Текст книги "Кровавый целитель. Том 7: Endgame – Часть 1 (СИ)"

Автор книги: ArFrim

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 36 страниц)

– И что, неужели никто ничего не видел, не говоря уже о том, чтобы их перебить? – Вилл вопросительно посмотрел на парней. – «Рофлеров» перебили за несколько дней, а тут что, хотите сказать, что Гига, в руках которого Северные земли и целое войско из матёрых головорезов, не смог разобраться с отбитой шайкой ПКшников?

– Я слышал, что это не совсем обычные ПКшники, – негромко проговорил Намтик. – Их мало. Все максимального уровня. Хорошо организованы. Нападают точечно и слаженно, действуют сыгранными группами.

– Перерождение Гогочущих рофлеров в тот вид, в котором они и должны были существовать, – добавил Брэйв. – Все смерти сваливали на них, пока одна деталь не разрушила удобное оправдание. Среди убитых были игроки меньше сорокового уровня. Навредить им не может никто – хоть в кружок собери небольшую армию топов, система убережёт малыша от любого урона. Значит, варианта два. Первый – появилась хреновина, способная отключить границы ПК. Вторая – малышей убивал НИП, а значит и тех, кто в этот момент находился рядом с ними. Вскоре увидели…его.

– Кого? – с плохим предчувствием спросил Вилл, поймав такой хмурый взгляд Кромора, словно колдун смотрел на привидение.

– Мужчину с посохом целителя. Одет в длинную красную мантию, с которой сочится кровь, – медленно проговорил Кромор.

– Че…чего? – выдохнул Вилл, не веря своим ушам.

– Мы тоже прихерели, – хмыкнул Брэйв. – Мы ведь с тебя глаз не спускали, так что ты не мог выползать из капсулы и шляться по миру, убивая игроков без разбору. На тебя, кстати, сперва все и подумали, но два важных уточнения всё отмели. Первая – у этого целителя все руки на месте, а ты у нас вон, однорукий, другая рука голубым светится. Вторая – есть свидетели, как этот странный целитель убил пару игроков меньше сорокового, на что ни ты, ни перерождённые «рофлеры» не способы.

Неожиданные новости немного омрачили радость победы над Аномалиями.

– И что у нас получается. Пока я спал, в мире появился другой Кровавый целитель, который бессистемно убивает игроков? Причём это НИП, раз он преодолел ограничение сорокового уровня.

– Все сошлись на этом, – кивнул Брэйв. – Никто не знает имени этого целителя, точной внешности, где, когда и при каких обстоятельствах он нападает, но его жертвами уже стали около двух сотен игроков, причём среди них крепкие и сильные ребята.

– Мда…

Одна угроза исчезла, но на её место пришла другая, менее серьёзная на первый взгляд, но всё же настораживающая. Группа очередных психов и новый кровавый целитель – это звучало как нечто, что может вырасти до серьёзной проблемы.

– Ну, что делать планируешь? – спросил Брэйв, отхлёбывая из кружки.

– А ничего, – просто ответил Вилл. – Серьёзно, а чем заниматься сейчас? Выхода нигде нет. Если его не нашли Кромор с другими умами, неужели я найду? Да и отдохнуть хочется, или хотя бы не влезать в новые проблемы. Я уже забыл беззаботное время, когда в этом аду примерял на себя роль обычного игрока, что копошится в своём уголке вдали от остальных.

– Кстати, Вилл, – вмешался Намтик, глядя с доброй улыбкой. – Многие благодарны тебе за помощь. У тебя даже есть гильдия почитателей. Они рекламировали себя как твои последователи и готовят тебе место мастера.

– Ой, не, – поморщился Вилл. От одной только мысли управлять слепой группой последователей стало дурно. – Тем более никуда отсюда не выйду. Тем более…

Вилл провёл пальцем по складке на кроваво-красном рукаве. Это не было дурным сном. Системный худ и правда окрасился в тёмные тона, а на голову свалился не только тяжкий груз вины за свой поступок, но и система «Перерождения», которая вознесла ещё на ступеньку повыше в могуществе и вернула кровавый комплект.

* * *

– … Кровавые копья! Раз…два…Кровавый хлыст!

В пятнадцать метрах впереди стоял простенький тренировочный манекен – чучело из соломы, плотно набитое и обмотанное верёвками для сохранения формы. Всю его поверхность покрывали тёмно-красные пятна, и кровь стекала на землю, собираясь в лужи. В лучах солнца капли сверкали, создавая иллюзию пульсирующих ран.

Внезапно воздух завибрировал от магической энергии. Первое заклинание разрезало тёплый день, и четыре кровавых копья пронзили манекен с разных сторон. В этот же миг кровавый хлыст обрушился на манекен, оставляя алый след на поверхности. Вилл бросил быстрый взгляд в системный чат. Две строчки с уроном отразились практически синхронно, но критический удар был лишь у копий, которые поразили манекен раньше хлыста. Не получилось.

– Да блин… – выдохнул Вилл. Вроде и тайминг был выдержан нужный, а всё равно вместо двух критов выпал один.

После победы в ПВП-турнире первые слова Кузи были: «История Кузьмична», и они сами собой всплыли, когда наступил новый виток цикла и появилась необходимость освоить в совершенстве новые умения.

Одна из первых ММО, на просторы которой ступил неопытный и зелёный целитель Виллиус, развивалась по шаблонному на то время пути. Каждые два или два с половиной года выходило большое платное расширение со множеством нового контента – сюжетными заданиями, локациями, шмотками, данжами, а также повышением максимального уровня. Изучение патч-ноута с новыми способностями в своё время оставило горький привкус разочарования. Отсутствие опыта рисовало в воображении переработанные системы, где каждый класс получит пачку новых способностей, сильных и с красивых визуализацией, но оказалось, что каждый класс в обновлении получит всего по два-три новых навыка плюс несколько пассивок.

В тот миг это показалось халтурой со стороны ленивых разработчиков, однако после выхода дополнения и взятия новой планки максимального уровня всё встало на места. Всего три новых умения плюс несколько важных пассивок настолько сильно изменили геймплей, что на адаптацию ушло две недели, как и на нормальное освоение новой ротации на альтернативном персонаже-дамагере.

Здесь же, помимо простой прокачки, в процессе которой к имеющемуся набору умений добавлялись новые, закрытые за уровневыми требованиями, пришлось пройти через три витка расширяющейся границы могущества, и каждый виток был шире предыдущего. Появление специального класса привнесло набор из десятка умений, которые нужно было быстро научиться вплетать в привычную хилерскую ротацию. Расширение специального класса подарило ещё с десяток новых способностей, а к ним ещё свалился максимальный уровень, в котором также были интересные навыки. Система Перерождения решила ударить по голове невидимым молотом и полностью переделать весь набор способностей, заменив навыки класса «Целитель» на новый набор заклинаний, коих в сумме насчитывалось больше шестидесяти штук, а прицепом за ними шёл набор из двадцати с лишним пассивок.

Система Перерождения без труда закрыла вопрос Брэйва по поводу дальнейших планов. С пробуждения миновало почти две недели, но их не хватило, чтобы хотя бы на десятую часть освоить свою новую силу. Вся первая ночь, с заката виртуального солнца и до его восхода, прошла за столом, на котором вместо яств расположились свитки в окружении огромной тетради. Её подарил Кромор, стащив у кого-то из крафтеров. Хотя бы немного разобраться в горе новых навыков помогло их разделение на несколько базовых видов.

Исцеляющие заклинания. Поскольку все исцеляющие заклинания из обычной ветки Целителя пропали, им на смену должно было прийти что-то новое, как минимум не хуже старого, чтобы познавший Перерождение Кровавый целитель не уронил танка на самом простом боссе. «Живительная кровь» сильно излечивала одну цель, а «Кровавый свет» массово лечил союзников. «Регенерация тканей» восстанавливала здоровье тикающими дотами раз в три секунды, и сила зависела от количества здоровья цели. Имелись и ультимативные способности вроде «Перезарядки жизни», что позволяла излечить любую одиночную цель на полный столп здоровья в обмен на обнуление шкалы кровавых зарядов, которые теперь были вместо магической энергии, и блокировку перезарядки остальных навыков на несколько секунд. Было и знакомое умение, но с переработанным эффектом. «Очищенная кровь» не только чистила цель от всякой дряни, но и при условии, что дебаф был снят не позже, чем через три секунды после его наложения, наделяла союзника приятным бонусом на урон. С противниками, что без остановки гадят дебафами, эта версия «Очищенной крови» очень сильна.

Усиляющие заклинания. Вся длинная цепочка бафов осталась у «слабых» целителей. Перерождённая версия получила единый баф, который всего одной «кнопкой» позволял усилить все важные характеристики. Имелись ещё и уникальные бафы, недоступные другим, вроде «Кровавого взора», повышающего угол таргетирования. Незаменимый баф в ПВП, и бафать можно было как себя, так и союзника.

Защитные заклинания. «Кровавая броня» превращало кровь союзника в защитную броню, поглощая урон и восстанавливая здоровья. Чем больше союзник потерял здоровья за последние тридцать секунд, тем сильнее были регенерация и защита. «Поглощение болезней» позволяло забрать некоторые дебафы, что нельзя было очистить через «Очищенную кровь», на себя. Ситуативное, но теоретически полезное заклинание, особенно в паре с ответным навыком, который позволял «заразить кровь» врага и перекинуть эти дебафы на него.

Атакующие заклинания. Перерождение добавило много атакующих способностей на любой вкус, которые на бумаге позволяли переброситься в боевой билд и стать полноценной дамажущей единицей, а не тем подобием, что было ранее. Сотканные из крови копья, хлыст, что разил врага далеко впереди, поддерживаемый кровавый луч, цепи, сковывающие противника и наносящие ему периодический урон. Способностей было в избытке, а сверху их покрывала глазурь из «Кровавой жажды», особого бафа, который по выбору либо увеличивал урон по одной цели за каждый последующий удар, либо за нанесение урона множеству целей не реже, чем в пять секунд.

Заклинания с особыми механиками. «Банка с кровью» создавала в руке небольшую баночку, до краёв наполненную кровью, которую можно было швырнуть себе под ноги или в союзников и излечить их. Создание кровавой арены, внутри которой союзники получали бонус к урону, а противники, напротив, его теряли и получали разные дебафы. Система «двух стилей», противоположных друг другу. По желанию можно было включить стиль «Кровавой ярости», требующий не реже, чем раз в десять секунд получать урон, вознаграждая за это щедрыми бафами. Стиль «Чистой крови» требовал обратного – не получать никакого урона, награждая таким же усилением. В теории каждый стиль подходил под свою ситуацию и своего босса, который либо постоянно гадил частым атаками по площади, либо же был более традиционным и фокусировался только на танке и механика.

Возможность вытянуть из павшего врага кровь и создать из него кровавый клон. Сила, позволяющая на расстоянии сжать сердце противника, вызвав внутреннее кровотечение и парализовав его на несколько секунд. Умение с возможностью на минуту проклясть солнце или луну, с разным эффектом в разное время суток. Всё это нужно было не просто выучить, а держать в голове и научиться использовать в правильное мгновение битвы.

Также на новые навыки не распространялось традиционное развитие через очки талантов и улучшение у специальных НИПов. Единственный способ сделать способность чуть сильнее – это боевая практика. За каждое использование умения в боевом режиме росла полоска опыта у отдельного навыка. Опыт бывалого игрока сразу нашёл пару способов обхитрить эту систему, но на манекене навыки качались крайне медленно. На более высоких уровнях навыки обрастали интересными особенностями. Многие заклинания не доросли и до половины от максимальных уровней, и пока владение новыми навыками было далеко от совершенства, но даже так важны были тренировки и обучение новым полезным связкам. Манекен вновь одновременно пронзили нескольких кровавых копий и хлыст, но в этот раз всё получилось хуже, чем в прошлой попытке – задержка была на порядок выше, и даже визуально было заметно, что два умения поразили цель в разнобой.

Среди новых способностей был интересный баф под названием «Кровавые кости». Любой идущий после него навык обязательно был с эффектом крита, будь то атака или лечение, но следующий за ним терял силу на пятьдесят процентов и критом быть не мог ни при каких раскладах. Целители редко критовали, поэтому применение этого бафа виделось таким: либо использование для резкого критического отхила, либо же для сильного урона. В случае с атакующим заклинанием вместо одного удачного крита можно было сделать сразу два благодаря такой фишке, как «склейка». Одна из сложнейших механик игры, по которой система могла распространить эффект одного удара на несколько, если они одновременно поразили цель, в узенькое по времени окно. То, как копья поражали цель, позволяло вставить ещё одно мощное атакующее умение, и синхронно поразить цель сразу двумя навыками, вот только за полтора часа в такой тайминг удалось попасть единожды. Стабильность ужасная, и в серьёзном бою на такую фишку рассчитывать глупо.

«Всё равно надо учиться», – упрямо подумал Вилл. За прошедшие две недели прибавилось случаев убийств как со стороны странных ПКшников, так и от таинственного Кровавого целителя, от рук которого, предположительно, в реал отправилось ещё с двадцать человек. Пока что на Край мира они не добрались, но новыми силами нужно овладеть поскорее. Если сравнивать двух целителей, старого Вилла и Вилла перерождённого, за счёт большего опыта первая версия была сильнее, пусть на бумаге она обладала набором более слабых способностей.

– Кровавые кости! Кровавые копья! Раз…два…Кровавый хлыст!

Слово «Кровавые» было во многих заклинаниях, и за две недели оно успело сильно надоесть. Намного проще проговаривать «Кости», «Копья» и «Хлыст», но игра была здесь очень строга и требовала произносить заклинание полностью. Магическая энергия вспыхнула три раза. В первой вспышке вокруг аватара материализовались быстро закручивающиеся кровавые кубики. Сперва на всех кубиках выпала единица, но затем они перевернулись к шестёрке. После второй вспышки кровавой энергии в воздухе зависли созданные из собственной крови копья, наконечники которых сочились тёмно-красными каплями. Хлыст же словно стал продолжением голубой руки, перетекающей в кровавое нечто. Вилл завороженно следил за двумя синхронными атаками. Кровавые копья рванулись вперёд, пробивая манекен, а хлыст, пульсируя зловещей магией, обвил цель. В этот раз поздравлений об успешном критическом уроне было два.

– Неплохо колдуешь, Кровавый целитель. Эффектно.

Вилл вздрогнул и резко обернулся. Голос был незнакомым, вот только из незнакомцев забраться так далеко никто не мог. В одном из нескольких кресел рядом с круглым столиком, на котором остался журнал Брэйва, раскрытый на странице с анализом топового рыцарского снаряжения, сидел незнакомец. Его бесстрастные серые глаза были лишены всяких эмоций и огня, словно он был олицетворением нерушимого спокойства и хладнокровия. Голова его была почти полностью обрита, но не до такой степени, как у Кромора, Сильные руки небрежно лежали на подлокотниках, словно разбойник спокойно себе отдыхал у себя на даче.

– Ты кто такой? Как меня нашёл? И что тебе нужно? Отвечай, – Вилл направил посох в сторону неизвестного разбойника. Парень даже не дёрнулся, как не потянулся к закреплённым на поясе зачарованным кинжалам.

– Меня зовут Альт. Я один из офицеров Гига. Нашли тебя случайно, поймав на ошибке твоего седого друга, что вчера проявил меньшую предусмотрительность, чем обычно. Так мы отследили твоё логово.

Удивительно подробное объяснение не успокоило.

– И зачем ты пожаловал, Альт? Уж точно не посмотреть на мои навыки.

– Ну почему же. Зрелище занятное. Вот значит какое оно, Перерождение.

Вилл разочарованно вздохнул. Плашку о Перерождении видели все. Раз её увидел Альт, то вскоре все по цепочке узнают, что Кровавый целитель действительно стал им, в полном смысле этого слова.

– Но привела меня другая цель.

– Какая?

– Гига хочет переговорить с тобой.

Вилл хмуро посмотрел на разбойника, равнодушию которого позавидовал бы и камень.

– Что ему нужно?

– Он приглашает тебя в королевский дворец Северных земель. Там всё и узнаёшь.

– А если я откажусь?

– Да пожалуйста. Обещаю, что никто не узнает о твоём убежище, как и Гига не придёт к тебе со своим воинством.

– Но?.. – спросил Вилл, чувствуя недосказанность.

– Но у Гига есть нежелательная для тебя информация, и в случае отказа Гига может воспользоваться ей по своему усмотрению.

– Что за информация?

Тень лёгкой улыбки промелькнула на спокойном лице Альта.

– Встретишься – и узнаешь.

Глава 9

Сигил стоял в центре просторных покоев, но окружающее великолепие было скрыто от глаз. Таинство отсекло всё лишнее, и все формы и структуры исчезли, оставив лишь пустоту. Её расчертила почти незаметная нить, тоньше человеческого волоса. Сигил очистил свой разум и подобно ловкому акробату балансировал на тонком волосе, и для этого требовалось всё магическое мастерство. Каждое движение мысли было выверенным и обдуманным, и всё существо стремилось к желаемому результату. Малейшая ошибка, малейший сбой в концентрации приведёт к падению в бездну. Оно было не простым падением в пустоту, а вечным дрейфом в ней, состоянием вечной потерянности, в котором незадачливый Разрушитель печатей существовал бы вне времени и пространства.

В оторванном от реальности месте не существовало почти ничего, даже собственного дыхания. Хрупкое равновесие на нити расшатывалось всё сильнее. С каждым беззвучным произнесением нового заклинания окружающая пустота, казалось, зловеще пульсировала, всё ближе протягивая невидимые щупальца Нить, что одновременно скользила под ногами и простиралась над головой, слабо светилась и была тонкой полоской света в бесконечной тьме. Едва цепочка неслышимых заклинаний достигла своего апогея, как сама пустота содрогнулась. Тонкая нить расширилась, и в этот миг невидимая сила выбросила по волосу в реальный мир.

Воздух вокруг едва слышимо звенел. Сигил тяжело и быстро дышал, словно пробежал без остановки от одной столицы до другой. Покои резко контрастировали с пустотой, в которой он только что странствовал. Стены украшали роскошные гобелены, на которых вместо исторических триумфов и побед были изображены Призванные в роскошных доспехах и волшебных мантиях. С потолка свисали золотые люстры. Они отбрасывали на мраморный пол тёплый, успокаивающий свет. В воздухе витал насыщенный аромат благовоний, и он переплетался со слабым металлическим привкусом сохранившейся магии. Сигил медленно ощупал лицо трясущимися руками. Капли пота струились по щекам, шее и обнажённому торсу, штаны же были такими мокрыми, словно их использовали как половую тряпку. И всё же, лучше так, чем странствовать в пустоте целую вечность, без возможности выбраться и без шанса в ней умереть.

Тело болело от напряжения. Сигил медленно поднялся на шаткие, дрожащие ноги. Каждый шаг давался с трудом, но Сигил не спешил, неторопливо направляясь к особой бочке на другом комнате комнаты. По одному желанию особая вода могла стать хоть обжигающе холодной, хоть приятной и тёплой. Сигил подошёл к бочке и положил руки на её гладкие края. От деревянной поверхности исходило мягкое тепло. Сигил мысленно приказал уровню воды немного опуститься, сбросил остатки одежды, и, превозмогая оставшуюся от ритуала боль, забрался в бочку. Тёплая вода окутала тело, словно нежные объятья. Она успокоила уставшие мышцы и смыла липкий, противный пот.

Волшебная вода сотворила свою магию. Она ослабила напряжение в теле и успокоила разум. Затраченная на таинство энергия медленно восстанавливалась. Всё вокруг стало более чётким. Спустя несколько минут Сигил медленно выполз. Таинство вскоре повторится, и тело опять станет грязным и потным, но творить волшебство лучше в более приятном расположении духа и тела.

Сигил намотал вокруг обнажённого тела мягкое полотенце. Нежная ткань впитала стекающую по коже влагу. Сигил вновь опустил руки на бочку и вернул прежний уровень воды. Руки зачерпнули более прохладную воду и умыли лицо. Сигил утёр его полотенцем и бросил взгляд на большое квадратное зеркало над бочкой. С той стороны посмотрело уставшее, измученное как сложной магией, так и жизнью взаперти лицо. От голубых зрачков во все стороны расходилась сеть тусклых шрамов, хотя время, казалось, немного излечило повреждённые глаза. Остальной вид оставлял желать лучшего, и страшно даже представить гнев мастера Аластара, увидь он перед собой такого ученика. Разрушитель печатей должен быть идеально выбрит, но сейчас из зеркала смотрело отражение мужчины с короткими тёмными волосами и колючей бородой. Часть отращенной щетины забивалась под яркий изумрудный ошейник.

В королевской академии использовались разные системы оценки знаний, и одной из самых популярных было распределение учеников от лучшего к худшего. Если бы у Гига существовала подобная система оценок всех пятнадцати обладателей изумрудных ошейников по их полезности, то Разрушитель печатей занимал бы одно из последних мест, если не самую нижнюю строчку. Чего только стоил один Непту – неумеха-алхимик, что даже простейшее зелье лечения варил с ошибкой, но благодаря удивительному таланту способный преобразовывать практическую любую руду в нечто, что Призванные использовали для увеличения мощи оружия и доспехов. Сигил провёл ладонями по щетинистому лицу. Он же, Разрушитель печатей, единственный, кто сохранил это ремесло, не делал ничего. Фермеры откармливают скот, чтобы потом его забить и получить больше качественного мяса. Гига, казалось, делал также. Никакого другого объяснения происходящему не было. Сигил немного, насколько позволял ошейник, оттянул его вниз. По бороде расползалось седое пятно – результат жизни в постоянном напряжении и нескончаемых потоков дурных мыслей. Каждый день казалось, что двери роскошных покоев вот-вот распахнутся, и в них ворвётся Гига, приказав своим псам казнить бесполезного гостя. Ещё сильнее пугало то, насколько легко Гига расправлялся с теми, кто становился для него бесполезным. Он не стеснялся казнить их прямо в зале, в центре кровавого круга, и в его безжалостных холодных речах постоянно звучало слово «заменить». В этом мире многие вещи, что казались невозможным безумием, на самом деле были осуществимы, и внутренний испуганный человечек всё громче нашёптывал, что Гига может убить и его, перенеся дух мастера Разрушителя печатей в кого-то другого, в лояльности которого он не будет сомневаться ни капли.

«Это уже перебор», – успокоил себя Сигил. На этот раз руки схватились за бочку сильнее обычного. Глубоко вздохнув, Сигил полностью окунул голову. Вода слегка привела мысли в порядок, и выдержав голову в бочке до тех пор, пока вместо страшных картин не осталось лишь желание поглубже вздохнуть, Сигил вытащил голову. И всё-таки, какая-то маленькая, крошечная, подобная тому волосу в пустоте, мысль осталась внутри. Гига говорил не о переносе сознания из одного тела в другое, и тем более не о переносе жизни, а о таланте, знаниях и навыках. Но даже с таким уточнением это казалось слишком безумным. И страшным.

Попробовать сбежать можно было всего раз. Либо получается, и ты бежишь как можно дальше на юг, либо люди Гига ловят и убивают. В лучшем случае. Но если и пытаться сбежать, то лишь при соблюдении некоторых обстоятельств и не сейчас. Не хотелось так рисковать. Пока. Этот шаг требовал тщательного планирования на основе любой добытой информации. Разговаривать с другими обладателями ошейников, в том числе ярко-изумрудных, не запрещалось, но внутренний голос шептал, что такие разговоры нежелательны. Люди Гига внимательно следят за самыми важными пленниками, и если они увидят, как двое или, что ещё хуже, несколько важных узников о чём-то шепчутся, то это лишь приблизит конец. Было непросто найти союзников и среди Призванных. Кто-то сочувствовал тяжёлому положению жителей, но эти Призванные, скорее всего, помогут тем, у кого бронзовые или хотя бы золотые ошейники, но никак не узникам с ярко-изумрудными ошейниками, которые живут в невероятной роскоши и под постоянным наблюдением. Да и нет гарантии, что тот, кто согласится помочь, на самом деле не будет одним из людей Гига или не захочет продать ему ценную информацию. Необходимы другие пути, иные способы сбора информации, и благо, уроки у мастера Аластара не прошли даром. Он научил не только разрушать печати, но и некоторым другим, опасным, но полезным магическим техникам.

Вспоминать одну из них пришлось по обрывкам былых воспоминаний и оставшимся записям от учителя, и лишь на теоретическую подготовку ушло чуть больше трёх месяцев. Лишь после этого всё было готово рискнуть и обраться к этой технике на практике. Она создавала между двумя точками пространства несуществующий на плане реальности мост, и он позволял подойти на другую сторону, чтобы услышать всё, что там происходит. Эту технику невозможно было обнаружить при помощи магии, но она была невероятно сложна и опасна в использовании. К тому же, мост можно было открыть не чаще, чем раз в сутки, и открывался он на короткое время. Важно было поймать нужный миг, в который Гига не просто засядет в покоях, но и озвучит что-то важное. С этим была проблема – Гига редко бывал в своих покоях, как редко общался с кем-то внутри них. Часто он использовал их как место для сна, место для работы или уединённое логово, в котором он оставался наедине со своими мыслями или завораживающе играл на лютне. Мост в зал для собраний Гига с его офицерами не протягивался. Проложить его из другой точки дворца также было нельзя, поскольку выделенные покои – это единственное спокойное место, в котором таинство можно было творить без риска быть обнаруженным. Призванные присматривают снаружи, но внутри контроля нет.

Немногие вылазки по незримому мосту ничем не закончились, но сегодня судьба решила вознаградить за труд и терпение. В покои Гига вот-вот должны были привести Призванную, которую он выкрал несколько месяцев назад и держал здесь же, во дворце, в ещё более роскошных покоях. Если уж и тратить на что ежедневную попытку, то на этот разговор.

Сигил щедро ополоснул лицо несколько раз. С подготовки прошло уже больше получаса, но казалось, что они пролетели за один миг. Шаги были более твёрдыми, но вскоре в ногах вновь будет неприятная слабость. Вернувшись в центр покоев, Сигил опустился на ковёр и подобрал под себя ноги. Ковёр был очень мягким и тактильно приятным. Сигил провёл ладонью по его поверхности и прикрыл глаза, отсекая всё посторонние мысли, как скульптор отсекает неровности от своего творения. Руки сами собой грациозно двигались в воздухе, выводя замысловатые узоры, а с губ слетали заклинания, которые словно произносил кто-то другой. Всё случилось внезапно. Темнота перед глазами стала ещё гуще, и безграничная тьма забрала в свои цепкие объятья. Вокруг не было ничего и никого, и лишь тоненький волос света под ногами вёл вперёд. Сигил отважно ступил на спасительную тропу, вкладывая в каждый шаг всю внутреннюю концентрация, магию и даже физические силы. Сигил брёл, шёл, скользил, бежал и полз по тонкому волосу, и казалось, что продолжалось так целую вечность. Наконец, бесконечная тропа закончилась. Едва Сигил ступил в точку, после которой волос обрывался во тьму, как раздался чужеродный звук: стук в дверь, настолько громкий, будто стучали прямо над правым ухом.

– Входите, – раздался несколько приглушённый, наполненный властными нотками голос.

Такое состояние позволяло уловить каждый звук. С едва лёгким скрипом входные двери мягко приоткрылись, и за ними в пустоту ворвались звуки шагов нескольких пар ног.

Иногда, в блужданиях по королевскому дворцу, удавалось пересекаться взглядом с Грати. Как и у всех Призванных, у неё не было ошейника, но сероглазая друидка с длинными волосами цвета потускневшей меди не выглядела счастливой. Она была похожа на невольную пташку, которую заперли в большой клетке. Её всегда сопровождали двое бойцов в ярко-изумрудных ошейниках. Их имена узнать не удалось, и что-то подсказывало, что это знание опасно. Им была поручена всего одна задача – присматривать за пленницей. В свою очередь, за двумя бойцами всегда следовали люди Гига. Обычно сопровождение состояло из пяти человек – два бойца ближнего боя, один лучник или арбалетчик, один волшебник и один целитель, и эта пятёрка присматривала за конвоирами девушки. Для чего нужна была такая странная цепочка, было не до конца ясно, но почему-то Призванные не могли навредить друг другу внутри дворца. Люди Гига не могли воздействовать на Грати грубой силой или магией, зато это могли сделать рождённые в этом мире, которым уже могли навредить Призванные. За счёт такой сложной цепочки девушку и удерживали во дворце. Ей выделили самую просторную и роскошную комнату дворца, вот только сбежать из этой большой клетки девушка не могла.

И всё это было необычно. Гига хоть и жесток, но без веской причины он не вредил другим Призванным. Тут же он не просто выкрал девушку с южных земель, но и заточил её. Тем важнее было подслушать их разговор. Вновь послышались шаги, но уже удаляющиеся, и дверь снова скрипнула.

– Надо же, неужели…постой, как ты себя называешь? Господин? Властитель? Доминатор? Ах да, прости, Хозяин. Неужели сам Хозяин Северных земель испугался хрупкой девушки и спрятался от неё за грудой артефактной брони?

Её голос казался острой рапирой, что безжалостно жалила врага с разных сторон, однако защита Гига оказалась крепка.

– Не зря хороший доспех называют второй кожей рыцаря. Но вообще, я только вернулся. Многие дела требуют личного присутствия, и порядок в своём доме спокойнее наводить самому.

Было непривычно слушать такого Гига. Обычно его голос был холоден и суров, но здесь он говорил более спокойно, и между слов проскальзывали даже едва уловимые тёплые нотки.

– Вот как. Я уже подумала, ты хочешь проткнуть меня этим жутким рогатым шлемом. Что-то ты нетороплив, ведь сколько месяцев уже прошло. Или всё настолько плохо? Не было даже минутки поговорить с той, кого ты выкрал, держа не только в неволе, но и в неведении? Разочаровываешь меня, Хозяин.

Последние слова Грати настолько были наполнены ядом, что казалось, ещё немного, и он просочится в окружающую пустоту.

– Я могу повторить – многие дела требовали личного присутствия, – Гига словно принял мощное противоядие. – Ты неглупая девушка, и должна понимать, что для создания сложной системы, которая не обрушится от любой мелочи, требуется время. Много времени и ещё больше вложенных сил. Стоило подуть на старых Невозвращенцев чуть сильнее, как они рассыпались в пыль, и я не хочу повторять их судьбу.