Текст книги "Кровавый целитель. Том 7: Endgame – Часть 1 (СИ)"

Автор книги: ArFrim

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 36 страниц)

В его словах и правда был свой смысл, но всё уравновешивала другая сторона.

– Но мы не знаем, сколько нам ещё жить здесь, – ответил Соджеро. – Если бы всё закончилось через месяц – дело одно, но вдруг нам уготовано прожить здесь ещё год, два или десять? Ведь мы несём ответственность не только за себя, но и за других игроков. Кто-то в наших гильдиях, кто-то в гильдиях поменьше, а у кого-то нет не то, что гильдии, а даже друзей. Мы в ответе за всех, и нет ничего такого, чтобы пойти на некоторые уступки ради выгоды в будущем.

– Вот я согласен, – поддержал молодой Киларыч. Каждое собрание волшебник менял свой образ, и сегодня из-за своей пышной шляпы Киларыч напоминал большой гриб, который кто-то ради смеха усадил за стол.

– Да и какие у нас варианты? – продолжила Аирилайя. – Либо мы дружим с королевой и живём мирно, либо сотрудничаем Невозвращенцами и миримся как с их зверствами, так и их желанием задержаться здесь подольше. Или ты позабыл об этом, Эфклин? Гига не отказался от притязаний Невозвращенцев на долгую и беззаботную жизнь в этом аду. Более того, Гига каждым своим действием показывает, что не остановится перед своей целью подарить эту спокойную жизнь не только себе, но и каждому, кто пойдёт за ним. Примкнуть к Невозвращенцам – это согласиться с их философией и планами обречь себя на мучительное существование в этой игре, из которой лично я хочу вырваться поскорее.

Нестройный хор голосов поддержал это мнение.

– Хорошо, Эфклин, и что ты предлагаешь? – с вызовом спросил Рэнд. – Языком молоть могут все, но хотелось бы услышать что-то более конкретное.

– А моё предложение простое, настолько, что я удивлён, как вы не догадались. Отойдите в сторону.

Простое, в понимании Эфклина, предложение, вогнало всех в ступор.

– Объясни, – попросила Аирилайя.

– Неужели вы не понимаете, к чему всё идёт? У нас есть королевство, в котором игрок взял контроль над НИПами, и есть королевство, в котором симпатичная правительница хочет закрепиться на престоле, заручившись поддержкой Призванных, то есть нас, простых игроков. Это не рабство, но кто знает, что выкинет Трелорин через месяц, год или два. Вилл рассказывал, как на том сервере ему на шею накинули блокирующий магию ошейник. Не находите символичным, что в землях этого королевства свои ошейники получат уже игроки? Два королевства с такой разной, но похожей философией, не смогут сосуществовать мирно, и первые искры конфликта уже высечены. Трелорин должна ответить на пощёчину, и каждый ответ будет встречать новый, всё более жёсткий и разрушительный. Лучшее, что можно сделать – это отойти в сторону от зарождающейся бойни и сосредоточиться на главной задаче, про которую вы, да-да, вы, позабыли – скорейшем освобождении из игры. Напоминаю, что в Альянсе, который многие из вас так слепо ненавидят, на первом плане именно эта цель.

Аирилайя обернулась и с тревогой посмотрела на красивые двери.

– То есть ты предлагаешь…разорвать все договорённости с королевой и переметнуться к Альянсу? – тихо спросила девушка. – Но не навредим ли мы себе таким манёвром? Вдруг королева подумает, что мы предатели, которые в сговоре с Гига? Да и как ты предлагаешь уйти в сторону сотне гильдий с десятком тысяч игроков? Для этого нужны огромные земли и подготовленная инфраструктура, которой у Альянса сейчас нет.

«А ведь Эфклин прав, снова здесь беспокойство о том, что подумает королева», – промелькнула мысль. Хотя, с другой стороны, нельзя просто взять и отбросить мысли самого важного неигрового персонажа в этом королевстве.

– Я? Предлагаю вступить в Альянс? Да что вы, – Эфклин наигранно поднял руки и показал пустые ладони. – Для начала я всего лишь предлагаю не заострять так много внимания на Трелорин и её проблемах. Совету нужно взять курс на то, куда он плыл в самом начале, и действовать согласно двум правилам. Во-первых, для нас игрок важнее неигрового персонажа, одного, десяти или даже пятидесяти. Во-вторых, нужно делать всё для решения проблемы скорейшего освобождения. Что касается Трелорин и жителей королевства, мы должны мирно сосуществовать с ними на одной территории, а не пытаться влиться в их, скажем так, культуру и образ жизни. Мы – гости, которые скоро оставят эти земли, а вы выстраиваете такие отношения, словно здесь будут жить ещё и ваши дети. Вот, о чём я предлагаю задуматься. А чтобы вы не отвлекались на всякие мелочи, вопросом похищенных НИПов займётся моя гильдия.

Соджеро, ошеломлённый этим неожиданным предложением, уставился на Эфклина широко раскрытыми глазами. Это же удивление подхватили все сидящие за столом, и даже АркенГОЛД повернул к разбойнику голову.

– Ты серьёзно? Неужели ты собираешься делать то, от чего нас так старательно отговаривал? – недоверчиво спросила Аирилайя.

«И ведь гильдия у него не такая большая», – про себя отметил Соджеро. В «Пиратах» состояло немногим меньше ста человека, и даже если задействовать в операции всех, не факт, что такого количества хватит.

– Во-первых, – Эфклин загнул один палец. – Без обид, но один член моей гильдии стоит как десять или двадцать в ваших. Во-вторых, некоторые мои ребята, скажем так, прокачивали себя не только в онлайн-игре, но и имеют…специфический опыт из реальной жизни. В-третьих, у нас есть дело в Северных землях, поэтому мы совместим два задания. Предлагаю закончить на этом. Я занимаюсь освобождением стольких НИПов, скольких смогу освободить, попутно разыскивая и Грати, а вы прекращаете лизать королевский каблук. Устраивает такое?

Формулировка грубая, но не согласиться с таким предложением невозможно.

Сегодняшнее собрание и правда превзошло все ожидания. Эфклин не просто закрыл тему украденных НИПов, но и искусно сместил фокус в нужную сторону. В груди медленно разливалось тепло. Даже и не получалось припомнить собрания, на которых бы так активно обсуждались вопросы, напрямую влияющие на благо запертых игроков. Даже очаровательная Риссун, чьи глаза загорались яркими изумрудами при обсуждении очередной задумки вроде фестиваля ролевиков и «Праздника двадцатигранника», в этот раз оставила свои бесполезные инициативы при себе. Вместо этого она предложила выделить средства МилойЛуне, в одиночку тянувшей на хрупких плечах систему контрактов для новичков. Наконец Совет начал соответствовать тому образу, который отрисовало воображение перед тем, как принять приглашение.

– Аири, – осторожно позвал Соджеро.

– М-м-м? – задумчиво протянула девушка, не отводя взгляда от пергамента. Она изящно выводила большим белым пером имена, подготавливая Эфклину новый список на замену разорванного.

– Если мы закончили на сегодня, может, я пойду? У нас ещё внутри гильдии собрание, а перед ним было бы неплохо кое-что обсудить с замами.

Собрание потихоньку заканчивалось, и остались совсем уж мелочи, которые все обсуждали в парах или тройках. Эфклин и Рэнд неожиданно нашли подобие общего языка. Они о чём-то оживлённо переговаривались, и бородач, лицо которого становилось всё более спокойным, энергично кивал.

– Да в принципе можешь идти, – Аирилайя поставила аккуратную точку в конце особенно длинного имени, состоящего как минимум из пятнадцати букв. – Если что-то случится, например, в зал ворвётся королева и прикажет казнить Эфклина, я обязательно сообщу.

Из груди сам собой вырвался нервный смешок.

– Надеюсь, до такого не дойдёт.

«Ведь не дойдёт же?» – спросил сам у себя Соджеро, чувствуя себя персонажем из известного мема. Если вернувшаяся в зал королева заметит на своём месте постороннего, она без колебаний отдаст приказ белым рыцарям, и будет чудо, если приказ ограничится простым заточением в подземелье.

Соджеро, попрощавшись со всеми, пересёк широкую полосу солнечного света, льющегося через огромное окно, и покинул зал. Невидимая развилка длинного коридора предлагала две дороги. Лестница по правую руку уводила на верхние этажи дворца, куда не было доступа Призванным, а другая, по левую руку, вела к выходу. Соджеро свернул налево, и чёрные сапоги мягко ступили на отполированный до зеркального блеска мрамор. Падающий сквозь такие же большие прямоугольные окна свет от аномального Солнце не только вгонял в жар, но и слепил. Сквозь арку, ведущую на просторный балкон, пробивался приятный аромат свежих цветов. Вокруг висели картины самых разных форм и размеров, наполненные самым разным смыслом. На одной милые девушки в пышных платьях кружились в танце с кавалерами, а на другой рыцарь, высоко поднявший руку с длинным мечом, вёл за собой целую армию. Из боковой двери, украшенной затейливой резьбой, появился статный слуга в строгих одеждах. В его руках покоился поднос с дымящимся кувшином и изящными чашечками. Слуга, держа спину так прямо, что стало неловко, спокойно прошёл мимо, даже не удостоив взглядом. Проследив за ним, Соджеро обернулся и вздрогнул – возле стены стоял белый рыцарь, который возник там словно из ниоткуда. Вот он уже проводил внимательным взглядом, которым обычно охранник в магазине смотрит на подозрительного покупателя. Этот взгляд безупречно белых глаз, в которых едва угадывалась такая же молочная радужка, всегда пробирал до дрожи.

Скрыться от взгляда белого рыцаря удалось за поворотом. В той части коридора архитекторы словно забыли про существование окон. Прохладная тьма нежно укутала в свои объятья, а путь освещал неяркий зеленоватый свет, льющийся из больших магических шаров.

– Эй, ты. Да-да, ты, – неожиданно раздался тоненький голос, напоминающий голос ребёнка.

Соджеро растерянно замер. Если зрение не подводило, а оно подвести не могло, рядом никого не было, да и сам голос доносился откуда-то слева, словно говорящего замуровали в стену вместе с одним из магических шаров.

– Чего головой крутишь, заходи сюда!

Дверь, в полумраке почти сливающаяся со стеной, едва слышно скрипнула. Голос доносился явно оттуда. Ничего не понимая, Соджеро осторожно вошёл внутрь, попав в небольшое помещение. Внутри было ещё темнее, и лишь по смутным очертаниям можно было понять, что это забытая всеми каморка, в которой друг на друга свалили старые кровати. Воздух был тяжёл от запаха сырости и какой-то гнили.

– Кто здесь?

Вопрос повис в воздухе, растворяясь во тьме. Соджеро пристально всматривался в едва видимые очертания, но того, что могло бы напоминать человека, не было.

«Либо со мной говорит призрак, либо я сошёл с ума», – пронеслась в голове мысль, как неожиданно прямо на расстоянии вытянутой руки сперва зажёгся тусклый зелёный свет, напоминающий тот, что освещал коридор, а потом между двумя стойками сваленных друг на друга кроватей материализовался крепкий мужчина. Высокий, с редкими усиками и наивными детскими глазами.

– Ты вообще кто?.. – испуганно спросил Соджеро.

Судя по всему, это не игрок, а неигровой персонаж, обладающий способностью скрываться в тени. Разбойник, коллега по классу. И судя по тому, что кинжалы были на поясе, а не в руках, вредить он явно не собирался. Разбойник протянул длинную руку к двери и аккуратно прикрыл её, отчего в маленькой комнате стало ещё темнее, а кровати стали очерчены ещё более зловещими очертаниями.

– Доброго дня, – детский голос здоровяка никак не соответствовал его габаритами. – Скажите, Вы ведь Призванный из Совета, я прав?

Соджеро растерянно хлопал ресницами. Как же всё быстро меняется в этом игровом мире. Вот ты заседаешь в одном из самых красивых и роскошных мест королевства, а теперь сидишь в вонючей комнатушке с развалившимися кроватями в компании странного разбойника.

– Да, – наконец выдавил Соджеро. – Прости…те, а кто Вы, что Вы здесь делаете и к чему такая скрытность?

Здоровяк завёл левую руку назад, едва не уронив одну из кроватей, и согнул её, прижимая к спине, а ладонь правой руки прижал к области сердца, немногим выше десятиконечной звезды на груди.

– Меня зовут Схилф, – слегка поклонился он. – Я один из мастеров Десятки, разбойник.

Это имя ни о чём не говорило, но вот про Десятку ранее что-то доводилось слышать. Если слухи не врали, то Десятка – группа могущественных мастеров, каждый из которых был лучшим в своём классе, если НИПы вообще знали, что такое класс. Выходит, этот здоровяк с пушком над губами, несмотря на свой детский вид, был весьма опытным и сильным разбойником.

– Рад знакомству, Схилф. Меня зовут Соджеро, – Соджеро едва склонил голову. – Теперь бы хотелось услышать ответы и на другие вопросы. Если Вы здесь по поводу украденных НИПов, то сейчас мне порадовать нечем. Могу лишь заверить, что мы в тесном сотрудничестве с королевой, и обещаем не только вернуть всех похищенных, но и наказать тех, кто это сделал, и неважно, что они такие же Призванные, как и мы.

Казалось, что мастер Схилф пришёл за этим и только, однако мужчина решительно покачал головой.

– Нет-нет, эта ужасная трагедия, но столь долгий путь я проделал по иной причине. У Вас найдётся для меня две-три минуты?

Соджеро скосил взгляд на таймер.

– Если дело важное, то я найду хоть все пять, тем более раз Вы уже затащили меня в это прекрасное место, – ответил Соджеро. С другой стороны, вряд ли один из мастеров могущественной Десятки тайно проник в королевский дворец просто ради того, чтобы потрепаться о пустяках.

Детское лицо разбойника озарила улыбка, и он достал из кармана нагрудного доспеха запечатанный свиток.

– Что это?

– Мы просим, чтобы Вы воспользовались своим высоким положением среди Призванных и близостью к нашей любимой королеве, предложив ей то, что описано в этом свитке. Мастер Хэйлегур, наш целитель, подробно всё изложил, но, если кратко, нам нужно разрешение на проведение большого праздника для гостей, недавно прибывших в этот мир. Нет, не для Призванных, вы свой праздник получили, а для тех, кого Виллиус забрал с собой из другого мира.

Соджеро осторожно взял протянутый свиток. Пока что эта просьба выглядела странно, с какой стороны на неё ни посмотри.

– Не понимаю. Почему с этой просьбой вы решили обратиться к одному из Призванных, а не подать её на рассмотрение, например, Совету Старейшин? К тому же, почему вы хотите устроить праздник только для отдельной группы жителей, игнорируя всех остальных?

– Мастер Хэйлегур подробно расписал это, но могу рассказать я. Это предложение намного быстрее дойдёт до королевы через вас, Призванных, чем через Старейшин, которые рассматривают по сотне разных предложений на дню. Боюсь, наша просьба просто затеряется или будет рассмотрена слишком поздно. Понимаете, именно мы сопоставили появление башен в нашем мире и придумали не только разобрать их, но и заложить нефриты в обновлённую городскую арену. Она готова, но беженцы из другого мира словно оказались забыты. Многие не нашли себе новую работу, а кто-то не может адаптироваться к новой жизни. Мы хотим показать им, что они не забыты, что их, именно их, не бросили. И ещё…Виллиус связан с нашим магическим братством некоторыми узами, а королева не очень хорошо с ним ладит. Если она узнает, что предложение поступило от нас, она может предвзято его оценить, опираясь не на его выгоду, а не неприязнь к Кровавому целителю. Поэтому наша встреча такая тайная. Поскольку мы не знакомы ни с кем из вашего Совета Призванных, я, как разбойник, проник во дворец с заданием передать послание от мастера Хэйлегура первому встреченному мной высокопоставленному Призванному.

Подробное объяснение немного успокоило и закрыло многие белые пятна.

– Хорошо… – Соджеро спрятал запечатанный свиток в инвентаре. – Я изучу его вечером и обещаю, что передам Ваше предложение королеве, как только будет возможность. И всё же, я не обещаю, что королева примет его.

– Уже только за это я премного благодарен.

Здоровяк вновь сошёлся в необычном поклоне.

– Я свяжусь с Вами через пару дней. Надеюсь на хорошие вести.

– Ладно…Мы закончили?

– Да, но идите первым. Если я пойду рядом с Вами, то Вы привлечёте внимание, которое может раскрыть и меня. Белые рыцари не способны заглянуть за абсолютный слой невидимости, но рисковать не стоит.

– Хорошо, тогда…до встречи.

Соджеро приоткрыл дверь и выглянул в небольшую щёлочку. Никого не было, как был пуст и коридор. Вот было бы забавно, стой за дверью пачка белых рыцарей. С одной стороны, ничего такого они не обсуждали, но вряд ли белые рыцари обрадуются, что кто-то разгуливает по королевскому дворцу без их разрешения.

Мастер Схилф подкинул непростую задачку. Он вместе со своей Десяткой не просил чего-то невероятного, но такое предложение нужно внести на обсуждение в подходящий момент, причём как-то выставить с такой точки зрения, словно инициатива исходит от него, а не от таинственной Десятки. Может быть, этот мастер Хэйлегур всё предусмотрел и предоставил инструкции в послании, но если их нет, то придётся импровизировать. Неосторожность способна повлечь ещё большую злость со стороны королевы, ведь кто знает, насколько её разозлит предложение провести праздник в то время, как другие подданные были украдены.

«Стоп, чем у меня голова вообще забита», – Соджеро оборвал свои мысли. Походу, Эфклин прав. Вместо того, чтобы отдавать всего себя делам своей гильдии и остальных игроков, в голове выстраиваются планы как бы удачнее выполнить просьбу одного НИПа ради блага других. Голова нуждается в уборке и правильной расстановке приоритетов. Сейчас все мысли должны быть сосредоточены на собрании гильдии, тем более, есть что обсудить. Одна только тема с воровством клан банка чего стоит – завелась крыса, которая аккуратно откусывает по кусочку из общих запасов.

«А ещё этот любовный треугольник», – мысленно взмолился Соджеро. Банальная история, в которой двое парней влюбились в одну целительницу. Вот, на что нужно направить основные силы, а дела НИПов должны решаться в свободное время. Пронизывающая дворец сеть коридоров закончилась, выведя в просторный атриум. Огромное пространство раскинулось перед глазами. Высокие колонны подпирали арочный свод, уходящий настолько высоко, словно он касался верхушкой самих небес. В сердце атриума сиял фонтан, омывая своими струями изваяние первого короля. Легенды гласили, что король был настолько могущественен, что возвёл дворец и город вокруг него силой одной лишь мысли. Струи, сверкая на солнце, рассыпались мириадами бриллиантовых капель. Вдоль стен тянулись балконы, украшенные золотом и живыми цветами. Внизу царила оживлённая атмосфера: НИПы и немногие игроки, которым был разрешён доступ во дворец, роились как пчёлы в улье. Скорее всего, кто-то из игроков ожидал окончания Совета, желая переговорить с Аирилайей или другими советниками.

«Мой лимит на просьбы сегодня выполнен», – про себя отшутился Соджеро, направляясь к длинной широкой лестнице. Путь к ней преградили два силуэта, которые словно два вихря пронеслись перед глазами.

– Эй, мелюзга, осторожнее.

Как по команде, мальчишки застыли на месте. Они были близнецами, но с парой отличий. Если у Оина правый глаз был огненно-красного цвета, а левый ледяного синего, то у брата Ори наоборот. Половинки одежды же были окрашены в цвета, противоположные цвету глаз. Правый рукав рубашки Оина был синим, а вот у Ори он был красным. Оин и Ори были внуками королевского волшебника, но за его спиной шептались, что на самом деле его внуки – плод жутких экспериментов, которыми он занимался в самой высокой башне дворца. В пользу этой теории говорили и неестественно большие головы близнецов, из-за чего мальчики выглядели одновременно забавно и жутко.

– Ты кого назвал мелюзгой? – воинственно спросил Оин.

– Наш дед за один взмах посоха превратит тебя в лягушку! – пообещал Ори.

– Смотрите, чтобы он вас ни во что не превратил, головастики.

Соджеро хотел было пройти мимо парней, но Ори шагнул вбок и решительно встал на пути. Оин же отступил на два шага назад и протянул правую руку ладонью вверх.

– Мелкие, вы опять что-то стащили у своего деда? – настороженно спросил Соджеро, рассматривая маленькую прозрачную пирамидку в ладонях Оина. – Доиграетесь же и спалите весь дворец. Хотел бы посмотреть на ваши кислые рожи, когда дед в наказание будет использовать вас в своих экспериментах.

Впрочем, вряд ли волшебник оставил что-то опасное у себя на столе, позволив отпрыскам стащить это. Несмотря на это, близнецы вели себя уверенно, словно в ладони был артефакт, способный за секунду испепелить любого врага.

– Даём тебе последний шанс извиниться!

– Да, извиняйся!

– Слушайте, малышня, у меня правда нет на вас времени.

Соджеро аккуратно отпихнул с дороги Ори, и неожиданно раздалась яркая вспышка. Твердь ушла из-под ног, а тело будто отправилось в полёт. Последнее, что удалось увидеть перед белоснежным полотном, как пирамидка в руках Оина зловеще зажглась и словно засосала в себя. Сколько длилось это странное чувство невесомости, было неясно. Может, день, а может, и несколько лет. Наконец, под ногами вновь появилась опора, уже более мягкая и приятная. Пелена перед глазами не пропала, но таймер в углу был доступен. Обошлось – это странное состояние, когда тебя сперва всосали в пирамидку, а потом протиснули назад через игольное ушко, продлилось не дольше десяти минут. Соджеро усиленно проморгался, и белая пелена пропала, уступая места очертаниям всего, что было вокруг. Под ногами расстелился настолько мягкий и красивый ковёр, что даже ступать на него было жалко. Стены украшали огромные картины в золотых рамках, а несколько дверей были сделаны из очень дорогой древесины.

«Я что, попал в королевскую часть замка?» – в ужасе подумал Соджеро. Получается, эти двое пакостников стащили у своего деда какую-то телепортационную штуку, которая либо была связана с королевской частью, либо телепортировала в случайную точку замка. Так или иначе, нужно что-то делать. В эту часть замка вход Призванным был запрещён. Королева и так не в духе, а если узнает, что сюда попал кто-то из Призванных, пусть даже случайно, может накрутить себе всякого. Тем более, он был разбойником, а значит, его можно притянуть за то, что он обманом проскользнул мимо белых рыцарей и попал сюда, и поди докажи, что это вышло случайно. Вряд ли маленькие проказники во всём сознаются. Нужно включить невидимость, и точно также как в замок проник мастер Схилф, нужно выбраться из этой закрытой секции, но не успело с губ сорваться заклинание абсолютной невидимости, как на длинную полосу света впереди упала тень от идущей в другой части коридора фигуры. Очень большой и крепкой фигуры. Соджеро едва успел скрыться в невидимости, так и стоя посреди коридора, как на свет вышел массивный человек. От страха ноги едва не подкосились – вышел рыцарь, вот только не белый, а полностью чёрный.

«Твою же…чёрные рыцари» – с ужасом подумал Соджеро. В отличие от белых рыцарей, которые сопровождали королеву всегда и везде, чёрных рыцарей ни разу и видеть не доводилось, а рассказы об их существовании больше казались байками, чем правдой. Теперь же устрашающая фигура шла прямо на него. Массивная, как скала, полностью чёрная, а двумя кроваво-красными точками словно взирала сама смерть. Чёрный рыцарь невозмутимо шёл вперёд, а Соджеро замер на месте, не то, что боясь пошевелиться, а даже вздохнуть. В паре шагов впереди рыцарь остановился, а его голова, закрытая плотным чёрным шлемом, с лёгким скрипом повернулась. Страх до боли сковал всё тело – кроваво-красные точки смотрели прямо на него.

– Глупец, мы видим твою невидимость, – режущий слух искажённый голос прорезал тишину. – Спрячься получше. Сейчас пройдёт королева. Выжди пять минут, а потом выбирайся отсюда. Путь будет чист.

И как ни в чём не бывало чёрный рыцарь пошёл дальше.

Ноги предательски дрожали, готовые вот-вот подкоситься. Сжав в кулаке жалкие остатки мужества, Соджеро бросился к величественной статуе прелестной дамы, укрываясь в её нише. Не самое надёжное убежище, но времени на поиски более безопасного места уже не было.

Чёрный рыцарь скрылся в другой части коридора, и повисла тишина, нарушаемая лишь дыханием и биением сердца. Соджеро как можно плотнее прижался к светло-серому мрамору, всей душой желая раствориться в нём. Наконец, послушались шаги. Затаив дыхание, Соджеро старался замереть и не шевелить даже глазами.

– … но разумно ли доверять Призванным в этом деле? Мне сообщили, что они желают действовать самостоятельно, – раздался встревоженный мужской голос.

– Значит не мешайте им. Разве не замечательно, что Призванные сделают всю работу за нас? Пускай перебьют друг друга, мы от этого только выиграем, – произнесла в ответ королева.

Голоса всё приближались, и наконец королева с неизвестным мужчиной прошли мимо статуи. Соджеро отчётливо слышал ещё несколько пар тяжёлых сапог, которые шагали как впереди источников голоса, так и немного позади. Скорее всего, королеву сопровождают два или сразу четыре чёрных рыцаря.

«Идите, пожалуйста, проходите мимо», – взмолился Соджеро.

– Но, Ваше Величество, а вдруг Призванные не справятся? Или, что ещё хуже, не захотят справиться? Или Призванные перебьют не только друг друга, но и пленников? Тогда мы потеряем многих достойных людей.

– Задаёшь много вопросов, Зантор. Но ты прав. Каждый похищенный стоит сотню слабых Призванных, тех, которые ничего не делают и лишь бездельничают на моих землях.

– Тогда, я думаю…

– Твоё дело не думать, Зантор, а следовать моим приказам, – жестко отрезала королева. – Если я сказала, что ты не должен влезать в это, значит, ты обязан про это забыть и заниматься своими обязанностями.

После небольшой паузы королева продолжила:

– Я согласна, что смерть любого из украденных подданных станет серьёзным ударом для королевства, но чем сильнее Гига, как Призванный, навредит тем, кто родился в этом мире, тем хуже он сделает себе.

– Ваше Величество?

– У Гига есть Подавитель, но это не значит, что моё королевство беззащитно. Мне есть чем ответить, и чем большим жителям нашего мира он навредит, тем хуже будет для него…

Шаги постепенно становились всё тише, пока не затихли окончательно. Трясясь от страха, Соджеро выждал несколько минут и выскользнул из убежища. Коридор опустел, лишь яркое солнце освещало его, и под покровом абсолютной невидимости Соджеро осторожно направился в другую сторону от голосов, желая как можно скорее покинуть верхние этажи королевского дворца.

* * *

Сквозь щели плотных штор, словно через решето, пробивался тусклый солнечный свет, приглушённый песчаной бурей, свирепствовавшей над королевством. Укрытую от сурового внешнего мира небольшую комнату наполняли тепло и уют. Кэхил с нежностью обнимал Ланвиа, прижимая её ещё ближе к себе. Каштановые волосы, обычно заплетённые в тугую косу, рассыпались по плечам и самому красивому в мире лицу, обрамляя его нежным каскадом. В янтарных глазах любимой, обычно пылающих воинственной решимостью, теперь плескалась безграничная любовь, обращённая к единственному человеку, с которым она разделяла не только опасности битвы, но и тихую радость уединения.

– Как же не хочется от тебя уходить…

Любимая опьяняла своим ароматом, словно благоухающий цветок, кружа голову и заставляя сердце биться чаще.

– Так не уходи, – с жаром выдохнула Ланвиа.

Кэхил прильнул к любимой, и ласковые поцелуи, словно порхающие бабочки скользили по её нежным плечам, изящной шее и прекрасному лицу. С каждым поцелуем жажда любви и нежности только росла, и казалось, что утолить её невозможно.

– … но у меня встреча, – нехотя закончил Кэхил, с трудом разрывая особо пылкий поцелуй и поднимаясь с кровати.

Ланвиа перевернулась на бок и натянула на себя одеяло, да так, что было видно только голову и пышные распущенные волосы.

– Мне кажется, я о тебе чего-то не знаю, – неожиданно произнесла она.

– В смысле?

Освежив лицо прохладной водой из дубовой бочки, Кэхил вытер его грубым полотенцем и обернулся к возлюбленной. В её прекрасных глазах мелькнуло едва заметное недоверие.

– Я думаю, что никакой ты не обычный целитель.

– А кто? Хотя… – Кэхил посмотрел в висящее над бочкой небольшое круглое зеркало. На нижней губе вновь проступила капелька крови – настолько жадно они целовались и кусали друг друга. – Боюсь, Виллиус не отдаст мне звание Кровавого целителя просто так. Пришлёпнет, как комара, и даже не поморщится.

– Я не про это. Ты постоянно куда-то уходишь и с кем-то встречаешься. Уж не сделала ли тебя эта, как её, Трелорин, своим советником? М-м-м? – прищур любимой стал ещё более строгим. – А может, она сделала тебя своим любовником? Я ведь знаю, что ты у меня очень способный мужчина…

– Надо же, как высоко ты меня ценишь, – Кэхил вернулся к кровати и поцеловал любимую в лоб, оставляя на коже влажный след с маленькой красной точечкой. – Просто здесь всё иначе. Здесь нет Пожирателей, Искра не слабеет, и для нормальной жизни я должен быть ближе к другим Призванным. Я же говорил, что нашёл себе гильдию, но перед вступлением со мной хотят встретиться и обсудить некоторые моменты.

– А может ты…

Ланвиа соблазнительно приспустила одеяло, обнажая самые яркие достоинства натренированного множеством битва тела, и даже такие мелочи, как заметный шрам на ключице, не могли испортить его красоту. Всё внутри разрывало на части: одна половина жаждала отмахнуться от посторонних дел и упасть к любимой, но другая половина призывала держаться. На кону слишком многое.

– Любовь моя, кто мне говорил, что во всех делах важна последовательность? Рыцарь, не знающий порядка, обречён на поражение, а тот, кто действует последовательно, шаг за шагом приблизится к победе.

Очаровательная улыбка озарила лицо любимой. Ланвиа натянула одеяло обратно и расслабленно откинулась назад, утопая в неге удобной кровати.

– Ладно, мой герой, отправляйся навстречу великим свершениям. Я же, твоя любимая принцесса, буду ждать тебя на втором этаже красивого замка, на который злой волшебник наложил чары иллюзии и превратил его в непритязательную таверну. Ты вернёшься и согреешь меня, мой герой!

– Обязательно, моя принцесса.

Кэхил одарил любимую ещё одним поцелуем, и разорвать его получилось с огромным трудом. Короткий взмах рукой – и на тощем теле как по волшебству возникли простая серая рубаха, штаны из плотной шерсти и удобные чёрные сапоги. Всё-таки внутри игры были плюсы, которых не хватало в реальной жизни. Две секунды – и ты готов. Бросив на возлюбленную взгляд, полный любви и тепла, Кэхил выскользнул из окутанной романтичным полумраком комнаты. Второй этаж городской таверны «Слеза серебряного единорога» был абсолютно пуст, и десяток дверей были распахнуты настежь. Находясь в статусе довольно слабых носителей Искры, они не могли сейчас позволить себе отдельный дом. Приходилось ночевать в скромной комнате в одной из самых дешёвых таверн Товира.