Текст книги "Кёнинг от звёзд к звёздам. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Антон Тутынин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 50 страниц)

После его очищающий огонь проник ещё глубже, начав уничтожать мелкие осколки раздробленных костей, что начали уже проникать глубоко в мясо в области предплечья и рёбер. Тромбы, следы гематом на внутренних органах, яд разложения, – всё это медленно растворялось в очищающем пламени. После чего Вальтер занялся уже и закалкой тела, и стимуляцией регенерации, и даже закалкой души нового кандидата в свою гвардию!

Проведя около часа у постели умирающего, Вальтер даже не заметил, как со спины к ним подошла очнувшаяся Аглая.

– Он…? – робко спросила женщина, прижав кулаки к груди. После того странного обморока вся та ненависть, опустошение и обречённость, что изъедали её изнутри, исчезли из её разума как по волшебству. И теперь, видя, как всполохи белого пламени поднимаются и опадают на теле её сына, не причиняя тому ни малейшего вреда, она была уверена, что незваный гость был очень сильным магом. Настолько сильным, что её сын уже выглядел в разы лучше, чем до его прихода!

– Теперь жить будет. Но ещё не всё! Скажи Акиму, чтобы нашёл чистые белые тряпки, ровные палочки или веточки, штук шесть, и хлебное вино, если есть. И вскипяти воду! Твоего сына нужно обмыть и перевязать.

– Я сейчас! Сейчас! – бросив последний взгляд на тело сына, потерявшего большую часть опухлостей и фиолетовой синевы по всему телу, Аглая словно на крыльях бросилась к выходу.

«Неужели среди аристократов и правда есть такие достойные люди?!» – думала она, исчезая за дверью.

Глава 6

Вальтер уже заканчивал седлать Щепку, бьющую копытом в нетерпении, когда к нему подошла Эльза.

– Вальтер, может не надо? Ты ведь уже убил барона. И сына его старшего. Всё узнал… Может быть не нужно больше крови?

– Ты рассуждаешь в разрезе сегодняшнего дня, красавица. С точки зрения человека, предоставленного самому себе. Будь я одиночка, голь перекатная, то тогда да. В твоих словах будет смысл, – Вальтер остановился, убрав руки от ремней седла, после чего обернулся к девушке полностью, – Но я правитель! Я отвечаю за свою землю и свой народ. Я планирую далеко вперёд, в те времена, когда аристократия должна будет считаться со мной и моей силой на равных, а соседние страны будут видеть во мне угрозу своей безопасности. Вот почему род Хасельхоф будет лишь первым камнем в фундаменте того страха, что станет основой будущего уважения! Их трагедия послужит уроком, предупреждением, и возмездием! Я могу обещать тебе лишь одно: все достойные жизни будут жить. Также как выжила ты при встрече со мной!

Вскочив в седло не касаясь стремени, Вальтер удержал Щепку на месте, снова взглянув на Эльзу.

– Я не чудовище, милая, я – стихия! Глупо обвинять лесной пожар в его безжалостности, – после чего он ударил свою кобылу в бока пятками, пустив её в безумную скачку. День уже клонился к закату, и вновь разгоревшаяся грива Щепки невероятно подчёркивала красное закатное небо на горизонте. Легко преодолев скорость в шестьдесят километров в час, Вальтер моментально скрылся от глаз леди[1] Эльзы, и любопытных жителей деревни, затерявшись на фоне полей.

Услышав последние слова Вальтера, девушка вдруг задумалась. Словно весь пазл в голове сложился, сформировав новую картину происходящего, и её это очень‑очень напугало. Ей вдруг привиделись все те ужасы, что мог натворить этот парень, в попытке перестроить мир на иной лад. Коррупция, взяточничество, предательство, продажа людей, обман, махинации, рейдерский захват и шантаж, – Сальдисская империя была полна пороков! И это только в мире высшего общества, а что творится в низах?

Вообще, Эльза все эти дни пыталась понять, что за человек этот Вальтер. Почему он столь высокомерен, называет себя чуть ли не полубогом, и смотрит на всех вокруг словно на своих слуг. Эльза машинально сравнивала его с отцом и старшими братьями, с теми фактами, что ещё помнила. И это сравнение было не в пользу её родни…

За все эти дни Вальтер ни разу не повёл себя как аристократ. Не забил медлительного крестьянина насмерть, не приказал привести ему молодую девушку, и даже платил очень щедро за все товары, вместо того, чтобы просто взять силой то, что ему нужно.

Вальтер даже с ней обращался словно с равной. Не пытался приударить, зная, что её отец граф и сильный военный маг, не унижал её, имея подавляющее преимущество в силе, и даже говорил обо всём открыто и честно! И откровенно говоря, Эльзе нравилось подобное отношение…. Такой свободы как рядом с ним у неё ещё никогда не было. Свободы говорить, свободы думать, свободы спорить. Именно такого мужа она и представляла себе в своих детских мечтах: сильного, справедливого, и невероятно честного.

Даже её отец, бывший всегда непререкаемым авторитетом для неё, не всегда поступал честно, если это сулило прибыль их семье. Захват серебряных рудников через шантаж, убийство на дуэли заведомо слабого мага, бывшего конкурентом по политической борьбе, и даже смерть её дяди, несогласного с политикой отца. Она была тогда ещё маленькой и помнила мало, но из разговоров взрослых, игнорировавших маленькую девочку, можно было легко понять, что семья была в курсе произошедшего ещё до его смерти.

И это, не говоря уже о том, как её братья и отец вели себя в путешествиях. Эльза раньше не понимала, зачем им приводят молодых девушек из крестьянок, но теперь ей было стыдно за их поведение! Многих из них она потом видела в слезах, бредущих прочь от занятого их выездом подворья.

«Наш мир полон грязи», – думала хмурая Эльза, возвращаясь в дом, – «Если Вальтер собирается его изменить, то… крови будет очень много. Очень… Неужели ему от этого не страшно? Но я бы очень хотела поглядеть… на его новый мир…» – улыбнулась она в конце концов, усевшись на кровать. – «Или даже стать его частью!»

– Где он? Где?! – хриплый молодой голос вырвал девушку из её размышлений, заставив выйти из комнаты. На пороге стоял какой‑то человек, весь с ног до головы обмотанный тряпками.

– Сыночек не надо! Ты ещё слаб, одумайся! – долетели из‑за его спины женские причитания.

– Где тот, кто меня спас? – уставился молодой парень своим единственным видевшим глазом на Эльзу.

– Уехал…

– Куда?!

– К Хасельхофам…. У Вальтера с ними война.

– Опоздал… – парень рухнул там же, где сидел, прислонившись перевязанной головой к стене. Вскоре рядом с ним оказалась и его мать, начав упрашивать сына вернуться домой в постель.

* * *

Баронесса Калия Хасельхоф была в панике. Сперва пропал её Курт, после и муж куда‑то исчез, взяв большую часть дружинников! И до сих пор от него не было ни слуху, ни духу. Хотя послать гонца он был обязан уже на следующий день, дабы держать жену в курсе происходящего.

Дворо́вые и горничные слуги все попрятались, лишь бы не попасть под горячую руку хозяйке, и даже её дочери сидели по своим комнатам, опасаясь неудовольствия мама́.

И только её младший сын, баронет Эрих Хасельхоф, любимчик баронессы, был в полной безопасности, гуляя по затихшему поместью.

– Что делать? Что делать? За что хвататься?! Муж пропал, Курт тоже! О Исток, у меня скоро сердце от тревоги взорвётся, – пожилая женщина, безуспешно пытавшаяся скрыть свой возраст за белилами и румянами, нервно озираясь, шла по пустынному двору. – Мирон! Мирон, собака, ты где опять потерялся?!

– Звали, ваше благородие?! – отозвался наконец оставленный за старшего дружинник. Неглупый и перспективный воин, но слишком молодой, чтобы командовать постоянно охраной усадьбы. Он выбежал откуда‑то со стороны хлева, поправляя одежду, и хозяйка моментально поняла, что тут к чему.

– Ещё раз оставишь вверенный моим мужем пост ради каких‑то блядей, прикажу забить палками до смерти! Обоих! – от злости у той аж белки глаз почернели, налившись магией. Женщина в её возрасте уже вполне могла употреблять воду жизни, дававшую скорый результат в любом возрасте, ведь детей рожать ей было уже не нужно.

– Виноват, милостивая госпожа, бесы попутали. Я живо все посты сейчас проверю! – попытался слинять боец‑молодец, да только хрен угадал.

– Стоять! Где гонец? Ты обещал отправить его к тому двору ещё утром.

– Отправил! Как есть отправил, госпожа! Да только он ещё не вернулся – туда в одну сторону скакать весь световой день. Он если и вернётся, то только завтра к вечеру! – развёл он руками, после чего вдруг со стороны ворот, что вели к усадьбе, послышались крики и ржание лошади.

– Что там? Иди узнай!

– Узнаю сию секунду! – рванул Мирон подальше от баронессы, не отличавшейся особым терпением. Повезло ещё, что людей в усадьбе мало, и он поставлен старшим, а то бы и правда прибила на месте. Но не успел воин добежать до мощных деревянных ворот, как те разнесло в щепки, обрушив часть кирпичного забора!

Грохот! Огонь! Яркая вспышка, и ударная волна, заставившая ближайший домик дворника сложиться словно карточный домик!

Взрывной волной обломки кирпича и толстых досок разбросало с такой силой, что все находившиеся за воротами дружинники превратились в нашпигованную деревом мясную кашу. Мирон тоже упал, снесённый ударной волной, правда уже не встал – из груди и глазницы его торчало две мощных щепки размером с человеческую руку.

Баронесса же, защитившаяся личным заклинанием щита, по которому теперь медленно сползали крупные обломки кирпича и куски земли, со страхом смотрела на исчезнувшие ворота, в кои сейчас въезжал одинокий всадник. На вороной лошади, молодой, красивый, и чрезвычайно опасный! Особенно её впечатлили грива и хвост его лошади, что горели рыжим огнём…

«Он опасен! Это не человек!» – отчего‑то родились в её голове панические мысли. Женщина даже не попыталась вступать в бой, желая как можно скорее сбежать отсюда со своими детьми!

До него было ещё метров сто, когда женщина развернулась, подобрав подол пышного платья, и бросилась наутёк. Со стороны усадьбы уже бежали другие дружинники, на ходу готовя к стрельбе тяжёлые мушкеты с колесцовыми замком. Калибра в двадцать миллиметров было обычно достаточно, чтобы пробить щиты, каким‑бы ни был искусным колдун. Разве что чародеи уровня грандмастера могли что‑то противопоставить огнестрелу, да и то недолго. А уж залп шрапнели из пушек и вовсе сносил любых магов, отчего те всё реже встречались на поле боя на линии соприкосновения. Эпоха магической аристократии всё больше уступала силе промышленной войны.

С криками и матом бойцы выстроились в шеренгу, вскинули длинные стволы, прицелились, и, пропустив мимо свою госпожу, слитным залпом ударили во врага! Их обзор тотчас заволок пороховой дым, скрыв результат попадания. Но с такой дистанции было невозможно промахнуться всеми десятью стволами! Спешно начав перезарядку, дружинники не сразу заметили, как к ним сквозь пороховой дым выезжает абсолютно невредимый юноша. И даже лошадь его была в полном порядке.

– Гра‑а! – бросив перезарядку и неудобные мушкеты, весь десяток выхватил тяжёлые палаши, но атаковать так и не успел. С вытянутой руки Вальтера сорвалась такая мощная вспышка света, что они буквально ослепли на пару минут, повалившись от боли в глазах. Начали вопить, шарить по земле и водить обнажённым оружием перед собой, пытаясь хоть как‑то нащупать своего противника. Барон Кёнинг в это время совершенно не суетясь слез с Щепки, подошёл поближе и хлопнул в ладоши, породив между ладоней небольшой взрыв. Хлопок был такой мощный, что многие выпустили из рук своё оружие, прикрыв уши! И даже у самого Вальтера заболели руки от пережитой нагрузки. Но он даже сквозь боль продолжил делать что запланировал.

– Убивать вас будет слишком расточительно. Вас оставили охранять усадьбу и детей барона, а значит вы лучшие! Мне пригодятся хорошие бойцы, – схватив первого из дружинников, Вальтер почти мгновенно сформировал две свастики из очищающего огня, заставив их войти в резонанс. После чего, отбросив первую жертву, сразу взялся за следующего, а потом за ещё одного, и ещё…. Так что всего через минуту уже весь десяток мужчин со стонами приходил в себя!

Некоторые даже тихонько выли, или плакали, заново переживая всё то плохое, что успели сотворить в своей жизни.

Сам Вальтер, благодаря практике, наконец‑то понял, что же он на самом деле такое делает. Всё оказалось и сложно, и просто одновременно. Свастика в этом мире – сакральная форма, вступавшая в идеальный симбиоз с его силой. Хотя может быть и не только она – следовало проверять. Но не это важно! Важно другое: две свастики, наполненные его силой и вошедшие в резонанс, становились продолжением его эфирного тела! А силу они черпали напрямик из его бессмертной души! Только если один символ солнца выступал как односторонний мост, и не давал над собой удалённого контроля, то двойной синхронизированный знак был двусторонним мостом, что и позволяло Вальтеру контролировать их ближайшее окружение. А раз эти символы были помещены в живое существо, то и само существо Вальтер мог контролировать тоже.

Во всяком случае так казалось на первый взгляд.

Ему всё ещё не хватало практики и подопытных, чтобы как следует в этом во всём разобраться.

– Господин, простите нас…

– Я не знал, господин…

– Я… мы…! Позор‑то како‑ой!

– У‑у‑у‑аа!

Как и у Базеля, у этих людей начали происходить эмоциональные выбросы, близкие к истерике. А сам Вальтер в их глазах начал выглядеть словно воплощение величайшей благодати, – таково было последствие излучения его собственной силы внутри души и тела этих несчастных.

Над этим Вальтер тоже успел поразмышлять на досуге, и сумел придумать только одну аналогию, близкую по своей сути. Люди, подверженные этому очищающему свету, были словно светолюбивые растения, а Вальтер и его сила – Солнце для них. А потому и нет ничего удивительного в том, что эти растения тянулись к Солнцу, видели в нём источник своей жизни, и воспринимали в буквальном смысле словно живого Бога.

Вот только всё это работает лишь до тех пор, пока Солнце светит. Ибо стоит ему погаснуть, и оно умрёт для этих растений. Просто перестанет существовать!

А потому Вальтеру следовало с осторожностью относиться к подобному порабощению людей, и никогда не делать ничего такого, что могло бы бросить тень на него как на живого «Бога». Лишь экстремальная честность, жестокость к окружающим и самому себе, верность своему слову и собственным законам в поступках, могли помочь сохранить этот статус в глазах одурманенных очищающим светом людей.

Ибо до тех пор, пока он продолжает для них «светить», они будут жертвовать своими жизнями во имя его идеалов.

И на это Вальтер Кёнинг был готов пойти без всяких сомнений!

– Следите за дворней! Никто не должен покинуть эту усадьбу. Даже ваши бывшие господа.

– Всем встать! Господин отдал приказ! Разделиться на пары! Лерой, Камил – запад…

Тотчас его новые соратники поневоле занялись делом, начав плотную работу по патрулированию, передвигаясь только бегом. Вряд ли здесь осталось много бойцов – он убил у ворот не меньше десятка! А значит они справятся.

Вальтер направился в сам особняк, желая как можно скорее завершить эту затянувшуюся историю. Он не станет убивать эту семью, о нет! Он сделает их частью своей силы, использует их ресурсы для своих целей, и заставит даже против своей воли служить будущему человечества! Их сила станет его силой, их ресурсы – его ресурсами, их земля – его землёй!

Хасельхофы – это лишь первый камешек в фундаменте его будущего могущества.

Глава 7

Усадьба баронской семьи не впечатляла. Три этажа, преимущественно деревянные конструкции, низкие потолки, узкие окна, закрытые слюдой, и закопчённые от использования жировых свечей стены. Быт аристократов был далёк от того уровня, к какому Вальтеру хотелось бы стремиться.

– Ха! – из дверного проёма в Вальтера вдруг выскочило лезвие копья. Отклонившись чуть назад и повернув корпус, он успел уйти от фатального удара, получив лишь небольшой порез на боку. Перехватил древко, ударом ладони перерубил его, после чего вошёл в этот дверной проём. Внутри нашёлся кто‑то из местных работников, решивший встать на защиту своих господ. Что ж, похвальная верность!

– Ублюдок, чтоб ты сдох! – снова кинулся на него молодой мужчина в белой шёлковой рубашке, расшитой красочными узорами. Но барон легко увернулся от нового удара, впечатав левый кулак в печень противника. Закашлявшись тот медленно сполз вниз, не выдержав удара в чувствительную зону. Прикоснувшись к голове человека, Вальтер быстро оценил качество материала, после чего пробил его шею лезвием копья, что всё ещё держал в руке.

– Бесполезное мясо. Игрушка баронессы…

Вернувшись в коридор, он решил действовать кардинальнее, начав распространять волны белого пламени. Те, словно импульсы эхолота, разбегались по стенам и полу, за считанные секунды покрыв всё левое крыло здания. Все два этажа. От вида пугающего зрелища где‑то впереди послышались крики, в основном женские, а сам Вальтер наконец убедился, что никого, кто мог бы быть носителем магического дара, здесь не было.

– Свернул не туда что ли? – вернувшись назад, он двинулся в другую часть обширного здания, попав в более презентабельное крыло. Здесь явно жили сами хозяева, так как стены были в основном затянуты дорогой тканью ярких цветов. В кадках у окон стояли декоративные растения, а окна были закрыты уже листовым стеклом приемлемой прозрачности. Похоже в прошлый раз он зашёл в крыло слуг.

– Итак…? – снова выпустив белое пламя, очень скоро Вальтер нахмурился, так как в одном месте был словно провал. Белое пламя уходило будто в никуда, не успев даже дать отклика. И такая картина мира была чем‑то новым для названного Владыкой Огня.

Без труда преодолев несколько поворотов коридора, анфиладу из трёх комнат, и проигнорировав пару сжавшихся от испуга слуг, Вальтер вскоре оказался перед дверью в странное помещение. Из‑за закрытой двери веяло негативными эмоциями, он они были странными – словно нечеловеческими…

Взявшись за ручку и попытавшись открыть дверь, он понял, что дверь заперта изнутри весьма надёжно. Вынув револьвер и нащупав магнитным полем положение петель и засова, он попросту прожёг эти места на максимальной мощности выстрела, резким пинком выбив саму дверь внутрь комнаты. Массивный дубовый массив рухнул с жутким грохотом, открыв ему взор на освещённую свечами комнату. И в нос барона тотчас ударил смрад гнилого зловония и затхлой пыли. На полу, пред низким столиком сидел мальчик лет двенадцати, держа в руках тонкий резец для кости, а перед ним лежал череп какой‑то собаки с уже содранной кожей. Сама кожа валялась чуть в стороне в углу, как и обезглавленный труп самой собаки. И комната эта была буквально наводнена множеством черепов от самых мелких животных, вплоть до человеческих, развешанных по всем стенам и даже под потолком! И все они были со странными узорами на костях.

– Что за блядь…

– Дядя, а вы кто? – мальчик встал, с интересом начав разглядывать странного незнакомца.

– Барон Вальтер Кёнинг к твоим услугам, – проговорил Вальтер машинально, начав выпускать пламя очищения. Покров из белых языков моментально разошёлся по полу, поглотив остатки крови, грязи, и трупы зверей и зверьков, что ещё не разложились полностью, неожиданно начав исчезать вокруг мальчика. Он буквально затухал в полуметре вокруг странного парня в чёрной бархатной одежде, испачканной в крови, отчего у Вальтера аж волосы на затылке зашевелились. Он взглянул в глаза хозяина комнаты, неожиданно уловив ответный похожий жест. Их глаза впились друг в друга надолго, пока наконец каждый из них не заглянул в душу друг друга. И если Эриху казалось, что он в буквальном смысле глядит в бесконечное море огня, то Вальтеру открылся вид в бездну! Бесконечно тёмную и холодную, не знавшую никогда и крупицы солнечного света.

– Кто ты, мать твою, такой? – нахмурился Вальтер, убирая револьвер в карман. Эта игрушка будет здесь бесполезна!

– Баронет Эрих Хасельхоф, к вашим услугам, – улыбнулся ребёнок, после чего ударил своей силой! Комнату буквально раздавило мощным выбросом холодной энергии, обрушив часть кровли и ближайшие стены. Но основной удар всё равно пришёлся по Вальтеру! И пусть он успел защититься, его оборону всё равно мгновенно смяло, отбросив с невероятной скоростью прочь. Вылетев в дверной проём и ударившись в стену коридора ближе к потолку, он пробил её, отрикошетив выше, после чего пробил насквозь и саму крышу, вылетев во двор усадьбы!

Отскочив от земли словно блинчик по воде, выбивая своим телом брызги земли и щебня, Вальтер с трудом сумел поймать положение в пространстве, затормозив обеими ногами и всё ещё работавшей правой рукой. Оставляя борозды в земле, он наконец замер на месте, с сожалением поглядев на вывернутую в локтевом суставе левую руку. Не будь его тело тем, чем оно является сейчас, и от него бы и мокрого места не осталось!

Поднявшись на ноги, Вальтер проглотил скопившуюся во рту кровь, после чего, не издав ни звука, с хрустом вправил левую руку назад.

– До свадьбы заживёт…

– А ты крепче, чем кажешься. Кто ты? Чародей? Не похож… Жрец огня…? Неужели мы не всех ещё стёрли с лица земли? – мальчик нашёлся уже на улице, стоящий на тропинке, петлявшей между клумб с декоративными розами. Двор усадьбы всё же был неплохо ухожен. Но как он так быстро здесь оказался?

– Ты не Эрих. И точно не ребёнок.

– О, поверь, я Эрих, – снова улыбнулся мальчик, – Но разве ты сам не занял тело Вальтера? Делает ли это тебя кем‑то другим? Или ты всё ещё Кёнинг по крови?

– Значит прикрытие. Зачем ты скрываешься здесь? – Вальтер нахмурился, пытаясь ощутить природу той силы, что он повстречал. Он тянул время намеренно, дабы выйти из этого столкновения с минимальными потерями. Тем не менее в своей победе древний ифрит даже не сомневался!

– Очень правильный вопрос, – ухмыльнулось существо, прятавшееся в теле Эриха Хасельхофа, – Но время разговоров прошло. А теперь давай поглядим, так ли велики повелители пламени прошлого!

Воздев руки вверх, Эрих заставил всю округу погрузиться во мрак. Вальтеру, успевшему разве что моргнуть и покрыть тело коконом из огня, тотчас показалось, будто он падает куда‑то вниз. Пропала земля, небо, ветер, солнце, и даже ощущение верха и низа! А сам защитный барьер медленно растворился во мраке, попросту перестав существовать. Эта же участь ждала и самого Вальтера.

Он падал в неизвестность, в чёрную бездну, пойманный в чужую ловушку, и этот факт невероятно взбесил Вальтера. С каждой секундой он злился всё больше: на себя, на дурацкую ситуацию, на местных аристократов, играющих в большую политику на его костях, на чёртово существо, мешающее ему быстро завершить затянувшуюся историю с мелким баронским родом!

– Поглядим, да? Достаточно ли силён?! Да пошёл ты на хуй! – взревел разъярившийся ифрит, обратившись в настоящий сгусток света. Его тело целиком засветилось чистейшим белым светом, превратившись в живое солнце! Только никакого жара, радиации и прочих сопутствующих продуктов термоядерной реакции звезды и в помине не было. Лишь чистый белый свет. Но было его так много, что очень скоро одежда на Вальтере задымилась, начав гореть! Волосы его, его брови, ресницы, всё рассыпалось в прах. И чем ярче сверкал человек, падающий в бездну, тем сильнее искажалась эта бездна. Вот вечный мрак уже отступил на десяток метров, сдавшись напору света, на полсотни, на сотню, но яркость всё продолжала и продолжала нарастать. Вальтер вознамерился как всегда довести себя до предела, показав этому ничтожеству, с кем он на самом деле связался!

* * *

В центре огромного двора бушевала полусфера абсолютного мрака, достигнув около двадцати метров в радиусе. Локальный прорыв в бездну был именно той атакой, против какой у местных магов не было средств защиты. И если этот странный вторженец, посмевший мешать великому плану, не способен справиться даже с этим…

Эрих вдруг нахмурился. Чуть погодя сощурил глаза, вглядевшись в полусферу перед собой. А после и вовсе попятился, с шоком глядя на происходящее.

Мгновение, и он исчез прямо там, где стоял, поспешив укрыться от приближающейся бури как можно дальше. Он‑то ожидал, что Вальтер просто сбежит из его ловушки, но этот псих решил её уничтожить изнутри!

По чёрной полусфере шли белые трещины.

* * *

Порабощённый недавно страж опасливо выглянул из‑за угла усадьбы, пытаясь понять, что происходит. Недалеко от него стоял его напарник, связывая очередного слугу, попытавшегося скрыться. Даже одна из дочерей барона – миледи Нора – тоже попыталась сбежать, воспользовавшись происходящей сумятицей, но в очередной раз попалась.

– А ну не шали! – легко приложив молодую девушку по рёбрам кулаком, его напарник перетащил обеих пленниц поближе к стене здания, усадив на пятую точку к остальным. Ноги тоже следовало связать, покуда не будет нового приказа от господина.

Кляпы же пришлось делать из одежды самих пленников.

Но важнее сейчас было то, что происходило во дворе! Их господин сперва вошёл в особняк, пробыл там какое‑то время, и вдруг раздаётся гром средь ясного неба, а его выбрасывает через крышу обратно! Любой бы помер от такого, но только не он.

«О да, я был уверен, что он нечто особенное!», – подумал в тот момент дружинник.

Но потом вдруг появляется из ниоткуда юный баронет, и начинается какая‑то сумасшедшая хрень! Прямо посреди двора, поглотив беседку, клумбы, скамейки и несколько деревьев, появляется чёрное нечто, проглотив и его нового господина. И вот теперь он уже пару минут пытается понять, как же ему помочь!

– А? Что это? – по чёрному вихрю медленно расползались белые трещины, сверкавшие словно ветвистая молния. – Да что за ерунда… Может поближе подойти?

«Гробдушх!» – взрыв «бездонной ячейки» породил жуткую ударную волну, едва не снёсший весь особняк к чёрту. Крышу жилого комплекса оторвало и бросило практически на головы пленникам, всю конструкцию скосило назад, а из комнат, куда выходили окна на фасаде, выбило двери с мясом, попутно перемолов всё содержимое самих комнат. Более мелкие же постройки, как и множество декоративных деревьев в округе, и вовсе размолотило в щепки, разбросав докуда хватало глаз!

Но как будто и этого было мало, сразу после взрыва по всем вокруг садануло таким ярким светом, что поздний вечер мгновенно превратился в жаркое пекло, превосходящее даже пустынный зной.

– Гра‑а‑а! – схватившись за выжженный левый глаз и обожжённое лицо, мужчина с трудом мог вдохнуть воздух, вдруг наполнившийся дымом и невероятным жаром. Его отбросило взрывом, что и помогло сохранить правый глаз, но свет был куда быстрее ударной волны! Но всё равно покалеченный дружинник не видел, как в одно мгновение под этим светом вспыхнули все растения в округе, как задымились деревянные конструкции и их обломки, как начали вянуть и чернеть кроны ближайшего леса, как закипела вода в корыте для лошадей, и как сами лошади, выбравшиеся из‑под развалин конюшни, горели заживо, обратившись в факелы. Даже стены внутри усадьбы загорелись на тех местах, куда попадал этот свет сквозь окна, а земля поблизости от источника света и вовсе начала краснеть, раскаляясь до невероятной температуры. Песок и щебень в непосредственной близости от Вальтера уже медленно плавились, обращаясь в раскалённое стекло!

Всего несколько секунд длилась эта дымная картина, после чего вообще всё вокруг вспыхнуло словно спичка, обратившись в тотальный пожар. Даже то, что не могло гореть, начинало пылать языками пламени всевозможных расцветок. И даже облака высоко в небе начали разогреваться, медленно испаряясь.

Но свет даже сейчас не ослабевал ни на мгновение, угрожая сжечь вообще всё живое в радиусе полукилометра!

* * *

Эрих наблюдал за происходящим с безопасной дистанции – с пяти километров, стоя на вершине холма. Над тем местом, где когда‑то был особняк Хасельхофов, сейчас свирепствовала настоящая световая буря. Полная противоположность той силе, что породила когда‑то тёмных Легов и дала им силу и скорость тьмы. Эта сила была смертельно опасна даже для него – порождения бездны, рождённого в теле человека.

– Пора наведаться в церковь истока. Пусть расследуют дело этого Кёнинга, – скривившись от досады потери удачной легенды, парень уже собирался переместиться в другую часть страны, используя скорость тьмы, однако его опередели. Над особняком взошла гигантская свастика, начав крутиться, и испускать невероятно чистый серебряный свет! И стоило этому свету попасть на юного отпрыска некогда великого рода, как вся его связь с бездной прервалась, заблокировав пути к отступлению. И ладно бы если только это! В то же мгновение над головой Эриха проявились ещё четыре свастики, выстроенные в колонну друг над другом, после чего также начали крутиться, стремительно набирая скорость.

Молодой Лег был не дурак, и ощутил нешуточную угрозу от всего происходящего, и даже попытался сбежать. Но чёртова колонна из символов словно спутник на орбите неотрывно следила за ним, наводясь точно на цель, несмотря на всю его скорость и прыть! Эта игра в догонялки продлилась ещё секунд десять, после чего свастичный массив наконец выстрелил.

«Почувствуй ярость звёзд!» – донеслось до Эриха далёкое мысленное предупреждение, заставившее его остановиться. Пусть связь с бездной и была прервана странным серебряным излучением, но он всё ещё великое Дитя Тьмы! Его сила огромна, а потенциал безграничен!

Вокруг юноши тотчас сформировалась сфера настолько плотной энергии бездны, что она была твёрдой даже на ощупь. Ни одна атака не пройдёт этот барьер, покуда его ёмкость не будет превышена! А ёмкость бездны стремится практически к бесконечности!

И в то же мгновение из свастичного массива ударила струя плотной плазмы. Порождённая сутью великого духа пламени, она в точности повторяла структуру плазмы звезды: температура материи в несколько тысяч градусов, радиация, магнитное излучение, невероятная плотность и давление света! Ударив чёрный барьер, эта струя лишь чуть‑чуть расплескалась, мгновенно обратив округу в выжженную пустыню. Буквально испарила все растения и часть почвы! Но чёрная сфера продолжала поглощать этот плотный поток.

Лишь когда даже сам воздух начал гореть, угрожая поджечь всю атмосферу, ёмкость защиты Эриха выдохлась, породив ещё один, куда более мощный взрыв, чьи отголоски долетели и до разрушенного особняка. А поток плазмы из гелиоцентрической пушки наконец‑то достиг своей цели, испепелив в одно мгновение саму суть Эриха – его тело и душу Тёмного Лега.

Лишь когда кратер, где должен был быть этот ребёнок, обратился в озеро расплавленной магмы, атака наконец остановилась, а массив свастичных символов исчез, растворившись в воздухе. Вальтер благодаря это стычке только что нашёл новое, ещё одно применение символам Солнца!