Текст книги "Компаньон (СИ)"

Автор книги: Garret Hawke Amell

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 71 страниц)

– Глупости! – фыркнула мадам Помфри. – Садитесь и подождите, я сейчас к вам подойду.

Из-за ширмы снова раздался кашель, колдомедик тут же скрылась за ней, взволнованным шёпотом пробормотала какое-то заклинание, а через пару минут почти бегом направилась в свой кабинет. Я подошёл к ближайшей кровати и сел, сцепив руки в замок. Невольно взглядом я то и дело останавливался на ширме, откуда теперь не доносилось ни звука. Неужели кто-то умудрился так сильно простудиться? На моей памяти Бодроперцовое зелье пресекало все симптомы буквально за час, включая кашель… Не успел я додумать эту мысль, как из кабинета вышла мадам Помфри с мерным стаканчиком и флакончиком темно-красного цвета.

– Обращаю ваше внимание, мистер Поттер, что эта настойка – не эликсир вечной бодрости и хорошего самочувствия. Слишком часто прибегать к нему не рекомендуется. – проговорила мадам Помфри, наполняя стаканчик густой, тёмно-красной жидкостью, по виду чем-то напоминающей кровь. В воздухе почему-то запахло клюквой.

– Я понимаю, просто профессор Макгонагалл посоветовала обратиться к вам. – пробормотал я, делая глоток. На вкус настойка оказалась жутко кислой. Тряхнув головой, я постарался не слишком кривить лицо. Судя по ироничному взгляду мадам Помфри, получилось у меня не очень.

– Приятно знать, что вы следуете советам старших, вместо того чтобы заниматься самолечением. Можете идти, мистер Поттер. И если почувствуете что-то не то, сразу же обращайтесь за помощью.

– Спасибо. – пробормотал я. Мадам Помфри кивнула и снова скрылась в своём кабинете. Перед выходом я бросил ещё один взгляд на ширму, не в силах отделаться от возникшего вдруг чувства тревоги. Но у меня нет времени разбираться с этим, урок Чар начнется через несколько минут, и за опоздание профессор Флитвик мне спасибо не скажет.

Белый том. 61. Цели и мотивы

– Вы ведь занимаетесь окклюменцией, мистер Поттер. Это почти тоже самое, просто сосредоточьтесь. – в четвертый раз повторила профессор Макгонагалл. Я подавил возникший было приступ раздражения и снова соединил между собой кончики пальцев, глубоко вздохнув. – Снимите очки, мистер Поттер. – неожиданно добавила профессор Макгонагалл.

– Зачем? – распахнул глаза от удивления я.

– Мне это почему-то помогло в своё время. – пожала плечами профессор и встала напротив меня, скрестив руки на груди.

Стоило снять очки, как предметы в комнате тут же потеряли свою четкость. Я убрал их в карман и снова закрыл глаза, соединяя пальцы, по привычке издав что-то вроде «ом», на которое так часто напирал доктор Левин. Профессор это никак не прокомментировала. Неожиданно я почувствовал… Что-то. Словно откуда-то изнутри за мной настороженно кто-то наблюдает.

Нервно прикусив губу, я стал ждать и постарался отстраниться от эмоций. По словам профессора Макгонагалл сейчас самое важное – это сохранять спокойствие. Анимагическая форма – отражение внутреннего «Я» волшебника, по этой причине отчасти у многих не получается освоить этой науки. Дело не только в чтении книг, заклинании и формулах. Освоить преобразование отчасти означает познать себя.

И нынешнее ощущение было моим первым прогрессом с самого начала занятий за несколько недель, поэтому я старательно отмахивался даже от чувства бурного ликования, чтобы не напугать проснувшееся «что-то». В этот момент мне стало не важно, насколько большой и грозной будет моя анимагическая форма, я был рад ей по факту. Глубоко вздохнув, чувствую, как расслабляются плечи. Прошло ещё несколько минут, прежде чем я открыл глаза. Напоследок я почувствовал, словно у меня под рукой мелькнуло что-то мягкое и невольно улыбнулся.

– Вы молодец, мистер Поттер. – довольным тоном заключил расплывчатый силуэт профессора Макгонагалл.

– Если бы не вы, профессор… – с чувством начал я.

– Перестаньте, я только указала вам направление. – отмахнулась она в ответ, возвращаясь за свой стол. – В остальном ваш успех – ваша заслуга. Теперь постарайтесь запомнить это ощущение, и вызвать его на следующем уроке. При желании можете тренироваться сами, но очень осторожно. Постарайтесь не переусердствовать.

– Да, мэм. – отозвался я, поднимаясь на ноги. Только встав с медитативного коврика, я почувствовал, как заломило позвоночник. Рубашка прилипла к спине от пота, да и вообще дала о себе знать усталость.

– А вы что думали, мистер Поттер? – хмыкнула профессор Макгонагалл, должно быть прочитав моё удивление по лицу. – Работа над собой – большой труд. Так что постарайтесь отдохнуть.

– Спасибо, профессор. – поблагодарил я и направился в башню Гриффиндора в приподнятом настроении. У меня наконец-то начало получаться! Мелькнула было мысль похвастаться своим успехом Сириусу, но потом я тут же от нее отмахнулся. Лучше я удивлю его итоговым результатом! Интересно, что бы сказал мне на это сейчас отец?

***

Следующие несколько недель были почти идеальными. Я учился и занимался с профессором Макгонагалл, заглядывать «внутрь» себя становилось всё легче, ощущения становились более чёткими, да и отношения с друзьями у меня улучшились. Ещё я заметил интересную вещь: ощущение «предчувствия» событий стало возникать гораздо чаще. Что это?

Я не знал. А спрашивать у кого-то не хотелось, почему-то это чувство внутри меня автоматически квалифицировалось, как что-то глубоко личное и не предназначенное для чужих глаз. Но наблюдал я за этим с большим интересом, научившись отделять именно это ощущение от всех прочих. На этих выходных планировался поход в Хогсмид, так что я с удовольствием отложил в сторону домашние задания. Настроение было просто отличным. Хотелось прогуляться с Падмой и вообще максимально приятно и беззаботно провести время. До выхода в деревню оставалось всего полчаса.

– Гарри, можно тебя ненадолго? – нерешительно спросила Гермиона, стоило мне только закрыть «Квиддич сквозь века» и подняться с кресла.

– В чем дело? – удивился я.

– Помнишь, ты сказал, что поможешь мне, если я что-то придумаю? – осторожно начала Гермиона. Рон бросил на неё предупреждающий взгляд.

– О чем ты? – нахмурился я.

– Об этой женщине. – поколебавшись, пояснила Гермиона, сузив глаза. Чем-то она мне в этот момент неприятно напомнила миссис Уизли в один далёкий день на площади Гриммо.

– Я на твоей стороне. – медленно проговорил я, по-прежнему хмурясь. – Ты уверена, что всё хорошо обдумала?

– Да, уверена. – просияла улыбкой Гермиона, тут же задумчиво добавив. – Я подумала и решила, что это должны быть не только мы втроём. Если у нас будет больше единомышленников, тогда с нами придётся считаться. Понимаешь?

– Нет. – честно признался я, обменявшись взглядом с Роном. Тот выглядел таким же сбитым с толку, как я себя чувствовал. – Ты хочешь снова раздавать значки, но на сей раз против Амбридж? Или что?

– Нет, в таком случае значки будут малоэффективны. – отмела моё предположение Гермиона, решительно тряхнув головой, и деятельно поднялась с места.

– Тогда что ты хочешь сделать? – попытался уточнить я.

– Увидите. Приходите сегодня в «Кабанью голову» к полудню. – улыбнулась загадочно Гермиона и направилась к спальням девочек.

– Допустим. – согласился я, невольно по примеру профессора Макгонагалл скрещивая руки на груди. – Мы придём. Но с чего ты взяла, что кто-то другой тоже станет участвовать? Амбридж многие не любят, но вряд ли кто-то захочет идти с ней на конфликт. Тем более перед экзаменами. Кому нужны лишние проблемы?

– Я согласен с Гарри. – неожиданно высказался Рон. Гермиона перевела задумчивый взгляд с него на меня, чему-то сосредоточенно нахмурившись, и неожиданно уверенно улыбнулась.

– Просто приходите. И сами всё увидите. Я уверена, нас многие поддержат… Нужно только, чтобы нас услышали.

– Так почему не поговорить со всеми в Хогвартсе? – логично предположил Рон. – Зачем идти в бар на окраине вроде «Кабаньей головы», если ты хочешь, чтобы нас услышали? Точнее тебя, как я понял.

– Затем, что Амбридж не обрадует то, что я собираюсь сказать. – проговорила Гермиона и, ничего больше не добавив, быстро скрылась за дверью спальни девочек.

– По-моему, это плохая идея… – пробормотал Рон, вопросительно на меня глядя. – Что нам делать, Гарри?

– Собираться в Хогсмид, судя по всему. – безрадостно ответил я. В душе теперь подспудно осело непонятное чувство тревоги. Беззаботными эти выходные, как я планировал, очевидно, не будут.

***

– Гарри. Не поделишься, в чём дело? – осторожно проговорила Падма, когда мы вышли из магазина.

– А в чём дело? – переспросил я, моргнув и сжав её ладонь в своей. Уменьшенные пакеты Падма уже уложила свою сумочку, так что шли мы максимально налегке.

– Это ты мне скажи. – слегка наклонила голову она и добавила. – Тот Гарри Поттер, который поздоровался со мной утром и тот, с кем я иду под руку сейчас – буквально два разных человека. Что произошло за те пару часов, что мы не виделись?

– Знаешь, я… – начал я, потом нахмурился и нервно потянулся ладонью по затылку. Падма улыбнулась и сама медленно провела мне по голове массирующим движением. Я прикрыл глаза и вздохнул, окинув взглядом улицу, буквально заполненную учениками Хогвартса. – Может поговорим об этом где-нибудь в другом месте? Там всё непросто.

– Хм… Есть у меня одна мысль. – хихикнула Падма и потянула меня за собой. Я прибавил шаг, крепко держа её ладонь в своей.

Мы миновали несколько улиц, лавируя в толпе, пока не остановились перед каким-то странным розовым зданием, на которое я раньше вообще не обращал внимание, что удивительно. По сравнению с остальной улицей оно выглядело слишком ярким и каким-то тошнотворно милым. Даже от арочной вывески «Чайная мадам Паддифут» веяло чем-то… Таким. Несмотря на всё это, Падма со смешком уверенно потянула меня внутрь. Как только мы прошли в дверь, раздался звон колокольчика, в нос тут же ударил запах чая и чего-то приторно-сладкого.

– Ты же несерьёзно, да? – с надеждой спросил я, рассматривая душное помещение, сплошь забитое столиками для двоих и сидящими за ними парочками. Помещение было украшено вычурными салфетками, бантиками и всё сплошь оформлено в каких-то ванильно-розовых тонах.

– Это не так плохо, как выглядит. – успокоила меня Падма, подведя к одному из столиков в углу и усаживая. Сама она тут же уверенно села напротив меня и улыбнулась. – Расслабься, Гарри. Здесь большой выбор разных волшебных напитков, включая кофе.

– О, тогда очевидно здесь есть что-то хорошее, не считая твоего волшебного присутствия. – проворчал я.

– Подлиза. – констатировала Падма и протянула руку. Я сплёл её пальцы со своими, тоже невольно улыбнувшись. – Но разве можно представить более подходящее место для обсуждения чего-то личного? Учитывая чары конфиденциальности за каждым столиком.

– Ваша спутница права! – с улыбкой констатировал незнакомый голос. Я невольно вздрогнул. – Извините, я не хотела никого напугать! Мадам Паддифут к вашим услугам!

Мадам Паддифут представляла собой приземистую, рыжеволосую женщину с высокой прической. Но первой бросалась в глаза не столько её полнота, сколько ослепительно белый фартук поверх темного платья и большое количество драгоценных камней в серьгах и многочисленных кольцах на пухлых пальцах с таким же блестящим маникюром. Мельком бросив взгляд, я даже не понял, какого цвета её ногти, заметил только блёстки. Или это называется стразы? Не помню.

– Ваши пожелания? Для новых клиентов первый заказ за счёт заведения! – мадам тонко улыбнулась, сверкнув золотым зубом где-то в левом уголке рта.

– Он любит кофе. Придумайте что-нибудь интересное. – пришла мне на помощь Падма, когда я понял, что не могу произнести ни слова.

– Так. – согласно наклонила голову мадам. – Ну, а вы?

– А я бы не отказалась от вашего фирменного чая и вафель с яблочным джемом. – улыбнулась Падма.

– Момент! – улыбнулась мадам, отходя от нашего столика. Я смог наконец-то выдохнуть.

– Я вёл себя, как олух, да? – с нервным смешком констатировал я, по привычке поднеся руку Падмы к губам. – Спасибо.

– Да не за что. – улыбнулась Падма. – И не переживай. В первый раз оказываясь здесь, многие чувствуют себя растерянно.

Стоило ей только договорить, как вернулась мадам. Расставила чашки и блюда с какими-то десертами. Я тут же почувствовал потрясающе прекрасный запах кофе, невольно расслабляясь и чувствуя себя комфортно. Пожелав нам приятного аппетита, мадам исчезла также быстро, как и появилась.

– Теперь мы можем поговорить. – удовлетворённо заключила Падма.

– Ну что ж. – сделал глоток кофе я, невольно остановившись на минуту и наслаждаясь приятным, терпким вкусом с ароматом корицы. – Всё началось ещё на вечеринке в честь победы Гриффиндора…

***

– По-моему, твоей подруге пора найти себе хорошее хобби. – глубокомысленно заключила Падма, отставляя от себя опустевшую чашку. Десерты с тарелок к этому времени тоже исчезли, я смаковал остатки кофе, невольно хмыкнув на это заявление. – Но я пойду с тобой, и попробуем посмотреть, что из этого получится.

– Зачем? – невольно поперхнулся я. Падма протянула руку и похлопала меня по спине.

– Так я лучше пойму, чем могу помочь. Или твоя подруга настояла, чтобы ты пришёл один?

– Да вроде бы нет. – с сомнением нахмурился я. Гермиона ведь действительно ничего подобного не говорила.

– Вот и прекрасно. – улыбнулась Падма, погладив меня по голове. Я ненадолго прикрыл глаза и притянул её к себе, повинуясь эмоциям. Сейчас меня не смущал ни розовый цвет, ни количество салфеток и милых украшений. Даже на парочки, сидящие кругом, я не обращал никакого внимания. – Что ты.? – начала Падма, но тут же замолчала, отвечая на мой поцелуй и обнимая меня за шею. Вместо того чтобы встать со стула я для удобства притянул её к себе на колени, почувствовав на губах её вдох. Все ощущения сейчас почему-то обострились, и реальность с её проблемами ненадолго потеряла для меня своё значение.

– Знаешь, я… – начал я, но невольно замолчал, когда Падма приложила палец к моим губам.

– Я точно знаю, что уже ради этого момента нам стоило сюда зайти. – полушёпотом проговорила она. Я смотрел на то, как блестят её глаза, автоматически заправив длинный локон волос ей за ухо.

– Что ж. Пойдем через пару минут. – заключил я, когда заиграла приятная музыка, слегка откидываясь на стуле. Падма улыбнулась и положила голову мне на плечо, глубоко вздохнув. Сейчас, под эту приятную романтическую музыку, всё вокруг казалось до чёртиков идеальным. И мне жутко не хотелось разрушать этот момент, как и сказала Падма.

***

«Кабанья голова» по сравнению с заведением мадам Паддифут выглядела по-настоящему убого. Не считая того, что даже главный зал выглядел таким грязным, словно в нем не убирались с самого открытия, переступив порог мы почувствовали странный, забивающий нос и горло непередаваемый запах. Я невольно закашлялся, поднеся ладонь ко рту. Падма рядом со мной пробормотала скороговоркой какое-то заклинание, дышать тут же стало легче.

– Спасибо. – прошептал я.

– Всегда пожалуйста. – также тихо ответила она, боязливо осматриваясь.

Через грязные окна свет в довольно просторный зал проникал крайне неохотно, пол под ногами был как будто покрыт настоящим слоем дёрна, освещалась всё только болезненно желтыми и такими же грязными свечами. И толку от этого света было чуть больше, чем нихрена. Помещение всё равно оставалось тёмным. Почему-то мне вспомнилось, что именно здесь Хагрид в своё время выиграл драконье яйцо в карты, и подумалось, что этот, с позволения сказать, бар, место самое подходящее для всякого рода нелегальных вещей. Уютней от этой мысли мне, само собой, не стало.

Публика этого места соответствовала общему колориту. Один человек был одет в какие-то грязные тряпки, за щелью которых угадывался только рот с желтыми, кривыми зубами. Человек дремал за стойкой, сложив голову на руки. За другим столиком сидело несколько мужчин и о чём-то негромко переговаривались между собой пропитыми голосами с явным йоркширским акцентом. В другом углу я заметил какую-то полную женщину, которая набивала трубку.

– Вон твои друзья. – отвлекла меня от созерцания Падма, сжав мой локоть. Действительно, Рон и Гермиона оказались в более-менее чистом и освещенном углу помещения. Бармена или хозяина заведения нигде не было. Глубоко вздохнув, я пошёл к друзьям, которые уже сидели каждый со своей бутылкой сливочного пива.

– Я думала, ты придёшь один. – смущённо проговорила Гермиона, переводя взгляд с меня на Падму.

– Ну, ты вроде бы говорила, что нужно, чтобы нас услышали? Вот я и решил пригласить с собой Падму. – не удержался от доли сарказма я, помогая Падме сесть.

– Что ж. – смутилась ещё больше Гермиона и вздрогнула, когда хлопнула дверь. Мужчины с йоркширским акцентом вышли из бара. – Думаю, нужно подождать остальных. Может, пока что-нибудь закажете? Здесь есть сливочное пиво. – будто в подтверждение своих слов Гермиона обхватила ладонями в перчатках бутылку.

– Мы перекусили. – опередила меня Падма, когда я ещё одним ироничным взглядом окинул помещение и едва не высказал мысль, насколько хреновая идея здесь что-либо заказывать. – А кто ещё будет, кроме нас?

– Ну, человека два-три. – уклончиво ответила Гермиона, избегая на меня смотреть.

– Кто? – надавил голосом я, наблюдая, как человек с бинтами на голове покидает бар. В углу осталась сидеть только женщина с трубкой, выпуская ядовито-зелёный дым. – Как вообще это выглядело? Ты так и говорила людям «Приходите в „Кабанью голову“, услышите что-то очень интересное»?

– Гарри. – укоризненно проговорила Падма.

– А что? – возмутился я и обернулся к Гермионе. – Ты до сих пор считаешь это хорошей идеей?

– Всё не так просто, Гарри. – поёрзала на своём месте Гермиона. – В конце концов, я это делаю не только ради себя. И когда я собирала людей, я сказала, что ты тоже полностью меня поддерживаешь.

– А в чём я тебя поддерживаю можно узнать? – поинтересовался я саркастичным тоном.

– Так. – Падма решительно развернула меня к себе. – Не кипятись раньше времени. – строго и собранно проговорила она. Я в ярости открыл рот, но Падма не дала себя перебить. – Я знаю, тебе это не нравится, но мы уже здесь. А ты… – обернулась она к красной, как рак, Гермионе. – Учти, что когда придут те, кого ты пригласила, тебе придется самой объяснить какого чёрта здесь происходит. А ты, Уизли, прекрати на меня пялиться.

У Рона покраснели уши, внутри меня крепла волна нарастающей злости. За столом повисло неуютное молчание. Я всё ещё держал Падму за руку, где-то хлопнула дверь и к стойке вышел незнакомый седой волшебник, протирающий грязной тряпкой не менее грязный стакан. Видимо, это был бармен. И ему совершенно не было до нас никакого дела. Через какое-то время распахнулась входная дверь, и в бар шумно начали входить ученики Хогвартса самых разных возрастов. В основном это были гриффиндорцы и хаффлпафцы, несколько райвенкловцев, никого из слизеринцев в толпе не было. Зато я заметил Парвати, которая как ни в чем ни бывало, помахала сестре, Эрни Макмиллана, Ли Джордана, Дина Томаса, Кормака Маклаггена, Алисию Спиннет, Анджелину Джонсон, братьев Криви, Лаванду Браун… И ещё множество знакомых и незнакомых мне лиц.

– «Человека два-три», да, Гермиона? – севшим от эмоций голосом проговорил я, чувствуя как у меня явственно задёргался глаз. – «Человека два-три»?!

– Видимо, идея оказалась очень привлекательной! – жизнерадостным тоном отозвалась Гермиона. – К тому же, я всё заранее перепроверила, мы не нарушаем никаких школьных правил. Даже профессор Флитвик сказал, что ученикам можно приходить в «Кабанью голову».

– Правда? – сухо поинтересовался я и ядовито добавил. – Спасибо, мне стало гораздо легче!

– Не переживай так, Гарри, говорить всё равно буду я! – отмахнулась от меня Гермиона и обернулась к застывшему в изумлении Рону. – Не поможешь мне подтащить людям стулья?

– Да, конечно. – опомнился Рон, кажется, обрадовавшись хоть какой-то определённости.

– Чёрт возьми. – буркнул я, когда друзья отошли. Многие из тех, кто заходил в бар, почему-то останавливали взгляд на мне, из-за чего дискомфортное чувство неправильности происходящего только усиливалось.

– Спокойно, похоже, сейчас мы узнаем, что происходит. – обнадёжила меня Падма, нежно погладив по руке. Я поймал себя на том, что только её присутствие даёт мне силы более-менее держать себя в руках и вымученно улыбнулся. Действительно, все начали рассаживаться, некоторые подходили к стойке и покупали бутылки со сливочным пивом, болтая между собой. Гермиона дождалась, пока бармен скроется в подсобном помещении и прочистила горло, горящим взглядом обведя толпу.

– Здравствуйте! – проговорила Гермиона, улыбнувшись. Взгляды окружающих сконцентрировались на ней, все прекратили переговариваться, в помещении повисла тишина. И если мне от происходящего становилось неуютно, то вот Гермиона наоборот как будто подпитывалась этой атмосферой, набираясь сил и подбирая слова. Она прочистила горло и заговорила. – Думаю, нет смысла ходить вокруг да около. У всех нас начались уроки по Праву. И я уверена, что многие не согласны с той позицией, которую нам пытаются вдолбить в голову. Дело ведь не только в том, что мы тратим на этих уроках время, которое могло бы пригодиться для подготовки к очень важным экзаменам СОВ. – толпа на этих словах издала заинтересованный гул, я заметил, как более цепким становится взгляд многих маглорожденных. Неужели? Нет, Гермиона бы ни за что… Пока я размышлял, Гермиона продолжила говорить. – Сама сущность нынешнего магического мира построена на ущемлении прав одних и возвышении других. И разница в данном случае не только в богатстве или бедности. Вовсе нет. Магический мир несправедлив! Если вы родились нечистокровным или полукровкой с необычными способностями или принадлежите к какой-то магической расе, вас всегда будут угнетать. Пока в обычном мире давно уже ушли от этой старой и неработающей системы, в магическом до сих пор процветает классовое неравенство. И пока это так, целым государством будет управлять пресловутое меньшинство.

Гермиона говорила громко и уверенно, нервно улыбаясь. Многие в толпе согласно кивали головами, некоторые придвигались ближе, оставляя в сторону бутылки со сливочным пивом.

– Некоторые скажут «ну и что»? Разве это наше дело? И я отвечу – да! Если большинство из нас будет не бездействовать, не оставлять ситуацию такой, какая она есть сейчас, можно сделать много хорошего. И не только для себя! Думаю, все помнят профессора Люпина, который был одним из лучших преподавателей по Защите? – Гермиона наклонилась вперёд, обведя возбуждённую толпу прищуренным взглядом. – А что если я скажу, что благодаря Амбридж его не возьмут на работу даже в захудалой лавке в Лютном переулке, несмотря на то, что он закончил Хогвартс в числе лучших и был старостой? И эта женщина преподает нам Право и диктует правила, как мы должны жить! – во всём зале тут же поднялся недовольный ропот.

– Это, конечно, жутко! – повысил голос Ли Джордан. Остальные присутствующие замолчали, повернувшись к нему. – Но что ты предлагаешь? Мы должны захватить Министерство или что-то вроде того?

По толпе прокатились смешки, Гермиона тонко улыбнулась и покачала головой, заговорив спокойнее.

– Нет, такими радикальными методами нам идти вовсе не нужно. Во всяком случае пока. – зал снова заполнился смехом, Гермиона переждала момент и посерьёзнела. – Но правда в том, что справедливость не появится сама собой. Жизнь не станет лучше, пока мы продолжаем бездействовать.

– А если конкретнее? – спросил кто-то в толпе. – Дело ведь не только в Люпине и других оборотнях.

– Нет, не только. – спокойно согласилась Гермиона. – Дело в том, что за всю историю Британии ни один Министр Магии не был маглорождённым. Более того, по статистике, любезно предоставленной мадам Амбридж в её учебнике, маглорождённые в ЛЮБОМ отделе Министерства зарабатывают максимум 2 галлеона в неделю. – все замолчали, Гермиона вздохнула и сцепила руки в замок за спиной. – Вот, например, ты, Дин. Чем ты хочешь заниматься после Хогвартса?

Дин Томас явно не ожидал, что обратятся именно к нему. Под взглядами окружающих он смутился и нервно поёрзал на месте, затем прочистил горло и проговорил:

– На самом деле, я думал стать адвокатом или вроде того.

– Парвати? – обернулась Гермиона.

– Я займусь Прорицаниями и составлением гороскопов. – пожала плечами Парвати, без стеснения улыбнувшись.

– Денис, Колин? – продолжала Гермиона. Я тщетно пытался понять, чего она пытается добиться. Падма, похоже, понимала больше меня, потому что с каждым произнесённым словом всё больше мрачнела.

– Ну-у… – порозовел от смущения Колин. – Мы думали открыть свою газету.

– А я стану комментатором! – лихо заявил Ли Джордан, остальные наперебой оживлённо заговорили. Наверное, так шумно в «Кабаньей голове» не бывало даже по вечерам, когда здесь собирался основной каст посетителей. Чтобы привлечь внимание, Гермиона громко, трижды хлопнула в ладоши.

– Это прекрасно, что у всех вас есть свои цели и мечты, которые вы намерены реализовать… – начала Гермиона, а затем обронила в наступившей тишине. – Только вот, с нынешними законами Министерства у большинства из вас ничего не получится. Как бы вы хорошо ни учились, в чём бы ни разбирались, если у вас нет чистокровных или просто влиятельных друзей… – продолжать Гермиона не стала, снова вздохнув. – Собственно, вот и всё, что я хотела сказать. По-моему, мы должны перестать быть равнодушным большинством, которое просто мирится с ситуацией. Те, кто со мной согласен, могут поставить свои имена в пергаменте, который я положу на стол. И думаю, все понимают, что происходящее нужно сохранить в секрете?

Гермиона положила на стол какой-то пергамент, один за другим все, как завороженные, начали подходить и ставить свои подписи. Расписавшись, Рон протянул перо мне. Я смотрел на ряды имен прямо под речью Гермионы, физически чувствуя подступающую дурноту. От ожидающего взгляда Гермионы и патовости ситуации становилось ещё хуже. Мне просто некуда отступать! У меня нет выбора! Падма молча взяла перо и расписалась, крепко сжав мою ладонь в своей. Я вздохнул и сделал тоже самое. Гермиона была абсолютно счастлива. Бросив перо на стол, я вместе с Падмой выскочил из бара на свежий воздух. Почти бегом я дошёл до конца улицы, завернул за угол какого-то здания, отпустил руку Падмы – и только тут дал своим эмоциям.

– Чёрт побери! Чёрт, чёрт, чёрт! – с каждым словом впечатывая левый кулак в стену, рявкнул я. Почему-то захотелось взвыть. Пнув кирпичную кладку я схватился за голову и так и сел на грязный асфальт. Падма молча подошла ко мне со спины и мягко обняла, массируя плечи и голову.

– Мы что-нибудь придумаем, обещаю. – тихо сказала она, губами коснувшись моего уха.

– Я знаю. – тихо проговорил я, с трудом сглотнув колючий ком в горле. – Просто… Я пообещал помочь. А она меня использовала, как…как…! – от избытка эмоций я снова ударил кулаком по асфальту и прерывисто вздохнул.

– Что ж, так и есть. – спокойно заключила Падма, поднимая меня на ноги и взмахом палочки залечивая мою разбитую руку. – Но если Гермиона Грейнджер решила поиграть в политику, тебе нужен совет того, кто разбирается в этом не меньше, а, может, и больше её и тебя вместе взятых. И раз уж твоя подруга так напирает на права маглорождённых, мне сразу вспоминается один твой очень хороший компаньон…

– Что бы я без тебя делал? – восхищённо проговорил я. Падма покраснела и улыбнулась, быстро целуя меня в губы. Держась за руки, мы медленно пошли обратно в замок. В мир как будто начали возвращаться краски, ситуация перестала казаться мне такой патовой. Но чтобы её решить, мне срочно нужно поговорить с Драко.