Текст книги "Компаньон (СИ)"

Автор книги: Garret Hawke Amell

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 71 страниц)

Белый том. 22. На арене Хогвартса

Одна-одна тысяча, две-одна тысяча, три-одна тысяча… Приходится бежать так, как я не бегал никогда в жизни. Наверное, исключением можно считать разве что встречу с василиском. Наконец, до моего слуха доносится рассекающий воздух свист. На метлу я запрыгиваю уже на бегу, сразу уводя её свечой наверх. Вслед несется столб пламени, но я уворачиваюсь.

Липкое чувство страха осталось позади, стоило только оказаться в воздухе. Дракон… А что дракон? Допустим, дракон – это особенно противная квиддичная команда, у которой мне нужно украсть огромный снитч. Яйцо как раз ярко-золотого цвета, оно отлично выделяется из кладки. Но мне снова приходится уворачиваться от столба пламени, а потом от хвоста.

Странно чешется плечо: кажется, дракон меня всё-таки задел. На шум трибун и комментарии Бэгмена я уже не обращаю внимание. Горло холодит зелье, когда внезапно у меня в голове будто щелкает необходимый тумблер. Вспомнился первый курс и черное, как ночь пламя… Собственно, а почему бы и нет?

Дальше я раздумываю не слишком долго. Правда, приходится зажмуриться и лететь почти вслепую. Жар пламени касается кожи пока без всякого вреда. Но огонь помимо прочего служит мне отличным прикрытием. Достаточным, чтобы поднырнуть под лапы дракона и схватить увесистое яйцо. Оно намного тяжелее, чем я ожидал, так что удержать его одной рукой довольно сложно. Но тем не менее, турнир – это же шоу? Так зачем лишать удовольствия зрителей? Я сделал круг над ареной, краем глаза успев увидеть драконологов, которые пытались успокоить взбесившуюся хвосторогу. Слава богу, это больше не моя забота. Ладно, пора заканчивать. Вроде бы чемпионов уводили в другую палатку?

Тем временем на трибунах будто бы громче включили звук. Раздался такой рев, что он, пожалуй, не уступал бы и драконьему: у меня буквально заложило уши. Возле палатки я спрыгиваю с метлы, чувствуя, как почему-то немного ломит всё тело. Мадам Помфри очень рассерженно проводит меня внутрь, и так быстро взмахивает волшебной палочкой, что я толком не успеваю даже разглядеть её руку.

– Дементоры, драконы! Помяните моё слово, всё это плохо закончится! – недовольно бурчала себе под нос колдомедик, впихнув мне колбочку с успокоительным зельем. – Что вы выпили, мистер Поттер? – спохватилась она, отобрав флакон раньше, чем я успел его опустошить. – Вы ведь пользовались зельем для прохождения испытания?

– Я выпил несколько флаконов «Ледяного зелья», мэм – честно ответил я. Колдомедик ещё несколько раз недоверчиво взмахнула надо мной палочкой и чему-то кивнула.

– Что ж, очень хорошо, мистер Поттер. Тогда в ближайшие часы других зелий вам принимать не стоит. Если что-то понадобится, зайдите в Больничное крыло вечером. У этого зелья есть побочные эффекты.

– Какие? – тут же поинтересовался я.

– Тошнота, головокружение, упадок сил… – начала перечислять мадам Помфри. – Каждый реагирует по-разному, но главное: если почувствуете себя плохо, не ждите пока пройдет само. Ясно, мистер Поттер?

– Да, мэм. Большое спасибо. – улыбнулся я. Колдомедик тут же отошла от меня к Седрику, у которого все лицо было измазано чем-то зеленым. Заметив мой взгляд, он натянуто улыбнулся.

– Ты хорошо придумал. С метлой. – сказал у меня за спиной незнакомый голос. – Извини, я не хотел напугать.

– Ничего. Спасибо. – улыбнулся я, поднимаясь и протягивая руку. – Я не планировал участвовать. Но приятно услышать похвалу, особенно от тебя. Я видел тебя в финале, ты просто неудержим в воздухе.

– Но мы все равно проиграли. – хмыкнул Крам, крепко пожав мою ладонь. – Не думал насчет карьеры профессионального ловца?

– Не было времени – честно признался я. – Думаешь, стоит?

– У тебя бы вышло. Просто подумай. – пожал плечами Крам. И ссутулившись, направился к только что вошедшему Каркарову. Флер в палатке уже нигде не было.

– Выздоравливай, Седрик. – пожелал я. И тут же столкнулся на выходе с налетевшей на меня Гермионой.

– Гарри! Ты просто молодец! – воскликнула Гермиона и буквально повисла у меня на шее. В такие моменты мне каждый раз становится по особенному неловко.

– Я чуть не умерла от страха, пока наблюдала за тобой – быстро затараторила Гермиона, наконец, разомкнув объятья.

– Да уж… Нужно быть совсем чокнутым, чтобы в подобном участвовать. Прости меня, Гарри. – нервно улыбнулся Рон.

Всё это время он стоял на небольшом расстоянии от меня и Гермионы, будто и сам не зная, что он здесь делает. Я смотрел на него и понимал, что не чувствую… Ничего. Вся моя злость и разочарование будто остались за какой-то чертой в прошлом. Уж точно до встречи с драконом.

– Дошло, наконец. – резюмировал я, понимая, что нужно хотя бы что-то сказать. Пауза начала затягиваться. Гермиона кашлянула.

– Может, пойдем? Скоро объявят оценки.

Я пожал плечами и направился к судейской ложе. Не то чтобы меня сейчас очень волнуют оценки. Хотя будет, наверно, обидно, если, несмотря на все старания, я окажусь на последнем месте. Единственное, что я сейчас могу сказать точно, так это то, что я очень устал. Ещё нужно не забыть вернуть футляр и флаконы Малфою. И поблагодарить его за помощь.

***

Весь разговор с Малфоем очень четко отпечатался у меня в памяти, несмотря на количество выпитого алкоголя. Единственное, чего я совершенно не помню: как именно я вернулся в Гриффиндорскую башню? Голова немного гудит, да и вообще у меня ощущение, что желудок сжимает огромный кулак. Но к мадам Помфри я не пойду, чтобы избежать лишних вопросов.

Рону тоже было плохо, как и соседям по спальне. Хотя… Нет, по сравнению с ними, я чувствую себя просто отлично. Малодушно сбежав из спальни и гостиной, я отправился в совятню. Зачем? Мерлин его знает. Но завтракать я точно не хочу, а написать о первом испытании Сириусу всё равно нужно. Да и расспросить о родстве в магическом мире тоже. Как бы я ни отмахивался, это почему-то для меня важно. Подтвердить, что Малфой сказал мне правду. Что я буду делать с этой правдой – вопрос совершенно другой.

К моему удивлению пропустить завтрак решился не только я.

– Ой – вздрогнула Падма, резко обернувшись. – Прости, я не слышала, как ты пришел.

– Это ты меня прости. Я не хотел напугать. – нервно улыбаюсь. Рука сама тянется к затылку. – Решила отправить письмо?

Это определенно самый дурацкий вопрос, какой можно только задать, будучи в совятне. Но ничего умнее мне в голову просто не пришло. К счастью, Падма не стала надо мной смеяться, снова обратив внимание на сову, к лапке которой она привязывала небольшой сверток.

– У папы день рождения сегодня. – ответила она, грустно улыбнувшись. – С тех пор, как мы с сестрой поступили в Хогвартс, большинство семейных праздников проходит раздельно, так что… Я стараюсь быть оригинальна хотя бы в подарках.

– Это здорово. Ты молодец. – отозвался я и добавил – Уверен, он был бы рад даже просто письму. Наверное, ему тоже непривычно и одиноко, что вы большую часть года проводите в замке.

Почему-то я подумал о Сириусе. Где он сейчас? Всё ещё в Хогсмиде или нашел себе более безопасное место? Наверное, будь у меня нормальная жизнь, я тоже мог бы вот так писать домой. Конечно, при условии, если бы Сириуса не посадили. Не было бы никаких Дурслей. Но разве есть смысл об этом думать теперь?

– Прости, это было бестактно с моей стороны. – обеспокоенно отметила Падма, почему-то погладив меня по руке. Я и сам не заметил, как подошел ближе. Серая, неприметная сова со свертком уже успела стать маленькой черной точкой на небе. – Ты очень хорошо вчера выступил. Очень храбро.

– Знаешь, я не уверен, что справился бы, если бы мне не помогали… – усмехнулся я, постаравшись встряхнуться. – Да и вообще во многих ситуациях мне просто везет, если честно. Я на самом деле не такой уж особенный.

– Не скажи. – не согласилась со мной она. – Я бы умерла от страха, если бы кто-то заставил меня выйти против дракона один на один. А ты вышел. И блестяще справился. Так что у тебя есть повод собой гордиться.

– Спасибо. – улыбнулся я, чувствуя, что краснею. Спорить мне резко расхотелось. Да и если честно, мне приятно, что она считает меня смелым.

– Пожалуйста. – улыбнулась она в ответ, а потом вдруг покраснела. Я осознал, что всё ещё держу её за руку. Пришлось поспешно убрать ладонь. Чтобы сгладить неловкость я сделал вид, что ищу пергамент в своем рюкзаке. – Ну, ладно… Не буду тебе мешать. Поздравляю с прохождением первого испытания, Гарри.

– А можно мне спросить твоего совета? – вдруг осенило меня, Падма удивленно остановилась в проеме и вопросительно наклонила голову.

– Конечно, по какому поводу?

– Ну… Допустим, взять вас с сестрой. Вы же близкие родственники, так? – начинаю отдаленно я. Очень хочется хлопнуть себя по лбу, но я сдерживаюсь. Да и Падма сохраняет серьезность. – Но вы учитесь на разных факультетах. Так вот, что если Парвати поступила не на Гриффиндор, а… Ну в общем, на другой факультет?

– Не понимаю сути вопроса. – призналась Падма, немного нахмурившись. – Ты имеешь ввиду, не стала бы я относиться к ней хуже или что? Будь она на Слизерине?

– Глупый вопрос, да? – вздохнул я. – Прости, наверно, я всё ещё чего-то не понимаю в волшебном мире, просто..... – я пожал плечами.

– Знаешь, Гарри, я, конечно, своё мнение не навязываю, но после процедуры распределения профессор Флитвик сказал нам очень мудрую вещь. – Падма задумчиво сложила руки на груди. – Он сказал, что в стенах Хогвартса мы закладываем фундамент своей будущей взрослой жизни. И насколько он будет крепким, этот фундамент, зависит только от нас самих. Понимаешь? – что-то прочитав на моем лице, Падма вздохнула. – Факультеты, баллы, отработки, эссе – всё это очень быстро закончится, вот в чем дело. И неправильно делать выводы о человеке просто потому, что у вас галстуки разных цветов. Поэтому, даже если бы Парвати поступила на Слизерин, она всё равно остается моей сестрой. И уж точно окажись она на Хаффлпафе, я бы не посчитала её глупой. Не суди людей по ярлыкам, которые вешает на них общество. Вот тебе мой совет. Надеюсь, это поможет.

– Да… Большое спасибо. – искренне улыбнулся я.

Падма улыбнулась в ответ и вышла из совятни. Сейчас мне стало гораздо легче, чем в самом начале разговора. Уже дописывая письмо Сириусу, я понял, что так и не успел пригласить её в Хогсмид. Амбарная сова возмущенно ухнула и перелетела на место повыше, когда я громко хлопнул себя по лбу.

***

Перечитывая «Полеты с Пушками», я отвлекался от реальности. В этот момент для меня не существовало ни шума гостиной, ни тревожных мыслей в виде Турнира. Но когда надо мной нависли две тени, я вздохнул. Отвлечься мне определенно не дадут. Да и у Гермионы такой вид, будто она готова по меньшей мере закатить мне лекцию. Ну, что ж…

– Ты нас избегаешь, приятель – кашлянул Рон.

– Ну и что? – я звучно захлопнул книгу – Может же у меня быть немного личного пространства?

– Гарри, нам нужно с тобой поговорить. – вмешалась Гермиона раньше, чем Рон успел вставить хотя бы ещё одно слово.

– Хорошо. – согласился я.

Рон с Гермионой сели на диван и переглянулись, когда я взмахнул палочкой. Этому заклятью меня между делом научил Малфой. Слабенькие чары для отвода глаз. Но почему-то мои лучшие друзья смотрели сейчас на меня так, будто у меня по меньшей мере внезапно выросли рога.

– В общем, Гарри, я сегодня говорила с Малфоем… – начала Гермиона, я подавил желание хлопнуть себя по лбу. Рон подозрительно нахмурился.

Содержание разговора получалось странное. Сначала Гермиона в прямом смысле наехала на Малфоя, но это бы можно было оправдать просто дружеским беспокойством, а потом и так не слишком крепкие нервы Драко не выдержали, и он наговорил ей гадостей. Честно говоря, я этому даже не удивлен. Драко очень щепетильно относится к своему личному пространству, а когда на него насела Гермиона, дело просто не могло закончиться хорошо.

– Теперь ты видишь, Гарри? – уточнил с надеждой Рон, выдергивая меня из моих мыслей.

– Вижу что? – переспросил я.

– Этот скользкий хорек что-то задумал! Он явно не зря с тобой начал общаться в самом начале года! Может, это именно он подкинул твоё имя в Кубок огня! – Рон говорил очень экспрессивно, размахивая руками, явно убежденный в своей правоте.

– Поправьте меня, если я ошибаюсь… Сначала Драко не пожелал отвечать на вопросы Гермионы, потом он по вполне понятной причине вышел из себя, и из этого вы оба сделали вывод, что он просто надо мной издевается? – как ни стараясь, не могу подавить сарказм в голосе. Но сколько можно возвращаться раз за разом к одной и той же теме?

– Мы всего лишь хотим, чтобы ты был осторожнее, Гарри. – прикусила губу Гермиона.

– Хорошо. Я вас услышал. – устало согласился я.

– Наконец-то! Ты больше не будешь общаться с этим хорьком, так ведь? – обрадовался Рон.

– Буду. Просто при этом стану ещё осторожнее. Это всё? – я убрал книгу в рюкзак и отменил чары. – Хватит, Гермиона. Я не маленький мальчик, чтобы всюду водить меня за руку. И сам разберусь, как мне относиться к людям. На этом всё.

– Да что такого сделал Малфой, что ты его так защищаешь?! – громко воскликнул Рон. Судя по тому, что на нас начали оборачиваться, чары окончательно развеялись.

– Он спас мне жизнь, Рон, раз уж тебе интересно. – холодно заметил я. – И впредь о Малфое говорите с Малфоем. Пойду прогуляюсь.

Гостиную я покидал в полной тишине и с испорченным настроением. Почему Рон и Гермиона не могут понять? Всё изменилось. Малфой больше мне не враг. И если бы не его поддержка в самом начале года и помощь в первом испытании… Я нервно ладонью провел по затылку. С самого детства мне никому и никогда не приходилось отчитываться в своих решениях. И кажется, я по этим временам начинаю скучать.

***

– Не следует бродить в такое время по коридорам, юноша. – пожурил меня потрет на противоположной стене. Это был странный человек, с неуловимо знакомыми чертами лица. Чем-то он, пожалуй, даже напоминает Сириуса. Или у меня уже начались галлюцинации.

– Но вы же здесь. – всё-таки отзываюсь я, поправляя мантию-невидимку на плечах. Можно было просто не отвечать и пройти мимо, но… Почему бы не поговорить? Что мне сделает портрет? Филча позовет?

– Меня не существует. А у вас какое оправдание? – остро оскалился мужчина. Стоило ему улыбнуться, как морщины на его лице стали ещё заметнее.

– Пожалуй, никакого – пожал я плечами и уселся на постамент доспехов. – Но мне нравится бродить по ночам. Ночью веришь, что всё ещё возможно.

– Необычные мысли для вашего возраста. – протянул мужчина, сложив руки в замок и потирая друг о друга подушечки пальцев. – Может быть, вам нужен совет?

– Вряд ли вы в состоянии мне помочь, сэр. Но спасибо. – вздохнул я.

– Вы этого не узнаете, пока не попробуете – резонно заметил мужчина. – Итак?

– Я не знаю. Весь этот год какой-то неправильный. Мне приходится участвовать в смертельно опасном турнире, друзья не устают учить меня жизни, а одного из моих близких в любой момент могут выпить дементоры. Я действительно не знаю, что или кто мне может помочь.

Мужчина на потрете какое-то время помолчал, потом разгладил короткую черную бородку с проседью и вздохнул.

– Вот что я вам скажу, юноша… Попробуйте послушать волшебника, который пережил долгую и насыщенную жизнь. Не тратьте время на размышления. И действуйте по ситуации. Разве раньше вам не помогал такой способ решения проблем?

– Может быть. – уклончиво ответил я. – Но будет ли правильно так действовать сейчас? И что мне делать с друзьями?

– Если они действительно ваши друзья, они примут вас таким, какой вы есть. А если нет… Вы совсем ещё юны. И у вас впереди будут долгие годы, чтобы найти себе более искренних соратников. Да и разве это та проблема, которой стоит заниматься сейчас? А как же ваш близкий человек, которому угрожает опасность?

– Я не уверен, что смогу ему помочь – покачал головой я.

– Много лет назад мой пра-пра-прадед стал свидетелем казни собственной семьи. Ему было не больше, чем вам. Его мать, отца и младшую сестренку повесили на городской площади. Бедная девочка задохнулась, так и не сломав шею. Он стоял в толпе. В магических наручниках и под прицелом чужих волшебных палочек. Знаете, что произошло потом? – медленно проговорил мужчина на портрете и немного наклонился вперед, прищурившись. – Не прошло и пяти лет, как от палача, судьи и стражников, причастных к этому делу не осталось даже упоминания в истории. Не считая наших семейных хроник.

– Боюсь, этот способ решения проблемы мне не подойдет. – покачал головой я, содрогнувшись.

– Так придумайте другой. – хмыкнул мужчина, снова откинувшись назад в нарисованном кресле. – Вопрос в том, будете ли вы действовать. Или бездействовать. И то, и другое будет иметь последствия.

Ответить я не успел. В конце коридора раздалось тревожное мяуканье и шаркающие шаги. Я быстро накинул мантию на голову и нырнул в ближайший чулан, потеснив швабры и ведра.

– Что здесь произошло? Я слышал голоса! – нервный, дребезжащий голос Филча невозможно перепутать ни с чьим другим.

– Прошу прощения. Я говорил во сне. – ехидно отозвался мужчина с портрета.

– Во сне? Зачем кому-то говорить во сне? – в узкую щель я увидел полоску света. Филч, видимо, осматривал коридор, подсвечивая себе лампой.

– Старость. – вздохнул мужчина с портрета. – Это, знаете ли, ждет каждого из нас. Я буду благодарен, если вы дадите мне возможность досмотреть мой сон.

Раздались шаркающие шаги, перебиваемые недовольным бормотанием Филча и мяуканьем кошки. Когда всё стихло, я подождал несколько минут, прежде чем тихо выбраться из чулана. Но портрет моего недавнего собеседника оказался пустым. Остальные спали, слегка похрапывая. Или делали вид, что спят. На цыпочках я направился в Гриффиндорскую башню. Нужно выспаться. Утром написать эссе. И придумать что-нибудь для Сириуса.

Белый том. 23. Самое шумное рождество

Все с этим балом словно с ума посходили! И самое жуткое, что предсказание Малфоя действительно начало сбываться: меня начали приглашать другие девочки. Причем, о большей их части я не знал ничего, даже имени. Но в чем-то Фред с Джорджем были правы, если я что-нибудь не придумаю, то буду единственным чемпионом без пары. А это полный абсурд, учитывая, сколько мне пришлось готовиться к балу.

– О чем думаешь, приятель? – отвлек меня Рон.

– Думаю, кого пригласить на бал. – ответил я, вместо завтрака оглядывая зал.

– Точно. – помрачнел Рон – Жаль, Гермиона отказалась. Похоже, ей проще не пойти вообще, чем согласиться пойти с кем-нибудь из нас.

– Она сказала, что её пригласили. – напомнил я. Взглядом я невольно останавливаюсь на столе Райвенкло. Раньше я бы точно пригласил Чжоу, а сейчас… Сейчас по школе ходят слухи, что она встречается с Седриком. Да и я пару раз видел их вместе, так что пытаться не буду. Флер Делакур… Нет, определенно нет. Она наверняка мне откажет.

– Брось, Гарри, и ты этому веришь? – от возмущения Рон особенно свирепо воткнул вилку в омлет. – Она так сказала просто чтобы придумать причину для отказа, вот и всё. На самом деле её никто не приглашал.

– Это немного грубо. – вмешался Невилл, перелистнув страницу газеты. – Но вам действительно лучше кого-нибудь пригласить.

– А ты с кем идешь? – полюбопытствовал я.

– С Джинни – просто ответил Невилл.

– Почему это?! – подавился Рон.

– Что почему? – не понял Невилл.

– Почему ты идешь с Джинни? – требовательно переспросил Рон. Невилл немного отодвинулся, отгораживаясь газетой.

– Потому что я пригласил её, а ей все равно хотелось пойти на бал. Что-то не так? – Невилл выглядел удивленным. Ещё у него в глазах мелькнуло какое-то непонятное выражение, которое я просто не успел распознать.

– Нет, ничего – мрачно отозвался Рон и сделал большой глоток тыквенного сока.

– Я отойду… – решился я, когда взглядом в третий раз остановился на Падме. Решено: если она мне откажет, соглашусь пойти с любой, кто пригласит меня следующей. А если не пригласят, тогда… Тогда у меня есть повод заглянуть к Плаксе Миртл. Я усмехнулся этой мысли и ускорил шаг.

– Удачи. – пожелал Невилл, проследив за моим взглядом и углубившись в чтение газеты.

– Спасибо – нервно улыбнулся я.

Нагнать Падму труда не составит. Но ещё одна проблема состоит в том, что после того, как профессор Макгонагалл объявила о бале, девочки внезапно перестали ходить по одиночке. И любое приглашение теперь сопровождается любопытными взглядами и совершенно непонятным хихиканьем. Наверное, никто из них не думает о том, что приглашать кого-то в такой обстановке очень неловко. К счастью, у меня есть выход из положения.

Совместный урок Чар с Райвенкло стоял вторым по расписанию. Как мне её пригласить, вот в чем вопрос? Догадка пришла настолько неожиданно, что я едва не рассмеялся от облегчения. Пока Рон пытался что-то найти в учебнике, я вырвал из ежедневника листок и постарался максимально емко выразить свои мысли. Потом, поддавшись вдохновению, я аккуратно сложил из бумаги журавлика и обернулся. Падма сидела почти на последней парте и что-то сосредоточенно конспектировала.

– Вингардиум Левиоса. – прошептала справа от меня Гермиона.

– Что? – вздрогнул я.

– Заклинание, Гарри – закатила глаза она. – Отправь его заклинанием.

– Спасибо – нервно улыбнулся я, хотя мне очень захотелось хлопнуть себя по лбу. И как я только не додумался?

– О чем это вы? – подозрительно уточнил Рон, переводя взгляд с меня на Гермиону. Гермиона только покачала головой и улыбнулась, вернув внимание своему конспекту.

Я тихо прошептал заклинание и приземлил журавлика прямо перед Падмой, тут же отвернувшись. И вспомнил, что даже не записал тему урока. Сосредотачиваться сегодня у меня выходит из рук вон плохо. Когда прозвенел колокол, все начали собираться. Рон что-то нудел над ухом об огромном домашнем задании, но я его сейчас не слушал. Падма что-то сказала своей соседке по парте и направилась ко мне.

– А… – начал я. И захлопнул рот, так и не придумав, что нужно сказать. Рука автоматически потянулась к затылку.

– Хорошо – улыбнулась Падма. – Я согласна.

– О… Отлично – улыбнулся я и зачем-то добавил – Спасибо тебе.

Падма хихикнула и вместе со всеми начала выходить из класса. Автоматически провожаю её взглядом, прежде чем начать собирать свой рюкзак.

– Что это было? – озадаченно переспросил Рон.

– Гарри только что нашел себе пару на бал. – ответила Гермиона и улыбнулась – Ты молодец, ей явно понравилась твоя записка.

– Записка? Ты просто написал записку? – вид у Рона настолько ошарашенный, словно он не думал, что такое возможно. С другой стороны, мне тоже пришло это в голову всего пару минут назад. Так что я просто пожимаю плечами.

– Ну, да. Попробуй кого-нибудь пригласить. – посоветовал я и следом за Гермионой пошел на обед. Остаток дня настроение у меня было просто отличным.

***

Я не знал, что Рон так быстро и так необдуманно последует моему совету. Но он это сделал. И выбрал для проявления своей смелости не кого-нибудь, а Флер Делакур. Я ничего не имею против Флер, да и Рон прекрасный человек, но представить их вместе у меня попросту не выходит. Как и просто представить, чтобы чемпионка Шармбаттона пошла на бал с кем-то с четвертого курса. Отчасти по этой причине я её и не пригласил.

Но Рону все разумные доводы были просто неинтересны. Сейчас в гостиной он выглядит так, словно на этом приглашении по меньшей мере закончилась вся жизнь. И мне его… Жаль? Да, пожалуй, это правильное слово. Но одной жалостью тут не поможешь. Поэтому, наткнувшись взглядом на Парвати, я направился следом за ней к выходу из гостиной.

– Парвати, подожди, можно тебя на минуту?

– Да? – удивилась она, оглянувшись.

– В общем… – я задумался и почесал затылок. Вот и что мне нужно сказать? – Ты ни с кем случайно не идешь на бал?

– Ты же пригласил Падму – ещё больше удивилась Парвати, нахмурившись.

– Нет-нет-нет, с этим всё в порядке, просто… – я вздохнул и сцепил руки в замок за спиной – В общем, ты не против пойти с Роном? Пожалуйста. Бал уже через несколько дней, а ему очень важно, чтобы с ним кто-то пошел.

– Если это важно для Рона, почему со мной говоришь ты, а не он? – Парвати приподняла брови.

– Ты видела, в каком он состоянии? – вопросом на вопрос ответил я и вздохнул. – Впрочем, ты не обязана идти с ним, если не хочешь. Или если тебя уже пригласили. Я понимаю. Я просто хотел ему помочь.

– Ладно, Гарри. – Парвати почему-то улыбнулась. – Рону с тобой повезло. Надеюсь, что с Падмой ты будешь не менее деликатен.

– Конечно! – поспешил заверить я, потом пережил очередной приступ хихиканья и спросил – Кстати, ты не могла бы мне подсказать, что подарить твоей сестре? Только ей не говори.

– Оу… – Парвати посмотрела на меня как-то иначе и хмыкнула. – Не могла бы. Придумай что-нибудь сам. Или сделай подарок своими руками. Она это оценит.

– Спасибо. – облегченно улыбнулся я и вернулся в гостиную. Своими руками… Что ж, есть у меня один вариант. – Выше нос, Рон. Ты не пойдешь на бал один.

– Неужели? – скептически уточнил Рон. – Ты издеваешься?

– Нет. Я только что говорил с Парвати. И она согласилась с тобой пойти. Так что лучше готовься к балу. – я похлопал его по плечу и начал подниматься в спальню. Нужно сделать Падме подарок до бала… Там же его и вручу.

***

– Тебе очень идет. – отметил я, рассматривая мантию, скрывающую длинное платье и золотые ленты, которые слегка взлетали при каждом её движении.

– Спасибо – улыбнулась она. Вести в танце было немного непривычно, я нервно улыбнулся и прошептал, наклонившись ближе.

– Извини меня, если я двигаюсь так, словно мне тролль наступил на обе ноги.

– Вовсе нет – хихикнула Падма – Для того, кто не умеет танцевать, ты справляешься вполне прилично. Впрочем, глядя на то, как ты летаешь, у тебя точно не должно быть проблем с координацией.

– Спасибо – вздохнул я. – На самом деле, мне и в этом помогли. Я о танцах. Летать было намного проще, там я просто..... Чувствую? Наверное, так. Этому не надо учиться.

– Я понимаю, о чем ты. – улыбнулась она – Никогда не забуду, как папа впервые посадил меня на метлу. Правда, сейчас он недоволен, когда я летаю дома… Я купила себе Нимбус 2001 в прошлом году. Папа уверен, что однажды я сверну себе шею.

– Почему я никогда не видел, как ты летаешь? – изумился я. Падма хмыкнула.

– Я не играю в квиддич. А так летаю, когда на поле совсем никого нет… Правда, в последнее время его часто занимал ты, и я не хотела мешать.

– Глупости. Поле принадлежит всем. – ответил я, когда музыка замолкла и взял её за руку. К столикам Падма повела меня сама. Подумав, я предложил – Может, полетаем как-нибудь вместе? Я никогда не летал на Нимбусе 2001. А ты сможешь взять Молнию.

– Ты серьезно? – от удивления Падма даже остановилась.

– Абсолютно. – я улыбнулся. – Если хочешь, конечно.

– Было бы здорово. – Падма улыбнулась в ответ, но теперь рассматривала меня с каким-то… Удивлением? Надеюсь, я всё делаю правильно.

Когда на сцену вышли «Ведуньи», я застопорился. Но Падма вдруг засмеялась и уверенно потянула меня в круг танцующих. Это было… Необычно. Существенно отличалось от вальса, который я тренировал всё это время. Впрочем, мысли о том, насколько я выгляжу глупо, я отбросил достаточно быстро. Внезапно меня охватила полная эйфория прямо как во время полета на метле. Танцевали мы долго, потом нашли уединенный столик. Раскладывая на коленях салфетку, я вспомнил о содержимом своего кармана и задумался.

– Послушай, ты не против выйти в сад после еды? Погуляем, посмотрим украшения, потом вернемся и продолжим танцевать, если захочешь.

– Конечно – тут же согласилась Падма, вопросительно на меня посмотрев. И назвала рагу с овощами. Оно тут же появилось на тарелке. – Интересная идея, как ты считаешь? С меню.

– Да, для праздника в самый раз -согласился я, выбрав себе стейк с картошкой. – Но ежедневно вряд ли бы подошло, ведь еда по сути каждый день одна и та же, не считая праздничных пиров.

– Думаю, это сделано отчасти и для гостей, хотя кое-кто вечно всем недоволен… – на этих словах она внимательно посмотрела на Флер Делакур, которая продолжала критиковать украшения зала.

– Да ладно. Может, просто не обращать внимания? – предложил я. Падма улыбнулась и отвлеклась на еду.

Сад действительно выглядел волшебно. И так же, как и зал был украшен различными скульптурами. Я заметил кентавра, а совсем неподалеку самый настоящий фонтан с упряжкой Санта-Клауса. Забавно. Хогвартс как будто на минуту стал средоточием всех культур сразу. Кусты вокруг скульптур светились разными цветами, но сам свет при этом был очень мягкий и не слишком резал взгляд. Падма с интересом осматривалась, хихикнув над скульптурой эльфа и волшебника, вышагивающих рука об руку.

– У волшебника такое несчастное выражение.

– Да, правда… – улыбнулся я, проследив взглядом за движением золотой ленты, когда Падма поправляла волосы. – Послушай, я хотел тебе кое-что подарить.

– Ты вовсе не должен…– начала она.

– Я знаю, но я хочу. Можно? – дождавшись кивка, вынимаю конверт из собственного кармана, перевязанный красной подарочной лентой. – Прости, не было времени подумать над упаковкой.

– Можно открыть? – у Падмы так заблестели глаза, что я залюбовался и просто кивнул. Сердце от волнения колотилось где-то в горле. Я потер затылок, пытаясь отогнать нервозность.Конверт она раскрывала медленно. На ладонь выпала фигурка совы, и тут же ухнула, как будто ожив.

– Это потрясающе, Гарри! Как ты это сделал? – восхитилась Падма. Сова с янтарными глазами раскрыла бумажные крылья и приземлилась ей на плечо, важно приосанившись.

– Ерунда… Немного чар, немного трансфигурации. – смущенно сказал я. – Мне вдруг пришло в голову, а что будет, если совместить… Ну и вот. Чары будут держаться, пока ты держишь сову рядом. А так ее можно использовать, как закладку, например. Тебе правда нравится?

– Шутишь? Я никогда такого не видела – улыбнулась она, кончиком пальца погладив ухнувшую сову. Внезапно Падма смутилась и нервно улыбнулась – Только мне теперь неловко, что у меня для тебя совсем ничего нет, поэтому… Гарри, закрой глаза?

– Зачем? – спросил я, но глаза закрыл. И в следующую минуту выпал из реальности, почувствовав мимолетный поцелуй.

– Открывай. – смущенно, судя по голосу, сказала Падма. Когда я открыл глаза, она с преувеличенной сосредоточенностью рассматривала ближайшую скульптуру, упорно не смотря на меня.

– Может, мы пойдем ещё потанцуем? – предложил я, когда молчание начало затягиваться.

– Да, с радостью – ухватилась за мое предложение Падма. Мы снова направились в зал, только на этот раз мою руку она держала чуть крепче.

***

Как мог вечер, который начался так хорошо, закончиться таким образом? Я приближался к орущим друг на друга Рону и Гермионе, подавив желание развернуться и уйти. Их споры никогда не заканчивались хорошо. А если вернется Падма, и увидит это? Или, хуже того, не застанет меня и решит, что я ушел без неё? Ведь я уже пообещал её проводить. Парвати, к слову, нигде не было видно.