Текст книги "Компаньон (СИ)"

Автор книги: Garret Hawke Amell

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 71 страниц)

– Исключение? Разумеется. Но, если вы думаете, что я позволю, чтобы отравители моего сына отделались так легко, то рекомендую подумать ещё раз. Я сделаю всё возможное, чтобы эти двое понесли заслуженное наказание в тюрьме Азкабан, где подобным субъектам самое место. Вот вам моё слово, не будь я Роули!

В кабинете как будто взорвалась бомба, такой поднялся крик. Близнецов затрясло, Артур Уизли чуть ли не бегом бросился к Макгонагалл, голоса явно разделились. Многие профессора посчитали эту меру слишком жёсткой, в то время как родители пострадавших были полностью солидарны с миссис Роули, которая выглядела вполне довольной произведённым эффектом. Повинуясь какому-то внутреннему ощущению, я сделал несколько шагов вперёд и прислонил кончик палочки к горлу.

– Прошу прощения, но у меня есть предложение. – все замолчали и медленно повернулись ко мне. Я убрал палочку и заложил руки за спину, обернувшись прямо к миссис Роули. – Я готов оплатить весь ущерб, причинённый вашему сыну, так как крайне привязан к нему. Более того, я готов помочь каждому из пострадавших, и поручиться за Фреда и Джорджа Уизли, чтобы их не отправляли в тюрьму Азкабан.

– Поясните. – очнулась первой миссис Роули. Все остальные молчали, я чувствовал внимательный взгляд матери и на секунду прикрыл глаза, уверенно продолжив:

– Это вопрос гуманизма, мэм. Разве стоит губить жизни двух молодых волшебников из-за одной ошибки, совершенной по глупости? У Фреда и Джорджа, как и у каждого из нас, есть право на второй шанс и попытку исправиться. Пусть им и придётся покинуть Хогвартс, но Азкабан – это, на мой взгляд, слишком, хотя мы с ними никогда не были добрыми друзьями.

– Вы осознаете, сколько семей могли пострадать непоправимо ? – поджала губы миссис Роули.

– Мэм, я готов всю жизнь быть при вашем сыне верным другом и соратником, если только вам станет от этого лучше. – слегка наклонил голову я и обвёл взглядом остальных родителей. – Но будь ситуация обратной. Разве никто из вас не хотел бы второго шанса для своих детей?

Кабинет директора погрузился в ошеломлённое молчание. Я про себя считал минуты, чувствуя, как утекает ощущение уверенности, словно вода сквозь пальцы. По лицу крёстного ничего нельзя было понять, но я почему-то был уверен, что он догадывается о моих намерениях. Мама подошла и приобняла меня за плечи.

– Что ж. Думаю, с этим все согласны. – устало заключила Макгонагалл. – Если мы всё решили, можем расходиться. Мистер Уизли, вы заберёте своих сыновей из Хогвартса сегодня же. Требование об их исключении остается непреложным.

– Да… Да, конечно. – оглушенно пробормотал мистер Уизли и первым направился со своими сыновьями из кабинета на выход. Я поймал взгляд матери и кивнул. Мы вышли следом за Уизли на винтовую лестницу. Как только дверь закрылась и лестница поехала вниз, Артур Уизли вздохнул. – Вы ведь не просто так? Не думайте, что я не благодарен, но…

– Я говорил искренне. – покачал головой я и поймал ошарашенные взгляды близнецов. – Что? По вашему, раз я слизеринец, то и на сострадание не способен? Хотя вы, конечно, идиоты. Но всё-таки.

– Не волнуйтесь. – проговорила мама и улыбнулась Артуру Уизли. – Мы встретимся с вами в Гринготтсе и подпишем несколько бумаг. На этом считайте, что вы нам ничего не должны. Вам это абсолютно ничего не будет стоить, разве что, потратите немного времени.

– Вы говорите… – начал Артур Уизли, и тут его глаза засветились пониманием. – О! Конечно, я согласен…

– На что? – хором уточнили близнецы.

– Исправлять ошибки прошлого. – любезно пояснил я и спрятал зевок за ладонью. Внезапно на меня накатило ощущение колоссальной усталости. – Когда-то очень давно ваш предок проклял моего. И теперь, чтобы снять проклятье, нужно составить контракт и обратиться к гоблинам за совершением ритуала. Правда, у этого ритуала есть нюанс. Желание помочь с вашей стороны должно быть абсолютно искренним. Ну, это так, если вкратце…

– Я всё сделаю. Я сделаю отныне всё, что угодно. – горячо заверил Артур Уизли. Когда винтовая лестница остановилась, и горгулья отпрыгнула в сторону, он первым пошёл по коридору. Близнецы помедлили и оглянулись на меня, одновременно открыв было рты, но потом захлопнув обратно.

– Сочтёмся. – отмахнулся от обоих я. – Идите, вас отец ждёт.

– До свидания. – пробормотали синхронно близнецы, бросив ещё один взгляд исподлобья на меня и мою мать, и поспешили за своим отцом. Когда мы остались в коридоре одни, мама крепко меня обняла.

– Я так тобой горжусь! Ты такой молодец! – прошептала она и крепко меня поцеловала в макушку. – И твой отец будет гордиться, когда я ему расскажу! Потомки будут восхвалять тебя в хрониках!

– Для начала до потомков нужно дожить. – с усталой насмешливостью отозвался я и слегка отстранился. – Пойду посплю, если ты не против. Напиши, когда оформишь бумаги. Само собой, было бы хорошо, если бы мне удалось увидеть ритуал.

– Конечно, я сейчас же напишу в банк. – заверила меня мама и улыбнулась, вторично крепко обняв. – Я горжусь тобой, Драко.

– Я тоже тебя люблю, мама. – отозвался я, прижал к губам её запястье и с необычайно лёгким сердцем отправился в подземелья. Получилось! У меня всё получилось! Никакого проклятья на роде Малфоев больше не будет! Несмотря на усталость, я с трудом удерживался от того, чтобы от счастья не запеть.

***

Всё это я постарался рассказать крайне ёмко, избегая подробностей относительно семейного проклятья, так как это касалось только нашей семьи и семьи Уизли. Гарри выглядел впечатлённым и сбитым с толку одновременно.

– Почему ты не хочешь, чтобы я рассказал об этом Рону? – недоумённо уточнил Гарри. – Ведь тогда он поймет, что ты помог близнецам.

– Положим, поймет. – согласился я, сдвигая ладью на позицию. – Вот ты ему рассказал, он понял… И что в итоге?

– Ну, разве так не лучше? – неуверенно отозвался Гарри, растерянно посмотрев на шахматную доску.

– Может и лучше. А может, и нет. Но мне не нужно чьё-либо одобрение. Я сделал то, что считал правильным. То, что было нужно. Так какое мне дело до мнения Рона Уизли? – переспросил я.

– А какой смысл скрывать? Ведь он всё равно всё узнает от мистера Уизли или близнецов. – не понял Гарри.

– Всё, да не всё. – не согласился я. – Ни ты, ни я не знаем, что мистер Уизли и близнецы предпочтут сохранить в секрете. И это их дело. Поэтому, до поры до времени, будет хорошо, если ты промолчишь. Договорились?

– Если ты так уверен. – пожал плечами Гарри и улыбнулся, сделав ход пешкой. – Но не думай, что раз ты такой великий стратег, я тебе уступлю.

– Сыграем! – с азартом согласился я и тоже вернул внимание к шахматной доске. Остаток вечера мы ни о чём серьёзном не говорили, на душе мне было как никогда хорошо.

Черный том. 51. Взвешенное решение

Холодный, промозглый ветер буквально пробирал до костей. Дождь хлестал по лицу. И чем выше приходилось подниматься, тем хуже становились условия. Передо мной назойливо мелькала спина ловца Хаффлпафа, от усталости всё чаще появлялась мысль сбросить его с метлы к Мерлину… Снитч, наконец, сменил направление и полетел вниз, прямо к гриффиндорским трибунам. Я заметил это чуть раньше, и сейчас из-за Нимбуса у меня оставалось небольшое преимущество…

Через какое-то время соперник поравнялся со мной слева, я не стал церемониться и просто пихнул хвост его метлы ботинком. Получилось не слишком сильно, но этого хватило, чтобы он на пару секунд потерял контроль над ситуацией, а мои пальцы сомкнулись на трепещущем снитче и взлетел вверх. С точки зрения квиддичных правил я ничего не нарушил, так как не целился в игрока… Да даже если бы попал по телу вместо метлы, вряд ли бы судья успела засчитать нарушение, учитывая, что она сама находится на другом конце поля.

Комментатор уныло объявил победу Слизерина, трибуны подняли шум… Я сделал круг почета над полем, посмотрел на табло и вернул снитч судье. Судя по очкам, мы уверенно лидируем в школьном соревновании по квиддичу, и в общем зачете по кубку школы держимся на первом месте. Хотя, конечно, многое будет зависеть от того, с каким разрывом гриффиндорцы сыграют с райвенкловцами.

Все эти мысли вихрем пронеслись у меня в голове, пока я вместе со всеми шел в раздевалку. И хотя победа меня по-прежнему радует, сейчас усталость пересиливает все остальные ощущения. К тому уже в раздевалке я снова почувствовал знакомое ощущение: как будто в груди быстро разгорается костёр. Моей выдержки хватило, чтобы не подать вида до того, как все разойдутся в душевые. И кашель снова прорвался наружу, такой сильный, что у меня заложило уши.

Это был самый длинный приступ за последнее время. В итоге я опустился на скамейку напротив своего шкафчика и быстро смочил платок зельем из флакончика, приложив к лицу. Несколько глубоких вдохов принесли огромное облегчение, горло немного болело, как никогда отчётливо я чувствовал собственную усталость. Внезапно за моей спиной раздался голос Крэбба:

– Знаешь, всё-таки эту проблему надо уладить…

– Я работаю над этим. – вздрогнул от неожиданности я и выпрямился, убирая платок от лица. – Только никому, ладно? Не хочу, чтобы косились.

– Да я молчу. – пожал массивными плечами Крэбб и направился к своему шкафчику. – Но, может, ну его, квиддич? Вдруг станет хуже, так и помрёшь на поле? Оно тебе надо?

– Нет, конечно, что за глупости. – поморщился я и убрал флакончик с зельем в свой шкафчик, платок отправился в карман моей мантии. – Но пока я могу играть, не хочу заканчивать. Хотя бы в этом году.

– Год, значит, н-да? – протянул Крэбб. – Ну, давай. Но если вдруг нужна будет помощь, мы рядом.

– Куда я от вас денусь, друзья мои? – насмешливо уточнил я и, взяв полотенце, отправился в душевую. – Всё будет хорошо. Увидимся в гостиной.

– Как скажешь.

***

Ритуал был назначен за день до начала зимних каникул. Разумеется, я тут же поставил в известность декана, что мне нужно раньше покинуть Хогвартс. Тот без раздумий согласился. Вообще в последние дни он пребывал в несколько разобранном состоянии, хотя и старался по-настоящему не подавать вида, но я замечал, что что-то не так. Правда, я не настолько бессмертный, чтобы лезть к нему с вопросами… Со временем сам расскажет, если захочет. Пока что хватило простого напоминания: если что, я в вашем распоряжении, сэр. Декан просто кивнул. Что ещё больше укрепило моё предположение. Ну и ладно… Подождём. У меня без того дел хватает.

Кстати, всего за пару недель об исключении Уизли говорить перестали. Люди довольно быстро переключились на другие события школьной жизни, да и профессора не ослабляли хватку в связи с приближающимися экзаменами. Хотя упоминания, конечно, остались. Но всё заканчивалось обычно фразами в духе «Лучше бы сдать эти идиотские зелья... Родители взбесятся, если меня исключат, как Уизли, на последнем году!».

И, честно говоря, меня ни капли не удивляет такой исход. Это не первый и явно не последний раз в истории Хогвартса, когда кого-то исключили, а у самих близнецов, так или иначе, хорошие перспективы. Они сдали СОВ с неплохими баллами и, что ещё важнее, оба приноровились неплохо использовать магию. Чистокровные сильные маги с большими амбициями всегда найдут своё место в жизни. Единственным, кто оставался до сих пор жутко недовольным, был Рон Уизли, но это его личные проблемы. Их сестра, например, вообще была больше занята своей личной жизнью, и не похоже, чтобы переживала за братьев. И Мерлин с ними, честное слово, главное, чтобы ритуал в итоге прошёл хорошо.

***

Последнее в этом году парное дежурство снова с гриффиндорцами. И в этот раз Панси категорически отказалась терпеть общество Грейнджер дольше необходимого минимума в общей комнате старост. Так что именно мне предстоит ходить с Грейнджер по коридорам. Не критично, но приятного всё равно мало. До каникул оставалось дай Мерлин, полторы недели, и мне не хотелось напоследок скандала. Но и не уступить Панси я не могу.

В общей комнате старост мы утвердили маршрут патруля и разошлись каждый в свою сторону. Сегодня на мою долю выпали подземелья и первые этажи. Грейнджер, что удивительно, молчала. Правда, при этом упорно буравила меня взглядом. Через полчаса я не выдержал и, не оборачиваясь, спросил:

– И? Говори уже, в чём дело.

– С чего ты вдруг решил? – с вызовом переспросила Грейнджер.

– С того, что ты меня взглядом сверлишь без конца. – устало отозвался я, насмешливо добавив. – Будь у нас другие взаимоотношения, я бы предположил, что ты влюблена, и был бы вынужден тебя огорчить, так как уже помолвлен.

– Кто в здравом уме может в тебя влюбиться, Малфой?! – вспыхнула Грейнджер.

– Потише, это уже тянет на оскорбление. – усмехнулся я. – И вообще, я шучу. Что за привычка всё воспринимать исключительно всерьёз… Чем спорить, лучше ответь на вопрос.

Грейнджер промолчала. Ну и ладно, оно мне не надо, настаивать. Передёрнув плечами, я ускорил шаг. Быстрее всё перепроверю, быстрее разойдемся. Миновав несколько лестниц вниз, я проверил классы, как вдруг услышал странный, глухой стук, как будто прозвучавший откуда-то издали.

– Что за… – начала было Грейнджер.

– Замолчи. – взметнул ладонь я и прислушался. Стук повторился через какое-то время снова. Мы медленно шли на звук. У меня в душе упорно нарастало чувство тревоги, рядом с одним из чуланов стук повторился. Я потянул дверцу на себя, но та не поддалась, пришлось достать палочку. – Так. Спокойно. Я – староста. Пожалуйста, без паники. И постарайтесь не двигаться, мне нужно открыть дверь.

Стук прекратился, и всё буквально замерло. Дверь не поддавалась долго, но в конце концов мне удалось придумать контрзаклятье, чтобы открыть её. В тусклом свете факелов показалась сгорбленная фигура, раздался всхлип.

– О, Господи… – выдохнула Грейнджер, расширив глаза. – Что это?!

– Не ори. – раздраженно осадил её я, осторожно подходя ближе. – Роули, ты меня слышишь?

Это действительно был Роули. Услышав мой голос, он вскинул голову, подставив свету бледное, искажённое страхом и болью, лицо. Правое плечо было ниже левого, странно скошенное и вывернутое наружу. Но если бы проблема была только в этом, ситуацию можно было бы быстро исправить обезболивающим зельем и визитом в Больничное крыло. Даром, что Роули совсем недавно покинул владения мадам Помфри… Но помимо проблем с плечом, его левая нога частично вросла в пол, как будто обросшая деревянным каркасом. Если бы не знать, что у него вполне нормальная нога, легко можно заподозрить протез. При всём желании Роули не смог бы сдвинуться с места. Обломки волшебной палочки лежали где-то в углу, рядом с ведрами и щетками.

– Майкл, давай сначала. – мягко проговорил я, посмотрев ему в глаза. – Можешь рассказать мне, что произошло?

– На меня напали… – прохрипел Роули и выдохнул с усилием, его лицо снова скривилось от боли. – Сломали палочку и втолкнули сюда. Я попытался выбраться, ну и в общем… Пожелал исчезнуть из этого чулана, а потом… – лицо Роули скривилось в гримасе боли. Говорил он с одышкой, делая паузы и частично проглатывая окончания.

– Даже думать не смей! – нахмурился я и бесцеремонно ударил Грейнджер пальцами по запястью. Не слишком сильно, но достаточно, чтобы она отвела палочку в сторону от Роули.

– Но я могу помочь, мы просто отменим заклинание и отведём его к мадам Помфри! – возразила Грейнджер, вспыхнув щеками. – Я изучала программу за шестой и курс, и знаю…

– В таком случае ты должна знать, что любое стороннее применение магии при неполной человеческой трансформации может привести к необратимым последствиям. Особенно если речь идёт о сильной врождённой способности к трансформации, какая прослеживается в чистокровной семье Роули по мужской линии! – не выдержал я, дав волю своему раздражению. Эта идиотка мешала мне думать, а придумать что-то нужно было срочно, иначе придется вызывать колдомедиков из Мунго.

– Уж извините, что в книгах не пишут о чистокровных семьях с уникальными способностями! – взвилась Грейнджер, окончательно выводя меня из себя.

– Если бы твой кругозор, Грейнджер, выходил за рамки школьных учебников, ты бы знала, что это не так. – холодно проговорил я. – Магический мир не ограничивается учебной программой Хогвартса и твоими фантазиями, вбей это, наконец, в свою пустую голову и научись слышать то, что говорят тебе другие.

– Малфой, ты… – задохнулась от возмущения Грейнджер.

– Я вам не мешаю? – кашлянул иронично Роули, тяжело дыша от боли. – Может вернём разговор в более конструктивное русло?

– Извини меня. – нахмурился я и отвернулся от Грейнджер. – Давай сначала. Ты представил, как ты исчезнешь из чулана и окажешься в…

– В гостиной факультета. – подсказал Роули, тяжело дыша. Его сгибало всё ниже к полу от боли, будто на спину положили какой-то груз. – Дома у меня получалось проходить сквозь стены или двери, но сейчас что-то пошло не так.

– Неудивительно, Хогвартс ограничивает подобные перемещения по замку для учеников, тут даже аппарировать нельзя. – нахмурился я. – Но вопрос в другом. Сейчас тебе нужно вернуть своё тело в нормальное состояние, прежде чем мы отведём тебя в Больничное крыло.

– Я согласен. – криво улыбнулся Роули, по его щекам от боли уже текли слёзы.

– Прекрасно, дай мне подумать… – попросил я, сцепив руки в замок и рассматривая ногу Роули. К счастью, трансформация пока не пошла дальше, но это не означает, что у нас бесконечное количество времени.

– Я могу позвать мадам Помфри. – подала голос молчавшая до сих пор Грейнджер.

– Чтобы что? – раздражённо цыкнул я. – Применять магию со стороны сейчас всё равно рискованно.

– Но что-то же делать нужно! – возмутилась Грейнджер. Роули не выдержал и здоровой рукой хлопнул себя по лбу.

– Хочешь помочь? – уточнил я у гриффиндорки. Дождавшись решительного кивка, я улыбнулся и язвительно добавил. – Восхитительно. Тогда замолчи и дай мне, наконец, подумать! – Грейнджер покраснела и отвернулась. Я повернулся к Роули и сел на корточки, так чтобы наши глаза были на приблизительно одном уровне. – Ты уже застревал на этой стадии раньше?

– Не помню. В детстве, если только, но тогда всё возвращалось само собой… – хмуро отозвался Роули.

– Так, хорошо… Давай сначала. – задумался я, быстро про себя перебирая варианты. – Расслабься. Выдохни и на вдохе постарайся втянуть живот. Закрой глаза и представь себя в своём обычном состоянии.

– Если получится… – с сомнением пробормотал Роули, но глаза послушно закрыл.

– Получится, просто представь хорошенько. – уверенно проговорил я и по наитию добавил. – А чтобы отвлечься от боли, можешь проговаривать вслух какую-нибудь скороговорку.

– Например? – осведомился Роули, медленно выдыхая.

– Был в саду переполох, там расцвел чертополох, чтобы сад твой не заглох, прополи чертополох. – тут же вспомнил я. Именно эта скороговорка мне в своё время помогла поставить речь.

– Был в саду… – медленно начал Роули и шикнул от боли, невольно открывая глаза. Его ногу окутало алое свечение.

– Продолжай. – подбодрил я. – Закрой глаза, и всё получится. И не прекращай говорить.

– Был в саду пере… Переполох… – начал Роули. Его тело медленно, но уверенно начала окутывать магия. Грейнджер следила за этим идеально круглыми, как пять галлеонов, глазами. – Там расцвел чертополох… – одной фразой выдохнул Роули. – Чтобы сад твой не заглох, – плечи с щелчком встали на место. Роули вдохнул и снова выдохнул. Я с интересом следил за тем, как медленно меняется его тело и заживляются раны. – Прополи чертополох.

В самом конце Роули окутала волна магии с ног до головы, было видно даже слабенькое свечение, что обычно бывает только у очень сильных волшебников. Некоторое время Роули стоял так, продолжая бормотать скороговорку. Когда всё закончилось, я улыбнулся и трижды хлопнул в ладоши. Роули тут же распахнул глаза и с недоверием ощупал собственное тело руками. О том, что что-то было не так, напоминали только обломки его волшебной палочки, брошенные в углу, и испорченная мною дверь.

– Браво, друг мой! – светло улыбнулся я. – Я в тебе не сомневался. А теперь, нам всё-таки стоит посетить Больничное крыло, чтобы убедиться, что всё в порядке.

– Конечно. – ответил облегчённой улыбкой Роули. – Спасибо, без тебя бы я точно не справился.

– Пустое, это твоя заслуга. – отмахнулся я и протянул руку, помогая ему выбраться наконец-то из чулана. До Больничного крыла мы дошли молча. Грейнджер время от времени бросала на Роули хмурые взгляды, но теперь ничего не говорила. Я кратко описал ситуацию мадам Помфри и дождался, пока Роули переоденется за ширмой, подойдя ближе и возведя над нами полог конфиденциальности. – А теперь серьёзно. Помнишь, кто на тебя напал?

– Я… – начал было Роули и тут же смутился. – Это немного личное.

– Неужели? – приподнял брови я.

– Ну. – Роули сконфузился ещё больше, хотя это, казалось, было невозможно. – Скажем так. Одна моя знакомая очень попросила меня о помощи. Кое-кто занял у неё сумму, и отказывался вернуть, так что… Это ерунда, я справлюсь сам. Деталей раскрыть не могу, сам понимаешь.

– Гм. – отреагировал я, порывшись в кармане и вытащив чековую книжку. Я поставил пером размашистую подпись, выдернул чек и вложил его в ладонь онемевшего от происходящего Роули. – Сумму впишешь сам. Но на будущее, больше постарайся не рисковать собой так сильно.

– Но я не могу… Я ведь буду тебе должен… – я отстранил ладонь Роули с зажатым в ней чеком и покачал головой.

– Это всего лишь деньги, Майкл. Не думай об этом. Лучше позаботься о том, чтобы больше не вляпываться в такие неприятности.

Взмахом палочки я отменил чары конфиденциальности, попрощался с мадам Помфри и первым вышел из Больничного крыла. Надеюсь, дальше наше дежурство будет менее насыщенным. Волнений с меня на сегодня хватило.

***

В холле банка меня встретил гоблин в полностью черной ливрее и проводил в одну из комнат. Оба Уизли уже были здесь и нервно подскочили, как только начала открываться дверь. Мамы и мистера Уизли нигде видно не было, должно быть, обговаривают последние детали.

– Я вас провожу, как только всё будет готово. – скучающим тоном проскрипел гоблин и вышел из комнаты, не дождавшись ответа.

– Что ж. Добрый вечер? – улыбнулся я и пожал им руки. – Что вы такие бледные? Вас ведь не ведут на эшафот.

– Зато ты странно спокойный. – возразил мне один из близнецов. – Не боишься, что с твоей матерью в ходе ритуала что-то случится?

– Не случится. – спокойно ответил я и опустился в кресло, положив на колени трость и сложив на ней ладони. – Мама очень хорошо знает, что делает. И гоблины тоже, они единственные во всей Британии, кто способен грамотно проводить подобные ритуалы.

– И всё равно, вид у тебя, будто такое происходит по меньшей мере каждый вторник. – проворчал другой близнец. Я усмехнулся и пожал плечами. Что я им ещё могу сказать? Не хотят верить – Мерлин в помощь, не заставляю.

Гоблин вернулся через четверть часа, мы все вместе сели в тележку и спустились на пару уровней ниже. Помещение для проведения ритуала больше всего напоминало древний каменный грот, чем комнату. В центре стоял огромный, плоский камень, испещренный светящимися рунами. На этом камне лежал пергамент, кинжал и чёрное перо.

– Мистер Уизли. – кивнул я, пока гоблины о чём-то на своём языке переговаривались друг с другом. Отец близнецов выглядел таким же бледным и нервным, как и его сыновья. – Мама. – вложив в голос чуть больше эмоций, поздоровался я и прижался губами к её запястью.

– Здравствуй, мой дорогой. – улыбнулась мама. Выглядела она спокойной и максимально готовой ко всему, что может произойти. – Не жаль было расставаться с друзьями на день раньше ради этого всего?

– Нисколько, это историческое событие для нашей семьи. – ответил я. – Кроме того, я уже составил приглашения на праздники, так что не думаю, что кто-то будет обижен.

– Хорошо. – улыбнулась мама. Мистер Уизли о чём-то в это время говорил со своими сыновьями, кивнув на дальний от центра помещения угол и строго на обоих посмотрев.

– Пора начинать! – громко прокашлялся другой гоблин, на этот раз в ярко красной ливрее. Наш сопровождающий давно уже ушёл к тележкам. Мама и мистер Уизли отправились к плоскому камню, а я отошёл к близнецам.

Гоблин начал читать заклятье. Я не знал языка и даже не мог разобрать слов. Больше всего на слух это было похоже на рычание пополам с лязгом металла в кузне и высоким свистом. Но я заметил, что пока гоблин читал заклинание, пергамент медленно заполнялся какими-то строчками. Ближе к концу ритуала голос гоблина буквально заполнял всё вокруг, мама первой взяла чёрное перо и поставила подпись. Следом расписался мистер Уизли. Какое-то время всё было хорошо, внезапно он закричал, обхватил себя руками и рухнул на каменный пол без сознания. Близнецы рванулись было вперёд, но я возвёл барьер и выставил трость, не давая им пройти и начисто игнорируя их злобные взгляды. Гоблин прочёл ещё несколько строк, прежде чем всё стихло и пергамент с хлопком исчез.

– Небольшое истощение и пару ожогов, ничего страшного. – вынесла вердикт мама, взмахнув над телом мистера Уизли палочкой.

– А наш результат? – переспросил я, обращаясь к гоблину.

– Проклятья больше нет. Банк Гринготтс выполнил свои обязательства. – спокойно подтвердил гоблин, распорол кинжалом собственную ладонь, и капнул кровью на камень. Руны медленно начали терять в цвете, но я успел рассмотреть, что кровь у гоблина была зелёного цвета.

– Да чёрт с ним, с проклятьем! – воскликнул один из близнецов. Кажется, это был Джордж. – Папе нужно срочно в Мунго.

– Разумеется, мы вам поможем. – тут же согласилась мама, успокаивающе улыбнувшись. – Возьмите за руку Драко и встретимся в приёмном покое. – с этими словами она коснулась кончиком пальца камня на своей серёжке, свободную руку положила на плечо мистера Уизли и исчезла.

– Что за… – начал было Джордж.

– Маги вы или как? – нетерпеливо уточнил я, достав перстень из кошелька и надевая его на мизинец. – Просто возьмите меня за руку хотя бы кто-то один.

Фред опомнился быстрее брата и вцепился в мою ладонь, как утопающий, другую руку положив брату на плечо.

– Мунго. – скомандовал я, повернув немного камень в перстне. Пространство тут же сжалось до размера спичечной головки и растаяло в темноте.

***

Мистеру Уизли выделили отдельную палату и сразу же начали осматривать. Как маме удалось разрешить этот вопрос так быстро, было для меня загадкой. Впрочем, ответ оказался до смешного очевидным. Доктор Левин вышел из палаты и сразу же успокаивающе поднял ладони, как только близнецы подлетели к нему с вопросами.

– Спокойствие, молодые люди, с вашим отцом всё будет в порядке. Ему просто нужно немного отдохнуть. И раз уж вы все здесь, то я хотел бы ещё раз вас осмотреть, просто на всякий случай, хоть вы в ритуале и не участвовали. Миссис Малфой, вас это тоже касается.

– Хорошо, доктор. – согласилась мама, мягко улыбнувшись. – Начните с моего сына, если можно. И я понимаю, что не нужно напоминать, но…

– Разумеется, полная конфиденциальность, о чём тут вообще может быть разговор? – отмахнулся доктор Левин и обернулся ко мне. – Мистер Малфой, следуйте за мной.

– Да, сэр. – отозвался я.

Мы прошли в одну из пустых палат, доктор сразу же обвёл палочкой помещение, не обойдя вниманием не только дверь, но и окна. Закончив, он внимательно посмотрел на меня через свой монокль в чёрной оправе.

– Снимите мантию, юноша. Галстук тоже, если можно. Все артефакты и волшебную палочку прошу отложить в сторону. Магические татуировки у вас есть?

– Так вроде бы ещё рано? – удивился я, через голову стягивая мантию.

– Да кто вас знает, молодёжь? – пожал плечами доктор Левин. – Вы любите торопить события. Впрочем, давайте вернёмся к делу.

Сколько доктор Левин взмахивал надо мной палочкой, судить не берусь. Только с каждым взмахом его лицо становилось всё мрачнее и мрачнее. Как только мне разрешили одеться, я не выдержал и усмехнулся.

– Всё плохо, сэр?

– Просто отвратительно. – ответственно подтвердил доктор Левин, потом вздохнул и добавил. – Но не безнадёжно, конечно. Только вот…

– Что? – насторожился я.

– Играете в квиддич, юноша? – полуутвердительно, почти обвиняющим тоном произнёс доктор Левин. Я невольно поморщился от досады. – Полно вам, неужели без этого никак нельзя обойтись? – неожиданно развеселился доктор Левин.

– Этот год – никак нельзя, сэр. – решительно заявил я, посмотрев ему прямо в глаза. – Нехорошо бросать команду прямо в середине сезона, не предупредив.

– Действительно, нехорошо. – покладисто согласился доктор Левин. – И всё-таки подумайте, если почувствуете себя хуже…

– Я знаю, сэр. Я всё прекрасно знаю. – заверил я. И, поколебавшись, добавил. – Вы не могли бы ничего не говорить маме насчёт…

– И слышать ничего не хочу. – решительно махнул на меня рукой доктор Левин. – Доверие пациентов для меня не пустой звук, так что даже не думайте продолжать. Лучше позовите этих двоих из ларца поскорее, у меня и кроме вас полно работы.

– Спасибо, сэр. – искренне поблагодарил я и вышел из палаты.

***

– Почему бы вам не сходить в кафетерий, пока будете ждать? – предложила мама, когда близнецы вышли из палаты. – Мне всё равно нужно поговорить с доктором после осмотра.

– Хорошо, мы тебя подождём там. – согласился я, вместе с близнецами направившись на нужный этаж.

Кафетерий при больнице Святого Мунго оказался гораздо меньше, чем я ожидал, но здесь было чисто и опрятно. Мы взяли у местного эльфа по стаканчику чая и сели за столик. Есть мне хоть и хотелось, но то, что лежало на прилавке, выглядело откровенно… Не очень. Так что я решил не портить себе аппетит перед ужином. Близнецам, судя по всему, тоже было не до еды. Я откинулся на спинку стула, слегка раскачиваясь, и расслабленно прикрыл глаза. При мысли, что уже через какой-то час я буду дома, моё настроение неуклонно поднималось. Да и если вспомнить что сегодня произошло, сегодня один из самых счастливых дней в моей жизни. В такт своим мыслям я мелодично перебирал пальцами по ровной, лакированной поверхности стола.

– Это так странно. – обронил Джордж.

– М? – отреагировал я, выпрямляясь на стуле и открывая глаза. Стул скрипнул. Оба Уизли на меня смотрели, не отрываясь. – В чём дело? У меня проблема с галстуком?

– Всё прекрасно с твоим галстуком. – проворчал Фред, Джордж хохотнул. – Просто сказал бы кто раньше, что ты нам поможешь… Не знаю, наверно, мы бы его прокляли.

– Жизнь бывает непредсказуемой, в этом и есть её вкус. – протянул я и глотком допил чай. – Уже решили, что будете делать дальше?

– Нет пока. – помрачнел Джордж. – Идея с магазином надолго накрылась.

– Ну и что? – удивился я. – На магазине приколов свет клином не сошёлся.