Текст книги "Долгое лето (СИ)"

Автор книги: Токацин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 51 страниц)

Речник задумчиво смотрел на Некроманта. Серо-стальные глаза ничего не выражали, чародей умел скрывать мысли… Фрисс тяжело вздохнул.

– Мне кажется, Нецис, ты говоришь правду. Благодарить меня не за что… Но скажи, где мы сейчас, и как скоро здесь будут «изумрудники»?

– Они ни за что сюда не пойдут, – усмехнулся Некромант. – Мы на землях Онги. Здесь правит менн, и население куда более разумно. Альдару хватит сейчас хлопот с рухнувшими воротами… К сожалению, Фрисс, у него хорошая память, и тебя он запомнит и опишет Всадникам. Боюсь, что теперь ты наравне со мной считаешься преступником…

– Чего ещё было ждать… – покачал головой Речник, думая про себя, что Аойген мог бы умерить щедрость. – На землях Онги тебя тоже знают?

Он посмотрел направо, туда, откуда тянуло прохладой, и увидел водную гладь, слегка подёрнутую рябью. Странники сидели на пологом берегу, поросшем мягкой травой, мимо текла великая Река Симту. Фрисс подумал, что Канумяэ даже у истоков куда шире, полноводнее и величавее на вид, Симту же напоминала скорее большой ручей. У дальнего берега плавали утки, поодаль виднелись багровые заросли Тулаци и длинные широкие листья Униви. Среди тростника блестели полоски оросительных канавок – реку, ещё не набравшую силы, уже разбирали по капле. Фрисс покачал головой и достал из сумки кусочек янтаря.

– Силы и славы тебе, Симту, – прошептал он и бросил камень на глубину. – Привет тебе от Великой Реки.

Порыв мокрого ветра коснулся его лица. Фрисс склонил голову. За его спиной гулко вздохнул Шарраэн, затем на плечо Речника легла холодная рука Некроманта.

– Фрисс, Шарраэн просил новое имя. Ты сказал, что нужна река, и вот она – перед тобой. Ты придумал имя для него?

Речник мигнул.

– Не успел, – вздохнул он. – Шарраэн, ты как хочешь называться?

Демон не ответил, только повёл ушами. Фрисс посмотрел на Некроманта.

– Имя «Гелин» подошло бы ему, – вполголоса сказал тот. – Я даже вижу сходство в их облике.

– Гелин? Нецис, а с Богом Смерти ты когда успел встретиться?! – покачал головой Речник. – Он тоже тебя ищет?

– Всех нас ищут Боги Смерти. Однажды находят, – бесстрастно ответил маг. – Фрисс, Шарраэн ждёт твоего решения. Мне кажется, это важно для него.

– Ладно, – кивнул Речник. – Шарраэн, подойди ко мне.

Хеск остановился у самой воды, вопросительно глядя на Фрисса. Тот зачерпнул двумя руками воду и плеснул демону на макушку. Тот от неожиданности замотал головой и выдохнул раскалённый воздух – Речник еле успел шарахнуться в сторону.

– Вода Реки Симту очищает тебя, – сказал Фрисс, глядя хеску в глаза. – Отныне ты не Шарраэн. То, что позади, вода уносит. Отныне ты Гелин, и твоя дорога омыта водой Симту. Да помогут тебе боги!

Иджлан гулко вздохнул и коснулся носом макушки Речника. Дыхание хеска было горячим, но не обжигающим.

«Спасибо тебе, знорк Фриссгейн. Это хорошее имя.»

– Нравится – носи, – кивнул Речник и повернулся к Некроманту, молча взирающему на человека и демона. – Далеко до Онги? К вечеру доберёмся?..

…Узкое окно без занавесей, с лёгкими тростниковыми ставнями, похоже было на бойницу. Солнце уже ушло за башню, внутри воцарился прохладный полумрак. Фрисс отложил пустую чашу и подошёл к окну. Караульная башня возвышалась над окрестными домами, как скала. Речник видел покатые черепичные крыши, красные и жёлтые, белесый камень стен и цветущие лозы на них. Полдень был зноен, улицы опустели, редкие анкехьо лениво проползали по узким ущельям меж домами. Над крышами реяли длиннохвостые Клоа, вынюхивая магию, – им жара была нипочём. Снизу перекликались караульные – утренняя стража уступала смену вечерней, у дверей башни переминались с ноги на ногу боевые ящеры-анкехьо. Скосив глаза, Фрисс увидел высунувшийся из-под навеса у башни чёрный хвост с красными полосами – загон для анкехьо был тесен для Иджлана, хеск никак не умещался там целиком. Стражники-демоны в бронзовых доспехах заметили непорядок и подошли к хвосту. Фрисс услышал недовольный рык Гелина и смешки хесков-горожан, потом хвост втянулся под навес. Речник вновь опустился на циновку, с сожалением осмотрел пустые блюда и блаженно вздохнул.

– Хороший город. Только странно… Никогда не думал, что Скайны могут наняться в городскую стражу. Они ведь не воины…

– Скайны – сильные демоны, – пожал плечами Нецис. – Тем более, в Онге есть драконы, и если что, они помогут Скайнам. А город мне всегда нравился. Принести ещё темарина?

– Нет, мне хватит, – качнул головой Речник. – Темарин – коварная штука, я к нему не привык. Поспать бы, а то бегаем по ночам…

– Спи, – усмехнулся Нецис, – я пойду к Скайнам, скажу, чтобы тебя не тревожили. Обычно в Онге тихо, много лет не было ничего странного, так что спи спокойно.

– Так ты и не сказал, почему все Скайны и маги-стражи тебя уважают, – тихо вздохнул Речник. – Давно ты с ними знаком?

– Да, я бывал тут изредка… иногда помогал им с нежитью, иногда прогонял пустынных тварей, – рассеянно откликнулся маг. – Ничего, чем следовало бы гордиться…

…Тени удлинились, узкие улочки наполнила прохлада. С полей возвращались анкехьо, нагруженные корзинами лепестков и листьев. Над городом кружила пара драконов – вечерний патруль, и временами в небе вспыхивал огненный столб, а потом на крыши сыпался пепел – драконы отгоняли от Онги небесных змей. Под навесами, в нишах у стен, мерцали масляные лампы, продавцы темарина и жареного мяса окликали прохожих, на расстеленных в полумраке циновках поблескивал мелкий товар – чаши и фиалы из местного цветного стекла, россыпи бусин, изящные подвески в виде цветов и птиц, странные амулеты из резной кости, выдаваемой за драконью, из змеевика и гематита, из дерева Гьос и Тунги…

Фрисс остановился у одной из ниш, присел на корточки, разглядывая странные вещицы. Верно, это были разрозненные бусины – маленькие округлые чешуи и пластинки в форме наконечника стрелы. Они были вырезаны из желтоватой кости, отмечены одними и теми же знаками – спиралью, девятиконечной звездой со странно изогнутыми лучами, иногда – мелкими завитками, похожими на пряди тумана. Рассмотреть символы было нелегко в дрожащем полумраке… Что-то странное мерещилось Речнику в этих бусинах.

«Любопытные штучки… Кессе бы понравились, да и Гедимину тоже. Хотел я привезти им что-нибудь с востока…» – Фрисс задумчиво кивнул сам себе и посмотрел на хозяйку товара – круглолицую синдалийку, устроившуюся у стены с прялкой.

– Благородный странник! Это сильные амулеты, магия так и струится по ним, – покачала она головой. – Сильные и очень древние. Отдавать такое за малую цену – нарываться на проклятие. Десять золотых зиланов – моё слово.

– Фрисс, что ты там нашёл? – Нецис отвлёкся от беседы со Скайном-стражником и подошёл к Речнику. – Ага, опять копаемся в могильниках. Опять проснётся нежить, опять Некромант будет виноват. Фрисс, не трогай эти обломки, ничего хорошего с ними не приходит…

На витой лестнице караульной башни тускло мерцали цериты, дозорные дневных смен кивали друг другу, расходясь по комнатам, Клоа висели гроздьями под потолком – здесь было их обычное место ночёвки. Скайны не трогали пожирателей энергии, летающие демоны не обращали внимания на обитателей башни – им хватало пищи в городе, населённом сотнями магов. Фрисс вернулся в комнату и сел на циновки, задумчиво улыбаясь. Нецис, откинувшийся к стене и как будто задремавший, открыл глаза и кивнул Речнику.

– Те костяные щитки, что ты видел, тебе приглянулись?

– Да, – согласился Фрисс, вспоминая странные амулеты. – Сразу видно, что вещицы непростые. У меня есть друзья, им бы такое понравилось. Но если это вещи мёртвых...

– Ничего страшного, – усмехнулся маг. – Но десять зиланов или даже пять там отдавать не за что. Этой же ночью я схожу туда, откуда их выкапывают, и принесу тебе, сколько нужно. Мёртвые не обидятся.

– Нецис, что-то мне не нравится твоя затея, – нахмурился Речник. – Ты что, собрался тут поднимать нежить?

– Фрисс, не издевайся надо мной, – вздохнул Некромант, закатывая рукав и показывая Фриссу бледное предплечье. Светящиеся петли магических оков были отчётливо видны в полутьме.

– Я всего лишь хочу отдать тебе часть долга, – сказал Нецис. – И найти себе хоть какое-нибудь оружие. Законы Онги не запрещают копаться в могильниках, эти мертвецы родом не отсюда.

– Пусть так, – медленно проговорил Речник, – но я пойду с тобой к этим могилам. Так нам обоим будет спокойнее.

– Хорошо, – кивнул Некромант. – Я покажу тебе могильники. Это интересное место… не знаю, как для Мага Воды, но для нас, Некромантов – очень.

Речник тяжело вздохнул и проверил, хорошо ли наточены мечи. Он надеялся, что Нецис не солгал насчёт законов Онги, и что Орден Изумруда не выслеживает Некромантов у ничейных могил.

На небе не было ни облачка, звёзды горели ярко, и казалось, что они спустились к самым зубцам городской стены. Очертания города тонули в темноте, немногочисленные цериты-фонари на крышах легко было принять за упавшие звёзды. Скайны у южных ворот помахали путникам копьями, но ни о чём не спросили.

Фрисс едва разбирал дорогу, прихотливо вьющуюся в зарослях пряностей. Нецис шёл чуть впереди, быстро и бесшумно. Летучие мыши порхали вокруг, гоняясь за ночной мошкарой.

– Нецис, ты в летучую мышь превращаться умеешь? – спросил Речник, нагнав Некроманта на южной окраине поля. Тот тихо вздохнул.

– Умею, могу и тебя научить. Мне бы оковы снять… Вот здесь начинаются могильники, Фрисс. Смотри, отсюда видны все башни…

За полуразрушенной каменной оградой, высотой по пояс Речнику, стояли невысокие, но толстые башни со стенами, наклонёнными внутрь, и без признаков окон или дверей. Оттуда отчётливо тянуло кровью и гнилыми костями, и Фрисс поёжился – что-то прескверное произошло у тех башен… или даже происходит до сих пор.

– И ты это учуял? – Нецис тронул Речника за руку, и тот вздрогнул от холода. – Ти-Нау воевали тогда с Нерси. Они очень боялись… боялись даже связанных пленников, и тогда построили эти башни, чтобы замуровать их там заживо. Они долго умирали, Фрисс, и всё это время там копилась Квайя. Сейчас башни наполнены ей до краёв. Иногда она выливается… Смотри! Ты тоже видишь это?!

За дальними башнями что-то неярко мерцало бледной зеленью, ледяные искры метались в темноте, вспыхивая и тут же угасая. По лицу Речника скользнул тёплый ветерок, и он увидел, как стайка да’анчи течёт ручейком в сторону могильников, светясь в темноте алым огнём. Фрисс коснулся рукояти меча.

– Идём, – прошептал Нецис. Его глаза полыхнули зелёным пламенем, он вскинул руку, покосился на мерцающие оковы, прошипел что-то неразборчивое и быстро пошёл к башням. Фрисс догнал его и пошёл рядом, сжимая мечи в руках.

За оградой была пустыня – море песка частично затопило могильники, песок хрустел под ногами странников, и трава не приживалась на нём. Фрисс видел непонятные тёмные пятна у подножия башен. Они зашевелились и вспыхнули багрянцем, когда он подошёл, и Речник стиснул зубы – это были да’анчи. Целый рой кровавых личинок покрыл песок шевелящимся мохнатым ковром. Забыв обо всём, Фрисс метнул молнию вдоль бархана. От оглушительного треска в тиши покачнулась земля, стая мерзких существ взвилась в воздух и рассеялась. Луч церита-светильника метнулся по песку и нащупал красную спину с многочисленными тёмными пятнами, странно вывернутую голову с длинными изогнутыми рогами, мёртвые глаза, тускло блеснувшие в неверном свете. Демон Гларрхна лежал на песке, и вокруг него темнела запёкшаяся кровь. Речник бросился к существу – оно было ещё тёплым, но мёртвым, как башни вокруг него. Нецис склонился над хеском, тронул пальцем рану и выдернул из неё острый белый осколок. С осколка упала ледяная зелёная искра.

– Квайет! – недобро оскалился Некромант, отбросил обломок и повернулся к Речнику. – Не отходи от меня! Тут было шестеро стражей, и тут было побоище…

Да’анчи мельтешили вокруг – молния Фрисса ненадолго отпугнула их, запах крови манил их неодолимо, и по шевелящимся пятнам на песке Речник находил убитых – сначала одного, потом ещё троих. Тела были изувечены, утыканы обломками костяных шипов, разрублены на куски. Фрисс наступил стучайно на клешню с чьего-то хвоста, отлетевшую далеко в песок, и вслух помянул тёмных богов. Нецис сердито зашипел и ткнул носком сапога разбросанные между башен кости. Квайя уже стекла с них, и Речник подошёл, на всякий случай держа мечи перед собой, и взглянул на останки.

Человечьих костей тут не было. На песке валялся огромный драконий скелет. Он падал с большой высоты, разбился о башни, и кости разлетелись по всей округе. Перед Речником лежал череп без нижней челюсти, на дне его глазниц ещё что-то мерцало.

– Дракон, – свистящий шёпот Нециса был жуток, как вся эта долина. – Вон там был ещё один.

– А это что? – Речник пнул куски панциря – не металлического доспеха, а природной брони какой-то давно мёртвой твари – и они рассыпались на разрозненные пластины. Из песка огромными серпами торчали жёлто-бурые лезвия – тоже не стальные, а выросшие на чьих-то конечностях. Неясная тень мелькнула у башни, Фрисс развернулся на тихий хруст, Нецис прыгнул вперёд, перехватив что-то на лету и с размаху швырнув на камень. Раздался треск лопающегося панциря, но тварь тут же вскочила и метнулась к путникам. Мечи Речника ярко полыхнули, встретившись с крючковатыми лапами, броня чудовища затрещала снова, одно из устрашающих лезвий отлетело в песок.

– Квайет! – взвыл Некромант, странно дёрнулся и схватился за грудь. Фрисс увидел зелёный свет в пустых глазницах панцирного демона, перехватил меч и ткнул существо кулаком в живот. Серебряное кольцо на его руке налилось холодом, а потом кости и остатки брони бессильно осыпались наземь, длинный череп с причудливыми гребнями прокатился по песку и замер.

– Охх… – Нецис, пошатываясь, подошёл к останкам твари. – Смотри, Фрисс. Это Айкурт. Кто только нашёл его, чтобы поднять…

– Нецис, а с тобой-то что? – Фрисс удержал мага от падения. Тот сердито оскалился. Ему никак не удавалось выровнять дыхание.

– Проклятые оковы, что же ещё… – Некромант огляделся, странно мерцая глазами. – Больше мертвяков тут нет. Фрисс! Мы нашли пятерых. Ты не видел шестого?

Речник отпустил мага и повернулся к дальней башне. На её стене сидели да’анчи. Тёмная прерывистая дорожка тянулась к ней по песку.

Нецис оказался у башни раньше Речника. Он ударил в стену кулаком и прислушался, а потом с яростным шипением поддел пальцами плотно прилегающую дверь – каменную плиту, с трудом отличимую от куска стены – и рванул на себя. Плита с грохотом отделилась от башни, чуть не накрыв собой Некроманта, и тут же отлетела в сторону. Маг протиснулся в узкий проход, из которого несло тухлятиной и свежей кровью. Фрисс в изумлении смотрел то на лаз, то на тяжеленный кусок камня, вырванный из стены.

– Фрисс, иди сюда, – приглушённо раздалось из могильника. Речник протянул руки и с трудом выволок на свет тяжёлого хеска. Этот Гларрхна ещё дышал и даже стонал, его шкура была мокрой от крови. Фрисс прислонил его к стене башни, хеск закрыл глаза и обмяк. Нецис выполз следом, быстро ощупал края ран и впился губами в одну из них – рваную дыру чуть пониже ключицы. Отвернулся, выплюнул сгусток чёрной слизи с зелёными проблесками и посмотрел на Речника. Тот рылся в сумке в поисках воинского бальзама – склянка в самый неподходящий момент куда-то исчезла.

– Фрисс, беги к воротам, нужна подмога.

– Ладно, – кивнул Речник и бросил сумку на песок. – Там зелье и тряпки, останови кровь, я быстро…

Летучие мыши и оголодавшие да’анчи шарахались от него. Скайны, увидев его у ворот, измазанного в крови, с полубезумным взглядом, тоже испугались – но дело своё они знали, и гонг задребезжал на всю Онгу, и отряд анкехьо с огненными магами и целителем выехал из города.

Фрисс обогнал Скайнов и первым вернулся к могильникам. Он застал Гларрхна мирно спящим, в песке дымилась чёрная слизь, кровь на шкуре демона запеклась и пахла воинским бальзамом. Речник облегчённо вздохнул и огляделся в поисках Некроманта.

– Фрисс? – Нецис на оклик выполз из пролома в стене башни, отряхнулся от песка и протянул Речнику его сумку. – Не знал, что ты королевский посланник. Будь осторожнее с Верительной Грамотой, это непростая вещь…

Речник кивнул.

– Что ты делал в башне? – спросил он. За оградой уже слышалось фырканье анкехьо, тревожные крики людей и Скайнов, тёмную долину озарил свет многочисленных церитов. Речник и Некромант, не сговариваясь, отступили в темноту, и Нецис странно ухмыльнулся.

– Твой родич не умрёт, – сказал он, кивнув на Гларрхна. Вокруг хеска уже собрались Скайны, городской целитель склонился над ним. Гларрхна смотрел на собравшихся затуманенным взором, потом попытался встать. Его подхватили под руки, повели к ящерам. Фрисс заметил с огорчением, что хвоста у демона нет – какая-то тварь укоротила его на пол-длины.

– Это ты спас его, – благодарно кивнул Речник. – Он был ранен ядовитыми когтями?

– Да нет, обычная Квайя с костей нежити натекла в раны, – покачал головой Нецис. – Такое часто бывает. Поехали в город! Скайны возьмут нас с собой. Этой ночью тут делать нечего…

В караульной башне горели все огни, стража, поднятая по тревоге, собиралась к могильникам. Нецис, пойманный Скайнами на полпути к комнате, вырвался от них нескоро – Фрисс уже почти уснул и проснулся вновь от сдавленного шипения мага. Тот принёс большую чашу, от которой пахло темарином, и сейчас вымачивал в ней что-то мелкое, постепенно вылавливая и вытирая о тряпицу. Рядом на циновке сушилось что-то тёмно-серебристое, длиной в пол-локтя, издали похожее на обломок булавы.

– Смотри, Фрисс, я добыл для тебя немного костяных чешуй, – Некромант, судя по голосу, был очень доволен. – Всего семь, но я старался брать разные.

Речник тихо вздохнул и сел рядом с чашей, чтобы рассмотреть маленькие чешуйки. Им было немало лет, кость потемнела от времени, рисунок почти стёрся. Нецис высыпал все бусины в ладонь Речника.

– Не надо бы нам грабить мертвецов, – покачал головой Фрисс. – Им и без нас досталось.

– Они не стали бы возражать, Фрисс, – криво ухмыльнулся Некромант. – Эти чешуи были частью брони. Их сделали не для того, чтобы они сгнили под землёй. Посмотри ещё на эту находку – она из редких. Это настоящий шайтлинн, очень древнее оружие…

Он бережно поднял то, что показалось Речнику обломком булавы. Это и впрямь была булава – короткая, с потемневшей костяной рукоятью, выкованная из серебристого сплава. Она выглядела как змея с серебряной чешуёй, обвившая «ветку» из обломка кости, и из её спины выступали серебряные перья, прикрывающие руку, как гарда меча. Ближе к голове перьев не было – только темнели отверстия в металле, из некоторых торчали осколки тёмного стекла. Два кристалла мориона заменяли серебряной змее глаза. На миг Фриссу показалось, что зелёные искры мерцают в камнях, он мигнул, и видение растаяло.

– Как знаешь, Нецис, – нахмурился Речник. – Ты Некромант, они были Некромантами. Разбирайтесь сами.

– Мудрые слова, – кивнул маг, осторожно заворачивая шайтлинн в обрывок циновки и пристраивая к перевязи. Перевязь эту, вместе с поношенными сапогами, Нецису подарили Скайны.

– Когда ко мне вернутся силы, я починю шайтлинн, и он будет прекрасным оружием, – мечтательно сказал Некромант. – Ложись спать, Фрисс. Дело уже к рассвету, а ты устал.

– Подожди, Нецис, – покачал головой Речник. – Как думаешь, откуда взялись эти мертвяки? Айкурты живут в пустыне, а откуда мог прилететь мёртвый дракон?

– Тебе тоже не даёт покоя это нападение? – с лёгким удивлением спросил Некромант. – Это был скелет настоящего дракона, не тхэйга, собранная по кускам. А значит, он мог подняться только в одном месте. Джугвейн Сааргет, драконье кладбище Ирту… чуть ниже по реке, чуть в стороне от города. И обычно, Фрисс, нам – Илриэйя Нэйни – туда путь заказан…

– Но кто-то всё же туда пролез, – Речник стремительно мрачнел. – Вайнег бы его побрал… Интересно, знают ли драконы?

– Если не посылают ночные патрули, то вряд ли знают, – отозвался Нецис. – Если кто-то из Илриэйя затаился там и поднимает понемногу драконов, он может долго так просидеть, и никто не заметит. Вот как он обошёл охранные чары, это вопрос… Другой вопрос – как мне их обойти.

– А ты там что забыл? – вскинулся Фрисс. – Мало того, что уже было сделано, мало осквернения могил и этого побоища в пустыне?!

– Илкор ан Сарк… – Нецис показал Речнику пустую ладонь и криво ухмыльнулся. – Совсем не мало, Фрисс. Я попытаюсь навести там порядок, упокоить лишнее и поставить печати… и объяснить тому, кто там устроился, что могильники раскапывают не так. И… я осмеливаюсь попросить тебя о помощи, воин Реки.

– Всё, что угодно, если ты не шутишь, – Фрисс с трудом верил своим ушам. – А если шутишь – я сам пойду и покончу с этим убийцей-колдуном.

– Слишком опасно, Фрисс, – нахмурился Некромант. – Не ходи туда один. Нам нужна помощь драконов. Я сам пошёл бы к властителю Элмаду, но мой род занятий не вызывает у драконов доверия. Поэтому я прошу тебя помочь. Тебя они послушают…

Речник молча кивнул.

Глава 10. Драконы не спят

По реке, с трудом огибая отмели и путаясь в тростниках, плыли многовёсельные лодки и тянули за собой плоты, гружёные мраморными плитами и глыбами песчаника. Фрисс удивлялся, глядя на них, как они не проседают до самого дна Симту. В речушке, через которую Иджлан мог перепрыгнуть в один мах, такой флотилии было тесно…

Чем ближе был полдень, тем меньше жителей попадалось путникам навстречу, и тем сильнее благоухало всё, что цвело вокруг, в крохотных садах, окружённых полями Эммера, на башенках, за стенами которых разводили летающих рыб, вдоль реки и на северном берегу. Эммер поднялся уже в два человеческих роста и сыпал во все стороны пыльцой, вместе с ней в воздухе реяли мелкие канзисы. С тенистых кустов вместе с цветущими лозами свисали гроздья икры, облитой жгучей слизью, в тех же кустах мелькали подросшие микрины, а их подстерегали пёстрые птицы. От жары и запахов у Речника слегка кружилась голова, и он уже не вполне был уверен в том, что видит. В самом деле вон за теми кустами мерфины, в их несгораемом кольце, возвышается огненное дерево Тунга с пылающими листьями, а над ним парят длиннохвостые Клоа, или это Фриссу почудилось?..

– Нецис, ну ты и набрал разносолов… – покачал головой Речник, разыскивая среди еды в плетёном коробе хоть что-нибудь знакомое. – Что это? На запах – настойка Яртиса, на вид – кручёные верёвки…

– Вяленый фамс в пряностях, еда как еда, – пожал плечами Некромант и отгрыз кусок жареной микрины. – Бери мясо, бери лепёшки, обмакивай в тулаци и ешь. Пряности здесь не очень острые, худо от них не будет.

Гелин растянулся в тени деревьев, высунув язык, и даже хвостом не махал – сомлел от жары. Фрисс из сострадания наколдовал для него несколько водяных шаров, и хеск даже не сопротивлялся, когда его поливали. Речник выплеснул остатки воды себе на голову и привалился спиной к мокрому боку демона. Кислуха в его фляге кончилась, темарин был приторно-сладким и жажду не утолял, приходилось перебиваться настойкой листьев Орлиса – Яртис нагонял на Речника сон, а спать сейчас не следовало.

– Нецис! – окликнул он задумчивого мага. – А как ты стал Некромантом?

– Выучился, – усмехнулся тот, глядя сквозь Речника. – Весь мой род – Илриэйя, и кем же мне ещё было становиться?

– Жутко, наверное, с рождения жить среди мертвяков, – вздохнул Фрисс. – А потом ещё и оживлять их. А замок у твоего рода есть?

– Был замок, – лицо мага окаменело. – Что там теперь – знать не хочу.

– Думаешь, демоны в том году разрушили? – озадачился Речник. – Я не слышал, чтобы они замки сносили… или они твоих родичей убили? Твоя семья в Нэйне осталась?

– Моя семья давно в Кигээле, – покачал головой Нецис. – В Нэйне у меня никого не осталось. А я уже не вернусь. Пусть замок забирают те, кому он нужен.

– Зря ты так, – вздохнул Речник.

Въезд в Ирту через большие ворота обошёлся Фриссу в два золотых зилана – или в две с небольшим куны, если считать в речных деньгах. Гелин пробирался по узким улочкам, завитым, как раковины улиток, спотыкаясь о медлительных анкехьо и распугивая кошек, дремлющих на крышах. Среди кошек попадались крылатые.

– Второй поворот направо, у архивной башни повернуть налево… Как они все тут живут?! – всплеснул руками Фрисс, когда истекла четверть Акена, а постоялый двор так и не появился на горизонте. Город, как змея, обвивался вокруг драконьих кварталов причудливыми волнами, почти неотличимые друг от друга каменные дома в два этажа слипались стенами в бесконечную ленту, прорезанные в ней арки были узковаты для огромного демона, оставалось идти по прямой… вернее, по врастающим друг в друга спиралям. Фрисс тяжело вздыхал на каждом повороте, солнце неуклонно близилось к горизонту, и Речник уже думал, что придётся спать на улице. Каждый проходящий по ней стражник будет их будить, но, может, кто-то из них сжалится и доведёт путников до постоялого двора.

– Шшшш… – глаза Нециса холодно сверкнули. – Посмотри вперёд, Фрисс. Это памятные обелиски, а среди них – архивная башня.

– Я за неё рад, – пробормотал Речник и замолчал, разглядывая ряды высоченных каменных игл. Знаки Шулани высечены были на их гранях, и дня не хватило бы, чтобы все их прочесть. На верхушках шпилей висели, прилепившись присосками, десятки Клоа. В сердце обелисковой «рощи» возвышалась четырёхгранная башня с плоской крышей, ярко блестящими мозаиками на каждой стене и воинами в бронзовых панцирях у входа. Среди обелисков, невдалеке от чаши с проточной водой и скамеек, окружённых цветущими кустами, гуляли жители, одинокий анкехьо объедал лозы с беседки, группа Магов Огня с выкрашенными в красный волосами обступила воина из городской стражи и внимательно его слушала… Среди чародеев Речник углядел одного мага из Ордена Дракона, в бело-золотистом плаще с изображением крылатого ящера.

– Где же тут поворот налево? – Фрисс задумчиво глядел на обелиски. Иджлан подошёл к чаше источника и стал жадно лакать холодную воду. Жители глазели на него издалека, но приблизиться не решались. Большая тень ненадолго заслонила небо, за ней – вторая, Фрисс посмотрел вверх и увидел тройку Изумрудных Драконов. Их чешуя блестела холодной зеленью, на их спинах без седла и стремян восседали воины, и в них было что-то странное. Фрисс несколько раз моргнул – и понял: на драконах летели не люди. Такую броню и такие лапы, усаженные крючьями и лезвиями, он видел уже у могильников Онги…

Обелиски дрогнули, у Фрисса заложило уши, из-под чешуи драконов хлынул зеленоватый свет, и личины с них спали – теперь это были скелеты, окутанные облаками Квайи, чудом сохранившие несколько пластин брони. Один из них перевернулся в воздухе, неуклюже трепыхая крыльями, и грохнулся на обелиски, разметав кости по площади. Двое других в развороте извергли ледяное пламя. Жители бросились врассыпную, маги укрылись за обелисками и накрыли мёртвых драконов шквалом огня. Фрисс увидел на мостовой мертвяка-Айкурта, потерявшего часть костей и дёргающегося в попытках подняться. Речник спрыгнул наземь, оттолкнул мечом лапы-лезвия и ткнул кулаком в грудь нежити. Рука у него тут же онемела, но Квайя покинула останки и разбрызгалась по мостовой. Сверху рухнул ещё один драконий скелет, броня Речника загудела от удара тяжёлой костью. Нецис корчился в седле, прижимая руки к груди и тихо шипя от боли.

Обломки трёх драконьих скелетов дымились на камнях. Жители с опаской выглядывали из переулков. Стражники подобрали раненых, посадили на спину анкехьо и ушли вместе с ящером, вполголоса проклиная нежить и поднявших её. Маги столпились вокруг останков. Фрисс и Нецис подошли к ним, Речник вышел в круг чародеев, Некромант остановился поодаль.

– Это уже ни в какие ворота! – сердито воскликнул драконий маг. – Какой нечестивец осквернил Джугвейн Сааргет?!

– Если бы не видел сам, ни за что не поверил бы, хоть вы Кеосом клянитесь, – качал головой другой колдун, постарше, посохом тронув драконий череп. – Неупокоенные драконы! Что за жестокая шутка?!

– Мёртвые драконы вчера напали на могильники в Онге, – сказал Речник, толкнув какую-то кость носком сапога. – Погибли пятеро стражей, один изувечен. Эти неживые твари не знают пощады!

– Ты из Онги, путник? – маги повернулись к Фриссу, с удивлением разглядывая его странную для здешних мест одежду. – Много было драконов? Вот проклятие, куда только смотрит Элмад?!

– Трое, как и здесь, – хмуро сказал Нецис, протискиваясь в круг. – Столько же Айкуртов. Раньше в Ирту не видели неупокоенных?

Каждый из магов вздрогнул, многие отступили, многие вскинули посохи, направляя их на пришельца. Фрисс шагнул вперёд, прикрывая Некроманта. Повисло молчание.

– Что ты делаешь тут, повелитель костей? – сердито спросил драконий маг. – Не твоих ли рук это мерзкое дело?

Нецис молча приподнял рукав, показывая светящиеся полосы оков. В сгущающихся сумерках они были очень хорошо видны.

– Меня незачем бояться, друг драконов, – тихо сказал он. – А вот на кладбище у вас неладно. Если владыка Элмад такой мудрый, каким его считают, этой же ночью он отправит туда отряд и во всём убедится сам.

– Какое тебе дело до кладбищ Ирту, копатель могил? – сверкнул глазами один из Магов Огня. – Только советов Некроманта нам и не хватало…

– Нецис дело говорит, – нахмурился Речник. – Оттуда ползут мертвяки, и надо выжечь их как можно скорее.

– Всё это странно, – сказал драконий маг, рассматривая чужеземцев с недоумением. – Но, так или иначе, владыка Элмад должен знать, что тут случилось, и что было в Онге. Отведём этих пришельцев к нему!

Двое магов встали рядом с Фриссом, четверо окружили Нециса. Речник без особой охоты отдал им мечи, Некромант – сломанный шайтлинн.

– Лучше связать его, – сказал один из Магов Огня, с опаской глядя на Нециса. – Чёрные маги коварны.

– Хватит глумиться над мирным чародеем! – возмутился Речник. – Вас семеро на нас двоих, чего вы боитесь?!

Из переулка, раздражённо фыркая, выбежал анкехьо и остановился, тихо шипя. Четверо стражей Ирту на его панцире потеснились, уступая магам место.

«Гелин, подожди нас тут, у воды! Я вернусь за тобой, как только помогу Нецису!» – пообещал Фрисс, устраиваясь на панцире. Демон шевельнул ухом, но ничего не ответил. Речник оглянулся на него, когда анкехьо сворачивал за угол, – Гелин улёгся у чаши источника и прикрыл глаза, не обращая внимания на кольцо жителей, быстро вырастающее вокруг него.

Небольшой рожок в руке драконьего мага издал оглушительный рёв, и на Речника подуло горячим ветром. Над улицей повис, едва шевеля пылающими крыльями, огромный Янтарный Дракон. Его медово-жёлтая броня искрилась и переливалась оттенками золота и багрянца, казалось, что на каждой пластине панциря горит немигающий глаз.