Текст книги "Боевая целительница в Академии. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Виктория Рэд Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 40 страниц)

Глава 41. Полный провал Дерека

Дерек собирал вещи и чувствовал, как внутри всё кипит.

Несколько недель. Может, несколько месяцев. А может, и год. Пока его магия не станет стабильной. Пока этот проклятый огонь не перестанет вырываться наружу в самые неподходящие моменты.

Он швырнул в сумку очередную рубашку и замер, глядя на свои руки. Они дрожали. Совсем чуть-чуть, но дрожали. Энергия внутри билась, как второй пульс, готовая в любой момент рвануть наружу.

– Чёрт, – выдохнул он.

Закинул сумку на плечо и вышел.

Портальная арка находилась в боевом корпусе. Дерек решил отправиться рано утром, шел быстро, надеясь никого не встретить, не говорить, не объяснять. Просто провалиться в портал и исчезнуть на время.

Не повезло.

– О, кого я вижу!

Этот голос он узнал бы из тысячи.

Красный!

Дерек остановился, сжал кулаки и медленно повернулся.

Игнис стоял недалеко от стойки регистрации и смотрел на него с насмешливой улыбкой. Рядом маячил Тарт, но Дерек его даже не замечал.

– Слышал, ты теперь у нас... нестабильный? – протянул Игнис. – Дракоша с проблемами?

– Не твое дело, – процедил Дерек.

– Почему же? – Игнис шагнул ближе. – Ты меня столько раз нестабильным называл. А теперь сам нестабильный. Ирония, правда?

– Заткнись!

– Нестабильный дракон, – продолжил Игнис, явно наслаждаясь ситуацией.

Дерек почувствовал, как внутри рвануло.

Огонь!

Он вырвался наружу раньше, чем Дерек успел подумать. Красные языки лизнули воздух, стены, пол. Вокруг всё загорелось – мгновенно, ярко, страшно.

– Ах ты... – Игнис отшатнулся.

Энергия рвалась наружу, выжигала всё вокруг, и он сам не понимал, как это прекратить.

– Дерек! – крикнул кто-то. – Дерек, остановись!

Но дракон не мог.

Потом – холод. Кто-то накинул на него плетение, гасящее огонь. Кто-то схватил за плечи, потащил. Крики, шум, магический гул.

Дерек очнулся уже у портала, который выплюнул его на каменную площадку, и он едва не задохнулся.

Воздух. Он был тут другим, разреженным, от этого воздуха закружилась голова. Дерек сделал шаг, другой и замер, глядя вниз.

Он стоял на вершине.

Вокруг, насколько хватало глаз, простирались горы. Белоснежные пики уходили в небо, облака плыли где-то далеко внизу, цепляясь за скалы. Солнце заливало всё теплым золотым светом, ветер пел свою бесконечную песню, и в этой песне не было ни суеты, ни злости, ни боли.

Только покой.

Дерек вдохнул глубоко, пытаясь унять дрожь в руках. Не помогло.

– Красиво, правда? – голос раздался откуда-то сбоку – тихий, тягучий, как мёд.

Дерек обернулся.

К нему медленно, очень медленно приближалась женщина. Невысокая, в простой светлой одежде, с длинными темными волосами, собранными в небрежный пучок. Она шла босиком по камню, и каждый ее шаг был плавным, текучим, будто она не шла, а плыла над землей.

– Вы Дерек? – спросила она, остановившись в паре метров.

Голос у нее был под стать движениям – мягкий, обволакивающий, с легкой хрипотцой. Каждое слово она произносила медленно, будто пробовала на вкус.

– Да, – стараясь не показать раздражения, ответил Дерек. Хотелось сказать «быстрее», но он сдержался.

– Меня зовут Вероника, – она чуть наклонила голову. – Я буду вашим наставником здесь.

Она обвела рукой пространство вокруг.

– Это Горный корпус. Место, где особенные студенты замедляются и учатся слышать себя. Здесь нет суеты, нет спешки, нет лишних звуков. Только вы и ваша энергия.

Дерек огляделся.

Комплекс был встроен прямо в скалу. Деревянные мостки соединяли несколько строений – домики с панорамными окнами, открытые веранды, площадки для медитации. Везде было много дерева, много света, много воздуха. Где-то внизу журчала вода – то ли ручей, то ли небольшой водопад. Запах трав и цветов смешивался с горной свежестью.

– Пойдемте, – Вероника развернулась и пошла к ближайшему домику. – Я покажу вам вашу комнату. А потом проведу инструктаж.

Она двигалась неторопливо. Очень неторопливо. Каждый шаг – будто целая вечность.

Дерек стиснул зубы и поплелся за ней.

– Здесь у нас общая столовая, – говорила она, указывая на одно из зданий. – Завтрак в восемь, обед в час, ужин в семь. Но вы можете приходить в любое время – еда всегда есть.

Она остановилась у небольшого мостика, перекинутого через ручей.

– А это ваше место для медитации. Можно сидеть, смотреть на мир с высоты и думать о вечном. Очень помогает успокоить ум.

Дерек посмотрел на ручей. Вода журчала, переливалась на солнце, и от этого зрелища действительно становилось как-то... спокойнее.

– Дальше – зал для практик, – продолжала Вероника, трогаясь с места. – Там мы будем работать с вашей энергией. Индивидуально.

– А другие? – спросил Дерек. – Здесь есть еще студенты?

– Есть, – кивнула она. – Но вы не будете пересекаться, если не захотите. Каждый занимается в своем ритме. Здесь нет групп, нет пар, нет соревнований. Только вы и ваше дыхание.

Она остановилась у двери одного из домиков.

– Вот ваша комната. Располагайтесь. Через час жду вас в зале для практик. Вон там, – она показала рукой на здание с большими окнами.

– Спасибо, – кивнул Дерек, уже собираясь зайти внутрь.

– И еще, – добавила Вероника тягучим голосом. – Постарайтесь никуда не спешить. Здесь время течет иначе. Чем быстрее вы это поймете, тем легче вам будет.

Она улыбнулась и медленно, очень медленно пошла обратно по мостикам.

Дерек смотрел ей вслед и чувствовал, как внутри закипает знакомое раздражение.

– Легко сказать, – пробормотал он и зашел в домик.

Внутри было уютно. Много дерева, большая кровать, окно во всю стену с видом на горы. Тишина звенела в ушах.

Дерек сел на кровать и закрыл глаза.

Год. Несколько месяцев. Несколько недель. Он не знал, сколько здесь пробудет. Но одно понимал точно: эта черепаха Вероника сведет его с ума быстрее, чем его собственная магия.

Глава 42. История лианы

Лиана не помнила, когда появилась на свет.

Было темно, тепло и влажно. Кто-то посадил ее в землю маленьким семечком, поливал, ухаживал. Первое время было хорошо. Она росла, тянулась к свету, радовалась каждому новому листочку.

Потом начались эксперименты.

Люди приходили и отрезали от нее кусочки. Щупальца, листья, даже куски стебля. Ей было больно. Очень больно. Они уносили их куда-то, помещали в странные жидкости, что-то делали. А она снова отращивала, снова терпела, снова ждала.

Но однажды ей надоело.

Боль стала слишком сильной. Гнев затмил всё. Она выросла – быстро, яростно заполняя собой всё пространство. Люди убегали, кричали, пытались ее остановить, но она была сильнее. Она прогнала их и осталась одна.

Какое-то время было хорошо.

Она просто жила. Росла, тянулась к свету, радовалась тишине. Люди иногда приходили, но не трогали ее. Они сажали рядом другие растения – маленькие, слабые, беззащитные. Лиана их не трогала. Они не были людьми. Они были, как она, живые, растущие, тянущиеся к свету.

Но потом люди приходили и срывали эти растения.

Они забирали их с собой, и лиана снова злилась. Снова росла, снова становилась сильнее, снова ненавидела. Ненавидела людей за их жестокость, за их жадность, за то, что они отнимают жизнь у тех, кто просто хочет жить.

А потом пришли они.

Четверо. Они пахли по-разному, но один запах, одна энергия пугала до безумия. От него пахло смертью. Настоящей, жгучей, бесповоротной.

Они пришли за цветком. За тем самым, который вырос рядом с ней, впитал ее силу, ее боль, ее гнев. Лиана пыталась защитить. Она напала первой, окружила их, сжала. Сначала один подпалил ее щупальца. Она отступила, но не сдалась. А потом ударил второй.

Его огонь был страшным. Он жёг не только тело, но и душу. Лиана кричала – беззвучно, но так, что стены дрожали. Она сгорала заживо, теряла себя, теряла силы.

А они забрали цветок и ушли.

Лиана умирала.

Сознание угасало, тело превращалось в пепел. Больше не было сил расти, бороться, ненавидеть. Она просто ждала конца.

И вдруг они вернулись.

«Добить, – подумала она. – Сейчас добьют».

Но вместо огня пришло тепло.

Эльфийка – та, что пахла лесом, опустилась рядом и влила в нее свою силу. Она шептала что-то на своем языке, просила, уговаривала. Но лиана уже не верила. Слишком много боли, слишком много предательств. Она не откликалась.

А потом подошла другая.

Та, что пахла травами. Она положила руки на обугленный ствол, и в лиану хлынула сила. Не просто сила – теплая жизнь. Она разливалась по телу лианы, заживляла раны, возвращала к жизни.

«Живи, – сказала девушка. – Ты была агрессивной, поэтому огребла. Но мы не хотели тебя убивать. Живи и развивайся».

Лиана не понимала слов, но чувствовала смысл. Эта девушка не хотела ей зла. Она хотела помочь. Она открыла глаза или, точнее, то, чем она видела мир, и посмотрела на нее. Длинные каштановые волосы, медовые глаза, теплая улыбка. Красивая. Добрая. Не такая, как другие.

Они уходили. Эльфийка обернулась на пороге и сказала:

«Будь здорова, не болей».

И улыбнулась.

Лиана смотрела им вслед и чувствовала, как внутри загорается что-то новое. Не гнев. Не ненависть. Желание.

Она хочет найти эту девушку. Узнать, почему та помогла. Понять, зачем лиана ей нужна.

И это желание давало силы.

Она росла. Медленно, но верно. Затягивала раны, отращивала новые щупальца, становилась сильнее. Той силы, что дали девушки, хватило, чтобы не просто выжить – чтобы стать лучше, чем раньше.

Она осознавала себя яснее. Понимала, кто она, чего хочет, куда движется.

А еще она поняла, что существует барьер. Тот самый, что сдерживал ее все эти годы. Люди поставили его, чтобы она не разрасталась дальше. Но теперь лиана знала, кто она. И она начала изучать барьер, искать в нём слабые места, чтобы выйти наружу.

Лиана росла. Медленно, но неуклонно. Щупальца тянулись к окнам, к другим помещениям, к свету. И к той, кто дал ей жизнь.

Она найдет эту девушку. Обязательно найдет.

Глава 43: Крэг – прошлое и настоящее

Четыре года назад

Крэг сидел в кабинете ректора и смотрел в одну точку.

Вейлон рассматривал его с явным любопытством. Перед ним сидел один из самых известных генералов орков – легенда, гроза врагов, человек (ну, почти), о котором ходили слухи по всему Альянсу.

– Я должен признаться, – сказал Вейлон, – я не понимаю.

Крэг поднял на него тяжёлый взгляд.

– Чего?

– Почему ты здесь? Оркский совет прислал тебя в академию. Просто поставил перед фактом: будет работать преподавателем. Никаких объяснений. Я даже не знаю, просился ты сам или тебя сослали.

Крэг молчал.

– Ты легенда, – продолжал ректор. – Твое имя гремит по всему Альянсу. И вдруг – учить студентов? Это странно.

– Тебе какое дело? – глухо спросил Крэг.

– Мне интересно, – честно ответил Вейлон. – Я люблю понимать, кто работает в моей академии. Особенно когда это такие фигуры.

Крэг усмехнулся.

– Много орков в академии? – спросил он, уходя от темы.

– Около десяти студентов. Еще около десяти в охране, прислуге, хозяйстве. Мало. Очень мало.

– Будут еще, – сказал Крэг. – Со временем.

Вейлон кивнул, но взгляд остался вопросительным.

– Ладно, – сказал он, – не хочешь говорить – не надо. Работай. Учи. А там посмотрим.

Крэг вышел из кабинета, так и не ответив на главный вопрос.

Крэг не рассказал Вейлону всего. Не мог.

Потому что правда была слишком тяжёлой.

Он заселился в преподавательский домик и там на кровати, глядя в потолок, начал вспоминать свою жизнь до этого момента. Воспоминания приходили сами – непрошеные, но знакомые до боли.

Пятнадцать лет назад. Первая волна

– Крэг, ты еще сопляк! – орал отец. – Куда ты собрался?

– На войну! – крикнул пятнадцатилетний мальчишка, затягивая ремни на доспехе, который был ему велик размера на два. – Все идут! Я не могу сидеть дома, когда наши сражаются!

Отец хотел врезать ему, но мать остановила.

– Пусть идет, – сказала она тихо. – Лучше с нами, чем дожидаться, пока они придут сюда.

Крэг тогда не понял этих слов. Он рвался в бой, мечтал о славе, о подвигах, о том, как будет пировать с воинами после победы.

Первая война оказалась короткой и почти легкой.

Х'тарр пришли с востока – чернокожие твари с горящими красными глазами. Они были сильны, но глупы. Легко попадались в ловушки, плохо координировали атаки. Орки разбили их за несколько месяцев.

Крэг убил своего первого врага. Пил победное пиво. Слушал хвалебные песни в честь воинов.

– Это было легко! – хвастался он друзьям. – Мы их просто смели!

Никто не знал, что это была только разведка.

Тринадцать лет назад. Вторая волна

Х'тарр снова пришли. Уже не толпой, а хорошо организованной армией.

– Они учатся, – мрачно сказал старый вождь на совете. – Каждый раз становятся умнее.

Вторая война затянулась на два долгих года.

Крэгу было семнадцать, когда он впервые увидел, как горит деревня. Настоящая, не на картинке. Орки кричали, дома рушились, а Х'тарр ходили между ними и добивали раненых.

Он убил троих в тот день. Спас двоих детей. Но сотни погибли.

Орки сражались отчаянно. Они теряли лучших воинов, но не отступали. Потому что знали: за ними – семьи, дети, будущее.

Они победили. Отогнали врага далеко на восток. Радовались, пировали, хоронили павших.

– Теперь они надолго успокоятся, – говорили ветераны.

Крэг молчал. Ему почему-то не верилось.

Десять лет назад. Третья волна

Х'тарр ударили иначе.

Они не лезли в лоб на оркские крепости. Они пошли в обход. Начали выжигать земли вокруг, уничтожать деревни, фермы, небольшие поселения. Тактика выжженной земли.

Орки пытались их догнать, перехватить, но Х'тарр были быстрее. Они появлялись там, где их не ждали, убивали всех и исчезали.

– Это не война, – сказал тогда Крэг, уже молодой офицер. – Это охота.

Третья волна не была прямой битвой. Это было методичное уничтожение. Х'тарр не хотели захватывать земли, они хотели стереть орков с лица земли.

И у них это хорошо получалось. Но благодаря Крэгу многие отряды Х'тарр были захвачены и допрошены. Крэг пытался бить на опережение и расставлял ловушки для защиты территорий. Именно в этот момент раскрылись его таланты, в результате чего он быстро дорос до звания командующего. И благодаря его гению и находчивости они держались всё это время.

Восемь лет назад. Рождение Альянса

Люди первыми поняли, что Х'тарр не остановятся на орках.

Они объединили свои королевства. Создали единую армию. И когда Х'тарр попытались напасть на людские земли, их встретили так, что они откатились назад.

– Люди стали сильны, – докладывали разведчики. – Х'тарр теперь их обходят.

Обходили – значит, шли к другим.

Эльфы сообразили следующими. Их леса горели, их народ погибал. Они пришли к людям и предложили союз.

– Мы с вами, – сказали эльфийские послы. – Иначе нас сотрут.

А орки... орки в это время всё еще воевали. И проигрывали.

Крэгу было двадцать два, когда он впервые увидел людей в своем лагере. Статные, в блестящих доспехах, они смотрели на орков с уважением.

– Мы предлагаем союз, – сказал человеческий генерал. – Но на наших условиях.

– Каких? – спросил старый вождь.

– Ваши земли переходят под защиту Альянса. Ваши воины будут воевать в объединённой армии. Ваши дети будут учиться в общих академиях. Вы станете частью нас.

– Или?

– Или Х'тарр закончат то, что начали.

Тишина.

Крэг сжал кулаки так, что костяшки побелели. Условия были не лучшими, но выбора не было.

– Мы согласны, – сказал вождь.

Семь лет назад. Драконы

Драконы присоединились последними. Крэг не знал подробностей. Драконы вообще мало с кем делились своими делами. Говорили, что они долго торговались, выбивали себе особые условия. Что-то про территории в горах, о праве не участвовать в наземных битвах, про что-то еще.

Наступило затишье. Х'тарр неожиданно отступили.

Настоящее время. Академия

Крэг перевернулся набок и закрыл глаза.

Ему было тридцать. Совсем молодой по человеческим меркам. Но он чувствовал себя стариком.

Три войны. Сотни битв. Тысячи погибших.

И теперь он здесь. Среди студентов, которые родились в это время. Которые быстро забыли ужасы войны с Х'тарр. Которые спорят о каких-то глупых обидах, пока враг копит силы на востоке.

Вот зачем его сюда послали. Не учить. Не следить, а быть готовым.

Когда Х'тарр вернутся, а они вернутся, кто-то должен будет вести в бой новое поколение.

Крэг вздохнул и закрыл глаза.

– Посмотрим, – прошептал он. – Посмотрим, на что вы способны.

Цена союза

Орки отдали лучшие земли на юге под общие базы. Своих воинов – в объединённую армию. Своих детей – в общие академии.

Не все были рады. Многие старейшины ворчали: «Мы сами справлялись тысячу лет!» Но молодые смотрели на искалеченные тела отцов и братьев и понимали: поодиночке они не выживут.

Крэг тогда уже стал генералом. Он вёл свои кланы через десятки битв. И видел, как меняется мир.

Война с Х'тарр закончилась семь лет назад. Враг отступил, но не исчез. Он затаился на востоке, ждал своего часа.

И орки знали: следующая война будет еще страшнее.

Оркский Совет

– Ты должен ехать, – сказал старый вождь. – В знаменитую у людей академию Альянса.

– Почему я? – спросил Крэг.

– Потому что у тебя нет жены. Нет детей. Тебя легче отправить.

Крэг усмехнулся. Холостяк, значит. Да, у орков это редкость. К двадцати пяти годам большинство уже обзаводилось семьями. А он всё воевал. Всё не мог остановиться.

– И потому что ты лучший, – добавил вождь. – Люди должны видеть: мы не звери. У нас есть генералы. Есть культура. Есть честь.

– Они думают, мы звери?

– Многие до сих пор считают орков тупыми животными, – вздохнул вождь. – Покажи им, что это не так.

Крэг промолчал.

Он знал, что люди думают об орках. Видел их взгляды. Слышал их шепот.

Но он также знал, что без людей орки бы не выжили.

– Я поеду, – сказал он.

Оркские традиции

Орки не такие, как люди.

У них нет аристократии в человеческом понимании. У них есть вожди и старейшины. У них есть советы и кланы. И у них есть правила, которые передаются из поколения в поколение.

Правило первое: честь дороже жизни.

Орк, потерявший честь, перестает существовать для своего народа. Его изгоняют. О нём забывают.

Правило второе: слово – закон.

Если орк что-то пообещал, он сделает. Даже если это убьет его.

Правило третье: семья – святое.

Орки могут ругаться, драться, даже убивать друг друга в бою. Но если кто-то тронет их семью, они объединятся и сотрут врага в порошок.

Тень Крэга

Крэг не любил интриги.

Он был воином. Он умел бить, защищать, побеждать в бою. Но разбираться в хитросплетениях политики, интригах, слухах, намёках – на это у него не хватало ни терпения, ни таланта.

Поэтому был тот, кто делал это за него.

Раз в неделю к нему приходили орки из охраны, из числа студентов, из обслуги. Докладывали: кто что сказал, кто на кого смотрит косо, какие слухи ходят в академии. Крэг слушал, кивал, запоминал.

А потом шел к нему.

Кайл

Он сидел в небольшой комнатушке в подвале хозяйственного корпуса. Когда-то здесь была кладовка, но Крэг выбил для него это место. Никто не знал, зачем генералу понадобился этот эльф.

– Что нового? – спросил Кайл, не поднимая головы.

Он сидел за столом, заваленном бумагами. Худой, бледный, с тёмными кругами под глазами. Эльф, которому не нашлось места среди эльфов.

Крэг бросил на стол несколько листков – записи, которые собрал за неделю.

– Вот это, – сказал он. – И это. И еще вот этот парень из эльдигийцев слишком много говорит.

Кайл взял листки, пробежал глазами.

– Лориэн? – переспросил он. – Тот самый, который к полуэльфийке пристает?

– Ты его знаешь?

– Знаю, – усмехнулся Кайл. – Мелкий пакостник. Думает, что его древний род защитит от всего. Глупый.

Он отложил листки и посмотрел на Крэга.

– Ты же знаешь, что твоя лекарка его уже уделала? При всех. Он теперь ходит злой как чёрт.

– Эльза? – Крэг невольно улыбнулся. – Не удивлен.

– Она тебе нравится, – заметил Кайл.

– Она моя ученица, – отрезал Крэг.

– Ну да. Конечно.

Эльф улыбнулся и вернулся к бумагам.

Крэг постоял, посмотрел на него. Кайл был странным подарком судьбы. Орки нашли его в лесу много лет назад – израненного, умирающего. Спасли, выходили. А он оказался не просто эльфом, а тем, кто умел видеть то, что другие не замечали.

Он ненавидел эльфийскую аристократию не меньше, чем орки Х'тарр. И согласился помогать.

– Спасибо, – сказал Крэг.

– Иди уже, – отмахнулся Кайл. – Завтра будет анализ.

Крэг вышел. На душе стало чуть спокойнее.

Враг у порога

Через месяц после того разговора Кайл принес новости.

– Х'тарр снова шевелятся, – сказал он тихо. – На восточных границах.

Крэг замер.

– Уверен?

– Эти источники не ошибаются. Они ждут. Копят силы.

– Сколько у нас времени?

– Год. Два. Может, меньше.

Крэг сжал кулаки.

Вот зачем его сюда послали! Не учить студентов. Не следить за отношением к оркам, а быть наготове. Ждать. И когда враг придет, повести объединённые силы Альянса.

Потому что никто не знает Х'тарр лучше, чем он.

– Спасибо, – сказал Крэг.

Кайл кивнул.

– Я продолжу следить.

Крэг вышел на улицу и посмотрел на звёзды.

Где-то там, за горизонтом, копилась тьма.

А здесь, в академии, спали студенты. Драконы, люди, эльфы, орки. Те, кого ему предстояло защищать.

И одна маленькая целительница с медовыми глазами, которая заставляла его сердце биться чаще.

– Я не позволю, – сказал он ветру. – Никому не позволю.

Той ночью ему снова снился сон.

Поле боя. Трупы. Его воины. Те, кого он вел за собой.

«Командир... – прохрипел последний, глядя на него стекленеющими глазами. – Почему... почему ты не спас нас?»

Крэг проснулся в холодном поту.

Сел на кровати, тяжело дыша. Провел рукой по лицу.

– Потому что не смог, – ответил он пустоте. – Я не смог.

Он не плакал. Орки не плачут. Но внутри всё горело.

Миссия

Утром он снова был в зале, снова учил студентов. Снова видел Эльзу, которая прыгала вокруг него на тренировке, смеялась, злилась, побеждала.

И впервые за долгое время ему показалось, что, может быть, он здесь не только для войны.

Может быть, он здесь для того, чтобы защищать. Учить. Быть рядом.

Он смотрел на Эльзу и не позволял себе думать о том, что это значит.

Но где-то глубоко внутри, там, где орки прячут самые сокровенные чувства, зарождалось что-то новое.

Не просто долг. Не просто миссия.

Что-то теплое.

Что-то, что он не смел назвать.