Текст книги "Шесть слепых слонов"

Автор книги: Андреас Стив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 46 страниц)

У меня была клиентка, которая заявляла: «Я добрая, но временами я груба». Когда я попросил ее произнести это же предложение, заменив «но» на «и», она засмеялась, и проблема самоидентификации у нее исчезла, потому что обе ее идеи о самой себе соединились вместе.

Замена «но» на «и» может показаться слишком простой и смешной переменой, но это очень просто проделать и самим собой, и с другими и это может иметь очень мощный положительный эффект. «Обратите внимание на специальное использование «но» и «и» в последнем предложении.

Скрытое отрицание

Когда мы общаемся с людьми, мы всегда реагируем на друг друга и некоторые из наших сообщений будут оценками того, что нам нравится и не нравится в своих действиях и в действиях других людей. Пока эти сообщения свободно передаются и принимаются без требований измениться и без угрозы жизни или здоровью, в общении не возникает проблем. Это то же самое, если вам нравится определенное блюдо или какой-то художник больше, чем другим. Мы даже можем попросить эту информацию в виде обратной связи, чтобы кого-то узнать лучше, и чтобы наш собеседник нам не сообщал, тогда это воспринимается как полезная информация. Как говорил Фриц Перлз: «Общение – это умение Ценить различия».

Но эта свобода общения видоизменяется в нечто другое, когда кто-то начинает отрицать самого себя. Внутренне отрицание обычно туманно и мешает разобраться в том, что же происходит на самом деле. Например, некоторые люди озабочены тем,

что они хотят чувствовать, что заслуживают в жизни большего или хотят «ценить себя». Другие ищут «принятия» или «спокойного места в мире», или «права быть здесь». Все эти цели звучат позитивно. Однако, подчеркнув эти желания, мы понимаем, что они чувствуют, что «не заслуживают большего счастья», «чувствуют, что у них низкая самооценка, что их не принимают, у них нет спокойного места» и пр. Все это – сплошные отрицания, и они могут отрицать относительно небольшой диапазон внутри нас, такой как интеллект, красота, уверенность или намного более крупный диапазон, как «ты мусор», «я хотел бы вообще не рождаться».

Когда рождается малыш, он не озабочен самооценкой, желанием быть «нужным» или «принятым» и т.п. Дети как и животные имеют определенные нужды и желания, и они очень прямы в показе своего присутствия и в требовании того, что может удовлетворить их нужды. Они не показывают ни малейшего сомнения, по поводу их «права быть здесь» или того, что «они заслужили то, что хотят».

Затем родители и другие взрослые начинают передавать им сообщения – сначала невербально, затем вербально – о том, как не быть стоящим, как не заслуживать что-то и т.д. И ребенок этому учится. Все эти процедуры имеют общую структуру – отрицание естественного поведения ребенка, отрицание части и всего того, кем является ребенок. Этот опыт переходит в воспоминания, которые могут храниться во всех сенсорных модальностях. Хотя это может быть простым образом, внутренний голос может повторять, что «ты этого не заслуживаешь».

После чего, когда кто-то пытается противопоставить этим отрицаниям уверенность, что он «заслуживает», «имеет право» и т.п. это является попыткой отрицать уже существующее отрицание. «Я не являюсь не стоящим», «я не являюсь не заслуживающим» и т.д. Это создает неконгруэнтные противоположности внутри личности – «не стоящий» и «стоящий», «не заслуживающий» и «заслуживающий» и т.д. Для упрощения, я буду использовать слово «одобрение» по отношению к любой реакции, которая утверждает что-то, что уже отрицается.

Одобрение полезно в краткосрочной перспективе, но на протяжении более долгого времени, оно не только не решает про

блему, а усиливает неконгруэнтность между отрицанием и отрицанием этого отрицания. Это может происходить по-разному.

Во-первых, не смотря на то, как много одобрения у кого-то, это не дает возможность получить то, чем обладал маленький ребенок, то, что человек действительно хочет – полная и неоспоримая возможность быть тем, кем человек является на самом деле без намека на принятие или непринятие этого другими людьми.

Во-вторых, одобрение, полученное от других, это скорее «оценка других», а не «самооценка», что и пытается получить человек. Поскольку люди различаются и одни могут одобрять то, что другие никогда не одобрят, то человек должен уметь делать огромное количество дел совершенно различными способами только для того, чтобы его начали ценить другие. Это обычно приводит к активному общению с другими, что может перерасти в зависимость от других и в поведение «хамелеона» – попытки удовлетворить разных людей по-разному. Учитывая, что есть люди, чье одобрение практически невозможно заслужить, то подобное поведение человека может приводить к серьезным проблемам вплоть до самоубийства.

Есть несколько иной способ заручиться поддержкой других людей и получать от них одобрение для собственной высокой оценки. Этого можно достичь путем прихода в религию или в определенную социальную группу. Тогда у человека появляется уверенность, которую ему дает группа единомышленников. Это проще и стабильней, потому что есть набор одинаковых для всех членов группы стандартов и следовать им проще, чем подстраиваться под разных людей. Однако это, как правило, резко снижает общение с теми, кто не входит в эту группу, потому что соответствие, принятым в группе стандартам, никак не связано с общением с другими людьми и с их обратной связью.

В-третьих, желание получить одобрение от других людей основывается на определенных условиях игры. Есть определенные условия поведения этого человека и определенные условия доброй воли других людей. Если кто-то перестанет спрашивать, или если другие люди перестанут отвечать, то человек не сможет больше получать поддержку от других.

В-четвертых, поддержка со стороны других людей носит временный характер, потому что она не убирает первоначальное

отрицание – она лишь противопоставляется ему и частично компенсирует его. Внутренний голос будет продолжать отрицать свойства человека (нужность, достойность быть любимым и т.п.), поэтому человеку потребуется постоянная поддержка извне.

В-пятых, любая поддержка со стороны, что «я стоящий» будет провоцировать сопротивление «я не стоящий» во внутреннем диалоге. Причем это сопротивление будет нарастать, и усиливать неконгруэнтность. Если у кого-то внутренний голос отрицает то, кем является человек, а события в жизни подтверждают правоту этого голоса из-за некоторых оплошностей в работе и в жизни, то это неприятно, хотя и конгруэнтно.

Но, если у кого-то есть все тот же негативный внутренний диалог, но они успешны в жизни и в работе, контраст между внутренним голосом и внешним успехом будет еще больше. Они могут еще больше улучшить свою жизнь, но за счет большей неконгруэнтности. Чем больше поддержки они получат от других и своего успеха, тем больше будет неконгруэнтность между внутренним сообщением о том, что они «ничего не стоят» и внешним сообщениям, что «они стоящие». Их внутренний голос будет сводить на нет все их успехи во внешнем мире.

Поиск одобрения у других такой же искусственный способ поведения, как наложения грима, чтобы привлечь чье-то внимание. Чем больше вы его используете, тем больше разница между тем, что под ним. И тем больше вы знаете, что другой человек реагирует на то, что искусственно, а не на то, что есть на самом деле. Эта большая неконгруэнтность ведет к нестабильности и потере успеха во внешнем мире. В конечном итоге это может вылиться в кризис, депрессию и суицид.

В-шестых, есть интересная параллель между голосом, говорящим о никчемности и уверенностью, в том, что человек «стоящий». И этот голос, и эта уверенность основаны на мнении других людей, а не самого человека. И это приводит к рабству и зависимости от чужого мнения, вместо того чтобы обращать внимание па свои собственные достижения.

Если же одобрение других людей не помогает справиться с ощущением никчемности, то что же тогда делать? Ответ состоит в том, чтобы сделать первоначальное отрицание абсолютно попятным и найти способ избавиться от него, чтобы можно было

вернуться к первоначальному состоянию, когда человек просто был тем, кем он есть.

Одним из способов, как сделать это, является внимательное слушание внутренних сообщений об отрицании и понимание, что эти сообщения говорят о взрослых, которые их передали, а не о самом ребенке, т.е. происходит изменение диапазона. Эти сообщения поступают от взрослых, у которых есть свои ограничения. От людей, которые не могут просто сказать: «Я занят. Я не могу (или не хочу) дать тебе то, что тебе нужно, то, что ты хочешь». Вместо этого они говорят: «Единственный вариант, который приходит мне в голову в ответ на твою просьбу – это ответить, что ты этого не заслуживаешь. Если бы ты не просил, то мне не надо было бы думать об этом».

Немного другой способ установить и понять это – собрать и сгруппировать все внутренние сообщения отрицания, которые накопил клиент, включая его интонацию, жесты и пр., с которыми он это утверждает. «Ты плохой», «ты глупый» и т.д. Затем надо попросить клиента представить себя новорожденным или маленьким ребенком и сообщить этому ребенку все эти отрицания с той же интонацией и т.д. Это меняет позицию восприятия клиента с позиции получателя этих сообщений в позицию отправителя. Обычно в этой позиции такое поведение становится неуместным и просто смешным. Его реакция на сообщения отрицания меняется с их серьезного восприятия на понимание, что это лишь сообщения на основе ограничений родителей, а не ребенка.

«Процесс реконструкции семьи» Вирджинии Сатир (10) обеспечивает яркую постановку того, с чем полученным от их родителей вынуждены разбираться клиенты и как это создаст их ограничения. Во время этого процесса плохое отношение родителей к клиенту представляется как последовательность ограничений самих родителей и не имеет практически ничего общего с ограничениями самого клиента. Все эти мысли о никчемности и т.п. всего лишь результат неверного диапазона.

Кода вы поймете, что ваше понимание было ошибочным, вы легко сможете отбросить его и двигаться дальше. Конечно, будут люди, которые будут винить себя за свои ошибки, что тоже является ошибкой только на более высоком логическом уровне. Этот же процесс сможет привести и к открытию. «I !редставьтс себя ма

леньким ребенком и начните ругать его за ошибки из-за того, что он неверно понял родителей».

Еще один способом работы с внутренним отрицанием является «процесс трансформации ядра» Конниры Андреас (4), в котором клиента приводят к пониманию того, что он на самом деле хочет, что является переживанием того, кем человек является на самом деле.

Когда исчезает «я не заслуживаю», то не остается никакого смысла «заслуживать», чтобы отрицать «не заслуживать». Со всеми нами происходят и приятные, и неприятные события. Это факт. Это жизнь. Мы можем переживать из-за неприятных ситуаций и радоваться приятным. Мы не должны рассуждать заслуживаем ли мы (или не заслуживаем) того или иного. Это поможет нам вернуться к простым переживаниям, чтобы не происходило, включая нашу реакцию на происходящее, без вопросов о том заслужили мы это или нет. Многие святые и мыслители называли это «просветлением», «пробуждением из мира иллюзий», «простым принятием того, что есть».

Многие люди, ищущие определенный духовный или мистический опыт, направляются отрицанием, не понимая этого. Они ищут единение или что-то еще, не понимая, что их внутренние отрицания не позволяют им вернуться к естественной жизни. Это еще больше справедливо для гуру и духовных учителей, озабоченных своим статусом и значимостью, поэтому они постоянно должны поддерживать ореол «просветленности», что говорит об отсутствии у них подобного.

Заслуживающий (достойный)

Давайте теперь более детально рассмотрим понятие «заслуживающий», чтобы понять, как люди впервые попадают в подобную ловушку мышления. Значение слова «заслуживаю» – это сокращение от следующей фразы – «я думаю, что я должен (мне следует) это иметь, потому что у меня есть на это право». Когда возникает это слово и сокращается из более долгой фразы, оно обычно содержит скрытый смысл, что может стать ловушкой для обоих собеседников.

Есть и приятные, и неприятные версии этого слова. «Она за

служивает медаль за то, что сделала». Или «он заслуживает быть повешенным за это». То есть «заслуживает» может становиться выражением награды или наказания, исходя из чьего-то суждения о том, что должно было бы быть.

Обычно слово «заслуживать» используется без дополнительной информации, как, например, «он заслуживает этого». Такое утверждение становится «фактическим», поскольку оно констатирует факт, а не является вопросом. Даже если это утверждается, исходя из чьей-то точки зрения – «я думаю, что он это заслуживает этого», причина, по которой кто-то что-то заслужил или нет, обычно опускается.

Когда люди говорят, что они что-то «заслуживают», обычно это подразумевает, что кто-то должен им это предоставить, а люди ничего не должны делать, чтобы это получить. И причина обычно в том, что они считают, что они имеют на это право. Обычно это происходит, потому что они считают себя особенными или более значимыми и важными, чем другие. Это некая версия «священного права короля» и знати, которую король наделил титулами.

В терминах НЛП «заслуживает» – это результат «плохо сформулированного результата», потому что это не находится под личным контролем человека – кто-то другой должен обеспечить его тем, что он заслуживает. Поскольку у нас нет прямого контроля над действиями других людей, это ставит человека, который «заслуживает» в положение зависимости от милости других людей и от их доброй воли предоставить это ему. Если же кто-то не предоставляет того, что человек «заслуживает», то начинаются жалобы вместо того, чтобы предпринять необходимые действия.

Если существует договоренность, в которой точно определено кто и что получает, то тогда они действительно заслуживают получение того, что оговорено. Независимо от того, насколько договор может быть глупым. Так же как и слово «справедливость», слово «заслуживает» может быть применено только к договорам и соглашениям, т.е. к ограниченному диапазону. И в этом соглашении четко определено кто и что заслуживает.

Однако многие люди уходят за границы этого разумного диапазона, считая, что они заслуживают чего-то большего или другого в отличие от того, что зафиксировано в соглашении. Они часто ведут себя, словно Бог или природа дали им право самим

устанавливать, что они должны получить. Например, нередко можно услышать – «ребенок заслуживает жизни в хорошем доме» или «я заслуживаю возможности добиться успеха».

Я больше предпочитаю слово, в котором у каждого есть возможность удовлетворения своих нужд. И я стараюсь, как могу сдвинуть мир в этом направлении, потому что это основывается на желании, а не вымышленном соглашении.

Некоторые даже говорят, что кому-то «Бог дал право». Но, если это право действительно предоставлено Богом, то мы все имеем на это право и никто не имеет права забирать это для личного пользования. Как-то я видел, как Фриц Перлз закурил в школьной аудитории после демонстрации гештальт-терапии. К нему подошла возмущенная женщина: «Кто дал вам право курить, когда вокруг полно знаков «Курить запрещено»?» Перлз ответил: «Мне никто не давал никакого права, и никто у меня его не отнимал. Я просто курю».

Насколько я знаю, жизнь – это дар. Этот дар предоставляется без всяких условий и соглашений. При этом даре есть только одна гарантия – когда-нибудь мы умрем. И наша работа состоит в том, чтобы дать людям возможность достичь удовлетворения от жизни. И это никоим образом не основывается на понятии «заслужить». Это основывается на том, что мы хотим, чтобы происходило, потому что мы полагаем, что это будет лучше для всех. Но уже от нас зависит, каких соглашений мы достигнем с другими людьми, обществом, правительством, чтобы поддержать то, что мы хотим.

Самооценка (Что я стою)

«Низкая самооценка» (мнение, что «я низко себя оцениваю») является еще один термином, наполненным туманным смыслом. В обычной жизни мы говорим: «Эта машина не стоит такой суммы» или «Это ценная идея». Всегда, когда мы высказываем утверждение о ценности или стоимости, всегда присутствуют три элемента:

L Предмет или событие, которые оцениваются (машина или идея).

2. Способ измерения ценности, который обычно выражается

в денежном выражении, но может выражаться в чем-то другом ценном, что может быть обменено на объект оценки.

3. Кто оценивает вещь или событие – кто готов за него заплатить за него сумму денег или обменять на другую ценность.

Представьте, что нет предмета или события для оценки.. .или нет ничего, на что его можно было бы обменять.. .или никого, кто мог бы оценить его.. .и вы поймете, что сама концепция «стоимости» и «ценности» бесполезна и не имеет смысла. Поэтому все из описанных выше трех элементов необходимы для того, чтобы «ценность» имела значение.

Давайте теперь посмотрим, обладает ли «самооценка» этими тремя элементами. Предположим, что у вас есть вы, которого можно оценить, т.е. этот элемент присутствует.

«Самооценка» указывает, что предмет оценки и тот, кто оценивает – являются одним и тем же. Это не вписывается в описание выше, но на данном этапе давайте придем к соглашению, что вы сможете разделить себя на две половинки и оценить себя самого.

Вы не существуете без «себя самого». У вас ничего бы не было. Т.е. ваша ценность для себя самого бесценна и никакое количество денег не будет достаточно, чтобы это купить. Так как же вы можете «низко себя оценивать», раз ценность вас, ваша оценка самого себя столь велика?

Если бы вы сами по себе имели бы стоимость в денежном выражении и если бы ваша сущность могла бы быть передана кому– то другому, то она могла бы что-то стоить для кого-то другого. Но, это могло бы определить понятие «оценка других», а не «самооценка».

Так что же люди имеют в виду, произнося «самооценка»? Если вы попросите их объяснить, что они имеют в виду, то вы обнаружите, что они начинают проводить сравнения себя с другими, измеряя свою ценность сравнением с другими. Они также думают о том, что является цепным для других и делают вывод о своей ценности или никчемности в глаза других. Но это – не «самооценка». Это – «оценка других». И необходимость в этом такая же, как в получении комментариев и оценки от родителей о том, что кто-то что-то «заслужил» или нет. «Ты никогда не будешь богатым». «Ты глуп». Маршал Розенберг описал эти критические за

мечания как другие версии категории «ты плохо собран из составляющих тебя». Так же как и в случае с «заслужил», лекарством от этого будет понимание, что все родительские комментарии относятся к другому диапазону. Они не о вас. Они об ограничениях того, кто говорит и о его суждениях.

Еще одним способом создать это разделение и понимание является обучение «стратегии реагирования на критику», которую моя жена Коннира и я разработали более 20-ти лет назад. В этой стратегии вы физически отделяете себя от критических замечаний – внешних или внутренних. Затем вы проходите простой процесс оценки, прежде чем решить имеют ли эти замечания для вас ценность и значение и стоит ли их учитывать при своем мышлении и поведении (13, гл. 8).

Противоположные категории

Хотя мы можем создавать безусловные противоположности разными способами, отрицание делает такое создание более легким. Очень легко отрицать «здравомыслие» и стать «безумным» или отрицать «компетентность» и стать «некомпетентным». Когда мы это делаем, все события делятся всего лишь на две категории – причем без промежуточного или среднего значения. Т.е. весь мир нашего опыта разделен на две дискретные противоположные категории. Например, разделим мир на две категории – «стулья» и «не стулья». Пример прост, но показателен. Однако категория «не стулья» довольно проблематична. Вы можете легко подумать о стуле, но подумать о «не стуле» намного сложнее. Исходя из того, что все в мире, что не является стулом, входит в категорию «не стулья», каким простым образом, примером, прототипом вы сможете описать столь огромную и разнообразную категорию?

Слово «уважение» указывает на определенную позитивную категорию типов поведения между людьми. Примером «уважения» могут быть образы «быть вежливым», «внимательно слушать», «говорить с определенной интонацией» и пр. Эти примеры показывает значение «уважения», поэтому мы можем их использовать как критерии, чтобы определить является ли поведение человека «уважительным».

Теперь посмотрим на «неуважение», что буквально означает

«не уважать». Типы поведения противоположные уважению, такие как грубость, оскорбление и т.д., подпадают под определение. Но, в эту категорию так же могут попасть все типы поведения, которые не демонстрируют ни уважение, пи неуважение, потому что они не входят в категорию «уважение». Чтение книги, ответ на телефонный звонок, улыбка могут попасть в категорию «неуважение» потому что их нет в категории «уважение». Любопытно, что даже примеры поведения, которые обычно могли бы относиться к уважению, попадут в категорию «неуважение», если мы рентам, что кто-то неискренен. «Он так говорит, только чтобы получить повышение». «Она так поступает только потому, что вынуждена».

Когда кто-то использует определенную категорию, это направляет его внимание на опыт, входящий в эту категорию. Если кто-то находится в категории «уважение», то он будет замечать типы поведения, которые удовлетворяют его критериям уважения и игнорируют нейтральные типы поведения, которые не являются примерами ни уважение, ни неуважения. Но, если кто-то находится в категории «неуважения», то он легко найдет проявление неуважения практически в любом поведении, потому что в целом любое поведение может быть расценено как неуважительное.

Это ведет к излишнему упрощению опыта, в котором присутствует только неуважение, несогласие, неадекватность и что угодно, что человек желает отрицать. Использование негативного критерия при категоризации ведет к ограничениям в мышлении, когда просто нет альтернатив. Крайним примером является паранойя. В этом случае весь мир параноика наполнен тем, что он не хочет иметь в этом мире. Паранойя может быть определена как «побег» от отрицания, в котором вся коммуникация носит отрицательный характер. Ловушка.

Негативные категории и негативные критерии всегда являются признаками потенциальной опасности, поэтому всегда полезно заменить негативные критерии на позитивные, которые направят наше внимание на опыт и переживания, которые мы можем сенсорно описать в позитивных терминах.

Когда мы думаем о такой категории опыта, как «доброта», то нам легко и просто подумать о противоположности, которую мы можем назвать «злость». Мы также можем назвать противопо

ложность «не добротой», но тогда в названии будет отрицание, о чем мы уже говорили. Поэтому давайте использовать слово «злость», как противоположность к категории «доброта». Обе эти категории могут быть позитивно представлены соответствующим сенсорным описанием без отрицаний.

Если мы рассмотрим события, которые происходят в мире и вокруг нас, то некоторые из них подпадут под критерии «доброты», а некоторые под критерии «злости», но подавляющее большинство событий не войдет ни в одну из этих категорий. Большинство действий – чистка зубов, мытье рук, поездка на работу – не являются ни злыми, ни добрыми. Всегда будет много событий и примеров, которые не впишутся ни в любую из ваших категорий. Теперь у нас есть уже три категории – «доброта», «злость» и третья категория, куда входит то, что не входит в первые две. В этом случае возникает опасность неверной категоризации, когда событие, не входящие ни в одну из первых категорий, будет ошибочно отнесено в одну из них.

Хотя, это менее очевидно, есть события и примеры, которые могут входить одновременно в обе категории. То, что сеть проявлением доброты для одного человека, может быть расценено как проявление зла другим человеком. Например, решение о том, кто из нуждающихся получит орган для трансплантации, кто получи т опеку над ребенком. Подобные примеры нельзя однозначно отнести к одной из наших категорий. Маленький ребенок может считать злостью отказ в его просьбе. Но, если это поможет сохранить его здоровье, например, то это может быть добротой в более высоком диапазоне будущих последствий.

Красота и богатство могут быть расценены как доброта судьбы или Бога, поскольку они имеют явные преимущества в социальной жизни. Но, поскольку из-за этого людям постоянно приходится сталкиваться с вызовом, то это может быть злой шуткой той же судьбы. Когда кто-то выигрывает в лотерею, то он попадает в потоп желающих помочь ему инвестировать выигранные деньги. Еще большее количество попытается его при этом обмануть. Богатые люди часто опасаются, что их ценят только из-за денег, поэтому часто ведут параноидальное существование, что не дает им строить нормальные отношения с людьми. Исключительно красивые женщины сталкиваются с такой же проблемой,

считая, что мужчины ценят в них только их красоту и начинают переживать, что будет после того, как красота увянет.

Когда кто-то решает, что он не вписывается в критерий «привлекательный» или «красивый», или «умный», то они с большой долей вероятности могут заключить, что они противоположны – «не привлекательны», «не красивы», «глупы», вместо отнесения себя в среднее положение между этими категориями. Даже если кто-то считает себя привлекательным, то он начинает опасаться выпасть из этой категории в противоположную. «Или-или» очень ограничивает, поскольку предоставляет только два варианта выбор, и даже лучший из этих вариантов является ловушкой.

Это особенно разрушительно для противоположностей типа «успех» и «неудача». Успех обычно определяется как самый лучший или богатый, или красивый из всех. Среди миллионов людей только один может быть «успешным». Все остальные же являются неудачниками. Упор на успех (и боязнь неудачи) является поводом соперничества, в котором пытаются победить любой ценой, использовать нечестные способы для борьбы, словно идет война, в которой только одна из сторон выживет.

Не так давно я видел по ТВ как объявляли тех, кто будет принимать участие в будущих олимпийских играх в соревнованиях по гимнастике среди женщин. Тех, кого не отобрали для участия плакали и на лице у них было написано жуткое разочарование. Они настолько сфокусировались на очень узком диапазоне включения в сборную, что забыли, что несмотря на это они все равно прекрасные и высоко профессиональные спортсмены, способные на выполнение таких вещей, которые нормальные люди смогут выполнить только в мечтах. Их несчастье – это последствия тирании «желания быть лучшим». В этой ситуации умение переключаться на больший диапазон было бы очень полезным.

Совсем другое дело, когда речь идет о соревнованиях в личном или в командном зачете. Подобные соревнования только способствуют развитию навыков и умений у обеих сторон, независимо от того, кто выиграл, и уважение к мастерству не связано со стороной. Хорошим показателем тут является то, как вы реагируете на успехи другой команды – выражаете ли вы свое уважение к их мастерству, так же как и к своей команде или нет.

Поскольку мы создаем категории, чтобы описать то, что

ценно, полезно или важно для нас, то сами эти категории и их противоположности привлекают максимум нашего внимания. Очень легко начать игнорировать все то, что не входит в две противоположные категории или забыть о том, что входит в них обеих. Подобное игнорирование приводит к тому, что мы оказываемся в очень ограниченном дискретном мире «или-или», который полон противоположностей, но не имеет нейтральной территории.

Чтобы сделать это нам надо сузить диапазон до одного – или очень малого количества – критерия, такого как «благосостояние», «красота», «успех», «победа» и т.п. Подобное происходит в простом примере «ограниченного выбора», используемого в политических дебатах или при принятии решений. Как только мы добавляем больше критериев или меняем старые, мир становится все более сложным. Решения принимать становится сложнее, но результаты этих решений становятся более полезными и удовлетворительными.

Вместо того чтобы загонять себя в рамки противоположных категорий «или-или», куда полезней понять, что люди ни красивые, ни уродливые, или что они могут кому-то показаться красивыми, а кому-то уродливыми, или что у них есть некоторые параметры из категории «красивый», а другие параметры не входят в эту категорию.

Ловушки категорий

Нам намного проще упростить наш мир до дискретных противоположностей, если мы чувствуем серьезную опасность, потому что очень важно определить то, что может нам навредить и соответственно реагировать, если подобное происходит. В этом контексте такое упрощение очень разумно.

Люди, чувствующие опасность, обычно говорят в терминах «черного и белого», «или-или» – «плыть или утонуть», «победители или проигравшие», «успех или неудача». Их внутренние образы обычно контрастные и черно-белые – иногда с несколькими пятнами красного или другого яркого цвета. Поскольку подобные способ мышления ассоциируется с опасностью, то когда человек переходит к подобному мышлению, он может начать ощущать опасность и необходимость защищаться.

Подобный тип сверхупрощенной категоризации является причиной множества конфликтов, насилия, войн и пр. страданий. «Ты с нами или против нас» – создает мир, в котором конфликты неизбежны и не дает возможности искать альтернативные пути решения проблемы к удовлетворению обеих сторон.

Противоположные категории иногда ограничивают варианты выбора других людей, чтобы привести их к соглашению. Когда кто-то говорит: «Либо все будет по-моему, либо проваливайте», то это исключает возможность дискуссии и ставит вас перед выбором согласиться или столкнуться с неприятными проблемами вашего отказа. Вариацией подобного является угроза расставания – «если бы ты меня любил, то сделал бы по моему». Это предполагает наличие мира любви и мира не любви. Равно как и предполагает, что всегда надо поступать так, как хочет ваш партнер.

Как и любой другой вид коммуникации, создание альтернативы «или-или» может быть использован позитивно, чтобы помочь человеку выбраться из ловушки категорий. Когда пара ссорится, то, скорее всего, причина в несогласии по одному из критериев. Обычно это начинается, когда одна из сторон пытается убедить другую сторону, что ее понимание является единственно правильным. Иногда, может быть полезно просто сказать: «Ссоры и споры – это то, что ты умеешь делать и это не приносит тебе радости. Как насчет того, чтобы научиться общаться с большей пользой, или ты предпочитаешь продолжать делать то, что, как ты убедился, не работает?»