Текст книги "Компаньон (СИ)"

Автор книги: Garret Hawke Amell

сообщить о нарушении

Текущая страница: 37 (всего у книги 71 страниц)

Но, как это часто бывает, претворить принятое решение в жизнь оказалось не так просто. Она до последнего закрывала глаза на эти глупые школьные шалости и явный саботаж её уроков. Хотя, видит Бог, ей всё это не приносило никакого удовольствия. Честное слово, она бы нашла чем заняться вместо того, чтобы разбираться с недисциплинированными детьми! Если уж на то пошло, за те 2 с половиной часа урока можно заполнить целую стопку документов и освободить себе вечер для отдыха… Так ведь нет же, приходится тратить время, назначать отработки, придумывать ученикам и ученицам глупые задания, а самой разрываться между отдыхом и другими своими обязанностями. И как эти глупые дети не понимают, что она никому из них не враг? Долорес Амбридж вернулась в Хогвартс, чтобы выполнить свою работу. Не больше и не меньше.

Впрочем, не всё было так печально. Вот Драко Малфой, например. Крайне положительный и благовоспитанный молодой человек. Исполнительный, вежливый, внимательный, остроумный… Теодор Нотт, Блейз Забини, Энтони Голдштейн… Пожалуй, в этой школе были подростки, которых она могла бы назвать приятными. Вот бы и уроки можно было проводить исключительно для них! Но, к сожалению, эта мечта неосуществима.

И Долорес даже почти смирилась с происходящим. И тут случилось ЭТО. Пожалуй, никогда в своей жизни она не чувствовала себя такой беспомощной и испуганной. От страха и паники она, уже давно взрослая женщина, даже не подумала взяться за палочку. Если бы не профессор Флитвик вместе с Малфоем пришедший на подмогу… Долорес невольно вздрогнула и покачала головой. Нет. Об этом лучше не думать. Как по заказу её размышления прервал деликатный стук в дверь.

– Вы заняты, мэм? – учтиво спросил Малфой, как только она открыла дверь. Взглядом он быстро скользнул по многочисленным коробкам, которыми было буквально заставлено помещение, и голым стенам. Помимо всего прочего Долорес пришлось в срочном порядке сменить кабинет, то злосчастное болото удалить быстро так и не получилось, Флитвик до сих пор разбирался в хитросплетениях наложенных чар.

– Смотря для чего. – слегка наклонила голову Долорес, с трудом возвращаясь из своих размышлений. Всё произошедшее здорово выбивало её из колеи, сосредоточиться удавалось далеко не сразу.

– Видите ли, я решил, что вам нужна помощь друзей. – тонко улыбнулся Малфой, и в ответ на её вопросительный взгляд, слегка приоткрыл дверь в кабинет, и громко проговорил: – Входите, только осторожно, не заденьте ничего.

В её кабинет, вежливо здороваясь, начали входить студенты. Крэбб и Гойл, мисс Паркинсон и мисс Булстроуд, Забини, Нотт. Теодор Нотт вошёл последним и аккуратно прикрыл за собой дверь.

– Мне, конечно, очень приятно, что у меня столь много друзей. – улыбнулась Амбридж, чувствуя, что невольно краснеет. – Но чем вы можете мне помочь?

– Командуйте. – пожал плечами Драко Малфой, обменявшись взглядом с остальными, те утвердительно кивнули, дружно пробормотав что-то согласное. – С вещами поможем, надо будет, что-то восстановим из документов. Я знаю, вы многого лишились из-за… того случая.

– Вы уверены? – уточнила Долорес. – Я всегда могу поручить вручную переписать документы на отработках, а вещи…

– Да ладно вам, профессор. – прогудел Гойл, хмыкнув. – С таким количеством рук вы справитесь намного быстрее.

– Тем более, мы сами сюда пришли, а значит, готовы потратить силы и время. – вставил свои пять кнатов Нотт, по привычке приподнявшись на носках и заложив руки за спину.

– Давайте я вам чай приготовлю, профессор? – вдогонку предложила Панси Паркинсон, Амбридж окончательно почувствовала себя растроганной и глубоко вздохнула, чтобы удержать эмоции под контролем.

– Что ж, как любит повторять мистер Малфой, давайте сначала. – заулыбалась она. По рядам слизеринцев прокатился дружный смех, Малфой порозовел щеками, но тоже сдержанно улыбнулся. – А начать нам стоит с самой тяжёлой работы, чтобы после к ней не возвращаться. Чай позже выпьем вместе, обязательно.

Черный том. 64. Уполномоченные лица

Чувство усталости стало таким постоянным явлением, что я практически перестал его замечать. Обязанности старосты, квиддичные тренировки, подготовка к экзаменам – все это слилось воедино в один большой график. Чем-то ситуация напоминала мои последние два года перед тем, как я поступил в Хогвартс. Уроки этикета, танцев, базовые знания дуэли, кое-что из начальной программы школы, пару специфических домашних заклятий… Фактически в Хогвартс я ехал буквально во всеоружии, потому что маме иначе страшно было меня отпускать из дома. Впрочем, не сказать, чтобы моё поступление её успокоило, но я и в школе старался не опускать планку успеваемости. Я же Малфой, в конце-то концов. Нужно соответствовать фамилии.

Все эти мысли вихрем пронеслись у меня в голове, между делом я поставил точку в эссе и взмахнул над ним палочкой. Так… С этим всё. Только сейчас заметил окружающий шум в гостиной, обведя помещение взглядом, я автоматически начал разминать ноющее запястье. Писать в последнее время приходится много, руку то и дело сводит судорогой. Народу в гостиной хватало, а я так погрузился в работу, что этого попросту не заметил. Правда, большинство – младшекурсники, переводящие дух после многочисленных домашних заданий, вроде бы где-то за колонной мелькнула макушка капитана команды, вызвав щемящее чувство беспокойства в душе.

– Не поделишься, в чём дело? – негромко заметила Панси, положив руки мне на плечи. Я настолько погрузился в свои мысли, что даже не слышал, как она подошла. Кажется, пора прекращать так отключатся от реальности…

– Как ты догадалась? – переспросил я, постаравшись расслабиться и отогнать нервозность.

– У тебя взгляд остановился. – любезно подсказала Панси и улыбнулась. – Прочесть тебя по мимике не особенно легко, но постепенно у меня получается?

– О, ты, безусловно, молодец. – с долей иронии в голосе проговорил я. Панси обошла кресло и осторожно села ко мне на колени, развернув меня к себе.

– Ну так утоли моё любопытство. – слегка наклонила голову она. Я невольно задержался взглядом на её губах, она тут же мимолетно меня поцеловала касанием, шепотом добавив. – Пожалуйста.

– Хорошо, давай сначала. – пробормотал я, дополнительно возводя над нами купол конфиденциальности и отвлечения внимания. – В следующем году я перестану играть в квиддич.

– Почему? – нахмурилась Панси, тут же посерьезнев. – У тебя проблемы с командой?

– Нет, в команде всё прекрасно, просто… – невольно останавливаюсь, обдумывая, как сформулировать мысль.

– Это из-за твоих приступов кашля? – уточнила Панси, понизив голос до шёпота.

– И это тоже, но… – начал было я, но тут же прикусил язык, внимательно посмотрев на Панси. – Подожди, откуда ты.?

– Знаю? – закончила за меня она и устало улыбнулась. – Может быть, ты и не хотел меня беспокоить, но… Другие могут что-то не заметить, но они знакомы с тобой не так долго, как я. Да и Крэбб с Гойлом всеми силами пытаются тебя прикрыть. Но давай не будем отвлекаться, ты твёрдо решил бросить квиддич из-за кашля?

– В том числе. – натянуто улыбнулся я. – Но с другой стороны, шестой и седьмой курс и так будут достаточно сложными, и я хочу сохранить за собой должность старосты, выполняя свои обязанности хорошо в любом случае, так что…

– Ты кого пытаешься убедить, меня или себя? – светским тоном осведомилась Панси. Я сбился с мысли и издал нервный смешок.

– Я понимаю, что это правильное решение, но… – под внимательным взглядом Панси я снова вздохнул. – Мне не хотелось бы подвести факультет. Но при этом я понимаю, что если останусь, то можно добиться только ещё больших проблем. И тогда я уж точно всех подведу. Не учитывая тот факт, что мне правда нравится играть в квиддич.

– Драко, это глупо. – мягко улыбнулась Панси. – Какое бы решение ты ни принял, тебя обязательно поймут. Ты ведь не обещал выкладываться на поле до окончания Хогвартса, не так ли? А если ты так уж сильно беспокоишься, то поговори с капитаном. И попробуйте вместе подобрать и подготовить замену для будущего сезона. Думаю, он это оценит. И остальные игроки тоже.

– А хорошая мысль… – пробормотал я. Панси улыбнулась и ещё раз меня поцеловала поднимаясь. – Куда ты? – невольно запротестовал я.

– У меня ещё есть дела. – уклончиво ответила она, не прекращая улыбаться. Почему-то у меня возникло ощущение, что она что-то задумала. – А тебя, к слову, звала профессор Амбридж. Сказала, что хочет тебе что-то поручить.

– Что конкретно она сказала? – переспросил я, отменяя чары взмахом руки. После занятий в «Щеглах» некоторые заклинания без палочки стали получатся лучше, и чем чаще я ими пользовался, тем лучше был результат.

– Она просила просто пригласить тебя сразу, как ты будешь свободен. Больше я ничего не знаю. – ответила Панси и тут же задумчиво добавила. – Можно я тебя тоже кое-о-чем попрошу, Драко?

– Всё, что будет в моих силах. – клятвенно пообещал я, улыбнувшись. Взгляд Панси до сих пор оставался максимально серьёзным. Я подошёл ближе, украдкой взяв её за руку.

– Не скрывай от меня больше ничего, пожалуйста. – тихо и весомо проговорила она и крепко пожала мою ладонь. – С тобой ведь всё будет в порядке, правда?

– Конечно, я просто… – договорить мне Панси не дала, одним властным движением прижав палец к моим губам. Повинуясь, я замолчал.

– Не надо извиняться. Просто… Давай между нами будет поменьше секретов, пожалуйста. Я была бы тебе очень благодарна.

– Я… Извини меня, Панси.

Ничего не ответив, Панси улыбнулась, крепко пожала мою руку и быстро скрылась в направлении спален. Никому вокруг не было до нас дела. Какое-то время я так и стоял памятником самому себе, прежде чем смог собраться и выйти из гостиной. Мысли роились в голове самые разные, но сейчас нужно разобраться, что мне такого важного хочет сказать профессор Амбридж.

***

Понять, что профессор не в настроении достаточно легко: стоит только обратить внимание на тот нервный, высокий тон, которым было сказано неизменное «Войдите!». Увидев меня, она смягчилась и постаралась дружелюбно улыбнуться.

– Я очень рада, что вы здесь, мистер Малфой. Садитесь. И спасибо, что нашли время именно сегодня, боюсь, что ситуация, в которой я оказалась… – профессор ненадолго замолчала и вздохнула с явной усталостью. – Хотите чаю?

– Не откажусь, мэм. – вежливо улыбнулся я. – И давайте сначала, если вы не возражаете?

– Да-да, разумеется, извините меня. – рассеянно улыбнулась профессор и взмахнула палочкой. – День сегодня, знаете ли, из рук вон. И что самое обидное, я такого совершенно не ожидала. Давайте выпьем по чашке чая, я соберусь с мыслями и всё вам расскажу…

– Как угодно, мэм. Я к вашим услугам. – кивнул я, по привычке сцепив руки в замок, пока профессор Амбридж методичными движениями заваривала чай, пребывая мыслями где-то не здесь.

***

Опыт преподавания в Хогвартсе изменил её взгляды на многое. Пожалуй, в чем-то она могла бы посчитать это даже полезным. Но были и вещи, которые она категорически не могла понять и принять. Например, так называемые педагогические советы. И ладно бы здесь действительно всё происходящее было сконцентрировано на обсуждении важных вопросов и взаимодействии профессоров друг с другом. Но нет же, каждый хренов раз это всё перерастало в какую-то грызню, взаимные претензии или нарочитое хвастовство профессоров друг перед другом. Соперничество за кубок школы тоже не добавляло сплоченности в коллектив.

И если некоторые преподаватели вели себя прилично, как, например, Флитвик и Помона Спраут, то остальные… Преподаватель полётов Роланда постоянно жаловалась на качество мётел, поведение учеников и размер заработной платы. Профессор Трелони вообще приводила Долорес в ужас тем, что приходила на педсовет неизменно пьяная. Про себя Долорес считала, что уже из-за этого такому преподавателю не место в школе, но своё мнение не высказывала. Профессор по уходу за магическими существами держалась особняком, но были моменты, когда и от неё в кабинете становилось очень шумно. Например, когда Снейп и Макгонагалл начинали спорить.

Впрочем, почему начинали? Глядя на них, возникало чёткое ощущение, что их спор никогда не заканчивался. А остальные наблюдали за этим, как за занятным представлением, время от времени принимая сторону то одного, то другой. Периодически к потоку жалоб присоединялся Филч, проклинающий учеников, магию, полтергейста Пивза и весь род человеческий в принципе. Иногда в споры со Снейпом вступал Сириус Блэк, и в такие моменты в кабинете становилось особенно невыносимо, пока спорщиков буквально не рассаживали по разным углам. Как в таких условиях можно было спокойно работать, для Долорес Амбридж оставалось загадкой. Остальные преподаватели в принципе не отсвечивали и на педагогических советах в основном выполняли функцию мебели.

Итог? Несколько часов ругани, сплетен, взаимного хвастовства и, за редким исключением, решение административных вопросов. Директор Дамблдор почти не вмешивался в ход педагогического совета, он был тем самым начальством, которое вставляет своё слово в начале или в конце с особенно важным видом, в остальное время пребывая исключительно в своих, несомненно очень важных, мыслях. И это тоже не нравилось Долорес. Но она молчала.

Во-первых, потому что в её задачу не входило вносить коренные изменения в школу. Во-вторых, идти на конфликт с директором Хогвартса – вряд ли хорошая идея. Долорес отлично понимала, что образ чудаковатого старого волшебника – одна из многочисленных масок. На самом деле у Альбуса Дамблдора богатый политический опыт и много козырей в рукаве. Так что сегодня она планировала действовать осторожно.

Корнелиус попросил, пусть и иносказательно, но создать в Хогвартсе лояльную к нынешнему политическому строю атмосферу. И она, кажется, придумала, как это сделать, а помимо прочего, выявить одним ходом всех нарушителей дисциплины. Может, болото, затопившее её кабинет и не было смертельно опасным, но это не означает, что она готова закрыть на произошедшее глаза. К тому же, интуиция упорно подсказывала, что за этим случаем кроется что-то более серьёзное…

Так размышляла Долорес, сидя на очередном педагогическом совете и дожидаясь пока Блэк и Снейп прекратят переругиваться друг с другом. Но директор упорно не вмешивался, благостно глядя на обоих поверх сцепленных пальцев, в кабинете начал подниматься гул разговоров. В конце концов, Долорес деликатно кашлянула. Как только все замолкли и перевели на неё взгляды, она постаралась как можно приятнее улыбнуться.

– Прошу прощения, но могу я задать несколько вопросов, директор?

– Сколько угодно. – ответил ласковой улыбкой Дамблдор.

– Как вы все понимаете, коллеги, я работаю относительно недавно и не имею того колоссального багажа педагогического опыта, как у вас. – начала подготавливать почву Долорес, следя за каждым лицом в кабинете и про себя подмечая детали. Трелони, как всегда, была пьяна. Преподаватель полётов Роланда откровенно клевала носом. Помона Спраут явно не слушала, как и Сириус Блэк, рассматривающий потолок и бросающий ядовитые взгляды на Снейпа. Зельевар сидел с абсолютно каменным и ничего не выражающим лицом. Преподавательницы Рун и Нумерологии о чем-то вполголоса перешептывались, ни дать, ни взять две скучающие ученицы на последней парте. Про себя Долорес невольно улыбнулась пришедшей в голову аналогии. Только Флитвик и Дамблдор слушали её с вежливым вниманием, ну ещё Макгонагалл, у которой даже в плотно сжатых губах так и отпечаталось выражение стойкой неприязни. – Поэтому я хотела бы уточнить, правда ли что дополнительные кружки и факультативы в Хогвартсе никак не регулируются?

– Что вы на этот раз намерены регулировать? – как кошка фыркнула Макгонагалл, прищурившись. Долорес не повелась на провокацию и ещё доброжелательнее улыбнулась.

– Не поймите меня неправильно, я не собираюсь ничего менять в Хогвартсе, я только хотела узнать, могу ли и я собрать вокруг себя несколько учеников, или же это какая-то особая привилегия? Может быть, мне понадобиться образовательный декрет или заявление?

– Надо же… – блеснул оправой очков-полумесяцев Дамблдор. – Очень приятно, что вам так понравилось преподавать, что всего спустя пару месяцев у вас появились первые любимые ученики. Смотрите, а то сами не заметите, как останетесь, раз и навсегда привязавшись к Хогвартсу.

– Не думаю. – уклончиво ответила Долорес, не прекращая улыбаться и успешно игнорируя скептическое выражение лица Макгонагалл. – Так мне можно сформировать свой маленький кружок, я вас правильно поняла?

– Конечно же, мы не возражаем. – за всех отозвался Флитвик, прочистив горло. – Но если не секрет, чем вы будете заниматься в своём кружке? Видите ли, мы в Хогвартсе набираем группы учеников для более глубокого изучения магии, а ваш предмет несколько иного рода.

– Что может быть хорошего в политическом кружке? – фыркнула Макгонагалл, метнув острый взгляд в сторону напевающего что-то себе под нос директора. – Альбус, с чего ты решил, что это разумно? Ты разве не видишь, что Министерство пытается внедриться в дела Хогвартса?!

– Кхе-кхе. – откликнулась Долорес, тщательно стараясь контролировать эмоции. – Прошу прощения, но мне показалось, что вы имеете что-то против политического образования молодёжи, что является безусловно важной частью их интеграции в жизнь вне стен замка. Это можно считать вашей официальной позицией, Минерва?

– Вовсе нет, Долорес. – холодно и чопорно обронила Макгонагалл, глядя на неё сверху вниз. – Я всего лишь сомневаюсь в ваших методах преподавания, вот и всё.

– Вот как? То есть, вы считаете, что справились бы с принципиально новой дисциплиной лучше? – подпустила строгости в голос Долорес. Этот разговор становился всё более неприятным, хотя она вовсе не планировала ни с кем ссориться.

– Я считаю, что когда Хогвартс станет местом политической пропаганды, в этом не будет ровным счётом ничего хорошего! – буквально выплюнула Макгонагалл.

– Прошу прощения. – отчеканила Долорес, чувствуя как кровь приливает к щекам. – Но неужели вы хотите мне сказать, что мой предмет…

– Ваш предмет не нужен. И вам тоже здесь не место! – в кабинете после сказанного воцарилась мёртвая тишина. Долорес от избытка эмоций молча хватала ртом воздух. Макгонагалл обвела горящим взглядом всех присутствующих в кабинете. – Что? Разве нет? Или по-вашему ученикам станет лучше, если помимо прочего они начнут думать о политике?

– Справедливости ради, Минерва, ты слишком строга. – вмешался Флитвик, сосредоточенно нахмурившись. – Я не вижу ничего плохого в теоретическом предмете, расширяющем кругозор учеников. Это ведь действительно может пригодиться после Хогвартса очень многим. Особенно пятикурсникам, у которых ты будешь проводить консультации по профессиональной ориентации в этом году. Разве так уж плохо, что в школе появился человек, который может наиболее полно ответить на множество вопросов о жизни вне этого замка? Я уже молчу о выпускниках, многие из которых по-настоящему не представляют себе, что будет дальше.

– Я всего лишь хотела отметить… – оскорблённо начала Макгонагалл.

– Что я вам не нравлюсь, вот что вы в очередной раз хотели отметить, давайте будем честны. – устало включилась в разговор Долорес, собравшись наконец-то с мыслями. – Но я и не золотой галлеон, чтобы всех и во всём устраивать. Филиус, спасибо за поддержку.

– Но… – снова начала было Макгонагалл, но замолчала, когда Дамблдор поднялся с места.

– Думаю, наше маленькое собрание на этой ноте можно закончить. Профессор Амбридж соберет свой теоретический кружок, а мы все продолжим каждый заниматься своим делом и готовить учеников и к экзаменам, и к жизни вне стен школы в том числе. Всем хорошего вечера, коллеги.

Из кабинета Долорес выходила полностью уставшей и разбитой, как после особенно долгих и тяжелых дебатов в Визенгамоте. Но даже там она редко уставала до такого предела. Поведение Макгонагалл, школьники, срывающие уроки, мелкие пакости и огромное количество рутинных вопросов, которые изо дня в день переливались из пустого в порожнее, вгоняло её в какое-то странное состояние внутреннего кризиса. Впрочем, своей цели она всё равно добилась, как бы это ни было тяжело. Часть плана выполнена, осталось только реализовать задумку.

***

– Личная гвардия её высокопреосвященства Долорес Джейн Амбридж… – прокомментировал я.

– Как примитивно, мистер Малфой. – хмыкнула в чашку профессор, но на мою шутку всё-таки улыбнулась. – Но в целом да, идея именно такая. Соберите моих добрых друзей вместе. Нашей главной приоритетной задачей будет образовывать окружающих и рассказать о преимуществах нынешнего политического строя. Согласитесь, цель достаточно благородная?

– Безусловно, – согласился я, отставив на блюдце опустевшую чашку. – Но если бы всё было только в этом, вы бы вряд ли пригласили меня на столь… Приватный разговор.

– Прошу прощения? – вежливо моргнула профессор, её взгляд стал более цепким и настороженным.

– У зелья Молчания довольно специфический вкус. – пожал плечами я и смягчил свои слова улыбкой. – Я вас не виню, правда. Некоторые разговоры и впрямь лучше оставлять за закрытыми дверями. Но на будущее: к этому зелью у меня полный иммунитет. И кроме того, я с раннего детства изучаю Окклюменцию. Так что вы могли просто попросить меня сохранить сказанное в секрете.

– Я, надеюсь, вы понимаете… – в волнении подалась вперёд профессор.

– Мэм, я вас прекрасно понимаю. – быстро перебил её я и серьёзно добавил. – Но для меня крайне важно, чтобы мы с вами полностью доверяли друг другу. Так что давайте будем честны: вы ведь пригласили меня не только за тем, чтобы позвать в обычный школьный кружок?

– Вы не перестаёте меня удивлять, мистер Малфой. – выпрямилась профессор Амбридж, в волнении выдохнув. – Но раз уж разговор повернулся таким образом, то давайте сначала. Мне действительно нужна ваша помощь. Ваша и остальных моих друзей, чтобы выяснить, что затевается в Хогвартсе против меня и поименно всех тех, кто за этим стоит. У меня нюх на заговоры, мистер Малфой. И я чувствую, что в этот раз дело может не обойтись затопленным кабинетом. Может быть, я должна быть выше этого, но… Не хочу рисковать. Если вы поможете, я не останусь в долгу.

– Мэм, мне нужно ваше доверие, а не мотивация. – я покачал головой и тонко улыбнулся, профессор заалела щеками. – Разумеется, я вам помогу. И остальные не откажутся, я уверен. А теперь давайте сначала. У вас ведь есть план?

***

Разговор оказался и легче, и сложнее, чем она ожидала. Разумеется, у Малфоя должны были быть свои мотивы, даже учитывая тот факт, что он поддерживал её с самого начала. Но пока что он ни словом, ни делом не намекнул о своих амбициях. А эта ситуация с зельем застала её врасплох. Как мог ученик пятого курса это заметить? И какие ещё сюрпризы от него ждать? Интересно. Кажется, она обрела только что сильного союзника, которого можно весьма эффективно использовать в будущем. А это значит…

– Мистер Малфой. – окликнула она слизеринца, стоило ему только положить ладонь на ручку двери.

– Да, мэм? – обернулся он с самым безмятежным выражением лица.

– Извините за чай. – смущённо проговорила она. На самом деле, давно ей не приходилось попадать в такую неловкую ситуацию. – Я даю вам слово, что этого больше не повторится.

– Ничего страшного, профессор. – остро улыбнулся Малфой, чему-то прищурившись. – Я рад, что мы с вами… Перешли на новый уровень общения, скажем так. К тому же, это натолкнуло меня на весьма интересные мысли. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, мистер Малфой. – отозвалась Долорес. Ещё некоторое время она молча смотрела на закрытую дверь, прежде чем пойти в личные комнаты. Нет, разговор однозначно получился интересным…