Текст книги "Voluntate Dei (СИ)"

Автор книги: Каролина Инесса Лирийская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 37 страниц)

И Кара принялась радостно раздавать указания, зная, что ученик ей попался понятливый:

– Ты выпрямляйся, немного назад держись. Немного, это важно! – рассказывала она. – Расслабься, не пытайся думать, это должно быть инстинктивно, само собой получаться! Коленями держись покрепче, а поясницу расслабь. А вообще ты сидишь, как на заборе, – беззлобно поделилась Кара. – Крепко – ладно, но лошадь-то двигается, на месте не стоит, в отличие от этого самого забора! Движения научись ловить, ритм, и сам в него попадай, подавайся с ней…

– Почти как трахаться, только все болит почему-то у меня, я понял, – обреченно вздохнул Влад. – Ладно, давай попробую в последний раз. Если не получится, пойду сопьюсь.

Спешившись, Кара за уздцы подвела ему покорную лошадь, ободряюще улыбнулась и похлопала по плечу:

– Получится! – твердо пообещала она. – С таким-то учителем у тебя все будет в порядке!

***

Идея научиться ездить на мотоцикле пришла к Каре давно, когда она увидела, как Влад рассекает по улицам Петербурга. Ее манила скорость, ощущение полета, не требующее таких нечеловеческих усилий, как с крыльями, проносящийся мимо город – улицы, прохожие и огни, сливающиеся в единую яркую пелену. Все это Кара запомнила из недолгих поездок с Владом, когда тот великодушно позволял цепляться за спину и восхищенно орать на ухо. Их обоих оглушало чувство свободы, накрывавшее с головой, точно ливень. В последний раз, когда они, разогнавшись, неслись по загородной трассе, как раз хлестал дождь и громыхали небеса.

Ее уроки начались на специальной площадке для любителей, куда Влад ее привез. Никаких громов, молний и других спецэффектов, только рутинные и немного скучные упражнения для новичков, которые Влад заставлял ее проделывать раз за разом, пока не убедился, что Кара уверенно держится на мотоцикле и разобралась в рычагах и педалях. Сначала и вовсе заставлял таскать за собой мотоцикл, идя рядом, чтобы она почувствовала тяжесть, а когда позволил сесть, Кара сгорала от нетерпения. Падений избежать удалось: она быстро поняла, как важно найти центр тяжести и следовать четким указаниям Влада.

– Не сложнее, чем верховая езда, – сказала Кара, остановившись рядом с ним, когда устала; она специально припоминала ту историю, чтобы он не зазнавался, потому что руководил ей Влад с истинным удовольствием. Но быстро заметив, что он довольно и немножечко гордо улыбается, Кара смутилась и добавила: – Я еще и на машине умею, а там еще больше приборная панель.

– После машины непривычно бывает, ты должна чувствовать размер байка, а то занесет, – серьезно кивнул Влад. – Наоборот тоже работает. Меня иногда переклинивает, если долго на чем-то одном ездить. Так, давай еще раз проехайся, а потом домой. Дождь собирается, нехорошо, сцепление с дорогой ни к черту…

– Мы же ездили… – нерешительно напомнила Кара.

– Никогда так не делай, – учительским тоном заявил Влад. – И точно не в первый раз.

Небо и правда серело, но для Петербурга в этом не было ничего необычного. Тихонько вздохнув, Кара еще раз сорвалась с места и решительно объехала круг по часовой, набирая скорость, а потом развернулась в обратную сторону. Ненадолго забушевала кровь, и Кара смогла почувствовать прилив эйфории, но тут уже замаячил Влад. Он небрежно переговаривался с невысоким типом, который катал двух хихикающих девчонок подальше от них. Решительно сорвав поднадоевший шлем, Кара поставила мотоцикл на подножку… Заинтересованные взгляды она почувствовала, улыбнулась и помахала девушкам вслед, а после обернулась на Влада.

– Ты выглядишь на моем мотоцикле более крутым парнем, чем я сам, слезай сейчас же, – трагически выдал Влад.

– Это они меня еще на лошади не видели, – гордо ухмыльнулась Кара.

Назад она ехала, крепко держась за Влада и ликующе улыбаясь, а свобода одуряюще пахла мокрым асфальтом и озоном.

========== – хорошо поработали ==========

Комментарий к – хорошо поработали

#челлендж_длялучших_друзей

тема 24: рукопожатие

Я не знаю, как у ребят с телесными контактами, но посмотрим. Тут у нас самое начало их совместной работы, условная Прага, Влад молод и немного наивен (а еще скучает по сестре), а Кара маловато социализирована. Но мы над этим работаем.

– Хорошо поработали, – немного неловко произнес Влад и протянул ей руку.

Самое время было быстренько попрощаться и взмыть в воздух: они оба любили такие «киношные» жесты, и Кара любезно их исполняла, а Влад с легкой грустью смотрел – как и любое существо, не способное подняться в небо и почувствовать течение ветра собственными крыльями. Таков был сценарий, и они придерживались его раз за разом, но сегодня что-то пошло не так.

Мелкий грабитель, вскрывавший замки с помощью заклинаний, был запросто пойман и доставлен к штаб-квартире Инквизиции. Кару это немного забавляло: организация, пытающаяся бороться за правое дело и охранять обычных людей от опасных магических трюков, вынуждена была сама прятаться в тени. Они частенько переезжали из одного офисного здания в другое, с каждым разом находя все более неприметный и обветшалый вариант, а Кара с трудом запоминала адреса и без Влада непременно заблудилась бы. Но они в четыре руки запихнули воренка (оказавшегося едва ли пятнадцатилетним долговязым пацаном) в офис, передали парочке хмурых дежурных и отошли покурить.

Кара предвидела расставание и смаковала сигарету, которой ее угостил Влад: в Аду тоже продавали, свои, на вкус куда более горькие, что Кара потом полдня не могла отплеваться или запить хоть чем-то, но вкус человеческого табака ей нравился. Как и тихий отдых за углом инквизиторского офиса – подальше от любопытных глаз. Медленно темнело.

И вот Кара озадаченно рассматривала протянутую ей руку, прикусив сигарету. Тонкие пальцы боевого мага, способные изобразить сотни смертоносных заклинаний, но все какие-то нелепо мальчишечьи: костяшки содраны, обкусанные ногти, перепачканы в чем-то – это Влад немного приложился о стену, когда хватал пацана, даже следы побелки рассмотреть можно и свежие царапины.

Про повседневные ритуалы людей Кара знала отлично. На ее взгляд, они слишком любили прикосновения, даже встречаясь с незнакомцами, и банальное рукопожатие – самый яркий пример. Она не привыкла к такому, блюла личное пространство, и даже теперь неосознанно напряглась, видя протянутую к ней ладонь. Инстинкты воина не так-то просто было перебить теплыми чувствами.

Но обижать Влада не хотелось. Он действительно хорошо поработал сегодня (даром, что дело оказалось плевым), найдя воришку за какой-то час; он взял след лучше любого гончего пса, и Кара вспомнила, как в свое время любила, когда ее хвалят. Так что она пожала ему руку (хватка у Влада оказалась уверенной и крепкой), улыбнулась, притягивая его ближе, чтобы похлопать по плечу. От кожанки, нагретой весенним солнцем, жгло теплом. Проработав вместе пару месяцев, они толком не касались друг друга, если не считать того случая, когда Влад выволок ее из пожара, и теперь Каре это стало казаться удивительным.

– Неохота сегодня никуда ехать, – признался Влад, намекая на их ночные гуляния. – Может, посидим у меня дома? Там мороженое было…

– Мороженое? – оторопело переспросила Кара.

– С вареньем, – добавил Влад, обреченно вздохнув, словно уже сотню раз пожалел, что раскрыл рот. – Ну нет так нет… Не обращай внимания, наверняка у тебя есть планы, а мне просто нечем заняться вечером…

Удивительно, но смущение на его лице Кара видела впервые, и оно определенно делало резкие черты Влада куда приятнее. И сквозь наглого самоуверенного инквизитора проступало что-то незнакомое.

– Знаешь, я соглашусь, – вздохнула Кара. – Почему бы и не посидеть где-нибудь… В смысле отдохнуть, посмотреть телевизор, поесть это твое мороженое с вареньем… прости Денница.

– У меня нет телевизора, – поправил Влад, и его ликующая улыбка на глазах становилась все шире. – Есть радио и магнитофон. Мы что-нибудь придумаем! Тебя подвезти?

Кара повела лопатками и подняла голову к манящему небу. Осторожно сжала руку в кулак, до сих пор чувствуя прикосновение.

– Давай, – решительно согласилась она, – пока я не передумала.

========== – не самое странное из того, чем мы занимались ==========

Комментарий к – не самое странное из того, чем мы занимались

#челлендж_длялучших_друзей

тема 25: прикосновение

Владу только дай кого-нибудь полапать… Ладно, шутка, тут все прилично.

Весь сегодняшний проклятый день Кара беспрестанно огрызалась, зловеще щерилась на любые вопросы и крайне неохотно со всеми разговаривала, что окружающие с легким изумлением списали это на крайне хреновое настроение и быстро отвязались от нее. Не попадаться на глаза злому командору – самое первое и важнейшее правило, которое втолковывали гвардейским новичкам, потому что семья семьей, но о ее вспыльчивом нраве и тяжелой руке ходили легенды. Зато из-за ярости Кары работа с отчетами по последним задержаниям в Столице как будто бы пошла быстрее, а перекуры стали немного короче…

К сожалению, половину времени Кара провела с Владом, а его не так-то просто было надурить расплывчатым «плохим днем» и отпугнуть. Он внимательно наблюдал за Карой, за тем, как она, забываясь, нервно подергивает плечами и пытается почесать лопатки, но ничего не говорил. К вечеру же Влад затащил ее к себе домой в гости, с сожалением выяснил, что Ян задержится в Инквизиции, но все равно выволок посуду на троих и поставил чайник. Пока тот закипал с раздражающим клокочущим звуком, Кара слонялась по кухоньке и нервно пинала ножки подворачивающихся под ноги стульев.

– Ладно, я сдаюсь. Что с тобой такое? – не выдержал Влад наконец, и по его одновременно досадующему и заинтригованному лицу было заметно, что он мучился этим вопросом кучу времени. – Блохи? «Эти дни»?

Таиться здесь смысла не было: дома-то, где никто их не услышит и можно признаться в слабости, недопустимой для командора, роль которого она привычно разыгрывала, когда распоряжалась насчет новых казарм в другом конце Столицы… А Влад любил загадки, иначе никогда бы не согласился батрачить на Инквизицию, и уж он до ответа докопается, когда изведет ее окончательно.

– Угу, – неразборчиво пробормотала Кара. – Типа того. Сложно объяснить, проще будет показать. Обещай, что не станешь ржать, ладно? Иначе я, пожалуй, сломаю тебе нос, но это очень расстроит Яна, а я совершенно не хочу провести остаток вечера в угрызениях совести.

Тут же поклявшись (по тому, как торопливо он это произнес, Кара все-таки морально приготовилась к долгим извинениям перед Яном), Влад потянулся ближе и пристально наблюдал, как Кара нарочно медленно берет один стул, ставит его высокой спинкой вперед, кладет на него руки… Вид из кухонного окна ее всегда успокаивал: этот солнечный пейзаж, залитые золотым сиянием крыши домов, шуршащие деревья с сухими листьями, стайки детишек… Покусав губы, Кара глубоко вдохнула и развернула крылья с легким шорохом.

Когда мелкие перышки посыпались на пол, Влад неслышными мягкими шагами подошел поближе, с любопытством разглядывая их. Поднял одно, потер между пальцами. Не решался прикоснуться без разрешения, застыл неловко, протягивая руку с удивительной для него нерешительностью, но Кара рывком кивнула, отвечая на немой вопрос, и Влад легонько провел рукой по поверхности правого крыла – совсем не ощутимо, без нажима, но оно трепыхнулось, а несколько мелких перышек выпали. Прикосновение ощущалось… удивительно приятно. Крылья предательски дрожали.

– Ты линяешь? – спросил Влад пораженно. – Серьезно? Теперь понимаю, но почему ты раньше не сказала? Разве это что-то удивительное?

– Не хотела никого пугать, я сама могу с этим справиться! – решительно заявила Кара, но смутилась, услышав его многозначительный смешок. – Линька случается раз в несколько лет… Несмотря на ангельскую регенерацию, перья изнашиваются, ломаются. Ведь я и дерусь с ними, не только летаю, и все это сильно их истрепывает. Они все равно, – тут Кара не смогла сдержать печального вздоха, – вырастают черными и жесткими. А в процессе крылья дико чешутся, даже когда сложены и их не видно. Это…

– Как фантомная боль в отрубленной конечности? – любезно подсказал Влад. – Извини. Я не хотел над тобой шутить, но иногда само вырывается.

– Если бы ты не лапал мои крылья и это не было так приятно, я бы точно тебя ударила, – прошипела Кара. – Весь день мечтала кому-нибудь врезать, честное слово. Да, вот так почеши, хорошо-о…

Он словно расчесывал: аккуратно перебирал ее крылья, все больше смелея. Чтобы выбрать все отмершие перья самой, Каре потребовалось бы так немыслимо извернуться, что поясница болела бы потом не один день, а Ишим как назло не было в Столице: она отправилась от лица Гвардии в сиротский приют на Восьмом. Но Влад увлеченно возился с ее перьями, почему-то не считая это отвратительным, и в оконном стекле Кара могла увидеть его довольную улыбку.

– Эй, – возмущенно вскрикнула она, когда почувствовала легкий укол. – Не надо вырывать мне перья. Они, конечно, все равно все повыпадают, но…

– Оно почти выпало, – с искренней виной принялся оправдываться Влад. – Оторвалось бы к утру, не страшно… Ты чувствуешь крылья? – не сдержавшись, спросил он. – Каждое маленькое перышко? Удивительно. Не могу представить…

– И не надо, – мрачно сказала Кара. – Меня как будто муравьи покусали.

Но она чувствовала. И действительно становилось легче, когда Влад, аккуратно поглаживая, вынимал черные ослабшие перья, которые никак не могли выпасть и висели неприятно и неудобно. Это была не боль, а что-то вроде надсадного пощипывания, и Кара вполне могла терпеть, чтобы не изводиться чесоткой и эту ночь тоже и немного поспать. Смиряясь с осторожными, непривычно ласковыми прикосновениями Влада, она довольно ухмыльнулась в никуда.

– Никогда не рассматривал их так близко, – размышлял Влад. – Как будто у хищной птицы. Ты знала, что они у тебя с переливом? – спросил он, подлезая под крыло. – Вот тут, во внутренней части, они точно светлее. Кара, напряги крылья, а?

Мученически вздохнув, Кара исполнила, и перья встали дыбом. Обычно это выглядело угрожающе, но теперь, когда Кара потеряла часть перышек, а другие жалко потускнели и больше не были приглаженными, точно воском начищенными, эффект терялся. С довольным хмыканьем Влад зарылся пальцами в крыло… Ее прошибло чем-то приятным, страшно захотелось мурлыкать, и Кара ненароком вспомнила, как демонский хвост бьется, стоит его погладить, или как сам Влад беспомощно закатывает глаза и урчит, когда ему чешут основания рожек. Все они были немного зверями, так что Кара сдалась.

– Нашел себе развлечение, тоже мне, – проворчала Кара.

Затихнув немного, она положила подбородок на руки. После безумного дня и бессонной ночи хотелось немного отдохнуть, и она блаженно прикрыла глаза.

– Я боялась кому-то показывать их. Помню же, как мне выдирали перья, – негромко поделилась Кара. – Никогда не смогу забыть. Крылья страшно чувствительные, а ты представляешь, каково, когда рвут молодые крепкие перья? По одному…

Низко зарычав, Кара стиснула зубы, но ни капли боли она не чувствовала – только старый фантом. Влад зарылся пальцами в пух, успокаивающе почесывая, точно кошку, и Кара сердито проурчала что-то. Он, очевидно, втихую наколдовал что-то, потому что Кара почувствовала разливающееся тепло, словно она присела погреться у костра.

– Я никогда не причиню тебе боли, я знаю, как крылья важны для тебя, – мягко сказал Влад, бережно поглаживая. – Может, если б я мог летать, я бы тоже своими так дорожил.

– Поэтому ты ждал разрешения, чтобы прикоснуться?

– Да. И потому что ты угрожала сломать мой нос.

Конечно, традиций Небес Влад знать не мог, да и Кара начинала их потихоньку забывать спустя столько-то лет, но должен был догадываться, что крылья – самое важное в жизни ангела. То, что можно доверить только кому-то из своей семьи. Но говорить об этом Кара предусмотрительно не стала, чтобы Влад не возгордился еще больше.

– Это… странно, – вздохнул Влад.

– Не самое странное из того, чем мы занимались.

– Ты все мороженое с вареньем забыть не можешь? – довольно оскалился Влад. – Не думал, что нанесу тебе такую серьезную психологическую травму…

– Всегда знала, что ты извращенец, понять только не могла, в чем дело. А вот оно.

В отместку Влад ощутимо, но небольно подергал ее за перья. Они рассмеялись.

– Можешь оставить перья на память, – предложила Кара. – Набьешь ими подушку или сделаешь чучело… Куча вариантов. Ишим иногда отдает их ювелиру, получаются оригинальные броши для ее вечерних платьев.

– Не надо нервничать, я никому не скажу, – пообещал Влад, похлопав ее по основанию крыла: не мог дотянуться до плеча. – Я сделал, что мог, убирай крылья, а то мы здесь не развернемся.

В коридоре загремел ключами вернувшийся Ян, а Кара, обернувшись, уставилась на устилающие чистый пол перья. Она и представить не могла, что их окажется так много, словно они вдвоем распотрошили ворону.

– Надеюсь, у вас обоих есть разумное объяснение, – устало вздохнул Ян, появившийся в дверном проеме, и укоризненно на них поглядел.

Кара поймала себя на нестерпимом желании схватиться за веник и начать подметать.

========== – да ты серьезно болен, мой друг… ==========

Комментарий к – да ты серьезно болен, мой друг…

#челлендж_длялучших_друзей

тема 26: ласка/нежность

Я долго пыталась представить нежную ласковую Кару, и у меня замкнуло воображение. Она редко позволяет себе такое, но тут у Влада слишком высокая температура и он все равно ничего не запомнит (а еще у него нет доказательств).

Стоило Каре услышать, что Влада вдруг угораздило свалиться с простудой, она сначала подумала, это плохой розыгрыш, но потом вспомнила: Ян даже под страхом смерти не станет о таком шутить. Следующую мысль (о том, что иногда люди слишком ломкие, даже если речь об упрямом Высшем боевом маге) Кара додумывала уже в тот момент, когда торопливо взбегала по лестнице к спальне и в едином потоке речи выдавала все услышанное удивленной Ишим. У них были планы на вечер, но, разобрав трагичную историю про Влада в лихорадке, Ишим без лишних вопросов отпустила ее, прожужжав уши какими-то семейными советами. Спустя несколько минут Кара взмыла в прохладное ночное небо над Столицей и, надрывая крылья, помчалась к светящимся окраинам.

Ей открыл дверь Ян, который, видимо, и не ожидал столь скорого визита. Он не знал, об этом они ни разу не говорили, но Кару страшно пугала чужая болезнь: казалась ей чем-то сродни боевым ранениям. Перед таким опускались руки, она ничего не могла поделать, и это злило Кару, привыкшую все контролировать, больше всего на свете. Когда случайно заболела Ишимка, она едва не сошла с ума от беспокойства, потому что прежде думала, что демоны вовсе не могут простудиться, но оказалось, что суровые зимы Девятого способны на многое.

Поздоровавшись с Яном и разувшись, она прошла на кухню, чувствуя непривычное тепло, показавшееся распаренной после стремительного полета Каре просто адской жарой. Пахло чем-то очень сладким (медом и молоком – это Кара поняла чуть позже) и пряными отварами. Немного бледный Ян носился по квартире, засовывал в наплечную сумку какие-то документы и в голос костерил начальство, которому срочно потребовалось его вызвать. Краем уха Кара слышала, что в этот раз им досталось сложное дело, но ничем помочь не могла (Гвардия могла бы запросто штурмовать дом подозреваемого, но Яну зачем-то нужен был ордер и улики). Так что она сразу же согласилась побыть с Владом, простывшим из-за суровых петербургских метелей, пока Ян сбегает в мир людей.

Набравшись побольше терпения, Кара слушала, стараясь ничего не пропустить и осознавая важность задачи. Выше ее сил было не сравнивать уход за больным с военной операцией, а уж к такому Кара относилась серьезно.

– Еще что-нибудь? – когда Ян замолк, устало спросила Кара, стараясь излучать готовность помогать, хотя она уже желала взмолиться, чтобы указания и бесконечные коробочки с таблетками закончились.

Она никогда не была сильна в магии, а названия человеческих препаратов звучали для нее почти как архидемонский, из которого составляли самые сложные заклинания; в Аду все лечили магией и травами, так что из перечисленного Кара узнала только аспирин. К счастью, Ян кропотливо выписал свои инструкции на лист, заполнив его с обеих сторон аккуратным мелким почерком, чтобы Кара окончательно не запуталась и не сделала хуже (зная себя, она так и пригрозила). Должно быть, выглядела Кара слегка ошарашенно, потому что Ян ободряюще улыбнулся и похлопал по плечу. Он уже стоял рядом одетым, на ходу заматывая вокруг шеи легкий клетчатый шарф.

– Ты справишься, только не волнуйся. Можешь еще… цветы вот полить, если хочешь. Отвлекайся иногда, да и вообще от насморка никто не умирает, просто наблюдай, чтобы Влад отдыхал. Разрешаю его бить. Немножко.

По его улыбке Кара поняла, что все не так плохо, иначе Ян бы просто послал инквизиторское начальство и остался около Влада. Чтобы убедить себя в этом, ей понадобилось несколько раз повторить последнюю мысль – вроде бы полегчало. Лающее покашливание из другой комнаты Кару сильно напрягало, но она сделала вид, что все отлично. И честно попыталась переключиться.

– Ага, ясно, полить. А что у тебя за рассада такая, все спросить хочу? – Кара указала на стройные ряды разнообразных кактусов на подоконнике. Парочка зацветала. – Прям джунгли.

– Кактусы хорошо в пустыне растут, чтоб их… Владу кто-то сдуру сказал, что надо дарить цветы, может, пошутить хотели. Вот он исправно несет мне эти колючки на каждый праздник, – рассмеялся Ян. – А они же вечные, похоже, не убиваются никак, растут себе потихоньку, даже если год не поливать. Наверняка в цветочном магичат. Однажды эти кактусы захватят все свободное место, нам негде будет жить.

– Так скажи ему, что не нужны они тебе…

– Ты когда-нибудь счастливого Влада видела? – беспомощно развел руками Ян. – Как замечаю, что у него глаза так гордо блестят и улыбка эта глупая на половину лица, ничего сказать не могу. Забываю начисто.

Вслед за Яном она потянулась в центр кухни, подала ему зонт, который валялся возле плиты, повторила пару правил, на которых он настаивал, а потом терпеливо наблюдала, как Ян неловко пытается активировать амулет телепортации. А в следующий момент Кара моргнула, и Ян бесследно пропал; в квартире стало пусто и тихо, но она по-прежнему могла расслышать сиплый кашель Влада.

Кара понятия не имела, спит ли он, но все равно прокралась в комнату на цыпочках. Свет горел ярко; Влад сидел на диване, обложившись несколькими пледами и покрывалами, и выглядел довольно несчастно: в домашнем, лохматый, слегка небритый, с опухшими красными глазами и расчесанным платком носом. Увидев ее, Влад слабо улыбнулся ей и помахал рукой. Что-то в этом выражении лица подсказывало Каре, что он никак не может понять, привиделось ему или нет. Но Влад ко всему прочему упрямо пытался читать: крепко вцепился в какую-то разваливающуюся на глазах книжицу, держа ее на коленях. Однако сосредоточиться он не мог, часто моргал и мотал головой – наверное, строчки расплывались; Влад слабо зарычал, зажмурился и снова уставился на открытый разворот.

– Ян сказал, тебе нужно отдыхать, – напомнила Кара, тихонько подкрадываясь и щелкая его по уху.

Влад вздрогнул и с трудом повернул тяжелую голову к ней; улыбнулся заискивающе, точно надеялся разжалобить. Он был очень близок, но Кара после долгих лет воинской жизни умела подчиняться не сердцу, а здравому смыслу, поэтому решительно отняла у него книжку, а Влад даже не смог дать ей достойный отпор. С несчастным стоном он рухнул на подушки.

– Я отдыхаю, – проворчал он. – Самый лучший отдых – чтение… Инквизиторство сказал мне никуда не ходить, так что я смирно сижу на диване и не двигаюсь. Честно! А он приставил тебя сторожевым псом… О, я говорил? – Влад сонно и почти бессвязно бормотал, но отчаянно бодрился. – Мы хотели завести собаку. Инквизиторство очень хорошо ладит с Джеком, ты представляешь…

– Еще одно слово, и мне придется тебя вырубить, чтобы ты не напрягался, – честно предупредила Кара, не в силах сдержать улыбку. Влад не страдал, как она себе напридумывала, но вообще думала ли она, что когда-нибудь увидит его такого? Каре захотелось рассмеяться с облегчением, но она сдержалась. Тем временем Влад что-то сбивчиво ворчал:

– Ян угрожал меня наручниками пристегнуть, чтобы я никуда не делся.

– Ну, кто-то счел бы это чертовски сексуальным, – фыркнула Кара.

– Ага, может быть, если б я чувствовал свое тело… Хотя я слишком хорошо его чувствую, и у меня ощущение, что я горю, – жалобно поделился Влад. – Обычный насморк… ну кашель… А все равно все кости ломит, еще жарко так! А потом вдруг холодно. Вот и оживай ради этого.

– Это температура, – спохватилась Кара; она прижала ладонь ко лбу Влада прямо под рожками, потом потянулась, перепроверяя легким касанием губ (Влад заворчал и перекривился). Обжигало. Мгновенно вскочив, Кара бросилась на кухню.

– И ты туда же! – донесся до нее хриплый вой. – Хватит пичкать меня таблетками, ну честное слово, ничего не случится!..

Но Кара его не слушала, выволокла аптечку и пошла сражаться со списком, оставленным Яном; слава всему несвятому, он написал все названия разборчиво, и они перестали Кару пугать. Пока она возилась, закипал чайник, грозно урча. Суета на кухне ее увлекла; цветочки Кара все-таки полила и устало задумалась, что ужасно давно не дарила Ишим букетов – или, может, лучше перейти на комнатные растения?..

Таблетки Влад пил с кислой страдальческой миной, но Кара, которая на всякий случай попробовала одну, гладкую, округлую и совершенно безвкусную, не мучилась угрызениями совести, что заставляла его лечиться. Ян любил правила, тщательно их исполнял, и теперь Кара начинала понимать, что подобное приносит хорошие результаты: после ударной дозы человеческих лекарств Влад стал дышать не так часто и хрипло, нездоровый румянец спал и глаза стали чуть меньше блестеть. Тут-то Кара подсунула ему заваренный отвар, в который она от души бухнула малинового варенья, а сама притащила к дивану стул.

– Вот ведь ерунда какая, – делился Влад, закутавшийся в одеяло и уткнувшийся носом в кружку, – лечебные амулеты от ран мы придумали, а от банальнейшей простуды – нет. Ужасное упущение. Понимаешь, ускорить регенерацию – ну вот типа как у тебя – магия может, а убить бактерии, но не трогать само тело – слишком тонкая работа. Я б занялся, – Влад ненадолго прикрыл кружку рукой и громогласно чихнул в сторону, содрогнувшись всем телом, – но я боевой, а не лекарь. А ведь когда-то хотел на медика поступать… Только вступительные завалил…

Наблюдая за тем, как Влад сладко зевает, Кара стала размышлять, как много нового узнает, если поговорит с ним таким чуточку подольше. Тут же отбросила эту мысль: подло наживаться на беспомощности товарища. Когда Влад допил, потянулся поставить кружку прямо у дивана, но Кара перехватила ее и прытко кинулась на кухню.

Когда она вернулась, Влад, свесившись с дивана, сосредоточенно тянулся к стулу, на котором Кара легкомысленно оставила отобранную книжку. Встать и дойти у него или сил не было, или Влад пригрелся в тепле одеял и не хотел покидать уютное гнездо. Увидев Кару, постаравшуюся изобразить на лице зловещую ухмылку, Влад неловко застыл, держа руку на весу, напряженно дрожа, грязно выругался и заполз обратно на диван.

– Я думал, ты кружку мыть будешь, – пояснил Влад. – Что ж, неудачная попытка.

– «Всадник без головы»? – прочитала Кара, наконец взглянув на обложку с немыслимым изумлением. – Майн Рид? Тебе сколько лет-то? Да ты серьезно болен, мой друг…

– Завались, – огрызнулся Влад. – Всегда читаю, когда болею, это традиция.

Он улегся, а Кара, скинув тапки, тоже скользнула на диван, и они неловко завозились, пока она не оказалась сидящей у спинки, а голова Влада – лежащей у Кары на коленях. Книжку Кара принесла с собой, а теперь перелистывала неспешно, зажав пальцами нужную страницу. Снова прокручивая в голове список, поняла, что может ненадолго оставить в покое таблетки. Сама она знала, что хороший отдых тоже лечит хорошо.

Влад расслабленно улыбался, лежа головой у нее на коленях, и Кара ласково зарылась пальцами в его волосы, немного мокрые на висках. Тихонько заурчав, Влад зажмурился, позволяя ей развлекаться с его взъерошенными вихрами в свое удовольствие. И так удивительно было видеть его беспомощным, уязвимым и не напряженным, как всегда, что Кара не могла понять, чем разрывает сердце. Прислушавшись к себе, она поняла, что это нечто вроде нежности, но пугаться у Кары не было сил.

– Я боялась за тебя, – сказала она. – Я как-то привыкла, что люди умирают от лихорадки. Что если у кого-то жар, то это верный знак, что человек одной ногой… у нас.

– Это в каком веке было-то? – насмехался Влад. – С тех пор вон сколько таблеток напридумывали, а ты никак не адаптируешься. Древняя ты, Кара, небось и помнишь, что холеру всякую и чуму. У нас в Питере, как зима начинается, сразу все валятся, у половины офиса сопли рекой. Кстати…

Он зашарил рукой, ища что-то, и Кара любезно подсунула ему мятый носовой платок.

– Гадость, да? – криво ухмыльнулся Влад, высмаркиваясь, отвернувшись.

– Я видела и более жуткие вещи, не думай, что сможешь меня поразить. Ты хотя бы не истекаешь желчью, тогда мое самообладание пошатнулось бы, – подбодрила Кара. – Пусть так. Но я рада, что с тобой все в порядке, серьезно.

– Угу, – смущенно проворчал Влад.

Они не привыкли к слишком явному проявлению связывавших их семейных чувств, и потому оба ощущали себя гуляющими по хрупкому льду. Кару вот уже начало подтапливать чуждыми (как она раньше думала – недостойными) эмоциями. Снова проверив температуру, Кара так и оставила ладонь лежащей на лбу Влада. Он улыбался по-детски счастливо.

– Почитай мне, а? – попросил Влад.

– Я не нянька, а сторож, – вздохнула Кара, сомневаясь в своих способностях чтеца. – Тебя же сразу вырубит, я вижу, глаза закрываются.

– Да хоть умру счастливым, – трагично добавил он, и Кара гневно шикнула. – Дочитай главу, не хочу оставлять дела незавершенными. Что тебе стоит?

– Ничего, – согласилась Кара.

Да, счастливого Влада (с описанным Яном щенячьим взглядом воспаленных глаз и широченной улыбкой) она видела. И тоже совершенно не могла ему отказать, да и не хотела, потому что сегодня Каре непривычно хотелось заботиться.

Она открыла книгу и начала читать.

========== – ты убиваешь меня, я что-то не понял? ==========

Комментарий к – ты убиваешь меня, я что-то не понял?

#челлендж_длялучших_друзей

тема 27: объятия

Наносим Кораку радость и причиняем счастье. Как Ишимка прописала.