была цела. Да, болела после дебильного эксперимента Тайтэна, но вроде бы не особо сильно, не как в момент подключения, что только подтверждало – эксперимент прошел неудачно. Тайтэн, скорее всего, погиб, и вместе с ним и его идиотская идея, и Ямато не вынес из этой бойни… ни одной серьезной травмы.

Это было так чудно. Так странно! Он думал, что их финальное противостояние с Тайтэном будет страшным, как во всех тех фильмах, однако ничего из этого не случилось. Никакого катарсиса. Ну, по-своему это было неплохо… Он не мог сказать, что ощущал недовольство от того, что хотя бы одна часть безумной истории с «Хорин» завершилась, но из того, что он услышал вчера… Слова Тайтэна никак не выходили у него из головы.

Вторая дочь.

Труп Цубаки.

– Кстати ты уж извини, но мы твою бессознательную тушку ополоскали немного, а то воняло от тебя пиздец просто.

Восхитительное чувство после пребывания на главной городской свалке. Ямато с кривой усмешкой взглянул на Широ.

– Надеюсь, ты там ни на что не смотрела?

Его мгновенно одарили уничтожительным взглядом.

– Сдохни, уродец. Еще бы мне размер твоего писюна оценивать, сто процентов ничего впечатлительного.

– Это ты с Масаки сравниваешь?

Когда ему смачно заехали по шее, Ямато лишь сдавленно рассмеялся. Ну, ну! Будет!

Они бы так и продолжили болтать о чем-то несущественном, если бы в следующий момент в комнату не вошел уже сам Масаки: видок у него был мрачным, уголки губ низко опущены. Явно думал о чем-то важном: каждый раз, когда переставал строить из себя грозного борца улиц и внимал чему-то действительно серьезному, то переставал походить на простую шпану и напоминал своего отца. Приметив Ямато, он вяло кивнул, после чего рухнул на стул напротив.

Словно хотел что-то сказать, но никак не мог прийти к решению.

– Блин, мужик, ты либо говори, либо завязывай, а то рожа мрачная, пипец просто.

– Масаки, если Ямато тебе сказал о роже, то все и правда плохо, – сконфуженно подтвердила Широ.

Некоторое время тот подумал, после чего пожал плечами.

И так повисла тишина.

Широ сидела рядом на краю кровати и болтала ногами, тогда как Масаки сидел напротив на стуле, упершись подбородком в спинку. Они оба внимательно смотрели на Ямато, но тот лишь пожал плечами в ответ. И что он мог сказать им? Что в его памяти вновь был провал? С другой стороны, он помнил все остальное, и от попыток вспомнить голова не раскалывалась. Значит, сделал логичный вывод Ямато, скорее всего он просто приложился головой в какой-то момент, вот память и отшибло. Без взломов, как было с Оторой, а банальная амнезия от удара. Это хотя бы можно было объяснить… Хоть как-то.

На всякий случай он коснулся затылка, пытаясь нащупать щепку Тайтэна. Но там было пусто. Неужели тоже успел вытащить, пока добирался сюда? Было бы логично, но так странно, что у него была настолько значительная лунка. С другой стороны, стоило порадоваться, что на грани потери сознания он явился сюда, а не в место потенциально более опасное.

Или к старым знакомым.

– Видимо, притащился на автомате, – выдавил он наконец из себя и мрачным взглядом уставился Масаки в глаза. – Спасибо, что пустил.

– Да ладно, – цыкнул тот, отводя взгляд в сторону. Чуть побарабанил пальцами по спинке. – Папаша рассказал, что за тобой и Ишикавой гнались какие-то люди…

Значит, Масаки знал.

Ямато быстро покосился на Широ – все же, ее отец был связан с «Хорин» – после чего опустил взгляд на пол и быстро кивнул. Раз уж Тайтэн был мертв, а его люди так и не начали его поиски до сих пор (а он был уверен, что прошло значительно много времени, около дня), значит, они и сами были рады от него избавиться. Мысль об этом заставила что-то внутри неприятно заскулить: это ведь тоже была его вина. Если бы он не согласился на план Окамуры, то Отора бы не взломал ему голову, и жена и сын Тайтэна остались бы живы. И Цубаки, конечно же.

И он остался бы просто немного странным, но успешным и харизматичным сеошником. А не психопатом, пытающимся воскресить дочь из единиц и нулей.

– Люди, которым я знатно насрал в кашу до нашего знакомства, – не уточнил Ямато и кивнул. – Ишикава-сан выжил?

– Да, злой, как собака, но живой. Передавал тебе привет.

То, что Ишикава выжил, принесло покой. Хоть кто-то не помер по вине его собственной неосторожности. В голове промелькнула ехидная мысль, что раньше бы он ни за что бы так не беспокоился о таком человеке, как Ишикава, но времена менялись. И сам Ямато тоже. Он уже не был тем упертым дураком-идеалистом, Сумэраги Ямато, но так окончательно и не вернулся к старому «я», Такигаве. Застрял где-то между.

И это порой так сильно утомляло.

– Хорошо, что ты выжил, – мгновенно заулыбалась Широ той же простодушной ухмылочкой. – А то кто бы покупал нам алкашку?

– Только об этом и думаешь? – Масаки бросил на нее уничтожительный взгляд, и Широ показала ему язык.

– Свали, зануда.

– Я пожалуюсь Вашимине. Он теперь важная шишка, так что…

– Только, бля, попробуй!

Они ругались точно так же, как и раньше, и этот островок стабильности позволил Ямато расслабиться окончательно. Он откинулся на подушку и прикрыл глаза, и, когда спор неожиданно затих, выронил:

– Можете продолжать. Я просто отдохну немного.

– Посраться мы можем и снаружи, – хмыкнул Масаки. – Отдыхай. А то и правда, кто купит нам пива?

– Идем, – зашипела на него Широ и потащила приятеля за локоть прочь. На пороге она махнула Ямато рукой, прощаясь, после чего плотно закрыла за собой дверь.

И, вот так, Ямато остался наедине со своими мыслями.

Он лежал некоторое время в тишине, обдумывая все произошедшее. Прикрыл глаза, ощущая накатывающую полудрему. Скорее всего, раз Тайтэн был мертв, то роль гендира отошла Вашимине – и именно это и подразумевал Масаки под «важной шишкой». Поддержит ли он развитие проекта «Химико»? Что-то подсказывало Ямато, что старик обо всем прекрасно знал. И что станет с тем ребенком, второй дочерью Тайтэна? Она сейчас, по логике, должна была остаться под опекой последнего выжившего ребенка, как Тайтэн говорил… Такахиро, кажется? Вряд ли их бешеный отец уже прямо так подключил ее к «Химико», скорее всего, пока ей просто установили необходимые импланты. Но даже сама мысль об этом была ужасной. Но что Ямато может сделать? Похитить ее? Это глупо. Он не умел обращаться с детьми совершенно, сам еще, по сути, только из подросткового возраста выбрался. Плюс он был уверен, что эта девочка находилась в таком месте, куда он один ни за что бы не проник. Для того, чтобы добраться до Цубаки, им понадобился Ханзе, умелый нетраннер, Отора со способностью воровать лица, и, конечно же, Нитта, работавший внутри. И сама Цубаки, у которой был полный контроль над системой. А тут? Он не человек-армия, только сунется – мгновенно убьют.

Только выбрался… Все юношество пробегал в шиноби, но не помнил ничего из обыденности. Может, потому что ее и не было толком? Поэтому, наверное, Окамура его и выбрал. Потому что работать с подростком без мирских желаний было проще, чем со взрослым человеком, чьи взгляды на мир уже давно сформировались. Мало кто захочет поддержать такие планы, мало кто добровольно сунется в змеиное логово.

Но Ямато сунулся, тогда, в девяносто седьмом.

Потому что ему приказали.

И это стоило многого.

– Мало кто. Ты прав.

Ямато вздрогнул и резко распахнул глаза. Затем резко опустил взгляд.

Он уставился на фигуру рядом с собой. Это была не Широ – черные длинные волосы, простая бесцветная юката, незнакомка стояла спиной к нему, и он задрожал, когда понял, что видит помехи в ее облике: словно она слегка подергивалась. Как битая картинка. Когда фигура неторопливо обернулась, Ямато понял, что в ужасе не может вымолвить ни слова, а все потому, что понял, отчего этот голос показался ему знакомым: прямо перед ним стоял человек, чьи закатившиеся глаза он видел в лаборатории «Хорин». Кто просил спасти, кто… кого он убил.

Цубаки.

Нормальная речь так и не формировалась, лишь сиплые вздохи, поэтому он просто отполз на постели подальше от нее, когда как на лице Цубаки – она была без очков – сверкнуло нечто сродни лукавству. Прикрыв рот рукавом, она с ехидцей подступила ближе, отчего Ямато вжался в противоположную стенку еще сильнее.

– Чего испугался-то?

– Какого хера?!

– Если ты будешь орать, все сбегутся. Они и так думают, что у тебя с головой непорядок. Хочешь еще?

– В смысле?!

Вздохнув, Цубаки щелкнула пальцами. На мгновение ее образ пошел помехами, чтобы затем юката сменилась на другую одежду, похожую на ту, в какой была Широ: шорты и футболка с бомбером поверх. Она оттолкнулась ногой от пола и взмыла в воздух, и только тогда Ямато понял, в чем дело. Ну конечно. Помехи.

Она не присутствовала тут физически. Это был искин, и сейчас он видел проекцию на своей оптике.

Щепки в голове не было, но Тайтэну удалось перенести сознание Цубаки ему в голову. Выходит… Его план сработал? Сознание Цубаки все же сформировалось в полноценный цифровой призрак?

Вот отчего голова так болела – потому что туда грузили нечто настолько…

– Тяжелое? Девушкам такое не говорят.

– Ты поняла, о чем я… – потерев висок, пробормотал Ямато.

Хорошо. Спокойно… Присутствие Цубаки тут можно было объяснить логически. Он не просто свихнулся. Уже хорошо. Это был юрэй, самый настоящий цифровой слепок. Он думал, это сказки!.. Просто байки среди нетраннеров, но, оказалось, нет? Выходит, Тайтэну удалось сотворить из собственной дочери призрака, воскресить ее в таком виде?

Было ли это чудом?

Безумец. Но… Она ведь была жива, хотя бы так, и…

Ямато опустил руки и склонил голову, и, когда Цубаки на него крайне сконфуженно взглянула, проговорил:

– Прости меня. Пожалуйста, – помолчав и не получив реакции, словно она чего-то ждала, он продолжил: – Я никогда не смогу простить себя за то, что убил тебя. Что моя неосторожность и торопливость стала причиной твоей гибели. Я… Если бы я не полез тогда по приказу господина Окамуры, то ты бы…

– Ямато.

Голос Цубаки звучал мягко, и, когда он вскинул голову, то встретился с ней взглядом. Она смотрела ему прямо в глаза чуть поджав губы, и, видя ее, такую серьезную, он не мог не ощущать ничего, кроме невероятной вины. Он был так виноват. Хотя бы в этом чувстве он был искренен: он никогда не желал Цубаки зла, был рад ей помочь, и, когда его руками она была убита… Он и правда корил себя. Она этого не заслужила; должна была стоять тут, рядом с Широ и Масаки, развлекаться с их глупой бандой сверстников. Думать об экзаменах и любви, смотреть дорамы и хихикать над глупыми фото с подругами, а не существовать цифровым призраком, бессмертной копией себя оригинальной.

У которой даже тело не было похоронено по-человечески.

Она подошла к нему ближе и опустилась на кровать, ничуть не просевшую под ее весом; затем аккуратно положила ладонь поверх его руки. От этого прикосновения по коже поползли мурашки, но Ямато знал, что ничего этого на самом деле не было, лишь его собственные ощущения, фальшивые, каких никогда не существовало. И когда их взгляды пересеклись вновь, Цубаки грустно улыбнулась.

– Ты плачешь.

Проведя пальцами по глазам, он нервно икнул.

– Прости меня… Прости, пожалуйста. Я не хотел, чтобы все так заканчивалось. Я…

– Все это, – оборвала его она, опуская голову вниз, отчего волосы заслонили ей лицо, – уже в прошлом. Хорин Цубаки умерла. Это факт. Осталась только я… Знаешь, – вдруг более бодрым тоном заявила она: – я не стану терзать себя размышлениями о том, настоящая я или же просто копия. Потому что и так знаю ответ! Давно работала в Сети. Но ничего страшного! Для нас с тобой это шанс все начать заново: словно мы никогда не были знакомы, хотя знаем друг о друге невероятно много! Потому что я – это все еще я. Ну а ты…

Она коснулась его подбородка, и невольно, словно поддаваясь ее жесту, Ямато вскинул голову.

Цубаки смотрела ему в глаза и улыбалась, тепло; но вместе с этим в этом выражении он видел ее мать, улыбавшуюся ему точно так же прямо перед тем, как он лишил ее жизни.

Очередная слеза вновь прокатилась по щеке, и скривил губы в омерзительной виноватой усмешке.