Текст книги "Боевая целительница в Академии. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Виктория Рэд Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 40 страниц)

Маленький призрачный шанс. Почти нереальный. Но когда Джеймс кладет тяжёлую голову тебе на колени, а Вейс молча пододвигает тарелку с горячим пирогом, верится, что даже у таких, как она, есть место в этом мире.

Эльза тряхнула головой и вернулась к книгам. Ничего другого не нашлось, только эти четыре способа. И два из них для нее почти невозможны. Оставались заслуги – и призрачная надежда на удочерение.

Она подняла глаза от записей, чтобы размять шею, и случайно бросила взгляд в сторону соседнего стеллажа.

Сердце кольнуло.

Румус сидел за столом в соседнем ряду. С ним рядом Ирма. Они не видели Эльзу, – ее скрывали высокие стеллажи. Ирма что‑то оживленно рассказывала, смеялась, касалась его руки. Румус слушал, улыбался, пододвигал к ней книги.

Эльза смотрела и не могла отвести взгляд. Ведь совсем недавно он говорил, что очень занят подготовкой к испытанию вожака. Он не писал и не звал гулять ее уже давно, но как‑то нашел время для Ирмы. Подруга сейчас так красиво улыбалась и сияла. Ирма из хорошей семьи. Ирма, наверное, никогда не задумывалась, что значит быть простолюдинкой.

Эльза почувствовала, как внутри поднимается что‑то горячее и липкое.

Ревность? Обида?

И то и другое. Она сжала зубы и заставила себя опустить глаза к записям.

«Ты сама замедлила ваши отношения, – напомнила она себе. – Ты не уверена, знает ли он, кто ты. Ты боялась спросить. Ты думала, что сначала надо разобраться в себе, в законах, в возможностях. А он… он просто живет свою жизнь».

Это не помогло. Горький осадок остался.

Эльза собрала книги, стараясь не шуметь, и тихо вышла из библиотеки, идя вдоль стены так, чтобы ее не заметили. Румус даже не поднял головы.

* * *

Дома она снова разложила свою интеллект‑карту, добавила новую ветку: «Законы Альянса. Способы получения титула». Выписала четыре пункта, пометила рядом с каждым свои мысли.

Два пути вырисовывались отчетливо.

Первый – удочерение. Нелепый, почти невозможный. Но мысль о Вейсе не отпускала. Его семья. Его благодарность.

Может ли это стать реальным шансом? Или она просто цепляется за соломинку?

«За спрос не дают в нос», – подумала она и решила поговорить об этом в ближайшее время.

Второй – стать лучшей. Настолько лучшей, чтобы о ней заговорили. Чтобы ее имя знали за пределами академии. Чтобы она сама стала той, к кому приходят за помощью.

Она взяла карандаш и написала в центре новой карты: «Чем я прославлюсь?».

Новый метод?

Эликсир, которого никто до нее не создавал?

Открытие, которое перевернет лекарское дело?

Она перебирала в голове всё, что знала, все нерешенные задачи, о которых говорили наставники. Пока ничего не складывалось. Но мысль засела глубоко.

Она снова посмотрела на старую карту, на ветку «Румус».

Зачеркнуть?

Нет. Поставила рядом вопросительный знак.

Дракон выбрал не искать встреч и нашел время для Ирмы.

Может, он вообще не воспринимал их отношения всерьез?

Или она сама всё испортила, когда стала дистанцироваться?

Эльза отложила карандаш.

– Дора, – сказала она вслух. – Нужно узнать у Доры про законы драконьего королевства. Если я хочу понять, что может быть с Румусом… или что вообще возможно с драконами.

Она посмотрела на карту, потом на окно, за которым сгущались сумерки.

Два пути. Один – через чужую милость. Второй – через собственную силу. И второй ей однозначно нравился больше.

А пока она просто сидела и смотрела на разложенные листы, чувствуя, как внутри медленно оседает горечь от того, что она увидела в библиотеке. И где‑то глубоко – решимость, что она не будет ждать, пока ее заметят. Она сделает так, что ее нельзя будет не заметить.

Глава 45. Румус и библиотека

Он отправился в библиотеку.

Ноги сами привели его туда, хотя он давно уже не нуждался в книгах. Когда‑то, в самом начале, он специально приходил сюда, чтобы пересечься с Ирмой – подругой Эльзы, через которую можно было что‑то узнать, выведать, приблизиться. Теперь необходимость отпала, но привычка осталась.

Румус вошел в читальный зал и почти сразу увидел ее. Ирма сидела за столом в центре зала, перед ней громоздились стопки фолиантов, она что‑то быстро писала, кусая кончик пера.

Он подошел, сел напротив, не спрашивая разрешения.

– Не помешаю?

Ирма подняла глаза, улыбнулась. Без удивления, без лишней радости – спокойно, как старому знакомому.

– Если будешь сидеть тихо.

Дракон усмехнулся. С ней всегда легко. Она не требовала комплиментов, не ждала подвигов. Они просто сидели рядом, каждый за своим, изредка перебрасываясь фразами. Ирма могла прочитать абзац из книги, задуматься, вслух разобрать сложный тезис, – и он ловил себя на том, что слушает с интересом. Ее ум цеплял Румуса. Аналитические выводы, которые она делала, были настолько точны, что иногда хотелось их записывать.

– Ты читаешь про драконьи брачные контракты? – спросил он, заглянув в ее записи.

– Сравниваю с человеческими, – ответила она, не отрываясь. – Интересно, где больше свободы.

– И что скажешь?

– Пока непонятно. У вас жестче иерархия, у нас – формальности. – Она пожала плечами. – Но и те и другие редко спрашивают самих участников.

Румус хмыкнул. Он уже заметил, что Ирма мыслит нестандартно. С ней можно говорить о том, о чём с другими нельзя. Она не боялась задавать неудобные вопросы, не стеснялась признавать, что чего‑то не знает.

Они проболтали почти час. О книгах, об учебе, о странных законах Альянса, которые никому не нужны, но почему‑то работают. Ирма смеялась, поправляя очки, когда они сползали на нос. Румус смотрел на ее руки – длинные пальцы, следы графита на подушечках, – и вдруг поймал себя на мысли, что ему хорошо.

Просто хорошо. Без надрыва, без ожидания, без боли.

Он подумал: «Может, это и есть то, что нужно? Не битва за внимание, не игры в игнор, а вот так – сидеть рядом, слушать, как она переворачивает страницы, и чувствовать, что ты не один».

Но дракон тут же одернул себя.

Он не для этого пришел в академию. У него есть цели. Эльза – одна из них. Ирма… Ирма – просто приятное дополнение. Хороший собеседник. Умная девушка, с которой приятно пообщаться. И пока это не мешает его работе – работе над приручением Эльзы, можно продолжать.

Румус закрыл книгу, поднялся.

– Мне пора.

Ирма кивнула, не отрываясь от записей.

– Заходи еще. Всегда рада.

Он вышел в коридор и остановился. В голове крутилось: «А что, если Эльза узнает, что он проводит время с Ирмой? Что подумает? Будет ли ей больно? Или ей всё равно, потому что она с Игнисом? Или, может быть, сейчас она сидит и ждет его весточки, и сердце ее сжимается от обиды?»

Он достал коммуникатор, посмотрел на ее имя, задержал палец над кнопкой написать сообщение. И убрал.

Нет. Рано. Пусть помучается еще. Пусть поймет, как это – быть ненужной. А когда боль станет невыносимой, тогда он появится. Тогда она будет благодарна за каждое его слово. Тогда она запомнит: с ним нельзя ссориться. С ним нельзя ставить условия.

Румус шел по коридору, и в груди пульсировало странное чувство – смесь триумфа и тоски. Он побеждал. Он держался. Игнорирование работало. Дракон пообещал себе, что не напишет первым, она должна сдаться и пасть к его ногам.

Но почему же так хотелось всё бросить и просто написать ей: «Я скучаю»?

Глава 46. Неожиданная атака

До приёма у ректора оставалась всего неделя. В академии царила предпраздничная суета: студенты сдавали последние экзамены, преподаватели выставляли баллы, а счастливчики, уже получившие приглашения, примеряли наряды и обсуждали, кто в чём пойдет. Самая горячая пора – максимум студентов везде: в коридорах, в библиотеке, в столовой. Даже в лазарете не протолкнуться.

В тот день Эльза и Дора как раз обедали в столовой. Вокруг гудели голоса, звенели ложки, кто‑то спорил о результатах экзаменов, кто‑то жаловался на сложность последнего задания. Обычный день. Обычная суета.

А потом всё рухнуло.

Сначала никто не понял, что происходит. Земля ухнула под ногами, как будто из‑под самого фундамента выбили опору. В окнах задребезжали стёкла, по стенам побежали тонкие, паутинные трещины, а где‑то в стороне алхимического корпуса раздался глухой, тяжёлый треск – будто ломались каменные стены. Звук такой громкий, что у Эльзы заложило уши.

– Что это? – выдохнула Дора, вскакивая с места.

Ее лицо побледнело, в глазах мелькнул страх.

Эльза уже была на ногах, подскочила к окну, отодвинув в сторону замешкавшегося студента. Они стояли у окна в столовой, когда часть корпуса алхимиков начала оседать. Массивная стена, которая еще минуту назад казалась вечной, медленно, с надрывным скрежетом складывалась внутрь себя, как карточный домик. С ее стен сыпались камни, поднимая клубы пыли, а из образовавшейся трещины полезло что‑то зеленое. Огромное, живое, неудержимое.

Лиана!

Щупальца толщиной с канат – нет, толще! – расползались по стенам, обвивали башни, вырывали куски кладки. Лиана росла на глазах, и каждый новый метр приносил с собой грохот и пыль.

По всей академии завыли тревожные сигналы.

– На выход! – крикнул кто‑то из преподавателей. – Всем покинуть здание!

Студенты хлынули к дверям. В коридорах стало тесно, кто‑то толкался, кто‑то плакал, но маги безопасности уже разворачивали щиты, отсекая опасную зону.

– Не подходите к алхимическому корпусу! – голос ректора гремел из магических рупоров. – Всем студентам собраться у боевого корпуса!

Эльза выбежала на улицу и замерла.

Корпус алхимиков превращался в руины. Лиана вырывалась наружу, ее щупальца хлестали по воздуху, срывали крыши, швыряли камни в разные стороны. Огненные маги пытались атаковать, но лиана отвечала – кидала в них обломки зданий, а иногда хватала замешкавшихся студентов и отправляла в полёт.

– Утащила! – закричал кто‑то. – Еще одного утащила!

Маги воздуха подхватывали падающих, оттаскивали подальше, но лиана не успокаивалась.

Кто‑то схватил Эльзу за плечо.

– Студентам – в укрытие! Живо!

Крэг уже был в боевом снаряжении, молот на поясе, лицо сосредоточенное.

– Я могу помочь, – начала Эльза, но орк уже развернулся и побежал к штабу, который разворачивали у боевого корпуса.

* * *

В штабе стало тесно.

Ректор Вейлон стоял у разложенной карты, рядом с ним профессор Вейс и профессор Эйтон, Крэг, Стейз, несколько преподавателей с огненного курса и ледового. На столах лежали схемы корпуса, отчеты, магические кристаллы с записями.

– Щиты держат, но это ненадолго, – докладывал глава безопасности. – Лиана прорывается в трёх местах.

– Огонь ее только раздражает, – добавил преподаватель огневиков. – Мы уже пробовали. Она становится только агрессивнее.

– Лёд тоже почти не сдерживает, она слишком быстро растет.

– Откуда она вообще взялась? – спросил Стейз. – Растение такого размера не могло вырасти само.

Эйтон, который всё это время листал какие‑то записи, вдруг замер.

– Это та самая лиана, – пояснил он тихо. – Та, которую почти уничтожили, а потом помогли восстановиться. Последний отряд, что выполнял задание…

– Кто? – резко спросил Вейлон.

Эйтон поискал в записях, пробежал глазами строки.

– Дерек, Ирма, Игнис и… Эльза.

Ректор даже не удивился.

– Вызвать их, – приказал он.

Через десять минут их ввели в штаб.

Эльза, Ирма, Игнис и Дерек стояли перед ректором, чувствуя на себе взгляды всех собравшихся.

– Вы последние, кто имел дело с этой лианой, – сказал Вейлон. – Что вы с ней сделали?

– Мы ее почти сожгли, – ответил Дерек. – А потом помогли восстановиться.

– Рассказывайте по порядку, – потребовал Крэг.

Игнис шагнул вперед.

– Мы пришли по заданию. Лиана была агрессивной, нападала. Я использовал огонь, Дерек тоже. Мы ее сильно повредили. Потом… – он посмотрел на Эльзу.

– Потом мы поняли, что она важна для лаборатории, – продолжила Эльза. – Ирма сказала, что лиана дает магию для редких растений. Мы посадили новый цветок, подпитали ее. Она ожила.

– И что вы сделали не так? – спросил Крэг.

– Не знаем, – ответила Ирма тихо. – Мы хотели помочь. Она почти погибла.

Вейлон обвел их взглядом.

– Сейчас нужно ее остановить.

– Я пойду, – сказал Игнис.

– Я тоже, – добавил Дерек.

Вейлон кивнул.

– Попробуйте атаковать. Возможно, ваш огонь снова ее ослабит. Остальные – готовьтесь к эвакуации, если не справитесь.

Они вышли из штаба. У барьера уже ждали маги безопасности.

– Будьте осторожны, – сказал Крэг, пропуская их вперед.

Дерек и Игнис переглянулись. Впервые они собирались действовать вместе, без споров, без подколов. Игнис кивнул.

– Пошли.

Барьер разомкнули ровно настолько, чтобы пропустить их. Дерек шагнул первым, Игнис следом, Ирма и Эльза осталась стоять в проходе, наблюдая, как они углубляются в зону разрушений.

Лиана заметила их сразу. Ее щупальца замерли на секунду, а потом она взвизгнула протяжно и так пронзительно, что у Эльзы заложило уши.

– Давай! – крикнул Дерек, выпуская огонь.

Игнис ударил следом. Пламя полоснуло по щупальцам, лиана дернулась, отступила… и вдруг, быстрее, чем они успели среагировать, одно из щупалец метнулось не к ним, а назад – к проходу в барьере.

К Эльзе.

– Эльза! – закричал Игнис, оборачиваясь.

– Уходи! – крикнул Дерек.

Но было поздно.

Щупальце обвилось вокруг талии девушки и рвануло вверх, утаскивая в гущу зеленых зарослей. Эльза успела только вскрикнуть и скрылась в листве.

– Нет! – Игнис рванул к корпусу, но маги уже смыкали щиты прямо перед ним, отсекая огневика от лианы.

– Стоять! – рявкнул Крэг, выбегая вперед. – Щиты не опускать!

– Она там! – заорал Игнис, пытаясь прорваться. – Она там!

Дерек застыл, глядя туда, где только что стояла Эльза. В голове стало пусто, только одна мысль билась, как птица в клетке: «Ее утащили. Ее утащила лиана».

А над корпусом, среди руин и зелени на секунду воцарилась тишина, будто лиана ждала. А потом зашевелилась снова.

Глава 47. Лиана ищет Эльзу

Сначала была тьма. И тепло. И смутное ощущение, что где‑то далеко за стенами есть та, кого нужно найти. Та, которая пришла, когда мир рушился, коснулась обугленного ствола и сказала: «Живи».

Лиана помнила ее. Помнила запах травы, лекарства и чего‑то теплого, родного. Помнила голос – мягкий, но твердый, как корни старого дуба. Этот голос врос в нее глубже любой земли.

Рядом рос цветок. Тот самый, который посадили в тот день, когда она почти умерла. Цветок был слабым, но лиана давала ему силу, и он отвечал тем же – от его лепестков шло тепло, которое питало ее, помогало расти.

Но барьер не пускал.

Она упиралась в него щупальцами, искала слабые места, давила, скручивала. Стены наглухо перекрывали путь, магия скользила по листьям, не подпуская к свету. Но она помнила запах той девушки, и это давало силы.

Лиана тянулась к окнам.

За холодным стеклом двигались люди. Много голосов, шагов, смеха. Она слушала каждый, всматривалась в каждое лицо. Ничего.

Барьер держался. Дни сменялись ночами, она росла, искала, но ее не было.

А потом лиана нащупала старый кирпич – неровный, выщербленный, и барьер на нём держался слабо, будто устал. Лиана надавила – кирпич треснул, осыпался, и в преграде открылась щель.

Сначала одно щупальце проскользнуло наружу. Воздух был другим – свежим, свободным. Потом второе, третье. Она нашла еще один слабый кирпич, еще один, и стена ее тюрьмы начала рушиться.

Скоро щупальца опутали всё здание, ползли по стенам, тянулись к окнам, проникали в щели, смотрели. Лиана искала, вслушивалась в каждый разговор, ждала, когда тот голос прозвучит рядом. Но его не было.

Люди приходили и уходили. Дни сменялись ночами. Лиана росла, тянулась к другим окнам, другим коридорам, но везде только чужие голоса, чужие лица.

Тогда она решила, что станет большой. Очень большой. Такой, что дотянется до всех зданий, до всех комнат, до всех окон. Тогда она обязательно ее найдет.

Лиана росла быстро, жадно, ломая стены, пробивая потолки. Люди заметили. Они кричали, убегали, ставили новые преграды. Она не понимала – она искала.

А потом пришли те, кто жёг.

Огонь бил больно, сушил листья, скручивал побеги. Она защищалась: хватала всё, что попадалось, швыряла в тех, кто жёг. Камни, балки, людей. Ей было всё равно, лишь бы они перестали. Но они не переставали. Снова поставили барьеры, снова сомкнули щиты. За ними собрались люди, смотрели, совещались.

И тут появился он.

Лиана помнила его – тот, кто чуть не убил ее в прошлый раз. Он атаковал снова.

А она стояла в проходе. Та самая. Та, которую она искала. Она почувствовала ее ауру и запах.

Лиана узнала ее сразу.

Всё внутри взвилось радостью. Она рванулась вперед, отбрасывая обломки, прорываясь сквозь огонь. Не причинить боль! Нет! Только спасти, унести туда, где огонь не достанет, где будет тепло, сыро, безопасно.

Щупальце обвилось вокруг нее мягко, бережно и потащило вверх, к себе, в самую глубину, где росли цветы, в свое гнездо.

Лиана посадила ее рядом с цветком. В ту самую кадку, где он вырос. Девушка была теплой, живой, и лиана чувствовала ее сердце – оно билось часто, громко, как маленькая птица в клетке.

– Живи, – прошептала лиана. – Расти. Будь сильной.

Она принесла ей воду – ту, что сама пила, чистую, холодную. Полила землю вокруг девушки и саму девушку, углубила ее корни в мягкую почву, чтобы было удобно, чтобы она росла.

Девушка дернулась, попыталась уйти, но лиана мягко удержала ее.

– Не уходи, – сказала она. – Здесь хорошо. Здесь безопасно.

Но девушка почему‑то не пришла в восторг. Она дергалась, звала кого‑то, смотрела вниз, туда, где рвался огонь.

– Не надо, – прошептала лиана. – Огонь – это боль. А здесь ты будешь расти. Я буду тебя растить.

Она обвила ее плотнее, чтобы та не упала, и тихо замерла, радуясь, что наконец нашла ту, кто дал ей жизнь.

Теперь они будут вместе. Навсегда.

Глава 48. Спасение Эльзы

Штаб гудел. За стенами палатки всё еще слышались глухие удары, лиана швыряла обломки в барьеры, проверяя их на прочность. Внутри стало тесно от напряжения.

– Мы должны идти, – сказал Дерек. Он стоял у выхода, готовый рвануть в любую секунду. – Она там одна.

– Ты видел, что она сделала с корпусом? – осадил его Крэг. – Без плана она вас порвет, как тузик грелку. Стратегия – единственный шанс на ее спасение.

– А если она ее... – Игнис не договорил. Слова застряли в горле.

– Нам нужно не штурмовать, а договариваться, – заявил ректор, стоявший у карты. – Лиана – не монстр. Она растение. Растения реагируют на тех, кто умеет с ними говорить.

– Друиды, – подал голос профессор Вейс. – Я уже вызвал лучших, кто есть в академии.

В штаб вошли пятеро. В центре немолодая женщина с седыми волосами, заплетенными в косы, за ней трое мужчин в зеленых плащах. Ирма оживилась, подалась вперед. Глаза ее горели решимостью.

– Я тоже пойду, – сказала она, шагнув вперед.

– Ты – студентка, – начал Крэг.

– Я – друид, – перебила Ирма. – И я знаю эту лиану. Я разговаривала с ней, когда она почти погибла.

– Тогда попробуй установить контакт, – велел ректор.

* * *

У барьера стало тихо. Лиана замерла, ее щупальца неподвижно лежали на стенах корпуса, будто ждали.

Старшая друидесса подошла к магической стене, подняла руку и, сосредоточившись, заговорила на эльфийском.

– Мы хотим говорить, – перевела странные звуки Ирма окружающим. – Мы не причиним тебе вреда.

Лиана дернулась, одно щупальце метнулось к барьеру, но ударилось о магию и отшатнулось.

– Она не понимает, – прошептала Ирма.

Друиды пытались снова и снова. Они пели, шептали, рисовали знаки на земле, но лиана не слушала. Она рвалась наружу, билась о барьер, и с каждым ударом стены корпуса сотрясались.

– Бесполезно, – огорчился Крэг. – Она не слышит.

– Я попробую, – тихо сказала Ирма.

Она сбросила плащ, села прямо на землю, скрестив ноги, и закрыла глаза.

Сначала ничего не происходило. Потом воздух вокруг нее стал густым, тяжёлым, запахло сырой землей и прелыми листьями. Глаза Ирмы закатились, и она заговорила.

Это был не человеческий язык и не тот эльфийский, на котором говорили в академии. Древний, тягучий, полный шипящих и гортанных звуков, он лился из ее уст, как вода из родника.

Лиана замерла.

Щупальца, которые еще мгновение назад бились о барьер, опустились. Одно из них медленно потянулось к Ирме, остановилось в полуметре, замерло.

– Она слушает, – выдохнул кто‑то.

Ирма заговорила громче. Ее голос окреп, слова стали четкими, и вдруг лиана ответила. Тот же язык, тот же тягучий шепот, но исходил он отовсюду – от стен корпуса, от земли, от воздуха.

Ирма слушала, кивала, снова говорила, сдвинув брови. Ее лицо стало спокойным, но разговор шел непросто.

– Она не отдаст ее, – сообщила наконец Ирма, открывая глаза. – Она хочет быть рядом с ней. Всегда.

– Чего? – опешил Крэг.

Ирма посмотрела на корпус, где в темноте угадывались зеленые побеги.

– Она хочет расти и развиваться, – Ирма вновь заговорила на том языке.

И друиды, что были рядом, начали переводить Крэгу и Вейлону, чтобы они знали, о чём говорит Ирма с лианой.

– Зачем тебе Эльза?

Ответа не последовало.

– Эльза – моя подруга, мы вместе гуляем, кушаем и учимся здесь, в академии. Верни ее, пожалуйста. А мы выслушаем твои пожелания и постараемся выполнить. Не надо больше ничего разрушать, давай договоримся, – предложила Ирма.

Лиана слушала ее, но щупальца недовольно качались.

– Эльзе безопасно рядом со мной. Я защищу ее от огня. Дам ей землю и воду. Пусть растет и развивается рядом со мной.

– Но Эльза человек. Мы растем и развиваемся по‑другому, – возразила Ирма и дрогнула от реакции лианы.

Ее щупальца стали недовольно бить по барьеру.

– Ей будет хорошо со мной. Я хочу быть рядом.

– Хорошо, – успокаивающе проговорила Ирма. – А Эльза хочет этого? Давай спросим у нее? Она наверняка напугана.

– Нет. Ей хорошо со мной! – разозлилась лиана и ударила в барьер так, что на секунду показалось, что он сейчас не выдержит и падет.

– Поняла, – примиряюще сказала Ирма. – Давай поговорим о чём‑то еще. Ты хочешь чего‑то еще?

– Больше территорий. Всё, что я отвоевала, останется за мной. Больше земли, больше воды. И ты можешь ко мне приходить. Постоянно. Чтобы общаться. И чтобы рядом со мной росли другие растения. Друзья.

– Это много, – заметил ректор, когда ему перевели требования лианы. – Мы готовы обсудить ее требования, если она отпустит Эльзу и перестанет бить по барьеру, и кидать в нас камни.

Ирма перевела это лиане.

Щупальца лианы отпрянули от барьера, но остались в боевой позиции.

– Это ее требования, – твердо сказала Ирма. – Иначе она даже общаться не будет.

Крэг и ректор переглянулись.

– Мы согласны, – решил Вейлон. – Пусть забирает корпус. Пусть расширяется. Мы дадим ей воду и землю. Скажи ей это.

Ирма кивнула, закрыла глаза и снова заговорила на древнем языке. Лиана ответила. Они говорили долго – о границах, о воде, о растениях, которые принесут. Ирма спорила, уступала, снова спорила. Наконец, лиана замолчала.

– Она согласна говорить, – выдохнула Ирма. – Но впустит меня. И тех, кто не будет жечь.

– Я пойду, – сказал Крэг.

– И я, – добавил Игнис.

– И я, – сказал Дерек.

Ирма посмотрела на них.

– Она помнит вас. Огонь. Она не хочет вас видеть рядом.

– Мы не будем жечь, – сказал Игнис.

– Даем слово, не будем жечь, если она не нападет, – добавил Дерек.

* * *

Внутри полуразрушенного корпуса было темно и сыро. Лиана оплела всё: стены, потолок, пол. В центре, в большой кадке с цветком, сидела Эльза. Щупальца держали ее за руки, обвивали талию. Рядом рос тот самый цветок – золотисто‑красный, светящийся в полумраке.

– Эльза! – крикнул Игнис, рванувшись вперед.

Лиана взвизгнула, щупальца сомкнулись вокруг девушки плотнее.

– Стой! – остановила Ирма. – Не подходи!

Игнис замер.

Эльза подняла голову. Она была бледна, но глаза смотрели спокойно.

– Всё хорошо, – успокоила она. – Она не причиняет мне боли.

Ирма шагнула вперед, села прямо на пол и закрыла глаза. Древний язык полился из ее уст, и лиана ответила.

Они говорили долго. Лиана слушала, но не уступала.

– Она боится, – перевела Ирма, открывая глаза. – Она боится, что мы заберем ее и не вернем. Боится, что огонь вернется. Она хочет, чтобы мы остались с ней. Навсегда. Я и Эльза.

– Скажи ей, что я не могу остаться, – ответила Эльза. – Но я буду приходить. Каждый день. Я обещаю.

Ирма не успела перевести, как лиана вздрогнула, ее щупальца напряглись, но не сжались. Она поняла, что сказала Эльза. Она частично понимала человеческий язык, улавливала интонацию, посыл. И начала понимать, что Эльза – это не растение, она другая. У нее теплая кожа и плохо развитые корни, она не укоренится в земле. И почему‑то Эльзе не нравится, когда ее поливают. Очень. От этого она очень злится и выдает громкие ругательства. Лиана задумалась над тем, как же быть, и предложение Ирмы стало ей казаться нормальным. Она поверила, но хотела услышать это от Эльзы.

– Она согласна отпустить, – сказала Ирма. – Но хочет больше. Больше земли. Больше воды. Растения рядом. И чтобы мы с Эльзой были с ней. Постоянно. И чтобы то, что она отвоевала, осталось за ней.

– Мы это уже обещали, – напомнил Крэг.

– Ей нужно услышать это от нее, – Ирма кивнула на Эльзу.

Эльза повернулась к лиане.

– Я не уйду навсегда, – обещала Эльза. – Я буду приходить. Я принесу тебе воду, посажу рядом цветы. Ирма тоже будет приходить. Мы будем рядом.

Она помолчала, глядя в зеленую глубину.

– И еще. Те, кто жёг, они не сделают тебе больно. Я обещаю. Они не тронут тебя.

Ирма перевела. Лиана ответила. Ее щупальца дрожали, но она не отпускала.

– Она верит тебе, – прошептала Ирма. – Но она хочет, чтобы ты сама сказала им. Чтобы они услышали.

Эльза повернулась к Игнису и Дереку:

– Не жгите ее. Никогда. Она просто искала меня. Она не хотела никому зла.

Игнис шагнул вперед, но Ирма остановила его взглядом.

– Мы не будем, – произнес он. – Слово.

– Я тоже, – добавил Дерек.

Ирма перевела. Лиана ответила коротко, и щупальца, одно за другим, разжались.

Эльза пошевелилась, попыталась встать, но ноги не слушались. Крэг подхватил ее, не дав упасть.

– Всё хорошо, – повторила Ирма, подходя ближе к одной из ветвей лианы.

Лиана замерла. Ее листья опустились, щупальца медленно уползли в тень, освобождая проход.

– Идем, – позвал Крэг.

Они вышли из корпуса. Сзади в темноте тихо шелестела листва.

На улице их встретил свет и голоса. Эльза, опираясь на Крэга, оглянулась на разрушенное здание.

– Она что, реально просто искала меня? – тихо спросила Эльза у Ирмы.

– Теперь она знает, где ты, – ответила Ирма. – И, наверное, лучше приходить к ней, а не ждать, когда она снова пойдет к тебе, – так же тихо ответила Ирма.

– Вернусь, – прошептала Эльза. – Обязательно. А ты?

Она посмотрела на Ирму, и та кивнула.

В корпусе за барьерами лиана медленно укладывала свои щупальца, освобождая проходы, успокаиваясь. Она получила то, что хотела. Не всё, но достаточно.

Где‑то в глубине здания, в кадке с цветком, еще оставалось тепло Эльзы. Лиана свернулась вокруг него кольцом и затихла, ожидая нового дня.