Текст книги "Voluntate Dei (СИ)"

Автор книги: Каролина Инесса Лирийская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 37 страниц)

Он потянулся ближе, точно несчастный пес, уткнулся в ее плечо, вздрогнул. Кара знала, что живой стал бы плакать, стискивая пальцами ткань ее рубашки, но Влад замер без движения, точно мраморная статуя. Холодный и неслышный – ни единого удара сердца, ни одного трепета пульса.

– Мое существование бессмысленно, – убито говорил он. – С каждым днем желание взять револьвер и пустить себе пулю в голову становится все более навязчивым. Ладно еще днем – я рад заниматься хоть чем-то, помогать в замке, но ночью наступает время отчаяния. Мертвым не нужно спать, Кара. Я брожу по Столице и не чувствую. Ни-че-го.

– Но ведь мы победили, – отозвалась Кара, чувствуя горячее на щеках – живые, настоящие слезы. – Мы повергли ангелов, это новый мир, мы заключили договор с людьми…

Эти и еще сотни слов у нее вырывались, потому что она хотела убедить Влада встать и идти – с ней, навстречу новому дню. Чтобы он хотя бы голову поднял от ее плеча, чтобы яснее взглянул мутными усталыми глазами.

– В том и дело, Кара, – согласился Влад. – Мы победили. Больше не за что бороться. Тогда моя жизнь хотя бы имела смысл – я, мертвый, защищал тысячи, миллионы живых! Я сражался за них, пусть они были мне никем. Я говорил себе, что поступаю правильно, потому мог идти вперед… а теперь враг уничтожен. Вы можете жить в мире – я не смогу. У вас есть цели, но я не вижу их. У тебя Ишимка, Гвардия, должность, а у меня нет ничего… и сердце не бьется… Здесь я ходячее неживое тело, выкопанное из могилы, в мире людей – призрак, дымка. Места мне нигде не найдется.

«У тебя есть я!» – хотелось заорать Каре, громко, чтобы весь дом перебудить, но встряхнуть его. Ей больно было смотреть и понимать, что Влад полностью прав и что она не способна его переделать, изменить.

Но и глядеть, как он уничтожает себя, не смогла. Блестящий маг – лучший из тех, кого она знала. Человек, смелостью и отчаянностью которого Кара всегда восхищалась, хотя и стеснялась говорить об этом с ним самим. Влад Войцек, ставший ей братом – а она была ему верной сестрой взамен так рано погибшей Агнешки. Агнешки, принесенной в жертву безумному Богу…

Ее оживили ярость и жажда мести. Кара вздохнула прерывисто, смакуя и перебирая мысли. Она может дать ему смысл, может выковать его в крови и стали, но не уничтожит ли эта цель Влада быстрее его глухой тоски по жизни?..

– Знаешь, мы ведь всегда искали Его, – наклоняясь к его уху, четко проговорила она. – Бога. Каждый день по следу шли демоны. Добить. Растерзать. Он спустил на нас ангелов. Его Высший замысел не давал нам жить спокойно. Они нашли, Влад, они искали и обрели. Небольшой слух – люди хотят его вернуть, привести за руку в их мир.

– Где? – Голос показался хриплым и сорванным. Он вздрогнул, двинулся.

– Петербург. Холодный городок. Слишком много крови – слишком много дикой магии, которая привлекает туда толпы нечисти. Хорошее место для Второго Пришествия, как считаешь?

Когда Влад отстранился, глаза у него горели сосредоточенной злостью. Пылали адским огнем – тем самым, что пожрал Небеса. Внутри у Кары что-то свело – сердце, должно быть.

– Я Его найду, – прорычал Влад. – Убью собственными руками.

Кара молча вытерла слезы, пока он их не заметил.

========== – что бы вы без меня делали? ==========

Комментарий к – что бы вы без меня делали?

#челлендж_длялучших_друзей

тема 20: ссора/обида

Ребята нечасто ссорятся, но если такое и происходит, всех как всегда спасает Ян. Ян умница и умеет подбирать слова, мы им гордимся.

По-настоящему – чтобы пена изо рта и до драки – Влад с Карой не ссорились никогда, потому что примерно представляли, на что они оба способны, и не хотели ненароком никого убить. Насмотревшись человеческих фильмов и сериалов вместе с тем же Владом, Кара знала, что при ссорах принято громко хлопать дверьми, выходя из комнаты, или хотя бы швыряться всем подряд в стены, однако это могло грозить куда большими разрушениями, если в игру вступят Падшая и Высший боевой маг.

Делить им было нечего, во мнениях они обычно сходились запросто, и это кому-то разумному (чаще всего – несчастному Яну, терпению которого Кара поражалась если не каждый день, то хотя бы каждый третий) приходилось уговаривать обоих отступиться от самоубийственной затеи. Но иногда в стройной, налаженной годами и десятилетиями дружбы схеме что-то ломалось. У всех бывают плохие дни.

На самом деле Кара толком не помнила уже – спустя пару суток – из-за чего все вспыхнуло. Они говорили о какой-то операции Гвардии, а потом Влад ни с того ни с сего заявил, что сама она туда ни за что не полезет: рискованно. Обошлось без швыряния предметами (наверное, потому что ничего увесистого под руками не было), но они вдохновенно и долго орали друг на друга. От этого даже полегчало на душе.

Досада давно копилась в ней: дела как-то не ладились, серьезных вызовов для Гвардии не попадалась, и ей бы радоваться этому больше всех, однако душой Кару тянуло на «работу в поле», как это называли инквизиторы, нахватавшиеся всякого в мире людей, а следом вся их рота. Тоскливо ей было заниматься бумажками, а именно они теперь составляли каждый день Кары. Не спасали даже вечерние полеты, когда Кара с гордостью совершала почетный круг над перемигивающейся огоньками Столицей. И тут Влад заявил, что не может взять ее на задание и подвергать опасности. Неслыханно! Кара любила опасность гораздо дольше, чем Влад мог представить, и до сих пор оставалась жива.

Вспоминая об их размолвке, Кара отложила ручку, которой выводила расчеты, потянулась и прошлась по сумрачному кабинету. Ей начинало казаться, что освещение реагирует на ее настроение, потому что по углам ползли крайне угрожающие зыбкие тени. На всякий случай она проверила осветительные кристаллы в люстре, но тем не успокоилась и нервно заходила из стороны в сторону. Мягкий светлый ковер, белым пятном выделявшийся на полу из черного мрамора, глушил ее шаги.

Умом Кара понимала, что надо бы помириться, но сдаваться первым никто из них не спешил, как и следовало ожидать. Она как раз наворачивала очередной круг по комнате, когда в дверь тактично постучались. Проворчав нечто неразборчивое, но одобрительное, Кара потянулась к книжному шкафу и выудила виски. Когда Ян заглянул в кабинет, приветливо улыбаясь, она уже налила себе на два пальца. Кара вздохнула: все-таки заглянул не Влад, хотя с инквизиторами ломалось самое лучшее чутье – из-за контракта, который их связывал.

– Привет, – хмуро поздоровалась Кара. – Не поверишь, а я думала, это Влад наконец явился мириться. Ты скажи ему, что я раскаиваюсь, мне не стоило орать и все такое. Хватит обижаться.

– Ну, и что случилось? – прямо спросил Ян. – В коридоре я только что столкнулся с Ишим, она сказала, ты ходишь страшно злая и хмурая…

– Я думала, ты все знаешь, – подумав, произнесла Кара. – Влад не умеет держать язык за зубами. Особенно если дело касается тебя.

– Я хочу послушать твою версию, – терпеливо попросил он. – И налей мне тоже.

Следующий час они провели на диванчике, крайне удобно устроившись рядом. Обнимать инквизитора Кара бы поостереглась, но к концу разговора завалилась головой ему на плечо и тихо ворчала. Она чувствовала, что с Владом они бы снова поругались при таком-то разговоре, вновь завертевшимся вокруг ее безопасности, но злиться на Яна было неправильно и непривычно.

– Он переживает за тебя, – убежденно втолковывал Ян. – Не только потому что ты много значишь для Ада и просто не можешь умереть в каком-то обычном бою, не потому что у тебя на плечах вся Преисподняя и Гвардия. Влад не хочет, чтобы ты погибла, потому что ты его семья и он готов защищать тебя до последнего вздоха.

– Меня не так-то просто убить, – нахохлившись у него под боком, говорила Кара. – Гораздо сложнее, чем вас. У меня опыта больше, я две тысячи лет живу!

– Корак говорит, что ему восемь тысяч, но осмотрительнее и аккуратнее он от этого не стал, – тактично напомнил Ян. – Кажется, это работает как-то не так.

Они прикончили бутылку, в которой и так-то оставалось меньше половины, и довольно затихли. Ничего удивительного, что Кара жалела о ссоре, но это не делало примирение легче. У Влада были благие намерения – вот только они уже давно в Аду.

– И почему я должен работать психологом? – вопрошал Ян. – Еще и бесплатно.

– Потому что ты нас любишь, – предположила Кара с довольной улыбкой. Ее настроение медленно ползло вверх, преодолевая кривой излом такой глупой ссоры.

– Это повод помириться и вам, – с готовностью подхватил Ян, искушающе добавил: – Заглядывай с утра. Кофе и блинчики.

– С вареньем? – подозрительно уточнила Кара, понемногу отходя. В объяснении Яна она нуждалась: он с легкостью раскладывал все по полочкам, облекая в простые человеческие слова ее досаду, вину и растерянность. И желание увидеть Влада: разлука с ним казалась невыносимой.

Ян кивнул, чрезвычайно довольный собой:

– Что бы вы без меня делали?

Фыркнув, Кара щелкнула его по уху.

========== – все шло по плану! ==========

Комментарий к – все шло по плану!

#челлендж_длялучших_друзей

тема 21: дружеские шутки

Влад просто решил забавы ради споить Корака и посмотреть, что будет, а потом все сломалось… Спокойно: мир цел, Ад стоит!

Влад с Кораком вернулись ночью, но, к счастью, у гвардейцев было принято ложиться поздно. Дожидаясь их, Кара ненадолго отложила бумажную волокиту, совершенно свободно поддаваясь панике и представляя, что может случиться с ними в разгульном городе, готовившемся к празднованию Исхода. В углу сидел Ян, читал книгу и многозначительно хмыкал, тщетно пытаясь скрыть собственное волнение. Конечно, оба, и Рак, и Влад, были достаточно взрослыми, но в их разумность Кара не верила ни на минуту. Когда они возникли во внутреннем дворе, она наконец-то почувствовала облегчение – ровно до того момента, как увидела в свете фонарей, что видок у пришельцев одинаково помятый.

В кабинет они подниматься не стали, потому что лестница могла стать серьезным испытанием; воплотились в кабинете, который вообще-то принадлежал теперь Владу, и точно не рассчитывали напороться на две пары внимательных глаз. Корак, куда более пьяный и потрепанный, висел на Владе, заставляя его слегка крениться вбок. Он попытался изобразить улыбку.

– Войцек, мы же говорили об этом, – мученически начал Ян, закатывая глаза так, что при взгляде на него становилось немного больно. – Первое правило бойцовского клуба?

– Не пить с Кораком, не спорить с Кораком, – с готовностью отрапортовал Влад. – Ну… так получилось.

Чтобы растащить их в разные стороны, потребовалось немного усилий, но Кара смогла отодрать Корака и отвести его к дивану, а под ноги Владу Ян пнул стул – метко и немного рассерженно; впрочем, Каре могло и показаться: инквизитор вроде был рад, что Влад вернулся целым. Ненадолго воцарилось молчание.

– Рассказывайте, – припечатала Кара. – Нет, сначала…

На побитую морду Корака она жалостливо смотрела, но побаивалась трогать наливающиеся синяки. Если б досталось Владу, вопросов бы не было, лечебные амулеты всегда валялись где-то под рукой, потому что жизнь гвардейцев по определению не могла быть безопасной и безмятежной. Но Корак залетел из другого мира и на некоторые плетения магии отзывался мигренью и чем похуже…

– Держи, – позвал ее Влад. Он поднял со стола стакан с водой, и в считанные секунды в комнате пахнуло холодом, что Кару ненадолго охватил озноб, а вода превратилась в цельный кусок льда, который Влад решительно вытряхнул и завернул в поданную Яном тряпку. – Приложи, что ли, пусть не мучается.

Завозившись, Корак зашипел, поморгал краснючими глазами, но узнал всех собравшихся и упал обратно на диван, умиротворенно заворчав. Почувствовал, что ничего ему не грозит, и слегка обмяк в руках Кары, позволяя ей охлаждать раны.

– Так что произошло? – допытывался Ян.

– Я… подшутить хотел, – несчастно признался Влад. В голосе его слышалось настоящее раскаяние. – Споить его и поглядеть, что будет. Есть некоторые заклинания, они усиливают опьянение, например, инквизиторство знает… со мной такое тоже проделывали как-то раз. Полностью безвредная, но крайне веселая штука, если не считать адское похмелье.

Пока он говорил, потупившись, уткнувшись взглядом в пол, Корак собрался и сел, мягко отнял у Кары холодную, по-настоящему вымораживающую тряпицу и прижал ее к челюсти. Хоть сколько-то обиженным он не выглядел.

– Я все продумал! – Влад перебил укоризненное шипение Яна. – Рак сам позвал меня выпить, уверен, планировал то же самое. Просто наших заклинаний он не знает, а за всей карнавальной кутерьмой, которая сейчас на улицах, не разглядел мою магию. Ну, сначала все шло нормально. Но я почему-то не подумал, что если он трезвый ебанутый, то пьяный в стельку…

– Все шло по плану! – выступил Корак из своего угла. И снова затих, но хихикнул: – Как в песенке. Вы, кстати, знали, что «план» – это наркотик такой, а не?..

– Это я тебе и рассказал, – напомнил Влад. – Поначалу, может, и шло. Мы немного поспорили. Уже не помню, о чем именно шел разговор, ну и ладно. Выпили. Потом Рак стал жаловаться мне на жизнь и реветь на плече…

– Ты не завирайся, маг! – возмутился Корак. – Все не так было. Может, я немного и пожаловался, но…

– Завались, я рассказываю, – огрызнулся Влад. – Ты и половины не помнишь. Короче, потом он решил спеть. Я терпел как мог, но чувство прекрасного, знаете ли, протестовало. А стоило мне ненадолго метнуться к бару за новой бутылкой и перевести внимание, Корак умудрился поругаться с официанткой, подружиться с компанией таких же бухих демонов и попытаться станцевать на столе под всеобщее одобрение.

– Вот они меня ценят! – картинно всхлипнул Корак, уже окончательно придя в себя и втягиваясь в рассказ. – Не то что ты, безжалостный сухарь! Я пришел в гости, а ты…

– Я?! – вскочил на ноги Влад, но почувствовал на плече руку молчаливого и чертовски заинтригованного Яна и чинно сел на место. Пара секунд ему понадобилась, чтобы остыть и подавить желание начистить Кораку морду – наверное, потому что он и так представлял весьма печальное зрелище. – Я пришел, когда он клеился к какой-то демонице прямо перед ее… покровителем. Но я вовремя Корака увел, даже поссориться не успели. Думал, на улице он протрезвеет немного. Ага, щас…

– Да ты герой, – вздохнул Ян и протянул ему стакан, снова наполненный из стоявшего на столе графина: Влад быстро и часто болтал, и у него явно пересохло в горле.

– А потом, – набравшись сил, продолжил Влад, – мы пошли в бордель. Не помню, чья была идея… В чисто экскурсионных целях, понятное дело! Я человек семейный, только проводил, инквизиторство, веришь?

– Да верю я, – отмахнулся Ян. – Дальше давай.

Кто-то застонал. Мгновением позже Кара поняла, что это была она сама, не сдержавшая бурное воображение, которое вовсю стало достраивать финал этой загадочной истории.

– Он попросил познакомить его с Энн… Демоница, хозяйка борделя, вы точно ее помните! – пустился в объяснения Влад. – Все повторялось. Мы выпили. Почему-то сидели в обнимку… Рак, когда пьяненький, то любит людей, то ненавидит, и я, видимо, попал в больше в первую стадию, потому что он пытался задушить меня в объятиях. Мы познакомились с Энн. Я узнал, что такое испанский стыд… Дальше плохо помню, но нас из борделя выгнала взашей охрана. Полагаю, – скорбно добавил он, – это потому что Корак – такой человек, которого хочется не выебать, а въебать.

– Ты ничего не понимаешь в мужчинах! – приглушенно отозвался Корак, прижимавший к лицу лед.

– Слава Богу! – не сдержался Влад и опасливо почесал рога. – И Энн, видимо, тоже, потому что ты ее не впечатлил ни в штанах, ни без них. Вообще-то я пытался продать его в бордель, но Корака не взяли…

– Ты думал, я расстроюсь? Ты бы меня еще в женский монастырь продал, умник! – слишком жизнерадостно для умирающего заржал Корак, но тут же погрустнел: – Меня бы выгнали. Там одни демоницы, я видел.

– Рак, у тебя хвост. В нашем мире хвосты только у самых настоящих демониц! И стрижешься ты не то чтобы по моде… Словом, со спины… При плохом освещении…

Завозившись на диване, Корак зашипел от головной боли, дернул хвостом, как злой кот. Но во взгляде его не читалось той злости, которую Кара, втайне замерев и приготовившись растаскивать их в разные углы, боялась увидеть. Там смешливо плясали мифические черти.

– Я хотел познакомиться с одной симпатичной демоничкой, но и она оказалась занята… У вас тут какой-то дефицит, честное слово! – обиженно объяснял Корак. – И в этот раз уйти мы не успели. Меня ударили по голове…

– А потом мне пришлось лезть в это дерьмо и вытаскивать его, – внес свою лепту Влад. – Хвост его все-таки смущает особо наглых и тупых… Но Кораку только дай понтоваться, он им речь какую-то стал задвигать пафосную, а у нас тут народ простой, Библий не читали – он там что-то цитировать полез, – ну и дали оратору в нос. А когда начинается драка, в нее втягиваются все, это закон подлости. В общем, пришлось немного помахать кулаками, чтобы добраться до этого уебища…

– Я дрался как лев! – воодушевился Корак, хотя видно было, что он страдальчески припоминает подробности. – А… Так это ты мне помог. И вытащил. Я все думал, кто это меня за воротник хватает.

– На своем горбу, между прочим, вынес. Тебе все было мало, но нас выгнала охрана, а ссориться с ними не в наших интересах. И так придется послать Энн что-нибудь приятное, лишь бы она забыла эту историю.

Они замолчали, стараясь не пересекаться взглядами, но Кара неожиданно заметила, что Корак улыбается. Довольно так, светло, что совсем не вязалось с его сине-багровым лицом.

– А мне было весело, – сказал он удивительно бесхитростно. – И… это… ну, я рад, что ты меня не оставил… Короче… Это самое, да… А Влад, когда нас знакомил, сказал этой Энн, что я его потерянный брат и меня в детстве украли цыгане! – не то похвастался, не то пожаловался Корак. – И она поверила, хотя мы нисколько не похожи!

– У тебя белая горячка, – угрожающе прорычал Влад, торопливо затыкая Корака. – Денница, почему с ним так сложно?

– Ты не лучше, – мрачно напомнил Ян. – Что-то мне подсказывает, половина этой замечательной истории утеряна, потому что она о тебе.

И тут он внимательно посмотрел на Корака, но тот сделал вид, что снова мучается болью от ран и промолчал, преисполнившись чем-то вроде солидарности… Или же действительно ничего не помнил.

– Он дергал меня за хвост, – обвинил Корак. – А хвост – это личное!

– Я его будил! А то развалился, а мне тащи. Да и хвост этот… облезлый какой-то, тьфу, все не как у людей…

Страшно обидевшись, Корак заерзал на диване, тщетно пытался придумать ответ. Не стал. Кара видела, как у него слипаются глаза и насколько Корак устал после безумной прогулки по Столице, потому покачала головой и сделала пару знаков инквизиторам, чтобы они потихоньку отступали к дверям. Проговорив что-то неразборчивое, Корак провалился в сон и уютно свернулся клубком; Кара ласково потрепала его по волосам, погладила по лбу, радуясь тому, как безмятежно Корак улыбался во сне. И надеялась, что видится ему что-то хорошее. Они оставили кабинет, а сами перекочевали в коридор.

– Прости, – выговорил Влад, искоса поглядывая на Кару. – Я должен был за ним приглядывать, но все как-то покатилось в тартарары… Виноват. Понимаю.

– По-моему, он счастлив, – грустно улыбнулась Кара. – Не думаю, что в жизни Корака есть много таких моментов, когда можно просто побыть собой и развлекаться с другом. Вам ведь было хорошо? – Влад нехотя кивнул. – Вот и славно. Но в следующий раз не забудь позвать кого-нибудь разумного в компанию, чтобы вас контролировал.

Влад поклялся, но Кара подумала, что в следующий раз, когда Корак неожиданно завалится в гости, ей придется расхлебывать точно такую же историю.

========== – не спится? ==========

Комментарий к – не спится?

#челлендж_длялучших_друзей

тема 22: расстояние

Для магии такое не проблема, но для сердца… что ж, посмотрим, как Кара будет с этим справляться.

Каре не спалось. Она проснулась от третьего мутного кошмара за одну ночь и решила, что делает что-то неправильно. Аккуратно встала, оставляя одеяло Ишим, которая сонно возилась, подгребала его к себе и обнимала, точно плюшевую игрушку с умиротворенным, спокойным лицом. Завистливо вздохнув, она набросила валявшийся на трюмо халат, небрежно запахнула и выскользнула на широкий балкон. С собой Кара, двигаясь по спальне с замашками заправского шпиона, прихватила пачку сигарет, зажигалку и амулет связи, болтавшийся в ее руке, точно маятник в часах.

Дышалось легче; прохладный ветерок затрепетал, поиграл с немного примятыми подушкой прядями волос. Закрыв за собой дверь, Кара наконец расслабилась, облокотилась на перила, поглядывая вниз. На секунду мелькнула мысль пролететься вокруг Дворца, ужалила, но Кара быстро ее отвергла. Она неторопливо затянулась, поглядывая на амулет, и успела коснуться его ровно в тот момент, когда прозрачный камушек вспыхнул ярко-красной точкой в глубокой ночи.

Влад как будто чувствовал, что Кара ждет, хочет услышать его голос. У них не было хитрого контракта, никакого магического соглашения, позволившего бы напрямую перекидываться мыслями и ощущениями, как делали это Влад и Ян, но за долгие годы дружбы они научились неплохо понимать и полагаться на инстинкты, когда нужно.

– Доброй ночи, – раздался в голове голос Влада. Кара представила, как он ехидно улыбается, и на продуваемом всеми ветрами балкончиками стало уютнее. – Не спится?

– Тебе, кажется, тоже.

Поглядывая на амулет, Кара протянула руку, чтобы стряхнуть вниз пепел. Сигарета приятно горчила на губах, а она довольно поднимала голову к небу, вглядываясь в диск луны и небольшие проблески звезд. Кара не любила амулеты связи, опасаясь пускать кого-то к себе в сознание, но голос Влада, успокаивающе звучащий в ушах, ее ничуть не волновал. Напротив – он разгонял хандру, порожденную кошмарами, и заставлял почувствовать тепло, на которое так скупа была адская пустынная ночь.

– Только с дежурства, не поверишь, ноги отваливаются, – часто, но довольно устало докладывал Влад. – Представляешь, приходится бегать за этими идиотами… Накрывали сегодня контрабандистов из Ада, так половина наутек, магией по ним не попадешь, приходится гнаться. Кара? – удивленно позвал он. – Ты долго молчишь, не вырубилась?

– Я соскучилась по вам, – созналась Кара, и говорить об этом ночью, когда ни одна живая душа не услышит, а город счастливо спит, оказалось слишком просто. – Удивительно, да? Нас разделяет не просто несчастная тысяча километров или какой-то, допустим, океан. Ты в другом мире, а я могу слышать тебя, как будто ты стоишь рядом…

– До чего магия дошла, – проворчал Влад. – Нас нет всего неделю, а ты уже вся расклеилась, не могу поверить! Передам инквизиторству, что ты плачешь и стенаешь, умоляя нас вернуться.

– Я могу сказать Ирме, чтобы отпустила вас в Ад, – искушающее предложила Кара. – Придумаем срочный выезд… Куда-нибудь. Немного слукавим, а она перестанет вас мучить.

– Ирму-то ты, может, и убедишь, но Яна нет, – рассмеялся Влад. – Никуда он не сбежит, будет упрямо работать здесь, как его и попросили. От нас зависят человеческие жизни, и это заставляет быть честными, понимаешь?.. Сейчас лето, ребята укатили кто куда, работать некому. Уже почти все, пара дней осталась. Потерпи там одна.

И Кара действительно понимала, но в такие моменты просыпалась и змеей сворачивалась в груди ее толком не обретенная эгоистичность. Наверное, слишком долго она блуждала без семьи и друзей, тысячелетиями сражалась в одиночку, и теперь не могла надолго расставаться с теми, кто стал продолжением ее души. Не обнаруживать с утра забежавшего по делу и без него Влада или Яна, командирски прикрикивающего на нерасторопных новобранцев в гвардейском замке, оказалось невыносимо.

– Ты на балконе, да? – уточнил зачем-то Влад, и Кара отозвалась неразборчивым угуканьем; не собираясь останавливаться, он продолжил, и Кара слышала странное воодушевление в словах: – Тебе надо чаще здесь бывать. Я люблю Петербург в это время года. Лето тут не удушливое, как я помню в Праге, а такое… легкое. Пряное, немного прохладное – достаточно, чтобы иногда пафосно носить кожаную куртку, но не стучать зубами от холода. К северному ветру привыкаешь, он такой… настоящий, живой, соленый, заставляет тоскливо оглядываться к реке, а вообще-то хочется – к морю.

– Ты пьян? – подозрительно уточнила Кара, хотя он всегда бывал словоохотлив, но настолько увлечен глубокой тихой ночью – никогда. Прикрывая глаза и в деталях вспоминая его облик, Кара могла представить Влада, небрежно развалившегося где-нибудь на скамеечке в уютном питерском дворике, окруженном домами.

Нет, если он и был пьян, то одной ночью. Прожив слишком долго в Аду, Кара разучилась так ярко и чувственно восторгаться Столицей, которая не менялась столетиями, точно застыла во времени; Владу повезло куда больше: у него было богатое человеческое воображение и целый город, мистический и загадочный.

– Я это… Мотоцикл вышел поставить поудобнее, а то у него колеса слегка пропахало, – с досадой признался Влад. – Наехал тут на заклинание… ну, сам виноват. Остановился подышать, задумался, а потом вспомнил, что мы пару дней не говорили… Так вот, Петербург. Ты когда-нибудь бывала в нем до нас, кстати?

– В октябре в тысяча девятьсот семнадцатом, – вспомнила Кара. – И зимой после. Было чертовски холодно… Расскажи мне что-нибудь про город, – попросила она. – Ты знаешь его куда лучше.

И Влад рассказывал, довольный и изобретающий сложные обороты, чтобы ее заинтересовать еще больше; его талант рассказчика, пробуждающийся внезапными приступами, Кару всегда зачаровывал, и она впитывала все истории про то, как в редком солнечном свете глянцево отблескивает река, про свежие дожди и ужасающие потопы, про шелест листвы в парках и оживленный шум на улицах. Она знала, как Влад любил Васильевский, особенно его затерянные и дикие окраины, потому с легкой улыбкой выслушивала его рассказы про давнюю историю еще императорской России.

– Нужно спать, – спохватился Влад. – Завтра еще денек отработать, а потом я снова вернусь и буду досаждать тебе во плоти, а не только в образе шизофренических голосов в голове!

– Будьте осторожны, – напоследок пожелала Кара, чувствуя себя уставшей и слишком много думающей. – И возвращайтесь быстрее, без вас тут невыносимо: толком не с кем поговорить…

– Так точно, командор, – непривычно ласково зашуршал голос Влада, прежде чем он отключился и оставил Кару в одиночестве любоваться Столицей.

Она вытащила следующую сигарету, наблюдая, как на краю мира вспыхивает рыжий рассвет.

========== – с таким-то учителем у тебя все будет в порядке! ==========

Комментарий к – с таким-то учителем у тебя все будет в порядке!

#челлендж_длялучших_друзей

тема 23: взаимообучение

Немного про то, как Влад и Кара разбирались с конями (настоящими и железными)

Наблюдать, как Влад, громко и витиевато ругаясь, пытался выровняться в седле, было по-настоящему забавно, и Кара едва сдерживала хохот. Она опиралась на невысокий заборчик, приваливалась к нему спиной и утирала выступающие слезы. Беззвучный смех душил спазмами, а Влад продолжал самозабвенно проклинать ее, лошадь и весь белый свет.

Лошадь под Владом была особая, тренировочная – уже престарелая, но ласковая кляча, которую отдавали со спокойной душой новобранцам, зная, что она не сбросит и не грызанет. Клыки в ее пасти давно стерлись почти до обычных лошадиных зубов, а сама она немного ссутулилась, повесила голову. Бока все исполосованы были шрамами, так заметными в поредевшей с годами шерсти и говорившими о бурной молодости. Но теперь это была мирная, хорошая кобыла, уважаемая мать многих боевых гвардейских скакунов. И даже на ней Влада мотыляло из стороны в сторону, что Каре искренне стало его жаль: она по себе знала, как после будут болеть отбитые бедра.

– Лучше бы помогла чем, а то стоит и ржет… – с досадой рявкнул Влад, кое-как заставляя лошадь развернуться и пойти на новый круг. Упрямства ему было не занимать, и он как будто собирался взять клячу измором, хотя дело-то было совсем не в ней.

Когда-то давно Кара была на его месте: в Раю никто верховой езде не учился, предпочитали надежные и быстрые крылья, так что приноравливаться к адским скакунам ей пришлось самой. Со временем Кара оценила удобство и поняла, что не обязательно уставать самому, надрывая крылья, когда за тебя это может сделать специальное животное. Сейчас же пополнившаяся после Исхода и сыскавшая славу Гвардия медленно переходила в кавалерию, но верхом держаться умели далеко не все.

Некоторые новобранцы из духов (а то и из демонов тоже) побаивались адских лошадей, напоминающих земных только поджарой фигурой, но хищных, клыкастых и когтистых. Копыт у них не было, однако Кара сама видела, что и тонкие на вид лапы, напоминающие львиные, могут безжалостно топтать врагов; уставали они меньше, бежали быстро, высились над головой и тягали тяжелых и рослых демонов. В узких мордах не было ничего приятного, потому многие сторонились лошадей и побаивались на них забираться. Но не Влад. За предложение он взялся с энтузиазмом, радостно похлопал лошадь по боку в начале… а потом он страдал, а Кара тоже мучилась, морщась при взгляде на то, как Влада подбрасывает на ходу.

– Слезай! – Она решительно махнула рукой.

Нехотя Влад притормозил кобылу, и это у него получилось очень даже естественно и просто, и Кара подбодрила себя, призывая к терпению: он вовсе не был безнадежен. Вид у Влада оказался жалкий и потрепанный, он оскорбленно и устало косился на молчаливую лошадь, а та ласково тыкалась носом ему в плечо. Вздохнув душераздирающе, он почесал ее под челюстью, и кобыла пришла в какой-то жеребячий восторг, принявшись мести хвостом из стороны в сторону. Милование прервала Кара, которая решительно забралась в седло, двинула ногами и повела лошадь в обход площадки, специально стараясь, чтобы Влад все видел, как на картинке в учебнике.

– Ты точно колдуешь, так нечестно, – заявил Влад, глядя, как Кара перед ним гарцует на прежде серенькой неприметной лошади – теперь-то она смотрелась совсем иначе.

– Тебе бы без седла поездить, почувствовать движение мышц, – прикинула Кара вслух, одобрительно похлопывая лошадиную шею. – Говорят, древние демоны так и скакали без всего. У них и руки свободны были, потому что конь отзывался на движения корпуса и понимал, повернуться надо, остановиться или еще что, а руки у всадника были свободны – рубиться удобно.

– Мне б так научиться, без излишеств, – мрачно напомнил Влад. Теперь он прижался поясницей к забору, скрестил руки на груди и внимательно следил за Карой. Его тяжелый, буквально ощупывающий взгляд невозможно было не почувствовать.