Текст книги "Компаньон (СИ)"

Автор книги: Garret Hawke Amell

сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 71 страниц)

Черный том. 72. В муках выбора

Как ни удивительно, но уже в утро субботы Долорес проснулась с чётким пониманием того, что перестала переживать по поводу того, что именно в этот день всё пойдёт не по плану. Такое же чувство возникало у неё перед важными экзаменами, когда в самый ответственный момент волнение вдруг отступало: и вот, остаётся только приложить все возможные усилия для самого лучшего результата.

Поэтому с самого утра она осведомилась у домовиков, как чувствуют себя гости, потом заглянула в аудиторию, где после завтрака планировалось провести консультации для большей части школы, а потом… Да она сама не заметила, как оказалась перед дверью Корнелиуса. Очнулась только тогда, когда коротко трижды постучала. Но момент сомнений был упущен, тем более, что за дверью раздалось привычное:

– Входи, Долли.

– Доброе утро, господин министр. – улыбнулась Долорес, входя и тихо прикрывая за собой дверь. – Как настроение?

– Ты меня знаешь, боевое, как всегда. – улыбнулся Фадж, уже сидящий за столом и просматривающий очередную кипу пергамента. – Хотя я бы не отказался выспаться, но работа не ждёт.

– Что-то не так? – тут же нахмурилась Долорес, подходя ближе. – В комнате слишком холодно? Или стоит добавить подушек?

– Нет-нет-нет, ты – большая молодец. – поднял ладони Корнелиус. – Это самая лучшая комната, о которой я только могу мечтать. Просто последние пару недель работа идёт в таком темпе, что у меня снова начались проблемы со сном.

– Сегодня же поговорю с колдомедиками. – кивнула Долорес, обойдя министра и заглядывая через плечо. – Речь для интервью?

– Она самая. Вот размышлял, не нужно ли чего добавить. – задумчиво постучал кончиком ногтя по поверхности стола Корнелиус.

– Думаю, всё в порядке. Если не отклоняться от темы, удастся закончить как раз к завтраку. – вынесла вердикт Долорес, мягко похлопав Корнелиуса по плечу. – Я бы поприсутствовала, если бы могла, но меня будут ждать мои ученики.

– Ты стала настоящим профессором, вот уж не ждал. – усмехнулся Корнелиус. – Надеюсь, Хогвартс не слишком вскружил тебе голову?

– О чём ты? – приподняла брови Долорес, улыбнувшись. – Я с нетерпением жду, когда смогу вернуться к нашей работе. В конце концов, было бы кощунством оставлять тебя в руках кого-то вроде Нимфадоры Тонкс. До сих пор не понимаю, как она вообще оказалась в команде.

– Не напоминай. – поморщился как от зубной боли Корнелиус. – Хотя у меня есть серьёзные подозрения, что это шалость Скримджера.

– Бывшего главы Аврората? – задумчиво отозвалась Долорес. – Что ж, это вполне возможно, но если бы он хотел всерьёз тебе навредить, то точно выбрал бы кого-нибудь другого.

– О, безусловно, мне от этого гораздо легче. – иронично хохотнул Корнелиус, убирая пергамент за пазуху и надевая на голову свой любимый котелок. – Но правда в том, что именно Руфус – мой самый опасный соперник на данный момент. И проигрывать я не хочу, как ни странно. Хотя новость, что такой как он баллотируется в Министры произвела определённый эффект.

– Не думаю, что тебе стоит волноваться. – заметила Долорес и между делом взмахом палочки поправила галстук министра. – Как бы эффектно ни выглядел Скримджер, на твоей стороне опыт и политический вес. Если на то пошло, то общественность к тебе благосклонна. Просто будь самим собой, и всё получится.

– Спасибо, Долли. – признательно улыбнулся Корнелиус. – Ну что ж, тогда до встречи?

– Конечно, скоро увидимся. – уверенно ответила Долорес. Вместе они вышли из комнаты и прошли до первого поворота коридора, обменявшись взглядами. Корнелиус глубоко вздохнул, надел на лицо уверенную улыбку и ускорил шаг, поднимаясь по лестнице. Долорес тоже про себя улыбнулась, прежде чем свернуть к собственному кабинету. В конце концов, домашние задания сами себя не проверят, да и кроме этого у неё ещё остались дела с учениками.

***

В эту субботу все занятия у старшекурсников были отменены, ведь консультация могла занять гораздо больше времени, чем обычно. И кажется, профессор Макгонагалл этим фактом не особенно довольна, но Корнелиус про себя только пожал плечами. Ему гораздо больше любопытно, как пройдет мероприятие, ведь до этого момента всё было представлено только на бумаге. Забавно, что свою собственную консультацию он помнил весьма смутно. Разве что только то, что тогда не было сказано ничего определённого кроме: «я хочу работать в Министерстве». Уточнять, что он хочет стать не иначе, как Министром, Корнелиус тогда постеснялся.

К слову, стеснительных подростков действительно хватало, тут очень пригодились заготовленные заранее зелья. Многие из учеников сбивались с мысли, явно опасаясь задавать вопросы. Исключениями были в основном те, кто посещал факультатив Долорес… Внезапно обнаружилось, что их и без того благая инициатива имела под собой ещё один немаловажный плюс: молодые граждане магического сообщества учились раскрывать себя, строить диалог, оценивать и взвешивать свои собственные слова до того, как высказывать их вслух. Не говоря уже о том, что многие из членов «факультатива» чувствовали себя увереннее, как только в поле их зрения попадала Долорес. И тут Корнелиус их прекрасно понимал.

Но были и другие подростки: чистокровные. Уверенные, с хорошо поставленной речью и иногда крайне обтекаемыми формулировками в своих ответах. Драко Малфой, например, ответил, что намерен отправиться в путешествие после школы, но точно продолжит изучать чары, трансфигурацию, защиту от темных искусств, нумерологию и руны. Гербологию и зелья он из своего списка решительно вычеркнул. Потом профессор Флитвик передал ему какой-то пергамент, а декан Слизерина – список предметов и перечень проходных баллов. Не забыв напомнить, что и по всем остальным дисциплинам нужно держать планку. Малфой заверил декана, что беспокоиться абсолютно не о чем.

В остальном же ответы многих слизеринцев были не очень разнообразными. Кто-то однозначно утверждал, что будет заниматься семейным делом, не слишком охотно открывая некоторые подробности. Другие по примеру Малфоя указывали список желаемых дисциплин… Поэтому, когда в кабинет вошёл Теодор Нотт, Корнелиус не ожидал ничего необычного и спокойно потягивал минералку мелкими глотками, пока профессор Макгонагалл задавала вопрос.

– Кем я хочу стать после Хогвартса? – эхом отозвался Нотт, ненадолго прищурившись. – На мой взгляд, для меня есть только одна достойная должность…

– Что вы имеете ввиду? – влёт задала вопрос Долорес, и что-то в её тоне заставило Корнелиуса отставить стакан в сторону.

– Разумеется, я намерен стать Министром магии. – вздёрнул подбородок Нотт. По толпе гостей прокатились сдержанные смешки, но лицо студента оставалось абсолютно серьёзным. Улыбки некоторых погасли также быстро, как и появились.

– Что ж, если вы настроены серьёзно… – с нажимом начал Корнелиус.

– Да. Серьёзно. – ответил Нотт с абсолютным спокойствием. – Иначе я бы вовсе не стал упоминать об этом.

– Тогда нам всем очень повезло, что господин министр сейчас здесь. – лукаво сверкнул глазами Дамблдор, смешки в толпе стали чуть громче. – Вряд ли кто-то из нас смог бы более точно ответить на ваши вопросы.

– У меня нет вопросов. Мне нужен совет. – проговорил Нотт и перевёл взгляд на Корнелиуса.

– Кхм, что ж. – выпрямился Корнелиус, улыбнувшись. – Честно говоря, я никогда раньше не думал, что можно было бы посоветовать в такой ситуации, но прямо сейчас мне на ум приходит только одно… Если вы действительно намерены добиться своей цели, то главная ваша задача – никогда не сдаваться. А второстепенная, пожалуй, в том, чтобы обрести верных союзников на этом тернистом пути. Оставайтесь верны себе. И всё обязательно получится.

– Благодарю вас, сэр. Я это запомню. – слегка наклонил голову Нотт, поднимаясь со стула. – А по поводу дисциплин всё осталось по-прежнему. – проговорил он, на сей раз адресовав взгляд своему декану. Снейп молча расписался на очередном пергаменте, Нотт попрощался и тихо вышел.

«Теперь меня уж точно ничего не удивит…» – почему-то подумал про себя Корнелиус. Раздался звон колокола, вот и пролетело время до самого обеда, после которого консультации снова возобновятся. Но пока что можно перевести дух и отдать дань уважения прекрасной кухне Хогвартса.

***

После обеда все вернулись в аудиторию с новыми силами. В целом, Долорес чувствовала себя абсолютно довольной. Всё проходило более, чем гладко. Если так пойдёт дальше, им удастся закончить с этим мероприятием ещё до заката, и останется время для остальных полезных дел. Когда дошла очередь до нервничающих гриффиндорцев, Долорес вернулась из приятных мыслей.

Нервничали они неспроста. Многие исподлобья с подозрением смотрели на неё, отвечая своему декану, а Макгонагалл говорила теперь так громко и категорично, явно показывая, что не намерена уступать свой авторитет. Хотя Долорес и не претендовала, в общем-то. В конце концов, кто виноват, что у гриффиндорцев так всё плохо с дисциплиной? Впрочем, пусть лучше это будет риторическим вопросом, иначе дело точно дойдет до проклятий, а Долорес была совершенно не в том настроении для конфликтов.

Мало-помалу список учеников сокращался, она зачеркнула очередное имя и подняла голову от пергамента, тут же столкнувшись взглядом с Гермионой Грейнджер. Та смотрела с откровенной ненавистью, громко и отчётливо сказав:

– Я стану аврором и буду защищать всех, кто страдает от несправедливости!

Прозвучало настолько пафосно, что Корнелиус хмыкнул себе под нос, но промолчал. Зато встрепенулся один из авроров, перегнувшись через стол и внимательно всмотревшись в лицо гриффиндорки.

– Для этого одной решительностью не обойдёшься. Будьте готовы к тому, что вам придётся очень много работать. И очень часто рисковать. У вас есть вопросы? – проговорил он хриплым, хорошо поставленным голосом.

– Я готова. И у меня нет вопросов. – однозначно ответила Грейнджер.

– В таком случае вам стоит обратить внимание на следующие дисциплины… – проговорила Макгонагалл, протянув своей ученице пергамент. – Я уверена, что с вашими способностями всё получится.

Грейнджер густо покраснела от похвалы, Долорес позволила себе ироничный смешок. Краска смущения на лице гриффиндорки сменилась сердитой досадой.

– Я сказала что-то забавное? – резким тоном осведомилась Макгонагалл.

– Совсем нет, наоборот я с вами согласна. – ответила Долорес с самой приятной улыбкой. Грейнджер недоверчиво обернулась, остановившись на полпути к выходу. – Вот только иногда нужно учитывать, что жизнь не совсем такая, какой мы её себе представляем. И порой спасать нас от опрометчиво данных обещаний могут даже те, кого мы считаем врагами. А уж стремление к светлому будущему для всех, независимо от расы и происхождения иногда приводит на весьма тёмную дорожку

Глаза Грейнджер при этих словах расширились, Долорес остро улыбнулась. Разумеется, она знала о том, что происходило на восьмом этаже на самом деле. А ведь её любопытство проснулась из-за пустяка: стоило только услышать, что толпа школьников зачем-то собралась в «Кабаньей голове». Чутьё подсказало, что речь идёт не о простой студенческой попойке, а дальше было делом техники. Результаты импровизированного расследования оказались весьма неожиданными…

Нет, Драко Малфой сделал всё безукоризненно и даже во благо тех, кто находится с ним в далеко не дружеских отношениях. Но не только Драко Малфой отлично знал чары, зелья и умел анализировать обстановку. А уж раздобыть компрометирующие пергаменты с лозунгами и сомнительными программами с помощью магии и вовсе не составляло труда.

Гермиона Грейнджер возомнила себя реформатором и подпольным революционером… Смешно. В Министерстве таких «деятелей» всё равно, что пауков по тёмным углам старого чулана. Прихлопнуть которых при случае не составит никакого труда. А можно позволить плести свою паутину, время от времени подкидывая мух. И держать руку «на пульсе», наблюдая за результатами этой возни.

При желании Долорес могла бы полностью уничтожить карьерные перспективы всех этих «революционеров» прямо со школьной скамьи. Но зачем? Врагов гораздо проще контролировать, когда они уверены в своём превосходстве. Да и мистер Малфой очень старался прикрыть всю эту историю и её участников, пусть Долорес так и не разгадала до конца, как он это сделал и ради чего. Но она уже давно выучила правила этой игры. Со временем всё тайное становится явным.

А сейчас… Сейчас ей просто захотелось щелкнуть наглую девочку по носу. В качестве последнего предупреждения. Если она не дура, то поймёт, что с врагом такого калибра, как Долорес, лучше не связываться. И судя по моментально побледневшему лицу, Грейнджер всё-таки уловила сказанное между строк.

– Представления не имею, что это значит. – фыркнула Макгонагалл, бросив на Долорес раздражённый взгляд. – В любом случае идите, мисс Грейнджер, нам нужно опросить ещё нескольких учеников.

– Да, профессор. – быстро обронила Грейнджер и буквально пулей вылетела из аудитории.

– У меня не хватает фрагментов. – вполголоса обронил Корнелиус, пока Макгонагалл опрашивала Невилла Лонгботтома.

– Соберём паззл чуть позже, в более подходящий момент. – пообещала Долорес и сделала глоток чая. Суббота однозначно удалась!

Белый том. 73. Новый поворот

После разговора с Сириусом я почувствовал себя ещё более подавленным, если это вообще возможно. Но с другой стороны, может, дело действительно в том, что я слишком устал? Вот и воспринимаю многие вещи острее, чем следовало бы. Интересно, а Драко пытался поговорить с ним? Наверное, да…

Как только я оказался перед портретом Полной дамы и пробормотал пароль, моим единственным желанием было добраться до постели, рухнуть на неё и не вставать, как минимум, несколько веков. Но стоило пересечь порог гостиной, как всю вялость и сонливость как ветром сдуло! Впервые на моей памяти в гостиной происходило что-то… Жуткое.

Анджелина, Дин Томас, Симус Финниган, Ли Джордан и, кажется, кто-то ещё бросались проклятьями в Гермиону и Рона! Моим друзьям обороняться помогал Невилл вместе с несколькими старшекурсниками. Как ни удивительно даже Маклагген яростно защищал Гермиону, посылая проклятья в нападающих. Была и часть учеников, которые предпочли укрыться за мебелью и остаться в роли зрителей. Вот одно из проклятий отскочило, и я едва успел прикрыть сжавшихся в углу младшекурсников щитом. Решение пришло в голову как будто само собой.

Обведя широкой дугой гостиную я буквально разделил её на две части огромной от пола до потолка прозрачной стеной. Лучи заклинаний налетели на эту стену радужными вспышками и тут же бесследно растаяли. На лицах многих я прочёл явное недоумение, которое усилилось ещё больше, стоило им увидеть меня на пороге гостиной.

– Акцио! – скомандовал я, сосредоточившись. Палочки участников дуэли беспрепятственно влетели мне в левую руку. В полной ошеломления тишине я прошёл вглубь гостиной, со стуком положил палочки на ближайший журнальный столик и рухнул в кресло рядом. – Так. А теперь объясните мне, какого чёрта здесь происходит?! Предупреждаю, первого же, кто рискнет шевельнуться, приложу Петрификусом и оставлю так до завтрашнего дня.

– Спасибо, Гарри. – очнулся первым Невилл, глубоко вздохнув. – Честно говоря, я не знаю. Я вернулся в гостиную и вдруг увидел, что Анджелина пытается убить Гермиону… Пришлось вмешаться, а дальше… – Невилл наморщил лоб и вздохнул. – Дальше начался бардак. А потом вдруг ты оказался здесь.

– Да за то, что сотворила Грейнджер, её убить мало! – севшим от злости голосом завопила Анджелина. И таким взглядом посмотрела на притихшую Гермиону, что та побледнела ещё больше и отступила за Рона. – Это обман! Никто не знал, что пергамент зачарован! За такие вещи сажают в Азкабан!

– Я не хотела никому навредить, это было всего лишь… – начала было Гермиона.

– Лгунья! – рявкнул Джордан и рванулся вперёд. Дальше для меня всё происходило как будто в замедленной съёмке. Вот Рон отступает вместе с Гермионой назад, растерянный Невилл решительно заслоняет их обоих, множество голосов, как будто сливаются в единый хор, я взмахнул палочкой и попал Джордану точно в бок. Его руки и ноги тут же задеревенели, и он, как был, с перекошенным от злобы лицом, свалился прямо на ковер. Анджелина дёрнулась было вперёд, но застыла под прицелом моей палочки. На гостиную снова опустилась оглушительная тишина.

– Что произошло с Алисией? – обронил я, не отводя палочки.

– Она в Мунго. – поджала губы Анджелина. – И останется там, как минимум, на полтора года! И всё из-за неё! – на этих словах Анджелина снова перевела злобный взгляд на Гермиону. – Если бы мы знали заранее, этого бы не случилось!

– Алисия жива? – игнорируя любопытные взгляды, уточнил я.

– Да. – сухо ответила Анджелина, скрестив руки на груди. Тугой узел у меня в груди немного ослаб.

– Что ж, хорошо. – заключил я, на минуту прикрыв глаза. И сделал то, что казалось правильным прямо сейчас. Взмахнув палочкой в сторону Джордана я подошёл к нему и помог подняться, затем отдал свою палочку Невиллу, глубоко вздохнул и посмотрел прямо на Анджелину. – Но если хотите кого-то винить, то не стоит всё валить на Гермиону. Тогда, в «Кабаньей голове», никто из вас не задал ни единого вопроса. И это во-первых. Если вы сами не заботитесь о своей безопасности, то почему об этом должен думать кто-то ещё? – сам себе напоминая Драко, повторил я. Именно он однажды сказал мне эти слова, когда объяснял домашнее задание по Праву. Кажется, что это было целую вечность назад… Анджелина сначала покраснела, потом побледнела от возмущения, и уже открыла рот, чтобы возразить, но я повысил голос. – Во-вторых, это заклинание было моей идеей. Я знал обо всём с самого первого собрания в Комнате. Так что если есть желание кого-то проклясть, ваши палочки вон там. – небрежно махнул рукой я. – Невилл, отнеси меня, пожалуйста, в Больничное крыло, когда всё закончится.

– Ну уж нет, ты не должен… – рванулся было вперёд Рон.

– Ни шагу дальше. – скомандовал я, потом по наитию добавил. – Представь, что это шахматная доска. И рыцарь на коне должен защитить Королеву. И не дать ей наделать глупостей. Мы и так вляпались по самое не хочу. – глаза Рона расширились, но он покорно вернулся на место.

– Ребята, я не знаю, что происходит, но, может быть, мы все просто… – начал было Невилл, но договорить не успел.

– Гарри! – испуганно вскрикнула Гермиона. Её вопль застыл у меня в ушах, когда я повернул голову и увидел летящий в меня кулак Ли Джордана. Он летел так медленно, что я мог бы увернуться… Чёрт возьми, мне приходилось пригибаться от бладжера, который летел в сотню раз быстрее! Но не в этот раз. Вместо этого я снял очки и убрал их во внутренний карман мантии как раз тогда, когда удар пришёлся мне по лицу. Перед глазами всё расплылось, уши заложило целой какофонией шума, кажется, кто-то побежал к журнальному столику. Засверкали вспышки… Я упал на ковёр, а через какой-то момент мир и вовсе окончательно померк.

***

– Не слишком долго, ему всё ещё нужен покой. – сказал смутно знакомый голос прямо надо мной. Я лежал на чём-то восхитительно мягком, не было усталости, и даже ничего не болело. Открыв глаза, я увидел перед собой знакомый, расплывчатый потолок, следом надо мной нависло обеспокоенное лицо мадам Помфри. – Проснулись, мистер Поттер. – констатировала она, поджав губы и обеспокоенно ощупывая моё лицо. – Как вы себя чувствуете? Тошнота? Головокружение?

– О, я чувствую себя просто блестяще, и всё благодаря вам. – постарался улыбнуться я. Мадам Помфри фыркнула. – Можно мне мои очки, пожалуйста? И стакан воды, было бы здорово.

– Держи, Гарри. – с готовностью отозвался Невилл.

Нацепив на нос очки, я в два глотка осушил стакан, протянутый мне мадам Помфри. Колдомедик ещё некоторое время постояла надо мной, что-то проверяя заклинаниями, потом напомнила Невиллу не засиживаться и скрылась в своём кабинете. На некоторое время в палате повисло неуютное молчание. В конце концов, Невилл смущенно кашлянул.

– Там какое-то безумие произошло. – пробормотал он. – Сначала все набросились на Гермиону, а когда ты упал, и ребята стали тебя бить… Я подумал, что схожу с ума, и всё это ебаный кошмар. – я невольно хихикнул. Впервые слышу, как Невилл ругается. Но он сам даже не улыбнулся, тяжело тряхнув головой. – Когда ты отключился… В общем, начался жуткий хаос. Вроде бы Маклагген пытался переорать Анджелину, Гермиона орала на Рона, чтобы он её отпустил. В итоге я тебя вытащил и принёс сюда. Не один, конечно. Братья Криви помогли, ещё Джинни. Ну и… И вот мы здесь.

– И вот мы здесь. – повторил я, приподнимаясь повыше на подушках. – Много времени прошло? Никто больше не пострадал?

– Четыре дня. – пожал плечами Невилл. – И, как ни странно, никто больше не пытается никого убить. Хотя Анджелина смотрит на Гермиону волком, если честно. А я слежу за происходящим.

– Что ж, значит, всё правильно. – выдохнул я.

– Что правильно? Что тебя чуть не убили? – посмотрел на меня как на сумасшедшего Невилл. – Когда об этом узнали, Макгонагалл была в ярости. И ещё мистер Блэк… Мне показалось, он самолично готов со всеми расквитаться.

– И что было? – заинтересовался я, немного улыбнувшись. – Да ладно, расслабься! Расскажи мне, а я с тобой поделюсь небольшой предысторией, если хочешь. Теперь-то уж точно ничего страшного не произойдет.

– А вдруг… – недовольно пробурчал Невилл, мрачно добавив. – Я уже ни в чём не уверен. Но в общем-то дальше всё было немного спокойнее. Правда, отработок у многих прибавилось до конца года, Анджелину лишили капитанского значка, Джордан потерял своё место комментатора. Ещё Макгонагалл отняла 40 баллов у Гриффиндора.

– Сурово. – присвистнул я.

– Не то слово. – хмыкнул Невилл. – Правда потом она увидела барьер, которым ты оградил гостиную, и добавила 50 баллов за мастерское исполнение. Что это были за чары, кстати?

– Ограждение. – улыбнулся я. – Меня сама же профессор им и научила. Сказала, что что-то похожее стоит на платформе девять и три четверти, только чуть посложнее. И это заклинание считается довольно долговечным.

– Ты крут, Гарри. – вздохнул Невилл, покачав головой.

– Эй, ты чего? – удивился я, увидев печальное выражение его лица.

– Просто думаю, что я должен быть таким, как ты. Тогда бабушка наверняка бы мной гордилась. Там в гостиной ты вёл себя… Храбро, как бы это ни звучало. Как настоящий лидер. Мне таким никогда не стать.

– Прекрати. – потребовал я и хлопнул его по плечу. – Уверен, твоя бабушка и так тобой будет гордиться, когда ты ей расскажешь обо всём. В конце концов, ты смог защитить Гермиону и ещё целую кучу народа, сражаясь в дуэли с несколькими волшебниками одновременно. А я всего лишь позволил себя избить, и кто из нас после этого крут?

– Ну, когда ты так говоришь… – ухмыльнулся Невилл и встряхнулся. – Ладно, не будем о грустном. Лучше расскажи, из-за чего всё это началось? А то ни от кого не могу добиться ничего конкретного, Гермиона только повторяет, что обязательно снимет чары.

– Ох… – вздохнул я, покосившись на дверь в кабинет мадам Помфри. – Это очень длинная история, но я попробую уложиться.

– Уж постарайся. – попросил Невилл, немного поддавшись вперёд.

– В общем, это всё началось в Хогсмиде…

***

К выходным меня выпустили из Больничного крыла, и как-то само собой жизнь вошла в прежнее русло. Как будто окружающие выпустили накопившиеся эмоции и сейчас нашли силы сосредоточиться на по-настоящему важных вещах. Правда, Анджелина, Ли Джордан и ещё несколько человек меня демонстративно игнорировали, но это было буквально ничего по сравнению с тотальным бойкотом от всей школы в прошлом году. Остальные как будто условились больше никогда не упоминать произошедшее.

Даже Рон с Гермионой моментально переводили тему на что-нибудь другое. Но глядя на состояние подруги, я видел, что она над чем-то сосредоточенно размышляет. Так что в ближайшем будущем нам предстоит серьёзный разговор. Мои предположения подтвердило ещё и то, что на моё аккуратное предложение помочь с поисками контрзаклятья, она наотрез отказалась. Что ж, ничего, я подожду. Терпению этот год меня уж точно научил.

Тем более, что экзамены уже через каких-то несколько недель. А ещё будет консультация по выбору профессии, что по-настоящему вводит меня в ступор. Я представления не имею, кем хочу стать! Да что там стать, я завтра не знаю, что будет! Теперь ещё и эти мысли неотступно меня преследуют. Дошло до того, что за одной из шахматных партий я настолько глубоко погрузился в свои мысли, что Драко осторожно коснулся ладонью моего плеча.

– С тобой всё нормально? Выглядишь каким-то нервным. – заметил он, немного нахмурившись.

– Действительно, с чего бы это? – хмыкнул я. – Всего лишь экзамены на носу, а я внезапно осознал, что абсолютно не представляю, что будет после Хогвартса. И что говорить на консультации в таком случае тоже неясно.

– Так и скажешь, что пока не знаешь. – спокойно пожал плечами Драко и откинулся на стуле. – Что? Там никто не ждёт от тебя расписанного плана на всю оставшуюся жизнь, можешь даже воспользоваться случаем и расспросить о разных волшебных профессиях. К седьмому курсу что-нибудь да выберешь. А даже если нет, в твоём сейфе достаточно галлеонов, чтобы не думать о работе пару лет. И вообще, волшебники живут долго. Ты всё успеешь.

– Легко тебе говорить. – вздохнул я, поменяв положение ладьи.

– То есть? – уточнил Драко. Одновременно с этим он бросил быстрый взгляд на доску и передвинул одну из пешек вперёд. – Это комплимент или оскорбление?

– Это факт. – отозвался я, покачав головой на его ухмылку. – У тебя наверняка есть план, что ты будешь делать после Хогвартса. Никаких сомнений, никаких мук выбора…

– Ты правда так считаешь? – мягко улыбнулся Драко. – Послушай, не переживай так. Просто зайдешь, ответишь на вопросы, выберешь, какие предметы ты хочешь изучать дальше на седьмом курсе и пойдёшь дальше готовиться к экзаменам. Это не страшнее василиска, испытания с драконом, волшебного лабиринта или твоей недавней драки в режиме «один против всех». Кстати, из-за чего всё началось?

– Анджелина узнала о клятве, рассказала ещё нескольким, ну и вот… Оно само получилось, я действовал по ситуации. – развёл я руками. Драко не выдержал и расхохотался, откинувшись назад на стуле. – Что? – подозрительно переспросил я.

– Да ничего. – сквозь смех выдавил из себя Драко и качнулся вперёд, со скрипом возвращая стул в нормальное положение. – Просто похоже, только с тобой может такое случиться. Мне кажется, случись тебе работать в Отделе тайн, то ты случайно вернёшься куда-нибудь… Не знаю, во времена Основателей, кого-нибудь там спасешь, а потом вернёшься и скажешь, что оно само.

– Но это правда! Я же не виноват! – возразил я, чувствуя, что краснею. – Да хватит ржать!

– Ладно-ладно. – улыбнулся Драко, утерев платком в уголках глаз выступившие слёзы от смеха. – Просто в который раз убеждаюсь в одной своей мысли…

– В какой? – спросил я.

– «Место не меняет твоей сути». – выразительно процитировал Драко. – Другими словами, Герой есть Герой. В любой ситуации. Думаю, друзьям с тобой повезло.

– Знаешь что, давай играть. – вздохнул я, переводя взгляд на шахматную доску. Драко улыбнулся и ничего больше не сказал. Но мне после этого разговора действительно стало лучше.

***

В день консультации перед дверьми аудитории выстроилась огромная очередь. Все, кто выходил, сохраняли на лице крайне задумчивое выражение. Но времени расспрашивать их особенно не было, внутрь тут же запускали следующего человека в очереди. Гермиона буквально вылетела из аудитории с бледным лицом и лихорадочно блестящими глазами. Рон попытался её перехватить, но она быстро сказала, что ей нужно срочно что-то проверить и куда-то унеслась. Мы с Роном обменялись взглядами. И следом прозвучало моё имя.

Стоило войти внутрь, как у меня четко возникло ощущение дежавю. Этот зал мне отчётливо напомнил зал суда в Визенгамоте, который я однажды видел в Омуте памяти. Конечно, спокойнее от этой мысли мне не стало. Десятки взглядов впились в меня, рассматривая до малейшей детали. Сверкнула вспышка камеры, раздался недовольный ропот. Министр Фадж наклонился и что-то негромко сказал на ухо Амбридж, та задумчиво кивнула. Профессор Макгонагалл прочистила горло.

– Что же вы, мистер Поттер? Садитесь.

– Да, простите. – очнулся я и направился к стулу в центре комнаты. Очень хотелось вцепиться в собственные волосы, но вместо этого я сжал пальцы в замок и обвёл взглядом волшебников на трибуне.

– Начнём. – проговорил Дамблдор, по моей спине почти физически прошла волна тепла. – Кем вы себя видите в будущем, мистер Поттер?

– Я… Я, честно говоря, ещё не решил. – быстро проговорил я. Мне показалось, что ропот стал громче.

– Ничего страшного, мистер Поттер. – вмешалась профессор Макгонагалл. – Можете сказать, какие предметы вам хотелось бы изучать на более глубоком уровне?

– Трансфигурация. – не задумываясь ни секунды, ответил я, выпрямляясь и поймав мимолетную улыбку декана. – Защита, Чары, Руны, Уход за магическими существами… И, наверное, пока всё.

– Вы не включили список Зелья, Историю магии и Гербологию? – поддался немного вперёд доктор Левин, я заметил его только сейчас. – Можно узнать, почему?

– К Зельям у меня попросту нет способностей. – Снейп на это заявление хмыкнул, но я не обратил на него никакого внимания, продолжил. – Гербология… Если честно, я не очень большой фанат работы в теплице, хотя с ней у меня дела чуть лучше, чем с Зельями. А История магии мне просто не нужна. О гоблинских войнах я уже наслушался.

– Очень хорошо, мистер Поттер, подойдите ко мне. – улыбнулась вместе со всеми профессор Макгонагалл и протянула мне пергамент. – Имейте в виду, что это не окончательный выбор. Вы всегда можете добавить нужную дисциплину в своё расписание, просто в таком случае вам придётся сдать экзамен, как это было с Рунами.

– Спасибо, профессор. – с облегчением улыбнулся я. Консультация в действительности оказалась не такой сложной, какой я её себе воображал. Стоило только об этом подумать, как профессор Амбридж выразительно кашлянула.

– Можно задать вам вопрос, мистер Поттер? – самым приятным образом улыбнулась она, когда все замолчали.

– Конечно. – осторожно согласился я, покрепче сжав пергамент в руке. Профессор Макгонагалл напротив меня тоже заметно напряглась, прищурившись.

– У вас действительно нет никакой мечты на данный момент? Вы разве не хотите стать аврором, как ваш отец? Думаю, многие в этой комнате ожидали от вас услышать именно это. – мягким тоном проговорила Амбридж. Но её взгляд при этом оставался почему-то до жути серьёзным.