Текст книги "Компаньон (СИ)"

Автор книги: Garret Hawke Amell

сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 71 страниц)

– Рада вас видеть, профессор. Как у вас дела? – кашлянула она, когда стало ясно, что Дамблдор брать ситуацию в свои руки не собирается.

– Я тоже рад вас видеть, миссис Малфой. – улыбнулся Слизнорт. Вполне добродушно, хотя он явно всё ещё нервничал. – А дела, знаете ли, потихоньку. Разве что здоровье совсем не то, и сил толком ни на что не хватает. Старость… Старость и неизбежность.

– Помилуйте, вам ещё рано – покачала головой Нарцисса и по примеру Дамблдора взяла дольку ананаса. – Ваш возраст выдает разве что серебро в усах, и то смотрится весьма солидно.

– Вот так спасибо. – по-совиному ухнул Слизнорт, глядя на Нарциссу блестящими глазами. – Но вы забыли лысину и лишний вес, и не думайте обманывать меня, что не заметили!

– Зачем же обманывать? Я же сказала, что вы выглядите очень солидно, даже сейчас, когда вас застали врасплох. – спокойно ответила Нарцисса. Декан вздохнул и укоризненно погрозил ей пальцем. Дамблдор со стуком поставил чашку на блюдце.

– Прошу прощения, Гораций, но ты не возражаешь, если я отлучусь в уборную?

– Первая дверь слева в конце коридора. – моргнул декан.

– Спасибо. – усмехнулся Дамблдор и быстрым шагом вышел из гостиной. Декан дождался щелчка закрывшейся двери и глубоко вздохнул:

– Я подозревал, что Альбус попытается уговорить меня. Но чтобы он стал использовать вас?

– Если вам станет легче, профессор, то я такой же заложник ситуации, как и вы. – заметила Нарцисса. – Директор до последнего не говорил, куда мы идём. Только обмолвился, что меня будут рады видеть, в отличие от него.

– И он не ошибся. – со вздохом согласился декан и отставил чашку, сложив руки на пухлом животе. – Но хотя бы вы понимаете, почему я не могу согласится? Я отдал Хогвартсу очень многое. Большую часть своей жизни и ещё кое-что, чего мне никто не вернёт. Веру. Веру в счастливый конец, если хотите. Может быть, со временем я становлюсь слишком сентиментальным, но… Я так чувствую.

– Я понимаю, профессор. – отозвалась Нарцисса. – И вас, и отчасти директора. После ухода Северуса сложно придумать кандидатуру лучше, чем вы.

– О, он всё-таки ушёл? – оживился декан, немного поддавшись вперёд.

– Вы не удивлены. – отметила Нарцисса.

– А чему тут удивляться? Не спорю, у Северуса весьма незаурядные способности к зельеварению, но вот преподаватель из него вряд ли вышел хороший. – честно сказал декан, снова расслабленно откидываясь в кресле. – Я всё ещё держусь того, что на это нужно иметь определённый склад характера. Северус по натуре своей скорее учёный, чем учитель. Хотя отчасти и жаль, что он ушёл… Упустил крайне интересный опыт, на мой взгляд.

– Что вы имеете ввиду? – уточнила Нарцисса.

– Мистера Поттера, разумеется. Не каждый день в руки может попасть подобное дарование. И возможность раскрыть юный талант. – проворчал декан и смущённо прочистил горло. – Хотя, конечно, лично вы знаете о мальчике больше, чем я. Не поделитесь? Мне любопытно. Я следил за происходящим, но только через газеты. Полагаю, вы достаточно близки, раз взяли над ним опеку.

– Смотря, что вам интересно? – протянула Нарцисса и вздохнула, честно сказав – А опека… Я просто пыталась ему помочь, по мере сил. До сих пор зла на себя за то, что не добилась результата.

– О чём вы говорите? – искренне удивился Слизнорт. – Вы уберегли юношу от пожизненного заключения, обратили внимание общественности на проблему, добились суда… Немедленно прекратите заниматься самоедством, вы сделали очень и очень многое.

– Но ведь можно было больше. Гораздо больше. – заметила Нарцисса и глотнула остывший чай.

– Если бы, да кабы? – прикрыл глаза Слизнорт. – Такова человеческая природа. Нам всегда мало. И всего. Так что лучше уж сосредоточиться на положительном результате.

– Пожалуй, вам лучше знать. – согласилась Нарцисса и сменила тему. – Так, что вы хотели спросить?

– О мальчике. Какой он? Озорник, как Джеймс или тихий до поры до времени, как Лили? – декан с любопытством прищурился, скользнув взглядом по серебряным рамкам на столе. Фотографии его любимых учеников. Самых лучших, самых близких.

– Знаете, я думаю, в нём всего понемногу. – мягко улыбнулась Нарцисса. – Он умён, в меру усидчив, упорен, когда решает чего-то добиться… Но вместе с тем храбр и решителен, когда того требует ситуация. И больше увлечён трансфигурацией и защитой от тёмных искусств, чем зельями, если честно.

– Вот как? – пожевал губами декан и хмыкнул. – Но и в зельях он наверняка неплох, если унаследовал хоть толику таланта Лили… Жаль, очень жаль. Такие способности и такая трагическая судьба. У всей семьи причём. И куда мир катится?

– Извечный вопрос. – проговорил Дамблдор, возникнув на пороге гостиной и добродушно добавил. – Простите, не хотел напугать. И думаю, пора идти, мы и так злоупотребили твоим гостеприимством.

– У тебя талант, Альбус, вечно появляться невовремя. – проворчал декан, потирая ушибленное о журнальный столик колено и поднимаясь на ноги следом за Нарциссой. – Выведу вас, чтобы собака не нервничала.

– Крайне неожиданно, что ты завел питомца, Гораций. – с явным весельем в голосе проговорил Дамблдор. – Тем более, собаку.

– А это и не моя собака. – ответил декан хмуро, застегивая куртку и звеня связкой ключей. – Видимо, она принадлежала кому-то из местных жильцов, вот и пришла на тепло, так сказать.

– Очень благородно с твоей стороны. – подметил Дамблдор, первым выходя наружу, как только открылась дверь.

Пёс было заворчал, но тут же скрылся в будке, Нарцисса в неровном свете успела увидеть только стоящую клочьями седую шерсть. Дойдя до калитки, она пожала обеими руками ладонь декана.

– Как бы там ни было, я была рада увидеться, сэр. – искренне сказала она.

– Я тоже, миссис Малфой, я тоже. – расплылся в улыбке декан, глядя на неё подозрительно блестящими глазами. А потом вдруг эмоционально прижался губами к обороту её запястья. И она всё-таки почувствовала пару упавших слезинок. – Берегите себя, ради Мерлина, мы живём в совершенно кошмарные времена.

– И то правда. – согласился Дамблдор, когда Нарцисса смущённо отняла руку. – До свидания, Гораций. И помни, ответ ты можешь дать хоть 1-го сентября. Двери Хогвартса для тебя всегда открыты.

– Я всё прекрасно помню, Альбус, до свидания. – суховато ответил декан и пожал директору руку на прощание. Калитка за ними закрылась быстро, следом хлопнула дверь дома.

Нарцисса спускалась следом за директором, потом не выдержала и обернулась. На втором этаже загорелся свет, фигура Слизнорта металась туда-сюда, то и дело возникая в проемах окон. Время от времени мимо пролетали вещи. Нарцисса покачала головой.

– Знаете что, господин директор?

– М? – прошелестел фантиком от лимонной дольки Дамблдор.

– С вашими методами вам самое место на Слизерине. – проговорила она с долей язвительности.

– Что ж, я буду считать это за комплимент. – усмехнулся довольный собой Дамблдор и снова начал мелодично что-то мычать себе под нос.

Черный том. 88. Зона ответственности

Эти каникулы можно было бы назвать почти мирными, если бы не всё произошедшее. Казалось, с момента сдачи СОВ и ареста Гарри прошла по меньшей мере вечность. В лондонском доме, как называла дом Блэков мама, царило мрачное настроение. Грейнджер целыми днями ходила злая и почти ни с кем не разговаривала, Рональд и Джиневра то общались, то взаимно дулись друг на друга. Я с ними почти не пересекался, не считая приёмов пищи в столовой. Пожалуй, единственным, кто сохранял хоть какое-то присутствие духа, оставался дядя.

После апелляции Гарри он постоянно был чем-то занят. И даже перестал пить, ограничиваясь только бокалом вина за обедом. Честно говоря, я даже завидовал такой выдержке. Что бы ни говорила мама, чувство беспомощности никуда не делось. Заметив, что дядя в очередной раз исчез в кабинете, я допил сок и следом за ним поднялся из-за стола.

– Войдите. – отрывисто сказал дядя, стоило мне только постучать в дверь. – А, это ты… Хорошо, мне как раз нужно было кое-о-чём поговорить с тобой. Закрой двери только.

– Что-то серьёзное? – насторожился я, закрывая дверь и, на всякий случай, накладывая чары на комнату.

– Ну… – дядя замялся и поскреб рукой по заросшему щетиной подбородку. – Я, честно говоря, толком не знаю, с чего начать. Садись… – спохватился он и махнул рукой в сторону дивана.

– Начните с самого начала, дядя. А там… Как пойдёт. – осторожно предположил я.

– Сначала… – протянул дядя и глубоко вздохнул. – Понимаешь в чём штука, я в некотором роде чувствую себя… Бесполезным из-за всего происходящего. Не знаю, как точно это объяснить, но тем не менее. Вот и решил в итоге начать что-то делать, чтобы…

– Я понимаю. – быстро сказал я. – Честно говоря, я здесь по той же причине. Зашёл спросить, не нужна ли вам моя помощь.

– А, да? – дядя шумно выдохнул и широко улыбнулся. – Ну, вот и хорошо. Я всё объясню, но сперва ответь мне на один вопрос.

– На какой? – напряженно уточнил я.

– Этот твой кашель… Как далеко ты готов зайти, чтобы избавиться от него? – дядя выглядел предельно серьёзным и одновременно с этим почему-то смущённым.

– Думаю, я был бы рад, если бы нашёлся вдруг такой способ… – осторожно ответил я. – А в чём подвох?

– Почему сразу подвох? – нервно хохотнул дядя. – Предположим, я нашёл такой способ, но он достаточно рискованный. Хотя вполне законный. Как считаешь, ты смог бы убедить Циссу подписать разрешение? Думаю, тебе она не откажет и не проклянет.

– То есть, на кузенов по-вашему мамина благосклонность не распространяется? – прищурился я. – И что за способ такой, который нашли вы, но не доктор Левин?

– Очень простой. – дядя вздохнул и скрестил руки на груди. – Хотя ты в чём-то прав, доктору Левину это решение тоже не понравится. Ты что-нибудь слышал о магических татуировках?

– Что они опасны. Подходят не всем. И обществом это порицается, особенно после войны. – ответил я. – Вы думаете, нанесённые на кожу руны помогут мне?

– Я думаю, что стоит попробовать. – серьёзно проговорил дядя. – Разумеется, не делая из этого никакой тайны. Цисса должна знать, как и доктор Левин. При желании они могут даже присутствовать, но сперва… В общем, их нужно как-то к этому подготовить. Мастера я уже нашёл. И оплатил твой первый визит. По крайней мере, на осмотр. А там… Как пойдёт?

– Я очень ценю то, что вы сделали для меня, дядя, но… Это нужно серьёзно обдумать. До разговора с мамой или доктором.

– Никаких проблем, племянник. – поднял перед собой раскрытые ладони дядя. – Твоё тело – твоё дело. Ты имеешь полное право отказаться, несмотря ни на что. Я просто… Раз уж я не смог позаботиться о Гарри, может, хоть с тобой получится? До начала нового учебного года осталось несколько недель, так что… Подумай. Без кашля тебе явно будет легче.

– Благодарю. Я правда очень ценю это. – слегка наклонив голову, я поднялся с кресла и вышел из кабинета. Над этим всем действительно стоит подумать.

Весь оставшийся день мне толком не удавалось ни на чём сосредоточиться. Погода была отвратительно холодной, эссе давно написаны, а к музыке или чтению просто нет никакого настроения. Через какое-то время я поймал себя на том, что пристально рассматриваю родовое дерево Блэков на гобелене.

Имею ли я право рисковать? С одной стороны, вопрос касается лично меня. Моего комфорта, моего здоровья. На другой чаше весов ответственность перед Родом, мама, друзья. Если я ошибусь, если что-то случится, то последствия не заставят себя ждать. В конце концов, это попросту эгоистично, ставить под удар всё, что у меня есть ради призрачного шанса.

Но есть и другой расклад. Никто не может дать мне никаких гарантий, что я хотя бы доживу до рождения наследника. Приступы кашля всегда возникают неожиданно. И за ними по пятам идёт слабость. Так что же мне теперь делать? Как поступить? Неужели отец чувствовал себя так же? Гадал ежедневно, сколько ему осталось и удастся ли проснуться завтра утром?

– Драко, ты – идиот? – прошептал я и прикрыл глаза на пару секунд. Пришлось пару раз глубоко выдохнуть, чтобы взять эмоции под контроль. Мне нужны ответы. А значит, мне нужно домой. Подгоняемый этими мыслями, я побежал к камину.

***

Нарцисса всерьёз подумывала окончательно перебраться когда-то во Францию. Смерть Люциуса, болезнь сына, крестражи Лорда, арест Гарри… Всё это было уже попросту слишком. Она постоянно чувствовала себя уставшей. Сил едва хватало даже на привычный распорядок дня, не говоря уже о чём-то большем. И этот холод. Постоянный холод с липким туманом, которым сопровождалось лето. Солнце если и показывалось из-за туч, то весьма ненадолго.

Конечно, лето и раньше не баловало теплом, но чтобы так? С таким Нарцисса определённо сталкивалась впервые. Вздохнув, она сняла с переносицы очки, отодвинула бумаги и провела ладонями по лицу. На стенах от света свечей плясали длинные тени, перед глазами то и дело расплывались цветные круги. За окном завывал ветер, небо почти привычно закрылось тёмными тучами.

Нет. Продуктивной работы такими темпами определённо не получится. Щелчок пальцами. На краю стола тут же появился флакончик с кроваво-красным зельем. Кислый вкус заставил её поморщиться. Зато через минуту-другую стали появляться силы. Может быть, Нарцисса и устала. Но кто сказал, что это достойный повод опускать руки?

***

– Ты же не ждёшь от меня готового решения, не так ли?

– Разумеется, отец. – спокойно ответил я и глубоко вздохнул. – Мне нужно не решение, а совет. У тебя гораздо больше жизненного опыта, вот я и пришёл сюда. Времени мало.

– Ну что ж. – отец на портрете замолчал и слегка откинулся в кресле, глядя куда-то сквозь меня. Именно застывающий взгляд обычно выдавал его крайнюю озабоченность. И кажется, я эту особенность унаследовал. Как и многое другое. – Для начала я хочу отметить: ты верно поступил, что не стал соглашаться сразу. Это во-первых. Во-вторых, первым делом тебе непременно нужно поговорить с матерью. Она едва ли обрадуется и согласится, но, несмотря на это, окончательное решение ты должен принять самостоятельно. И нести за него полную ответственность, даже если последствия будут печальными. В-третьих, есть ещё люди, которые должны знать о происходящем. Так будет правильно.

– Крэбб и Гойл? – не задумываясь, предположил я.

– Именно. – кивнул отец, потом подумал пару секунд и добавил. – И, пожалуй, мисс Паркинсон.

– А это ещё зачем? Я ведь всё ещё могу отказаться. Какой смысл её волновать? – не понял я.

– Можешь. Но вы помолвлены. И лучше, если изначально будете друг с другом честны. Это решение в какой-то мере касается и её самой, разве нет? – отец усмехнулся, стоило мне только возмущённо открыть рот. – Я знаю, что скрывал от вас с матерью правду. И ты знаешь почему. И именно поэтому я имею право давать тебе советы, сын. Но в конечном итоге, тебе придётся сделать выбор, за который ты и только ты будешь отвечать.

Я замолчал и глубоко вздохнул. Поднявшаяся было в груди злость улеглась также быстро, как и появилась. Зато вместо этого мне вдруг стало ужасно грустно. Честное слово, если не оспа или тату, то мои эмоции точно сведут меня в могилу! До сих пор не могу привыкнуть к тому, насколько остра теперь моя реакция буквально на каждую мелочь.

– Думай вслух, будь любезен. – отрывисто приказал отец. Я заметил его обеспокоенный взгляд и пожал плечами.

– Не знаю, как всё это выразить. Знаешь, раньше я так торопился стать независимым, самостоятельным, хотел, чтобы меня никто не контролировал, а сейчас… Сейчас я бы многое отдал, чтобы ты был жив, а самой большой моей проблемой стало бы сдать пристойно экзамены в этом году, не потеряв значка старосты.

– Лови мгновение, сын. Время летит быстро. – хмыкнул отец и поудобнее перехватил трость. Я, как завороженный, наблюдал за ним. Ощущения очень странные. Будто смотришь в собственное отражение. Лет через тридцать. – Ладно, с этим позже… Как ты полагаешь, кто станет твоим приемником на должности старосты? Ты заметил кого-нибудь более-менее перспективного на факультете?

– Есть один. Его фамилия Роули. – откликнулся я, охотно меняя тему. – И между прочим, мне бы не помешал ещё один совет…

***

Если бы Сириусу раньше кто-то сказал, что он будет с удовольствием организовывать ужин в доме на площади Гримо, он бы определённо проклял этого сумасшедшего чем-то заковыристым. Впрочем, очень многие его представления о жизни, которыми он руководствовался раньше, в конечном итоге так и не сбылись. Он не стал грозой темных магов, не затмил славу Грюма, не стал главой ДМП… И ещё много чего «не», на самом деле. Но теперь нет никакого смысла об этом думать. Всё изменилось.

И, кажется, Сириус начинал немного понимать Циссу. Домашние дела и разные мелочи здорово помогали отвлечься, нагрузить голову так, чтобы к вечеру хватало сил только дойти до кровати и уснуть. А уж с началом учебного года у него, к счастью, и вовсе не будет времени на лишние размышления. И это хорошо.

Впрочем, кое-что осталось неизменным. Сириус по-прежнему не любил слишком пышные приёмы, множество непонятных гостей, которых приглашают просто чтобы соблюсти приличия и официальные, помпезные приглашения, за написанием которых Цисса могла потратить по полдня своей жизни.

Нет. У Сириуса подготовка выглядела несколько иначе. Сегодня придут Амелия, Ремус, Фред, Джордж, Артур и Молли. Кажется, будет ещё Паркинсон, но она придёт больше ради племянника, так почему бы и нет? Тихий, дружеский ужин безо всякого повода. Просто чтобы немного расслабиться. И организовывать этот ужин оказалось неожиданно приятно. Жаль только Цисса отказалась присоединиться. Отговорилась усталостью. Но Сириус подозревал, что это только приличный предлог, чтобы не встречаться с Молли.

Сверив часы, он вздохнул и направился в спальню. Нужно было переодеться, спросить у эльфов всё ли готово и придумать повод ещё раз увидеться с Амелией. В конце-то концов, почему бы и нет? С началом учебного года у них обоих будет не очень много свободного времени.

***

Я ошибся, думая, что после разговора с отцом станет легче. Конечно, в голове появилось много разных мыслей, но волнение ничуть не уменьшилось. Дождавшись разрешения войти, я пару раз выдохнул, прежде чем пересечь порог кабинета. И замер.

Мама выглядела… Уставшей. Пугающе бледной, это бросалось в глаза, несмотря на косметику и строгий, предельно собранный взгляд. Она сложила стопкой бумаги, сняла очки, мягко улыбнулась. И почему-то после этой улыбки я забеспокоился ещё больше.

– Всё в порядке, дорогой? – проговорила она. – Ты вроде бы должен сегодня быть на ужине у Сириуса, если я правильно помню.

– Всё хорошо, я просто… – я замялся и подошёл к столу, сжав ладонь матери. Пальцы холодные. Даже чересчур. – Зашёл поздороваться и спросить, как ты. Мы не виделись пару дней.

– Я в полном порядке, мой дорогой… И рада тебя видеть. – сжала мою руку в ответ мама. – Но тебе пора идти, если ты не хочешь опоздать на ужин. Я, наверное, лягу пораньше. Завтра предстоит много дел.

– Разумеется. – кивнул я. – Отдыхай. А потом может мы как-то… Не знаю, по парку прогуляемся, скажем? Покормим павлинов?

– Прекрасная мысль. – сухие губы матери мимолётно коснулись моего виска. – Обязательно прогуляемся, дорогой. И если захочешь поговорить, я всегда в твоём распоряжении.

– Я знаю. Доброй ночи, мама. – пожелал я, выходя из кабинета.

– Доброй ночи, дорогой. – тихо ответила она. Дверь за мной закрылась совершенно бесшумно.

Уже в своей комнате я быстро написал короткое письмо крёстному, постаравшись как можно менее эмоционально описать ситуацию. Но, если маме спокойнее, когда я под присмотром дяди и доктора Левина, то мне будет гораздо легче, если рядом с ней будет хотя бы крёстный. А разговор насчёт татуировки может и подождать. Проводив взглядом птицу, я посмотрел на часы и отправился в душ. Нужно привести себя в порядок и собраться. Мама права. Негоже опаздывать на ужин. Особенно учитывая, что там будет Панси.

Черный том 89. В летнюю ночь

Собирался в лондонский дом я в приподнятом расположении духа, чего не бывало уже достаточно давно. Правда, уже ступив в камин запоздало осознал, что стоило прихватить с собой хотя бы цветы для Панси. Возвращаться в спешке назад просто чтобы выполнить задуманное – означает поставить себя в ещё более смехотворное положение, чем сейчас. Как только рев в ушах смолк, и меня перестало болтать из стороны в сторону, я открыл глаза. Из камина я вышел крайне аккуратно, почти с наскока, как будто преодолевал особенно высокую лестничную ступеньку. Это помогло сохранить равновесие. А очистить одежду от сажи – секундное дело.

– Дядя. – поприветствовал я хозяина дома.

– Проходи уж, племянник… Почти все уже здесь. – усмехнулся дядя, крепко пожимая мою ладонь.

– Здесь – это где именно, прошу прощения? – переспросил я.

– В малой гостиной наверху. Как только прибудут все, почти сразу соберёмся в столовой. – махнул рукой в сторону лестницы дядя. Я благодарно кивнул и заспешил наверх, спиной чувствуя сопровождающий меня шёпот портретов. Впрочем, очень скоро я отвлёкся. Стоило подойти к двери, почти сразу послышались громкие голоса. Я невольно нахмурился. Спор? Так быстро? Что произошло на этот раз? Чтобы предупредить о своём присутствии, я громко постучал по двери костяшками пальцев. И не дожидаясь ответной реакции, переступил порог.

– Добрый вечер.

В комнате воцарилась немая пауза. Судя по бордовому от недовольства лицу Рональда Уизли, для него вечер почему-то перестал быть добрым ещё до моего появления. Следом мой взгляд скользнул по одинаково мрачным близнецам, уставшей Грейнджер и слегка раздражённой Панси.

– Прошу прощения, я не хотел прибыть последним. – снова нарушил тишину я. Отвечать мне никто не спешил. Только Панси через пару секунд выдохнула, щелкнула веером и облегченно улыбнулась, подходя ко мне.

– Наоборот, ты как нельзя вовремя. – приобняла меня она, мимолётно губами касаясь щеки. – Может, стоит закрыть дверь, чтобы не мешать остальным гостям?

– Разумеется. – спохватился я, взволнованно улыбнувшись. Сердце отчего-то забилось быстрее. И наше объятье с Панси вышло чуть дольше, чем полагалось при формальном приветствии. Впрочем, не похоже, чтобы она была против. В эту краткую долю секунды я ещё раз пожалел, что не захватил цветов.

Стоило закрыться двери, как все остальные будто бы отмерли. Рональд фыркнул, сохраняя бордовый цвет лица, и так и сел в кресле, ни на кого не глядя. Грейнджер коротко мне кивнула, а Фред и Джордж переглянулись между собой и с одинаково плутовскими улыбками заключили:

– Сиятельный лорд Малфой почтил нас своим присутствием? Какая честь!

– Благодарю, мистер Уизли и… Мистер Уизли. – усмехнулся я, церемонно наклонив голову в сторону обоих. – Если вы оба не возражаете, то я приму это за комплимент, нежели за оскорбление. Сегодня, знаете ли, совершенно неподходящий вечер для того, чтобы ссориться. И кажется, у нас с вами отныне один портной? – приподнял бровь я, окидывая костюмы и туфли обоих коротким взглядом. – Одобряю, одобряю. Вам обоим очень идёт.

– Премного благодарны! – до жути официально заключили близнецы. Я не выдержал и расхохотался первым. Панси закатила глаза и слегка сжала мою ладонь, подводя к креслу. И тут же опустилась в соседнее, по левую руку от меня.

– Итак… – выдохнул я. – Рассказывайте, как дела. Мне страшно любопытно.

Невзирая на недовольного младшего Уизли и задумчивую, молчаливую Грейнджер, атмосфера в малой гостиной быстро стала тёплой. У близнецов и впрямь врождённый талант разряжать обстановку. Кто знает, может, сложись ситуация иначе, с их магазином приколов что-нибудь бы и вышло. Но сейчас мне очень не хотелось думать о будущем. Особенно о том, что не сбылось.

Где-то внизу в очередной раз взревел камин, а уже через пару минут в комнате с хлопком появился эльф и позвал всех на ужин. Вечер начался.

***

Дядя сидел во главе стола с Амелией Боунс по левую руку. Справа от него расположилась чета Уизли, сразу за ними Ремус Люпин. Буквально под боком у бывшего преподавателя по защите от Тёмных искусств сидели близнецы, похоже, намеренно выбрав место подальше от брата. Поссорились, не иначе.

Грейнджер сидела рядом с Фредом, что, впрочем, никак помешало ей после первой же смены блюд засыпать Люпина вопросами о чарах Патронуса. Близнецы сначала просто прислушивались к беседе, а потом начали азартно спорить с бывшим профессором. Тот поначалу изумился, но против явно не был: шум разговора не умолкал.

Рональд сидел чуть дальше остальных, сосредоточив внимание исключительно на содержимом тарелки. Так и получилось, что мы с Панси оказались совсем обособлены в дальнем конце стола. Сириус был занят каким-то серьёзным разговором с Амелией Боунс и четой Уизли, все остальные не обращали на нас совершенно никакого внимания. Впрочем. не то чтобы я возражал.

В последние недели мы с Панси переписывались крайне редко. Она только-только вернулась из Греции, я был занят делами дома и другими планами. И сейчас в её присутствии я… Волновался. Мой взгляд то и дело останавливался на её длинных изящных пальцах и темных волосах. Среди всех прочих запахов особенно отчётливо выделялся запах её духов. Вербена и… Что-то ещё, чему я до конца так и не смог подобрать определение. Но это «что-то» однозначно было приятным. После второй смены блюд Панси промокнула губы салфеткой и вопросительно наклонила голову, смотря прямо мне в глаза.

– Всё ведь в порядке, правда?

– Да я… – на моих губах застыла неловкая улыбка. – Всё хорошо. Просто мы очень давно не виделись, а мне помимо прочего нужно с тобой поговорить кое-о-чём серьёзном. Волнуюсь немного, только и всего.

– О. – отреагировала Панси, в её взгляде отчётливо промелькнула тень настороженности. – Надеюсь, ничего плохого не произошло?

– Совсем нет. – заверил её я. – Но не думаю, что такие новости стоит обсуждать за столом.

– Что ж, кажется, я обещала тебе первый танец? – приподняла брови Панси. – Думаю, момент будет вполне подходящим для разговора.

– Только лишь первый, моя леди? – не удержался я.

– Всё зависит от вас, мой лорд – сверкнула улыбкой Панси. – Вечер покажет, определённо.

На столе появились десерты и фрукты. Я взял из вазы зелёное яблоко, не в силах согнать с лица улыбку. Надо же. Вечер, ужин, свет свечей причудливыми бликами отражается в столовом серебре, и я влюблён. Я влюблён.

***

Панси опирается о мою руку, музыка наполняет комнату, я ловлю себя на мысли, что ей очень идёт это пышное, серое платье с туго затянутым корсетом. Музыка. Шаг. Ещё шаг. Земля буквально уходит из-под ног, когда Панси кружится и снова прижимается ко мне, свободной рукой крепко сжимая моё плечо.

– О чём ты хотел поговорить?

– Это… Немного сложно. – собраться с мыслями мне удается не сразу. Панси в моих руках ощутимо напрягается. Мимолётно кончиками пальцев провожу по её талии, чтобы немного успокоить. – Но я попытаюсь рассказать всё по порядку. А потом ты… Задашь мне вопросы, если таковые, конечно, возникнут. Хорошо?

– Я вся внимание. – вытянулась как струна Панси.

– Что ж, давай начнём сначала… – задумчиво обронил я.

***

– Здравствуй, Северус – удивлённо проговорила Нарцисса, увидев гостя в собственной гостиной. Она, конечно, не была против, но уж очень это вышло неожиданно и как-то неловко, что он увидел её вот так, в домашнем халате, без макияжа и с сеткой в волосах. Да что там неловко! Как-то неприлично, что ли… – Мы договаривались встретиться, а я забыла? Если так, прости.

– Здравствуй, Цисса. Нет, мы не договаривались. Я просто… Невовремя? – предположил Северус напряжённо. Определить, что он нервничает, было довольно легко: его руки тут же жёстко скрещивались на груди, а лицо переставало выражать хоть какие-то эмоции.

– Нисколько, не переживай, я просто удивлена, не более. – на одном дыхании проговорила Нарцисса и улыбнулась. – Как насчёт позднего ужина?

– Не возражаю. – кратко ответил Северус, разжимая руки.

– Прекрасно, проходи в столовую, я присоединюсь к тебе буквально через пару минут. – ещё раз улыбнулась Нарцисса и лёгким шагом взлетела вверх по лестнице. Мерлин, ей срочно нужно было привести себя в порядок!

***

– По-моему это звучит… – Панси помедлила и в очередной раз крепко сжала мою руку. – Не очень. Не знаю почему, но у меня складывается именно такое впечатление.

– Итак, я должен отказаться? – полуутвердительно уточнил я. – Ты так считаешь?

Мой рассказ был достаточно путанным и долгим. Мы успели потанцевать несколько раз, и всё это время Панси сосредоточенно молчала, чем заставляла моё сердце буквально выпрыгивать из груди. Кроме матери и отца, мне нечасто приходилось делиться с кем-либо секретами, а уж тем более просить совета.

Внезапно оказалось, что я боюсь… Осуждения. Разочарования в её глазах. Ради Панси мне хотелось быть лучше. Становится лучшей версией себя каждый день. И от самой мысли, что она может принять меня за слабовольного слабака становилось тошно.

– Ты меня не понял. – хмуро качнула головой Панси. – Мне ты ничего не должен, но сама эта затея как-то… Не знаю, сомнительна, что ли?

– Почему?

– Как это «почему»? Сам посуди, в твоём теперешнем положении ты хоть немного, но ситуацию контролируешь. А после этого… Ритуала… – нашла подходящее слово Панси, крепче сжав мою руку. – Кто знает, что может случится? Само собой, ты не должен в конечном итоге опираться только на моё мнение, но… Драко, мне страшно. Страшно не только за наше будущее. За тебя прямо сейчас. Если ты после этого пострадаешь, а я буду знать, что могла остановить тебя…

– Ты только что сказала, что не ответственна за мои решения, и была права. – подметил я, придвигаясь к ней ближе на диване. Из-за приоткрытой двери всё ещё слышалась музыка, но мне не хотелось пока уходить из малой гостиной. И не только потому, что тема разговора достаточно личная. – Таким образом, если со мной что-то и случится, ты уж точно не виновата.

– Это не то, что я хотела бы от тебя услышать. – поджала губы Панси и отвернулась к окну. Но руки из моей ладони не отняла. Хороший знак.

– А что ты предпочитаешь? Я ведь не могу обещать, что ничего не случится. – невольно фыркнул я и прикрыл глаза. – Нужно принять решение до следующего учебного года, но, если честно, порой кажется, что этого всего для меня слишком много.

Признать подобное было очень нелегко. Спина, по ощущениям, задеревенела от волнения. И, кажется, кровь отхлынула от лица больше обычного. Панси обернулась, в мгновение ока прильнула губами к моим.

С трудом выпускаю из лёгких рваный выдох, прижимая невесту к себе. Поцелуй вышел долгим. И достаточно эмоциональным, чтобы даже приоткрытая дверь меня мало обеспокоила. Когда Панси отстранилась, я тут же взглянул в её глаза. Тёплые. Без осуждения и разочарования. Слава Мерлину.