Текст книги "Кровавый целитель. Том 7: Endgame – Часть 1 (СИ)"

Автор книги: ArFrim

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 36 страниц)

«Важна последовательность», – напомнил себе Кэхил. Сейчас небольшая комната. Потом они переедут в уютное гнёздышко, а после смогут позволить себе что-то получше, вроде роскошного дома с двумя или тремя этажами, которые покупали самые сильные игроки. Со временем они будут позволять себе всё больше и больше, если только игра не закончится раньше.

Скрипучие деревянные ступени вывели в небольшой зал полупустой таверны. Слабый свет едва пробивался сквозь запылённые окна, зато в нос хорошо забивался запах дешёвого пива, табачного дыма и несвежей пищи. За стойкой, уныло глядя на пустые столы, скучающе стоял трактирщик с вырванным клоком в длинной бороде. Пробравшись мимо гогочущей группы НИПов, азартно кидающих карты и являвшихся главным источником дыма, Кэхил толкнул плечом ещё более скрипучую дверь. Неприятная желтизна заставила зажмуриться.

Пылевая буря, словно разъярённый зверь, терзала город, завывая и кружа в вихревом танце. Ветер хлестал по лицу, забивая рот и глаза песчинками, и лишь особые очки позволяли хоть что-то разглядеть впереди. Прямо из ниоткуда возникли три стражника в таких же очках. Их доспехи покрывали песок и грязь. Под руки стражники грубо вели мужчину с окровавленным лицом и кляпом во рту. Объединённая стража игроков и неигровых персонажей была на взводе, и на информационном стенде рядом со входом в таверну висела причина этому.

Вниманию всех жителей королевства!

С великой скорбью сообщаем, что из наших славных земель были похищены сорок три жителя. Эти люди – не просто подданные нашей любимой королевы, но и основа процветания королевства: ремесленники, торговцы, учёные, целители.

Мы призываем всех, кто обладает какой-либо информацией о местонахождении похищенных или обстоятельствах их похищения, немедленно обратиться к Совету Старейшин или к представителю городской стражи.

За любую достоверную информацию объявлена награда в размере 10000 золотых монет.

Помните: каждый может внести вклад в спасение наших людей. Не оставайтесь равнодушными! Сохраним единство и сплочённость перед лицом чудовищного злодеяния!

Под объявлением, в нижней части плаката, более мелким шрифтом были написаны имена всех украденных жителей. Возможно, этих несчастных было и больше, но за последние три дня стало известно ровно о сорока трёх похищениях. Система защищала плакат от воздействия, но правый нижний уголок был оторван – рукой ли или неведомой силой. Кэхил отвернулся, и, натянув плотнее очки, двинулся вперёд, продираясь сквозь неприятную бурю.

Все эти три дня королевство стояло на ушах, однако, за бортом общего внимания осталась украденная девушка, которая, в отличие от остальных похищенных, была игроком. Рука сама скользнула в инвентарь, доставая оттуда небольшую бумажку, переданную парой недель ранее недружелюбным разбойником. Кэхил развернул помятый клочок, на котором было выведено всего одно имя.

ГратиЛивурати

Мотивы Гига так и остались тайной. Зачем ему, если он действительно стоял за всеми похищениями, понадобилась ещё и ничем не примечательная девушка, единственная ценность которой заключалась в дружбе с Виллиусом? Эта загадка терзала с самого первого дня слежки. Грати вела уединённую жизнь и практически не покидала пределы города. Если же ей нужно было куда-то отправиться, она предусмотрительно использовала систему телепортов. Из Товира можно было телепортироваться в несколько десяток разных точек, и угадать, куда именно отправилась друидка, было невозможно. Часами она могла сидеть в парке, погружённая в чтение книги или созерцание неба, словно там ей открывались секреты, недоступные другим. Грати не стремилась к общению. Казалось, что ни с кем в городе она не завела дружеских связей, и даже с Виллиусом и остальными товарищами её увидеть не удалось. Словно чуждая этому миру, она проводила день за днём в одиночестве. Слежка за Грати осложнялась необходимостью постоянно обманывать Ланвиа. Любимая ничего не знала ни про флешку, ни про возможность перенести её сознание в другой мир, да и в принципе всё, что связано с реальностью, она забывала, даже самые отдалённые вещи. Мучительная дилемма терзала душу, словно в ней застряли с десяток заноз. Не было ответа на то, как же рассказать Ланвиа обо всём, да так, чтобы она поняла всё во всех смыслах. Забрать её с собой, но ценой разрушенной жизни другой девушки и бесконечного вороха лжи, не было похоже на размен, который без вопросов устроит любимую.

«Ничего, скоро это закончится», – успокаивал себя Кэхил, выплёвывая забившийся в рот песок. И всё-таки, совесть нельзя было заглушить одной лишь мыслью в духе «да успокойся ты». После недолгих наблюдений, когда стало понятно, что Грати так просто не покинет безопасную зону, пришлось перейти к более активным действиям – к личному знакомству с девушкой. Время от времени к ней походили парни, которые, видимо, пытались познакомиться, но все получали отворот. Чтобы завязать успешный разговор, пришлось изучить одну из прочитанных Грати книг, которую прямо в игре написал один из игроков. Чтиво было лёгким, на двести с небольшим страниц, и история про парня, который ради своей больной девушки отринул человечность и встал на путь зла, стала хорошей основой для знакомства. К тому же, многие знали его как первого игрока, кто смог жениться на неигровом персонаже, поэтому Грати сразу отсекла мысль, что к ней хотят подкатить. Это помогло немного сблизиться с девушкой, а когда бдительность Грати удалось усыпить настолько, что она была готова покинуть безопасную зону ради помощи с одним из сложных боссов тридцать девятого уровня, письмо незамедлительно отправилось Альту. Через десять минут пришёл короткий ответ, в котором разбойник указал время и место, куда требовалось выманить Грати. Похищение состоялось в последний день ПВП-турнира, во время, в которое ориентировочно были украдены неигровые персонажи. Воспоминания того дня отзывались тяжестью на сердце. Едва Грати переступила невидимую черту безопасной зоны, как на неё сразу напали несколько крепких парней. Она пыталась отбиться, настойчиво стучала пальцем по правому уху, и даже вызвала из-под земли огромные живые корни, но это не помогло. Её грубо связали, засунули в большой мешок и забросили в телегу, увезя далеко за горизонт. Через полчаса пришло ещё одно короткое письмо, в котором Альт поблагодарил за безупречную работу, и в этом же письме разбойник указал время и место для передачи вознаграждения. Грати было очень жаль, но ради любви, такой яркой, которую не доводилось испытывать даже в реальности, и которую в этой же реальности хотелось продолжить, нужно идти на всё. Откинуть ради любви к неживой женщине свою человечность – не в этом ли злая ирония их отношений.

«Я не думаю, что Грати серьёзно навредят, а когда игра закончится, она целая и здоровая вернётся в реал», – успокоил себя Кэхил ещё одной мыслью. Необходимо выдержать баланс сопереживания. Нельзя, чтобы Грати сбежала или её вообще отпустили. Она явно догадывается, кого нужно на самом деле винить в своём похищении. Если она расскажет об этом, а потом ещё вскроется сотрудничество с Альтом, дела могут обернуться худо. В лучшем случае его заточат в темнице, а в худшем – Ланвиа обо всём узнает и уйдёт.

Песчаная буря и не думала утихать. Не позавидуешь игрокам, попавшим под эту Аномалию посреди фарма или прокачки. С другой стороны, каждая из погодных Аномалий была по-своему противной, а свободных окон между ними не было. Благодаря системной мини-карте удавалось более или менее ориентироваться в пока ещё не слишком знакомом городе. Наконец, в небольшом кружочке показалась отметка, подсказывающая, что нужно свернуть в проулок между двумя трёхэтажными зданиями. На удивление, дойти до нужного места удалось за семь минут до встречи, хотя казалось, что из-за проведённого времени с любимой вовремя прийти не получится. Кэхил нырнул в спасительную щель и приподнял очки. Буря, бушевавшая на городских улицах, здесь стихла, оставив позади лишь приглушённый шум. В воздухе висел запах сырости, а под ногами хлюпала неприятная серая жижа. Огибая её, Кэхил двинулся вперёд, пока справа не показался вход в подвал, который закрывала большая деревянная крышка со ржавой металлической ручкой. Поддалась она на удивление легко, зато закрывать её с той стороны было не очень удобно.

«Вот я дурак», – подумал Кэхил в абсолютной темноте. К счастью, в игре были и другие удобства. Взаимодействовать с инвентарём можно было и в кромешной тьме, и не теряя времени Кэхил извлёк из виртуальной сумки масляную лампу, привычка носить которую сохранилась ещё с того сервера. Стало чуточку светлее, правда рассеять мрачную атмосферу подвала лампа не могла. Сырые каменные стены, покрытые трещинами и слизким мхом, выглядели зловеще.

Подвал оказался неглубоким – всего в пятнадцать ступеней вниз. Лампа тускло осветила небольшое помещение с низким потолком, заставленное грудами квадратных ящиков разных размеров. Дерево многих из них прогнило, а некоторые ящики были пробиты насквозь. С отвращением Кэхил протёр один из ящиков припасённой в инвентаре тряпкой и поставил на него лампу, но как только её свет отбросил на стену зловещую тень, как сверху раздался шум. Крышка люка скрипнула, а затем послышались шаги.

«Альт пришёл?» – встревоженно подумал Кэхил. Нет. Что-то здесь было не так. Вошедший в подвал спускался осторожно, словно открыл для себя этот подвал только сейчас. В то же время шаги были очень тяжёлыми, непохожими на шаги разбойника, на ногах которого лёгкие и не сковывающие движения сапоги. Кэхил настороженно отошёл к дальней от спуска стене. Несмотря на мрачную обстановку, внутри бояться нечего – игрок здесь не навредит другому игроку, потому даже если сюда спустится сам Гига, который, по слухам, настолько легко отметелил Виллиуса, что у Кровавого целителя не было ни малейшего шанса, он ничего здесь сделать не сможет. Тяжёлый шаг, ещё один, и наконец, в свете масляной лампы показался необычный рыцарь – в латах, надетых на женское тело.

– Ланвиа… – вымолвил Кэхил.

В глазах любимой, одновременно полных тревоги и ярости, бушевал ураган, а янтарные блики, обычно такие ласковые и тёплые, сверкали холодным металлом.

– Значит, у тебя встреча с представителем одной из гильдий? И давно такие встречи проводятся в подвале на окраине города?

– Ланвиа, я…

– Знаешь, когда на твоём пути показался бордель, я уже была готова поверить во всё!

– Позволь…

– А когда я увидела тебя в компании этой дряни с выцветшими волосами, то была готова разорвать вас прямо там!

Ланвиа говорила всё яростнее, а её голос дрожал от гнева. Такую бурю доводилось видеть раньше, но обращённую на врагов. Теперь же пришлось познать её на себе.

– Всё это время ты меня обманывал, – прошипела Ланвиа. – Ты смотрел мне в глаза, улыбался и нагло врал!

– Ланвиа, послушай! Нет, выслушай! – надавил Кэхил, видя, что любимая хочет сказать. – Вспомни – последовательность! Давай я сперва тебе всё объясню, а потом ты уже сделаешь выводы. Обратный порядок только навредит!

Казалось, эти слова нашли нужный отклик.

– Хорошо, я слушаю, – процедила Ланвиа сквозь зубы, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Кэхил лихорадочно подбирал слова. Ситуация не из приятных, и если не найти способ всё объяснить, да так, чтобы Ланвиа всё запомнила, этот разговор легко может стать их последним.

– Помнишь, когда ещё не была достроена арена, я сказал, что у меня назначена встреча?

– Допустим.

– Я встретился с одним Призванным, который предложил мне…сделку.

– Какую ещё сделку? – недоверчиво спросила Ланвиа, хмуря брови.

Начинается неприятная часть объяснения.

– В общем…я должен был проследить за Грати, той друидкой, с которой ты меня видела. И не просто проследить, а немного втереться в доверие и выманить её за пределы города, где её смогли бы схватить другие Призванные.

Тяжёлая пауза, давящая как рухнувший потолок, повисла в затхлом воздухе.

– Погоди…то есть ты отдал эту девушку в руки каким-то подонкам? Ты хоть представляешь, что они могут сделать с ней?

– К сожалению, представляю, и очень хорошо, – мрачно ответил Кэхил.

В свете дрожащего пламени масляной лампы прекрасное лицо любимой омрачило непонимание.

– Но…не зачем…ради чего ты совершил такой чудовищный поступок?..

– Я сделал это…

– Он сделал это ради тебя, очаровашка.

Кэхил вздрогнул, а Ланвиа ойкнула от неожиданности. Внезапно, словно призрак из потустороннего мира, возник силуэт бритоголового мужчины. Он безмятежно восседал на груде ящиков, возвышавшихся почти до самого потолка.

– Давно ты здесь? – хмуро спросил Кэхил.

– Минут как пятнадцать, – как ни в чём не бывало ответил Альт. – Я прибыл пораньше и спрятался в инвизе, чтобы посмотреть, не натворишь ли ты глупостей. Получилось даже забавнее, чем я ожидал.

– Я ничего не понимаю, но требую объяснений!

Наконец строгий взгляд любой был направлен на другой источник. Альт невозмутимо достал из кармашка небольшой предмет, не узнать который было невозможно. Это то, ради чего всё затевалось.

– Давай, объясняй, – холодно произнёс Альт.

Это требование на мгновение вогнало в ступор. Хотелось провести с любимой более приватный разговор, но она ждёт объяснений здесь и сейчас.

– Ты помнишь наши разговоры про мой родной мир? Хотя бы один. Можешь вспомнить хоть что-нибудь из того, что я рассказывал тебе?

Ланвиа открыла рот, собираясь что-то ответить, но не смогла выдавить ни звука.

– Помнишь или нет? – осторожно спросил Кэхил.

– А мы разве разговаривали об этом хоть раз?.. – задумалась Ланвиа. – Но…почему я ничего не могу вспомнить?..

Любимая поднесла руки к вискам и помассировала их указательными и средними пальцами.

– В голове туман…не помню ничего…ничего…

Кэхил шагнул к любимой и нежно взял её тёплые руки в свои.

– Послушай, любовь моя. Это нормально. Почему-то вы, жители этих двух миров, не можете запомнить то, что мы, Призванные, рассказываем о нашем мире. Но поскольку мы – всего лишь гости, то рано или поздно нам придётся вернуться домой. И я бы хотел остаться с тобой навсегда, но…не могу. Также мы не можем забрать вас с собой, но вот у этого разбойника есть предмет, при помощи которого это возможно.

– Это…правда?

Ланвиа растерянно посмотрела на Альта.

– Абсолютная, – сухо ответил он и покачал зажатой между пальцами флешкой, подсвечивающей их мягким тёмно-фиолетовым свечением.

– У нас был уговор – я слежу за девушкой и помогаю её выкрасть, а они взамен отдают мне предмет, при помощи которого…в общем, который поможет мне подготовить твоё сознание для переноса в другой мир, – объяснил Кэхил, не отводя взгляда с глаз любимой.

В двух осколках янтаря заблестели едва заметные капельки, словно утренняя роса.

– Дурак ты. Ты – мой муж, и ты не должен был ничего от меня скрывать. С тобой я готова отправиться в любой мир, главное, чтобы ты был со мной рядом.

С души словно камень свалился. Не раздумывая, Кэхил стиснул Ланвиа в крепком объятье, прижав к себе настолько сильно, насколько это было возможно.

– Раздавишь же сейчас… – выдохнула Ланвиа, и наконец-то на её лице появилась улыбка.

Внимая зову души, Кэхил нежно соприкоснулся кончиком своего носа с кончиком носа любимой и накрыл её губы ласковым поцелуем. Запоздало пришло понимание, что в подвале они не одни. Кэхил обернулся к Альту, и всё хорошее настроение, которое успело проснуться в этот короткий миг примирения, рухнуло. Разбойник, который ни в той, ни в этой встрече ни разу не улыбнулся, вдруг расплылся в гадкой, неприятной улыбке, а серые глаза недобро заблестели.

– Чего ты так лыбишься? – воинственно спросил Кэхил.

Альт не ответил. Ловко спрыгнув с ящиков, он подошёл поближе и протянул флэшку.

– Сценка просто очень трогательная, – произнёс разбойник, не снимая с лица противную улыбку.

Кэхил вырвал флэшку из чужих рук и быстро оценил её через системный прицел. Теперь она перешла в его владение, и открылся доступ к расширенному системному описанию, большая часть которого правда была скрыта за множеством знаков вопроса. Судя по всему, без выполнения первого шага нельзя было перейти к следующему, но предмет и правда поражал воображение. Если описание не лгало, флешка действительно позволяла перенести разум неигрового персонажа в это хранилище и забрать его с собой в реал. Но почему Альт так подло улыбается?

– Скажи сразу, здесь какой-то подвох?

«Если он есть, то Альт всё равно не ответит», – подумал Кэхил. Улыбка на мгновение спала с лица разбойника.

– Гига всегда держит своё слово, – отрезал он. – Просто сама ситуация…забавная.

От последних слов стало ещё больше не по себе.

– Предупреждаю, если ты навредишь ей, я не посмотрю на разницу в уровнях и сотру тебя в порошок!

Альт усмехнулся краешком губ.

– Страшно как. Не переживай. В этом нет необходимости, поскольку твоей любимой вредить не собираюсь. Я, по крайней мере.

– Что значит «Я»? Отвечай, скотина!

Альт ничего не ответил, и его подлая улыбка стала последним, что удалось увидеть перед тем, как разбойник растворился в невидимости. Кэхил растерянно смотрел в пустоту, очнувшись лишь когда сверху хлопнула крышка.

* * *

– Ну? – в нетерпении спросил Вилл.

– Да погоди! Хватит над ухом жужжать!

Нвентор восседал за невысоким, удобным для его роста, дубовым столом. По всей поверхности были хаотично разложены бумаги, свитки и небольшие записки, и изобретатель случайным образом вытаскивал из этого беспорядка что-то одно.

– В общем, – наконец произнёс Нвентор. – Никаких стёклышек, которые способны улучшить мощь Призванного или другого носителя Искры, я не создавал.

– И для этого ты перерыл всё? – Вилл кивнул на царивший на столе беспорядок.

– А ты думаешь, я держу в голове всё, над чем когда-либо работал? Да своё первое изобретение я создал в четыре года!

– Какое? – с интересом спросил Вилл.

– Да…была одна история грустная. На день рождения родители подарили мне птичку. Сказали, имя выбери сам, ну и назвал её Пискушей, потому что, зараза, пищала без остановки, спать не давала. Но я любил её, сильно, а потом она съела что-то не то и подохла. Сейчас-то понимаю, что так бывает, но тогда это ударило по голове как кувалдой. И родители ещё «успокаивали». Так бывает, хватит сидеть в комнате и реветь, ты ничего с этим поделать не можешь. И вот в один миг что-то щёлкнуло. Я обложил себя книгами отца, вычитал их до буквы за две недели, а ещё за две недели воссоздал идеальную копию Пискуши, разве что кроме жёлтого хохолка. Смешно, но в итоге я ничего не добился – Пискуша ведь была неживая, механическая, а чтобы она летала и щебетала, требовалось каждые три дня менять рунические накопители – маленькие штуковины стоимостью с мешок золота. Четыре штуки стащил у отца из запасов, ох, как же он меня выпорол.

Нвентор поморщился и почесал затылок.

– Короче, я не держу в голове всё, над чем трудился и работал всю свою жизнь. Ты же не помнишь все свои приключения, каждого поверженного противника, вот и я не помню, зато люблю всё записывать. Здесь, – Нвентор потянулся к одному из исписанных клочков пергамента. – Есть сведения о работе моих коллег, и даже в них я не нашёл ничего похожего.

Нвентор покачал клочком перед лицом и отложил его обратно в кучу хаоса.

– Какой из этого вывод? – учительским тоном спросил он, строго взирая разноцветными глазами – один пылал адским пламенем, а другой мерцал ледяной лазурью.

– Э-э-э, это ты у меня спрашиваешь? – опешил Вилл. – Вообще-то, я пришёл к тебе за ответом, а не за новыми вопросами.

– Вот в этом ваша, искателей приключений, и беда. Развивать нужно не только силы Искры, но и думалку, – Нвентор постучал толстым пальцем по лбу и провёл подушечкой там, где у обычного человека должны были быть брови. – А вывод простой – эту штуковину создал кто-то из здешних.

– Есть идеи, кто это мог сделать? Успел с кем-нибудь познакомиться?

– Успеть-то успел, но понимаешь, в чём дело. Чтобы создать что-то такое, – Нвентор сложил два пальца в круг и посмотрел через дыру красным глазом. – Недостаточно быть простым ремесленником. Нужно быть творцом и новатором, человеком, который не боится пробовать новое и который не страшится неудач. Ему наплевать, что перед успехом будет десять или двадцать провалов – он стремится к чему-то высокому, недоступному для понимания обывателя. Он создаёт такое, после чего у простых людей глаза кругом и мысли «Ого, а так можно было?». Надёжнее идти по проторенной дорожке – на хороший меч покупатель найдётся всегда, а клепать их можно ящиками. К тому же, фигура такого полёта трудится явно в особом месте – в королевском дворце или отдалённом месте, куда ему подвозят всё необходимое. Я к тому, если такой человек и есть, мои шансы с ним встретиться близки к нулю, хотя нам было бы что обсудить.

– Понятно…

Если Нвентор прав, то в этом мире где-то скрывается как минимум один неигровой персонаж, способный на создание удивительных предметов, выходящих за рамки баланса.

«А неигровой ли это персонаж?» – подкралась мрачная мысль, ведь ничего не указывало на то, что это сделал именно НИП.

– А ты пробовал связаться с чудаком, у которого стекло увидел?

Вилл покачал головой.

– Пробовал, конечно, но без толку. На мои письма он не ответил, и вообще после турнира его никто не видел. Даже на арене ни разу не появлялся.

В стоящей на круглом алхимическом столе колбе с зельем неожиданно что-то булькнуло. Встрепенувшись, Нвентор спешно встал и осторожно подошёл к источнику громкого звука. Две минуты он стоял на одном месте, всматриваясь в стеклянный сосуд.

– Другой вопрос, – произнёс Вилл, когда Нвентор отвернулся от алхимического стола. – Возможно ли массово воспроизвести такие предметы?

Нвентор задумчиво поскрёб длинным ногтем идеально гладкую щеку.

– А вот не знаю. Всё зависит от многих факторов, понимаешь. На создание передаточного устройства мог уйти целый день, и трудиться сразу над двумя я не мог, зато вшивые телепортационные кристаллы могу создавать пачками хоть по взмаху руки.

– То есть чем сильнее предмет, тем тяжелее его создать и тем больше на это уходит времени, – подытожил Вилл.

– Да, но не совсем. Всё ещё зависит от мастерства создателя, а также от доступных ему инструментов. Если это стёклышко создал действительно могущественный изобретатель, у которого в распоряжении огромная мастерская и зачарованные инструменты, он может создать хоть пять, хоть десять стёклышек за раз.

– Я просто подумал…если не принимать во внимание хрупкость стёклышка, то оно работает прекрасно. С ним у Хару не было и намёка на поражение, и не разбейся оно, он бы без проблем побил всех…Призванных. А если это стёклышко отдали Хару, чтобы он проверил его в хороших боевых условиях? А если его доработают и сделают прочнее? Или улучшат, чтобы оно улучшало навыки не только в битвах один на один, но и в более массовых столкновениях?

– Кто-то создаст небольшую армию монстров, которая выкосит весь королевский дворец вместе с белоснежными жестянками, – дополнил мысль Нвентор.

– Да, именно. Или эту силу направит против нас же, Призванных. Вот будет потеха.

– Я вообще с вас в шоке. В том мире Призванные жили дружно, а здесь у вас грызня какая-то между собой. Или это особенности этого мира?

– Особенности этого мира… – задумчиво протянул Вилл.

И без того не самое хорошее настроение поползло ещё ниже.

– Слушай, Нвентор…

– Чего?

– Ты не думал уехать отсюда?

Нвентор посмотрел так хмуро, что если бы у него были брови, они бы непременно сошлись домиком.

– Чего, расстроился, что я тебе не помог и решил сослать меня подальше? Ещё скажи, что нашёл проход, через который можно вернуть меня в уничтоженный мир к Пожирателям. Решил накормить бедолаг?

У Вилла вырвался нервный смешок.

– Без обид, но такой малютка им будет на один зуб. Проглотят и не почувствуют.

Нвентор воинственно вскинул обе руки, и его бицепсы вздулись, готовые разорвать не только потенциального врага, но и ткань мироздания.

– Смотри? Видишь? Не сравнивай меня с доходягами из той же королевской академии. Я когда увидел их впервые, то ели слёзы сдержал! Тощие, в больших круглых очках, с запуганными лицами, словно их страшит собственная тень. От женской улыбки в обморок падают! Я же любому Пожирателю шею сверну, причём сделаю этой одной рукой, а второй пробью грудь и вырву гнилое сердце, забрав его на свои эксперименты.

– Даже не сомневаюсь, – честно ответил Вилл с лёгкой улыбкой.

– Тем более, а куда мне ехать? Все земли сейчас поделены на два королевства, и либо я живу здесь, либо еду в соседние земли и получаю ошейник. Перспективы не самые приятные, согласись? А здесь чего, нормальная жизнь, сытая! Скоро перееду в новую мастерскую, жизнь пойдёт как по маслу! Посмотри на то, где сейчас живу и творю! Даже будучи сопливым юнцом меня окружали более комфортные условия!

Нвентор широко развёл сильные руки, показывая свои небольшие покои. Их и «мастерской» нельзя было назвать – изобретатель жил в комнате несколько на несколько метров с двумя заколоченными окнами, и свет с трудом пробивался через узкие щели. Не сравнить с теми роскошными помещениями, в которых Нвентор творил ранее – здесь даже и разместить было нечего. Три стола, сундук, небольшая кровать – и вот уже вся комната занята. Чтобы перебраться в более комфортное помещение нужно время.

«Время», – сдавленно подумал Вилл.

– Да, ты прав. Просто я…я хотел… – Вилл попытался выдавить ещё хоть слово, но плотный ком застрял в горле. – Ладно, спасибо за помощь. Бывай.

– Да рад был помочь. Ты это, заглядывай, если что.

Вилл похлопал Нвентора по крепкому плечу и пулей выскочил из небольшой комнаты, с грохотом сбегая по деревянной лестнице, перепрыгивая через две ступени за раз. Сердце вновь забилось с бешенной силой, виски стучали, перед глазами всё плыло, а чернота захватывала всё больше визуального пространства. С каким-то отдалённым грохотом распахнулась входная дверь. Выскочив на улицу, Вилл сразу поднял голову, подставляя лицо под дождь. Холодные капли барабанили по лицу, били по векам, проскальзывали в рот. Вся одежда за секунду промокла до нитки, а Вилл так и стоял под дождём, чувствуя, как паника медленно отходит в сторону.

– Эй, Виллиус, с тобой нормально всё? – спросил справа незнакомый голос.

– Да, всё в норме, – ответил Вилл не открывая глаз.

Тревога медленно отступила. В приоткрывшиеся глаза сразу же попали тяжёлые капли. Под сильным ливнем не только вымокла одежда, но и всё тело затрясло в мелком ознобе. Вилл быстро спрятался под широким козырьком соседнего здания, чтобы система сама подсушила одежду. Стекающая с мантии вода сразу образовала лужу на деревянных досках. Мир содрогнулся от оглушительного рёва: четыре молнии одновременно пронзили небесную ткань, на секунду озарив королевство ярче солнца.

Аномалии перестали расти в ширь, по своему количеству, но принялись расти вглубь, по своей проработке и разрушительным свойствам. После Турнира участились жалобы на неработающие умения, и вскоре Альянс принёс неутешительные вести – шанс, что умение уйдёт в молоко, вырос примерно до десяти процентов. Аномалия с монстрами стала ещё неприятнее – всё чаще встречались мобы с редкими свойствами, а кто-то встретил Аномалию прямо у босса, чего не было ранее. Игровая экосистема трещала по швам, и доходило до того, что редкостью становились самые базовые ресурсы, из которых создавались оружия, доспехи, зелья и еда. Погодная Аномалия стала ещё более непредсказуемой: исчезли чёткие интервалы, через которые менялась погода. Смена могла произойти хоть через два часа, хоть через двадцать минут, а дебафы начали накладываться быстрее. Это также сбивало фарм, поскольку в принципе фармить на открытых локациях стало намного тяжелее, а многие вкусные споты располагались вдали от безопасной зоны. Сильнее всего пугала четвёртая Аномалия. Вилл поднял взгляд к затянутому небу, в котором завис огромный зловещий шар. Вот, до чего выросла маленькая точка, загоревшаяся несколько недель назад. Этот шар был настолько огромный, что иногда затмевал собой Солнце, и самый светлый полдень погружался во мрак. Огромная звезда, планета или другое неизвестное им тело висело в небе как предзнаменование чего-то очень недоброго, а вместе с его ростом увеличивался и дебаф, который получили все без исключения игроки. К сегодняшнему дню он составил уже пятнадцать процентов, и этот рост не думал останавливаться. Призванные с каждым днём становились слабее и слабее, и вскоре падение дойдёт до критической точки, в которой группа игроков ничего не сможет сделать одному аномальному мобу. Остаётся только гадать, в какой хаос погрузится всё игровое сообщество.

«А вместе с этим пропадут все шансы на спасение», – мрачно отметил Вилл, не сводя взгляда с большого пятна на мрачном небе. Вряд ли для выхода отсюда потребуется спуститься в подземелье и дёрнуть рычаг. Их должно поджидать финальное Испытание – сложнейший босс, лабиринт со множеством чудовищ и ловушек или какая-нибудь другая гадость, которую они не пройдут, будучи ослабленными на пятьдесят, шестьдесят или семьдесят процентов. Придётся ждать, пока игру закончат на той стороне, но ожидание этого может растянуться в долгие и долгие годы, и прожить их придётся в мире, который скоро ничем не будет отличаться от того, откуда они недавно сбежали. Нищета, слабость и страх перед сильным противником – вот, что ждёт их. Дрянные расклады, которым не обрадуются даже Невозвращенцы. Их главной мотивацией к стремлению задержаться в этом мире подольше служит тот факт, что в некоторых аспектах он на голову превосходит реальный, но если жить в нём станет хуже, чем в реальности, то и смысла оставаться здесь нет. Было бы забавно посмотреть на Невозвращенцев, возглавляющих ряды ищущих выход игроков.

Мантия обсохла всего за две с небольшим минуты, а вместе с этим холод ушёл из тела. Дождь продолжал лить как из ведра, и мокнуть не очень хотелось. Вилл жестом вызвал системное меню и в разделе «Особые действия» нажал на одну из нескольких иконок. Над головой по команде появился чёрный зонт с отсутствующей ручкой. Большой купол левитировал над макушкой, и его задача – защищать от дождя без необходимости использовать руки. Штука очень удобная, но дорогая, поскольку крафтилась из редких ресурсов с шансом выпадения меньше двух с половиной процентов. За удобство всегда нужно платить, поэтому пришлось раскошелиться. Вилл вышел из-под козырька, и чёрный купол над головой сам вильнул в сторону, надёжно укрывая от падающих под углом капель. Какая-то их часть попадала на ноги, но всё это было мелочи. Несмотря на день, Товир был практически безлюден. В холодный ливень все сидели по домам, а на улицах встречались лишь игроки. Те, кто маленького уровня и победнее, ходили с самодельными зонтами или без них, а более прокачанные и богатые могли позволить себе разноцветные летающие зонты, которые кружились над головами и подстраивались под дождь. Попадались и представители городской стражи в золотых доспехах, которые патрулировали город парами и даже тройками, и многие отряды были смешанными – в них был как минимум либо один игрок, либо один НИП. Попадались и случайные прохожие, бегущие по своим делам под проливным дождём. Вилл развернул карту и сверился с отметкой. Сегодня и у него есть дела, и пересечь весь город пришлось ради одного конкретного здания.