Текст книги "Пляска одержимости (СИ)"

Автор книги: Елизавета Коробочка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 53 страниц)

Смешно было думать, что по своему инстинкту стаи эти идиоты напоминали типичных корпоратов, боящихся Тайтэна, только вот иначе это завершилось лишь благодаря абсолютно дикому стечению обстоятельств. Харада не знала, стоило ли считать эту встречу счастливым случаем или неудачей – она не то что планировал пересекаться и с кем из знакомых, но, все же, была благодарна за то, что ей не пришлось вступать в долгую муторную полемику и драку с мелкими крысятами.

На протянутую руку она откликнулась – решила не выпендриваться, да и живот свело от спазма. Крепко схватившись, она с трудом поднялась и пошатнулась, и лишь пацан рядом не дал ей опять упасть на землю. В глазах кружилось, а к горлу подступала тошнота – Харада рассеянно подумала, что надо было еще хотя бы недельку отлежаться в том месте, прежде чем идти искать счастья во внешний мир. Понапрасну тратить старания Такарады как-то не хотелось. Но дело было уже сделано. Вряд ли тот блондин, которому она расшибла нос, сильно обрадуется ее возвращению.

Пацан, чуть помедлив, вдруг широко улыбнулся и со всей дури шлепнул ее ладонью по спине, отчего у Харады мгновенно потемнело в глазах. Впрочем, его это не напугало, и злодей громовым голосом рассмеялся.

– Харада-сан, давно не виделись! А я думал, ты померла там.

– Масаки.

– М-м-м?

Названный выразительно посмотрел на Хараду, явно ожидая, что та скажет какие-нибудь слова благодарности или еще что-нибудь воодушевляющее, но та лишь с трудом подняла руку и с абсолютно белым лицом – в глазах темнело стремительно – пробормотала:

– Давай… где-нибудь присядем.

– Че? – вскинув бровь, он сконфуженно на нее взглянул, но потом до его головушки все же дошло, что именно произошло. – Ой. Ну, да. Вот сюда.

Ода Масаки. Сейчас-уже-семнадцатилетний засранец, лучший друг ее младшей сестры. Харада хорошо знала его, потому как мальчишка частенько приходил вместе с этой маленькой идиоткой к ним в офис рядом с лабораторией на окраинах, и, пока она клянчила деньги, поглядывал на всех с жутко угрюмым видом. Как бешеная собака. Но он был известен не только как приятель Широ, отнюдь, семья Ода была частью «Союза 109», который тесно сотрудничал с… кем только не сотрудничал. Проще говоря, малец был по уши в подполье, и не было ничего удивительного, что всяким темным делишкам «Хорин» во время своих визитов он не удивлялся.

Вместе они сели на лавку, и первые несколько минут Харада медленно приходила в себя – Масаки, это бестолочь, бил со всей силы, и пусть в его жесте не было ничего злого, ударил он на славу, так что искры из глаз посыпались. Отдышавшись наконец, она осторожно покосилась на приятеля сестрицы – тот самозабвенно ковырялся мизинцем в ухе.

Ох уж эти манеры у наследного сына семьи якудза!

Их отсутствие.

За прошедшие несколько лет он не особо изменился, остался таким же грозным, да и волосы все так же осветлял. Но лицо потеряло ту детскую округлость, он явно подтянулся. Интересно, изменилась ли Широ, или осталась таким же ангелом внешне, но сущим дьяволенком внутри.

Заметив на себе чужой взгляд, Масаки недоуменно вскинул бровь.

– Что-то не так?

– Давно тебя не видела, – подумав, пробормотал Харада. – Скоро же у тебя экзамены, да?

– Бля, ну Харада-сан! Столько не виделись, а ты сразу с плохого начинаешь, – болезненно поморщился тот, но обреченно кивнул. – Да, у меня… И еще у кое-кого… Знаешь, такого заносчивого и очень любящего похулиганить…

Масаки настолько выразительно посмотрел на Хараду, что не будь та готова к этому, то, пожалуй, даже отвела бы взгляд в смущении. Но она ждала вопросов о Широ – о ком же еще – а потому даже не дрогнула, когда Масаки наклонился к ней ближе.

… нет, все же, разговаривать с ним было иногда сложно. Странно было думать, что какой-то подросток выглядел в сто раз грозней, чем ты. И кто из них настоящий преступник?

– Ты домой вообще собираешься возвращаться?

– А похоже, что мне есть куда? – Харада вяло хмыкнула. – Умоляю. Вся моя жизнь теперь состоит из ночевок где придется, быстрых подработок и обеда тухлятиной.

– Это нехорошо, – чуть подумав, произнес Масаки.

Они помолчали некоторое время.

– А если ты попросишь Широ?

– Попрошу что?

– Забрать тебя… К ней. Еши-сан наверняка не будет против.

– Вашимине нахер меня пошлет после того пиздеца, который произошел на работе, – она зачесала волосы назад и со стоном выдохнула, после чего откинулась на лавке на спинку. – Бля, какой Вашимине. Широ до меня дела нет, сто процентов.

– Неправда. Широ тебя очень сильно ищет.

– Круто, – прикрыв глаза, Харада обвела языком губы. Потрескавшиеся, обкусанные, еще пара таких леденящих душу разговоров, как она вновь раздерет их до крови. – Хоть кому-то не похер, как оказалось.

– Позвони ей.

– Я не могу, Масаки.

– Хуйня, – упрямо проговорил тот. – Все ты можешь.

– Я не могу вернуться к ней. Есть… некоторые обстоятельства.

– Обстоятельства? – нахмурился он.

Он был смышленым парнем, этот Масаки. Хотя, возможно, ему просто рассказала Широ, в любом случае, он не стал спрашивать больше, подняв ладонь – явно дал понять, что вопрос был риторическим и ответа не требовал. А отвечать про то, почему она не могла появиться на глазах у Вашимине, Харада не хотела.

Между ними вновь повисла тишина. Харада откинула голову назад, на спинку лавки, и уставилась вверх. Один раз, помнится, ей показалось, что она видела настоящие звезды. Но теперь там был лишь смог и сияющий неон. Он же бежал по венам. Синий, переливающийся. Словно «парамита». От мыслей об этом зачесались запястья, и Масаки резко опустил взгляд вниз, потемнел лицом. Хотелось отбросить его руку прочь, но в запястье вцепился он крепко.

– Колешься?

– Слезаю, – вяло огрызнулась Харада.

– Чем ширяешься?

– «Дельтой-14».

– Ой, мля, не дури меня, – Масаки мгновенно скуксился, словно сожрал целый лимон. В ответ Харада вяло хмыкнула. – Я серьезно.

– Ничем уже. Анти-токсины это, понял?

– Ага, ими просто так не ширяются. Да ладно, харэ мне мозги ебать. Я же честно спрашиваю, не для того, чтоб обосрать.

– «Парамита». Слыхал?

Масаки поводил ртом из сторон в сторону, но потом с уверенностью кивнул.

– Ну, че тут сказать, хуево быть тобой. Это от отчаяния?

– От отчаяния я с нее слезаю, – осклабилась она. – Все, не еби мозг уже мне, пожалуйста.

– Увидела бы это Широ – очень расстроилась бы, – неожиданно произнес Масаки. – Ты себя видела? Ты реально на торчка похожа.

Харада себя видела. В отражении витрин, в битых зеркалах в заброшенных домах.

С ней той – что работала в «Хорин» – уже не было ничего общего. Осунувшееся лицо, синяки под глазами, она напоминала скорее скелет. И это не считая исколотой вены, отросшей копны волос, местами короткой от выпадения после наркотика. Удивительно, как ее с таким видом на работу брали вне Сети; небось все еще думали, что она парень, а им все это было простительно. Вот и весь секрет.

Масаки был хорошим мальчиком. А потому, хорошенько подумав, он резко наклонился вперед – и стоило Хараде перевести на него недоуменный взгляд, вдруг загадочно протянул:

– Можешь пока… остановиться у меня? Папаша, конечно, будет возмущаться, но я-то его уговорю, если надо, – весело хмыкнув, Масаки наклонился еще ближе. – Хотя бы чутка выздоровеешь, а то ты белая, пиздец просто.

– С чего такие предложения? – насмешливо фыркнула она, и Масаки тряхнул головой.

– Ради Широ.

Ради Широ…

Только дурак отказался бы от такой возможности. После ада в «Хорин», недоделанной операции, отходняка и отсутствия какого-либо нормального отдыха в последние несколько лет (начиная от обычной работы в «Хорин»), такое приглашение могло показаться самым настоящим путь в рай, туда, где можно было отдохнуть и наконец забыться. Но принимать чужую жалость не хотелось, тем более, что Масаки не был ей приятелем – так, знакомы, и то, что мальчишка предлагал ему свою помощь так просто, искренне удивляло Хараду. Она привыкла, что приятели Широ не отличались какими-либо принципами и сочувствием, может, Масаки тоже пугала перспектива столкнуться с взъярившейся сестрой?

Или просто за все это время она забыла, что люди бывают добры друг к другу. Потому что это нормально – проявлять заботу и предлагать помощь, если тебе от этого не будет дискомфортно.

Как Такарада.

Такарада… Надо было отблагодарить его.

– Спасибо, – улыбнувшись, Харада покачала головой. – Но не нужно.

Впереди возвышался особняк, в котором жил Вашимине. Попасть в него было легко – если только позвонить в домофон. Она не знала, какой удачей ей удалось проникнуть в район Мэгуро; хорошо было знать тропы без внимательного взора камер, но этого явно было недостаточно. Нужна была удача… Удача, которой она никогда не обладала. Выходит, все же обманывала себя? Но вот он – впереди, высилась вилла, та, в которой можно было найти спасение, та… К которой ее сами собой принесли ноги.

До кнопки звонка оставалось совсем чуть-чуть.

Буквально миллиметр – и прозвучала бы до боли знакомая мелодия.

Ведь это было так просто.

Всего одно маленькое прикосновение. Всего один маленький разговор.

Можно было начать жить заново, с чистого листа!..

Упасть в ноги Вашимине и молить о помощи. Он ведь не злой человек, наверняка сжалится и поймет. Она была уверена. Вашимине же… Но… Когда Тайтэн зачитывал свой приговор, он присутствовал в комнате среди тех молчаливых фигур. И ничего не сказал. Ничего не сделал. Просто наблюдал… Немо, равнодушно. Боже. Какое ему вообще было дело до нее? Действительно. Стоило даже позабыть думать о жалости со стороны человека, что молчаливой тенью стоял позади Хорин Тайтэна.

Харада резко отдернула руку в последний момент и еще раз покосилась на камеру. Никто не выходил. Хорошо. Не хотелось бы, чтобы эти неудачные попытки кто-то лицезрел. Еще раз с сомнением покосившись на экран домофона, она задержала руку около него…

Но потом отвернулась.

Ладно, хватит. Это глупо. Надо было уходить, пока не вызвали полицию, а то будет еще хуже…

Вдруг где-то поодаль, сбоку, раздался шелест; глухой удар последовал мгновенно. От резкого шума она дернулась. Черт, кто-то все же увидел?.. Из соседей? Стоило слинять до того, как поднялся крик.

Медленно Харада подняла голову и развернулся в сторону странного звука. Она надеялась, что это был не он, кто угодно, но не этот человек, и, заметив, что фигура была ниже – явно женской – облегченно выдохнула. Но стоило ей присмотреться повнимательней, как внутри все сжалось с еще большей страшной силой, потому как там, в паре метров от нее, в прожекторе уличного фонаря, этот таинственный посетитель… Она помнила это лицо.

И та узнала ее за секунду, и, от шока, выронила пакет.

Конечно она узнала. Другой такой было не сыскать – такой же, как ее сестры.

Широ смотрела на него, не моргая.

Они глазели друг на друга с таким недоверием, словно оба не могли понять, уж не наваждение ли это. И стоило ей сделать один шаг по направлению к Хараде, плюнув на пакет под ногами, стоило ей двинуться вперед, уже поднимая руку к миражу перед собой, та поняла – еще мгновение, и она не выдержит. Разговор с ней потянет за собой разговор с остальными, а следом за этим, конечно же, придется встретиться с ним.

Конечно, было очень мило ее встретить, но…

Резко крутанувшись на пятке, Харада буквально сорвалась с места – состязаться с сестрой в скорости было бессмысленно, она была звездой школьного клуба атлетики, во всяком случае два года назад точно, но разговаривать с ней не хотелось. Она была частью той, старой и счастливой жизни, когда все было хорошо, а в конце виделся светлый конец. Да и не хотелось втягивать ее в свои заботы…

Быть обузой.

– О боже. Стой! Сен!

Надо было уходить…

– Погоди! Ну пожалуйста!

Скорее…

– Блять!

– Не ругайся, – по привычке рявкнула Харада.

И все же остановилась. Затем обернулась.

Широ была совсем рядом. Смотрела ей прямо в глаза.

Она была очень красивой, и этого у нее было не отнять.

Когда-то давно она осветлила волосы, из-за чего мать, тогда еще в более-менее адекватном состоянии, подняла жуткий скандал, но это лишь придало ее тонкому острому лицу еще большего пугающего демонического очарования, словно она была воплощением гневной Каннон, такой же красивой, но жутко опасной. Может, все дело было во взгляде – остром, проницательном. У Широ, в отличие от нее самой, были темные, почти черные глаза – такие, что зрачка в принципе не было видно, и когда она смотрела на тебя, то становилось неясно, видит ли она лишь твое лицо, или же душу.

Она была прекрасна, когда лицо было спокойно, но вместе с этим не теряло своей красоты даже при самых ярких эмоциях.

Тонкие брови, узкие губы, многие завидовали ей страшной завистью, а сама Широ лишь наслаждалась чужим гневом, обращенным в ее сторону. Если бы она и правда была демоном, в этом не было бы ничего удивительного.

Ее маленькое сокровище…

– Куда ты направилась?! – выпалила Широ.

Харада медленно покачала головой.

– Мне надо идти.

– Какое «идти»?! Тебя не было полтора года! Полтора! Я скоро из школы выпускаюсь, блин! Столько всего произошло! Я думала, ты умерла, искала тебя, а тебя и след простыл! Не смей сваливать!

– Широ…

– Пойдем домой, – схватив ее за руку, сестра сделала шаг назад, обратно ко входу в особняк и с отчаянием заглянула ей в глаза. – Куда ты сейчас в таком состоянии пойдешь? Ты себя видела?! Совсем худо выглядишь!

– Видела. Если вернусь, то он увидит тоже.

Внезапно Широ распахнула глаза и резко отпустила руку.

– Тебя так волнует мнение Еши-сана?

– Я облажалась. Это… – Харада помедлила, – была непростительная ошибка. Я не могу показаться перед ним сейчас.

– Да срать вообще! Я его уломаю! Еши-сан добрый!

– Такой добрый, что не спас меня, хотя все знал?

На этом Широ подавилась воздухом и страшным взглядом взглянула на нее.

Она знала – это было видно. Все прекрасно знала. О том, что господину Вашимине попросту не было дела до нерадивого подчиненного, который так проебался. Это даже не утрата оборудования, это непреднамеренное убийство. Ведь если бы, как и говорил Тайтэн, Харада убила бы Ямато сразу, как нашла, то ничего из этого бы не произошло. И Цубаки была бы жива. Хотя, побывав на ее месте, она теперь знала, что смерть была очень даже неплохим избавлением.

Провинившихся не жалеют. Это было глупо.

– Я уговорю его! – упрямо повторила Широ.

– Не надо, – мягко покачала головой Харада. – Не говори, что я была здесь.

Она сомневалась в способности сестры хранить секреты, но если попросить ее по-особому, то даже ее глупый болтливый рот был в состоянии сохранить секрет. Крепко сжав ее ладони, тонкие, гладкие, она сложила их в замок, после чего приложила к ее же губам, не давая ей пикнуть.

Широ смотрела на нее со странной смесью возмущения и немого ужаса.

– Я все расскажу, – севшим голосом произнесла она. – Вот увидишь.

– Широ.

– Сейчас прямо сбегаю. И уговорю его. А ты стой здесь! И жди! Поняла?! Не смей опять исчезать!

– Широ.

– Я быстро!

И она рванула прямиком к стеклянным дверям.

Но они обе знали – когда она вернется, никого внизу уже не будет.

Иногда Харада возвращалась мыслями к предложению Широ.

Остаться там, попросить прощения у Вашимине. Он ведь и правда добрый человек, наверняка простит. И уж кто, а он-то сто процентов знает, что Никайдо, Нитта и Такарада провернули всю эту аферу – и что она на самом деле жива. Плевать на Тайтэна, плевать на остальную корпорацию, уж господин Вашимине-то точно отличался благоразумием на их фоне. Но чем больше она размышляла о перспективе подобного, тем меньше и меньше ей нравилась эта идея.

Да, он простит, конечно же. Если даже отбросить мысли, приходившие в голову до этого… В конце концов, равнодушие – способ выжить, как то, как она сама закрывала глаза на злодеяния, что творились с Цубаки. Но перед этим будет долгий тяжелый разговор, думать о котором было невыносимо. Ведь господин Вашимине возлагал на нее большие надежды, а она все просрала. С другой стороны, почему он вообще должен был проявлять милосердие к кому-то, кто так здорово проебался? Из-за Широ? Если так подумать, то, стоит Хараде еще раз показаться перед ним, он может лишить Широ своей опеки. Мысль об этом показалась ей невообразимо страшной – тогда нельзя было даже думать об этом. Ради Широ и ее будущего. Хоть кто-то в этой семье должен был выжить. Она не знала, что случилось с матерью, но, учитывая других жильцов в их старой квартире, прогнозы были не самыми утешительными. Плюс ее болезнь… Были вещи, думать о которых совершенно не хотелось, и это была одна из них.

По итогу, новая страшная жизнь продолжалась.

Без изысков – подработки тут и там, темные сделки. Иногда Харада с жалостью вспоминала свою старую аугментацию, которую снял риппер Такарады – чтобы «Хорин» не вычислили ее местоположение. Если бы сейчас та была у нее, она могла бы загнать ее по приличной цене и точно шиковать хотя бы пару недель. Жаль, что своими хорошими деяниями Такарада лишил ее такого неплохого заработка. Впрочем, не его винить. Он хотя бы вытащил ее из того ада. Наконец сумел уговорить Нитту, Никайдо, остальных. Они сделали это.

Но не Вашимине…

Был ли смысл выслуживаться перед ним вообще?

Хотя, ради Широ… Да, пожалуй, ради Широ можно было и потерпеть.

Никого из старых знакомых, к счастью, она не встречала – то было очевидно, впрочем. Нитта, Никайдо, Такарада – они принадлежали к другому обществу, что не ковырялось в грязи, как делала это она сейчас. Скажи Хараде пару лет назад, что она, на своей тогда-то позиции, будет работать за сущие гроши, чтобы протянуть от дозы до дозы антитоксина (слезать было мучительно тяжело, но отсутствие денег помогало просто отлично), то она обсмеяла бы незадачливого провидца. К сожалению, судьба посчитала, что шутка выйдет отменная – поэтому, сейчас, Харада была тут.

Совсем одна.

В этот раз работа затянулась; после прошлого ныряния в Сеть голова неприятно побаливала, и она предпочла заработать оффлайн, однако это повлекло к опозданию обратно в сетевое кафе. Когда хозяин пояснил, что свободных кабинок не было, Харада могла лишь цыкнуть: значит, придется спать в кресле в общем зале. Ей самой, честно говоря, было все равно, но кабинка гарантировала отсутствие любопытных взглядов, плюс в одиночестве было спокойно. Но возражать она не стала – ночевать было негде, а тут было достаточно дешево и тепло.

Но кресла в общем зале тут были жутко неудобными; в отдельных кабинках были мешки, на которых можно было свернуться и уснуть, предполагавшие долгое нахождение, в общей комнате же – твердые кресла с зафиксированной спинкой для подключения в Сеть, с охлаждением. Плюс рядом была целая куча людей, в основном молодежи, и бок о бок с ними Харада чувствовала себя слегка неуютно; у них вся жизнь была впереди, а она уже все проебала, да еще и с таким размахом.

Устроиться удобно на таких было невозможно, и длительное время она ютилась, пытаясь хоть как-то уснуть. Сон никак не шел. Тело начинало ломить: от позы, от малой дозы анти-токсина, который приходилось экономить. Черт. Ей же придется завтра выйти на работу, все равно, но она будет чувствовать себя намного хуже… Может, попробовать вновь нырнуть в Сеть и взять заказ удаленно… Лишь бы никуда не ходить, лишь бы живот не крутило, лишь бы…

На мгновение она прикрыла глаза; когда открыла – на часах прошло около часа. Шея адски затекла.

Не в силах больше сидеть в жестком кресле, она поднялась и, прихрамывая, направилась к кофейному автомату. Приходилось по нему бить, чтобы нормально выдавал напиток, и она пустым взглядом уставилась в пластиковый стаканчик и в темную жидкость в нем, с белой пленкой. Боже. Что она делала со своей жизнью? Она могла столько добиться, могла занимать должность лучше, но вместо этого она решила поиграть с Ямато в догонялки. Если бы она убила его сразу, ничего бы из этого не случилось. Цубаки была бы жива. Она сама была бы там, ближе к солнцу, а не тут, в грязи, среди тараканов…

Таких же, как Ямато.

От воспоминаний о нем невольно сжались кулаки.

Но глупо было его винить. Он был такой же жертвой обстоятельств, всего лишь пешкой в руках более умелого манипулятора. Может, не стоило с ним заигрывать. Может, стоило переманить его на свою сторону, а не угрожать. Он был всего лишь ребенком с амнезией. Но с него все началось. Если бы она не увидела в нем убийцу супруги Тайтэна, то не сунулась бы следом, и тогда бы все прошло намного проще.

Она была виновата.

Ямато был виноват.

Скривив губы, Харада залпом осушила стаканчик и смяла его в руке, затем швырнула в ведро. Теперь не было смысла думать обо всем этом, что было – то ушло. Ямато был частью прошлой жизни, слишком далекой для маленькой ничтожной ее.

Рядом стояло несколько человек: больше всего привлекла девчонка чуть младше Широ с синяками под глазами и взглядом мертвой рыбы; с ярко подведенными глазами и куртке на вырост, она совершенно не вписывалась в местную обстановку. Рядом с этим автоматом она мелькала часто, типичный завсегдатай. Ну и ну. Глядя на нее, невольно возникала ухмылка на губах: Харада отдала все ради Широ и ее хорошей жизни, а кому-то было настолько наплевать на своего ребенка, что он бросил его на произвол судьбы – вот так?

На секунду их взгляды пересеклись.

Как отвратительно.

С этими мыслями она вернулась обратно в кресло.

Следующий день походил на пытку; целый день она не вставала, выполняя работу в Сети, и под конец уже не могла разогнуть спину. Из еды тут были лишь небольшие закуски, не особо дорогие, но даже они в горло не лезли. Было тошно. Боже, как хотелось теплой еды. Все бы отдала за рамен, который они покупали рядом с работой. Кабинки никто при ней не покидал, разве что когда она была на работе или дремала, потому вновь приходилось сидеть на том же кресле; откинувшись назад, Харада рассеянно смотрела на потолок, рассматривала каждую трещинку краски.

Что она будет делать дальше?

План накопить на съем комнаты был неплохим, но нужна была финансовая подушка, плюс требовалась работа уровнем опасности повыше, чем та, какую она выполняла сейчас, чтобы точно обеспечить себя средствами для арендной платы. Плюс подготовка к заданиям, и так далее, и так далее… В ближайшие несколько лет она точно не сумеет все это добыть. Либо только рисковать и идти на задания без инструментов, пользуясь ворованным или же дешевкой; ну или же просто затянуть пояс потуже и ждать. Но думать о том, что хотя бы минимума желаемого она добьется лишь спустя десяток годов…

(надо было согласиться на предложение Широ, надо было согласиться, надо было)

Черт. Придется немного подлечиться, а дальше не жалеть себя.

Рядом раздались шаги; опустив взгляд, она наткнулась на же знакомую девочку, что смотрела на нее с нескрываемым любопытством. Явно чего-то хотела, но никак не решалась, стояла рядом и глазела с тем детским очарованием, когда все было ясно по лицу, но озвучить никто еще ничего не озвучил. Несколько секунд между ними висела крайне неловкая пауза, после чего девочка отвела глаза в сторону и, потерев пальчики друг о друга, шепотком поинтересовалась:

– Ты ведь раннер, да?

– Что за вопрос?

Незнакомка вытянула губы в тонкую линию, капризно.

– Я… э… Порт, – постучала по затылку, – хороший. Сразу приметила.

Харада сузила глаза.

Ждать подвоха от ребенка в сетевом кафе было глупо, но наивно было не ждать подвоха и вовсе. Дети-шиноби существовали, она лично с таким сталкивалась. Но просто так прогонять девочку тоже было как-то грубо, что ли.

– Э… Я просто думала, с такими крутыми портами в таких местах не живут!

– Исключение подтверждает правило, – уронила она со смешком и нахмурилась. – Зачем спрашиваешь?

Девочка чуть подумала.

– Я тоже нетраннер! Начинающий.

– Сочувствую.

– Почему-у-у? – заскулила она. – По-моему, это очень даже круто!

– В твоем возрасте о школе надо думать, а не о том, как быть нетраннером, – Харада заерзала на месте, чувствуя, как неприятно отдается затекшая шея с каждым движением. – И тем более не ночевать в таких местах.

– Ну да, общий зал – то еще фуфло… Как и школа!

Могло показаться, что Хараде наскучил этот разговор, но она считала его неплохим отвлечением. Не вечно же заниматься анализом собственных жизненных неурядиц. Тем более девочка не говорила ничего, что могло бы взбесить; своей дурацкой манерой речи она, честно говоря, напоминала Широ. Было нечто приятное в этом слепом восхищении без знания предыстории, но вымещать свою агрессию на том, кто просто ощущал восторг от дорогой игрушки? Глупость. Поэтому Харада ей лишь криво улыбнулась.

В ответ же девочка скрестила руки на груди, чуть запнувшись:

– Ну-у-у, я все равно планировала так начинать! Меня зовут Мудзина! Ну, точнее, не зовут, это типа крутой позывной…

– На «Саншайне»?

На лице Мудзины появился искренний ужас. Ну еще бы, известная всем доска для раннеров, как же будущая звезда хакинга там не сидела.

– Ой, а ты там шаришь?

– Только беру там заказы, некоторые… – Харада опустила взгляд на темный экран. Может, поискать еще работу? Что-то вроде сопровождения начинающего шиноби через Сеть по камерам, что-то легкое и быстрое. Потом покачала головой. – Хотелось бы браться за дела побольше, как раньше, но здоровье уже не то.

Ужас сменился на искренний восторг.

– Это после какого-то серьезного дела?!

– Не совсем…

– Расскажи-и-и! Пожалуйста, пожалуйста! Я так пытаюсь попасть на доску для крутых хакеров на «Саншайне», а меня туда не пускают, – она поджала губы. – А Кидзимуночка все не хочет отвечать, как это сделать, потому что все волнуется обо мне.

– Нет, ну если даже твой друг против, то…

– Честно-честно! Обещаю, что не буду лезть в опасные места! Мне просто хочется поглазеть на звезд открытых разделов!

С одной стороны, открывать девчонке портал в ад – именно таким были закрытые филиалы «Саншайна», куда у Харады, конечно, оставался доступ еще со времен работы в «Хорин», но где она предпочитала особо не светиться, лишь мониторя информацию – значило пинком отправлять малявку в крайне опасное место, не зря же даже ее приятель отказывался ее провести. С другой, она все равно рано или поздно найдет способ либо его уломать, либо сделает это сама. Понимая, что совесть приятеля Мудзины будет спокойней, если это сделает кто-то другой, Харада с сомнением взглянула на девочку…

Потом переспросила:

– Ты сейчас в какой кабинке?

– В 403-ьей, – сверкнула та белозубой ухмылкой. – Смежной. Так намного удобней, там вместо кресел-мешков – настоящий матрас!

Матрас… Роскошь…

Но, видимо, девчонка точно не врала: раз у нее были деньги на такую кабинку, значит, она выполняла заказы уровнем выше, чем могла сейчас позволить себе Харада. Расценив, что можно будет использовать девочку в качестве ресурса для неожиданных связей, Харада закусила губу и некоторое время помолчала, заключая сделку с совестью. Если бы кто-то провернул такое с Широ, она бы их убила. Но Мудзина была совсем одна. Плюс, ей же действительно понадобится кто-то, кто покажет ей, куда на «Саншайне» залезать было можно, а куда нет.

Но нельзя было совсем наглеть.

Двойная кабинка стоила дорого для одного человека. Для нее. Половину же этой стоимости она потянуть могла – не слишком дороже обычной.

Потом чуть хрипловатым голосом обронила:

– Я помогаю тебе с этим… А за это мы делим твою кабинку. Хорошо?

Мудзина засияла счастливой улыбкой, и Харада вымученно заулыбалась в ответ. Боже, она почти обрекала ребенка в обмен на сон на матрасе.

Но один раз ей все же не повезло. На знакомого.

Смотря на ситуацию уже намного позже, Харада, впрочем, все же отмечала, что встреча была удачной. Просто тогда, на рынке, стоя рядом со своим ставшим уже хорошим знакомым дилером, Харада никак не могла принять встречу с кем-то, кто был знаком с ней в далекой корпоративной жизни, за удачу. Но именно так оно и произошло. На тесном рынке где-то в глубине трущоб, где позади она различила неожиданно жутко знакомый голос… Харада слышала его раньше – во время какой-то из деловых встреч пару лет назад. Ей запомнились интонации: грозные, почти рычащие, которые абсолютно не сочетались с кукольным женоподобным лицом. Рост и комплекция, впрочем, тоже. Но, в отличие от Нитты, все было не настолько плохо: и потому Харада запомнила. Такие люди… мгновенно запоминались.

Кажется, то был телохранитель какой-то важной корпоративной шишки.

Отчего-то его облик: нежное лицо, большие светлые глаза с длинными ресницами и басовитый голос – особенно отметились у нее в голове, может, потому что с этим типом они в какой-то степени были полными противоположностями. И тот парень, тот…

Телохранитель, который прямо сейчас закупал у дилера стабилизирующий блокатор. «NRV-15», распознала Харада – они использовали его на работе, если кто-то впадал в бешенство. Тренировать новых сотрудников и ставить и им импланты было слишком дорого, ценили все, что имели. Она-то знала. Она много свихнувшихся от такого видела, и на их фоне державшаяся до конца Цубаки выглядела уникумом.

Но теперь он был тут, этот странный парень. Этот телохранитель, разве что одежка на нем была уличного кроя, и в голосе теперь не слышалось тех же вымучено вежливых интонаций. Засранец ничуть не изменился, лишь хрома стало больше в разы – и, словно почувствовав на себе чужой взгляд, он резко поднял голову и уставился на нее горящей ярким лаймовым цветом оптикой.

Некоторое время они откровенно говоря пялились друг на друга, и дилер, все это время наблюдавший за ними, уже беспокойно заерзал на месте и хотел было встрять, но неожиданный знакомый вдруг ухмыльнулся во весь рот и гаркнул на него:

– Расслабь жопу. Мы просто знакомы.

– Окада, – сузив глаза, недоверчиво проговорила Харада. Губы сами растянулись в ухмылке.

Невероятно. Видимо, совсем шарики за ролики заехали.

В ответ тот развел руки в стороны и наглым тоном бросил:

– Хара-а-ада! Вот уж кого не ожидал увидеть тут! – и, склонив голову набок, необычайно довольно, словно они наконец разделили хоть что-то, просипел: – Че, теперь тоже ширяешься?

И опустил взгляд вниз.

– Хром просто отстой полный. Кстати, с каких пор ты стал девкой?

Ну просто отличная встреча.

Странно было думать, что тот самый Йошифуру Окада, с которым они виделись пару лет назад на какой-то из многочисленных официальных встреч, теперь стоял рядом с ней, в центре этого дерьмового рынка где-то на окраине города, и чувствовал себя до жути прекрасно. В отличие от нее, он явно обжился в трущобах – не знай Харада его лично, ни за что бы не сказала, что он был бывшим корпоратом. И не простым, может, кем-то на грани шиноби, боевиком… Страшно было представить, каково это было упасть с сопровождающего влиятельнейших людей до просто наемника, исполняющего грязные заказы.