Текст книги "Компаньон (СИ)"

Автор книги: Garret Hawke Amell

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 71 страниц)

– Что ж. Очевидно, я – не мой отец. – развёл руками я. Вокруг меня раздался шёпот, снова сверкнула вспышка камеры.

– Очень хорошо. – кивнул Фадж, Амбридж молча сделала пометку в своём блокноте. – Можете идти, мистер Поттер. Вы свободны.

Белый том. 74. Переходный этап

Дни до экзаменов полетели до умопомрачения быстро. И теперь просто невозможно было думать о чём-то другом. Даже Гермиона, у которой с успеваемостью всё более, чем хорошо, не расставалась с учебниками. Она умудрялась повторять материал даже за едой, чем жутко раздражала Рона. И меня бы, наверное, тоже это бесило, если бы я не был слишком погружен в собственные мысли.

Конечно, меня волновали не только экзамены. Голос во время моих медитаций так и не затыкался, но последние несколько дней я почувствовал нечто новое. Как будто постоянное присутствие под боком чего-то пушистого и теплого. Время от времени это «что-то» могло подставится под ладонь, или остановить меня на половине движения. Я прислушивался к этим ощущениям. И не зря.

В один из таких случаев прямо передо мной рассыпалась на каменную крошку лестница. Ученики вокруг меня заговорили все разом, обсуждая произошедшее, профессор Макгонагалл бросилась исправлять ситуацию, а я в этот момент размышлял… Интересно. Похоже, у моей аниформы есть чутьё на опасности. И только лишь на них?

Так получилось, что вместо того, чтобы повторять Зелья с друзьями, я набрал на свой стол справочников по магическим животным. Скоро к этим справочникам прибавился и огромный талмуд по анимагии. Почему-то прямо сейчас решение вопроса о моём внутреннем я казалось более важным, чем всё остальное.

Когда казалось, что всеобщая истерия по поводу экзаменов достигла пика, в школу прибыли экзаменаторы. За каких-то несколько часов слухи об этом облетели весь замок. И не удивлюсь, если большинство учеников, входя в Большой зал на обед, ожидало увидеть по меньшей мере мифических рогатых и хвостатых существ разной степени жути. Мне первой на глаза попалась маленькая, будто высохшая старушка, которая громко о чем-то разговаривала с профессором Амбридж. Дамблдор тоже разговаривал со смутно знакомым мне волшебником, тоже почему-то невысоким, с идеально блестящей лысиной и острыми, ровными, белыми зубами. Не успел я подумать о том, как отражается на внешности примесь крови волшебных народов, как кто-то пихнул меня в спину, пришлось проходить в зал.

– Это действительно экзаменаторы, правда? – в волнении переспросила Гермиона, в очередной раз откладывая вилку в сторону. – Как думаете, они очень строгие?

– Не строже моей бабушки. По крайней мере, мадам Марчбэкс точно нет. Она довольно часто гостит у нас в доме. – вмешался до сих пор молчавший Невилл и кивнул на старушку рядом с Амбридж.

– Тогда тебе уж точно будет проще. – воодушевился Рон, придвигая к себе блюдо с отбивными.

– С чего бы? – переспросил Невилл, иронично хмыкнув. – Совсем наоборот. Не удивлюсь, если бабушка попросила мадам Марчбэкс заставить меня выложиться по максимуму.

– В любом случае, мы скоро обо всём узнаем. Нет смысла переживать. Давайте лучше поедим, уроки никто не отменял. – ответил я. Гермиона привычно поставила на столе книгу заклинаний и принялась за еду, с бешенной скоростью перелистывая страницы. Невилл глядя на неё только покачал головой. Остаток обеда мы между собой не разговаривали.

***

– Ещё минуту внимания, пожалуйста. – прочистила горло профессор Макгонагалл, все в классе замерли на своих местах, многие сели обратно на стулья. – Как вы знаете, это наш последний урок в этом году. Экзамены СОВ будут проходить в течение двух недель. Утром – письменное тестирование, вечером – практика. Экзамен по Астрономии будет последним в списке и пройдет в полночь. Расписание вывесят сегодня после ужина перед дверьми Большого Зала, письменный экзамен тоже будет проходить именно там сразу после завтрака, если у вас есть вопросы…

– Что будет с теми, кто не сдаст? – обронил Дин Томас, после его слов и без того полная тишина в классе буквально стала осязаемой.

– Что ж, резонно. – чуть нахмурилась профессор Макгонагалл. – Но давайте сразу запомним и закрепим, что за долгие годы моей работы в Хогвартсе случай, когда кто-то не сдавал экзамены СОВ – практически беспрецедентный. Учебная программа школы специально составлена так, чтобы её мог освоить буквально каждый. И, как вы должны были заметить, последние полгода вся наша с вами работа в классе заключалась в повторении пройденного. – многие закивали головами, действительно, с начала второго семестра новые темы можно пересчитать по пальцам. – И даже если вдруг случится так, что кто-то из вас провалит один из основных предметов, то вы просто пересдадите экзамен отдельно на следующий год, заплатив пошлину в Министерстве. Или можно попробовать сдать экзамен ещё раз, но на седьмом году обучения, вместе с программой ЖАБА. – профессор подождала пока схлынет оживленный гул и продолжила. – Как видите, на возможном провале жизнь не заканчивается. Но это вовсе не означает, что вы можете вообще не прилагать никаких усилий. И я очень вас прошу воздержаться от жульничества. Все варианты обойти правила с помощью самопишущих перьев, зелий и волшебных порошков были испробованы вашими предшественниками и не принесли им успеха. Помните о том, что ошибиться не стыдно. Стыдно – не попытаться вообще. – в классе снова установилась тишина, профессор улыбнулась. – Не нужно так пугаться. Я тоже была на вашем месте. И я справилась. Значит, справитесь и вы. А теперь, если ни у кого больше нет вопросов…

– Позвольте? – поднял руку Драко, профессор благосклонно кивнула. – Чисто из теоретического интереса: я знаю, что Феликс Фелицис невозможно определить сторонними зельями или чарами. Следовательно, вычислить такого ученика сложно, а помешать действию зелья невозможно в принципе. Неужели за всю многолетнюю историю школы никому из учеников не пришло в голову прибегнуть к этому пусть дорогому, но явно действенному способу?

– Почему же не пришло? Одному ученику, как и вам, действительно пришёл в голову подобный… Выход из положения, скажем так. – с долей иронии в голосе проговорила профессор Макгонагалл и начала мерить шагами класс. – Хотя, я надеюсь, что все вы понимаете, что жертвовать удачей и счастьем своей дальнейшей жизни ради школьных экзаменов, к которым можно подготовиться, как минимум, безрассудный подход.

– Почему жертвовать? – спросил кто-то с задней парты. – Ведь никто не говорит о том, чтобы пить это зелье каждый день.

– Потому что удача не берётся из ниоткуда, балда. – раздраженно отозвался Малфой, который уже явно собирался задать следующий вопрос. – Волшебное действие зелья как бы заимствует удачу из твоей будущей жизни. И если найдутся те, кто согласится этим пренебречь, то список побочных эффектов быстро отобьёт охоту пить «жидкую удачу» слишком часто. Не говоря уже том, что состав в приготовлении сложный и далеко не дешевый. С подобной задачей справится только мастер-зельевар. Но это не важно. Что случилось с тем учеником, профессор?

– Он попал в Азкабан. И насколько я знаю, именно там свои дни и закончил. – лаконично ответила профессор Макгонагалл. В классе снова воцарилась мёртвая тишина. – Поэтому я надеюсь, что вы будете тщательно обдумывать те решения, которые принимаете в своей жизни. И попрошу больше не выражаться в моём классе, мистер Малфой, имейте терпение, даже если вам приходится объяснять очевидные вещи.

– Прошу прощения. – наклонил слегка голову Малфой, раздался звон колокола, оповещающий об окончании урока.

– Постарайтесь отдохнуть и не накручивать себя в последнюю минуту! – напутствовала профессор Макгонагалл, перекрикивая поднявшийся шум голосов и звуки шагов. – Помните о том, что колдомедики в Больничном крыле всегда готовы вам помочь, предоставив снотворное и успокоительное, если это необходимо. Мистер Поттер, останьтесь ненадолго.

Я удивленно остановился, но в итоге так и сел на своё место. В голове судорожно промелькнул целый ворох мыслей, но вроде бы на этот раз я ничего не натворил. Так в чём дело? Рон с Гермионой тревожно оглянулись, переведя взгляд с меня на Макгонагалл, но потом всё-таки вышли из кабинета.

– Расслабьтесь, мистер Поттер. – улыбнулась уголками губ профессор Макгонагалл. – Просто кое-кто хотел поговорить с вами, профессор Дамблдор попросил меня поспособствовать.

– Что я должен… – сбился с мысли я.

– Ждите здесь. – спокойно скомандовала профессор Макгонагалл и быстрым шагом вышла из кабинета.

На несколько минут я остался в полной тишине и одиночестве, вяло перебирая в голове предположения, кому бы это вздумалось со мной поговорить, да ещё по просьбе директора Дамблдора. Когда в класс наконец вошёл доктор Левин, аккуратно закрывая за собой дверь, я шумно перевёл дух.

– Ай-яй-яй. Нервы ни к чёрту, юноша? – поцокал языком неодобрительно доктор, хмыкнув. Призвав небрежным взмахом палочки стул, он сел напротив меня и посерьёзнел. – А теперь высказывайтесь.

– Знаете, доктор, давайте сначала. – попросил я, нервно ладонями растирая лицо.

– Сколько угодно, я никуда не тороплюсь. – хохотнул доктор Левин и сцепил руки в замок, доверительно наклонившись вперёд. – Говори, что думаешь… А уж потом мы будем вместе думать что говорить Альбусу, хороший план?

– Прекрасный план. – ответил я, глубоко вздохнув.

***

– Знаете что, у меня есть одна мысль… – нарушил молчание доктор Левин и отставил от себя опустевшую чашку чая. – Я конечно, никогда не не был прирождённым менталистом, но…

– Но? – поторопил я.

– Сделаем вот что, мистер Поттер. – Доктор Левин нахмурился, поправил монокль и посмотрел им куда-то сквозь меня, потом сосредоточенно положил свои огромные ладони на стол. – Снимите очки и примите максимально удобную позу, в какой вы обычно находитесь при занятиях окклюменцией. И попробуйте сосредоточиться сейчас исключительно на вашем внутреннем я, не обращайте внимание на Голос.

– Но я уже пытался… – заметил я, убирая очки во внутренний карман мантии.

– Это сейчас не важно. Отбросьте причины и следствие, сосредоточьтесь на своих внутренних ощущениях. Не думайте. Чувствуйте.

– Хорошо. – выдохнул я, откидываясь на спинку стула. Поначалу у меня ничего не выходило, всё время отвлекало ощущение, будто в спину упирается что-то жёсткое, потом я почувствовал знакомое покалывание на кончиках пальцев и выдохнул снова. Где-то будто за правым плечом раздался леденящий душу высокий шёпот, но я усилием воли отстранился, снова выдыхая.

Внезапно ощущение стула подо мной растворилось, я почувствовал, как мимо правого локтя быстро юркнуло что-то мягкое и шустрое, невольно улыбнулся. На этот раз ощущения были чуть-чуть другими. «Что-то», подумав, как будто забралось ко мне на колени, на миг я увидел перед собой взгляд глубоких чёрных глаз, прежде чем это ощущение растаяло окончательно. В последний момент мне показалось, что взгляд существа остается удивительно печальным. Ещё раз выдохнув, я повёл шеей и плечами.

– Как ощущения, мистер Поттер?

– Хорошо, а что? – испугался я, распахнув глаза. Доктор Левин со смешком протянул мне очки. Только надев их я заметил, что мои руки покрывает густая серебряная шерсть.

– Думаю, нам стоит обрадовать профессора Макгонагалл и рассказать, насколько вам повезло. – проговорил доктор Левин задумчиво.

– Повезло? Думаю, всё дело в ваших инструкциях, ведь в одиночестве у меня ничего не получалось… – рассеянно проговорил я, с интересом ощупывая мягкую шерсть.

– Может и так. Но, как вы знаете, далеко не каждый волшебник способен в принципе освоить анимагию, особенно в вашем возрасте. – отозвался доктор и закатил глаза в ответ на мой вопросительный взгляд. – Вы ведь изучаете уход за магическими существами, верно?

– Да. Значит, у меня необычная аниформа? – нетерпеливо уточнил я.

– Ну, скажем так, к седьмому курсу на экзамене о камуфлори вы сможете написать много интересного. – подмигнул доктор Левин, поднимаясь со стула. – Оставайтесь здесь, я схожу за профессором Макгонагалл.

Как только за ним закрылась дверь, я позволил улыбке отразиться на собственном лице. Прямо сейчас моё настроение стало просто отличным! Конечно, было бы интересно стать волком или львом, а с другой стороны, много вы знаете волшебников, которые могут превращаться в невидимую обезьяну, способную предсказывать будущее?

***

Длинные столы в Большом зале сменились одиночными. Каждому выдавалось перо, пергамент и два пузырька чернил. Мы тянули билет и отвечали на вопросы. А после перерыва на обед наступала практическая часть экзамена. Как ни странно, но после разговора с доктором, я почувствовал себя гораздо спокойнее. А на экзамене по рунам настолько увлёкся, что не заметил, как перевыполнил задание.

Огромная, треугольная в сечении башня, снабженная всеми необходимыми чарами, которые я накладывал исключительно с помощью рун, получилась настолько реалистичной, что экзаменатор буквально захлопала в ладоши и заверила меня, что оценка однозначно будет соответствующей. В аудиторию на практическую часть экзамена приглашали по несколько человек, исключением стал только экзамен по чарам.

Профессор Флитвик пригласил Драко в кабинет отдельно для беседы один на один с экзаменатором. Рон нервно ходил по коридору, заложив руки в карманы. Прошло уже полчаса, но никого пока не приглашали в аудиторию. Выходили сдавшие экзамен через другую дверь, так что выпытать у кого-то, что происходит внутри, было невозможно.

– Чёртов слизень! Вечно он всё портит! – пробормотал себе под нос Рон, Гермиона раздраженно шикнула, я устало вздохнул.

– Даже не думайте начинать пререкаться, ясно вам? – урезонил я сразу обоих, Рон прекратил ходить и резко обернулся ко мне.

– Я всего лишь хотел сказать, что если бы не Малфой, мы бы уже всё сдали! – выпалил он.

– Может да, может нет. – прикрыл глаза я. – Не факт, что следующими вызовут именно нас. И, так или иначе, прямо сейчас мы при всём желании не можем повлиять на ситуацию.

– И прекрати уже цепляться к Малфою. – вмешался Невилл, когда Рон возмущенно открыл рот. – Честное слово, это уже доходит до смешного. Он тебя уже не трогает, а ты как будто пройти мимо спокойно не можешь.

– Да плевать мне на Малфоя! – взвился Рон.

– Ну так и не обращай на него внимание. Повзрослей уже. – посоветовал Невилл и вместе с другими вызванными направился в кабинет. Рон пробуравил его взглядом в спину и снова принялся недовольно ходить из угла в угол. Я мысленно вздохнул и потёр макушку ладонью. Держу пари, так легко всё не закончится.

***

Проводив фигуру своего пациента взглядом, Левин глубоко вздохнул. Парень, конечно, справляется, но как долго это будет продолжаться? И теперь как-то нужно объяснить ситуацию Альбусу… Впрочем, стоит ли вообще откладывать это объяснение?

Сергею объективно никогда не нравились интриги. В этом нет ничего особенного или возвышенного, просто каждый, независимо от возраста, факультета или пола, поступает так, как считает нужным. Это вопрос собственной совести и воспитания. Но как не замечать, что вокруг Гарри Поттера происходит что-то странное? А тот внезапный визит в Азкабан и постоянная усталость Альбуса? С каких это пор директор школы большую часть времени отсутствует в замке?

И самое главное: а стоит ли вмешиваться? Всю свою жизнь Сергей старался оставаться в стороне от больших неприятностей. Да, удавалось не всегда, но всё-таки. Главной его целью всегда было помочь тем, кто действительно нуждается в этой помощи. Но теперь… Кажется, теперь привычными методами действовать не получится.

– Вопросы… Вопросы требуют ответов. – пробормотал себе под нос Левин, как только винтовая лестница остановилась перед дверью, он занес кулак и громко постучал.

– Войдите. – отозвался усталым тоном Дамблдор. Левин про себя нахмурился, но решительно толкнул дверь в кабинет.

– Альбус, нам нужно поговорить.

Белый том. 75. Сквозь тьму

– Я не понимаю, чего ты от меня хочешь, Сергей. – вздохнул Дамблдор.

– У Гарри всё в порядке, ведь так? – нервно вмешался присутствующий тут же в комнате Сириус Блэк.

– Да, он пока справляется. – сдерживая раздражение, повторил Левин. – Но…

– Тогда я не понимаю, к чему этот разговор? – сверкнул оправой очков Дамблдор. – Никто из нас не сомневается в Гарри. Он пережил достаточно много испытаний, чтобы закалить свой дух…

– Брайан, так нельзя! – не выдержал Левин, впервые на протяжении всего разговора давая волю эмоциям. – Я не знаю, чего ты добиваешься и о какой закалке духа говоришь, но это не нормально. Юноша многое пережил, я не спорю. Но именно поэтому добавь ещё каплю давления, и его психика просто сломается. И тогда ни я, ни ты, ни кто-либо ещё в этом мире не сможем ему помочь. И чего ради такой риск?

– Иногда приходится рисковать малым, чтобы добиться гораздо большего. – глухим голосом проговорил Дамблдор. В кабинете воцарилась звенящая тишина, Левин молча перебирал в голове гневные возражения. Хотя, какой в этом смысл? Твёрдый и упрямый взгляд Альбуса говорит о том, что он не отступит. Не на этот раз.

– Я запутался. – шумно выдохнул Сириус Блэк, переводя взгляд с Левина на Дамблдора и обратно. – Но если Гарри нужна помощь, то мы должны сделать всё, что потребуется. Ведь так?

– Именно так. – устало проговорил Левин, игнорируя недовольство Альбуса. – И поэтому я настаиваю, что нужно остановиться. Я не знаю, чем вы заняты и, честно говоря, не хочу знать. Но если сейчас не сделать шаг назад и не сосредоточиться на Голосе в голове, всё плохо закончится. Это не та проблема, с которой можно оставить юного волшебника наедине. Даже если этот волшебник – Гарри Поттер.

– Тогда давайте поможем. – твёрдо проговорил Сириус и требовательно посмотрел в глаза директора. – Профессор, мы ведь не можем допустить, чтобы что-то случилось с Гарри.

– Я ни в коем случае не собираюсь подвергать Гарри опасности. – глубоко вздохнул Дамблдор. – Но прямо сейчас, мальчик мой, у нас есть и другие проблемы, на которых нужно сосредоточиться. Ты ведь об этом помнишь?

– Да, сэр. – озабоченно нахмурился Сириус, потеряв весь свой запал.

– Значит, вот так? – подвёл итог Левин. – Никто ничего делать не будет, я правильно понимаю?

– Не сегодня. – спокойно подтвердил Дамблдор, властно подняв руку. Уязвленно открывший рот Сириус закрыл его обратно, так ничего и не сказав. – Будет слишком подозрительно, если мы поместим Гарри в Мунго. Даже по твоей рекомендации, друг мой. Я знаю, ты желаешь мальчику добра от чистого сердца, но…

– Избавь меня от этого, Брайан. – досадливо поморщился Левин. – Не трать время, и просто найди мужество сказать «нет» безо всяких оправданий. Я со своей стороны буду присматривать за пациентом, так что прошу твоего разрешения ненадолго остаться в замке.

– Разумеется. – просиял улыбкой Дамблдор, правда, эта улыбка тут же погасла, уступив место озабоченному выражению. – Между прочим, было бы здорово, если бы ты помог Сириусу…

– Не нужна мне помощь! – огрызнулся Сириус, категорично скрещивая руки на груди.

– Помощь в чём? – уточнил Левин, борясь с накатывающей волнами усталостью.

– Видишь ли, друг мой, нам с Сириусом предстоит совершить важное дело. – туманно отозвался Дамблдор. – И в этом деле крайне необходима холодная голова.

– Успокоительным обойдусь. – фыркнул Сириус.

– То есть, ты просишь меня о сеансе окклюменции? – переспросил Левин, Дамблдор молча кивнул. – Когда?

– Сейчас. – просто ответил Дамблдор, поднимаясь с кресла. – Я вас оставлю ненадолго. Не спорь, мальчик мой, это ради твоего блага. – обратился Дамблдор к возмущенно открывшему рот Сириусу.

Как только директор вышел из кабинета, Левин широким жестом указал на кресло и сам сел напротив. Всё ещё жутко недовольный Сириус шумно сел на своё место и, упрямо вздёрнув подбородок, отвёл взгляд в сторону.

– Уймитесь, юноша, быстрее начнём – быстрее закончим. – урезонил его Левин. – Я, может быть, тоже устал с вами разговаривать об одном и том же. И заметьте, не психую по этому поводу. Итак, глубокий вдох…

***

– Я хочу задать вам вопрос, мистер Блэк. – проговорил Левин, сцепляя руки в замок.

– По-моему, вы исключительно этим и занимаетесь. – съязвил Сириус, откинув волосы со вспотевшего лба.

– Это личный вопрос. В рамках терапии вы можете не отвечать, если не хотите. – спокойно ответил Левин.

– Как будто вы от меня отстанете. – фыркнул Сириус, снова напряжённо скрещивая руки на груди. – Задавайте свой вопрос.

– Не нужно нападать на того, кто пытается помочь. – укоризненно вздохнул Левин. – Я понимаю, что в ваших отношениях с семьёй были свои сложности. И всё-таки, есть человек, которого вы практически не упоминаете.

– То есть? – прищурился Сириус.

– То есть, в ваших воспоминаниях мы часто сталкиваемся с вашей матерью и братом, и это вполне естественно, так как именно они до сих пор вызывают у вас целую бурю эмоций. – Левин сделал паузу, наблюдая за напряжённым лицом собеседника. – Иногда в ваших воспоминаниях мелькают даже ваши кузины и другие многочисленные друзья и родственники, так часто посещающие ваш дом. Но вы почти никогда не говорите об отце. А если и говорите, то только общими словами. Простите, но у меня создалось впечатление, будто вы не хотите о нём вспоминать. Это так, мистер Блэк?

– А вам что за дело? – огрызнулся Сириус, нервно пробарабанив пальцами по подлокотникам кресла. – Вы должны меня успокоить, а не раздражать.

– Сколько угодно. – отступил Левин. – Мы можем и не говорить о вашем отце, мне просто стало любопытно. Но неужели вы вообще ни с кем в своей семье не были близки? Дайте подсказку, будьте так любезны.

– С эльфами. – не задумываясь, ответил Сириус. – Кроме Кричера. Он обожал Регулуса, а меня ненавидел.

– Вот как. – задумался Левин, прислушавшись к нервному стуку пальцев по подлокотникам кресла и слегка наклонил голову. – Скажите, вы по природе правша?

– А это тут причём? – сбился с мысли Сириус, от удивления прекратив стучать.

– Левой рукой вы как будто действуете свободнее. – кивнул на подлокотник Левин. – Или мне показалось?

– Я не всегда был правшой. – нахмурился Сириус. – Меня переучили. В итоге всё исправили.

«Исправили, значит?» – подумал про себя Левин, но вслух ничего не сказал. Сириус, чтобы чем-то занять руки, принялся перекладывать сахар в чашку, над чем-то глубоко задумавшись.

– Знаете что, док? – спросил он, внезапно подняв голову.

– Нет, расскажите? – подтолкнул Левин, наполняя свою чашку уже остывшим чаем.

– А почему мы никогда не говорим о вашей семье? Или доверие врача и пациента работает только в одну сторону? – усмехнулся Сириус и расслабленно откинулся на спинку кресла, очевидно, довольный своим вопросом.

– Отчего же? – переспросил спокойно Левин. – Доверие работает в обе стороны, но на протяжении наших сеансов вас, вроде бы, не особенно интересовала моя жизнь. Если хотите что-то узнать, спрашивайте.

– Какие у вас были отношения с отцом? С братьями? Насколько я знаю, братья у вас точно были. – поддался немного вперёд Сириус.

– Мой отец держал свою пивоварню. – пожал плечами Левин. – Думаю, всё было неплохо… По крайней мере, у меня не было повода сбегать из дома. Хотя неприятных вещей тоже хватало.

– Например? – с жадным любопытством спросил Сириус.

– У меня был своего рода дефект. Вывернутые колени. – медленно проговорил Левин. – И моя мать настояла на том, чтобы я носил специальные металлические шины на ногах. Изо дня в день. Тогда это был единственный выход, ведь применение магии могло привести к осложнениям.

– Мерзость какая. – поморщился Сириус.

– Да уж, это было больно. – легко согласился Левин. – Зато исправили. – по лицу Сириуса прошла рябь, в глазах промелькнула целая буря эмоций.

– А братья? – помолчав, спросил он через пару минут. – Они, наверное, вас дразнили?

– О, разумеется, эти двое меня дразнили. – хмыкнул Левин, прищурившись. – Родители поощряли их в этом. Говорили, что только так я смогу воспитать в себе выдержку. Что нужно привыкать держать удар, как мужчина.

– Вы злились? – глядя куда-то в пространство, уточнил Сириус.

– Поначалу, конечно. Обижался, злился… – протянул Левин. Сириус выглядел более расслабленным и открытым, чем в самом начале разговора. Пока что всё шло хорошо. – Но потом, после переезда в Британию понял, что эти обиды не стоят выеденного яйца. Есть более важные вещи.

– Дайте угадаю, и сейчас вы с братьями – закадычные друзья? – горько усмехнулся Сириус.

– Сейчас они мертвы. Как и мои родители. Драконья оспа выжгла всех изнутри буквально за пару недель. – спокойно ответил Левин. Сириус вскинул голову и уже открыл рот, чтобы извиниться, но Левин поднял руку. – Не нужно, вы не знали.

– Вы поэтому стали колдомедиком? – смущенно проговорил Сириус через несколько минут неловкого молчания.

– Ну, думаю, я просто не представлял себя кем-то другим. – хмыкнул себе под нос Левин. – Примерно как вы однозначно решили стать аврором после школы.

– Это из-за Джеймса. – печально улыбнулся Сириус. – Знаете, вот кому уж точно повезло с семьёй. Его отец и мать не были в восторге ни от Лили, ни от выбранной «дороги после Хогвартса». Но в доме Поттеров я никогда не слышал проклятий или ругани. Всё, что грозило Джеймсу – это остаться без десерта.

– Вы завидовали. – глотнул чая Левин.

– Конечно да. – невесело улыбнулся Сириус. – Я довольно долго мечтал о нормальной семье. Но потом понял, что нужно смириться и жить дальше.

– Мистер Блэк, если загнать проблему в тёмный угол, она не исчезнет. – мягко заметил Левин.

– Как будто я сам не знаю. – нахмурился Сириус.

– Разумеется, знаете. Давайте попробуем ещё раз. – Левин отставил чашку в сторону, взялся за палочку и скомандовал. – Глубокий вдох, мистер Блэк.

***

Разговор с доктором Левиным и профессором Макгонагалл как будто дал мне новые силы. Даже экзамен по Истории магии прошёл удивительно легко, хотя в этом предмете я разочаровался ещё на первом курсе. Точно также, как в Зельях. И оба раза меня разочаровали преподаватели… Я не выдержал и передёрнул плечами.

– Ты чего? – удивился Рон.

– Слава Мерлину, экзамен по Зельям будет оценивать не Снейп. – ответил я и отодвинул от себя тарелку с супом. Есть почему-то расхотелось.

– Профессор Снейп, Гарри. – не отвлекаясь от учебника, вмешалась Гермиона. – Я думаю, нам не о чем волноваться. В конце концов, он почти перестал снимать баллы с тебя на занятиях, разве нет?

Это было правдой. Ближе к концу учебного года Снейп буквально вёл себя очень тихо, если это можно так назвать. Во время занятий он даже не ходил по классу, а сидел за своим столом и что-то писал. Хотя мои отметки и не поднимались выше Удовлетворительно, поведение Снейпа было странным. Ещё более странно, что я только сейчас, после замечания Гермионы это заметил. Но сформулировать свои мысли я не успел, вмешался Рон.

– Всё равно Снейп – ублюдок. – убежденно проговорил он, размашисто взмахнув вилкой. Кусок котлеты отлетел в сторону и приземлился в тарелку к нахмурившемуся Невиллу. – Жаль, что аврорам нужны зелья, но вместе мы справимся, правда, Гарри?

– Я не собираюсь становится аврором. – приподнял брови я. Рон и Гермиона удивлённо на меня посмотрели. – Что?

– И ты так и сказал профессору Макгонагалл? – поражённо проговорила Гермиона.

– Ну… Да? – моргнул я. – Да что с вами? Я просто выбрал предметы, которые точно буду изучать дальше.

– И какие? – очнулся от удивления Рон.

– Все, кроме Истории, Гербологии и Зелий. – пожал плечами я.

– Но Зелья ведь такой важный предмет! – возмутилась Гермиона.

– И что? Я не хочу изучать их, так зачем тратить время? – ответил я, отодвигаясь немного назад.

– А как же я? – возмутился Рон.

– В каком смысле? – теряя терпение, переспросил я.

– Ну, я думал, мы будем изучать одно и тоже, а потом станем аврорами… – стушевался под моим взглядом Рон.

– Почему ты ничего не сказал нам, Гарри? – поддержала его Гермиона.

– Знаете что, глядя на вашу реакцию, я бы тоже на месте Гарри промолчал. – не выдержал Невилл, откладывая вилку и нож. – Да и кому какая разница? Раз уж нам дают возможность выбора, каждый может изучать то, что хочет. Поэтому я отказался от зелий, хотя знаю, что бабушка точно рада не будет.

– Я тоже. – отвлекся от еды Дин Томас.

– И я. Всё равно в котле какая-то бурда получается. – согласился Симус.

– Да мы ничего такого и не имели ввиду… – пробормотал Рон, раздался звон колокола, оповещающий об окончании обеда.

– Идёмте, иначе на экзамен по защите опоздаем. – сказал я и первым вышел из зала, чтобы избежать новых вопросов от друзей. Надо же, я и не думал, что они так отреагируют… И честно говоря, это было крайне неприятно.

***

Высокая, острая и тёмная скала, шпилем взмывающая в небо. Холодный ветер пробирающийся под одежду и усыпанное звездами темнеющее небо. Однозначно не такое зрелище Сириус ожидал здесь увидеть. Вместо песчаного пляжа далеко впереди раскинулась полоска серого, каменистого берега. Картину довершали отнюдь не дружелюбные волны, время от времени лениво наползающие на берег.

Развернувшись на месте, Сириус увидел раскинувшийся внизу обрыв. Буквально полшага назад, небольшая ошибка в расчетах, и Сириус отправился бы навстречу острым скалам и время от времени накатывающей на них холодной воде. Раздался хлопок, и Сириус невольно передёрнул плечами.

– Странное место… Неужели сюда приводили детей из приюта? – пробормотал он.

– Нет. – спокойно отозвался Дамблдор. – Но я точно знаю, что Том Реддл бывал здесь. Теперь пришло время выяснить кое-что ещё. Идём… Возможно, нам придется поплавать, так что ты можешь воспользоваться своей замечательной анимагической формой, мальчик мой.

– Ох уж эти ваши шуточки… – буркнул Сириус, но последовал совету, в виде огромного чёрного Грима поспешив за Дамблдором. В нос во сто крат отчётливее ударил запах соли и водорослей. Одно хорошо: стало хотя бы немного теплее.

Они спустились вниз по узкой тропинке из острых камней, в лицо то и дело бил холодный ветер, минута за минутой становилось темнее. Дамблдор передвигался по камням с поразительной для своего возраста ловкостью, а в какой-то момент и вовсе соскользнул с валуна и уверенно куда-то поплыл. Сириус, не раздумывая, последовал за ним.

Плыли они довольно долго, пока не наткнулись на узкую расщелину в скалах. К счастью, собаке протиснуться в неё было гораздо проще. А Дамблдор просто нырнул и проплыл снизу. За расщелиной оказался просторный каменный грот. В темноте Сириус отлично видел только камни и много летучих мышей. Но никакого другого прохода или тропы… Только в воздухе застыл странный, сладковатый запах. Настолько отчетливый, что на языке даже ощущался крайне неприятный вкус. Выбравшись на берег, Сириус отряхнулся и быстро вернул себе человеческий облик, накладывая согревающее заклятье на себя и застывшего памятником Дамблдора.