Текст книги "Компаньон (СИ)"

Автор книги: Garret Hawke Amell

сообщить о нарушении

Текущая страница: 63 (всего у книги 71 страниц)

Белый том. 108. «Неизвестно, есть ли он по-настоящему – выбор!?»

Гермиона чувствовала себя фактически обнажённой в постоянном свете прожекторов, так часто на неё смотрели. Но поделать ничего не могла. Оставалось только отбиваться от вопросов. Слухи по Хогвартсу ходили самые разные. Гарри приписывали всё, начиная от смертельной болезни и заканчивая потерей рассудка. Дамблдору даже пришлось сказать несколько слов. Речь была длинной, но смысл сводился к тому, что Гарри обязательно вернется в следующем году. А пока имеет смысл переключиться на что-то другое. На подготовку к экзаменам, например. Гермиона тут же последовала совету. Гораздо охотнее, чем все остальные

Казалось невероятным, чтобы целая жизнь изменилась за каких-то пару недель. Вместе с освобождением Гарри из Азкабана вернулось ощущение контроля. Появилось неведомое прежде ощущение внутренней силы и уверенности. Изменилась даже походка, жесты стали более сжатыми и порывистыми, полными внутренней энергии. Младшекурсники даже начали её немного побаиваться. Впрочем, вскоре привыкли.

Изучая расписание экзаменов, Гермиона заполняла планировщик. Не забывая выделять себе выходной, когда будет заниматься… Целым ничем. Во всяком случае, постарается. Виктор настоял. Мол, если у неё не получается спонтанно выделить себе время на отдых, этот самый отдых можно запланировать.

Ради разнообразия Гермиона решила его послушать. Ну и немного для успокоения собственной совести. Самую малость. Виктор ничего не знал о покушениях. И что-то подсказывало, что не обрадуется, когда узнает. Да что там Виктор! Она даже Гарри ничего не сказала. И Рона предупредила…

«Нужно просто дожить до конца года. Сдать экзамены. И потом всё будет хорошо. В конце концов, это ведь могло быть просто случайностью? В Хогвартсе всё время что-то происходит, так что в следующем году никто об этом и не вспомнит.» – подвела итог Гермиона. Может, такой подход был несколько безрассудным и малодушным, но так гораздо проще. Какой толк переживать, если можно сосредоточиться на чём-то конкретном? На этой мысли она решительно захлопнула планировщик. И вздрогнула.

– Мисс Грейнджер. Вы не могли бы зайти ко мне ненадолго? – профессор Слизнорт спешил от преподавательского стола, поблескивая вспотевшей лысиной.

– Конечно. – тут же согласилась Гермиона, прикидывая про себя, всё ли она сдала по зельям. Вроде бы проблем быть не должно. Может, профессор решил поговорить об очередном мероприятии Клуба Слизней? Тогда хорошо бы, чтобы удалось подготовиться заранее.

До подземелий они дошли в молчании, а разговор в самом кабинете вызывал у Гермионы определённые затруднения. Главным образом потому, что она совершенно не понимала, чего от неё хотят. Всё началось с вежливых расспросов о каникулах, потом профессор вручил ей чашку горячего шоколада, несмотря на все протесты, после речь почему-то зашла об амортенции, а на обсуждении свойств компонентов Гермиона окончательно потеряла нить разговора. Как только в монологе профессора возникла пауза, Гермиона тут же вклинилась с вопросом.

– Я могу вам чем-то помочь?

– Видите ли, мисс Грейнджер… – замялся Слизнорт. И сложил руки на пухлом животе в замок. – На самом деле, я хотел поговорить с вами…

– О чём?

– Должно быть, вам уже изрядно надоели этими расспросами, но мне хотелось бы знать… О мистере Поттере.

В кабинете снова повисла многозначительная пауза. Гермиона вежливо, вопросительно моргнула и глотнула шоколад из чашки. Слишком сладкий.

– Итак? – поторопила она, когда пауза начала затягиваться.

– Мне хотелось бы понять, как вы оцениваете шансы того, что он вернется в Хогвартс. – проговорил Слизнорт и быстро добавил. – Разумеется, я слышал объявление Альбуса, и всё же… Хотелось бы услышать мнение с более близкой стороны. Мистер Поттер с друзьями может быть куда откровеннее, чем с преподавателями, и я подумал…

– Гарри действительно планирует вернуться в следующем году. – подтвердила Гермиона. – Просто ему нужно время. Немного отдохнуть, нагнать учебную программу, дождаться, пока утихнет ажиотаж. Гарри не особенно нравится быть в центре внимания.

– О, неужели? – оживился Слизнорт. – Я полагал, что он привычен к подобному…

– Отчасти. Но его это не радует. – повторила Гермиона, почему-то испытывая от этого разговора чувство неудобства. – Вы только об этом хотели поговорить, сэр?

– Как вы считаете, мистер Поттер вернется к изучению зелий? Если это так, то я мог бы предложить ему свою помощь в подготовке, в, конце концов, дисциплина не из самых простых для сдачи ЖАБА.

– Почему бы вам не написать ему? – предложила Гермиона.

– Видите ли… – Слизнорт вздохнул, чуть крепче сжал пальцы. – Мне немного неловко. Мы с мистером Поттером незнакомы, и не хотелось бы сложить о себе впечатление назойливого старика, тем более, что мистеру Поттеру внимание, по вашим же словам, не по душе, и, я подумал…

– Я напишу ему. – поняла Гермиона. – И, может быть, попрошу его написать вам.

– О. – Слизнорт выдохнул с шумным облегчением и по-совиному хохотнул. – Буду вам весьма обязан, мисс Грейнджер.

– Не за что. – заверила Гермиона. Подумала и усмехнулась. – В конце концов, к моей назойливости он уже привык, так что ничего страшного.

– Не буду вас больше задерживать, мисс Грейнджер.

– Доброго вечера, сэр.

Гермиона вышла за дверь, с некоторым недоумением покачала головой. Всё это было как-то странно. Развернувшись, она поспешила в библиотеку. И добавила в список планов написать Гарри письмо. Может, правда стоит предложить ему помощь в подготовке? Каково ему там одному в огромном доме Блэков?

***

– Контроль, юноша! Держите контроль! – рявкнул Финеас Найджелус Блэк с портрета. – И, честное слово, прекратите сутулиться. Вы колдун, а не горбун!

– Я стараюсь. – через вдох огрызнулся Гарри, упираясь ладонями в собственные колени. Ответом ему были скептические взгляды портретов. Если бы раньше кто-то сказал, что вне Азкабана ему будет гораздо сложнее практиковаться в невербальной магии, он бы не поверил.

Тогда, на берегу, глядя на рухнувшую по его воле крепость, Гарри ощущал себя самым могущественным волшебником в мире. Чувствовал, что нет на этом свете ничего недостижимого. Только теперь, один на один с обретённой свободой он осознавал, насколько эти ощущения обманчивы.

До настоящего могущества в действительности как до Луны пешком. О чём говорить, если он раз через раз может выдать два средних боевых заклятья, не произнося ни звука? Мухлевать в этом деле у него бы при всём желании не получилось, да и смысла в обмане нет.

Каждое последующее заклятье было гораздо сложнее. И не пройдя предыдущий этап перейти к следующему было просто нереально. Не говоря уже о том, что Гарри с трудом держал концентрацию, не позволяя реальности расползтись по швам.

Но это работало. Никаких видений, посторонних запахов, голосов… Лучше уж пережить все эти неприятности сейчас, чем если бы ему померещился василиск где-нибудь в Хогвартсе. По сравнению с этим боль в пояснице и бесконечную усталость вполне можно потерпеть.

– Готов? – заботливо осведомилась Вальбурга.

– Пожалуй. – поправил очки Гарри.

– Продолжим. И после практики прочтёшь своё эссе по трансфигурации, хочу услышать, что ты там насочинял. – ровно сказала Вальбурга.

Любого другого ученика подобная манера речи страшно могла раздражать. Но Гарри уже привык. Беллатриса общалась похожим образом, да и ради знаний можно потерпеть некоторые неудобства. Ни к чему отвлекаться на лишние эмоции.

– Хорошо. – просто сказал он. Подумал пару секунд и добавил. – И я хочу вернуться к анимагии.

– Найдем на это время на выходных. – проворчал Орион. – В любом случае, в Хогвартс неподготовленным ты не поедешь. На исходную!

***

Ветер хлопнул его воротником пальто по щеке. Драко вскинул запястье и посмотрел на часы. Потом перевёл взгляд к едва видимой точке на небе, в которую превратился Роули. Выждав пару минут, Драко дунул в свисток. Пытаться докричаться в такую погоду было бы однозначно провальной затеей.

– Уже всё? – первым делом разочарованно уточнил Роули. Раскрасневшийся, вспотевший и напряжённый, как струна, он явно получал огромное удовольствие от полётов.

На собственном опыте Драко знал, что усталость приходит позже, стоит только коснуться земли обеими ногами. Поэтому старался контролировать время. Хотя носить часы по-прежнему было непривычно.

– Холодает, продолжим позже.

На лице Роули крупными буквами было написано полное несогласие с погодными условиями и решением уходить, но спорить он не стал. Спружинил ногами о землю и закинул метлу на плечо.

– Ты не передумаешь?

– М? – Драко замедлил шаг у самой раздевалки.

– Не жалеешь, что ушёл из команды?

– Мне… немного не до этого, если честно. – подобрал слова Драко и улыбнулся. – К тому же, ты отлично справишься. Капитан ведь тебя утвердил.

– Но перестать нервничать я всё равно не могу. – пожаловался Роули. – Нельзя опозориться на матче.

– Так не позорься. – просто сказал Драко. Роули в ответ хмыкнул.

До замка они дошли в молчании. И уже в вестибюле разошлись. Драко направился сначала к подземельям, но быстро передумал. В конце концов, явиться на встречу с директором в верхней одежде – не самое большое нарушение этикета. На громкий троекратный стук из-за двери раздалось немного усталое «Войдите».

– Здравствуйте, мистер Малфой. Располагайтесь. Подождём Сириуса, прежде чем начать.

– Добрый вечер, директор. – откликнулся Драко. И тщательно закрыл за собой дверь.

***

– Так что это будут за воспоминания? Кому они принадлежат? – задал вопрос Сириус.

– Мне. – Дамблдор осторожным движением снял с полки очередной хрустальный флакон. – Я считаю, что мы все должны ознакомиться с ним, прежде чем выдвинемся в поместье Слизерина. Лучше всего будет назначить вылазку после экзаменов…

– Да бросьте, Дамблдор, уничтожение крестражей гораздо важнее. – в сотый раз повторил Сириус, порядком раздражённый необходимостью ждать. – Уверен, если бы мы только нашли…

– Поиски могут отнять гораздо больше, чем пару часов. И это не отменяет того, что мы знаем слишком мало. Преступно мало, цена ошибки может быть слишком велика. Мы не можем рисковать. Северус проверяет свой новый состав, и, насколько я понимаю, найти что-либо о поместье Слизерина…

– Пока что не удалось. – хмуро поджал губы Драко. Ответственным за сбор информации в основном был он. – Во всяком случае, в родовой библиотеке. Я разослал письма и попросил о помощи другие семьи, но это потребует времени.

– Что ж, используем его с толком. – поднялся на ноги Дамблдор. – Лорд Воландеморт мог подготовить нам ловушки. Нужно быть во всеоружии.

– Как в этом поможет просмотр воспоминаний? – недоверчиво уточнил Сириус. Камин взревел, вспыхнув ядовито-зеленым пламенем.

– Нужно знать своего врага, чтобы победить его. – проговорил Гарри, взмахом руки очищая пепел с мантии. – Добрый вечер.

– Здравствуй, Гарри. – радушно улыбнулся Дамблдор. – Очень приятно, что ты всё-таки нашёл время присоединиться к нам.

– Я решил, что это важно. Эссе по трансфигурации может подождать.

– Другой разговор! – радостно воскликнул Сириус, заключая крестника в короткие, крепкие объятья. – Может, останешься в замке? С друзьями готовиться будет намного веселее.

– Давайте перейдем к делу. – вмешался Драко раньше, чем успел разгореться возможный спор.

– Следуйте за мной. – пригласил Дамблдор. И первым погрузился в омут памяти.

***

Они снова оказались в кабинете директора. Не было шкафа с хрустальными флаконами, частично пустовали книжные полки, свет камина полоской падал на желтоватый пергамент с расписанием, рядом лежало новое орлиное перо. Дамблдор из прошлого стоял у насеста Фоукса, невесомым движением поглаживая птицу по клюву.

Гарри отметил, что Дамблдор выглядел встревоженным. И точно, как только раздался стук в дверь, даже в сказанном «Войдите» сквозило напряжение.

Гарри узнал его. Узнал красноватый отблеск глаз, застывшее строгой маской лицо. Отметил, что белки как будто залиты кровью. Но взгляд при этом не утерял жёсткости и живости. Свет от каминного пламени выделил мертвенно-бледное лицо: на Воландеморте уже начали сказываться последствия ритуалов. Где-то за левым плечом выдохнул сквозь сжатые зубы Сириус. Справа слегка напрягся Драко. Только Дамблдор из будущего оставался безмятежным.

Гарри наблюдал за этим разговором со смешанными эмоциями. От Воландеморта чувствовалась сила. И что-то ещё… Как будто нетерпение. Трепет. Но только перед кем? Или перед чем?

Не перед Дамблдором точно. На него Воландеморт злился. Злился, ненавидел и отчасти боялся, хотя тщательно это скрывал. Маска дала трещину только когда Дамблдор назвал имена сопровождающих. Но и то, на долю секунды. Почти сразу Воландеморт пришёл в себя, невозмутимо глотнул вина.

– Я вернулся немного позже, чем предполагалось. Но всё ещё намерен просить разрешения вернуться в замок. Стать преподавателем, если это необходимо. И передать ученикам весь накопленный опыт. Едва ли в Британии вы найдёте волшебника с большим практическим стажем.

– Нет.

– Нет? – резким тоном переспросил Воландеморт. Немного поддался вперёд и сощурился. – Что это значит?

– Это значит, что я не позволю вам вернуться в Хогвартс, Том. – сохраняя олимпийское спокойствие, ответил Дамблдор. – Особенно учитывая ваш практический опыт… Я не считаю, что нашим ученикам необходимо передавать знания подобного рода.

– Вы ошибаетесь. – отрывисто и холодно констатировал Воландеморт. – Честно говоря, когда я узнал, что директором стали именно вы, мне казалось, что Хогвартс отныне станет меньше подвластен предрассудкам и суевериям о разных магических сферах. Вы не можете отказать мне, основываясь на идиотских домыслах! Это неправильно!

– Что ж, пусть неправильно. – согласился Дамблдор и отставил свой бокал. – Я готов стать худшим директором за всю историю Хогвартса. Но…

– Но?!

– Быть тем, кто думает об общем благе. А не о собственном.

– Общее благо. – презрительно скривил губы Воландеморт. – Совершенно нежизнеспособная концепция. И вы сами же ей противоречите, когда отказываете мне. Я мог бы лучше кого-бы-то-ни-было подготовить учеников к опасностям вне этих стен.

– Могли бы. – согласился Дамблдор. – Если бы вы только хотели этого, Том, я бы предоставил вам место в Хогвартсе, не задумываясь.

– По-вашему, я этого не хочу? – отрывисто осведомился Воландеморт. Шумно выдохнул носом и отставил бокал с вином на стол. – И что же мне тогда нужно? Как вы считаете?

– Я не знаю. – просто ответил Дамблдор. – Только… Думаю, что я не могу вам позволить достичь вашей цели. Какой бы она ни была.

– Значит, так? И это окончательное решение? – Воландеморт поднялся с кресла. На долю секунды Гарри показалось, что он вот-вот схватиться за палочку, но нет. Бешенство выдавал только горящий злобой багровый взгляд.

– Окончательное. – также поднялся со своего кресла Дамблдор. – Очень жаль, что наша встреча заканчивается таким образом, Том.

– Придёт день, когда вы действительно об этом пожалеете, Дамблдор. – холодно процедил Воландеморт. – Я не прощаю тех, кто встаёт у меня на пути.

***

Гарри молча занял одно из кресел, вытянул руки на подлокотниках. Драко остался стоять, неподвижно глядя в камин. Сириус шумно выдохнул, грязно выругался и направился к шкафу. Вытащил оттуда бутылку огневиски и несколько стаканов.

– Кто-нибудь хочет выпить?

Дамблдор молча отрицательно покачал головой, сгорбившись над омутом памяти. Почему-то сейчас особенно стало заметно, как сильно он постарел с той самой встречи. И устал. Драко отрешенно кивнул. Гарри принял стакан из рук Сириуса. пригубил.

– Не знаю, что надо было понять… Но я только уловил, что он и тогда был чокнутым. – сделал вывод Сириус, и одним махом выпил. Щедро налил себе снова. – Как только вам не жутко было с ним разговаривать?

– Жутко. – согласился Дамблдор. И почему-то посмотрел на Гарри.

– Простите, сэр. Возможно, вам не понравится то, что я скажу… – осторожно начал Драко. Дамблдор кивнул. Под напряженным взглядом Сириуса, Драко продолжил. – Но вы никогда не думали, что стоит дать ему преподавать?

– Ты в своём уме?! – возмутился Сириус.

– Гипотетически, тогда Тёмный лорд был бы под присмотром. – пожал плечами Драко и осушил свой стакан. – Я просто предположил.

– Скажем так, мистер Малфой… – ничуть не разозлился Дамблдор. – За последние годы я много сомневался в собственных решениях. Пожалуй, даже слишком много. Но я не жалею о том, что оставил Хогвартс вне зоны влияния Тома Реддла, хотя бы частично. Я знал, что однажды придёт день, когда этот замок станет самым безопасным местом в Британии. Невзирая на любые ужасы, которые будут происходить снаружи.

– В любом случае, сейчас наша задача – работать с последствиями. – озвучил Гарри и сделал ещё один осторожный глоток.

– Именно так. – выпрямился Дамблдор. – И, раз уж мы заговорили о последствиях, мне хотелось бы поговорить с тобой, Сириус. Уверен, мальчики извинят нас на пару минут?

– Хорошо – моргнул Сириус и последовал за Дамблдором, похлопав напоследок Гарри по плечу.

– Сыграем… – начал Драко, как только закрылась дверь.

– В шахматы? – закончил фразу Гарри и улыбнулся. Немного устало, но вполне по-настоящему. – Я не против. Заодно расскажешь, как дела.

***

– Ты действительно думаешь, что остались письменные источники? Мемуары Слизерина или вроде того? – помолчав, всё-таки спросил Гарри.

– Почему нет? У каждого рода есть своя история. Книги… Это нормально. – ответил Драко.

– Книги, которые хранятся в семейных библиотеках – кивнул Гарри. – И вполне вероятно, зашифрованные. На змеином языке.

– Думаешь, всё зря?

– Предполагаю. Но я не агитирую прекращать искать. Дамблдор прав, замок может быть полон ловушек. Либо стать для нас ловушкой сам по себе. В конце концов, хорошая подготовка ещё никогда не приносила вреда.

– Кстати о подготовке… Ты почти не говоришь, как ты справляешься.

Гарри отвел взгляд от шахматной доски. Осторожный тон Драко ясно говорил о беспокойстве.

– Думаю, нормально. С учётом всего, что произошло. – лаконично подвёл итог Гарри.

На некоторое время в комнате снова повисло молчание. Партию сыграли в ничью, фигуры снова выстроились в боевой порядок.

– Как считаешь, это правда? – снова заговорил Драко, сдвигая пешку на клетку вперед. – Тёмному Лорду действительно что-то нужно было в замке?

– Кто знает? – философски вздохнул Гарри. – Хогвартс хранит много тайн. Но вместе мы с этим разберёмся.

Белый том. 109. Миг между прошлым и будущим

Ненависть – чувство глубоко личное. Оно не возникает из ниоткуда, не вспыхивает из-за пустяка. Только задев за живое можно разжечь этот костер. Всепожирающее пламя, после которого не остается ничего, даже напоминания о прошлом. Гораций чувствовал её в воздухе. И почему-то никак не мог определить источник. Одно понятно точно: в Хогвартсе снова что-то назревало.

«Или ты просто отвык от ажиотажа экзаменов, старый морж.» – съязвил он сам себе и провел ладонью по сухому, как старый пергамент лицу. Крепко зажмурился и сжал ненадолго переносицу. Вздохнул, поспешил к кабинету. Нужно быть начеку.

***

Гермиона проснулась раньше будильника. Поворочалась, не открывая глаза. Через пару минут всё-таки встала. После холодного душа окончательно пришла в себя. За окном виднелась серая полоса рассвета. Последний день экзаменов, но почему-то прежнего волнения за результат или давящего чувства усталости как ни бывало.

Наоборот, Гермиона чувствовала себя как будто на рубеже. За чертой, пересекая которую остается только смотреть в будущее. Она направилась в библиотеку. Раз уж встала раньше всех, почему бы не провести время с пользой?

Пустые коридоры Хогвартса. Ни единого скрипа доспехов, ни одного призрака. Слишком тихо. Гермиона с трудом загнала внезапную тревогу поглубже. Наверное, она всё-таки волнуется из-за экзаменов, просто в этот раз это волнение приняло такую странную форму. Нужно подготовиться.

Но почему-то даже когда она заняла привычное место за столом, тревожное ожидание не проходило. Наоборот: сердце как будто ускорило ход, заставляя прислушиваться, замереть, как напряжённая струна. Должно быть, именно поэтому, звук шагов позади заставил её резко обернуться.

– Привет, Кормак. – с облегчением шумно выдохнула Гермиона. – Хорошо, что это ты. Не поверишь мне показалось…

Договорить она не успела. Кормак схватил со стола одну из книг и с размаху ударил её по лицу. Гермиона охнула от неожиданности, с грохотом слетела со стула, дезориентированная от боли. Перед глазами всё поплыло, на губах отчетливо ощущался вкус собственной крови. Она почему-то даже не подумала взяться за палочку. И не успела увернуться, когда Кормак достал собственную.

Это ощущение боли ни с чем не спутать. Гермиона вздрогнула всем телом. Сжалась в комок. Не своим голосом закричала, чувствуя, как будто её подожгли живьем, будто чья-то рука выворачивает её нутро изнутри, как под ударами отбойного молотка одна за другой ломаются кости.

Сколько это продолжалось, Гермиона не знала. Просто в какой-то момент всё закончилось. К горлу подкатил ком тошноты, но её желудок был пуст, так что она только согнулась болезненным спазмом. Перед глазами стояла темнота, уши заложило, как будто она погрузилась под воду. Запястье обожгло прикосновением чьей-то холодной ладони. Гермиона вздрогнула, испуганно попыталась отползти подальше. За толщей воды она слышала смутно знакомые голоса, прежде чем отключилась.

Первое, что она почувствовала, приходя в себя: боль. Обжигающую, липким жаром накатывающую на тело. Вторым ощущением пришло осознание, что она лежит не на полу. А на подушке. Может, всё это был кошмарный сон? Детская надежда шевельнулась было в груди, но тут же угасла, когда вновь дал о себе знать знакомый спазм тошноты. Кошмары обычно такими реалистичными ощущениями не сопровождаются. Гермиона шевельнулась и застонала, чуть не свалившись с края кровати. Чьи-то руки подхватили её за плечи, надежно удерживая.

– Не падай, это плохая идея, Грейнджер. – почти шепотом проговорил Малфой. Следом почти тут же раздались шаги.

Мадам Помфри торопливо взмахивала палочкой, одновременно с этим диктуя Панси Паркинсон длинный список зелий. Один за другим к губам Гермионы прислоняли флакончики. Глотать удавалось с трудом. Малфой придерживал её за плечи одной рукой, другой поддерживая подбородок. Сама Гермиона сейчас на это была неспособна. Как только её снова уложили на кровать, она почувствовала небольшое облегчение. Обессиленно закрыла глаза.

– Я могу ещё чем-то помочь? – раздался голос Малфоя над её головой.

– Нет, дальше мы справимся. – негромко отозвалась Панси. – Мадам Помфри вызвала авроров. Как только они прибудут, возможно, тебе нужно будет дать показания. До тех пор директор Дамблдор настаивает, чтобы всё оставалось в тайне.

– Хорошо. Будь осторожна.

– Ты тоже. До встречи.

Уже засыпая Гермиона услышала удаляющиеся шаги, потом почувствовала, как её укрыли и заботливо заправили локон волос за ухо. Что бы ни произошло на этот раз, она выжила. Снова.

***

Сдать практическую часть экзамена – не слишком сложная задача, но Сириус прекрасно видел, что многие сомневались. Особенно это касалось старшего курса, которым предстоял экзамен по Тёмным искусствам. На фоне этого волнения никто почти не обратил внимание на отсутствие Гермионы Грейнджер в аудитории. За исключением Рона Уизли и ещё нескольких гриффиндорцев. Как только все вошли в аудиторию, Сириус прочистил горло.

– Всем доброе утро, дамы и господа. На весь арсенал заклятий у вас будет полтора часа. Те из вас, кто будет действовать невербально, получат дополнительные баллы. Палочки наизготовку! Работаем!

***

Гарри второй раз перечитал письмо Дамблдора и пробарабанил пальцами по подлокотнику кресла.

– Только не говорите мне, что испугались, юноша. – с сарказмом в голосе нарушила тишину Вальбурга. Гарри помотал головой, чувствуя на себе взгляды портретов.

– Хочу всё решить. И беспокоюсь за Гермиону. Может быть…

– Допустим. – раздражённо вмешался Финеас Найджелус Блэк. – Допустим, вместо того чтобы заняться делом, вы пойдете в Хогвартс. Чтобы что? Насколько я понимаю, мисс Грейнджер уже приводят в порядок. И виновник нападения уже пойман, хотя Альбус по какой-то нелепой причине наверняка попытается всё замять. Для чего там нужны вы, мистер Поттер?

– Гермионе может понадобиться моя поддержка.

– Безусловно, но не сию же минуту. Круциатус – не заклятье оглушения, прямо сейчас ей нужно восстановиться. Поэтому, почти наверняка, она спит. – степенно вмешался Орион. – Я думаю, вам действительно лучше сосредоточиться на уничтожении Тёмного лорда. Это будет гораздо лучшей помощью, чем просто ваше присутствие в Больничном крыле.

– А если так уж беспокойтесь, напишите ей письмо. И отправьте цветов. – пришла на помощь мужу Вальбурга и щелкнула веером. – Разумеется, решение принимать вам. Но помните, что в таких вещах нельзя руководствоваться исключительно эмоциями. Подумайте, где ваше присутствие будет полезнее.

– В замке Слизерина. – после секундной паузы глубоко вздохнул Гарри – Без змееуста Сириус с остальными может не справиться.

– Неужели. – сухо похлопал в ладоши Финеас Найджелус Блэк. – А теперь, когда разум восторжествовал над чувствами, будьте любезны начать готовиться. Вылазка предстоит серьёзная. Вам придётся выложиться на полную, мистер Поттер.

– Я это сделаю.

***

– Даже не знаю, то ли поздравить вас с феноменальным везением, то ли посочувствовать. – подвела итог Амелия Боунс, поставив точку в протоколе. – Вы в очередной раз выбрались из очень крупных неприятностей и сохранили рассудок. Со своей стороны могу вас заверить, что нападение не останется без внимания. Но, чтобы дать ход делу, вам нужно будет выдвинуть обвинение против мистера Маклаггена. И позже дать показания в суде. У вас есть адвокат?

– Нет. – устало ответила Гермиона. – Я могу… Подумать над всем этим? Не уверена, что было бы правильно принимать решение прямо сейчас.

– Безусловно. Вам нужно оправиться. – скатала пергамент Амелия Боунс, поднимаясь с места. – Я напишу вам через некоторое время, обсудим всё ещё раз, как только вы будете чувствовать себя лучше. И адвоката, если что, Министерство предоставит бесплатно. Отдыхайте.

– Спасибо. – слабо улыбнулась Гермиона. Амелия Боунс кивнула и вышла. Малфой вернулся в палату.

Их показания и воспоминания брали отдельно. И это заняло довольно много времени, миновал полдень. Косые лучи солнца пробивались в окно, на безмятежном голубом небе не было ни облачка. Со стороны и не скажешь, что в такой день могло произойти что-то страшное.

– Тебе получше? – осведомился Малфой, занимая опустевший стул.

– Теперь ты будешь меня допрашивать? – отшутилась Гермиона. – Я в порядке. Насколько это возможно, конечно. Зелья помогли. Мадам Боунс сказала, что займётся делом, но нужно выдвинуть обвинение.

– Я буду свидетелем. – кивнул Малфой. Через минуту нахмурился и как-то слишком пристально посмотрел на Гермиону. – Ты ведь сделаешь это, так? Нельзя закрывать глаза на подобное.

– Не знаю. – честно сказала Гермиона, чувствуя себя жутко неудобно. – Выдвигать обвинение человеку, на которого наложили Империо тоже не очень-то… В смысле, он ведь не контролировал себя.

– И что теперь? Ты просто примешь очередной Круциатус, как норму? – раздражённо уточнил Малфой. Гермиона ничего не ответила. – Пойми правильно, Грейнджер. То, что он был под заклятьем, не отменяет того, что ты едва не лишилась рассудка. Снова. По крайней мере, когда ты дашь ход делу, авроры начнут разбираться в ситуации. И возможно тогда найдут того, кто на тебя покушается. Чужими руками.

– Но Кормак…

– Виноват. И не вздумай спорить. Как он из этой ситуации выпутается, заплатив залог или попав в Азкабан, не твоя забота. – Гермиона поджала губы. Малфой глубоко вздохнул. – Когда ты поймёшь наконец? Справедливости не существует. В наших силах только не позволять другим обращаться с нами неприемлемо. А то, что произошло с тобой – неприемлемо.

– Как ты меня нашёл? Это ведь ты спас меня. – переключилась Гермиона, когда поняла, что не может придумать достойного аргумента. – Я помню только нападение и как очнулась в Больничном крыле.

– Спас… Громко сказано. – скривил губы Малфой, но на вопрос ответил. – Я был в библиотеке. Услышал шум, потом твой крик. Когда понял, что происходит, оглушил и сковал Маклаггена. Отнёс тебя в Больничное крыло. Панси была на дежурстве. Она разбудила мадам Помфри и… В общём, вот и всё.

– Спасибо. – прикрыла глаза Гермиона. – Кто знает, чем бы всё кончилось, если бы…

– Не будем об этом. – прервал её Малфой. Из кабинета вышла мадам Помфри с огромным букетом синих роз и конвертом. Цветы она поставила в вазу на тумбочке, конверт вручила Гермионе.

– Это от мистера Поттера. Вероятно, он навестит вас позже.

– Спасибо. – покраснела Гермиона. Взмахом палочки открыла конверт, тут же углубляясь в чтение. Мадам Помфри молча скрылась в своём кабинете. – У Гарри всё в порядке. И… Он тоже пишет, что я должна написать заявление в полицию!

– Два один не в твою пользу, Грейнджер. – расхохотался Малфой. Гермиона недовольно посмотрела на него. Дочитала письмо и убрала конверт под подушку. – Гарри прав. Тебе действительно стоит заняться своей защитой. Хотя бы потому, что с тобой так нельзя. И ни с кем другим тоже, в общем-то.

– Расскажи мне об экзаменах. Как всё прошло? Тёмную магию сдали все, кроме меня?

– Ну, результатов ещё нет. – успокоился Малфой. – Но думаю, проходной балл набрали многие. Мы сдавали все вместе, не считая практики с инферналом. Дядя даже на факультеты не стал никого делить. Просто расширил пространство, велел всем работать.

– И как ты сдал? Много было заклятий? – если бы были силы, Гермиона бы, конечно, поддалась вперёд от нетерпения. Она очень жалела, что пропустила последний день.

– Все, что мы изучали в этом году. Полагаю, я справился. Даже немного удержал контроль над инферналом. Хотя было жутко.

– Здорово. – с долей зависти в голосе озвучила Гермиона. Малфой ухмыльнулся. – Ты возьмёшь Защиту в следующем году?

– Вероятно. Я ещё думаю. Для меня это вряд ли будет профильной дисциплиной. Разве что для общего развития. А что?

– Да я просто не знаю. – отвела глаза Гермиона. – Я бы, честно говоря, взяла всё. Но профессор Макгонагалл со мной не согласна. Говорит, что нагрузка будет слишком большой.

– И она права. Лучше всего отталкиваться от того, чем ты планируешь заниматься дальше и не расходовать время даром. Ты уже определилась?

– Ну… – Гермиона снова почувствовала, что краснеет под пристальным взглядом Малфоя.