Текст книги "Боевая целительница в Академии. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Виктория Рэд Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 40 страниц)

Глава 29. Хэллоуин

Подготовка

Одна из лабораторий эзотерического корпуса превратилась в штаб подготовки к Хэллоуину. Здесь пахло пылью, старой краской и сухими травами. В углу громоздились горы тряпья: старые простыни, порванные платья, рваные рубахи. На столе лежали баночки с красной краской, сажей, клей, парики и десятки маленьких артефактов, которые мерцали тусклым светом.

Эльза, Игнис, Тарт и четверо студентов эзотерического курса – те, кто изучал иллюзии, звуковые заклинания и магию страха, – столпились вокруг импровизированного плана, нарисованного углем на стене.

– Итак, – Эльза обвела всех взглядом. – Мы не нападаем. Мы пугаем. Главные цели: эдильгийцы и Крэг.

– Крэг? – переспросил Игнис, примеряя маску черепа с горящими глазами. – Ты серьезно?

– Я обещала ему Хэллоуин, – усмехнулась Эльза. – Буду держать слово.

Финн – лучший студент и правая рука Озре, вечно взлохмаченный, с горящими глазами, слегка заикаясь, произнес:

– Опасно… Очень… Может, не надо?

Игнис лишь вздохнул. Он отговаривал Эльзу уже несколько дней, успел сделать кучу артефактов для иллюзий и звуков, даже договорился с парой воздушников о помощи. Но Эльза не уступала, упрямая как никогда. Она хотела стать призраком.

Вообще, Игнис прошерстил старый трактат и теперь подозревал: стать призраком она хочет не только ради розыгрыша. Возможно, ее вела еще одна цель – расширить собственную магию. Выход из тела считался своего рода системой прокачки: неизвестно, поможет или нет, но, согласно фолианту, многие, пережившие такой опыт, открывали в себе новые способности и таланты. Вот только некоторые после него сходили с ума или не возвращались вовсе.

В итоге пришли к компромиссу, что Эльза проведет в качестве призрака не больше часа. Этого вполне хватит для ее дел, и время, в которое еще можно будет вернуть ее без проблем. И так как никто не знал, какие способности и возможности есть у призрака, поэтому артефактами и магией будут помогать ей несколько доверенных лиц.

– Мы с Игнисом будем охранять тело и контролировать время, – со вздохом обреченности начал инструктаж Финн.

Игнис кивнул и достал амулет смерти, что создал по тому самому фолианту эзотериков.

– Я отвечаю за иллюзии, – продолжил за ним высокий худощавый парень Ринат.

– А я – за звуки, – подхватил Лиам, невысокий парень с острыми чертами лица и тихим голосом. – Шаги, шепот, плач. Сделаем так, что у них волосы дыбом встанут.

– Я отвечаю за холод, – добавил Тарт, и его голос прозвучал, как всегда, ровно, без эмоций. – Резкое понижение температуры, иней на стёклах.

– Если что‑то пойдет не так, мы тут же возвращаем Эльзу обратно в тело. Чем быстрее закончим, тем лучше.

– Отлично, – Эльза потерла руки. – Тогда за работу. Завтра вечером как раз состоится у эдильгийцев мероприятие. Я на него не приглашена. Но призракам приглашение и не нужно, – зловеще засмеялась она. – Устрою им Хэллоуин.

Начало: Призрак в академии

Эльза лежала на походной кушетке в дальней комнате лаборатории. Тело ее окутывал зеленоватый дым, кушетка скрипела каким‑то зловещим звуком. Слышалось ровное дыхание Эльзы, а закрытые веки слегка подрагивали. Финн стоял над ней, чертя в воздухе сложные иллюзорные руны.

– Готова? – спросил он.

– Да, – прошептала Эльза.

Финн коснулся ее лба.

Мир взорвался белым светом, а потом погас.

Эльза открыла глаза. Но не телом. Она парила под потолком и смотрела на себя – неподвижную, мирно лежавшую там, внизу.

Она невольно подумала: «Как же я красива».

– Получилось, – услышала она голос Финна, но словно издалека, как сквозь толщу воды. – Как ты? Что чувствуешь?

– Странно, – ответила Эльза, и ее голос прозвучал иначе – тягуче, холодно, с потусторонним эхом. – Я здесь... но меня здесь нет. Я вижу вас, но вы кажетесь какими‑то другими, не настоящими. А я... я будто сделана из тумана.

Она опустилась к полу, и ее ноги не коснулись его – прошли сквозь каменные плиты, не встретив сопротивления.

– Я сквозь всё прохожу, – изумленно сообщила она. – Я не чувствую веса. И холода. И тепла.

– Не уходи далеко от тела, – предупредил Игнис. – У нас есть примерно час. Если дольше, можешь не вернуться.

Она попрактиковалась в управлении своим призрачным телом примерно десять минут и, когда смогла, подытожила:

– Вроде разобралась.

Эльза скользнула к выходу сквозь закрытую дверь. Сквозь стену.

Друзья смотрели ей вслед – полупрозрачной, мерцающей, почти невидимой в полумраке. Ее белое платье, забрызганное красным, теперь казалось настоящим саваном. Сквозь нее просвечивал коридор.

Игнис и Финн остались рядом с телом. Им предстояло несколько раз перевезти его, чтобы Эльза не отдалялась от него слишком сильно.

Лиам, Тарт и еще пара студентов пошли на обговоренные позиции.

Хэллоуин начался.

– Она настоящий призрак, – прошептал Лиам. – Она сейчас там, где мертвые.

– Заткнись, – рявкнул Игнис, вцепившись в аварийный амулет. – Она вернется.

Ему, огненному магу, впервые стало зябко. Холодно до костей. А может быть, холодно на душе, потому что он боялся за Эльзу больше, чем ожидал.

Эльза плыла по коридору, не касаясь пола. Ее ноги исчезали в тени, платье развевалось без ветра. Студенты, попадавшиеся навстречу, сначала замирали, потом с криками разбегались.

– Призрак! – заорал кто‑то. – Кровавый призрак!

– Она вернулась с того света!

Эльза улыбнулась. Никто не видел улыбки – ее лица почти не было видно в темноте. Но она чувствовала, как чужой страх льется к ней, как напитывает ее, делает сильнее. И это пугало ее саму.

Легенда распространялась мгновенно. За десять минут о «мертвой девушке» знала уже почти вся академия.

Удар по эдильгийцам

В крыле эдильгийцев в этот вечер было особенно людно. Они устроили закрытый приём – с музыкой, вином и самодовольными разговорами. Они чувствовали себя в безопасности, думали, что их план вот‑вот сработает.

Внезапно свет погас. Тарт создал резкое понижение температуры – изо рта у всех пошел пар. На окнах выступил иней. Лиам наполнил зал звуками: скрип половиц, чьи‑то шаги, шепот.

А потом дверь засветилась, из нее появиласьона.

Полупрозрачная, почти невидимая, но такая реальная в своей нереальности. Сквозь ее грудь просвечивала дверь. Сквозь ее лицо – горящая лампа на стене. Она парила в полуметре над полом, и ее платье колыхалось.

– Вы убили меня, – произнесла она хриплым тихим голосом.

Но в образовавшейся тишине его услышал каждый.

– Вы думали, что я мертва. Но я пришла за вами. Я утащу вас за собой в могилу!

Кто‑то закричал. Эльза протянула руку, и ее пальцы – холодные, призрачные, почти невидимые – коснулись щеки ближайшего эдильгийца. Он заорал и упал. В обморок, но о том, что это обморок от испуга, никто не успел подумать. Все решили, что он умер. В помещении начался хаос.

Сбивая друг друга, эдильгийцы в панике рванули к окнам и запасной двери. Крики ужаса, звук разбившихся фужеров, треск падающих стульев и столов заполонили весь зал.

И лишь несколько парней встали в боевые стойки и начали готовить заклинания.

Первый – высокий парень в желтом камзоле, кинул в призрака воздушное лезвие. Эльза непроизвольно уклонилась от него. На красивом лице парня появилась ухмылка. И он отправил в нее еще два таких же удара крест‑накрест – так, чтобы она не смогла увернуться. И тут же в нее прилетел огненный шар от второго.

Она вздрогнула.

Секунда – и оба режущих воздушных удара и огненный шар прошли сквозь нее.

Атакующие парни побледнели.

Эльза выдохнула и, громко смеясь, рванула на атакующего воздушника.

Паника в зале возросла. Через несколько уже разбитых окон выпрыгивали девушки в красивых вечерних платьях и парни. У запасной двери уже начиналась драка.

– Вы все умрете, – шептала Эльза, проносясь по залу.

И стены покрывались инеем.

В лаборатории Игнис смотрел на амулет, не отводя взгляда, руки его сжимали ремешок амулета. Финн же следил за ее телом, и только что заметил, что на красивом и бледном лице Эльзы расцвела хищная улыбка.

– Финн, может, пора возвращать ее? – спросил Игнис неуверенно.

– Нет, похоже, всё в порядке, – ответил Финн уверенным голосом. – Она не хочет возвращаться. Она получает удовольствие.

Игнис выругался и продолжил следить за амулетом.

А в зале эдильгийцев уже никого не осталось. Все сбежали. А Эльза вернулась к Тарту и Лиаму, ожидавшим ее в коридоре. Лиам по артефакту Игниса искал место нахождения Лориэна.

Лориэн

Эльза летела по коридору в окровавленном платье со спокойным лицом. Рядом с ней шагали такие же невозмутимые Тарт и Лиам.

Лориэн сидел на скамейке, привалившись к стене. Его трясло. Слухи о смерти Эльзы и о ее превращении в мстительного призрака уже дошли до него. И хотя рассудок подсказывал, что по времени ничего не сходится, ведь они с эдильгийцами планировали отравить ее дурманом только через несколько дней, – мысль о том, что союзники почему‑то нанесли удар раньше, а Эльза теперь явилась мстить, делала происходящее пугающе логичным.

– Лориэн, – позвала Эльза.

Он обернулся направо, налево, но никого не увидел.

– Я здесь – проговорили сверху.

Лориэн медленно поднял голову и увиделее.

– Ты... ты? – прошептал он.

– Лориэн, – вновь позвала его Эльза приторно‑ласковым голосом, от которого становилось только страшнее.

– Ты хотел моей смерти? – спросила она, подлетая всё ближе. – Ты радовался, когда узнал, что меня не стало. Но я здесь. И твои интриги тебя погубят.

Лориэн забыл, как дышать. Страх сковал тело.

– Прости! – закричал он. – Я не хотел! – вопил он, зажмурившись и прикрываясь руками.

Лавочка под ним стала мокрой.

– Живи пока, – прошипела Эльза страшным голосом. – Но больше так не делай. Иначе в следующий раз я тебя утащу с собой, – прошептала она ему на ухо и улетела.

Стоявшие недалеко Тарт и Лиам смотрели на Лориэна спокойно и почти безучастно. Они слышали, как эдильгийцы кричали, что отравление Эльзы придумал и сделал Лориэн, именно поэтому решили разыскать его.

Вот только время уже заканчивалось, и Эльзе нужно было возвращаться в тело. А впереди еще предстояло напугать Крэга.

Крэг

Домик Крэга стоял на отшибе, у самой кромки леса академической территории. Днем он казался уютным – с резными ставнями и аккуратным палисадником. Но в этот поздний час, под низкой луной, он выглядел зловеще. Тени от деревьев тянулись к стенам длинными кривыми пальцами.

Вся команда Эльзы подошла к дому, ступая бесшумно, как кошки. Костюмы делали их похожими на сборище призраков – маски черепов, рваные балахоны, кровоподтеки. Маг воздуха по кличке Вихрь замер на углу, готовый поднять ветер. Лиам прижался к стене, перебирая в уме звуковые заклинания, а в руках звуковые артефакты. Тарт уже начал охлаждать воздух, изо рта у всех пошел пар.

Эльза подошла к окну дома и подала знак рукой. Лиам выпустил первую волну звуков – скрипы, шорохи, чьи‑то скрипучие пугающие шаги. Вихрь добавил легкий ветер, который заставил ставни жалобно застонать. Тарт опустил температуру, и на стёклах выступил иней.

Эльза подкралась к окну, постучала костяшками по стеклу и томно, протяжно позвала:

– Крэ‑э‑эг…

Голос ее, искаженный магией Лиама, звучал чужим – тягучим, ледяным, как скрежет металла по стеклу.

Тишина.

– Сильнее, – шепнула она.

Вихрь взметнул ветер. Ставни захлопали, где‑то в трубе завыло. Лиам добавил детский плач – тонкий, надрывный, от которого волосы вставали дыбом. А потом женский истерический смех, разлетевшийся по округе, как стая бешеных птиц.

В доме зажегся свет.

– Есть, – удовлетворенно сказал Лиам.

– Ай, – прошептал Тарт, и на его лице отразилось сомнение в их затее.

«И зачем я только на это согласился?» – подумал Тарт.

* * *

Крэг уже лег спать. Он только начал проваливаться в дрему, когда сквозь полусон услышал стук – глухой, настойчивый, похожий на удары костяшек по стеклу. Он сел на кровати, протер глаза. Сердце билось ровно, он, легендарный орк‑генерал, не боялся ни чертей, ни демонов. Но звуки, которые поползли из темноты, заставили его замереть.

Сначала скрип – будто кто‑то медленно водил когтями по стене. Потом шаги – тяжёлые, шаркающие, словно кто‑то волочил ноги по веранде. А потом плач. Детский, жалобный, бесконечный. И где‑то далеко – женский смех, истеричный, режущий слух.

Холодок пробежал по спине. Крэг посмотрел на окно, на стекле расцветал белыми узорами иней, как пальцы мертвецов. В комнате стало зябко.

– Привидения? – прошептал он и тут же одернул себя.

Он не верил в привидения. Но инструкции по борьбе с ними он читал на всякий случай.

Рука сама потянулась к молоту, который всегда стоял у кровати. Крэг сжал рукоять, прочитал небольшое заклинание против нечисти, и руны на молоте вспыхнули тусклым голубым светом, готовые отразить любую нечисть. Главное в борьбе с нечистью – это скорость. Не дать ей улететь и поранить кого‑то.

Орк вышел на крыльцо босиком, в одних трусах с яркими желтыми утятами, с молотом в руке. Луна висела низко, заливая двор призрачным серебром. Вокруг всё спокойно, даже ветер стих. Только где‑то вдалеке еще всхлипывал ребенок, но звук быстро затих.

Крэг огляделся. Никого. Он сделал несколько шагов вдоль стены, внимательно всматриваясь в темноту. Ничего. Только тени, только луна.

– Выходи! – крикнул он в пустоту. – Кто бы ты ни был, ты пожалеешь!

И вдруг из‑за угла что‑то вылетело. Тяжёлое, темное, с развевающимися белыми лохмотьями. Крэг среагировал мгновенно, молот со свистом рассек воздух, и тело шлепнулось на землю.

– Убил! – вырвалось у него.

Взгляд скользнул по телу, и он узнал каштановые волосы и фигуру.

Эльза!

– Я убил Эльзу!

Его глаза расширились. Сердце пропустило удар. Он бросился к телу, упал на колени, протянул руку, чтобы перевернуть его… И замер.

Мозг уже проанализировал бой и выдал несоответствие. Удар получился слишком легким. Молот прошел сквозь плоть почти без сопротивления, словно ее не было. Реалистичность высокая: тело, волосы, кровь, даже запах, но вес не тот. Слишком легкое. Слишком… пустое.

Кукла!

Крэг выдохнул. Руны на молоте всё еще горели тускло, значит, нечисти рядом нет. Он поднялся, чувствуя, как гнев и облегчение смешиваются в груди в странный, почти пьянящий коктейль. Но молот держал наготове.

Из‑за угла вышла Эльза в своем окровавленном платье, с бледным лицом и обведенными черным глазами, но на губах играла улыбка.

– Шикарные труселя, – фыркнула она. – С Хэллоуином!

Крэг посмотрел на утят. Потом на нее. Потом снова на утят. И неожиданно для себя рассмеялся.

– Ты… психопатка, я же мог тебя убить, – буркнул он, опуская молот.

– Поэтому и подготовили куклу. Решили не рисковать собой. Я бы еще и призраком пришла, но слишком увлеклась, запугивая своих врагов.

– Может, чаю… или чего покрепче?

– Может, пунша? – поправила Эльза. – Мы много приготовили. Пошли на вечеринку Хэллоуина в эзотерический корпус.

Крэг кивнул.

Вечеринка в эзотерическом корпусе

Это получилась странная вечеринка. Такую эзотерический корпус никогда не видел.

Туда набились все: Крэг, Кайл, Игнис, Тарт, Румус, Дерек, Дора, Ирма, преподаватель Маттеус Озре и парочка его коллег, и профессор Вейс с бульдогом Джеймсом, и еще десятки студентов, которые или участвовали в подготовке, или успели прослышать о том, что здесь творится что‑то безумное.

Стены корпуса украшали летающие тыквы, из которых торчали свечи, скелеты и кости, части тел и паутина. В воздухе пахло пряностями, вином и едой. Играла музыка. В углу стояла пара столов, на которых лежали еще не разобранные костюмы. Здесь то и дело новички примеряли на себя необычные хэллоуинские образы.

Игнис быстро напился. После этой тяжёлой недели – допросы, следователь Хамфор, подозрения в адрес мачехи – Алый расслабился так, как не расслаблялся никогда. Он сидел в углу с Тартом, потягивал какой‑то мутный напиток и пытался рассказать тому анекдот, который сам забыл уже на середине.

– …и тут дракон говорит: «А у тебя рога кривые!», – Игнис захихикал. – А второй… второй… забудь, я не помню.

– Ты пьян, – констатировал Тарт.

– А ты красив, – ответил Игнис и попытался чокнуться с ним кружкой. – Тебе идет черное.

Тарт вздохнул, но чокнулся.

Кайл, который весь вечер ходил в своей обычной одежде – серой рубашке и черных брюках, часто слышал ото всех, что у него классный грим призрака.

– Шикарный грим. Особенно круги под глазами удались. Тебя реально можно испугаться, – часто говорили ему комплименты тусующиеся.

Кайл же в очередной раз повторял:

– Я одет, как обычно, и не делал грим.

Он позвал друга:

– Крэг, они думают, что я в костюме?

– А разве нет? – удивился Крэг, отрываясь от разговора с Вейсом.

– Нет! Я одет, как всегда!

– Ну, значит, ты всегда выглядишь, как призрак, – подытожил Крэг и снова повернулся к Вейсу.

Кайл задумался: «Похоже, пора что‑то менять в жизни, если в эзотерическом корпусе меня принимают за своего».

Дерек подошел к Эльзе, когда она наливала себе пунш из большой чаши. Она всё также была в белом платье с кровавыми следами, ее волосы свободно рассыпались по спине, а глаза были обведены черным. Видок страшный, но для него она казалась самой красивой.

– Привет, – сказал он, стараясь выглядеть непринужденно.

– Привет, – ответила она, не оборачиваясь.

– Ты сегодня… эффектная, – он кивнул на ее окровавленное платье. – В смысле страшно. Но красиво.

– Спасибо, – Эльза повернулась. – Ты тоже ничего. Особенно твои рога.

Дерек машинально потрогал голову, он надел маску демона с большими изогнутыми рогами.

– А, это… да. Ирма посоветовала.

– Ирма – умная девушка, – сказала Эльза и отошла к Игнису, который уже пытался танцевать с метлой.

Дерек остался стоять, чувствуя себя лишним.

Дора и Ирма сидели на подоконнике, наблюдая за происходящим.

– Ну и с кем мне потанцевать? – философски спросила Дора. – С призраком, зомби или с метлой?

Ирма засмеялась.

– У тебя хотя бы есть выбор. Я вот однозначно буду танцевать только с метлой, – смеялась она с Дорой.

Ирма пила сок, Дора – что‑то покрепче. Они обсуждали парней, учебу и то, как странно, что они вообще оказались здесь, в этом безумном корпусе, среди летающих тыкв и пьяных магов.

Вейс сидел в кресле, Джеймс дремал у его ног. Он смотрел на Эльзу, которая сейчас что‑то горячо объясняла Игнису, размахивая руками, и думал: «Хорошо, что я согласился. Эта девушка – луч света в этом темном царстве. Такой вечеринки еще тут не случалось».

Профессор Маттеус Озре и еще пара преподавателей, уже изрядно поддав, веселились со студентами и выглядели счастливыми как никогда.

Глава 30. Ночной допрос

Еще до первых петухов Лориэна вызвали в кабинет ректора.

Он вошел – бледный, с темными кругами под глазами – и сразу понял: всё. Его взгляд упал на следователя Хамфора – массивного, с угловатой челюстью и разбойничьим лицом, пересеченным шрамом справа. Хамфор сидел, положив тяжёлые руки на стол, и смотрел так, будто Лориэн уже был не подозреваемым, а приговорённым.

– Садись, – приказал Вейлон.

Лориэн сел.

– Ты убил Эльзу, – без предисловий начал Хамфор. – Зачем? Как? Где тело?

Лориэн не отрицал.

– Я… я не хотел ее убивать, – заговорил он сбивчиво. – Она меня простила. Я не виноват. Это всё эдильгийцы. Я только помогал.

Ректор положил на стол два листа.

– Пришло письмо. С доказательствами. И свидетель уже нашелся. Тот, кто видел, как по твоему приказу Эльзе подсыпали дурман.

Лориэн побледнел еще сильнее.

– Меня подставили, – прошептал он. – Я ничего не делал. Это всё они… эдильгийцы. Они хотели отравить ее дурманом. Я думал, она только опозорится, будет вести себя неадекватно. Но убивать… я не хотел ее убивать.

Хамфор молчал, сверля его тяжёлым, давящим взглядом. Ректор заёрзал на стуле, под этим взглядом даже ему становилось неуютно.

Вдруг дверь распахнулась. Вбежал помощник ректора, бледный и запыхавшийся. Он что‑то прошептал Вейлону на ухо.

Ректор побледнел.

– Ты уверен? – переспросил он.

Помощник кивнул.

– Точно, господин ректор.

– Зовите сюда.

Помощник выбежал.

Хамфор не отрывал взгляда от Лориэна, парень сидел, вжавшись в кресло, потерянный, в ужасе.

Через минуту в кабинет после уверенного стука вошла Эльза.

Живая. Здоровая. Правда, с кругами под глазами – будто мало спала. Но бодрая, спокойная, с легкой улыбкой.

Лориэн охнул, глаза его закатились, и он рухнул в обморок.

Хамфор мгновенно подхватил его, не дав упасть на пол, усадил обратно в кресло, хлопнул по щекам, Лориэн застонал, но в сознание не пришел.

Хамфор многозначительно посмотрел на Эльзу.

– А почему ты еще живая? – спросил следователь без обиняков.

Эльза невинно захлопала ресницами, даже бровью не повела под его тяжёлым взглядом.

Вейлон откашлялся.

– Эльза, как у тебя дела? Где ты пропадала ночью?

– Я отдыхала. А что? – уточнила Эльза. – А где, как и с кем – это мое личное дело.

Ректор помолчал и нехотя спросил:

– Как себя чувствуешь?

– Не выспалась, – пожаловалась Эльза. – А так отлично. Кружечка кофе – и буду как огурчик. Так что, собственно, случилось?

Хамфор не выдержал и, злясь, выдал тираду:

– Пришло письмо, что тебя убил Лориэн. Он уже сознался, что купил для тебя дурман «Три вздоха», от которого мутнеет сознание. А от большой дозы останавливается сердце. Есть свидетель, который видел, как Лориэн вёз твое тело. Дело уже раскрыто, а ты тут живая заявляешься! – почти взвыл от возмущения Хамфор.

А Вейлон смотрел на него и с пониманием, и легким осуждением.

– Всё‑таки хорошо, что студентка жива, – прокашлялся он.

Хамфор от этих слов и кхеков выпрямился, напрягся и уже более спокойно сказал:

– Ну, конечно, мы рады, что ты жива… Как иначе… К‑хм. Но сильно удивлены.

Эльза лишь усмехнулась, Лориэн уже пришел в чувство и с ужасом смотрел на Эльзу.

– Я ничего не делал, – прошептал он. – Это всё эдильгийцы. Мы договорились, что я покупаю дурман, а они его подмешают. Но мы планировали сделать это позже.

Эльза слушала внимательно, на лице не отразилось ни страха, ни удивления.

Ректор кивнул.

– Спасибо, Эльза. Иди. Зайди сегодня после занятий к следователю, расскажешь ему, что делала.

Она уже повернулась к двери, но на пороге остановилась.

– Я буду работать совместно со следствием, с вами, следователь, и с вами, господин ректор, только если узнаю результаты расследования. А иначе… – она посмотрела на Хамфора, потом на ректора. – Я буду решать свои проблемы сама. Так, как умею. Так, как вам, господин Вейлон, не нравится.

И ушла.

Ректор вздохнул, повернулся к Лориэну, его бледное измученное лицо не предвещало ничего хорошего.

– Отправьте его в лазарет, потом допросите повторно, – приказал ректор.

Лориэн помотал головой.

– Нет. Я лучше в тюрьме посижу. Я… – его голос дрогнул. – Я безумно рад, что Эльза жива.

Хамфор поднялся, взял Лориэна под локоть.

– Идем.

Они вышли.

Вейлон остался один. За окном уже светало. Ночь закончилась.