Текст книги "Шесть слепых слонов"

Автор книги: Андреас Стив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 46 страниц)

Если вы действительно хотите, чтобы кто-то что-то запомнил, включите в вашу фразу двойное отрицание, чтобы это предложение «запало» в голову вашего собеседника. Т.е. если вы хотите, чтобы один партнер запомнил, как сильно другой партнер его любит, (это очень часто забывается в пылу ссоры или спора) вы можете сказать: «Чтобы не случилось, вы не сможете не вспомнить, как он (она) вас любит». «Вы не можете не...» – это легкий способ создать двойное отрицание для любого контекста и для любой фразы, чтобы сделать ее более запоминающейся.

Невербальные сигналы

Во время игр собаки или другие животные очень часто демонстрируют поведение очень похожее на схватку – 11а самом деле многое в их играх нацелено на отработку навыков борьбы, необходимых им для выживания. Однако, если у них нет однозначных сигналов о том, что они «играют», возникает риск, что они моту серьезно ранить друг друга. Если вы будете внимательно наблюдать за играющими и дерущимися собаками, вы заметите очень четкие проявления поведения, которые вносят различия между игрой и схваткой. Например, при схватке тело собаки напряжено, шерсть на спине и голове может встать дыбом, плечи поднимаются, хвост неподвижен. При игре тело собаки более расслабленно, хвост виляет, а шерсть не встает дыбом.

Когда две незнакомые собаки впервые видят друг друга и когда обе они не решили, что им ждать от другой собаки – игры или схватки – сигналы проявляются на среднем уровне. Напряжение больше чем при игре, но меньше чем при схватке. Шерсть может слегка подняться. Кончик хвоста может немного вилять. В процессе общения и восприятия сигналов противоположной стороны проявления могут сдвинуться в ту или в иную сторону. Поскольку подобные сигналы проявляются в разной степени, то они являются аналоговыми сигналами. Отрицание «не» является чистым дискретным сигналом.

Если игра двух собак заходит слишком далеко, то пострадавшая сильнее собака выйдет из игры и голосом даст понять другой собаке, что «с нее уже хватит». Это происходит, чтобы игра не перешла в схватку. Аналоговый сигнал для игры слишком усиливается для пострадавшей собаки, и она отвечает определенным дискретным сигналом – отступление.

Возникает интересный вопрос – когда собаки играют, передают ли они невербальное сообщение, что «это игра». Или они передают сообщение, что «это не схватка»? Когда встречаются незнакомые собаки, они передают две группы сигналов – одну для игры, вторую для схватки. Обе группы сигналов ослаблены и позитивны. Когда же вопрос неконгруэнтности решен, передается только одна группа сигналов – или из категории «игра», или из категории «схватка».

У людей подобные невербальные сигналы описываются одновременно как «пара» сигналов, которые изменяют диапазон вер– бального сообщения на этом же логическом уровне и как «мета» сообщения, которые категоризируют вербальное сообщение на более высоком логическом уровне. Однако я не смог заметить четкого критерия, по которому можно различить было ли передано невербальное «пара» сообщение или «мета» сообщение, которое привело к конфликту. Различие между дискретным и аналоговым сообщением дает нам некоторую возможность разделить их.

Аналоговые сигналы

Если я скажу: «Посмотри туда» и укажу рукой, мое указание рукой четко обозначает диапазон слова «туда» в вербальном сообщении, что является конгруэнтным «пара» сообщением на том же логическом уровне.

Если же я скажу: «Посмотри туда» и кивну головой в одном направлении, одновременно указывая рукой в другом направлении, то оба моих невербальных сообщения будут неконгруэнтными и возможно будет сказать, что одно из этих сообщений отрицает другое. Но, несмотря на то, что они могут быть мешающими четкому восприятию, они оба позитивны. Возможно, я хочу, чтобы мой собеседник посмотрел в обе стороны и заметил как они взаимосвязаны, а может быть кивок головы был просто способом уклониться от летящей осы и мог не иметь ничего общего с тем, что сказал.

Это может стать понятней, если мы подумаем обо всей широте жестикуляции, с помощью которой я могу указать рукой «туда». Если рука находится невысоко и показывает на что-то рядом, то это, скорее всего, показывает небольшой диапазон. Если рука горизонтальна, это, скорее всего, увеличивает диапазон. Поднятая выше горизонта рука указывает па еще больший диапазон. Если вы представите множество других жестов, вы можете попять, как они указывают на разные диапазоны пространства и времени.

Если я скажу: «Она мне нравится», громкость моего голоса и интонация могут изменить значение «нравится» среди широкого аналогового диапазона от минимальной терпимости до бешеного

энтузиазма. Это еще один пример «пара» сообщения, которое определяет и изменяет вербальное сообщение. Даже простейшая коммуникация полна многими видами невербального поведения (в дополнение к вербальным), поэтому в ней обычно будет много аналоговых «пара» сообщений.

Когда собака передает только невербальный сигнал, связанный с игрой, множественные «пара» сообщения передают, что «это игра» в позитивной категоризации. Некоторые психологи и философы считают, что собаки в этом случае передают сигнал «не схватка», но мне кажется это ошибкой, ведущей к непониманию.

Дискретные сигналы

В человеческом общении некоторые невербальные сообщения могут быть описаны как «мета» сообщения, которые категоризируют вербальный посыл на другом логическом уровне в отличие от «пара» сообщений, которые указывают диапазон. Есть старый анекдот о лингвисте, который на одном из своих занятий заявил «В некоторых языках двойное отрицание может означать подтверждение, но нет ни одного языка, в котором бы двойное подтверждение означало бы отрицание». На что один студент с задней парты произнес: «Ага, конечно». Сарказм – это лишь один из множества невербальных сигналов, с помощью которых мы можем передать отрицание. Покачивание головой, ухмылка, приподнятая бровь и пр. могут отрицать то, что было передано вербально. Кивок, улыбка и т.п., выделенные в конце фразы, могут подтверждать фразу.

Эти невербальные дискретные отрицания или подтверждения того, что было сказано (передано вербально) находятся на более высоком логическом уровне, потому что они разделяют то, что было сказано на две очень обобщенные и большие категории – истина и ложь, игра или драка, бизнес или удовольствие и т.д.

«Пара» сообщения являются аналоговыми. «Мета» сообщения являются дискретными, поэтому то их легче определить. Но любая вербальная коммуникация в целом является аналоговой – достижение определенного диапазона опыта. Она может быть понята и воспринята как аналоговая или дискретная – в зависимости от намерения говорящего и от понимания (восприятия)

слушающего. Иногда достаточно трудно определить тип – ана– логовый или дискретный. Например, если кто-то говорит с вами на языке, который вы не знаете и не понимаете, желаемое дискретное сообщение этого человека будет принято как аналоговая неразбериха, в то время как дискретное значение сообщения может быть понято.

В обычной коммуникации некто может сказать «всегда» (дискретное сообщение), но собеседник может принять это сообщение как «в большинстве случаев» (аналоговое сообщение) и наоборот. Это в большой степени зависит от того, кто проводит категоризацию и этим человеком может быть либо говорящий, либо слушающий. Когда мы общаемся эффективным способом, мы договариваемся о том, какие части нашей коммуникации являются аналоговыми, а какие являются дискретными.

При общении лицом к лицу, люди всегда используют множество невербальных сообщений – осознанно или подсознательно, – потому что они являются очень важными индикаторами того, что мы хотим передать собеседнику. Даже, если мы читаем напечатанное сообщение, в котором практически полностью отсутствует невербальная составляющая, мы прилагаем не мало усилий, чтобы провести категоризацию этого сообщения. Что же на самом деле тетя Анна имела в виду, написав, что кресло в гостиной находится в «интересном стиле». Эта критика? Комплимент? Простое описание? Или она пытается нам показать, насколько она наблюдательна?

Когда дискретное «мета» сообщение неконгруэнтно с вербальным сообщением, коммуникация становится неоднозначной и слушающий может ответить на одно из этих сообщений или сразу на оба. Поскольку у людей намного меньше осознанного контроля над невербальным поведением, часто невербальные проявления считаются более истинными. Поэтому часто люди отвечают именно на невербальные сообщения собеседника. Наиболее элегантной реакцией будет понимание и ответ на оба сообщения.

Это и делают люди спонтанно во время флирта, шуток и в других веселых ситуациях и ситуациях, от которых они получают удовольствие. Если кто-то спросит: «Какие у тебя планы на вечер?», приподнимая брови, что указывает на сексуальную заинтересованность, то собеседник часто ответит чем-то типа «Не

знаю. А чем бы ты хотел (хотела) заняться?» с теми же приподнятыми бровями. Это будет способ сказать – «я хочу, чтобы ты недвусмысленно сказал бы мне, что ты хочешь». Речь идет о сексе или о чем-нибудь другом? Они действительно говорят о сексе или только делают вид?

Неоднозначная коммуникация может продолжаться определенное время, пока обе стороны не договорятся о том, какое значение лежит за всем этим. На самом деле они проявляют ту же неконгруэнтность, что и собаки, пример которых я приводил выше, когда собаки еще не пришли к заключению играть им или драться. Неоднозначность неконгруэнтных сообщений защищает обе стороны от критики, обвинений или отказа от того, о чем они говорят. Например, «я просто шутил (шутила)», «я не имел это в виду», «как ты мог (могла) даже подумать об этом?»

В других ситуациях, слушающий может иметь немало сложности, отвечая на неконгруэнтное сообщение, особенно если речь идет в контексте власти, в том случае, что слушающий должен дать «правильный» ответ или пострадать, если он ответит по-другому. Часто, слушающего «наказывают», чтобы он не ответил, но мы более подробно рассмотрим это в главе 9 о «двойных связках».

Иногда происходит любопытная вещь, когда неконгруэнтное сообщение зажимает самого говорящего. Например, я вырос в семье, где все говорили прямо и открыто и сарказм был незнаком. Как-то мы обедали с другой семьей, и я спросил можно ли мне по– дожить себе еще картошки. Глава другой семьи в шутку произнес: «Конечно, нет». Я ответил: «Хорошо», предполагая, что отказ был конгруэнтным. И это поставило его в неудобное положение, поскольку он выглядел жадным и грубым, а не весельчаком и он был вынужден объяснять, что он пошутил. Даже когда неконгруэнтное сообщение передается в шутку, неоднозначность всегда является потенциальным источником для непонимания. Когда же подобное происходит не в шутливой беседе, это может привести к неприятным конфликтам.

Негативные команды

Вы когда-нибудь говорили маленькому ребенку «не смейся» или «не улыбайся». Поскольку они еще не очень хорошо умеют

обрабатывать отрицания, им остается только улыбнуться или засмеяться. Это происходит потому, что они выполняют негативную команду и также потому, что у них есть некоторое понимание не– конгруэнтности сообщения, и они находят это смешным. Взрослые обрабатывают отрицание так же как дети с одной лишь разницей, нам намного легче сделать что-то другое. Обратите внимание на ваши внутренние переживания, когда вы будете читать следующую фразу – «Я не хочу, чтобы вы думали ни о проворных зубкотрубах, ни о симпатичных коала».

Негативной командой является любое утверждение, которое отрицается. Когда мы используем в общении негативные команды, то наш собеседник просто обязан представить себе образ того, что отрицается, чтобы понять само предложение. Затем он должен как-то избавиться от этого образа или заменить его, или перечеркнуть и т.п. Противоречие между отрицанием и отрицанием опыта (переживания) создает конфликт неконгруэнтности между ними. Поскольку внимание будет приковано к диапазону, который отрицается, у слушателя появляется тенденция думать о том, о чем ему сказали не думать. Поскольку наше поведение зависит от наших мыслей, то очень часто у нас появляется тяга сделать то, что нас просили не делать. Иногда это называют «бунтарством» или «упертостью», но это всего лишь является результатом коммуникации с отрицаниями.

Когда родитель говорит маленькому ребенку «не сейчас» или «это не хорошо», или «не хнычь», отрицание применяется к диапазону опыта, который родитель не хотел бы испытать или хотел бы прервать. Но, если родитель будет продолжать в том же духе и не даст ребенку позитивной альтернативы, ребенок «зациклится» на образе того, что отрицает родитель и на неконгруэнтности, созданной отрицанием. Когда родитель сразу за отрицание последует с позитивным диапазоном, как, например, «позже», «сделай по– другому», «говори спокойным тоном голоса», то это направит ребенка в сторону от неконгруэнтности отрицания к позитивному и конгруэнтному утверждению того, что родитель действительно хочет.

Если родитель говорит подростку: «Не растеряйся сегодня на экзамене» или «Не езди на машине быстро и бесшабашно», то даже, если подросток хочет сделать то, что говорит родитель, есть

тенденция, что сделано все будет наоборот, потому что у него засядут в голове образы диапазона, того, что родитель не хочет, вместо того, что родитель хочет. Эти же образы и направляют внимание человека и вызывают соответствующее поведение.

Конечно, негативные команды могут быть использованы и позитивным способом, если изменить содержание того, что отрицается. Например, «я не хочу, чтобы ты чувствовал себя готовым и расслабленным во время сегодняшнего экзамена». Или «не езди на машине внимательно и безопасно по пути к школе». Данные предложения выглядят достаточно странными, потому что большинство людей не настолько много знают о коммуникации, чтобы понять насколько данные фразы могут быть полезны, поэтому они и кажутся странными, потому что вероятность их услышать крайне мала.

Эти фразы звучат странно еще и потому, что ключевые элементы «чувствовал себя готовым и расслабленным» и «внимательно и безопасно» звучат как дискретные команды. Эти предложения будут звучать намного более естественно, если добавить регулятор «слишком». «Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя слишком готовым и расслабленным по поводу твоего сегодняшнего экзамена». «Не езди на машине слишком внимательно и безопасно по пути к школе». Слово «слишком» создает континуум опыта, который предполагает наличие критериев – в нашем примере «готовый и расслабленный» и «внимательный и безопасный».

Эти «позитивные» негативные команды работают. И особенно хорошо они работаю в общении с подростками и с «бунтарями», которые обычно делают противоположное тому, что им было сказано делать, например, из-за цели доказать свою независимость. Поскольку вы говорите им не ездить безопасно, то, скорее всего они постараются сделать противоположное тому, что вы сказали, и будут ездить безопасно.

Если вы хотите вообще избежать отрицаний, и вы общаетесь не с «бунтарем», то используйте позитивные команды. «Чувствуй себя спокойно и уверенно во время экзамена»,. «Обращай внимание на другие машины и будь аккуратен пока ты едешь в школу». Если бы у меня была возможность научить всех людей в мире одной вещи, я бы, скорее всего, рассказал бы о том, как работают

негативные команды, потому что они очень распространены и приводят к множеству проблем. «Неужели вы не видите, насколько важно понимать для вашей работы использование отрицаний и как по-разному их можно применять?»

Негативные результаты

Если я нахожусь в неприятной ситуации, которая мне не нравится, то очень естественно это заметить и сказать себе: «Я этого не хочу», в качестве первого шага по улучшению ситуации. Однако это и называется «негативным результатом» – представление того, что я не хочу. Когда я это делаю, то я думаю о том, что я не хочу, а не о том, что я хочу вместо того, что есть.

Если я сразу задам себе вопрос «Что я хочу вместо этого?», то ответ на этот вопрос будет позитивным результатом, которого я смогу попытаться достичь, используя те ресурсы, которыми я обладаю. Именно так и поступают очень многие люди. Чувствуя холод, я думаю о тепле и о том, как я могу согреться.

К сожалению, часто бывает, что люди застревают в негативном результате и не двигаются дальше, чтобы подумать о том, что они хотят. «Я не хочу так много есть». «Я ненавижу постоянную критику мужа». «Если бы только этот шум прекратился». «Я хотел бы, чтобы моя жена меньше болтала». «Мой ребенок такой несобранный». Когда кто-либо жалуется о чем-то, то, скорее всего у них в голове есть образ негативного результата, а не позитивного.

Когда у вас есть негативный результат, то в голове содержится один единственный образ – представление проблемы. Это не только неприятно. Это мешает начать искать решение проблемы. Подобное состояние может даже ухудшить ситуацию, потому что все внимание притягивается к тому, что человек не хочет. Это легко проиллюстрировать на примере.

Подумайте про себя – «я не хочу так много есть». Заметьте ваше внутренне ощущение от этой фразы. Какова ваша внутренняя репрезентация? Я подумал о движении в сторону огромного количества разнообразной еды. Затем я почувствовал, что я отступаю, поворачиваюсь и ухожу от нее. Я ощутил желание съесть эту еду, затем я отодвинул образ в сторону и отвернулся от него.

Но у меня осталось небольшое ощущение неразрешенного конфликта этих двух направлений движения.

У нас бывает разное внутренне представление, но он никогда не является «бесполезным» – мозг не работает таким образом. То, что мы представляем пред своим внутренним взором привлекает наше внимание и часто является причиной нашего поведения. Одной из главных функций наших внутренних образов является наше направление в сторону того, что удовлетворяет наши нужды. Когда я думаю о «есть слишком много», особенно, если я часто так и поступаю, у меня появится искушение именно так и сделать, даже если мне запрещено. Даже, несмотря на то, что это негативный результат – то, что я не хочу – это все равно результат, и мое внимание будет на него направлено.

Многие люди приходят на прием к терапевтам и консультантам и в деталях рассказывают о своих проблемах – о том, что они не хотят, вместо того, чтобы говорить о том, что они хотят взамен. Многие пытаются привить своим детям дисциплину, указывая на то, что не делать, загружая таким образом в голову ребенка яркие образы, которые часто приводят к поведению, которое родители не хотят.

Негативные результаты имеют очень серьезные последствия во всех аспектах жизни – в личном, социальном, политическом плане и пр. Во время холодный войны наш фокус был направлен на «антикоммунизм», что являлось негативным результатом. Если правительство было «антикоммунистическим», то мы считали их друзьями и помогали деньгами, оружием, научными разработками. И не имело значения, насколько коррумпировано, тоталитарно и подавляюще могло быть это правительство, до тех пор, пока оно оставалось «против коммунизма». Если бы вместо этого мы были бы нацелены на «демократию» или на другой позитивный результат, мы бы, скорее всего, заметили бы и коррупцию, и жестокость этих правительств и приняли бы другое решение о том, кого считать своим союзником.

Сейчас мы погружены еще в один международный негативный результат – «антитерроризм». Мы снова поддерживаем жестоких, коррумпированных диктаторов до тех пор, пока они «борются с терроризмом». Мы снова сфокусированы на том, против чего мы выступаем, а не на том за что мы выступаем.

Негативные критерии

Позвольте мне кое о чем вам рассказать, не называя предмета рассказа. «Я думаю о чем-то, что не является зеленым, не очень полезно и его нельзя съесть». Можете ли вы предположить, что я имею в виду. Практически все, что угодно. Категории, которые определяются негативными критериями практически совершенно неизвестны. Потому что все, что мы о них знаем, это то, чем они не являются. Мы знаем лишь немного о том, что не входит в подобные категории, но не о том, что внутри них.

Когда мы описываем себя, используя негативные результаты, начинают происходить две любопытные вещи, несмотря на то, что мало кто обращает внимание на внутренние образы, чтобы это понять. Представьте, что одна из ваших характеристик «не грубый». Чтобы понять это, вам надо сначала создать образ грубости, затем отделиться от него, создав внутренний конфликт и неконгруэнтность. Если хотя бы одна или две характеристики являются отрицаниями, то это может и не вызывать больших проблем. Но, если подобных характеристик с отрицанием много, это может привести к большим сложностям.

Знание того, кем вы не являетесь особенно проблемно, потому что это извращенное отрицание фундаментальных основ са– мовосприятия, когда человек знает, кто он. Если у кого-то нет позитивного образа того, кем он является, то вместо этого у него будет лишь пустое ощущение. Вместо позитивного ощущения у него будет только ощущение мыслей о том, что он кем-то является. Знание только того, кем человек не является, приводит к тому, что человек не знает кто он на самом деле. Родители часто дают детям очень много посланий с «не», что приводит к тому, что самовосприятие ребенка наполняется отрицаниями. «Ты не умный». «Ты не красивая». В ответ ребенок готов идентифицировать себя с кем угодно, потому что любое самовосприятие лучше, чем ужасная пустота отрицания. Я много рассказывал о неприятных последствиях негативной самоидентификации (6, гл. 11).

«Но»

Один из мощных инструментов НЛП является нахождение внутреннего переживания, вызванного использованием конкретных фраз. Это даст нам возможность использовать наш язык разнообразно с целью достижения желаемых нами результатов. Иногда пристальное изучение всего одного слова приносит немалые дивиденды. И слово «но», как раз к таковым относится. Обратите внимание на ваши внутренние переживания, когда вы выбираете 2 любых предложения, связываете их с помощью «но» и затем повторяете их в обратном порядке, также с «но» между ними. Например:

– «Ты мне правишься, но есть кое-что, что меня беспокоит».

– «Есть кое-что, что меня беспокоит, но ты мне нравишься».

В определенных случаях первый диапазон снижается, а второй привлекает основное внимание. То, как это происходит сильно зависит от человека. Когда я слышу слово «но», образ того, что прозвучало до «но» уходит в моем внутреннем взоре влево, быстро исчезая из поля моего внутреннего зрения, и все что остается – это образ значения слов, стоящих за «но». У кого-то образ первой половины фразы может просто исчезнуть или стать темнее, а вторая половина фразы стать ярче и четче. Мой учитель Фриц Перлз, создатель гештальт-терапии, называл «но» «убийцей», потому что это слово отрицает предыдущий диапазон.

Вы легко можете использовать подобную инверсию всегда, когда кто-то произносит «но» таким образом, чтобы уменьшить нечто значимое для вас, а вы хотите наоборот подчеркнуть эту значимость. Для иллюстрации вспомним старую шутку. Мать говорит дочери: «Я знаю, что он уродлив, но он богат». Дочь на это отвечает: «Мама, ты абсолютно права. Я знаю, что он богат, но он уродлив».

Роберт Дилтс отметил, что «даже если» имеет очень похожий эффект, даже если он появляется обычно в начале предложения, а не в его середине (27, стр. 18-20). Отметьте ваши внутренние переживания при прочтении двух предложений ниже:

– «Даже если ты мне нравишься, есть кое-что, что меня беспокоит».

– «Даже если есть кое-что, что меня беспокоит, ты мпе нравиться».

Зная как «но» и «даже если» понижают часть предложения, вы можете ими пользоваться, когда вы хотите (или вынуждены) что-то кому-то сказать, но вы хотите понизить важность чего-то или убрать часть фразы из осознанного восприятия собеседника. «Я знаю, что это предложение потребует значительных затрат, но оно сможет понизить наши расходы в дальнейшем и в потенциале увеличит продажи в два раза». «Даже если это предложение потребует значительных затрат, оно сможет понизить наши расходы в дальнейшем и в потенциале увеличит продажи в два раза».

«Да, но»

Когда люди говорят «да, но» они обычно признают сказанное собеседником, но потом пытаются отрицать это сказанное. Когда люди взволнованы или обеспокоены, они часто отвечают, словно защищаются и могут начать спорить со всем, что вы говорите, находя во всем проблемы независимо от разумности вашего предложения. «Да, я это понимаю, но в этом есть проблема».

Когда кто-то сфокусирован на проблеме, то велика вероятность возникновения «туннельного зрения» и вероятность забыть, что причина, по которой вы замечаете проблему состоит в том, чтобы найти решение этой проблемы и придумать, как высказанное предложение может в этом помочь. Перемена диапазонов может вернуть беседу назад. «Да, я вижу, что тут есть проблема, но предложение обладает хорошим потенциалом», это направляет внимание слушателя от проблемы к большему диапазону потенциала и предложения в целом.

Если вы предполагаете, что ваше предложение, скорее всего, встретит ответ «да, но», вы можете сделать первый шаг и огласить обратное тому, к чему бы вы хотели привлечь внимание собеседника. Люди привычные к ответу «да, но» скорее всего снова повернут вашу фразу, и окажутся в нужном вам положении.

Если обратиться к примеру выше, то дочь (зная, что ее мать часто отвечает «да, но») скажет: «Я не знаю (пауза) он уродлив (пауза), но он богат», то ее мать с большой дозой вероятности ответит: «Да, он богат, но он уродлив». Если мать не клюнет на эту удочку, то дочь в дальнейшем сама сможет повернуть фразу и при этом она будет в положении стороны, которая рассматривает

ситуацию со всех сторон, а не только с одной точки зрения.

Если вы хотите выйти с предложением к вашему боссу, который по вашему опыту общения с ним, любит находить возражения или отвечать негативно, или полностью отказываться от предложения, вы можете сказать: «Возможно, вы подумаете, что то, что я хочу сказать безумно...но я хотел бы сделать вам предложение и услышать ваше мнение». Если босс привык спорить, то сначала он должен не согласиться с первой частью предложения – «возможно, вы подумаете, что то что я хочу сказать безумно» (особенно если вы сделаете небольшую паузу перед второй частью, перед «но»). Это переведет его в позицию согласия с тем, что вы будете говорить. К этому моменту босс уже мог начать отвечать отрицаниями, но затем «но» просто оттолкнет его в сторону, поэтому с большой вероятностью он просто рассмотрит ваше предложение с точки зрения его реальных преимуществ или недостатков. Если вы вполне уверены, что кто-то начнет спорить по поводу сказанного вами, дайте им другой повод для споров и отрицаний. Таким образом, вы приблизитесь к более адекватной оценке вашего предложения.

Вы также можете намеренно предложить собеседнику найти шероховатости в вашем предложении, особенно, если вы знаете, что ваш собеседник и так это сделает. «Возможно, вы найдете немало шероховатостей в моем предложении...но я все равно хочу его вам представить, чтобы вы могли выявить возможные проблемы в нем». Если собеседник обычно начинает спорить, чтобы вы не предлагали, он также, скорее всего, будет спорить с вашим предположением о наличии шероховатостей в вашем предложении. Или, по крайней мере, он займется их поиском без обычного энтузиазма. Предложив ему этот поиск, вы подстроились под то, что он собирался сделать, поэтому то и спора особого нет. Он все равно может найти ошибки, но он сделает это без критического отношения, которое было бы раньше. Вы также от этого выигрываете, потому что вам действительно нужно знать о возможных недоработках как можно быстрее, чтобы вы могли внести в них необходимые исправления.

После того, когда он найдет с чем поспорить в вашем предложении и скажет: «Да, но X представляет из себя проблему», вы можете развернуть эту последовательность, сказав: «Видите ли,

X может быть проблемой, но если мы найдем способ как с этим справиться, я считаю, что в целом предложение достойно более глубокого изучения». Вы снова подстроились под босса, и вы вместе можете начать искать решение, вместо того, чтобы отстаивать свое предложение.

Когда кто-то говорит, что «да X, но Y», вы также можете включить всю их конструкцию «да X, но Y» как часть «да» в вашем «да, но». «Да, то, что вы только что сказали очень важно для рассмотрения, но я считаю, что Z (то, что вы хотите, что он/она в дальнейшем рассмотрел/а) тоже стоит рассмотрения». Вы можете продолжать подобные шаги столько раз, сколько вам нужно, чтобы диалог продолжал фокусироваться на вашем предложении. Поскольку большинство людей не смогут сознательно проконтролировать даже один подобный шаг, это может стать особенно эффективным, чтобы заставлять людей продолжать уделять внимание тому, что вы считаете важным, в то же время, имея возможность продолжать обсуждение пока вам это нужно.

Это очень полезные способы, чтобы удерживать разговор в определенном русле и не попасть в ситуацию, когда вам придется защищаться от нападок оппонентов, потому что опи так привыкли себя вести. Конечно, все эти шаги, как бы грамотно они не были бы использованы, не помогут вам, если ваше предложение неразумно или проигрышно.

Использование «и» вместо «но»

«Но» разделяет наш опыт на 2 диапазона, разделяя наше внимание. В предложении «ты мне нравишься, но есть кое-что, что меня беспокоит», «но» разделяет и отделяет друг от друга то, что стоит до «но» и то, что стоит после. Попробуйте произнести то же самое предложение, заменив «но» на «и». «Ты мне нравишься, и есть кое-что, что меня беспокоит»...

Вы можете заметить, что обычно вы разделяете две части конфликта с использованием в предложении «но». «Я бы хотел закончить эту работу, но у меня всегда не хватает времени». «Я часто отвечаю взаимностью на чувства других, по редко говорю им об этом». «Я думаю о том, чтобы я хотел сделать, по затем я думаю обо всех трудностях, которые при этом возникнут». А теперь про

изнесите предложение, заменив «но» на «и» и отметьте насколько по-другому вы будет себя ощущать, насколько изменится ваше внутреннее переживание...

«И» соединяет составляющие вместе, давая нам возможность обдумать обе части предложения одновременно. «Хорошо, вам нравится предложение и в нем есть проблема». Это держит два диапазона (предложение и проблему) вместе в осознании собеседника и проблема может быть рассмотрена вместе с оценкой пользы самого предложения.