Текст книги "Компаньон (СИ)"

Автор книги: Garret Hawke Amell

сообщить о нарушении

Текущая страница: 46 (всего у книги 71 страниц)

Черно-белый том. 77. Дежавю

Сириус приходил в себя урывками, вечно балансируя между сном и явью. Разум то проваливался в прошлое, то заново воспроизводил всё происходящее в пещере. Но сейчас, даже не открывая глаза, стало ясно, что заснуть больше не получится. И слава Мерлину, если подумать. Горло нещадно болело, а всё тело сковала отвратительная слабость. Прокашлявшись, Сириус приподнялся на руках и мутным взглядом обвёл пустую палату. Откуда-то слева раздался звук торопливых шагов.

– Вам пока нельзя вставать, мистер Блэк. – довольно грубо проговорила мадам Помфри, надавливая на его плечо и укладывая обратно.

– Почему это? – рассеянно попытался возразить Сириус. Лицо колдомедика перед ним постепенно обрело чёткие очертания.

– Потому что я так сказала. – поджала губы мадам Помфри, недовольно нахмурившись и взмахивая над ним волшебной палочкой. – Доктор Левин поручил мне следить за вами, пока он занимается мистером Поттером и мисс Грейнджер.

– Левин занимается Гарри и Гермионой? – уточнил Сириус, на сей раз и впрямь вскакивая с постели. – Что произошло?!

– Вам нужен постельный режим, мистер Блэк. – непримиримым тоном отрезала мадам Помфри. – Ложитесь. Когда придёт время, вы всё узнаете.

– Ну уж нет! Я должен быть рядом с Гарри! – тряхнул головой Сириус, вскакивая на ноги раньше, чем колдомедик успела его остановить. Но не успел он пройти и пары шагов, как перед глазами всё расплылось, тело вдруг стало отвратительно ватным, а пол под ногами превратился в подобие желе.

– И почему никто не слушает меня с первого раза?! – возмутилась мадам Помфри, подхватывая пациента и укладывая его обратно в постель. – Лежите и не двигайтесь, я принесу вам зелья.

– Но я должен… – попытался возразить Сириус, но тут же замолчал, наткнувшись на пылающий праведным гневом взгляд колдомедика.

– Вы должны соблюдать мои рекомендации, мистер Блэк. – отчеканила она суровым тоном. – И будьте уверены, если ради этого придётся привязать вас к кровати, я так и сделаю.

– Да, мэм. – обреченно согласился Сириус, откинув голову на подушку. Колдомедик смерила его недоверчивым взглядом, и быстрым шагом скрылась в своём кабинете. Видимо, оставалось только ждать.

***

Усталые, но более-менее довольные старшекурсники буквально высыпали в Большой зал разношерстной толпой, с жадностью набрасываясь на еду. Драко тоже чувствовал себя вымотанным, но один взгляд на преподавательский стол заставил его отложить вилку и нож обратно.

Вот незнакомый аврор что-то прошептал на ухо Амелии Боунс, отчего она смертельно побледнела и подорвалась с места, на ходу что-то отрывисто приказывая. Все присутствующие за столом обеспокоенной волной зашевелились. Взбудораженный министр вместе с мадам Амбридж первым вылетел в боковую дверь, следом почти бегом сорвалась с места Макгонагалл. Вот, наконец, и другие ученики начинают что-то замечать, с любопытством перешептываясь.

– Куда ты? – недоуменно переспросила Панси.

– Что случилось? – одновременно с ней задает вопрос Гойл. Под его изучающим взглядом Драко нервно встряхивает плечами.

– Я не знаю. – в конце концов отвечает, ещё раз хмуро посмотрев на преподавательский стол. – Но что-то не так.

Не сказав больше ни слова, Драко быстрым шагом покидает Большой зал и в два взмаха накладывает на себя скрывающие чары. Впервые ощущение чего-то страшного чувствуется до ужаса отчётливо. Нужно разобраться, пока не стало слишком поздно.

***

Он успевает нагнать их на пути к кабинету Защиты от Темных искусств и проскользнуть в дверь. Вблизи голоса становятся слышны достаточно, чтобы обходиться без чар. Но только услышанное и увиденное в кабинете заставляет его невольно задержать дыхание.

– Не понимаю, о чём тут рассуждать! – высоким от эмоций голосом рявкнул Фадж, наступая на возвышающуюся над ним Амелию Боунс. – Приори инкантатем говорит само за себя, мы должны вынести решение и уведомить обо всём общественность.

– Корнелиус, речь идёт о Гарри Поттере. – осторожно вмешалась мадам Амбридж. Впервые на памяти Драко министр посмотрел на своего заместителя со злостью.

– Я прекрасно знаю, о чём идёт речь! – рубанул рукой воздух Фадж. – Речь идёт об убийстве, и мы не можем это просто так оставить! Особенно сейчас! Вы только подумайте, что будет! Общественность разорвёт меня на куски! – с этими словами Фадж решительно выдохнул и обернулся к хмуро замолчавшей Амелии Боунс. – Думаю, мне не нужно повторять, что вы должны сделать? Мистера Поттера необходимо поместить под стражу вплоть до решения суда. И, конечно же, оказать помощь мисс Грейнджер.

– Но… Но это же немыслимо!!! – вмешалась Макгонагалл, до этого момента стоящая рядом со своим учеником. – С первого взгляда же ясно, что мистер Поттер защищался! В конце концов, непростительные были найдены и на другой палочке! Вы не можете просто так взять и выбросить эти факты в мусорное ведро!

– Не надо говорить мне, чего я не могу, Минерва! – взвился Фадж, побагровев от ярости. – И боюсь, что этот вопрос отныне в юрисдикции Министерства и Аврората.

Макгонагалл уже снова открыла рот, но Фадж уже решительно отвернулся от неё и вылетел из кабинета, пробормотав что-то о прессе. Долорес Амбридж деликатно кашлянула.

– Что?! – сухо осведомилась Макгонагалл, резко развернувшись. – Полагаю, теперь вы довольны?!

– Вовсе нет. – оборвала начавшийся было поток возмущения Амбридж, проигнорировав откровенно недоверчивый взгляд собеседницы. – Напротив, сегодня единственный случай, когда я с вами согласна. Корнелиус действует слишком поспешно. Я попробую его урезонить. И вы, если хотите помочь мистеру Поттеру, должны действовать. Для начала: найти директора и уведомить его о произошедшем.

– Что ж, я так и сделаю. – поджала губы Макгонагалл, но всё же не выдержала и обеспокоенно оглянулась на своих учеников.

– Не волнуйтесь. Мы о них позаботимся. – проговорила Амелия Боунс. – Джонсон уже пошёл за колдомедиками.

– Спасибо. – глубоко вздохнула Макгонагалл, и первой вылетела из кабинета. Та оглушительно ударилась о каменную стену, оставшись открытой нараспашку. Амбридж оглядела комнату и тоже направилась в коридор. Драко моргнул, выходя из оцепенения. Это всё походило на сон… На кошмарный сон. Не заботясь больше о скрытности, он выбежал из кабинета и взмахо руки отменил чары.

– Профессор! Мадам Амбридж! Пожалуйста! – на бегу прокричал он. Амбридж остановилась у подножья лестницы и обернулась.

– Вы всё слышали. – напряжённым тоном проговорила она. Драко торопливо кивнул. – Надеюсь, вы понимаете, что происходящее должно оставаться в тайне столько времени, сколько получится.

– Я не собираюсь болтать! – заверил Драко, подходя ближе и быстро проговорив. – Пожалуйста, скажите мне, чем я могу помочь! Я сделаю всё, что угодно!

– Мистер Малфой… – мягко начала Амбридж, и что-то в её тоне было такое, отчего сердце сжалось в дурном предчувствии. – Драко, я сомневаюсь, что вы в силах сделать хоть что-нибудь. Это не интрига со школьным подпольным кружком.

– Мадам, я умоляю вас! – севшим от эмоций голосом прошептал Драко, не выдержав и рухнув на колени. – Придумайте что-нибудь! Я не могу его бросить! Не могу! Вы же понимаете!

– Мерлин всемилостивый, я прекрасно понимаю, что вы чувствуете, но, ради всего всего святого, встаньте! – испугалась Амбридж и вцепилась руками в его плечи, поднимая на ноги. – Только представьте, как это выглядит со стороны!

– Если бы речь шла о министре Фадже, разве вам было бы до этого дело?! – воскликнул Драко, и по изменившемуся лицу Амбридж понял, что попал в цель. – Я буду вовек вам обязан, до конца своей жизни! Только помогите.

– Я… – Амбридж глубоко вздохнула и взмахом палочки разгладила складки на его мантии, сочувствующе погладив по плечу. – Я попробую. Но пока не могу ничего обещать, надеюсь, вы это понимаете.

– Спасибо. – выдохнул Драко, крепко прижав ладонь Амбридж к губам. – Спасибо. Огромное вам спасибо.

– Пока что вам не за что меня благодарить. – смущённо отняла руку Амбридж. И быстро моргнула, сосредотачиваясь. – Так. Следуйте за мной.

***

– Это невозможно. Это просто невозможно. – в третий раз повторила мать. И болезненно сжала его плечо. Драко отстранённо про себя отметил, как длинные ногти впиваются в кожу через ткань рубашки. – А как же мисс Грейнджер? Разве её показания ничего не значат?

– Мисс Грейнджер – жертва с точки зрения суда. Тем более, что она ещё до конца не пришла в себя после пыточного проклятья. И близкая подруга мистера Поттера, её показания вряд ли будут считаться надёжными. – устало выдохнула Амбридж и в очередной раз наполнила свою чашку ароматным чаем. – Но есть и хорошая новость, я смогла убедить Корнелиуса провести открытое заседание суда после расследования. И боюсь, что это всё, что в моих силах. Дальше мистеру Поттеру можете помочь только вы.

– Что от нас требуется? – впервые подал голос Драко на протяжении всего разговора. Почувствовав на себе обеспокоенный взгляд матери, он украдкой успокаивающе погладил её холодную ладонь. После той эмоциональной вспышки в коридоре в душе поселилось странное чувство опустошённости, теперь он как будто наблюдал за происходящим со стороны, выполняя всё, что от него требовалось. Например, срочно вызвав свою мать в Хогвартс. Единственное, что оставалось кристально чётким: стремление помочь Гарри Поттеру. Любой ценой. Иначе мир попросту рухнет.

– Думаю, нам придёт на помощь один старый закон… – проговорила тем временем Амбридж, делая осторожный глоток. – Если я хоть что-то понимаю правильно, у нас получится спасти мистера Поттера от пожизненного заключения, хотя и безнаказанным его поступок не останется.

– Профессор, давайте сначала. – взволнованно выдохнула мать, садясь всё-таки на свободное кресло. В душе у Драко шевельнулась робкая надежда, но он не произнёс ни слова, только выжидающе переведя взгляд на Амбридж.

– Что ж. Сначала так сначала. – глубоко вздохнула она, и поставила чашку на блюдце. – Закон, о котором идёт речь, был принят осенью 1215 года…

***

– Что они сделали?! – рявкнул Сириус, подрываясь с места. Нарцисса с неожиданным проворством взмахнула палочкой, приковав его обратно к постели. – Отпусти меня сейчас же!

– Чтобы ты пошёл и убил Корнелиуса Фаджа? – иронично уточнила Нарцисса. – Я понимаю твои чувства, но сейчас нам всем нужно успокоиться…

– Успокоиться?! Успокоиться?! Ты сама себя слышишь?! – скрипнул зубами Сириус. – Гарри могут отправить в Азкабан, а я должен успокоиться?!

– Можно мне договорить? – устало переспросила Нарцисса. – У нас есть план, как помочь Гарри. Но для этого тебе нужна холодная голова. Хорошо? Просто выслушай меня. А потом можешь бушевать, сколько тебе угодно.

– Я слушаю. – напряжённо обронил Сириус.

– Наш план базируется на нескольких важных вещах. Во-первых, суд должен будет принять во внимание, что Гарри всё ещё несовершеннолетний. Следовательно, он не сможет отвечать перед законом в той же мере ответственности, как ты или я. Во-вторых… – Нарцисса глубоко вздохнула. – Должна предупредить, этот аргумент тебе не понравится.

– Да ну? – фыркнул Сириус. – Говори уже.

– Что ты помнишь о понятии «компаньон», кузен? – осторожно спросила Нарцисса, пальцами левой руки сосредоточенно сжимая палочку.

– Это воспитанники в чистокровных домах, у которых… – начал было Сириус и остановился на полуслове. – Нет, подожди. Ты же не хочешь…

– Мне очень жаль, Сириус. – почти прошептала Нарцисса и прочистила горло. – Но если мы хотим выпутаться из этой ситуации и спасти Гарри от пожизненного заключения, это единственный вариант. Гарри станет компаньоном для Драко, практически его братом. Будет жить в нашем доме и получит надлежащее образование в будущем.

– Но почему? – хрипло пробормотал Сириус, растерянно прищурившись. – Разве род Блэков недостаточно…

– Ты и сам знаешь ответ. – покачала головой Нарцисса. – Ты можешь выступить, как опекун Гарри. Но у рода Блэков уже давно нет прежнего авторитета. Наоборот, многие члены Визенгамота будут саботировать твои действия просто из личной неприязни… Не говоря уже о старых счетах.

– Это жестоко. Я должен был заботиться о нём. – проговорил Сириус, чувствуя нарастающий ком жуткой пустоты в душе, прямо как в ту ночь, когда погибли Джеймс и Лили.

– Ты и продолжишь это делать. – заверила его Нарцисса. Потом вздохнула и села рядом с ним на постель, осторожно коснувшись его руки. – Я не собираюсь отнимать у тебя Гарри. Но боюсь, это единственная возможность спасти его. Не считая самых безумных вариантов, вроде побега из страны. Впрочем, у нас такой возможности и не было, в принципе. Всё произошло слишком быстро.

– Значит, я должен подписать документы на отказ? – с болью в голосе прошептал Сириус, чувствуя, как в горле встает колючий ком. Нарцисса молча взмахнула палочкой и притянула его к себе, крепко обнимая.

– Всё будет хорошо, Сириус… – проговорила она, поглаживая кузена по голове. – Мы спасём Гарри. А потом всё наладится. Я обещаю.

– А если не получится? – вскинул голову Сириус. – Что тогда?

– Ну, ты уже однажды организовал один побег из Азкабана… – усмехнулась Нарцисса. – Чего стоит повторить? Тем более, что в этот раз я тебе помогу.

– Тогда я готов. – выдохнул Сириус, выпрямляясь. Нарцисса вытащила из сумочки тонкую папку и протянула ему чёрное перо. Быстрым, размашистым движением Сириус поставил подпись и тут же закрыл глаза, как будто надеялся, что, когда откроет их, вся эта ситуация просто исчезнет.

– Я пойду заверю документы у гоблинов, а тебе пока лучше остаться здесь. – проговорила Нарцисса. – Как только будут новости, я обязательно пришлю тебе сову.

– А Гарри? Где он сейчас? Ты его видела? – не выдержал Сириус.

– Дамблдор навещал его в камере предварительного заключения. – Нарцисса остановилась в дверях и вздохнула. – И тебе правда лучше оставаться здесь. Не пытайся прорваться в Аврорат или проклясть кого-нибудь.

– Но я же не могу просто сидеть! – возмутился Сириус, демонстративно поднимаясь с кровати. Правда, ноги тут же отказались держать его, а уши заложило отвратительным шумом.

– Прошу тебя, Сириус. Ты нужен Гарри. Живой и здоровый. – надавила голосом Нарцисса. Сириус нахмурился и провёл ладонями по побледневшему лицу. – Я свяжусь с тобой, как только что-нибудь узнаю.

Как только дверь за ней закрылась, Сириус всё-таки не выдержал и с криком ярости запустил графин с водой в ближайшую стену. В очередной раз земля ушла у него из-под ног! И он ничего не может с этим поделать. На шум тут же выбежала мадам Помфри, громко ругаясь и отчитывая Сириуса, как какого-нибудь школьника. Но Сириус не слышал. Его душу заполнил едкий страх, а ещё странное ощущение, будто где-то всю эту ситуацию он уже видел.

Белый том. 78. «Во имя тех, кто будет после. Во имя лучшего себя»

В этой странной комнате даже цвета как будто были более тусклыми, чем всегда. Время остановилось. Взглядом я снова скользнул по серым стенам и посмотрел на собственные руки, сцепленные в замок. На запястьях за рукавами мантии поблескивала сталь наручников. Странное ощущение… Возникшую было мысль перебил звук торопливых шагов, авроры, стоящие у входа в комнату, синхронно взмахнули палочками, дверь засветилась алым отсветом. В комнату вошёл Альбус Дамблдор.

– Здравствуй, мальчик мой. – проговорил он, бросив косой взгляд на снова застывших статуями авроров. Но те так и остались стоять на своих местах. – Как ты себя чувствуешь?

– Здравствуйте, профессор. Я в порядке. – отозвался я, под внимательным взглядом директора заставив себя улыбнуться. А потом задал вопросы, которые волновали меня гораздо больше. – А как Гермиона? Никто больше не пострадал?

– Мисс Грейнджер сейчас в больнице Святого Мунго. – вздохнул Дамблдор. – Я только что говорил с её родителями, и кажется, они намерены забрать её из Хогвартса.

– Что? Но так же нельзя! – возмутился я. – Это просто убьёт Гермиону, она ведь…

– Я понимаю твои чувства, мальчик мой. – перебил меня Дамблдор. – Но боюсь, что это решать не нам. Нельзя же заставлять людей поступать так, как нам хочется… Даже если они магглы.

– Я не это имел ввиду. – нахмурился я. – А Гермиона? Она что говорит?

– Видишь ли, мальчик мой… – осторожно начал Дамблдор, и что-то в его тоне было такое, что заставило меня рывком напряжённо выпрямиться. – Боюсь, что мисс Грейнджер после произошедшего до сих пор не сказала ни слова. Но я уверен, что скоро всё обязательно наладится, Сергей занимается её здоровьем почти круглосуточно. И, если откровенно, я хотел поговорить с тобой о более важных вещах.

– Важнее, чем Гермиона? – съязвил я, но потом вздохнул под укоризненным взглядом Дамблдора. – Простите, сэр.

– Ничего страшного, мальчик мой. – спокойно отозвался Дамблдор. – Я хотел поговорить с тобой о твоём положении. Это дело вызвало мощный резонанс в магическом сообществе. И, как ты знаешь, я вместе с Сириусом и миссис Малфой делаю всё возможное, чтобы выстроить твою линию защиты.

– С помощью старого закона. – кивнул я. – Вы уже говорили, профессор. Только, что это изменит? Что бы изменилось, если бы моим опекуном так и остался Сириус?

– Почти ничего. И одновременно с этим очень многое. – слегка нахмурился Дамблдор. – Поверь мне, мальчик мой, никто не пытается заменить Сириуса. Но ни он, ни я, к сожалению, не сможем так быстро собрать в Визенгамоте нужное количество сторонников.

– От голосования которых зависит исход моего дела? – переспросил я.

– Именно так. – подтвердил Дамблдор, тяжело вздохнув. – Если бы я знал заранее, что всё сложится таким образом, то не спешил бы сдавать позиции в начале года. Тогда я ещё был председателем Визенгамота и Международной конфедерации магов. И в теории мог бы для тебя сделать больше, чем сейчас.

– Вы не виноваты. – ответил я, снова сцепив руки в замок. – Никто не виноват, что так получилось. О чём вы хотели поговорить со мной?

– Для изменения твоего статуса нужно собрать определённое количество документов, как ты понимаешь. И на некоторых из них нужны подписи твоих родственников… – осторожно начал Дамблдор.

– Дурслей? – недоверчиво нахмурился я. – Мне ведь не придется с ними говорить?

– Совсем нет, мальчик мой, но я думаю, что ты всё равно можешь помочь. – с этими словами Дамблдор вытащил из кармана мантии пергамент и перо с чернильницей. – Будет честно, если они будут знать о ситуации, тебе так не кажется?

– Их это только обрадует. – пробормотал я.

– Каждый достоин второго шанса, Гарри. – укоризненно покачал головой Дамблдор. И обернулся к одному из авроров. – Вы не могли бы снять наручники ненадолго?

Один из авроров молча подошёл ко мне и выполнил требуемое. Его лицо было скрыто за белой пластиковой маской, в глубине которой только можно было разглядеть равнодушный взгляд голубых глаз. Разминая затёкшие запястья, я с сомнением посмотрел на лежащий передо мной пергамент.

– И что по-вашему я должен им сказать?

– Правду. – просто ответил Дамблдор. – Может, у вас и не сложилось тёплых взаимоотношений, но эти люди растили тебя долгие годы. Это будет правильно.

– У вас осталось пятнадцать минут. – вставил свои пять кнатов тот самый аврор, который снял с меня наручники.

– Смелее, мальчик мой. – подбодрил меня Дамблдор. – Я уверен, у тебя всё получится.

– А кто передаст письмо? – уточнил я, прокручивая перо меж пальцев. – Дурсли терпеть не могут сов.

– Что ж, думаю, я справлюсь с ролью почтальона. В конце концов, это происходит не в первый и не в последний раз. – озорно сверкнул глазами Дамблдор. Я усмехнулся и обмакнул перо в чернила, начиная писать первое письмо своим родственникам с того самого момента, как я поступил в Хогвартс.

***

– Цисси! – воскликнул Сириус и бросился вниз по лестнице, стоило только услышать звук сработавшего камина. Нарцисса вышла из зеленого пламени, взмахом палочки удалив сажу и устало улыбнулась.

– Прости, что без предупреждения, кузен. Я решила, что ты должен знать. – с этими словами она протянула ему запечатанный пергамент. Не говоря ни слова, Сириус одним движением сорвал печать. Прочитать написанное ему удалось не сразу, буквы почему-то расплывались перед глазами. Рыкнув от раздражения, он помотал головой и встряхнул в руке пергамент. И застыл памятником самому себе, когда осознал прочитанное. – В старом зале суда № 10. При полном составе Визенгамота. – пробормотал в пространство Сириус. – Но он же… Это же неправильно.

– Я знаю. – мягко сказала Нарцисса, аккуратно вытаскивая пергамент из его пальцев. – Поэтому и подумала, что стоит предупредить тебя заранее. Суд будет через неделю.

– Но он же не взрослый! – взорвался эмоциями Сириус. – Как это так работает? Гарри защищал себя и свою подругу, он не сделал ничего плохого!

– Гарри убил человека, Сириус. – тяжело вздохнула Нарцисса. – Хотя я согласна, что судить его таким образом – странное решение. Но и сама ситуация не слишком обычная. По крайней мере, мы стараемся помочь. Нельзя сдаваться.

– Но разве мы не можем сделать что-то ещё? Подать прошение, заставить их рассмотреть дело Гарри в частном порядке, в конце концов! Это же Гарри! – воскликнул Сириус.

– Я пыталась добиться подобного для тебя. – подала голос молчавшая до сих пор Вальбурга.

– Что ты имеешь ввиду? – вскинул голову Сириус, резко обернувшись.

– То, что сказала. – поджала губы Вальбурга, глядя на него с очень странным выражением на лице. – Нарцисса права, нужно работать с тем, что есть. Твой крестник слишком видная фигура, чтобы министр согласился решить это дело в закрытом порядке.

– Значит, его нужно заставить! – рявкнул Сириус и уже направился к камину.

– Сириус, угодив в Азкабан вместе с Гарри, ты ничем не поможешь! – в сотый раз напомнила Нарцисса, поймав его за плечи и решительно развернув к себе. – Прошу тебя. Будь благоразумнее.

– Благоразумнее?! – задохнулся от злости Сириус и взмахом палочки разнёс ближайшее кресло в труху. – Моего крестника могут посадить в Азкабан, а ты говоришь о благоразумии! Я не могу просто сидеть без дела! Дамблдор итак выслал меня из Хогвартса!

– Я понимаю, но… – начала было Нарцисса.

– Нет! Не понимаешь! Никто не понимает, чёрт возьми! – выпалил Сириус, и уже снова открыл рот, когда Вальбурга деликатно кашлянула.

– Сын, прекрати орать на свою кузину. – тихо и весомо проговорила она. Сириус невольно замолк на полуслове. – Цисси, рассказывай дальше. Ты видела мальчика?

– Дамблдор видел его, я разговаривала с представителями Визенгамота. – устало ответила Нарцисса и опустилась в единственное уцелевшее кресло. – Мы почти всё подготовили, но сейчас нужно быть осторожнее, как никогда. И поэтому я хотела тебя кое-о-чём попросить, Сириус…

– Всё, что угодно. – тут же ответил Сириус, которому внезапно стало стыдно за своё поведение. В конце концов, кузина сейчас делает для Гарри гораздо больше, чем он.

– Ты не мог бы приютить Драко у себя на несколько дней? – обеспокоенно прикусила губу Нарцисса. – Не хочу оставлять его одного в доме с учётом всего, что случилось.

– Без проблем. – согласился Сириус, вглядываясь в обеспокоенное лицо Нарциссы. – Он в порядке? Я хочу сказать…

– Всё лучше, чем могло бы быть. – отвела глаза Нарцисса, поднимаясь с кресла. – Я загляну домой и отправлю его к тебе, потом мне нужно будет решить ещё несколько вопросов.

– Хорошо. – проводил её взглядом Сириус, нахмурившись и пробормотав в пространство. – «Лучше, чем могло бы быть»? Что это значит?

– Серьёзно? – приподняла брови Вальбурга, смерив сына саркастичным взглядом. – Ты думаешь, заклятье Империо прошло для юноши бесследно? Хотя… Ты, похоже, и вовсе не думаешь, как всегда.

– Я не специально! – с досадой рыкнул Сириус, небрежным взмахом руки восстанавливая кресло и нервно раскачиваясь на нём. – Просто… Вокруг столько всего происходит, что мне кажется, я схожу с ума. И хуже всего то, что я вынужден торчать в этом доме в одиночестве!

– Помнится, в наших ссорах ты всё время припоминал мне, что у тебя много настоящих друзей? – усмехнулась Вальбурга. – Вот и пригласи кого-нибудь из них в дом, если одиночество для тебя так уж невыносимо.

– Я… – начал Сириус, но тут же задумался, а потом медленно проговорил. – Ты права. Я приглашу Ремуса. И напишу несколько писем Амелии.

Не дожидаясь ответа, Сириус вихрем взлетел вверх по лестнице. Вальбурга на портрете покачала головой, задумчиво поджав губы. Она всё это уже видела… И в прошлый раз ситуация хорошо не кончилась. Нужно придумать, как сделать так, чтобы этого не повторилось.

***

Сириус входил снова в этот зал, чувствуя, как по спине невольно бежит целое стадо мурашек. Просторное подземелье, сложенное из тёмного камня, тускло светящие факелы, трибуны и массивная дверь, с грохотом закрывшаяся за последним вошедшим. Посреди зала стояло кресло с цепями на подлокотниках. Сириус невольно вздрогнул. Сидеть здесь и видеть, как Гарри шаг за шагом приближается к этому креслу, казалось жутко неправильным. Казалось, что без всякого присутствия дементоров, зал окутал ледяной, ни на что не похожий холод.

Судей и председателей было всего человек пятьдесят, но наверняка с места Гарри они казались тысячами. Любопытные, задумчивые и недоброжелательные взгляды. Гарри, не дрогнув, сел в кресло и дисциплинированно сложил руки на коленях. Цепи поначалу дрогнули, но потом так и остались безжизненно свисать по бокам.

– Заседание объявляется открытым. – объявил Фадж со своего места. И следующие десять минут Сириус нервно ерзал на месте, мечтая о том, чтобы закончилось это нудное представление всех присутствующих в зале. Когда Дамблдор представился, как свидетель защиты, многие из присутствующих начали переглядываться и шептаться между собой. Фадж покраснел от недовольства, но потом снова прочистил горло. – Подсудимому вменяется в вину нижеследующее то, что он сознательно, намеренно и с полным пониманием незаконности своих действий, применил непростительное заклятье Авада Кедавра в школе Чародейства и Волшебства Хогвартс от…

– Прошу прощения. – с бесконечным терпением перебил министра Дамблдор. – Но я надеюсь, суд учитывает факт того, что и к Гарри было применено непростительное? Кроме того, пострадала ещё одна ученица: мисс Гермиона Грейнджер. Если я правильно понимаю работу наших законов, то это исключительные обстоятельства?

– Что не отменяет того факта, что ваш ученик убил человека, Дамблдор! И применил непростительное! – вспыхнул Фадж, вцепившись пухлыми пальцами в пергамент. – Закон един для всех!

– Разумеется. – легко согласился Дамблдор, не теряя самообладания. – Я просто хотел убедиться, что все помнят об этих несомненно важных деталях. Продолжайте.

Как только Фадж закончил дочитывать протокол, Амелия Боунс поднялась со своего места и начала задавать вопросы.

– Вы осознанно применили заклятье Авада Кедавра к Джеймсу Оливеру, мистер Поттер?

– Да. – спокойно отозвался Гарри, его волнение выдавали только сжатые в замок пальцы. – Он напал на меня первым, потом проклял Гермиону Круциатусом. Я решил, что у меня нет выхода.

– Почему вы не попытались сбежать или позвать на помощь? – продолжила допрос Амелия Боунс.

– Куда сбежать? – вопросом на вопрос ответил Гарри. – И оставить Гермиону в руках этого маньяка? Я бы себе этого не простил.

– Где вы научились этому проклятью, мистер Поттер? – перебил мадам Боунс высохший, сгорбленный волшебник, сидящий на верхней трибуне.

– Год назад у нас преподавал Пожиратель Смерти, скрывающийся под обликом Аластора Грюма. Именно в его исполнении я увидел непростительные впервые. Он показывал их действие на пауках.

– И вы смогли применить непростительное с первого раза? – продолжил волшебник.

– Как я уже сказал, у меня не было выбора. – пожал плечами Гарри, все присутствующие зашушукались. Мадам Боунс сделала пометку в своём пергаменте, и заседание продолжилось. Вызывали свидетелей.

Макгонагалл, Флитвик, Снейп, сам Сириус и одноклассники Гарри… Казалось, опросить собираются абсолютно всех и заседание не закончится никогда. Несколько раз суд уходил на перерыв, но даже в эти моменты Сириус не мог подойти к Гарри, минуя авроров. Тот продолжал молча сидеть на своём месте, глубоко погружённый в собственные мысли. После очередного перерыва Фадж оглушительно громко ударил молотком по стойке и прочистил горло:

– Итак, суд изучил все предоставленные доказательства и переходит к голосованию. И должен отметить, что несмотря на исключительные обстоятельства дела, мы не можем закрыть глаза на тот факт, что Гарри Джеймс Поттер применил непростительное к Джеймсу Оливеру, поэтому я попрошу вас тщательно обдумать принятое решение. Ведь подсудимый полностью признаёт свою вину. Это так, мистер Поттер?

– Точно так, господин министр. – проговорил Гарри. Сириус обреченно закрыл глаза, а когда открыл их, с удивлением проследил взглядом за Нарциссой. Она дошла до судейских трибун и о чём-то негромко переговорила с Амелией Боунс, протянув ей кипу пергамента. Несколько минут глава отдела магического правопорядка тщательно изучала написанное, а потом с самым решительным видом подошла к министру. Сириус не слышал со своего места, о чём они говорили, но одного взгляда на лицо Фаджа было достаточно, чтобы понять, что услышанное ему не понравилось. Дослушав Амелию Боунс, Фадж с крайне недовольным видом постучал молотком, как будто пытаясь ударами выместить своё паршивое настроение.

– До подсчёта голосов пять минут! – оповестил он, все кругом зашуршали пергаментами, а Сириус прикипел взглядом к застывшей фигуре крестника. С каждой минутой не поддаваться панике становилось всё труднее.

***

Абсурдное чувство, будто я наблюдаю за театральным представлением, никак не желало проходить. Сопровождающие меня авроры в пластиковых белых масках обступили меня полукругом, так и застыв с самого начала заседания. Пока министр зачитывал судебный протокол, я почему-то подумал, сколько таких заседаний они уже видели. И сколько ещё увидят? Наверное, все заключенные для них уже давно на одно лицо. Я так глубоко задумался, что едва не пропустил заданный мне вопрос, но вовремя спохватился.

Правда, ничего нового у меня так и не спросили, просто повторили всё то же, о чём спрашивали при задержании, как только я очнулся. Разве что вопрос одного из председателей, где это я научился непростительным, немного застал меня врасплох. И только потом я вспомнил, что пятикурсник, которому по силам наколдовать что-то в духе Патронуса или смертельного проклятья – отнюдь не рядовое явление.

Всех остальных расспрашивали тоже примерно об одном и том же. Как я себя веду? Не было ли замечено за мной приступов агрессии? Не вёл ли я себя странно прямо перед экзаменом по Защите от тёмных искусств? К моему удивлению даже Снейп, которого опросили также, как и всех остальных преподавателей, дал исключительно нейтральную характеристику. Только отметил в своей привычной манере, что даже с моей привычкой нарушать правила, убийство в качестве самообороны для меня нехарактерно.